Председательствующий судья – ФИО3 Дело №

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

<

адрес> 14 октября 2025 года

Суд апелляционной инстанции Красноярского краевого суда в составе председательствующего судьи ФИО14,

при помощнике судьи ФИО4,

с участием: 

прокурора апелляционного отдела уголовно-судебного управления прокуратуры 

<

адрес> ФИО5, 

защитника обвиняемого ФИО2 – адвоката ФИО12,

защитника обвиняемого ФИО1 – адвоката ФИО6, 

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя – Красноярского природоохранного прокурора ФИО10 на постановление Канского городского суда 

<

адрес> от 

<

дата> о возвращении уголовного дела по обвинению ФИО2, ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.251 УК РФ, Красноярскому природоохранному прокурору в порядке ст.237 УПК РФ.

Доложив содержание обжалуемого судебного решения, апелляционного представления, заслушав выступления прокурора, поддержавшей доводы апелляционного представления, защитников обвиняемых, не согласившихся с представлением, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

ФИО2, ФИО1, являющиеся директором и мастером участка предприятия ООО «

<

данные изъяты>», соответственно, обвиняются каждый в совершении в период с 

<

дата> по 

<

дата> преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 251 УК РФ, то есть в нарушении правил выброса в атмосферу загрязняющих веществ, если это деяние повлекло загрязнение воздуха. 

В ходе предварительного слушания по делу судом разрешен вопрос о возвращении уголовного дела прокурору в порядке ст.237 УПК РФ, по результатам разрешения которого судом принято решение, указанное во вводной части настоящего постановления.

Постановление суда мотивировано тем, что, исходя из существа предъявленного ФИО7 и ФИО1 обвинения, одним из обстоятельств, подлежащих доказыванию по настоящему делу, является установление причинно-следственной связи между работой источника выбросов ООО «

<

данные изъяты>» и загрязнением атмосферного воздуха, и данное обстоятельство невозможно установить с помощью иных доказательств, кроме экспертизы. 

Также в постановлении указано, что в ходе предварительного слушания судом установлено, что у эксперта ФИО8, заключение которого за №-№ от 

<

дата> приведено в качестве доказательства вины ФИО2 и ФИО1 по ч.1 ст.251 УК РФ, имеется диплом магистра ФГАОУВО СФУ 

<

адрес> от 

<

дата> по направлению подготовки «

<

данные изъяты>», диплом 

<

данные изъяты>» от 

<

дата> по специальности «

<

данные изъяты>», удостоверение повышении квалификации 

<

данные изъяты>, в том числе на технически сложных и особо опасных объектах», удостоверение о краткосрочном повышении квалификации 

<

данные изъяты>» от 2024 года по программе «Безопасность строительства и качество возведения бетонных, каменных, и железобетонных, металлических и деревянных строительных конструкций, в том числе на особо опасных, технически сложных и уникальных объектах», удостоверения о повышении квалификации в 

<

данные изъяты>» от 2016 года по курсу «Проектирование систем пожарной сигнализации», по курсу «Безопасность строительства и качество выполнения общестроительных работ. Строительный контроль. Организация строительства, реконструкции и капитального ремонта», диплом частного учреждения «Образовательная организация дополнительного профессионального образования «Международная академия экспертизы и оценки» по программе переподготовки «

<

данные изъяты> и стоимостная экспертиза объектов недвижимости» от 

<

дата>, которым присвоена квалификация судебный строительный эксперт, диплом 

<

данные изъяты> – филиал 

<

данные изъяты> от 

<

дата> о профессиональной переподготовки, которым присвоена квалификация «специалист в области строительства, обследования и экспертизы зданий и сооружений», удостоверения о повышении квалификации 

<

данные изъяты> от 

<

дата> по программам «Безопасность строительства. Требования пожарной безопасности при проектировании, строительстве, реконструкции, капремонте и эксплуатации объектов капитального строительства», «Безопасность строительства. Обеспечении санитарно-эпидемиологической безопасности при проектировании, строительстве, реконструкции, капремонте и эксплуатации объектов капитального строительства», а также согласно ответа ООО «

<

данные изъяты>» ФИО8 обладает экспертной специальностью, по которой предоставляется право самостоятельного производства судебных экспертиз в федеральных бюджетных судебно-экспертных учреждениях Минюста России – 16.1 «Исследование строительных объектов и территории, функционально связанной с ними, с целью определения их рыночной и иной стоимости». В реестре аттестованных экспертов Минюста РФ не значится.

Эксперт ФИО8 в судебном заседании пояснил, что является инженером-техником, а также при повышении квалификации, изучал дисциплину «Экспертиза экологической безопасности», изучал экологию при получении основного образования, обладает экспертной специальностью 16.1, возможно обладает и иными экспертными специальностями, однако этого не помнит, полагает, что он вправе проводить экологические экспертизы и отвечать на вопросы, которые были поставлены в постановлении следствия. Ранее подобные экспертизы он не проводил. 

При этом допрошенная в судебном заседании специалист ФИО9, изготовившая рецензию на заключение эксперта ФИО8 №-№ от 

<

дата>, полагала, что ФИО8, обладая указанной в экспертном заключении квалификацией, являясь инженером-технологом, не мог отвечать на поставленные вопросы, поскольку на первые четыре вопроса, указанных в экспертном заключении, может ответить только инженер-эколог, а на последние два вопроса – эпидемиолог. 

Изложив данные обстоятельства, суд первой инстанции, сославшись на положения ст.ст. 3-5 Федерального закона «О государственной судебно-экспертной деятельности в РФ», пришел к выводу о нарушении норм данного закона, указав, что в материалах дела отсутствуют какие-либо сведения, подтверждающие наличие у эксперта ФИО11 права проведения судебной экологической экспертизы.

В этой связи суд первой инстанции признал заключение эксперта №-А3/25 от 

<

дата>, данное экспертом ФИО11, как лицом, не имеющим специальных познаний в области экологии, недопустимым и недостоверным доказательством.

Суд также указал, что установленные им нарушения, допущенные на досудебной стадии, являются существенными и их невозможно устранить в ходе судебного разбирательства, так как производство такой экспертизы требует проведения значительных по объему исследований, которые не могут быть выполнены в ходе судебного разбирательства без отложения рассмотрения дела на длительный срок.

Данное обстоятельство исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного обвинительного заключения, поэтому уголовное дело необходимо возвратить прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом.

В апелляционном представлении государственный обвинитель ФИО10 считает, что принятое судом решение является незаконным и необоснованным, подлежит отмене с направлением дела на новое рассмотрение в тот же суд в ином составе суда.

В обоснование представления его автор ссылается на то, что вывод суда о наличии оснований для возвращения уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ, сделанный на стадии предварительного слушания, без исследования доказательств по уголовному делу, является преждевременным, так как в материалах дела имеется заключение судебной экологической экспертизы от 

<

дата> №-АЗ/25. 

Судебная экологическая экспертиза не включена в перечень экспертиз, которые в силу ст. 41 Федерального закона от 

<

дата> № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» и Распоряжения Правительства РФ от 

<

дата> №-р «О перечне видов судебных экспертиз, проводимых исключительно государственными судебно-экспертными организациями» проводятся исключительно государственной судебно-экспертной организацией.

Кроме того, усомнившись в правильности выводов эксперта, суд не был лишен возможности самостоятельно в ходе судебного разбирательства назначить судебную экологическую экспертизу. Вопрос о возможности назначения и проведения по делу такой экспертизы, в том числе ее сроках судом не рассматривался.

Приводя в представлении сведения об уровне образования эксперта, его квалификации, профессиональной переподготовке, изученных им дисциплинах, позволяющих эксперту установить причинно-следственную связь между работой источника негативного воздействия и загрязнением атмосферного воздуха, указывая о том, что в заключении эксперт указал нормативные документы и справочную литературу, которыми он руководствовался при проведении экспертного исследования, привел описание методов, при использовании которых пришел к объективным выводам об установлении причинно-следственной связи между загрязнением атмосферного воздуха и работой источника негативного воздействия на атмосферный воздух, государственный обвинитель считает, что экспертиза, проведенная на стадии предварительного расследования, в полной мере соответствует требованиям действующего законодательства.

На апелляционное представление прокурора защитником обвиняемого ФИО2 – адвокатом ФИО12 поданы возражения, в которых адвокат просит признать постановление законным и обоснованным, апелляционное представление оставить без удовлетворения.

Представителем потерпевшего – первым заместителем министра Министерства экологии 

<

адрес> ФИО13 представлен отзыв в поддержание апелляционного представления.

Проверив материалы уголовного дела, изучив доводы апелляционного представления, выслушав участников процесса, суд апелляционной инстанции считает, что обжалуемое постановление суда подлежит отмене по следующим основаниям.

Обвинительное заключение в соответствии с п.п. 5 и 6 ч.1 ст.220 УПК РФ, в числе прочих требований к его содержанию, должно включать в себя перечень доказательств, подтверждающих обвинение, и перечень доказательств, на которые ссылается сторона защиты.

Перечень доказательств, подтверждающих обвинение, а также перечень доказательств, на которые ссылается сторона защиты, включает не только ссылку на источники доказательств в обвинительном заключении, обвинительном акте или обвинительном постановлении, но и приведение краткого содержания самих доказательств, поскольку в силу ч.1 ст.74 УПК РФ доказательствами по уголовному делу являются любые сведения, на основе которых суд, прокурор, следователь, дознаватель в порядке, определенном УПК РФ, устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, подлежащих доказыванию при производстве по уголовному делу.

В соответствии с п.3 ч.2 ст.75 УПК РФ к недопустимым доказательствам относятся иные доказательства, полученные с нарушением требований настоящего Кодекса.

По итогам предварительного слушания, назначенного по соответствующему ходатайству стороны защиты, суд пришел к выводу о том, что одно из основных доказательств по уголовному делу - вышеуказанное экспертное заключение является недопустимым доказательством, поскольку получено с нарушением Федерального закона от 

<

дата> № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», является недостоверным.

Установленное судом первой инстанции нарушение закона, допущенное на досудебной стадии, является существенным, его невозможно устранить в ходе судебного разбирательства, что исключает возможность постановления приговора или вынесения иного судебного решения на основе данного обвинительного заключения, что влечет возвращение дела прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Между тем, данные выводы суда первой инстанции являются неверными и преждевременным по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 41 Федерального закона от 

<

дата> № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» в соответствии с нормами процессуального законодательства Российской Федерации судебная экспертиза может производиться вне государственных судебно-экспертных учреждений лицами, обладающими специальными знаниями в области науки, техники, искусства или ремесла, но не являющимися государственными судебными экспертами.

На судебно-экспертную деятельность лиц, указанных в части первой настоящей статьи, распространяется действие статей 2, 3, 4, 6 - 8, 16 и 17, части второй статьи 18, статей 24 и 25 настоящего Федерального закона.

Правительство Российской Федерации может устанавливать перечень видов судебных экспертиз, проводимых исключительно государственными судебно-экспертными организациями.

Судебная экологическая экспертиза не включена в перечень экспертиз, которые в силу ст. 41 Федерального закона от 

<

дата> № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» и Распоряжения Правительства РФ от 

<

дата> №-р «О перечне видов судебных экспертиз, проводимых исключительно государственными судебно-экспертными организациями» проводятся исключительно государственной судебно-экспертной организацией.

В соответствии со ст.8 ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» эксперт проводит исследования объективно, на строго научной и практической основе, в пределах соответствующей специальности, всесторонне и в полном объеме.

Признавая недопустимым экспертное заключение, и, исключая таким образом это доказательство из числа доказательств по делу, суд указал на то, что эксперт ФИО11, проводивший экспертизу по делу, не имеет специальных познаний в области экологии, является инженером другой специальности, в связи с чем он не мог ответить на вопрос о наличии/отсутствии причинно-следственной связи между работой источников выбросов в атмосферу, принадлежащих ООО «

<

данные изъяты>», и загрязнением атмосферного воздуха, которое зафиксировано специалистами специализированной лаборатории – «

<

данные изъяты>» путем отбора соответствующих проб атмосферного воздуха с наветренной и подветренной стороны от источников загрязнения.

Данный вывод о недопустимости данного доказательства является преждевременным, поскольку нарушения закона ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», на что указано в обжалуемом постановлении суда, допущено не было, – экспертиза проведена экспертом негосударственной экспертной организации, имеющим высшее техническое образование, представившим соответствующие данные о своем образовании. 

Оценка же существа представленного в деле экспертного заключения, его достоверности, может быть произведена судом не на стадии предварительного слушания, а только по итогам разбирательства дела по существу в судебном заседании, и может быть произведена только наряду с оценкой совокупности иных представленных в деле доказательств, в том числе путем их сопоставления, а также путем определения достаточности уровня образования и квалификации эксперта необходимых для ответа на главный вопрос экспертизы, имеющий юридическое значение для рассматриваемого дела.

При наличии сомнений в заключении эксперта и при недостаточности других доказательств по делу для принятия окончательного решения по нему, суд имеет возможность самостоятельно назначить проведение экспертизы в ходе судебного разбирательства.

Таким образом, выводы суда о нарушении закона, допущенном на досудебной стадии уголовного судопроизводства, недопустимости и недостоверности представленного в деле экспертного заключения, и об отсутствии у суда возможности постановления приговора или вынесения иного судебного решения на основе данного обвинительного заключения, являются необоснованными и преждевременными, в связи с чем основания для возвращения дела прокурору отсутствуют.

В связи с изложенным, апелляционное представление прокурора подлежит удовлетворению, а постановление суда, как не соответствующее положениям ст.7 УПК РФ, подлежит отмене с передачей уголовного дела на новое судебное разбирательство в тот же суд в ином составе суда со стадии подготовки к судебному заседанию, так как из уголовного дела усматривается наличие основания для назначения предварительного слушания, предусмотренного п.3 ч.2 ст.229 УПК РФ, поскольку по делу истек срок давности привлечения к уголовной ответственности.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.15, 389.17, 389.20, 389.22, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Канского городского суда 

<

адрес> от 

<

дата> о возвращении уголовного дела по обвинению ФИО2, ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.251 УК РФ, Красноярскому природоохранному прокурору в порядке ст.237 УПК РФ отменить, уголовное дело передать на новое судебное разбирательство в тот же суд в ином составе суда.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке по правилам главы 471 УПК РФ.

Председательствующий ФИО14