дело № 2-2901/2020

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

03 ноября 2020 года г. Липецк

Октябрьский районный суд города Липецка в составе:

председательствующего Пешковой Ю.Н.,

при секретаре Лучкиной Е.С., 

с участием прокурора Бессоновой Ж.А., 

а также истца ФИО1, представителей ответчиков ФИО2, ФИО3, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Государственному учреждению здравоохранения «Областная детская больница» о взыскании компенсации морального вреда, 

установил:

ФИО1 обратилась в суд с иском к Государственному учреждению здравоохранения «Областная детская больница» о взыскании компенсации морального вреда. Свои требования обосновала тем, что работала у ответчика на протяжении 38 лет первоначально в должности 

<

данные изъяты>, затем 

<

данные изъяты>, последние два года работала 

<

данные изъяты>. 03.09.2019г. в 14:45 часов истец производила транспортировку детского питания через улицу между грудничковым корпусом и основным корпусом ГУЗ «ОДБ». На подходе к корпусу она споткнулась о камень и упала с высоты роста на левую руку и почувствовала сильную боль. После травы истца доставили в травмпункт ГУЗ «ЛГБСМП № 1», где проведена 

<

данные изъяты> и поставлен диагноз: 

<

данные изъяты>. 09.09.2019г. составлен акт о несчастном случае Н-1. 10.09.2019г. после рентгенограммы было установлено вторичное смещение отломков, истец направлена в больницу для операции в экстренном порядке. 13.09.2019г. проведена операция 

<

данные изъяты>. 11.11.2019г. ФИО1 вновь госпитализирована в больницу, где ей проведена операция по 

<

данные изъяты>. После этой операции была выявлена 

<

данные изъяты>. 30.06.2020г. истцу установлено 

<

данные изъяты>% утраты профтрудоспособности и 

<

данные изъяты>. 06.07.2020г. истец уволилась, так как с травмированной рукой продолжать работу не смогла. Начиная с 03.09.2019г. у истца постоянно болит рука, ей делали одно вправление отломком и две операции, от которых она испытывала боли и страх перед операциями и наркозом. У нее опухала рука, испытывала ограничения в движении. С момента травмы принимала обезболивающие препараты, была ограничена в самообслуживании, не могла выполнять работу по дому. В связи с полученной травмой снижена трудоспособность, была вынуждена уволиться из организации, в которой проработала длительный период времени, потеряв коллектив и работу, чувствует себя ненужной. Ссылаясь на нормы Конституции РФ, Всеобщей декларации прав человека, Гражданского и Трудового кодекса РФ, Постановления Пленума Верховного суда РФ от 20.12.1994 года № 10, истец просила взыскать с ответчика в ее пользу возмещение морального вреда от несчастного случая на производстве в размере 300 000 рублей.

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования поддержала, сославшись на доводы, изложенные в иске. Объяснила, что 03.09.2019г. она выполняла свои должностные обязанности, по ее мнению на работодателе лежит ответственность не подвергать опасности жизнь сотрудников, то обстоятельство, что истец доставляла еду и смеси из одного корпуса в другой через улицу, а не по маршруту, определенному ответчиком не имеет значения, поскольку несчастный случай произошел на производстве при выполнении рабочих обязанностей, был составлен акт о несчастном случае, просила удовлетворить требования в полном объеме.

В судебном заседании представители ответчика по доверенностям ФИО2, и ФИО3 исковые требования не признали, поддержав доводы, изложенные в письменных возражениях, объяснили, что не отрицали, что 03.09.2019г. произошел несчастный случай на производстве с ФИО1 В указанный день в 14:45 часов истец, получив детское питание (смесь), должна была его транспортировать в отделение. Для сокращения маршрута истец везла детское питание через улицу. На подходе к корпусу ФИО1 споткнулась и упала, ударившись левой рукой. Незамедлительно была вызвана бригада скорой помощи, истец отправлена в больницу. Вины работодателя в произошедшем несчастном случае нет, из акта о несчастном случае усматривается, что причиной явилось неосторожность пострадавшей, так как асфальтное покрытие в месте падения ровное, без изъянов, находилось под естественным дневным освещением, погодные условия были хорошими. Нарушений требований охраны труда со стороны ответчика не допущено, обязанности работодателя, установленные в ст. 212 ТК РФ выполнены. Просили отказать в удовлетворении требований. 

Выслушав объяснения истца, представителей ответчика, заключение помощника прокурора, полагавшей исковые требования не подлежащими удовлетворению, изучив письменные материалы дела, суд приходит к следующему выводу.

Статьёй 2 Конституции Российской Федерации установлено, что человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

В Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации (часть 1 статьи 17 Конституции Российской Федерации). Основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения (часть 2 статьи 17 Конституции Российской Федерации). Права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием (статья 18 Конституции Российской Федерации). К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на труд (статья 37 Конституции Российской Федерации).

Частью 3 статьи 37 Конституции Российской Федерации установлено, что каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены.

Положения Конституции Российской Федерации о праве на труд согласуются и с международными правовыми актами, в которых раскрывается содержание права на труд.

Так, Всеобщая декларация прав человека (принята Генеральной Ассамблеей ООН 10 декабря 1948 г.) предусматривает, что каждый человек имеет право на труд, на свободный выбор работы, на справедливые и благоприятные условия труда (пункт 1 статьи 23 названной декларации).

В статье 7 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах (принят 16 декабря 1966 г. Резолюцией 2200 (XXI) на 1496-м пленарном заседании Генеральной Ассамблеи ООН; документ вступил в силу для СССР с 3 января 1976 г.; Российская Федерация является участником указанного международного договора в качестве государства - продолжателя Союза ССР) говорится, что участвующие в настоящем пакте государства признают право каждого на справедливые и благоприятные условия труда, включая в том числе условия работы, отвечающие требованиям безопасности и гигиены.

Из приведённых положений Конституции Российской Федерации в их взаимосвязи с нормами международного права следует, что право на труд относится к числу фундаментальных неотчуждаемых прав человека, принадлежащих каждому от рождения. Реализация этого права предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав, в частности, права на условия труда, отвечающие требованиям безопасности.

В целях защиты прав и законных интересов лиц, работающих по трудовому договору, в Трудовом кодексе Российской Федерации введено правовое регулирование трудовых отношений, возлагающее на работодателя дополнительную ответственность за нарушение трудовых прав работника.

В силу положений абзацев четвертого и четырнадцатого части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором, а также на возмещение вреда, причинённого ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами.

Этим правам работника корреспондируют обязанности работодателя обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (абзацы четвертый, пятнадцатый и шестнадцатый части 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).

Обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда (абзац второй части 1 статьи 210 Трудового кодекса Российской Федерации).

Частью 1 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов (абзац второй части 2 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации).

Каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, а также гарантии и компенсации, установленные в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда (абзацы второй и тринадцатый части 1 статьи 219 Трудового кодекса Российской Федерации).

Моральный вред, причинённый работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (часть 1 статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации).

В Трудовом кодексе Российской Федерации не содержится положений, касающихся понятия морального вреда и определения размера компенсации морального вреда. Такие нормы предусмотрены гражданским законодательством.

Пунктом 2 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что неотчуждаемые права и свободы человека и другие нематериальные блага защищаются гражданским законодательством, если иное не вытекает из существа этих нематериальных благ.

Статья 12 Гражданского кодекса Российской Федерации относит компенсацию морального вреда к способам защиты нарушенных прав.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии со статьёй 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинён моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинён вред.

Согласно пунктам 1,2 статьи1064 Гражданского кодекса РФ, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Пунктом 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причинённый источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобождён судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 данного кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.) (абзац второй пункта 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из приведённого нормативного правового регулирования следует, что работник имеет право на труд в условиях, отвечающих государственным нормативным требованиям охраны труда, включая требования безопасности. Это право работника реализуется исполнением работодателем обязанности создавать такие условия труда. При получении работником во время исполнения им трудовых обязанностей травмы или иного повреждения здоровья ему в установленном законодательством порядке возмещается материальный и моральный вред. 

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064-1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьёй 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причинённых потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учётом фактических обстоятельств, при которых был причинён моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причинённые действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причинённым увечьем, иным повреждением здоровья, либо в связи с заболеванием, перенесённым в результате нравственных страданий, и др.

При рассмотрении требований о компенсации причинённого гражданину морального вреда необходимо учитывать, что размер компенсации зависит от характера и объёма причинённых истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворённого иска о возмещении материального ущерба, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учётом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесённых им страданий (пункт 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда»).

Право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда, а именно физических или нравственных страданий потерпевшего, то есть морального вреда как последствия нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага, неправомерного действия (бездействия) причинителя вреда, причинной связи между неправомерными действиями и моральным вредом, вины причинителя вреда. Поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причинённых потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон.

Судом установлено, что ФИО1 03.05.1982 года принята в Областную детскую больницу в травматологическое отделение на должность 

<

данные изъяты>, 01.04.1984 года переведена на должность 

<

данные изъяты>, 01.04.1990 года переведена на должность 

<

данные изъяты>, 25.12.2002 года Областная детская больницы переименована в Государственное учреждение здравоохранения «Областная детская больница», 01.01.2017 года инфекционно-боксированное отделение переименовано в педиатрическое отделение № 1 (диагностическое-боксированное), 01.01.2017 года истец переведена в педиатрическое отделение № 1 (диагностическое-боксированное) 

<

данные изъяты>. 06.07.2020 года трудовой договор расторгнут по инициативе работника, пункт 3 часть 1 статьи 77 Трудового кодекса РФ.

Данные сведения усматриваются из трудовой книжки на имя истца ФИО1, приказами о приеме на работу, о переводе, о прекращении трудового договора, трудового договора № от 31.12.2014 года, дополнительных соглашений к трудовому договору, и не оспаривались сторонами. 

Согласно Графику рабочего времени на сентябрь 2019 года педиатрического отделения № 1 (диагностическое-боксированное) 

<

данные изъяты> ФИО1 работала 2,3 сентября 2019 года с 08-00 до 20-00 часов.

03.09.2019г. согласно должностной инструкции ФИО1 производила транспортировку детского питания из грудничкового корпуса в отделение. Для сокращения маршрута, пища была доставлена через улицу. На подходе в основному корпусу ФИО1 споткнулась и упала с высоты своего роста, ударившись левой рукой. Незамедлительно была доставлена скорой в травматологический пункт ГУЗ «ГГБСМП № 1». Травма произошла в 14-45 часов, о факте произошедшей травмы на производстве стало известно 03.09.2019г. в 15-30 часов. 

В травмпункте БСМП № 1 истцу оказана первая помощь, 

<

данные изъяты>. Она направлена на амбулаторное лечение. На контрольных R-граммах в поликлинике от 10.09.2019г. определяется 

<

данные изъяты>, направлена в дежурную больницу, госпитализирована в т/о ЛГБ № 4 «Липецк-мед» в экстренном порядке. При поступлении обследована рентгенологически.

Согласно выписке из истории болезни № ФИО1 находилась на стационарном лечении в отделении травматологии ГУЗ «ФИО4 № 4 «Липецк-мед» с 10.09.2019г. по 20.09.2019г., 13.09.2019г. проведена операция 

<

данные изъяты>, получала лечение 

<

данные изъяты>, в удовлетворительном состоянии выписана на амбулаторное долечивание по м/ж. Рекомендовано 

<

данные изъяты>

Согласно выписке из истории болезни № ФИО1 находилась на стационарном лечении в отделении травматологии ГУЗ «ФИО4 № 4 «Липецк-мед» с 11.11.2019г. по 15.11.2019г., 

<

данные изъяты>. 11.11.2019г. операция 

<

данные изъяты>. В удовлетворительном состоянии выписана на амбулаторное долечивание по м/ж. Рекомендовано 

<

данные изъяты>

Истец находилась на амбулаторном и стационарном лечении в период с 03.09.2019г. по 29.06.2020г., что подтверждается листками нетрудоспособности, выданными на имя ФИО1 ГУЗ «Липецкая городская поликлиника № 7».

30.06.2020г. ФИО1 освидетельствована в ФКУ «ГБ МСЭ по Липецкой области» Минтруда России Бюро медико-социальной экспертизы №, ей установлена третья 

<

данные изъяты> и 

<

данные изъяты>% утраты профессиональной трудоспособности, причина инвалидности – трудовое увечье, группа инвалидности установлена на срок до 01.07.2021 года.

На основании заявления ФИО1 и сообщения о страховом случае работодателем ГУЗ «»Областная детская больница» на основании приказа № от 04.09.2019г. создана комиссия по расследованию несчастного случая, отобраны объяснения от самой ФИО1, старшей медсестры ФИО, истребованы медицинские документы из поликлиники по месту жительства.

Из акта № 1 о несчастном случае на производстве следует, что 03.09.2019г. в 14 часов 45 минут с сотрудником ФИО1 на территории между грудничковым корпусом и основным корпусом ГУЗ «Областная детская больница» произошел несчастный случай. На месте происшествия ровное асфальтовое покрытие без изъянов, естественное дневное освещение, естественная вентиляция воздуха. Согласно медицинскому заключению о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве и степени их тяжести, выданного ГУЗ «Липецкая городская поликлиника № 7», 06.09.2019г. был поставлен диагноз: 

<

данные изъяты>. Причиной несчастного случая явилось: неосторожность пострадавшей. Лиц, допустивших нарушение требований охраны труда, не усматривается.

Из объяснений истца ФИО1 следует, что в связи с капитальным ремонтом пищеблока она осуществляла транспортировку детского питания (смеси) из грудничкового корпуса ГУЗ «ОДБ» в отделение. Для сокращения маршрута пища доставлялась через улицу. На подходе к основному корпусу она споткнулась и упала, ударившись при этом левой рукой. Поверхность была ровная, покрытие - асфальт, все чисто и убрано, погода хорошая, дождя не было. Ранее доставку пищи осуществляли через подвал, который все время затапливало, она вынуждена была прыгать по стеллажам. Сообщала об этом работодателю, но на нее не обращали внимания. В связи с тем, что пищеблок закрыли на капитальный ремонт, был определен маршрут движения, сначала надо было подняться в другое отделение, пройти через переход (между отделениями), потом опять спуститься вниз, получить пищу и доставить ее в отделение обратно таким же путем. Она при этом должна доставить горячее питание еще и к определенному времени. Поэтому ей был сокращен маршрут и она ходила через улицу, при этом она переодевала халат и обувь. Так делают все сотрудники больницы. Полагала, что вина работодателя в том, что несчастный случай произошел на работе в рабочее время, ответчик должен ей компенсировать моральный вред.

Представители ответчика ссылали на то, что в связи с ремонтом пищеблока приказом главного врача ГУЗ «ОДБ» закреплено, что в детское отделение питание необходимо доставлять по переходу, однако данное требование истцом проигнорировано, несмотря на то, что данные требования доводились до младшего персонала. Кроме того, ФИО1 нарушены правила, закрепленные в должностной инструкции 

<

данные изъяты>, где указано, что 

<

данные изъяты> несет ответственность за соблюдение санитарно-гигиенического режима на всех этапах доставки пищи. Доставлять питание в отделение необходимо по положенному маршруту, установленному администрацией больницы, а не через улицу. Полагали, что травму истец получила по собственной неосторожности, не соблюдая санитарно-гигиенические правила, акт о несчастном случае истец не оспаривала.

В материале расследования несчастного случая имеются объяснения ФИО1, из которых следует, что 03.09.2019г. в 14-45 часов транспортировка детского питания производилась ей из грудничкового корпуса ГУЗ «ОДБ» в отделение, для сокращения маршрута пища доставлялась ей через улицу.

Из объяснений ФИО, занимающей должность старшей медсестры ГУЗ «ОДБ», усматривается, что до нее 03.09.2019г. около 15-00 часов доведена информация, что при транспортировке детского питания из грудничкового корпуса в отделение 

<

данные изъяты> ФИО1 упала, падение произошло на территории ГУЗ «ОДБ» на улице, со стороны выхода из хозяйственной двери. Всем сотрудникам неоднократно доводились до сведения и исполнения все санитарные правила, которыми необходимо руководствоваться в работе.

В трудовом договоре № от 31.12.2014г., заключенном между ГУЗ «Областная детская больница» и ФИО1, определено, что по настоящему трудовому договору работодатель предоставляет, а работник обязуется лично выполнять в соответствии с условиями договора работу по должности 

<

данные изъяты> в структурном подразделении ГУЗ «ОДБ», расположенном по адресу: 

<

...>, инфекционно-боксированное отделение. В п. 2.5 трудового договора указано, работник обязан соблюдать требования по охране труда, технике безопасности труда, правил санитарно-противоэпидемического режима в учреждении здравоохранения; выполнять приказы, распоряжения, указания, поручения работодателя.

В соответствии с должностной инструкцией 

<

данные изъяты> педиатрического отделения №1 (диагностическое-боксированное) ГУЗ «Областная детская больница», которая определяет должностные обязанности, права и ответственность буфетчика ГУЗ «ОДБ», на буфетчика распространяются следующие функциональные обязанности: соблюдать санитарно-эпидемиологический режим в буфетной (столовой), а также на всех этапах доставки пищи в отделение. Согласно п. 2 раздела IV должностной инструкции буфетчик несет ответственность за соблюдение санитарно-гигиенического режима на всех этапах доставки пищи.

В п.3.5 Инструкции по охране труда 

<

данные изъяты> ГУЗ «ОДБ» закреплена обязанность о соблюдении правил перемещения в помещении и на территории организации, пользоваться только установленными проходами на территории организации.

Согласно приказу ГУЗ «ОДБ» от 18.07.2019г. № 148 Об организации лечебного питания на период капитального ремонта пищеблока ГУЗ «Областная детская больница» в связи с переносом на период капитального ремонта пищеблока ГУЗ «ОДБ» в пищеблок, расположенный по адресу: 

<

...>, для бесперебойного обеспечения лечебным питанием пациентов находящихся на стационарном лечении в отделениях ГУЗ «ОДБ» в п. 8.1. определено, организовать и контролировать приготовление детского питания (смесей и кашей для прикорма детей до 1-го жизни) на базе 2-го педиатрического отделения. В отделения детское питание доставлять по переходу.

В журнале регистрации инструктажа по технике безопасности на рабочем месте 10 отд ГУЗ «ОДБ» указано 2019г. 2 полугодие ФИО1 

<

данные изъяты> озакомлена повторно на рабочем месте, о чем имеется роспись лица ознакомившего – ФИО, и роспись ФИО1

В соответствии с Актом о несчастном случае, составленном 09.09.2019г., причиной несчастного случая, произошедшего с ФИО1 явилось неосторожность пострадавшей.

Общими основаниями ответственности работодателя за причинение работнику морального вреда являются: наличие вреда; неправомерное поведение (действие или бездействие) работодателя, нарушающее права работника; причинная связь между неправомерным поведением работодателя и страданиями работника; вина работодателя. Потерпевший в результате несчастного случая на производстве наряду с возмещением причиненного его здоровью вреда имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда компенсация морального вреда производится, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности. Если доказательства причинения вреда источником повышенной опасности отсутствуют, то ответственность за причинение работнику морального вреда наступает только при наличии вины работодателя в причинении вреда.

В ходе рассмотрения данного спора, доказательств, свидетельствующих о том, что какие-либо неправомерные действия либо бездействие работодателя находятся в причинно-следственной связи с повреждением здоровья истца и причинением ей морального вреда, суду стороной истца не представлено.

Таким образом, доказательств того, что несчастный случай, повлекший за собой повреждение здоровья истца, произошел по вине ГУЗ «ОДБ» суду не представлено.

Доказательств причинения вреда источником повышенной опасности не имеется, таким образом, у суда отсутствуют основания для взыскания с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда.

В силу ст. 230 ТК РФ акт о несчастном случае на производстве является документом, устанавливающим лиц, допустивших нарушение требований охраны труда. Каких-либо доказательств того, что представленный в материалы дела акт о несчастном случае на производстве был истцом оспорен в порядке ст. 231 ТК РФ, признан недействительным (в том числе, в части установления обстоятельств несчастного случая, а также установления лиц, допустивших нарушение требований охраны труда), истцом не представлено.

Учитывая вышеизложенные обстоятельства, суд полагает исковые требования ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда не подлежат удовлетворению. 

На основании изложенного, и руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд

решил:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к Государственному учреждению здравоохранения «Областная детская больница» о взыскании компенсации морального вреда отказать.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Липецкого областного суда путем подачи апелляционной жалобы через Октябрьский районный суд г. Липецка в течение месяца со дня изготовления мотивированного решения суда. 

Председательствующий Ю.Н.Пешкова. 

Мотивированное решение изготовлено 11.11.2020 года.