Дело № 2-2247/2020

12 ноября 2020 года

г.Котлас

29RS0008-01-2020-003952-59

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Котласский городской суд Архангельской области в составе

председательствующего судьи Жироховой А.А.

при секретаре Рура И.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании 12 ноября 2020 года в г. Котласе с использованием видеоконференц-связи гражданское дело по иску ФИО1 к Федеральному казенному учреждению «Исправительная колония № 4 Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Архангельской области», Управлению Федеральной службы исполнения наказаний по Архангельской области, Федеральной службе исполнения наказаний Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда,

установил:

ФИО1 обратился в суд с исковым заявлением к Федеральному казенному учреждению «Исправительная колония № 4 Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Архангельской области» (далее - ФКУ ИК-4) о взыскании компенсации морального вреда в размере 200 000 рублей. 

В обоснование требований указал, что по результатам медико-социальной экспертизы от 17 августа 2017 года ему установлена 1 группа инвалидности по зрению, при повторном освидетельствовании 1 сентября 2019 года первая группа инвалидности установлена бессрочно. В нарушение действующего законодательства 9 мая 2018 года при поступлении для отбытия им наказания в ФКУ ИК-4 он был распределен в отряд № 6, расположенный на втором этаже здания общежития, что, с учетом состояния его здоровья, доставляло ему неудобства, связанные с передвижением без специальных средств реабилитации, которых на протяжении длительного времени он был лишен. Белая тактильная трость, рекомендованная в соответствии с индивидуальной программой реабилитации инвалида от 29 августа 2019 года, предоставлена только в 2020 году. В результате действий (бездействия) ответчика ему были причинены физические и нравственные страдания.

Судом к участию в деле привлечены в качестве соответчиков Управление Федеральной службы исполнения наказаний по Архангельской области (далее - УФСИН Р. по Архангельской области), Федеральная служба исполнения наказаний Российской Федерации (далее - ФСИН Р.), третьим лицом - Министерство финансов Российской Федерации. 

В судебном заседании истец ФИО1, участвующий посредством видеоконференц-связи, требования поддержал по доводам, изложенным в исковом заявлении.

Представитель ответчиков ФКУ ИК-4, УФСИН Р. по Архангельской области, ФСИН Р. П. Е.Н., действующая на основании доверенностей, в судебном заседании с иском не согласилась, ссылаясь на недоказанность истцом факта причинения ему вреда действиями ответчиков. 

Представитель третьего лица Министерства финансов Российской Федерации, извещенный о времени и месте судебного заседания своевременно и надлежащим образом, в суд не явился. 

На основании статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ) суд определил рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Рассмотрев исковое заявление, заслушав явившихся лиц, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

В силу статьи 2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства. Согласно статье 17 Конституции Российской Федерации в Российской Федерации основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения. Осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на охрану здоровья (статья 41 Конституции Российской Федерации).

Согласно статье 21 Конституции Российской Федерации достоинство личности охраняется государством. Никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию.

В силу статьи 53 Конституции РФ каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

В соответствии со статьей 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Применение статьи 1069 ГК РФ предполагает наличие общих условий деликтной ответственности - наличие вреда, противоправность действий его причинителя, наличие причинной связи между вредом и противоправными действиями, вины причинителя вреда.

Согласно пункту 1 статьи 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 ГК РФ и статьей 151 ГК РФ.

В соответствии со статьями 151, 1101 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

В гражданском законодательстве жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство рассматриваются как неотчуждаемые и непередаваемые иным способом нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения (пункт 1 статьи 150 ГК РФ).

Как разъяснено в пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

В соответствии с абзацем 2 пункта 1, абзацем 2 пункта 8 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 года № 10 судам следует устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора. Степень нравственных или физических страданий оценивается с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

В силу части 2 статьи 10 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации (далее - УИК РФ) при исполнении наказаний осужденным гарантируются права и свободы граждан Российской Федерации с изъятиями и ограничениями, установленными уголовным, уголовно-исполнительным и иным законодательством Российской Федерации.

Согласно пункту 15 раздела III Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений, утвержденных приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 16 декабря 2016 года № 295, при осуществлении осужденными своих прав администрацией ИУ не должны нарушаться порядок и условия отбывания наказаний, а также ущемляться права и законные интересы осужденных.

В соответствии пунктом 3 статьи 101 УИК РФ администрация исправительных учреждений несет ответственность за выполнение установленных санитарно-гигиенических и противоэпидемических требований, обеспечивающих охрану здоровья осужденных.

12 февраля 2018 года приговором Ломоносовского районного суда г. Архангельска ФИО1 осужден по ч. 1 ст. 117, ч. 1 ст. 119, ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 105 Уголовного кодекса Российской Федерации сроком на 9 лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

9 мая 2018 года ФИО1 прибыл для отбытия наказания в ФКУ ИК-4 и был размещен в карантинном отделении ФКУ ИК-4.

В период с 14 мая 2018 года по 21 февраля 2019 года истец содержался в отряде № 6, расположенном на втором этаже здания общежития.

С 21 февраля 2019 года истец был переведен в отряд № 10 на первом этаже здания общежития.

В настоящее время истец содержится в отряде № 5 на первом этаже здания общежития.

Судом установлено, что истцу с 15 августа 2017 года установлена первая группа инвалидности с причиной инвалидности: «общее заболевание (частичная атрофия зрительных нервов в исходе ретробульбарного неврита обоих глаз, генез вероятно токсический, при остроте зрения 0,02 н/к, стойкие значительно выраженные нарушения сенсорных (зрительных функций), инвалид по зрению», разработана индивидуальная программа реабилитации или абилитации инвалида (ИПРА № 803.3.29/2017 к протоколу проведения медико-социальной экспертизы № 1143.3.29/2017 от 17 августа 2017 года), в которой определена нуждаемость истца в технических средствах реабилитации, предоставляемых инвалиду за счет средств федерального бюджета, в том числе трости белой тактильной складной, сроком применения с 15 августа 2017 года по 1 сентября 2019 года.

При повторном освидетельствовании 1 сентября 2019 года истцу была установлена первая группа инвалидности бессрочно.

29 августа 2019 года в отношении истца разработана ИПРА, в соответствии с которой с 1 сентября 2019 года определена нуждаемость истца в технических средствах реабилитации, в частности трости белой тактильной цельной, бессрочно.

10 августа 2020 года экспертным составом ФКУ «Главное бюро медико-социальной экспертизы по Архангельской области и Ненецкому автономному округу» Минтруда Р. разработана новая ИПРА, в которой указан аналогичный перечень технических средств реабилитации, в том числе трость белая тактильная складная.

В обоснование исковых требований ФИО1 указал на ненадлежащие условия содержания и не обеспечение его техническими средствами реабилитации инвалида, что причинило ему физические и нравственные страдания.

Согласно Уставу ФКУ ИК-4 предметом и целями деятельности учреждения являются, в том числе, обеспечение охраны прав, свобод и законных интересов осужденных.

В силу положений статей 10, 11 Федерального закона «О социальной защите инвалидов в Российской Федерации» государство гарантирует инвалидам проведение реабилитационных мероприятий, получение технических средств и услуг, предусмотренных федеральным перечнем реабилитационных мероприятий, технических средств реабилитации и услуг, предоставляемых инвалиду за счет средств федерального бюджета.

Индивидуальная программа реабилитации или абилитации инвалида является обязательной для исполнения соответствующими органами государственной власти, органами местного самоуправления, а также организациями независимо от организационно-правовых форм и форм собственности.

В соответствии с пунктом 2 Порядка обеспечения условий для проведения реабилитационных мероприятий, пользования техническими средствами реабилитации и услугами, предусмотренными индивидуальной программой реабилитации или абилитации инвалида в отношении осужденных, являющихся инвалидами и находящихся в исправительных учреждениях, утвержденного приказом Минюста Р. от 22 сентября 2015 года № 222, условия для проведения реабилитационных мероприятий, пользования техническими средствами реабилитации и услугами, предусмотренными индивидуальной программой реабилитации или абилитации инвалида в отношении осужденных, являющихся инвалидами и находящихся в исправительных учреждениях, обеспечиваются администрацией исправительного учреждения.

Согласно пункту 16 постановления Правительства Российской Федерации от 7 апреля 2008 года № 240 «О порядке обеспечения инвалидов техническими средствами реабилитации и отдельных категорий граждан из числа ветеранов протезами (кроме зубных протезов), протезно-ортопедическими изделиями» финансирование расходов по обеспечению техническими средствами реабилитации в отношении инвалидов из числа лиц, осужденных к лишению свободы и отбывающих наказание в исправительных учреждениях, осуществляется за счет бюджетных ассигнований федерального бюджета, предусмотренных на обеспечение выполнения функций исправительных учреждений и органов, исполняющих наказания.

Таким образом, обязанность по обеспечению лица, являющегося инвалидом и отбывающего наказание в исправительном учреждении, техническими средствами реабилитации лежит на администрации такого учреждения.

Из дела видно, что ФИО1 с 2017 года рекомендованы технические средства реабилитации, а именно определена нуждаемость истца в трости белой тактильной складной сроком применения с 15 августа 2017 года по 1 сентября 2019 года, с 1 сентября 2019 года бессрочно - трости белой тактильной цельной, с учетом новой ИПРА от 10 августа 2020 года - трости белой тактильной складной.

Исполнителем индивидуальной программы реабилитации инвалида значится УФСИН Р. по Архангельской области.

Вместе с тем указанное средство реабилитации (трость белая тактильная цельная) предоставлено истцу в 2020 году, тростью белой тактильной складной истец не обеспечен.

Факт нарушения прав осужденного ФИО1 в части необеспечения техническими средствами реабилитации нашел подтверждение в ходе прокурорской проверки, проведенной в ИУ в сентябре 2019 года.

Между тем нарушения требований законодательства в области прав инвалидов ущемляют их гарантированные государством права, связанные с преодолением ограничений жизнедеятельности.

Оценивая жилищно-бытовые условия осужденного, суд считает заслуживающими внимания доводы искового заявления.

Положениями части 6 статьи 99 УИК РФ определено, что осужденным, являющимся инвалидами первой или второй группы, создаются улучшенные жилищно-бытовые условия.

В соответствии с пунктом 192 раздела XXVIII Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений, утвержденных приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 16 декабря 2016 года № 295, обеспечение осужденным-инвалидам равных с другими осужденными возможностей в реализации прав осуществляется в соответствии с Федеральным законом от 24 ноября 1995 г. № 181-ФЗ «О социальной защите инвалидов в Российской Федерации».

Администрация ИУ размещает осужденных-инвалидов первой и второй групп в отрядах для проживания осужденных, расположенных на первых этажах зданий, оказывает содействие в проведении реабилитационных мероприятий для инвалидов, предусматривает возможность использования технических средств реабилитации. Обеспечивает доступ лицам с ограниченными возможностями в места общего пребывания осужденных в установленное распорядком дня время.

Согласно пункту 3 названного приказа Правила обязательны для администрации ИУ, содержащихся в них осужденных, а также иных лиц, посещающих ИУ. Нарушение Правил влечет ответственность, установленную законодательством Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, в период с 14 мая 2018 года по 21 февраля 2019 года истец был размещен для проживания на втором этаже здания общежития, при этом жилая комната не была оборудована санитарным узлом, обеспечивающим отправление инвалидом своих естественных нужд, столовая расположена на первом этаже здания, что не свидетельствует о создании ИУ надлежащих жилищно-бытовых условий осужденного-инвалида, не имеющего средств реабилитации, с учетом состояния его здоровья.

В нарушение статьи 56 ГПК РФ доказательств невозможности размещения истца на первом этаже здания суду не представлено.

Доводы истца о повторном нарушении его прав на создание соответствующих жилищных условий в апреле 2020 года не опровергнуты стороной ответчика.

Таким образом, поскольку исправительное учреждение свою обязанность по обеспечению осужденного ФИО1 техническими средствами реабилитации согласно программе реабилитации инвалида не выполнило, не создало надлежащие жилищно-бытовые условия для инвалида, безусловно причинив ему тем самым физические и нравственные страдания и переживания в результате физических неудобств, суд приходит к выводу об удовлетворении исковых требований.

Отсутствие надлежащего финансирования не является основанием для ограничения прав осужденного на предоставление технических средств реабилитации.

Само по себе отсутствие обращений истца к администрации ИУ с жалобами на жилищно-бытовые условия не свидетельствует об отсутствии нарушений материально-бытового обеспечения осужденного и не снимает с администрации учреждения обязанности по обеспечению надлежащих условий содержания осужденным-инвалидам, а также по соблюдению прав и законных интересов осужденных к лишению свободы.

При определении размера компенсации суд учитывает объем допущенных нарушений (характер нарушения), индивидуальные особенности, степень нравственных и физических страданий, фактические обстоятельства по делу, требования разумности и справедливости и считает необходимым определить компенсацию морального вреда, подлежащую взысканию в пользу истца, в размере 50 000 рублей.

Определяя надлежащего ответчика по делу, суд исходит из следующего.

Статьей 1071 ГК РФ предусмотрено, что в случаях, когда в соответствии с настоящим Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с пунктом 3 статьи 125 ГК РФ эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

В соответствии с пунктом 1 статьи 125 ГК РФ от имени Российской Федерации и субъектов Российской Федерации могут своими действиями приобретать и осуществлять имущественные и личные неимущественные права и обязанности, выступать в суде органы государственной власти в рамках их компетенции, установленной актами, определяющими статус этих органов.

Подпунктом 1 пункта 3 статьи 158 Бюджетного кодекса Российской Федерации (далее - БК РФ) установлено, что от имени Российской Федерации, субъекта Российской Федерации, муниципального образования в качестве представителя ответчика в суде по искам к Российской Федерации, субъекту Российской Федерации, муниципальному образованию о возмещении вреда, причиненного физическому лицу или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления или должностных лиц этих органов, по ведомственной принадлежности, в том числе в результате издания актов органов государственной власти, органов местного самоуправления, не соответствующих закону или иному правовому акту, выступает соответственно главный распорядитель средств федерального бюджета, бюджета субъекта Российской Федерации, бюджета муниципального образования.

В соответствии с подпунктом 12.1 пункта 1 статьи 158 БК РФ главный распорядитель бюджетных средств отвечает соответственно от имени Российской Федерации, субъекта Российской Федерации, муниципального образования по денежным обязательствам подведомственных ему получателей бюджетных средств.

Согласно пункту 1 Положения о Федеральной службе исполнения наказаний, утвержденного Указом Президента РФ от 13 октября 2004 года № 1314, Федеральная служба исполнения наказаний (ФСИН Р.) является федеральным органом исполнительной власти. 

В силу подпункта 6 пункта 7 названного Положения Ф. Р. осуществляет функции главного распорядителя средств федерального бюджета, предусмотренных на содержание уголовно-исполнительной системы и реализацию возложенных на нее функций.

Таким образом, иск о возмещении вреда, в том числе морального, причиненного незаконными действиями (бездействием) государственных органов или их должностных лиц предъявляется к Российской Федерации, от имени которой в суде выступает главный распорядитель бюджетных средств - в данном случае ФСИН Р..

На основании изложенного суд приходит к выводу об удовлетворении исковых требований ФИО1 и взыскании в его пользу с ФСИН Р. за счет средств казны Российской Федерации компенсации морального вреда в размере 50 000 рублей.

Поскольку ФКУ ИК-4, УФСИН Р. по Архангельской области не являются надлежащими ответчиками по делу, в иске ФИО1 к ним следует отказать.

Руководствуясь статьями 194-198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

иск ФИО1 к Федеральной службе исполнения наказаний Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить.

Взыскать с Федеральной службы исполнения наказаний Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 50 000 рублей.

В иске ФИО1 к Федеральному казенному учреждению «Исправительная колония № 4 Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Архангельской области», Управлению Федеральной службы исполнения наказаний по Архангельской области о взыскании компенсации морального вреда отказать.

На решение суда сторонами и другими лицами, участвующими в деле, может быть подана апелляционная жалоба в Архангельский областной суд через Котласский городской суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме. 

Председательствующий А.А. Жирохова

Мотивированное решение составлено 17 ноября 2020 года