Р Е Ш Е Н И Е

 Именем Российской Федерации 

г.ФИО1 27 февраля 2025 год

Октябрьский городской суд Республики Башкортостан в составе председательствующего судьи Митюгова В.В. при секретаре Ахметхановой А.А., с участием помощника прокурора г.ФИО1 Леденевой В.Ю., истца ФИО2, его представителя по доверенности ФИО3, представителем ответчика по доверенности ФИО4, ФИО5, третьих лиц ФИО6, ФИО7, ФИО8, представителя третьего лица ООО «Башнефть-Добыча» по доверенности ФИО9, рассмотрев в открытом судебном заседании материалы гражданского дела № 03RS0014-01-2024-002785-76 (2-2-25) по исковому заявлению ФИО2 к ООО «Спецнефтесервис» о восстановлении нарушенных трудовых прав, компенсации морального вреда,

у с т а н о в и л:

ФИО2 обратился в суд с иском (с учетом уточнения) к ООО «Спецнефтесервис» о восстановлении нарушенных трудовых прав, компенсации морального вреда, указывая, что состоит c ответчиком с ДД.ММ.ГГГГ в трудовых отношениях на основании трудового договора №, по условиям которого был принят на работу на должность 

<

данные изъяты>.

ДД.ММ.ГГГГ с ФИО2 при работе вахтовым методом во время междусменного отдыха произошел несчастный случай. После окончания смены при переезде из скважины № на другую скважину № на личном автомобиле работника ООО «Спецнефтесервис» (машиниста) ФИО10 

<

данные изъяты> регистрационный знак № под его же управлением, в результате дорожно-транспортного ФИО2, являясь пассажиром, получил повреждение здоровья, относящегося к категории «

<

данные изъяты>». В автомобиле также находился пассажир ФИО11, также являющийся работником ООО «Спецнефтесервис» (бурильщик).

ДД.ММ.ГГГГ ООО «Спецнефтесервис» оформлен акт № внутреннего расследования, где комиссия приняла решение, что данный несчастный случай не связан с производством и не подлежит расследованию.

Истец с указанным выводом не согласен, считает, что указанная выше травма получена вследствие несчастного случая на производстве, поскольку он находился на работе, выполнял трудовые обязанности, ДТП произошло при переезде на другую скважину, которую необходимо было отремонтировать по указанию мастера.

Истец находился на лечении с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. ДД.ММ.ГГГГ истцу установлена группа инвалидности.

Истец просит признать травму, полученную им ДД.ММ.ГГГГ несчастным случаем на производстве; взыскать с ответчика в его пользу задолженность по пособию по временной нетрудоспособности за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 184164,70 рублей, компенсацию морального вреда 500000 рублей, расходы по оплате юридической помощи 50000 рублей; обязать ответчика направить в Государственное учреждение региональное отделение Фонда социального страхования РФ по РБ необходимые документы для получения страховой выплаты.

Истец ФИО2 и его представитель по доверенности ФИО3 в судебном заседании уточненный иск поддержали по изложенным в нем доводам, пояснили, что полагают виновным в причинении вреда здоровью истца, является работодатель, который не обеспечил переезд сотрудников на служебном транспорте.

Представители ответчика по доверенности ФИО4, ФИО5 в судебном заседании иск не признали, пояснили, что ФИО2, ФИО10 и ФИО11 самовольно, вопреки прямому запрету работодателя, осуществили переезд с одной скважины на другую на личном транспорте, принадлежащем ФИО10, по вине которого произошло ДТП, в результате которого истцу причинен вред здоровью. Также пояснили, что вся необходимая техника, в том числе для переезда с одной скважины на другую была своевременно предоставлена работодателем. 

Третьи лица ФИО6, ФИО7, ФИО8 в судебном заседании позицию ответчика поддержали, пояснили, что ДД.ММ.ГГГГ работодателем была в полном объеме предоставлена специализированная техника для осуществления переезда с одной скважины («куста») на другую. В специализированной технике имелось 6 пассажирских мест, оборудованных ремнями безопасности, однако ФИО2, ФИО10 и ФИО11, нарушая приказ о запрете использования личного автотранспорта, осуществили переезд на личном автомобиле ФИО10 и не доехав до места назначения повали в ДТП, где истец и получил травмы.

Представитель третьего лица ООО «Башнефть-Добыча» по доверенности ФИО9 в судебном заседании пояснил, что права общества в данном случае не нарушены, в связи с чем оставляет разрешение спора на усмотрение суда.

Третье лицо ФИО10 в судебное заседание не явился, о времени и месте его проведения извещен надлежащим образом. Ранее в судебном заседании пояснил, что все работники знали о запрете использования личного транспорта. Он всегда ездил на вахту на подъемнике с напарником, но в этот день (день несчастного случая) первый раз поехал на собственном автомобиле, поскольку нужно было выехать по личным делам, спрятал его в лесу, а когда настало время переезда поехал на своем автомобиле, с ним поехали ФИО2 и ФИО11 Во время следования к месту назначения не справился с управлением и допустил выезд на обочину с последующим опрокидыванием автомобиля в кювет.

Представители третьих лиц Государственной инспекции труда РБ, Отделения Фонда пенсионного и социального страхования РФ по РБ в судебное заседание не явились, о времени и месте его проведения извещены надлежащим образом. 

Выслушав участников процесса, помощника прокурора, полагавшего отказать в удовлетворении исковых требований в части компенсации морального вреда в связи с отсутствием правовых оснований, исследовав материалы гражданского дела, приходит к следующим выводам.

Согласно ст.212 Трудового кодекса Российской Федерации (далее ТК РФ) обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя. В частности, работодатель обязан обеспечить приобретение и выдачу за счет собственных средств специальной одежды, специальной обуви и других средств индивидуальной защиты; проведение инструктажа по охране труда, стажировки на рабочем месте и проверки знания требований охраны труда; ознакомление работников с требованиями охраны труда.

Согласно ст.229.2 ТК РФ при расследовании каждого несчастного случая комиссия выявляет и опрашивает очевидцев происшествия, лиц, допустивших нарушения требований охраны труда, получает необходимую информацию от работодателя (его представителя) и по возможности объяснения от пострадавшего. Конкретный перечень материалов расследования определяется председателем комиссии в зависимости от характера и обстоятельств несчастного случая. На основании собранных материалов расследования комиссия устанавливает обстоятельства и причины несчастного случая, а также лиц, допустивших нарушения требований охраны труда.

Согласно ст.230 ТК РФ по каждому несчастному случаю, квалифицированному по результатам расследования как несчастный случай на производстве и повлекшему за собой, в частности, потерю пострадавшим трудоспособности на срок не менее одного дня, оформляется акт о несчастном случае на производстве по установленной форме, в котором должны быть подробно изложены обстоятельства и причины несчастного случая, а также указаны лица, допустившие нарушения требований охраны труда.

Согласно нормам Положения об особенностях расследования несчастных случаев на производстве в отдельных отраслях и организациях (приложение №2 к постановлению Министерства труда и социального развития Российской Федерации от 24 октября 2002 года №73) в ходе расследования каждого несчастного случая комиссия производит осмотр места происшествия, выявляет и опрашивает очевидцев несчастного случая и должностных лиц, чьи объяснения могут быть необходимы, знакомится с действующими в организации локальными нормативными актами и организационно-распорядительными документами, в том числе устанавливающими порядок решения вопросов обеспечения безопасных условий труда и ответственность за это должностных лиц, получает от работодателя (его представителя) иную необходимую информацию и по возможности - объяснения от пострадавшего по существу происшествия (п.21). На основании собранных материалов расследования комиссия устанавливает обстоятельства и причины несчастного случая, а также лиц, допустивших нарушения государственных нормативных требований охраны труда (п. 23).

Из материалов дела следует, что истец состоит c ответчиком с ДД.ММ.ГГГГ в трудовых отношениях на основании трудового договора №, по условиям которого был принят на работу на должность 

<

данные изъяты>.

ДД.ММ.ГГГГ с ФИО2 при работе вахтовым методом во время междусменного отдыха произошел несчастный случай. После окончания смены при переезде из скважины № на другую скважину № на личном автомобиле работника ООО «Спецнефтесервис» (машиниста) ФИО10 

<

данные изъяты> регистрационный знак № под его же управлением, в результате дорожно-транспортного ФИО2, являясь пассажиром, получил повреждение здоровья, относящегося к категории «

<

данные изъяты>». В автомобиле также находился пассажир ФИО11, также являющийся работником ООО «Спецнефтесервис» (бурильщик).

ДД.ММ.ГГГГ ООО «Спецнефтесервис» оформлен акт № внутреннего расследования, где комиссия приняла решение, что данный несчастный случай не связан с производством и не подлежит расследованию.

В соответствии с ч.2 ст.61 ГПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица, а также в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом.

Решением Октябрьского городского суда РБ от ДД.ММ.ГГГГ отказано в удовлетворении административного иска ООО «Спецнефтесервис» к Государственной инспекции труда в РБ, главному государственному инспектору труда Государственной инспекции труда в РБ ФИО12 о признании незаконными и отмене предписания от ДД.ММ.ГГГГ № об устранении нарушения трудового законодательства и иных нормативных актов, содержащих нормы трудового права с требованием обеспечить, утверждение акта расследования по форме Н-1 на пострадавшего ФИО2 в соответствии с Заключением государственного инспектора от ДД.ММ.ГГГГ.

Указанным решением установлено, а также следует из материалов настоящего гражданского дела, что пунктом 3.1.6.Положения «О вахтовом методе организации работ в ООО «Спецнефтесервис», утвержденным Приказом об изменениях от ДД.ММ.ГГГГ № установлен запрет на проезд на личном автомобиле от основной базы дислокации, расположенного в г.ФИО1 до места производства работ (бригады по ТКРС) и обратно. Предусмотрено, что работодатель не несет ответственности за действия, совершенные работником как на объектах (участках) Общества, так и за ее пределами, совершенных используя личный транспорт во время трудовой вахты. 

Приказом директора ООО «Спецнефтесервис» от ДД.ММ.ГГГГ № запрещено использовать личный транспорт в рабочее время в производственных и иных целях. Данный приказ издан в целях предотвращения аварийных ситуаций, сохранения жизни и здоровья работников, а также во исполнение инструкций заказчиков. С данным приказом ознакомлены работники, в том числе ФИО2 и ФИО10 до указанного выше ДТП. 

Согласно заключению главного государственного инспектора труда Государственной инспекцией труда в РБ ФИО12 от ДД.ММ.ГГГГ по результатам проведенного расследования установлено, что несчастный случай подлежит квалификации как связанный с производством, подлежит оформлению актом формы Н-1, учету и регистрации в ООО «Спецнефтесервис». В заключении главным инспектором указано, что причиной, вызвавшей несчастный случай является нарушение ФИО10 пп. 1.3, 1.5, 2.1.2, 10.1 ПДД РФ; нарушение работниками ООО «Спецнефтесервис» ФИО2, ФИО10 и ФИО11 трудового распорядка и дисциплины труда, п. 3.1.6 Положения «О вахтовом методе работы», утвержденному ДД.ММ.ГГГГ, приказа от ДД.ММ.ГГГГ №. Ответственными лицами за допущенные нарушения являются ФИО2, ФИО10 и ФИО11

ДД.ММ.ГГГГ Государственной инспекцией труда в Республике Башкортостан в адрес ООО «Спецнефтесервис» направлено предписание № от ДД.ММ.ГГГГ, в котором установлен перечень требований со сроком выполнения до ДД.ММ.ГГГГ.

На данное заключение ООО «СПЕЦНЕФТЕСЕРВИС» ДД.ММ.ГГГГ по электронной почте принесена жалоба в Государственную инспекцию труда в Республике Башкортостан. К жалобе приложены заключение и предписание. 

Решением Государственной инспекцией труда в Республики Башкортостан от ДД.ММ.ГГГГ № жалоба ООО «Спецнефтесервис» на предписание № от ДД.ММ.ГГГГ оставлена без удовлетворения.

Апелляционным определением Судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда РБ от 12.02.2025 года указанное выше решение Октябрьского городского суда РБ от 17.09.2024 года оставлено без изменения, апелляционная жалоба ООО «Спецнефтесервис» без удовлетворения.

В судебном заседании установлено, что до настоящего времени ООО «Спецнефтесервис» акт по форме Н-1 по факту несчастного случая на производстве не оформило.

Учитывая изложенное, суд признает несчастный случай, произошедший ДД.ММ.ГГГГ около 21 часа 40 минут на автодороге «

<

адрес>» с ФИО2 связанным с производством и обязывает ООО «Спецнефтесервис» принять меры по надлежащему оформлению несчастного случая связанного с производством и проинформировать о несчастном случае надлежащие органы и организации, чем частично удовлетворяет заявленные исковые требования.

В соответствии с ч.3 ст.196 ГПК РФ суд принимает решение по заявленным истцом требованиям. Одним из требований истцом заявлено о взыскании с ООО «Спецнефтесервис» в пользу истца задолженности по пособию по временной нетрудоспособности за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 184164,70 рублей. Между тем, судом установлено и не оспаривалось сторонами, что пособие по временной нетрудоспособности за указанный период выплачено истцу в полном объеме, как ООО «Спецнефтесервис» (за первые 3 дня), так и Отделением Фонда пенсионного и социального страхования РФ по РБ. Истцом ни предмет, ни основания иска в указанной части не изменялись, правовых оснований для выхода за пределы заявленных исковых требований судом не установлено.

Таким образом, оснований для удовлетворения иска в указанной части не имеется.

Согласно ст.151 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее ГК РФ), если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

По смыслу ст.ст.1099 - 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда.

Согласно п.32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 года №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается.

В соответствии с Конституцией Российской Федерации в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (часть 2 статьи 7), каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 3 статьи 37), каждый имеет право на охрану здоровья (часть 2 статьи 41), каждому гарантируется право на судебную защиту (часть 1 статьи 46).

Из данных положений Конституции Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что каждый имеет право на справедливое и соразмерное возмещение вреда, в том числе и морального, причиненного повреждением здоровья вследствие необеспечения работодателем безопасных условий труда, а также имеет право требовать такого возмещения в судебном порядке.

Согласно ч.3 ст.55 Конституции Российской Федерации права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

Таким образом, никакие иные акты, за исключением федеральных законов в предусмотренных статьей 55 Конституции Российской Федерации случаях, не могут умалять и ограничивать право гражданина на полное возмещение вреда, причиненного повреждением здоровья. Соответственно, не могут ограничивать это право также и заключенные в соответствии с трудовым законодательством отраслевые соглашения и коллективные договоры.

Приведенные выше конституционные положения конкретизированы в соответствующих нормах трудового права и разъяснениях Пленума Верховного Суда Российской Федерации.

Так, в соответствии с ч.2 ст.9 ТК РФ коллективные договоры, соглашения, трудовые договоры не могут содержать условий, ограничивающих права или снижающих уровень гарантий работников по сравнению с установленными трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права. Если такие условия включены в коллективный договор, соглашение или трудовой договор, то они не подлежат применению.

Согласно ст.237 ТК РФ, моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (часть 1).

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба (часть 2).

Согласно разъяснению, содержащемуся в пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года №2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», в соответствии со ст.237 названного Кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Аналогичные критерии определения размера компенсации морального вреда содержатся и в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 года №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда».

Из содержания указанных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что в случае спора размер компенсации морального вреда определяется судом по указанным выше критериям вне зависимости от размера, установленного соглашением сторон, и вне зависимости от имущественного ущерба, которым в случае трудового увечья или профессионального заболевания является утраченный средний заработок работника.

Положения отраслевых соглашений и коллективных договоров означают лишь обязанность работодателя при наличии соответствующих оснований выплатить в бесспорном порядке компенсацию морального вреда в предусмотренном размере.

При рассмотрении дела судом установлено, что какой-либо вины работодателя в причинении вреда здоровью истца не имеется.

Так, в соответствии с ч.4 ст.61 ГПК РФ вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу и постановления суда по делу об административном правонарушении обязательны для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Постановлением Октябрьского городского суда РБ от 19.03.2024 года прекращено уголовное преследование и уголовное дело в отношении ФИО10, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 264 УК РФ по основаниям ст.25 УПК РФ и ст.76 УК РФ в связи с примирением с потерпевшим.

Указанным постановлением установлено, ФИО10 что ДД.ММ.ГГГГ около 21 часа 40 минут управляя автомобилем марки «

<

данные изъяты>» государственный регистрационный знак №, с находящимся в салоне пассажиром ФИО2, двигаясь по автодороге «

<

адрес>» в направлении 

<

адрес>, нарушил Правила дорожного движения РФ, утвержденные постановлением Правительства РФ от 23.10.1993 года №1090, что повлекло причинение тяжкого вреда здоровью ФИО2 по неосторожности, при следующих обстоятельствах:

Так, ДД.ММ.ГГГГ в указанное выше время водитель ФИО10, управляя автомобилем марки «

<

данные изъяты>» государственный регистрационный знак №, в нарушение пункта 2.1.2 ПДД РФ, согласно которому: «При движении на транспортном средстве, оборудованном ремнями безопасности, быть пристегнутым и не перевозить пассажиров, не пристегнутых ремнями», не пристегиваясь ремнем безопасности с пассажиром ФИО2, занимавшим пассажирское место спереди, который также не был пристегнут ремнем безопасности, следуя по проезжей части шириной 5,3 метров с двусторонним движением, имеющей уклон на спуск и дорожное покрытие в виде асфальта, покрытого снегом и льдом автодороги «

<

адрес>» в направлении 

<

адрес>, двигаясь в зоне действия дорожного знака 1.12.1 «Опасный поворот» Приложение 1 ПДД РФ, в темное время суток при недостаточной видимости, не предвидя возможность наступления общественно опасных последствий своих действий, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть эти последствия, в нарушении пунктов 1.3, 1.5 ПДД РФ, согласно которым: пункт 1.3 «Участники дорожного движения обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним требования Правил, сигналов светофоров, знаков и разметки, а также выполнять распоряжения регулировщиков, действующих в пределах предоставленных им прав и регулирующих дорожное движение установленными сигналами», пункт 1.5 «Участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда», не соблюдал относящиеся к нему требования Правил и не действовал таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда, в нарушение пункта 10.1 ПДД РФ, согласно которому: «Водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил. При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства», не учитывая дорожные и метеорологические условия, не выбрал скорость, обеспечивающую водителю возможность постоянного контроля за движением автотранспортного средства, и в 

<

данные изъяты> км от 

<

адрес> по географическим координатам 

<

данные изъяты> на 

<

данные изъяты> км автодороги «

<

адрес>, не справившись с управлением, допустил выезд на правую обочину с последующим опрокидыванием автомобиля в кювет.

В результате опрокидывания автомобиля марки «

<

данные изъяты>» государственный регистрационный знак № под управлением водителя ФИО10 пассажир ФИО2 получил телесные повреждения и был госпитализирован в ГБУЗ РБ ГБ № 1 г. Октябрьский.

В результате допущенных нарушений требований пунктов 1.3, 1.5, 2.1.2, 10.1 ПДД РФ водителем автомобиля марки «

<

данные изъяты>» государственный регистрационный знак № ФИО10 пассажиру ФИО2 причинены по неосторожности следующие телесные повреждения: «

<

данные изъяты>», которые квалифицируются как причинение 

<

данные изъяты> здоровью для жизни человека, и по своему характеру непосредственно создают угрозу для жизни (основание п.6.1 приказа Минздравсоцразвития России от 24 апреля 2008 года №194н г.Москва «Об утверждении медицинских критериев определения степени тяжести вреда причиненного здоровью человека»).

Нарушение водителем ФИО10 требований пунктов 1.3, 1.5, 2.1.2, 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации, утвержденных Постановлением Совета Министров - Правительством Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №, состоит в прямой причинной следственной связи с наступившими последствиями в виде причинения 

<

данные изъяты> здоровью ФИО2

Таким образом, виновником ДТП, в результате которого истец получил вред здоровью является ФИО10 В судебном заседании установлено, что ФИО10 выплатил ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 200000 рублей, при этом ФИО2 более претензий к ФИО10 не имеет.

Как указано выше главный государственный инспектор труда Государственной инспекцией труда в РБ ФИО12 ДД.ММ.ГГГГ по результатам проведенного расследования пришла к заключению, что несчастный случай подлежит квалификации как связанный с производством, подлежит оформлению актом формы Н-1, учету и регистрации в ООО «Спецнефтесервис». Главным инспектором установлено, что причиной, вызвавшей несчастный случай является нарушение ФИО10 пп. 1.3, 1.5, 2.1.2, 10.1 ПДД РФ; нарушение работниками ООО «Спецнефтесервис» ФИО2, ФИО10 и ФИО11 трудового распорядка и дисциплины труда, п. 3.1.6 Положения «О вахтовом методе работы», утвержденному ДД.ММ.ГГГГ, приказа от ДД.ММ.ГГГГ №. Ответственными лицами за допущенные нарушения являются ФИО2, ФИО10 и ФИО11

Иных лиц, ответственных за допущенные нарушения ни инспектором, ни судом не установлено.

В ходе производства по делу, судом установлено, что истец и его представитель считают виновным в причинении вреда здоровью истца ООО «Спецнефтесервис», которое не обеспечило безопасный переезд сотрудников предприятия при работе вахтовым методом во время междусменного отдыха с одной скважины на другую, в частности работодатель не предоставил работникам служебный транспорт для переезда, в результате чего работники вынуждены были передвигаться на личном транспорте, что в свою очередь привело к несчастному случаю.

Указанные доводы истца и его представителя проверены судом и признаются несостоятельными, поскольку в материалы дела представлено достаточно доказательств того, что в при переезде сотрудников ответчика ДД.ММ.ГГГГ с одного куста (скважины) на другую, имелось достаточно транспорта для переезда всей бригады, осуществляющей работы на данных скважинах. В частности ответчиком представлены сведения глобальной навигационной спутниковой системы навигации ГЛОНАСС, которая обеспечивает точное позиционирование объекта в пространстве с минимальной погрешностью (точность позиционирования до 2,8-5 метров), используется для мониторинга работы каждой единицы транспорта компаний. Из сведений навигационной системы следует, пояснений третьих лиц ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО10 следует, что при указанном выше переезде имелось достаточно специализированных транспортных средств для перевозки как технологического оборудования, так и сотрудников работодателя. В частности, установлено, что имелось 6 свободных пассажиромест, которые оборудованы ремнями безопасности. Доводы истца об отсутствии специализированного транспорта голословны, какими-либо допустимыми доказательствами не подкреплены.

Более того, как указано выше третье лицо ФИО10 суду пояснил, что все работники знали о запрете использования личного транспорта. Он всегда ездил на вахту на подъемнике с напарником, но в этот день (день несчастного случая) первый раз поехал на собственном автомобиле, поскольку нужно было выехать по личным делам, спрятал его в лесу, а когда настало время переезда поехал на своем автомобиле, с ним поехали ФИО2 и ФИО11 Во время следования к месту назначения не справился с управлением и допустил выезд на обочину с последующим опрокидыванием автомобиля в кювет.

Доводы истца и его представителя об отсутствии непосредственно при погрузке технического оборудования и последующего переезда мастера участка, что также явилось следствием несчастного случая, поскольку при присутствии мастера у работников отсутствовала бы возможность переезда на личном транспорте, суд считает также несостоятельными, не состоят в причинно-следственной связи с произошедшим несчастным случаем, поскольку у мастера участка отсутствует обязанность контроля за передвижением сотрудников на личном транспорте, при этом, как указано выше, необходимый специализированный транспорт для соответствующего переезда сотрудников, работодателем был обеспечен. Все работники, в том числе ФИО2 были своевременно и надлежаще ознакомлены со всеми локальными актами работодателя (инструкциями, приказами и др.), однако вопреки прямо установленным запретам, грубо нарушили установленные правила. 

В соответствии с п.46 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 года №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» работник в силу ст.237 ТК РФ имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного ему нарушением его трудовых прав любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя (например необеспечением безопасности и условий труда, соответствующих государственным нормативным требованиям охраны труда).

Возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей, осуществляется в рамках обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (ч.8 ст.216.1 ТК РФ). Однако компенсация морального вреда в порядке обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний не предусмотрена и согласно п. 3 ст.8 Федерального закона от 24 июля 1998 года №125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» осуществляется причинителем вреда.

При разрешении исковых требований о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья или смертью работника при исполнении им трудовых обязанностей вследствие несчастного случая на производстве суду в числе юридически значимых для правильного разрешения спора обстоятельств надлежит установить, были ли обеспечены работодателем работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности. Бремя доказывания исполнения возложенной на него обязанности по обеспечению безопасных условий труда и отсутствия своей вины в необеспечении безопасности жизни и здоровья работников лежит на работодателе, в том числе если вред причинен в результате неправомерных действий (бездействия) другого работника или третьего лица, не состоящего в трудовых отношениях с данным работодателем.

Поскольку судом установлено, что работодателем были обеспечены работникам (в том числе истцу) условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности, а также установлено отсутствия вины работодателя в необеспечении безопасности жизни и здоровья работника, и напротив установлена вина в причинении вреда здоровью истца ФИО10 и самим ФИО2, у суда отсутствуют правовые основания для удовлетворения заявленных ФИО2 исковых требований о компенсации морального вреда. 

В соответствии со 100 ГПК РФ суд взыскивает с ответчика в пользу истца расходы по оплате юридической помощи в размере 15000 рублей, считая указанную сумму отвечающей принципам разумности и справедливости, взысканной с учетом сложности и категории дела, количества судебных процессов с участием представителя истца, а также с учетом заявленной и удовлетворенной части требований.

Руководствуясь ст.12, 193-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО2 (паспорт №) к ООО «Спецнефтесервис» (ИНН 

<

***>) о восстановлении нарушенных трудовых прав, компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Признать несчастный случай, произошедший ДД.ММ.ГГГГ около 21 часа 40 минут на автодороге «

<

адрес>» с ФИО2 связанным с производством.

Обязать ООО «Спецнефтесервис» принять меры по надлежащему оформлению несчастного случая связанного с производством и проинформировать о несчастном случае надлежащие органы и организации.

Взыскать с ООО «Спецнефтесервис» в пользу ФИО2 расходы по оплате услуг представителя в размере 15000 (пятнадцать тысяч) рублей.

В удовлетворении остальной части иска отказать.

На решение суда может быть подана апелляционная жалоба в течение одного месяца через Октябрьский городской суд РБ.

Судья: В.В. Митюгов

Мотивированное решение изготовлено 11.03.2025 года.