Дело № 2–501/19 г. (42RS0016-01-2019-000527-63)

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Куйбышевский районный суд г. Новокузнецка Кемеровской области в составе: председательствующего судьи Рыкалиной Л.В., 

при секретаре с/заседания ФИО1,

с участием заместителя прокурора Куйбышевского р-на г. Новокузнецка ФИО2, 

рассмотрел в открытом судебном заседании в г. Новокузнецке 25 апреля 2019 года гражданское дело по иску ФИО3 к ООО «Кузбасстромсервис» о взыскании компенсации морального вреда, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 обратился в суд с иском к ООО «Кузбасстромсервис» о взыскании компенсации морального вреда.

Требования мотивированы тем, что ДД.ММ.ГГГГ истец был принят на работу к ответчику проходчиком 5 разряда подземного участка. В период трудовой деятельности ДД.ММ.ГГГГ. в рабочее время с ним произошел несчастный случай при следующих обстоятельствах: выполняя работы по изготовлению и погрузке арматуры, он поскользнулся, упал на спину, ударившись головой об металлический профиль СВП-17, вследствие полученной травмы, он был доставлен бригадой скорой медицинской помощи в больницу. В результате несчастного случая, он получил повреждения в виде 

<

данные изъяты> С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ истец находился на стационарном лечении в РАО Нейрохирургическом отделении 1 ФГБЛПУ НКЦОЗШ, где мему был установлен диагноз: 

<

данные изъяты> В экстренном порядке была проведена операция: 

<

данные изъяты> В стационаре РАО Нейрохирургическом отделении 1 ФГБЛПУ НКЦОЗШ ему была проведена комплексная терапия, медикаментозное лечение, на 12-е сутки сняты швы, далее был направлен на лечение по месту жительства. С ДД.ММ.ГГГГ он находился под наблюдением невролога по месту жительства в поликлинике №2 ГБУЗ КО НГКБ №5. На больничном находился до ДД.ММ.ГГГГ. Согласно п.10 Акта №6 о несчастном случае на производстве от ДД.ММ.ГГГГ установлены лица, допустившие нарушение требований охраны труда: начальник участка №1 ФИО14. и заместитель начальника участка ФИО15 Комиссия грубой неосторожности в действиях пострадавшего не установила. 

В связи с данной травмой ФКУ «ГБ МСЭ» ему была установлена с ДД.ММ.ГГГГ степень утраты профессиональной трудоспособности – 20% до ДД.ММ.ГГГГ С ДД.ММ.ГГГГ в связи с производственной травмой ФКУ «ГБ МСЭ» ему была установлена степень утраты профессиональной трудоспособности – 20% до ДД.ММ.ГГГГ С ДД.ММ.ГГГГ в связи с производственной травмой ФКУ «ГБ МСЭ» ему была установлена степень утраты профессиональной трудоспособности – 20% до ДД.ММ.ГГГГ С ДД.ММ.ГГГГ в связи с производственной травмой ФКУ «ГБ МСЭ» ему была установлена степень утраты профессиональной трудоспособности – 20% бессрочно. С ДД.ММ.ГГГГ истец был переведен на должность горнорабочего поверхности 3 разряда, согласно приказу №№ от ДД.ММ.ГГГГ г. С ДД.ММ.ГГГГ истец был переведен на должность стропальщика, согласно приказу №№ от ДД.ММ.ГГГГ. С ДД.ММ.ГГГГ. истец был уволен из ООО «Кузбасстромсервис», согласно приказу №№ от ДД.ММ.ГГГГ. Полагает, что ответчик должен компенсировать физические и нравственные страдания, причиненные несчастным случаем на производстве ДД.ММ.ГГГГ., работодатель выплат в счет возмещения вреда здоровью не производил. В связи с полученной травмой на производстве, он испытывал сильную физическую боль при ударе головой о металл, потерял сознание, когда очнулся было сильное головокружение, тошнота и рвота, не ориентировался в пространстве, из поврежденного места были сильная кровопотеря. Полторы недели он находился в реанимации в тяжелом состоянии, был подключен к аппарату искусственного дыхания. Вынужден был перенести сложную операцию на голове, 

<

данные изъяты>. До сих пор вынужден обращаться за медицинской помощью и проходить лечение в виде уколов, приема таблеток, состоит на учете у невролога по месту жительства, в связи с тем, что испытывает постоянные головные боли, головокружение, ухудшение памяти. Вследствие данных обстоятельств, он стал более замкнутым, ощущает себя неполноценным человеком, в связи с чем, стал раздражительным, возбудимым, испытывает чувство беспокойства, нарушение сна. Просит взыскать с ООО Кузбасстромсервис» компенсацию морального вреда, причиненного несчастным случаем на производстве, в размере 500 000 рублей.

В судебном заседании истец ФИО3 заявленные требования уточнил, пояснил, что ДД.ММ.ГГГГ в рабочее время с ним произошел несчастный случай, выполняя работу под землей по изготовлению и доставке материалов, ему сверху на голову упал металлический уголок, вследствие полученной травмы, он был доставлен бригадой скорой медицинской помощи в больницу. С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ он находился на стационарном лечении в РАО Нейрохирургическом отделении 1 ФГБЛПУ НКЦОЗШ, где ему установлен диагноз: 

<

данные изъяты> В экстренном порядке ему была проведена операция, на 12-е сутки сняты швы, далее был направлен на лечение по месту жительства. В период, когда он пришел в себя после операции, к нему приходил начальник участка и уговаривал его оформить несчастный случай на производстве, как бытовую травму, поскольку сотрудники могут потерять работу, на что он ответил отказом. В итоге в акте о несчастном случае были указаны совершенно иные обстоятельства случившегося, поскольку травму он получил работая под землей, а в акте указано, что он поскользнулся на поверхности и упал, что не соответствует действительности. Данный акт о несчастном случае он не оспаривал, поскольку находился в тяжелом состоянии после операции. После выписки из больницы, с ДД.ММ.ГГГГ он находился под наблюдением невролога по месту жительства в поликлинике №2 ГБУЗ КО НГКБ №5. На больничном находился до ДД.ММ.ГГГГ В связи с данной травмой ФКУ «ГБ МСЭ» ему была установлена степень утраты профессиональной трудоспособности – 20%. Работодатель выплат в счет возмещения вреда здоровью не производил. В связи с полученной травмой на производстве, он испытывал сильную физическую боль при ударе металлическим уголком по голове, потерял сознание, когда очнулся, были сильные болевые ощущения и головокружение. До настоящего времени он испытывает головокружение, головные боли, шум в ушах, в связи с чем, вынужден дважды в год обращаться за медицинской помощью и проходить лечение. Также в связи с полученной травмой, он не может вести активный образ жизни, поскольку ему запрещено наклоняться, исключена любая физическая нагрузка, т.к. после 

<

данные изъяты> металлическую пластину он не решился устанавливать, в связи с чем, не может выполнять обычную работу по хозяйству на дачном участке, чувствует себя неполноценным человеком, стал замкнутым, раздражительным, что сказалось на его общении с семьей. Просит взыскать с ООО Кузбасстромсервис» компенсацию морального вреда, причиненного несчастным случаем на производстве, в размере 500000 рублей, расходы на оплату услуг представителя в размере 15000 рублей.

Представитель истца ФИО3 – ФИО4, действующая на основании ордера №№ и удостоверения адвоката №№ (л.д.28), в судебном заседании уточненные заявленные требования поддержала по доводам, изложенным в исковом заявлении, просит учесть, что в связи с полученной травмой истец испытывал и испытывает как физические, так и нравственные страдания, поскольку травму истец получил тяжелую, по поводу которой длительное время находился на лечении, перенес операцию на голове, до настоящего времени часто обращается за медицинской помощью по поводу последствий данной травмы, проходит необходимое лечение. Вследствие производственной травмы истцу было установлено 20% утраты профессиональной трудоспособности бессрочно. С течением времени состояние его здоровья не улучшается, до сих пор испытывает головные боли, головокружения, шум в ушах, не может наклоняться, ограничен в физических нагрузках. Истец не может выполнять обычную работу по хозяйству на дачном участке, не может вести активный образ жизни, который у него был до травмы, вследствие чего стал замкнутым, раздражительным. Просит взыскать в пользу истца компенсацию морального вреда в сумме 500000 руб., а также просит взыскать расходы по оплате услуг представителя в сумме 15000 руб., которые считает разумными, соответствующими степени сложности дела и выполненной представителем работе. 

Представитель ответчика ООО «Кузбасстромсервис» - ФИО5, действующая на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ. (л.д.31) в судебном заседании уточненные исковые требования не признала в полном объеме, пояснила, что истцом не представлены доказательства наличия спора между истцом и ответчиком о факте и размере возмещения морального вреда, поскольку ФИО3 до обращения в суд не обратился к работодателю с заявлением о возмещении морального вреда, следовательно истцом не представлены доказательства нарушения его прав ответчиком. Кроме того, в соответствии с п.1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 г. №10, истцом не представлены доказательства физических и нравственных страданий и не обоснован размер морального вреда. Истец с ДД.ММ.ГГГГ работал в ООО «Кузбасстромсервис» проходчиком 5 разряда подземного участка. ДД.ММ.ГГГГ на производстве произошел несчастный случай, что подтверждается актом о несчастном случае на производстве от ДД.ММ.ГГГГ №6. Согласно п.10 Акта №6 установлены лица, допустившие нарушение требований охраны труда: начальник участка №1 ФИО16 и заместитель начальника ФИО17 В результате несчастного случая, истец получил следующие повреждения здоровья: 

<

данные изъяты> В соответствии с медицинским заключением, категория тяжести повреждения здоровья – легкая. В п.9 Акта №6 одной из причин несчастного случая указана личная неосторожность потерпевшего. С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ истец находился на стационарном лечении в РАО и НХО-1 ФГБУ ЛПУ «Научно – клинический центр охраны здоровья шахтеров». С ДД.ММ.ГГГГ истцу установлена степень утраты профессиональной трудоспособности – 20%, в настоящее время бессрочно. С момента установления степени утраты профессиональной трудоспособности до настоящего времени степень утраты трудоспособности не увеличилась, что свидетельствует о том, что состояние здоровья истца не ухудшилось. Ответчик предоставил истцу рабочее место с учетом медицинских показаний: с ДД.ММ.ГГГГ. истец был переведен на должность горнорабочего поверхности 3 разряда, а с ДД.ММ.ГГГГ – переведен на должность стропальщика без уменьшения размера заработной платы. Трудовой договор был расторгнут ДД.ММ.ГГГГ. по инициативе истца на основании п.3 ч.1 ст.77 ТК РФ, по собственному желанию. Следовательно, после полученной травмы истец не был лишен возможности работать на том же самом предприятии, по той же самой профессии, получать такую же заработную плату и вести прежний образ жизни. Истец указывает, что он до настоящего времени испытывает головные боли, головокружения, однако, истцом не представлено никаких доказательств того, что это является последствием несчастного случая на производстве, а не возрастными изменениями организма. Как следует из программы реабилитации, истец не нуждается в дополнительной медицинской помощи, а санаторно – курортное лечение рекомендовано истцу для лечения заболеваний опорно – двигательного аппарата, которые не являются следствием несчастного случая на производстве. В качестве нравственных страданий истец указывает на склонность к раздражительности, беспокойству, однако, никаких доказательств, подтверждающих причинно – следственную связь этих особенностей характера истца с несчастным случаем на производстве, случившимся пять лет назад, им не представлено. На основании изложенного, считает, что заявленные требования не подлежат удовлетворению, кроме того, полагает, что сумма компенсации морального вреда в размере 500 000 рублей является чрезмерно завышенной. 

Суд, заслушав участников процесса, допросив свидетелей, изучив письменные материалы дела и представленные сторонами доказательства, заслушав заключение прокурора, считает, что заявленные требования являются законными, обоснованными и подлежащими удовлетворению частично по следующим основаниям.

В силу ч. 1 ст. 196 ГПК РФ при принятии решения суд оценивает доказательства, определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения дела, установлены и какие обстоятельства не установлены, каковы правоотношения сторон, какой закон должен быть применен по данному делу и подлежит ли иск удовлетворению.

Согласно ст. 37 ч. 3 Конституции РФ каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены.

Согласно ст. 21 ТК РФ работник имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым Кодексом РФ, иными федеральными законами.

В соответствии со ст. 8 ФЗ РФ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» работодатель обязан возместить моральный вред, причиненный его работнику в связи с несчастным случаем на производстве.

В соответствии со ст. 22 ТК РФ работодатель обязан: обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда…, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

В силу ст. 212 ТК РФ обязанность по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагается на работодателя.

Согласно ст. 164 ТК РФ, под компенсациями понимаются денежные выплаты, установленные в целях возмещения работникам затрат, связанных с исполнением ими трудовых или иных обязанностей, предусмотренных настоящим Кодексом и другими федеральными законами.

Согласно ст.5 ТК РФ регулирование трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений в соответствии с Конституцией Российской Федерации, федеральными конституционными законами осуществляется: трудовым законодательством (включая законодательство об охране труда), состоящим из настоящего Кодекса, иных федеральных законов и законов субъектов Российской Федерации, содержащих нормы трудового права; иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права. Трудовые отношения и иные непосредственно связанные с ними отношения регулируются также коллективными договорами, соглашениями и локальными нормативными актами, содержащими нормы трудового права.

В соответствии с нормами трудового законодательства, работодатель вправе в своих локальных нормативных актах предусмотреть дополнительные гарантии и компенсации по сравнению с законодательством (ст. 8, 164 ТК РФ).

Согласно Устава ООО «Кузбасстромсервис» (л.д.127-144), а также выписки из Единого государственного реестра юридических лиц (л.д.146-159), основным видом деятельности ответчика является разборка и снос зданий, дополнительным видом деятельности является строительство зданий, автомобильных и железных дорог, мостов, тоннелей, инженерных коммуникаций, местных линий электропередачи, гидротехнических и прочих инженерных сооружений.

Ответчиком суду не представлены локальные нормативные акты, предусматривающие дополнительные гарантии и компенсации работников, в том числе, вследствие причинения им вреда здоровью при исполнении трудовых обязанностей. "Федеральным отраслевым соглашением по строительству и промышленности строительных материалов РФ на 2014 - 2016 годы", такие компенсации не предусмотрены.

В соответствии со ст. 3 Федерального закона от 24.07.1998 № 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" (в ред. от 21.07.2007 № 183-ФЗ, от 27.07.2010 № 226-ФЗ), несчастный случай на производстве - событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении им обязанностей по трудовому договору и в иных установленных настоящим Федеральным законом случаях как на территории страхователя, так и за ее пределами либо во время следования к месту работы или возвращения с места работы на транспорте, предоставленном страхователем, и которое повлекло необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть.

В силу положений ст. ст. 227 – 231 ТК РФ, связь повреждения здоровья работника с исполнением трудовых обязанностей подтверждается оформленными в установленном порядке актом о несчастном случае на производстве или актом о случае профессионального заболевания. 

В соответствии со ст. 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме. Размер компенсации устанавливается соглашением сторон. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размер его возмещения определяются судом.

В Гражданском кодексе РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются статьями 151, 1099, 1100, 1001.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Статья 1101 ГК РФ предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела, с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости (п. 63 Постановления Пленума ВС РФ от 17 марта 2004 г. N 2).

Из представленных в судебное заседание: копии трудовой книжки истца, приказа о приеме на работу, трудового договора следует, что с ДД.ММ.ГГГГ истец ФИО3 был принят в ООО «Кузбасстромсервис» на должность проходчика 5 разряда подземного участка (л.д. 6-8,184-186).

Из акта о несчастном случае на производстве № 6, утвержденного генеральным директором ООО «Кузбасстромсервис» ДД.ММ.ГГГГ следует, что ДД.ММ.ГГГГ с работником ФИО3 произошел несчастный случай: на территории открытой промплощадке строящегося объекта Вентиляционный шурф 17-З, территория ОАО «СУЭК – Кузбасс», на участке тропы между местом изготовления и складирования материалов и выработкой проводимой с поверхности «Вентиляционный шурф 17-З» (п.7), ФИО3 направляясь к выработке поскользнулся, упал на спину, ударившись головой об металлический профиль СВП-17, каска в которой находился ФИО3 слетела с головы (п.8). В результате несчастного случая ФИО3 получил 

<

данные изъяты> Лицами, допустившими нарушение требований охраны труда, указаны: начальник участка №1 ФИО18., допустивший недостаточный контроль со стороны должностных лиц за ходом выполнения работ, чем нарушил требования ст.212 ТК РФ, заместитель начальника участка ФИО19., при выполнении сменного наряда недостаточно эффективно осуществлял контроль за состоянием условий труда на рабочих местах, чем нарушил требования ст.212 ТК РФ (п.10). Грубой неосторожности в действиях пострадавшего, комиссией установлено не было (л.д. 9,10).

Достоверных и допустимых доказательств иных обстоятельств несчастного случая, в том числе о которых указывает истец, в судебное заседание им не представлено, акт о несчастном случае им не оспаривался.

Кроме того, факт причинения вреда здоровью ФИО3 подтверждается:

медицинской выпиской о заключительном диагнозе ФГБ ЛПУ «Научно-клинический центр охраны здоровья шахтеров», из которой следует, что с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ истец находился на стационарном лечении в указанной больнице по поводу указанной выше травмы, проходил комплексное лечение, ему была проведена операция: 

<

данные изъяты> (л.д. 11);

компьютерной томографией головного мозга, из которой следует, что у истца имелась травма головного мозга: 

<

данные изъяты> (л.д.12);

медицинскими справками ФКУ «ГБ МСЭ» по Кемеровской области, из которых следует, что в связи с полученной на производстве травмой, у истца была установлена степень утраты профессиональной трудоспособности – 20% (л.д.15-18);

справками консультативно-диагностического центра нейровегетативных нарушений «Нейромед» НИИ КПГПЗ, из которых следует, что ФИО3, в связи с полученной на производстве травмой, наблюдается у невролога (л.д.20,97,101);

программой реабилитации пострадавшего в результате несчастного случая на производстве и профессионального заболевания (л.д.21,22);

медицинскими амбулаторными картами ФИО3, из которых следует, что истец по поводу производственной травмы обращается за медицинской помощью, с ДД.ММ.ГГГГ и до настоящего времени проходит назначаемое ему лечение (л.д.45-125);

Допрошенная в судебном заседании свидетель ФИО20 пояснила, что истец приходится ей супругом. ФИО3 был трудоустроен у ответчика с ДД.ММ.ГГГГ в должности проходчика 5 разряда подземного участка. ДД.ММ.ГГГГ с ФИО3 произошел несчастный случай, в период трудовой деятельности он получил травму головы, в связи с чем, был доставлен бригадой скорой помощи в нейрохирургическое отделение ФГБЛПУ НКЦОЗШ, где его ввели в искусственную кому и провели экстренную операцию: костно-резекционную трепанацию черепа. В стационаре ему провели необходимое лечение, далее он был направлен на лечение по месту жительства. Директор предприятия, на котором работал ФИО3 на контакт не шел, только сотрудники организации просили истца несчастный случай оформить, как бытовую травму, чтобы их не увольняли. После выписки из больницы, Вараксин находился на амбулаторном лечении, до настоящего времени наблюдается у невролога, проходит необходимые обследования и получает лечение, в том числе санаторно-курортное, поскольку до настоящего времени испытывает последствия от полученной травмы в виде головокружений, постоянных головных болей. Раньше ФИО3 вел активный образ жизни, после несчастного случая и полученной травмы, ему нельзя поднимать тяжелое, исключена физическая нагрузка, он вынужден постоянно принимать обезболивающие средства. В связи с этим, он испытывает нравственные страдания, поскольку не имеет возможности трудоустроиться по причине здоровья, вследствие чего стал замкнутым и раздражительным. Ответчик в счет компенсации морального вреда никаких выплат ему не производил.

Допрошенные в судебном заседании свидетели ФИО22 ФИО23 пояснили, что приходятся истцу коллегами по работе в ООО «Кузбасстромсервис». В ДД.ММ.ГГГГ. истец в период трудовой деятельности получил травму, в результате которой ему была сделана операция. Долгое время Вараксин находился на лечении, после того, как вышел на работу, стал менее активным, быстро утомлялся, часто жаловался на головные боли и головокружения. До настоящего времени ФИО3 испытывает последствия полученной травмы, поскольку регулярно проходит лечение, в том числе санаторно-курортное, принимает обезболивающие препараты. Также он не может вести активный образ жизни, трудоустроиться, поскольку ограничен по здоровью в физических нагрузках. 

Таким образом, судом достоверно установлено и не опровергнуто ответчиком, что ДД.ММ.ГГГГ в период работы в ООО «Кузбасстромсервис» в результате несчастного случая на производстве истец получил производственную травму, по поводу которой с ДД.ММ.ГГГГ. по ДД.ММ.ГГГГ находился на стационарном лечении в РАО Нейрохирургическом отделении 1 ФГБЛПУ «Научно-клинического центра охраны здоровья шахтеров», перенес сложную операцию, в том числе на головном мозге 

<

данные изъяты>), затем с ДД.ММ.ГГГГ. до ДД.ММ.ГГГГ находился на амбулаторном лечении в поликлинике по месту жительства и до настоящего времени ежегодно (два раза в год) обращается за лечением по поводу последствий травмы, что подтверждается амбулаторной картой истца (л.д.45-125). Согласно представленных справок СМЭ, истцу неоднократно устанавливалось с ДД.ММ.ГГГГ 20% утраты профессиональной трудоспособности, а с ДД.ММ.ГГГГ указанная степень утраты профессиональной трудоспособности установлена бессрочно (л.д. 15-18), что свидетельствует об отсутствии положительного прогноза на выздоровление истца. 

Соответственно, ответчик обязан произвести истцу выплату компенсации морального вреда соразмерно степени его вины, исходя из общих правил гражданско-правовой ответственности, предусмотренных п. 1 ст. 151, 1064, 1101 ГК РФ, ст. 21, 22, 212, 237 ТК РФ.

В силу п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (ст. 1100 ГК РФ).

При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

При таких обстоятельствах суд полагает, что причинение вреда здоровью (в данном случае производственная травма) безусловным образом свидетельствует о причинении потерпевшему физических и нравственных страданий, поэтому доводы ответчика об отсутствии вины работодателя в произошедшем с истцом несчастном случае и оснований для взыскания компенсации морального вреда ввиду наличия вины в его наступлении самого работника, являются не основанными на законе и фактических обстоятельствах дела, установленных в ходе судебного разбирательства. Как следует из акта о несчастном случае, причинами несчастного случая послужили: недостаточный контроль со стороны должностных лиц за ходом выполнения работ, гололед и личная неосторожность.

Вместе с тем, согласно должностной инструкции истца, в его обязанности входило: выполнение всего комплекса работ по строительству подземных сооружений открытым и подземным способами, кроме работ, предусмотренных в тарифно-квалификационной характеристике проходчика 6-ого разряда (л.д.187-190). Однако, доказательств того, что в обязанности истца входило обеспечение надлежащего состояния условий труда на рабочем месте, в должностной инструкции истца такое указание отсутствует. Кроме того, в акте о несчастном случае указано, что грубой неосторожности работника не установлено, что по своей сути, предполагает и отсутствие его вины. 

При определении суммы компенсации морального вреда судом принимается во внимание, что истец длительное время (более пяти лет) испытывал и испытывает физические страдания, связанные с полученной травмой: он испытывает физическую боль, поскольку длительное время находился на стационарном лечении, затем на амбулаторном лечении по поводу полученной травмы и ее последствий, что подтверждается представленными выписным эпикризом, амбулаторными картами, перенес тяжелую операцию, множество перевязок, курсов различной терапии. Суд учитывает, что в результате несчастного случая ФИО3 получил тяжелую травму в виде 

<

данные изъяты>, что, несомненно, причиняло ему боль и физические страдания длительное время и причиняет их вплоть до настоящего времени. 

В результате полученной травмы истец до настоящего времени не может вести полноценный, привычный ему образ жизни, частично утратил профессиональную трудоспособность, что, также безусловно, причиняет ему не только физические, но и нравственные страдания. Кроме того, истец испытывает переживания по поводу последствий травмы, поскольку полное выздоровление и благоприятный прогноз в лечении являются маловероятными. 

При определении размера компенсации морального вреда судом учтено также отсутствие грубой неосторожности работника в несчастном случае.

На основании изложенного, с учетом характера причиненных истцу физических и нравственных страданий, исходя из требований разумности и справедливости, суд считает, что размер компенсации морального вреда следует определить в размере 200 000 руб., который будет разумным, справедливым и соответствующим физическим и нравственным страданиям истца, с учетом его индивидуальных особенностей, а также характеру травмы и ее последствиям.

Доказательств иного, а также осуществления истцу выплаты компенсации морального вреда, иных мер, направленных на заглаживание причиненного истцу вреда здоровью, ответчиком в соответствии со ст. 56, 60 ГПК РФ не представлено.

Согласно ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

В силу ст. 48 ГПК РФ граждане вправе вести свои дела в суде лично или через представителей. Личное участие в деле гражданина не лишает его права иметь по этому делу представителя.

Истец просит взыскать с ответчика расходы по оплате услуг представителя в сумме 15 000 рублей, оплата данной суммы подтверждается квитанциями (л.д. 43,44). Однако с учетом сложности дела, объемом выполненной представителем работы (консультации, составления искового заявления, времени судебного разбирательства с участием представителя), суд считает, что данная сумма должна быть снижена до 10000 рублей, исходя из принципа соблюдения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей с учетом правовой позиции Конституционного Суда РФ, изложенной в определении № 382-О-О от 17.06.2007 г. и недопустимости необоснованного завышения размера оплаты указанных расходов, с целью соблюдения требований ст. 17 ч. 3 Конституции РФ, в соответствии с которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. Данная сумма является разумной, соответствует проделанной представителем работе, времени, затраченному в связи с разрешением спора, категории дела, которое особой сложности не представляет и соразмерна удовлетворенным исковым требованиям. 

Поскольку истец в соответствии со ст. 333.36 НК РФ освобожден от уплаты государственной пошлины, то в соответствии со ст. 103 ГПК РФ, ст. 61.1 БК РФ, 333.19 НК РФ суд считает необходимым, взыскать с ответчика в доход местного бюджета (муниципального образования г. Новокузнецк) расходы по оплате государственной пошлины в сумме 300 руб. от удовлетворенных требований неимущественного характера.

Иных требований по делу заявлено не было.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Требования ФИО3 к ООО «Кузбасстромсервис» о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с ООО «Кузбасстромсервис» в пользу ФИО3 компенсацию морального вреда в сумме 200000 рублей, расходы по оплате услуг представителя в сумме 10000 рублей.

В удовлетворении требований в остальной части отказать.

Взыскать с ООО «Кузбасстромсервис» в доход местного бюджета (муниципального образования г. Новокузнецк) государственную пошлину в сумме 300 рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Кемеровский областной суд в течение месяца со дня изготовления в окончательной форме через Куйбышевский р/суд г. Новокузнецка.

Решение в окончательной форме изготовлено 30.04.2019 г.

Председательствующий: Л.В. Рыкалина