№ Дело №

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

27 декабря 2023 года 

<

адрес>

Сыктывдинский районный суд Республики Коми в составе:

председательствующего судьи Плесовской Н.В.,

при секретаре Трофимове Л.М.,

с участием прокурора Нестеренко А.Г., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о признании утратившими право пользования жилым помещением, снятии с регистрационного учета, 

установил:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2, ФИО3 о признании утратившими право пользования жилым помещением, снятии с регистрационного учета по адресу: 

<

адрес>, указав, что на основании договора купли-продажи от 

<

дата> ей и ее детям на праве общей долевой собственности принадлежит данная квартира, в которой также зарегистрированы ответчики, которые членами семьи истца не являются, в квартире не проживают, коммунальные услуги не оплачивают, сняться с регистрационного учета отказываются.

Судом к участию в деле в качестве третьих лиц привлечены сособственники – ФИО4, ФИО5, ФИО6

В судебном заседании истец ФИО1, действующая в своих интересах и в интересах несовершеннолетних детей ФИО5, ФИО6, пояснила, что приобрела квартиру по вышеуказанному адресу по договору купли-продажи квартиры с использованием материнского капитала от 

<

дата> у своей бабушки - ФИО7, которая умерла в феврале 2023 года. В настоящее время в квартире проживает истец с детьми. ФИО2 приходится истцу матерью, которая в 2001 году лишена родительских прав, ФИО3 приходится истцу дядей. ФИО2 фактически в данной квартире никогда не жила, около 15 лет проживает с сожителем, в настоящее время - по адресу: 

<

адрес>, 

<

адрес>, 

<

адрес>, 

<

адрес>; ФИО3 также не проживает в спорном жилом помещении около 7 лет. Истец полагает, что ответчики с момента выезда из жилого помещения утратили право пользования им.

Ответчики, будучи надлежащим образом извещенными, в судебное заседание не явились, ранее в суде исковые требования не признали, пояснив, что не знали о заключении договора купли-продажи между их матерью ФИО7 и ФИО1, полагали, что имеют право на квартиру наряду с истцом. 

ФИО2 не отрицала, что длительное время не проживает в спорной квартире, не имеет там личных вещей, не оплачивает коммунальные услуги, проживала с сожителем ФИО8 в принадлежащих ему жилых помещениях: до 2019 года - по адресу: 

<

адрес>, ул. 

<

адрес>, в настоящее время - по адресу: 

<

адрес>, 

<

адрес>. Однако пояснила, что не собиралась выезжать из спорного жилого помещения навсегда, переезд носил временный характер, так как с 2014 года мать её сожителя нуждалась в постоянном уходе.

ФИО3 указал, что проживал в спорном жилом помещении вместе с матерью, братом и сестрой с момента постройки дома и до 1999 года, когда женился; в 2009 году развёлся и вернулся в спорное жилое помещение, где жил постоянно до 2016 года, после чего стал проживать с сожительницей ФИО9 в принадлежащей ей квартире по адресу: 

<

адрес>, где и проживает в настоящее время, однако его выезд из спорной квартиры являлся вынужденным, поскольку в жилом помещении ему негде было проживать, все комнаты были заняты родственниками. Коммунальные услуги не оплачивал, поскольку между родственниками была договоренность о том, что все расходы оплачивает мать - ФИО7, после смерти матери оплачивать коммунальные услуги не отказывался, но не имел финансовой возможности. В спорной квартире у ФИО3 имеются личные вещи, документы, инструменты; как при жизни матери, так и после ее смерти, он имел доступ в квартиру, приходил мыться и стирать личные вещи, пока истец не сменила замки. 

Третье лицо ФИО4 в судебное заседание не явился, извещен. 

Учитывая надлежащее извещение, дело рассмотрено в отсутствие неявившихся лиц.

Выслушав объяснения сторон, заключение прокурора, полагавшего исковые требования подлежащими удовлетворению в отношении ответчика ФИО2, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Установлено, что жилое помещение – трехкомнатная квартира площадью 67,9 кв.м, расположенная по адресу: 

<

адрес>, ФИО10, 

<

адрес>, принадлежит на праве общей долевой собственности (по ? доли) ФИО1 и ее детям ФИО4, ФИО6, ФИО5 Право общей долевой собственности М-вых зарегистрировано в ЕГРН 

<

дата>.

Из копий реестрового дела в отношении жилого помещения по адресу: 

<

адрес> (л.д.29-75) следует, что ранее указанная квартира принадлежала ФИО7 по договору социального найма (зарегистрирована с 

<

дата>).

В квартиру были вселены также члены семьи ФИО7, включая сына ФИО3 (с 

<

дата>), сына ФИО11 (с 

<

дата>), дочь ФИО12 (с 

<

дата>), внучку ФИО13 (с 

<

дата>), внука ФИО14 (с 

<

дата>).

ФИО2 приходится истцу матерью, ФИО3 – дядей.

ФИО2 снята с регистрационного учета 

<

дата>, затем вновь зарегистрирована по месту жительства 

<

дата>.

Решением Сыктывдинского федерального суда Республики Коми от 

<

дата> ФИО2 была лишена родительских прав в отношении несовершеннолетних детей - ФИО15 и ФИО14 (л.д.110).

На основании договора № на передачу жилого помещения в собственность от 

<

дата> 

<

адрес> в 

<

адрес> была передана администрацией СП «Выльгорт» бесплатно, в порядке приватизации, в собственность ФИО7

Согласно поквартирной карточке и справке ООО «Расчётный центр» от 

<

дата>, на момент заключения договора приватизации в вышеуказанном жилом помещении, помимо ФИО7, были зарегистрированы сын ФИО11, сын ФИО3, дочь ФИО2, внуки ФИО1 и ФИО14, которые заявлением от 

<

дата> отказались от участия в приватизации указанного жилого помещения в пользу ФИО7

<

дата> между ФИО1, действующей по доверенности от имени ФИО7 (продавец), и ФИО1, действующей в своих интересах и в интересах своих несовершеннолетних детей ФИО4, ФИО6, ФИО5 (покупатели), заключен договор купли-продажи квартиры с использованием материнского капитала, по которому продавец продал вышеуказанную квартиру покупателям в общую долевую собственность за 350 000 рублей, за счет средств материнского (семейного) капитала. 

После продажи квартиры ФИО7 продолжала проживать в ней вплоть до своей смерти (умерла 

<

дата>). 

Согласно адресной справке в спорном жилом помещении по настоящее время зарегистрированы: истец ФИО1, её дети, а также ответчики - ФИО2, ФИО3

Решением Сыктывдинского районного суда Республики Коми от 

<

дата> по делу № (л.д.104-109) ФИО2 выселена из жилого помещения, расположенного по адресу: 

<

адрес>, без предоставления другого жилого помещения. При рассмотрении данного гражданского дела судом установлено, что ФИО2 проживала по адресу: 

<

адрес>, с 2007 года в качестве сожительницы ФИО8, имея постоянную регистрацию по адресу: 

<

адрес>.

В настоящее время ФИО2 проживает в жилом помещении по адресу: 

<

адрес>, 

<

адрес>, занимаемом ФИО8 на основании договоров найма жилого помещения, заключаемых с администрацией начиная с 2019 год (л.д.114-144).

ФИО3 с 2016 года по настоящее время проживает совместно со ФИО9 по адресу: 

<

адрес>, жилое помещение принадлежит на праве собственности ФИО16, находится в жилом доме, признанном аварийным и подлежащим сносу в 2017 году (л.д.90-91). В квартире зарегистрированы ФИО9 и ее дети ФИО17, ФИО18, 

<

дата> г.р. (дочь ФИО3).

По сведениям ЕГРН за ответчиками права на объекты недвижимого имущества не зарегистрированы.

Установленные по делу обстоятельства позволяют суду прийти к следующим выводам.

Статьёй 35 Конституции Российской Федерации установлено, что право частной собственности охраняется законом, каждый вправе иметь имущество в собственности, владеть, пользоваться и распоряжаться им как единолично, так и совместно с другими лицами.

В соответствии со ст. 40 Конституции Российской Федерации, каждый имеет право на жилище. Никто не может быть произвольно лишен жилища.

В силу положений статей 209 Гражданского кодекса РФ и 30 Жилищного кодекса РФ собственнику жилого помещения принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник жилого помещения вправе по своему усмотрению и в своих интересах осуществлять принадлежащие ему права пользования и распоряжения своим имуществом, не нарушая при этом права, свободы и законные интересы других граждан.

В соответствии со ст. 304 Гражданского кодекса РФ собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.

В силу части 2 статьи 292 Гражданского кодекса РФ переход права собственности на жилой дом или квартиру к другому лицу является основанием для прекращения права пользования жилым помещением членами семьи прежнего собственника, если иное не установлено законом.

На основании ч. 1 ст. 30 Жилищного кодекса РФ собственник жилого помещения осуществляет права владения, пользования и распоряжения принадлежащим ему на праве собственности жилым помещением в соответствии с его назначением и пределами его использования, которые установлены настоящим Кодексом.

Частью 1 статьи 31 Жилищного кодекса РФ определено, что к членам семьи собственника жилого помещения относятся проживающие совместно с данным собственником в принадлежащем ему жилом помещении его супруг, а также дети и родители данного собственника. Другие родственники, нетрудоспособные иждивенцы и в исключительных случаях иные граждане могут быть признаны членами семьи собственника, если они вселены собственником в качестве членов своей семьи. 

Частью 2 ст. 31 Жилищного кодекса РФ предусмотрено, что члены семьи собственника жилого помещения имеют право пользования данным жилым помещением наравне с его собственником, если иное не установлено соглашением между собственником и членами его семьи.

В соответствии с частью 4 статьи 31 Жилищного кодекса РФ в случае прекращения семейных отношений с собственником жилого помещения право пользования данным жилым помещением за бывшим членом семьи собственника этого жилого помещения не сохраняется, если иное не установлено соглашением между собственником и бывшим членом его семьи. 

Из разъяснений, содержащихся в пункте 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 14 от 

<

дата> "О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации", следует, что по общему правилу, в соответствии с частью 4 статьи 31 Жилищного кодекса Российской Федерации в случае прекращения семейных отношений с собственником жилого помещения право пользования данным жилым помещением за бывшим членом семьи собственника этого жилого помещения не сохраняется, если иное не установлено соглашением собственника с бывшим членом его семьи. Это означает, что бывшие члены семьи собственника утрачивают право пользования жилым помещением и должны освободить его. В противном случае собственник жилого помещения вправе требовать их выселения в судебном порядке без предоставления другого жилого помещения.

Согласно статье 19 Федерального закона от 

<

дата> N 198-ФЗ "О введении в действие Жилищного кодекса Российской Федерации" действие положений части 4 статьи 31 Жилищного кодекса Российской Федерации не распространяется на бывших членов семьи собственника приватизированного жилого помещения при условии, что в момент приватизации данного жилого помещения указанные лица имели равные права пользования этим помещением с лицом, его приватизировавшим, если иное не установлено законом или договором.

В п. 32 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 

<

дата> N 14 "О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации" разъяснено, что при временном отсутствии нанимателя жилого помещения и (или) членов его семьи, включая бывших членов семьи, за ними сохраняются все права и обязанности по договору социального найма жилого помещения (статья 71 ЖК РФ). Если отсутствие в жилом помещении указанных лиц не носит временного характера, то заинтересованные лица (наймодатель, наниматель, члены семьи нанимателя) вправе потребовать в судебном порядке признания их утратившими право на жилое помещение на основании части 3 статьи 83 ЖК РФ в связи с выездом в другое место жительства и расторжения тем самым договора социального найма.

По правовой позиции, изложенной в абзаце 2 пункта 18 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 

<

дата> N 14 "О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации", при рассмотрении иска собственника жилого помещения о признании бывшего члена его семьи утратившим право пользования этим жилым помещением необходимо иметь в виду, что в соответствии со статьей 19 Вводного закона действие положений части 4 статьи 31 Жилищного кодекса Российской Федерации не распространяется на бывших членов семьи собственника приватизированного жилого помещения при условии, что в момент приватизации данного жилого помещения указанные лица имели равные права пользования этим помещением с лицом, его приватизировавшим, если иное не установлено законом или договором. Согласно частям 2 и 4 статьи 69 ЖК РФ (до 

<

дата> - статья 53 Жилищного кодекса РСФСР, далее - ЖК РСФСР) равные права с нанимателем жилого помещения по договору социального найма в государственном и муниципальном жилищном фонде, в том числе право пользования этим помещением, имеют члены семьи нанимателя и бывшие члены семьи нанимателя, продолжающие проживать в занимаемом жилом помещении.

К названным в статье 19 Вводного закона бывшим членам семьи собственника жилого помещения не может быть применен пункт 2 статьи 292 ГК РФ, так как, давая согласие на приватизацию занимаемого по договору социального найма жилого помещения, без которого она была бы невозможна (статья 2 Закона Российской Федерации от 

<

дата> N 1541-1 "О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации"), они исходили из того, что право пользования данным жилым помещением для них будет носить бессрочный характер и, следовательно, оно должно учитываться при переходе права собственности на жилое помещение по соответствующему основанию к другому лицу (например, купля-продажа, мена, дарение, рента, наследование).

В соответствии со ст. 2 Закона Российской Федерации от 

<

дата> N 1541-1 "О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации" (в редакции, действовавшей на момент приватизации спорной квартиры) граждане Российской Федерации, занимающие жилые помещения в государственном и муниципальном жилищном фонде, включая жилищный фонд, находящийся в хозяйственном ведении предприятий или оперативном управлении учреждений (ведомственный фонд), на условиях социального найма, вправе с согласия всех совместно проживающих совершеннолетних членов семьи, а также несовершеннолетних в возрасте от 14 до 18 лет приобрести эти помещения в собственность на условиях, предусмотренных настоящим Законом, иными нормативными актами Российской Федерации и субъектов Российской Федерации. Жилые помещения передаются в общую собственность либо в собственность одного из совместно проживающих лиц, в том числе несовершеннолетних.

Таким образом, в силу закона согласие лица, совместно проживающего в качестве члена семьи с лицом, имеющим намерение приватизировать занимаемое по договору социального найма жилое помещение, является обязательным условием для осуществления приватизации. Давая согласие на приватизацию жилья членам своей семьи, и не принимая в ней непосредственное участие, такое лицо не отказывается от принадлежащего ему права пользования данным жилым помещением и исходит из того, что это право сохранится за ним и после приватизации.

В настоящем деле установлено, что на момент приватизации спорной квартиры ответчик ФИО3 был зарегистрирован в спорном жилом помещении и имел равные права пользования этим помещением с лицом, его приватизировавшим – ФИО7, он дал свое согласие на приватизацию спорного жилого помещения, от личного участия в приватизации отказался, при этом после приватизации продолжал пользоваться жилым помещением.

Истец ФИО1 пояснила, что ФИО3 вплоть до марта 2023 года, пока ею не был установлен дополнительный замок на входной двери, имел свободный доступ в спорное жилое помещение, у него имеются ключи от квартиры, где хранятся его документы, инструменты, он еженедельно со своей семьей приходил в квартиру матери мыться и стирать вещи, ввиду отсутствия водопровода в доме, где он проживал с семьей. Коммунальные услуги оплачивала ФИО7, это была общая договоренность, после ее смерти ФИО3 обещал истцу помогать оплачивать коммунальные услуги, но обещание не сдержал, в связи с чем она обратилась в суд с настоящим иском.

Данные обстоятельства подтвердил и свидетель ФИО19, брат истца, проживавший в квартире с рождения до 2013 года и в период 2019-2022г.г., показавший, что коммунальные услуги за всех оплачивала бабушка, ФИО3 помогал ухаживать за бабушкой, приходил 2-3 раза в месяц, иногда приходил, чтобы помыться и постирать, ночевал, хранил в квартире свои инструменты; на момент выезда ФИО3 из квартиры в 2016 году и на момент смерти бабушки в 2023 году ему фактически проживать в квартире было негде – все комнаты были заняты; доступ ФИО3 в квартиру прекращен после смерти ФИО7

ФИО3 утверждал, что его выезд из спорного жилого помещения был вынужденным, он намерен продолжать пользоваться жилым помещением, готов оплачивать коммунальные услуги.

Таким образом, учитывая, что ФИО3 был вселен в квартиру в качестве члена семьи бывшего собственника, на момент приватизации имел равные права пользования спорным жилым помещением с лицом, его приватизировавшим, впоследствии сохранял в нем регистрацию по месту жительства, хранил личные вещи, не отказывался от права пользования жилым помещением, периодически использовал жилое помещение в личных целях, не имеет другого пригодного жилья, его не проживание в спорном жилом помещении обусловлено тем, что в квартире нет места для его проживания, а в настоящее время пользование квартирой невозможно ввиду препятствий со стороны истца, суд приходит к выводу о том, что правовых оснований для признания ФИО3 утратившим право пользования спорным жилым помещением и снятия с регистрационного учета не имеется.

Аргументы истца о том, что ФИО3 выехал из спорного жилого помещения добровольно, его отсутствие не носит временный характер, допустимыми доказательствами не подтверждены, опровергаются материалами дела.

При этом суд находит обоснованными исковые требования, предъявленные к ответчику ФИО2

Из положений ст. 31 Жилищного кодекса РФ, ст. 19 ФЗ "О введении в действие Жилищного кодекса Российской Федерации" следует, что сохранение за лицом права пользования жилым помещением при отказе от приватизации обусловлено необходимостью защиты прав граждан, которые не только проживали в спорном жилом помещении на правах члена семьи нанимателя на момент заключения договора о приватизации, но и продолжают проживать в спорном жилом помещении и не имеют другого пригодного жилого помещения.

Таким образом, в случае выезда в другое место жительства право пользования жилым помещением бывшего члена семьи собственника, в котором он проживал вместе с собственником жилого помещения, может быть прекращено независимо от того, что в момент приватизации спорного жилого помещения бывший член семьи собственника жилого помещения имел равное право пользования этим помещением с лицом, его приватизировавшим.

При рассмотрении настоящего дела ФИО2 подтвердила, что начиная с 2007-2009г.г. постоянно проживает с ФИО8, а в квартире по адресу: 

<

адрес> сохраняет лишь регистрацию по месту жительства, появлялась в жилом помещении лишь эпизодически – иногда приходила ухаживать за матерью (ФИО7), иногда – нянчиться с детьми ФИО1, личных вещей в квартире не имеет, коммунальные услуги не оплачивает.

Таким образом, судом установлено, что ФИО2 более 15 лет проживает с сожителем, фактически никогда постоянно не проживала в квартире по адресу: 

<

адрес>, личных вещей не имела, выселилась из жилого помещения добровольно, попыток для вселения не предпринимала. В ее пользовании имеется другое пригодное жилье, фактически предоставленное на безвозмездной основе сожителем, что и послужило основанием для выезда из спорного жилого помещения. Периодические визиты в спорное жилое помещение для ухода за матерью и внуками не могут свидетельствовать о том, что ее выезд из жилого помещения является временным.

При этом ФИО2 членом семьи собственника жилого помещения (истца) не является, лишена родительских прав в отношении ФИО1, самостоятельного права на проживание в жилом помещении на основании соглашения с собственником не приобрела.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу, что ФИО2, несмотря на дачу согласия на приватизацию спорного жилого помещения, на момент приватизации длительное время не проживала в жилом помещении, выехала добровольно и впоследствии вселиться не пыталась, следовательно, утратила право пользования жилым помещением.

Отсутствие у ответчика зарегистрированного права собственности на иное жилое помещение не может являться основанием для признания отсутствия ответчика в спорном жилом помещении временным, поскольку согласно части 2 статьи 1 ЖК РФ граждане по своему усмотрению и в своих интересах осуществляют принадлежащие им жилищные права. 

Таким образом, исковые требования о признании ФИО2 утратившей право пользования спорным жилым помещением подлежат удовлетворению. 

Признание ответчика утратившей право пользования жилым помещением является основанием для снятия ответчика с регистрационного учета по месту жительства в силу ст. 7 Закона РФ № от 

<

дата> «О праве граждан Российской Федерации на свободу передвижения, выбор места пребывания и жительства в пределах Российской Федерации» и пп. "е" п. 31 Правил регистрации и снятия граждан РФ с регистрационного учета по месту пребывания и месту жительства в пределах РФ, утвержденных Постановлением Правительства РФ N713 от 

<

дата>.

Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Признать ФИО2, 

<

дата> г.р., утратившей право пользования жилым помещением, расположенным по адресу: 

<

адрес>.

Решение суда является основанием для снятия ФИО2 с регистрационного учета по адресу: 

<

адрес>.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО3 о признании утратившим право пользования жилым помещением, снятии с регистрационного учета по адресу: 

<

адрес> – отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Коми через Сыктывдинский районный суд Республики Коми в течение одного месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Мотивированное решение составлено 

<

дата>.

Судья Н.В. Плесовская