Дело № 1-82/2017

П Р И Г О В О Р

 

Именем Российской Федерации

17 августа 2017 года г. Сортавала 

Сортавальский городской суд Республики Карелия в составе председательствующего судьи Серебрякова Г.Г., с участием государственного обвинителя - старшего помощника прокурора гор. Сортавала ФИО1, потерпевших Р.Н.Л., Р.Н.А., Б.И.С., подсудимого ФИО2, защитника - адвоката Аверичева С.Ю. представившего ордер № 97А от 14 августа 2017 года, при секретаре Балуевой О.И., рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении

ФИО2, 

<

Данные изъяты>, не судимого, с мерой пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, 

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 5 ст. 264 УК РФ,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО2 совершил нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека, повлекшее по неосторожности смерть двух лиц, при следующих обстоятельствах.

<

Дата обезличена>, в период времени с 01 часа 00 минут до 01 часа 35 минут, ФИО2, управляя автомобилем марки М., двигался по ул. Карельская г. Сортавала Республики Карелия со стороны г. Петрозаводска Республики Карелия в направлении г. Санкт-Петербурга.

В указанный выше период времени на перекрестке 

<

Адрес обезличен> при повороте налево водитель ФИО2 не уступил дорогу автомобилю марки Ф., под управлением П.Л.Н., движущемуся по ул. Карельская г. Сортавала Республики Карелия со стороны г. Санкт-Петербурга в направлении г. Петрозаводска Республики Карелия, то есть по равнозначной дороге со встречного направления прямо, и совершил столкновение с указанным автомобилем.

При этом, ФИО2 не предвидел, что может совершить столкновение с автомобилем, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог это предвидеть.

В результате данного дорожно-транспортного происшествия водителю автомобиля марки Ф., П.Л.Н. были причинены телесные повреждения, от которых последовала его смерть: 

<

Данные изъяты> Тяжелая сочетанная травма квалифицируется как тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека, состоит в прямой причинной связи с наступившим смертельным исходом.

Пассажиру автомобиля марки Ф., Е.И.А. были причинены телесные повреждения, от которых последовала его смерть: 

<

Данные изъяты> Данная травма сопровождалась развитием угрожающего жизни состояния – кома 2 – 3 степени, и квалифицируется, как тяжкий вред здоровью, по признаку опасного для жизни человека, состоит в прямой причинной связи с наступлением смерти.

Пассажиру автомобиля марки Ф., Б.И.С. была причинена сочетанная травма тела; 

<

Данные изъяты> Данная травма квалифицируется как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни.

Пассажиру автомобиля марки Ф., М.И.А. была причинена сочетанная травма тела; 

<

Данные изъяты> Данная травма квалифицируется как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни.

Своими действиями водитель автомобиля марки М. 10, ФИО2 нарушил следующие пункты Правил дорожного движения РФ:

- 13.12. При повороте налево или развороте водитель безрельсового транспортного средства обязан уступить дорогу транспортным средствам, движущимся по равнозначной дороге со встречного направления прямо или направо;

- 1.5 Участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда.

Нарушение водителем автомобиля марки М., ФИО2 указанных пунктов Правил дорожного движения РФ стоит в прямой причинной связи с произошедшим дорожно-транспортным происшествием и причинением смерти П.Л.Н. и Е.И.А., причинением тяжкого вреда здоровью Б.И.С. и М.И.А. 

Подсудимый ФИО3 вину по предъявленному ему обвинению не признал и пояснил, что 

<

Дата обезличена> после 01 часа он на автомобиле, который за ним закреплен, поехал домой. По дороге решил заехать в банкомат на ул. Комсомольская. На улице было темно, ехал он медленно. Перед поворотом налево, справа его объехал автомобиль. Впереди он увидел красное пятно, он ударил по тормозам и полностью остановился. Навстречу ему по его полосе двигался автомобиль на большой скорости без включенных фар. Потом произошел удар. Столкновение произошло на его полосе движения, он на полосу встречного движения не выезжал. В момент столкновения его автомобиль находился параллельно дороге. Протокол осмотра места происшествия и схема ДТП составлялась без него. Позже его знакомили и с протоколом и со схемой. Он не согласен с местом столкновения, указанного на схеме. В остальном – с расположением автомобилей, осколков, разметкой дороги он согласен. При ознакомлении с протоколом осмотра места происшествия, там отсутствовали сведения об измерительных приборах, которые использовались при измерении.

Вина подсудимого в совершении преступления подтверждается следующей совокупностью допустимых доказательств, исследованных судом:

<

Данные изъяты>

<

Данные изъяты>

<

Данные изъяты>

<

Данные изъяты> 

<

Данные изъяты>

<

Данные изъяты>

<

Данные изъяты>

<

Данные изъяты>

<

Данные изъяты>

<

Данные изъяты>

<

Данные изъяты>

<

Данные изъяты> 

<

Данные изъяты>

<

Данные изъяты>

<

Данные изъяты>

<

Данные изъяты> 

<

Данные изъяты> 

<

Данные изъяты>

<

Данные изъяты>

<

Данные изъяты>

<

Данные изъяты>

<

Данные изъяты>

<

Данные изъяты>

<

Данные изъяты>

<

Данные изъяты>

<

Данные изъяты>

Проанализировав в совокупности доказательства, представленные суду стороной обвинения и стороной защиты, суд приходит к выводу, что вина подсудимого в совершении преступного деяния, установленного в судебном заседании и указанного в описательной части приговора полностью доказана. 

Предоставленные суду стороной обвинения доказательства не вызывают сомнений у суда и являются допустимыми доказательствами. Все они получены с соблюдением норм уголовно-процессуального законодательства. Показания потерпевших и свидетелей последовательны, согласуются между собой, подтверждаются письменными доказательствами и указывают на одни и те же обстоятельства совершения ФИО2 преступления. Оснований полагать, что потерпевшие, свидетели по делу оговорили подсудимого, в судебном заседании не установлено. 

Показания свидетеля защиты Х.Э.М. о том, что со слов Д. на перекрестке около нефтебазы на большой скорости двигался автомобиль красного цвета без фар, и представленная ею переписка с Д. не ставят под сомнения доказательства стороны обвинения, учитывая, что из переписки не следует, что автомобиль был красного цвета, кроме того допрошенные в судебном заседании потерпевший Б.И.С. и свидетель Б.Ю.В. пояснили, что они не проезжали перекресток около нефтебазы, так как автомобиль под управлением П.Л.Н. развернулся на другом перекрестке. Доводы стороны защиты о том, что автомобиль с потерпевшими двигался без включенных свет фар противоречит не только показаниям свидетеля Ю.В.О. о том, что фары на автомобиле потерпевших горели, показаниям потерпевших М.И.А. и Б.И.С. и свидетеля Г.Д.Ш. о том, что свет фар на автомобиле включается автоматически при включении зажигания, но и протоколу осмотра автомобиля, из которого следует, что переключатель света фар находится в положении, соответствующем ближнему свету фар. Данное обстоятельство подтвердил в судебном заседании и свидетель М.С.В., осматривавший данный автомобиль на месте происшествия. Отсутствие на фотографиях света на задних фарах автомобиля Фольксваген Гольф не указывает на то, что свет фар на автомобиле не был включен во время движения, учитывая, что в результате столкновения на автомобиле была полностью разбита аккумуляторная батарея (т. 1 л.д. 220-224);

В судебном заседании потерпевший Б.И.С. пояснил, что автомобиль под управлением П.Л.Н. двигался со скоростью около 70 км в час, свидетель Ю.В.О. пояснил, что встречный автомобиль двигался со скоростью около 60 км в час. Согласно показаниям потерпевшего М.И.А. скорость автомобиля была 100 – 110 км в час. Таким образом, в судебном заседании скорость, с которой двигался автомобиль под управлением П.Л.Н. достоверно не установлена. Учитывая выводы эксперта о том, что у водителя автомобиля Ф. не было технической возможности для предотвращения столкновения с автомобилем М. путем применения экстренного торможения со скорости 60 км/ч, суд приходит к выводу о том, что нарушение водителем П.Л.Н. скоростного режима не находится в прямой причинной связи с совершенным ДТП. В то же время, нарушение водителем ФИО2 требований п. 13.12 ПДД, обязывающих при повороте налево уступить дорогу транспортным средствам, движущимся по равнозначной дороге со встречного направления прямо, находится в прямой причинной связи с наступившим ДТП. Учитывая показания свидетеля Ю.В.О. о том, что он увидел автомобиль с потерпевшими, двигавшийся ему навстречу при опережении автомобиля подсудимого, то есть находился с водителем автомобиля М. на одном расстоянии от встречного автомобиля, суд приходит к выводу о том, подсудимый также должен был видеть встречный автомобиль, в связи с чем у ФИО2 имелась возможность избежать ДТП при выполнении им требований п. 13.12 ПДД.

Показания свидетеля М.С.В. о том, что на месте ДТП Ю.В.О. говорил ему о двух встречных автомобилях и показания свидетеля Я.В.С. о том, что он не видел, чтоб за ними двигались другие автомобили с включенными фарами не указывают на невиновность подсудимого, учитывая показания свидетеля Ю.В.О. о том, что столкновение с автомобилем М. совершил именно тот автомобиль, который двигался со стороны моста с включенным светом фар.

В связи с тем, что согласно карточки учета транспортного средства (т. 1 л.д. 73) и паспорта транспортного средства (т. 1 л.д. 74) марка (модель) автомобиля, которым управлял подсудимый указана как М.», а согласно показаниям владельца автомобиля Б.Е.В., фактически данный автомобиль является М., суд приходит к выводу о том, что заключения эксперта в части нарушений ПДД водителем автомобиля М. относится к автомобилю модели М., которым управлял подсудимый.

Суд не может согласиться с позицией защитника подсудимого о признании недопустимыми доказательствами протокола осмотра места происшествия и схемы к нему в связи с тем, что протокол составлялся в отсутствие подсудимого, в протокол вносились изменения, схема составлена следователем не входящим в следственно-оперативную группу и не подписана следователем, составившим протокол осмотра места происшествия. Допрошенный в судебном заседании следователь Х.М.В. пояснил, что никаких изменений в протокол не вносилось, при допросе ФИО2 в качестве обвиняемого он записал его показания, в том числе и его отношение к протоколу осмотра, несмотря на то, что все данные о применяемых технических средствах и средствах измерения в протоколе имелись. Из материалов уголовного дела следует, что подсудимый не мог участвовать в осмотре места происшествия, так как в это время (с 02 часов 30 минут до 04 часов 25 минут) в отношении него проводилось освидетельствование на состояние алкогольного опьянения, бралось письменное объяснение, он участвовал в осмотре обоих автомобилей. Согласно показаниям следователя Х.М.В. для участия в осмотре места происшествия его привлек следователь С.Р.Ю., который являлся руководителем следственно-оперативной группы. Ранее было указание начальника СО о привлечении к осмотру места происшествия других следователей в случаях ДТП со смертельным исходом. Учитывая, что следователь Х.М.В. указан в протоколе осмотра места происшествия как участник следственного действия, расположение автомобилей, осыпи осколков, следов разлива охлаждающей жидкости, все замеры на составленной им схеме полностью соответствует их описанию и замерам в протоколе осмотра места происшествия и приложенной к нему фототаблице, сам подсудимый расположение автомобилей, осыпи осколков, следов разлива охлаждающей жидкости, не оспаривает, ч. 1.1 ст. 170 УПК РФ предусматривает возможность проведения осмотра в отсутствие понятых при использовании технических средств, в ходе осмотра использовались технические средства фиксации хода и результатов следственного действия, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для признания протокола осмотра места происшествия и приложенной к нему схемы недопустимым доказательством, в связи с чем, ходатайство подсудимого и его защитника об этом не подлежит удовлетворению. Вопреки доводам подсудимого, в схеме отсутствует указание на место столкновения автомобилей.

Суд квалифицирует действия ФИО2 по ч. 5 ст. 264 УК РФ – нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека, повлекшее по неосторожности смерть двух лиц.

Давая юридическую квалификацию действиям подсудимого, суд считает, что водитель ФИО2 при повороте налево не уступил дорогу транспортному средству, движущемуся по равнозначной дороге со встречного направления прямо создав опасность для движения и причинив вред, чем нарушил п. 13.12 и п. 1.5 Правил дорожного движения РФ. Данные нарушения Правил дорожного движения РФ стоят в прямой причинной связи с произошедшим дорожно-транспортным происшествием и причинением смерти П.Л.Н., Е.И.А., причинением тяжкого вреда здоровью Б.И.С., М.И.А.

При назначении наказания подсудимому суд учитывает характер и степень общественной опасности его действий, обстоятельства совершения преступления, данные о личности подсудимого, который не судим, на момент совершения преступления привлекался к административной ответственности однократно за нарушение общественного порядка и однократно за нарушение ПДД РФ, на учетах у врачей нарколога и психиатра не состоит, по месту работы характеризуется положительно, по месту жительства характеризуется удовлетворительно. Также при назначении наказания подсудимому суд учитывает состояние здоровья супруги 

<

Данные изъяты> беременность супруги, участие его в воспитании малолетнего ребенка.

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание подсудимого, суд признает фактическое возмещение им морального вреда потерпевшей Р.Н.А. и нарушение ПДД со стороны потерпевших (управление П.Л.Н. автомобилем в состоянии алкогольного опьянения, несоблюдение скоростного режима, нарушение потерпевшими правил применения ремней безопасности). При этом суд учитывает, что несоблюдение потерпевшими указанных правил дорожного движения не находятся в прямой причинной связи с наступившими в результате преступления последствиями.

Учитывая, что возмещение морального вреда потерпевшей Р.Н.А. было осуществлено через службу судебных приставов и не было добровольным со стороны подсудимого, решение о взыскании с подсудимого компенсации морального вреда было принято судом, ФИО2 заявленный потерпевшей гражданский иск не признавал, оснований для применения положений ч. 1 ст. 62 УК РФ при назначении наказания не имеется.

Обстоятельств, отягчающих наказание подсудимому судом не установлено.

Учитывая обстоятельства совершения преступления, данные о личности подсудимого ФИО2, который до совершения преступления привлекался к административной ответственности за нарушение правил дорожного движения, наступившие последствия от совершенного преступления, отношение подсудимого к содеянному (отсутствие раскаяния), суд приходит к выводу о том, что достижение целей наказания, а именно восстановление социальной справедливости, исправление осужденного и предупреждение совершения им новых преступлений невозможно без изоляции подсудимого от общества.

В силу ч. 1 ст. 58 УК РФ наказание ФИО2 должен отбывать в колонии – поселении, куда он должен следовать самостоятельно.

Оснований для назначения подсудимому отбывания наказания в исправительной колонии общего режима и для направления его в колонию - поселение под стражей суд не находит.

Оснований для изменения категории преступления на менее тяжкое в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ не имеется. 

Дополнительное наказание по ч. 5 ст. 264 УК РФ является безальтернативным, и поэтому суд назначает подсудимому дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами. Учитывая обстоятельства совершения преступления, суд считает, что срок лишения данного права должен быть максимальным.

До вступления приговора в законную силу, меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении ФИО2, необходимо оставить без изменения, в целях обеспечения возможности исполнения приговора.

Потерпевший Б.И.С. заявил гражданский иск о возмещении морального вреда в размере 250 000 рублей. Потерпевший М.И.А. заявил гражданский иск о возмещении морального вреда в размере 700 000 рублей. Потерпевший Р.Н.Л. заявил гражданский иск о возмещении морального вреда в размере 1000000 рублей и материального вреда, связанного с расходами на погребение сына в размере 31520 рублей.

В силу ч. 1 ст. 151 ГК РФ суд находит требования истцов о возмещении морального вреда обоснованными и подлежащими удовлетворению, поскольку подсудимым потерпевшим Б.И.С., М.И.А. были причинены нравственные страдания, связанные с физической болью от полученных травм, а Р.Н.Л. в связи с потерей близкого человека – родного сына. Определяя размер компенсации, суд учитывает характер и степень пережитых истцами нравственных страданий, требования разумности и справедливости, а также обстоятельства, при которых возник вред (в том числе нарушение ПДД со стороны самих потерпевших), материальное положение подсудимого.

С учетом изложенного, суд считает, что гражданские иски потерпевших Б.И.С., М.И.А. и Р.Н.Л. о возмещении морального вреда подлежат удовлетворению и размер компенсации должен составить: в пользу потерпевшего Б.И.С. – 250000 (двести пятьдесят тысяч) рублей; в пользу потерпевшего М.И.А. – 250000 (двести пятьдесят тысяч) рублей; в пользу потерпевшего Р.Н.Л. – 130000 (сто тридцать тысяч) рублей.

В силу ст. 1094 ГК РФ лица, ответственные за вред, вызванный смертью потерпевшего, обязаны возместить необходимые расходы на погребение лицу, понесшему эти расходы. Перечень необходимых расходов, связанных с погребением, содержится в Федеральном законе от 12.01.1996 г. № 8-ФЗ – «О погребении и похоронном деле». В соответствии со ст.ст. 3,5 названного Федерального закона вопрос о размере необходимых расходов должен решаться с учетом необходимости обеспечения достойного отношения к телу умершего и его памяти, а погребение определяется как обрядовые действия по захоронению тела человека после его смерти в соответствии с обычаями и традициями, не противоречащими санитарным и иным требованиям. Учитывая, что установка памятника включается в обрядовые действия по захоронению человека, расходы гражданского истца по установке памятника подлежат взысканию. Согласно представленным гражданским истцом документов, на погребение П.Л.Н. было израсходовано 31520 рублей. Учитывая изложенное, гражданский иск потерпевшего Р.Н.Л. о возмещении материального ущерба подлежит удовлетворению в полном объеме.

Вещественные доказательства: автомобиль М., находящийся на хранении у Б.Е.В., автомобиль Ф., находящийся на хранении у Г.Д.Ш. в соответствии с п. 6 ч. 3 ст. 81 УПК РФ подлежат передаче законным владельцам; два диска CD-R в соответствии с п. 5 ч. 3 ст. 81 УПК РФ, подлежат хранению при деле.

Учитывая материальное положение подсудимого, предъявленные к нему гражданские иски, суд освобождает его от уплаты процессуальных издержек, связанных с участием в ходе предварительного следствия по делу защитника по назначению следователя.

На основании изложенного, руководствуясь, ст. ст. 307 – 309 УПК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л:

Признать ФИО2 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 5 ст. 264 УК РФ, за которое назначить ему наказание в виде 3 (трех) лет лишения свободы с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами на срок 3 (три) года, с отбыванием основного наказания в колонии поселении.

ФИО2 следовать к месту отбытия наказания за счет государства самостоятельно. Срок наказания исчислять со дня прибытия в колонию - поселение. Засчитать в срок отбытия наказания время следования ФИО2 к месту отбывания наказания в соответствии с предписанием, предусмотренным ст. 75.1 УИК РФ, из расчета один день за один день. 

До вступления приговора в законную силу, меру пресечения ФИО2 – подписку о невыезде и надлежащем поведении, оставить без изменения. 

Гражданские иски удовлетворить. Взыскать с ФИО2 в пользу Б.И.С. в счет денежной компенсации морального вреда – 250 000 (двести пятьдесят тысяч) рублей. Взыскать с ФИО2 в пользу М.И.А. в счет денежной компенсации морального вреда – 250 000 (двести пятьдесят тысяч) рублей. Взыскать с ФИО2 в пользу Р.Н.Л. в счет денежной компенсации морального вреда 130000 (сто тридцать тысяч) рублей и в счет возмещения материального ущерба 31520 (тридцать одна тысяча пятьсот двадцать) рублей.

Вещественные доказательства: автомобиль М., находящийся на хранении у Б.Е.В.- вернуть последнему в распоряжение; автомобиль Ф., находящийся на хранении у Г.Д.Ш. - вернуть последнему в распоряжение; два диска CD-R - хранить при деле.

Освободить ФИО2 от уплаты процессуальных издержек.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Карелия через Сортавальский городской суд Республики Карелия в течение 10 суток со дня его провозглашения. 

В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

Председательствующий Г.Г. Серебряков