УИД № 57RS0022-01-2024-005300-69 Производство № 2-802/2025

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

25 апреля 2025 года г. Орёл

Заводской районный суд г. Орла в составе 

председательствующего судьи Цивилевой Е.Ю.,

при секретаре судебного заседания Ибрагимове Э.К., 

рассмотрев в судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «СК Центр» о признании отношений сторон трудовыми и взыскании заработной платы, компенсации морального вреда, 

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью «СК Центр» (далее – ООО «СК Центр», общество) о признании отношений сторон трудовыми и взыскании заработной платы, компенсации морального вреда.

Исковые требования мотивированы тем, что 28.06.2024 между ним и обществом был заключен гражданско-правовой договор № ГПХ28-06/2024 на производство работ по капитальному ремонту ограждения изолятора временного содержания УМВД России по г. Орлу, расположенного по адресу: 

<

...> (далее – ИВС, объект), на срок с 28.06.2024 по 31.08.2024. 

Ссылается, что в его обязанности входило непосредственно выполнение работ и взаимодействие с руководством ИВС по вопросам организации работ. Он ежедневно был обязан являться на объект и выполнять работы в течение рабочего времени с 08:00 до 17:00 с перерывом на обед.

Приводит довод о том, что во время выполнения работ он подчинялся руководителю общества, выполнял все работы из материалов и инструментами ООО «СК Центр», работал в строго определенное время, при этом, в договоре не был указан конкретный перечень работ, которые ему лично надо было выполнить, работы выполнялись коллективно, группой людей. После окончания срока выполнения работ – 31.08.2024, с ним не подписали соглашение о продлении срока выполнения работ, однако руководителем общества было дано указание продолжить выполнение работ на объекте с обещанием все оформить документально, в связи с чем он продолжил выполнение работ на объекте по указанию руководителя общества. 

Вся территория ИВС является охраняемым объектом, находится под камерами видеонаблюдения, в зоне проведения работ был выставлен пост и проходя на территорию осуществляется учет проходящих в соответствующем журнале.

Обращает внимание, что без оформления трудовых отношений он работал еще два месяца, за которые оплату не получил. Ему были выплачены денежные средства за июль-август 2024 года. Весь период работы он вел переписку с руководителем общества, однако получал только обещания по оплате и документальному оформлению трудовых отношений.

Ссылаясь на изложенные обстоятельства, ФИО1 просит суд признать гражданско-правовой договор на выполнение работ (услуг) № ГПХ-28-06/2024 от 28.06.2024 трудовым договором; взыскать с ООО «СК Центр» денежные средства за период с 01.09.2024 по 31.10.2024 в сумме 100 000 руб., проценты (денежную компенсацию) в сумме 8 645 руб., проценты (денежную компенсацию) с 21.12.2024 до момента выплаты заработной платы, моральный вред в сумме 10 000 рублей.

В ходе судебного разбирательства к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены УМВД России по г. Орлу, УМВД России по Орловской области, Государственная инспекция труда в Орловской области.

В судебном заседании истец ФИО1 заявленные исковые требования поддержал, настаивал на их удовлетворении в полном объеме, указав, что к нему обратилась руководитель ООО «СК Центр», которая просила его выполнить работы, связанные с исполнением государственного контракта по капитальному ремонту ограждения ИВС. Пояснил, что он ранее работал в ООО «СК Центр» и также сталкивался с проблемами оплаты за выполненные работы, однако руководитель общества уговорила помочь им с данным объектом и просила его приступить к работе. Поскольку на данном объекте он фактически выполнял обязанности прораба, то есть, необходимо было координировать работу каменщиков, электриков, следить за поставкой стройматериалов, обеспечивать контроль за нахождением работников на режимном объекте, контролировать ход работ, координировать данную работу с руководством общества, заказчиком работ и руководством ИВС, он уволился с прежней работы и полный рабочий день работал на объекте ИВС. По договору ГПХ расчет получил, однако на период работы без оформления трудовых отношений оплачен ему не бы, так как работодатель ссылался на ненадлежащее выполнение работы. В досудебном порядке руководитель ООО «СК Центр» оплату за спорный период не произвел, отказался признавать взаимоотношения сторон трудовыми. 

Ответчик – директор ООО «СК Центр» ФИО2 и представитель общества ФИО3 в судебном заседании возражали относительно заявленных требований, ссылались на то, что истцом ненадлежащим образом выполнялись обязанности по договору ГПХ, из-за чего срок сдачи объекта был нарушен и объект был сдан только в ноябре. Возражали относительно доводов истца, что он работал полный день на объекте, указывали, что у него была другая работа, которую он совмещал с работой по договору ГПХ. Кроме того, заявили о пропуске срока исковой давности на обращение в суд с настоящим иском. 

Представители третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора УМВД России по г. Орлу – ФИО4, УМВД России по Орловской области – ФИО5 в судебном заседании при разрешении спора полагались на усмотрение суда.

Представитель третьего лица Государственной инспекции труда в Орловской области в судебное заседание не явился, извещался о рассмотрении дела надлежащим образом.

На основании статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) дело рассмотрено в отсутствие не явившихся лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания.

Выслушав объяснения участников процесса, допросив свидетелей, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии с частью 1 статьи 37 Конституции Российской Федерации труд свободен. Каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию.

К основным принципам правового регулирования трудовых отношений и иных, непосредственно связанных с ними отношений исходя из общепризнанных принципов и норм международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации статьи 2 Трудового кодекса Российской Федерации (далее – ТК РФ) относит в том числе свободу труда, включая право на труд, который каждый свободно выбирает или на который свободно соглашается; право распоряжаться своими способностями к труду, выбирать профессию и род деятельности; обеспечение права каждого на защиту государством его трудовых прав и свобод, включая судебную защиту.

В целях обеспечения эффективной защиты работников посредством национальных законодательств и практики, разрешения проблем, которые могут возникнуть в силу неравного положения сторон трудового правоотношения, Генеральной конференцией Международной организации труда 15.06.2006 принята Рекомендация № 198 «О трудовом правоотношении» (далее - Рекомендация МОТ о трудовом правоотношении, Рекомендация).

В пункте 2 Рекомендации МОТ о трудовом правоотношении указано, что характер и масштабы защиты, обеспечиваемой работникам в рамках индивидуального трудового правоотношения, должны определяться национальным законодательством или практикой либо и тем, и другим, принимая во внимание соответствующие международные трудовые нормы.

Пунктом 9 этого документа предусмотрено, что для целей национальной политики защиты работников в условиях индивидуального трудового правоотношения существование такого правоотношения должно в первую очередь определяться на основе фактов, подтверждающих выполнение работы и выплату вознаграждения работнику, невзирая на то, каким образом это трудовое правоотношение характеризуется в любом другом соглашении об обратном, носящем договорной или иной характер, которое могло быть заключено между сторонами.

Пункт 13 Рекомендации называет признаки существования трудового правоотношения, в частности, работа выполняется работником в соответствии с указаниями и под контролем другой стороны; интеграция работника в организационную структуру предприятия; выполнение работы в интересах другого лица лично работником в соответствии с определенным графиком или на рабочем месте, которое указывается или согласовывается стороной, заказавшей ее; периодическая выплата вознаграждения работнику; работа предполагает предоставление инструментов, материалов и механизмов стороной, заказавшей работу.

В целях содействия определению существования индивидуального трудового правоотношения государства-участники должны в рамках своей национальной политики рассмотреть возможность установления правовой презумпции существования индивидуального трудового правоотношения в том случае, когда определено наличие одного или нескольких соответствующих признаков (пункт 11 Рекомендации МОТ о трудовом правоотношении).

Согласно статье 15 ТК РФ трудовые отношения - это отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором. Заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения между работником и работодателем, не допускается.

Сторонами трудовых отношений являются работник и работодатель (часть 1 статьи 20 ТК РФ).

По общему правилу, установленному частью 1 статьи 16 ТК РФ, трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с этим кодексом.

Вместе с тем, согласно части 3 статьи 16 ТК РФ трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.

Пунктом 21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2018 № 15 и являющиеся актуальными для всех субъектов трудовых отношений, определено, что при разрешении споров работников, с которыми не оформлен трудовой договор в письменной форме, судам исходя из положений статей 2, 67 ТК РФ необходимо иметь в виду, что, если такой работник приступил к работе и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется и трудовой договор считается заключенным. В связи с этим доказательства отсутствия трудовых отношений должен представить работодатель.

Аналогичная правовая позиция содержится в определениях Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 07.12.2020 № 5-КГ20-99-К2, от 29.04.2019 № 73-КГ19-1, от 02.09.2019 № 41-КГ19-10, от 21.10.2019 № 78-КГ19-30, от 21.10.2019 № 78-КГ19-33, от 25.11.2019 № 20-КГ19-10, от 02.07.2018 № 49-КГ18-20, от 17.12.2018 № 18-КГ18-194.

Данная норма представляет собой дополнительную гарантию для работников, приступивших к работе с разрешения уполномоченного должностного лица без заключения трудового договора в письменной форме, и призвана устранить неопределенность правового положения таких работников (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 19.05.2009 № 597-О-О).

В части 1 статьи 56 ТК РФ дано понятие трудового договора как соглашения между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

Трудовой договор заключается в письменной форме, составляется в двух экземплярах, каждый из которых подписывается сторонами (часть 1 статьи 67 ТК РФ).

В соответствии с частью 2 статьи 67 ТК РФ трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе, а если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии были признаны трудовыми отношениями, - не позднее трех рабочих дней со дня признания этих отношений трудовыми отношениями, если иное не установлено судом.

В части 1 статьи 68 ТК РФ предусмотрено, что прием на работу оформляется приказом (распоряжением) работодателя, изданным на основании заключенного трудового договора. Содержание приказа (распоряжения) работодателя должно соответствовать условиям заключенного трудового договора.

Согласно разъяснениям, содержащимся в абз. 2 пункта 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», если трудовой договор не был оформлен надлежащим образом, однако работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя, то трудовой договор считается заключенным и работодатель или его уполномоченный представитель обязан не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения к работе оформить трудовой договор в письменной форме (часть 2 статьи 67 ТК РФ).

Из приведенных выше нормативных положений трудового законодательства следует, что к характерным признакам трудовых отношений относятся: достижение сторонами соглашения о личном выполнении работником определенной, заранее обусловленной трудовой функции в интересах, под контролем и управлением работодателя; подчинение работника действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка, графику работы (сменности); обеспечение работодателем условий труда; выполнение работником трудовой функции за плату.

О наличии трудовых отношений может свидетельствовать и стабильный характер этих отношений, подчиненность и зависимость труда, выполнение работником работы только по определенной специальности, квалификации или должности, наличие дополнительных гарантий работнику, установленных законами, иными нормативными правовыми актами, регулирующими трудовые отношения.

К признакам существования трудового правоотношения также относятся, в частности, выполнение работником работы в соответствии с указаниями работодателя; интегрированность работника в организационную структуру работодателя; признание работодателем таких прав работника, как еженедельные выходные дни и ежегодный отпуск; оплата работодателем расходов, связанных с поездками работника в целях выполнения работы; осуществление периодических выплат работнику, которые являются для него единственным и (или) основным источником доходов; предоставление инструментов, материалов и механизмов работодателем (Рекомендация №198 о трудовом правоотношении).

Трудовые отношения между работником и работодателем возникают на основании трудового договора, который заключается в письменной форме. При этом обязанность по надлежащему оформлению трудовых отношений с работником (заключение в письменной форме трудового договора, издание приказа (распоряжения) о приеме на работу) нормами ТК РФ возлагается на работодателя.

В то же время само по себе отсутствие оформленного надлежащим образом, то есть в письменной форме, трудового договора не исключает возможности признания сложившихся между сторонами отношений трудовыми, а трудового договора - заключенным при наличии в этих отношениях признаков трудового правоотношения, поскольку из содержания статей 11, 15, части 3 статьи 16 и статьи 56 ТК РФ во взаимосвязи с положениями части 2 статьи 67 названного кодекса следует, что трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. Датой заключения трудового договора в таком случае будет являться дата фактического допущения работника к работе.

Цель указанной нормы - устранение неопределенности правового положения таких работников и неблагоприятных последствий отсутствия трудового договора в письменной форме, защита их прав и законных интересов как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении, в том числе путем признания в судебном порядке факта трудовых отношений между сторонами, формально не связанными трудовым договором. При этом неисполнение работодателем, фактически допустившим работника к работе, обязанности оформить в письменной форме с работником трудовой договор в установленный статьей 67 ТК РФ срок, вопреки намерению работника оформить трудовой договор, может быть расценено как злоупотребление со стороны работодателя правом на заключение трудового договора (статьия 22 ТК РФ). Правом на заключение трудового договора с работником обладает не только работодатель, но и его уполномоченный на это представитель.

Таким образом, по смыслу взаимосвязанных положений статей 15, 16, 56, части 2 статьи 67 ТК РФ, если работник, с которым не оформлен трудовой договор в письменной форме, приступил к работе и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется и трудовой договор считается заключенным. В связи с этим доказательства отсутствия трудовых отношений в первую очередь должен представить работодатель. При разрешении вопроса, имелись ли между сторонами трудовые отношения, суд в силу статей 55, 59 и 60 ГПК РФ вправе принимать любые средства доказывания, предусмотренные процессуальным законодательством. К таким доказательствам, в частности, относятся письменные доказательства, свидетельские показания, аудио- и видеозаписи.

Следовательно, суд должен не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (трудового договора, гражданско-правовых договоров, штатного расписания, приказа о приеме на работу и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в статьях 15 и 56 ТК РФ, был ли фактически осуществлен допуск работника к выполнению трудовой функции.

Как следует из материалов дела, между УМВД России по Орловской области и ООО «СК Центр» был заключен государственный контракт № 01541000060240000280001 от 15.05.2024 (далее – государственный контракт) по условиям которого, подрядчик обязуется собственными силами и из своих материалов, с использованием собственного (арендованного) оборудования, техники и персонала выполнить работы по капитальному ремонту ограждения ИВС УМВД России по г. Орлу по адресу: (адрес обезличен) (пункт 1.1).

Срок выполнения работ предусмотрен со дня согласования заказчиком подрядчику списка лиц, допускаемых на объект, после подписания государственного контракта и до (дата обезличена) (включительно) (пункт 2.1). Датой исполнения подрядчиком обязательств по контракту считается дата подписания документов о приемке выполненных работ, подписанных заказчиком (пункт 2.3).

Письмом от 24.06.2024 № 51 ООО «СК Центр» направил список сотрудников в УМВД России по Орловской области, привлеченных к выполнению работ по государственному контракту, в том числе указал ФИО1 

Судом также установлено, что ФИО1 (исполнитель) работал в ООО «СК Центр» (заказчик) по гражданско-правовому договору на выполнение работ (услуг) № ГПХ 28-06/2024 от 28.06.2024 (далее – договор ГПХ 28-06/2024) в период с 28.06.2024 по 31.08.2024 (пункты 2.1, 2.2). 

Исходя из предмета договора исполнителю поручалось выполнение следующих работ: контроль производства работ на объекте ИВС УМВД России по г. Орлу, капитальный ремонт ограждения по адресу: (адрес обезличен). В обязанности исполнителя входило: выполнение работ в соответствии со сметным расчетом (приложение к государственному контракту № 01541000060240000280001), а также непосредственное взаимодействие с начальником ИВС, а именно: переписка, переговоры, выполнение законных требований в связи с проведением работ, представление необходимой документации и информации (исполнительную документацию, документы о приемке скрытых работ, выполненных работ и т.д.), уведомление о завершении работ, о необходимости приемки работ, и сдача результата работ на объекте. Непосредственное участие в сдаче работ от лица заказчика, организация приемки, подготовка и направление необходимых документов, организация подписания документов, их получение и передача. Вменялась ответственность перед заказчиком и третьими лицами за качество и соответствие законодательству представленной документации и выполненных на объекте работ (пункт 1.2).

Общая стоимость работ, определенных договором ГПХ 28-06/2024 составила 100 000 руб. (пункт 3.1), оплата по договору была предусмотрена по факту выполнения работ, в течение 5 рабочих дней после подписания сторонами акта сдачи-приемки выполненных работ.

Договором ГПХ 28-06/2024 была предусмотрена ответственность сторон, за ненадлежащее исполнение обязательств исполнителя и за нарушение сроков исполнения, которая выражалась тем, что заказчик может не принимать и не оплачивать некачественные работы или выполненные с нарушением срока (пункт 5.1).

Обращаясь в суд с настоящим иском, ФИО1 ссылался на то, что работы на объекте велись с 28.06.2024 по конец октября 2024 года, при этом оплату за выполненную работу он получил только за период с 28.06.2024 по 31.08.2024 в оговоренной договором ГПХ 28-06/2024 сумме, работы он выполнял фактически в должности прораба, в подчинении него были каменщики, электрики, которых он просил допросить.

Из представленных стороной ответчика документов усматривается, что 27.08.2024 ФИО1 был выплачен аванс в сумме 25 000 руб. Из акта приемки-сдачи работ № 1 от 21.01.2025 следует, что стоимость работ по указанному договору ГПХ составила 86 207 руб., НДФЛ – 11 207 руб. 

При этом, истец был не согласен с тем, что данная сумма выплачена за весь его период работы в ООО «СК Центр», то есть с 28.06.2024 по 31.10.2024, поскольку фактически он работал на объекте в объеме поставленных задач указанным договором ГПХ, без оформления трудовых отношений с 01.09.2024 по 31.10.2024 и без оплаты за выполненные работы.

Возражая относительно требований истца, представителем ООО «СК Центр» в судебном заседании была представлена претензия от 16.09.2024, которая направлялась ФИО1, из которой усматривается, что исполнителем (ФИО1) нарушен пункт 6.2 договора, им не обеспечена сдача работ до 31.08.2024, что привело к нарушению сроков, определенных государственным контрактом, в связи с чем общество усмотрело факт ненадлежащего исполнения работ по договору ГПХ 28-06/2024 истцом, а также ссылалось на то, что по состоянию на 16.09.2024 объем выполненных ФИО1 работ составляет примерно 60 процентов от требуемого объема работ. Ввиду данных нарушений, обществу заказчиком - УМВД России по Орловской области на 11.09.2024 была начислена неустойка в сумме 36 024,71 руб., которую общество требовало, чтобы возместил ФИО1 до 20.09.2024, как данные убытки возникли по причине его ненадлежащей работы.

Согласно акту о приемке выполненных работ № 1 работы по государственному контракту были выполнены 01.11.2024, оплата от УМВД России по Орловской области обществу произведена в полном объеме, что подтверждается платежным поручением № 414 от 02.11.2024. 

По настоящему делу юридически значимыми и подлежащими определению и установлению с учетом исковых требований, возражений ответчика и регулирующих спорные отношения норм материального права, являются следующие обстоятельства: было ли достигнуто соглашение между сторонами о личном выполнении ФИО1 и ООО «СК Центр» работ в должности прораба; был ли допущен истец к выполнению этой работы ответчиком; выполнял ли истец работу в интересах, под контролем и управлением работодателя; подчинялся ли действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка; выплачивалась ли ему заработная плата и в каком размере.

Из пояснений истца, данных в ходе судебного разбирательства, следует, что на работу его принимала ФИО2 Она его пригласила на работу, поскольку ранее он у нее уже работал. Его рабочее место находилось по месту проведения работ, на объекте ИВС УМВД России по г. Орлу, по адресу: (адрес обезличен). В должностные обязанности истца входило выполнение работ в соответствии с государственным контрактом, а именно: взаимодействие с начальником ИВС, путем переписки, переговоров, а также выполнения требований заказчика в связи с проведением работ на объекте; представление исполнительной документации, документов о приемке скрытых и выполненных работ; уведомление о завершении работ, о необходимости приемки работ, и их сдаче на объекте. При этом он непосредственно должен был участвовать в сдаче работ от лица заказчика, организовывать приемку, готовить и направлять необходимые документы, организовывать подписание документов, их получение и передачу. Нести ответственность перед заказчиком и третьими лицами за качество и соответствие законодательству представленной документации и выполненных на объекте работ.

Работа осуществлялась на режимном объекте ИВС, на который был согласован его проход в течение рабочего дня с 08 часов до 17 часов в период производства работ. Заработная плата истцу была установлена за два месяца в сумме 100 000 руб., за период с 28.06.2024 по 31.08.2024. 

Допрошенный в качестве свидетеля начальник ИВС УМВД России по г. Орлу ФИО6 пояснил, что ФИО1 работал на объекте в указанный период и до момента его сдачи. В рамках взаимодействия с ним, он – ФИО1 решал вопросы прохода на режимный объект рабочих, согласовывал проезд техники, завоз строительных материалов. Фактически выполнял работы в должности прораба. 

Свидетели К.Р.А. и Б.Р.Р. – каменщики, работавшие в спорный период на объекте вместе и под руководством ФИО7 пояснили, что ФИО1 как прораб, являлся на объект с понедельника по пятнику с 08 часов и работал до 17 часов. Утром он проводил планерки по ходу строительных работ, давал указания по объемам работ на день работающим на объекте рабочим, в том числе им. Он обладал необходимыми знаниями и навыками в данной профессиональной деятельности, в связи с чем его указания и замечания были правильными и необходимым для выполнения работ на объекте. В течение дня он координировал их работу, много вопросов было по поиску подсобных рабочих, ему приходилось постоянно связываться с руководством ООО «СК Центр», а именно с ФИО2, ФИО8 Ивановной. Он занимался организацией поставки смесей, лесов, материалов, контролировал работу строительной техники на режимном объекте, с помощью которой выполнялись в том числе работы по разборки старого огражденния. Причины несвоевременной сдачи объекта они усматривают в плохой организации работ руководством общества. При должной организации работ, обеспечении строительными материалами, наличием подсобных рабочих, объект можно было сдать на полтора месяца раньше. 

Суд принимает указанные пояснения свидетелей, поскольку они предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, их пояснения непротиворечивы, согласуются с иными доказательствами.

В этой связи, суд находит указанные доказательства последовательными, ясными, логичными, конкретными, согласующимися между собой и с другими материалами дела, в связи с чем, полагает возможным положить их в основу принимаемого решения.

Представителем УМВД России по г. Орлу представлен журнал учета входящих на территорию ИВС, согласно которому в июле 2024 года ФИО1 проходил на территорию объекта для выполнения работ в течение рабочего дня. 

Как пояснил истец, характер работ заключался в том, что необходимо было поэтапно демонтировать старое ограждение и менять разобранные участки ограждения на новые путем кладки кирпича, в связи с чем, в августе и последующих месяцах проход на территорию осуществлялся через разобранные участки ограждения под присмотром сотрудников ИВС, то есть выставлялся вооруженный пост. В связи с чем, необходимость прохода через проходную с августа и в последующие месяцы отпала. Данные обстоятельства подтвердил представитель УМВД России по г. Орлу и начальник ИВС ФИО6, допрошенный в качестве свидетеля.

Из представленной в материалы дела переписки в мессенджере WhatsApp состоявшейся между ФИО1 и директором ООО «СК Центр» ФИО2 по факту выполнения работ, усматривается, что она велась в период с 04.07.2024 по 01.11.2024. Так, общение между собеседниками происходило на рабочие темы касаемо объекта в 2024 году в рабочее время: с 04.07 по 06.07; с 08.07 по 10.07; 12.07; с 16.07 по 20.07; с 22.07 по 23.07; 25.07; с 29.07 31.07; с 01.08 по 02.08; с 05.08 по 09.08; с 11.08 по 12.08; с 15.08 по 17.08; 19.08; 22.08; 23.08; с 26.08 по 27.08; 30.08; с 02.09 по 07.09; с 09.09 по 18.09; 20.09; 23.09 по 25.09; 27.09; 02.10; 04.10; 09.10; 15.10; с 17.10 по 18.10; 24.10; 26.10; с 29.10 по 31.10; 01.11. 

Подлинность данной переписки сторонами не оспаривалась, в связи с чем она принята судом в качестве доказательства по делу.

Анализируя содержание данной переписки, суд приходит к выводу о том, что собеседники ФИО1 и директор ООО «СК Центр» ФИО2 обсуждали производственные вопросы, связанные с исполнением государственного контракта, а именно, вопросы доставки стройматериалов, привлечения необходимых рабочих, оформления документов (журналов), демонтажа старой стены и кладки новой, обеспечения рабочих инструментом, вопросы, связанные с работой экскаватора и отсутствие подсобных рабочих на объекте, работу каменщиков, а также вопросы завершения работ на объекте и его сдачу. Обсуждение рабочих вопросов происходило в период рабочего дня, в рабочие дни с понедельника по пятницу.

В силу принципов состязательности и равноправия сторон, закрепленных в части 1 статьи 12 ГПК РФ, и обязанности каждой стороны доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений если иное не предусмотрено федеральным законом, согласно статье 56 ГПК РФ, ответчику надлежало опровергнуть утверждения истца о наличии трудовых отношений при указанных им обстоятельствах, а также об отсутствии задолженности по заработной плате. Ответчиком доказательств в опровержение позиции истца представлено не было.

Оценив представленные доказательства в их совокупности по правилам статьи 67 ГПК РФ, суд приходит к выводу, что ФИО1 после окончания договора ГПХ 28-06/2024 был допущен генеральным директором ООО «СК Центр» ФИО2 к выполнению работы в должности прораба.

Рабочее место истца находилось на объекте ИВС УМВД Росси по г. Орлу, на котором производились строительные работы по капитальному ремонту ограждения по адресу: (адрес обезличен), а также вменены конкретные должностные обязанности, которые согласуются с должностной инструкцией прораба общества.

Как пояснил представитель ответчика в штате общества была предусмотрена должность прораба, предоставлена его должностная инструкция, однако штатный сотрудник был в спорный период занят на другом объекте, в связи с чем возникла необходимость в привлечении ФИО1 для работы на данном объекте. 

Как указывалось выше, первоначально обращаясь в суд с настоящими требованиями и давая объяснения в судебном заседании, истцом ФИО1 указывалось, что заработная плата ему была установлена в размере 100 000 руб. за период с 28.06.2024 по 31.08.2024, то есть фактически 50 000 руб. в месяц, что также не оспаривалось стороной ответчика. 

Таким образом, при отсутствии доказательств, опровергающих доводы стороны истца, суд считает установленным, что заработная плата была установлена истцу в размере 50 000 руб. в месяц, при этом, довод представителя ответчика о том, что оплатят труда штатного прораба составляла 20 000 руб. является не подтвержденной документально. В дело представлено штатное расписание общества, где указан только оклад прораба в данной сумме.

Согласно разъяснениям, содержащимся в абзаце третьем пункта 8 и в абзаце втором пункта 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», если между сторонами заключен договор гражданско-правового характера, однако в ходе судебного разбирательства будет установлено, что этим договором фактически регулируются трудовые отношения между работником и работодателем, к таким отношениям в силу части четвертой статьи 11 Трудового кодекса Российской Федерации должны применяться положения трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права. Если трудовой договор не был оформлен надлежащим образом, однако работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя, то трудовой договор считается заключенным и работодатель или его уполномоченный представитель обязан не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения к работе оформить трудовой договор в письменной форме (часть вторая статьи 67 ТК РФ).

Так, по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги (пункт 1 статьи 779 ГК РФ).

К договору возмездного оказания услуг применяются общие положения о подряде (статьи 702 - 729 ГК РФ) и положения о бытовом подряде (статьи 730 - 739 ГК РФ), если это не противоречит статьям 779 - 782 этого кодекса, а также особенностям предмета договора возмездного оказания услуг (статья 783 ГК РФ).

По смыслу данных норм Гражданского кодекса Российской Федерации, договор возмездного оказания услуг заключается для выполнения исполнителем определенного задания заказчика, согласованного сторонами при заключении договора. Целью договора возмездного оказания является не выполнение работы как таковой, а осуществление исполнителем действий или деятельности на основании индивидуально-конкретного задания к оговоренному сроку за обусловленную в договоре плату.

От договора возмездного оказания услуг трудовой договор отличается предметом договора, в соответствии с которым исполнителем (работником) выполняется не какая-то конкретная разовая работа, а определенные трудовые функции, входящие в обязанности физического лица - работника, при этом важен сам процесс исполнения им этой трудовой функции, а не оказанная услуга. Также по договору возмездного оказания услуг исполнитель сохраняет положение самостоятельного хозяйствующего субъекта, в то время как по трудовому договору работник принимает на себя обязанность выполнять работу по определенной трудовой функции (специальности, квалификации, должности), включается в состав персонала работодателя, подчиняется установленному режиму труда и работает под контролем и руководством работодателя; исполнитель по договору возмездного оказания услуг работает на свой риск, а лицо, работающее по трудовому договору, не несет риска, связанного с осуществлением своего труда.

В случае возникновения трудового спора, законодателем именно на работодателя возложена обязанность доказать, что трудовой договор не заключался, что работник фактически не осуществлял у последнего трудовые обязанности, что заработная плата ему не начислялась, что на него не распространялись правила внутреннего трудового распорядка, что в данном случае как ответчиком, так и третьим лицом сделано не было.

Доказательств того, что истец устанавливал границы рабочего дня произвольно и самостоятельно не имеется.

Доводы стороны ответчика о том, что истец не представил убедительных доказательств в подтверждение факта трудовых отношений, суд отклоняет, поскольку в трудовом споре именно работодатель выступает сильной стороной и должен представить такие доказательства, которые, безусловно свидетельствуют об отсутствии трудовых отношений. Вместе с тем, таких доказательств стороной ответчика не представлено.

При таких установленных обстоятельствах суд приходит к выводу, что ФИО1 был фактически допущен к исполнению трудовых обязанностей прораба, ему выплачивалась заработная плата, он подчинялся правилам внутреннего трудового распорядка и выполнял трудовые функции в интересах и под контролем ответчика ООО «СК Центр» в рамках исполнения государственного контракта.

Из приведенных выше положений трудового законодательства, правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что суды вправе признать наличие трудовых отношений между сторонами, формально связанными гражданско-правовым договором, если в ходе судебного разбирательства будет установлено, что этим договором фактически регулируются трудовые отношения. В этих случаях трудовые отношения между работником и работодателем считаются возникшими со дня фактического допущения физического лица к исполнению предусмотренных гражданско-правовым договором обязанностей, а неустранимые сомнения при рассмотрении судом споров о признании отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями, толкуются в пользу наличия трудовых отношений.

Частью 3 статьи 19.1 ТК РФ предусмотрено, что неустранимые сомнения при рассмотрении судом споров о признании отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями толкуются в пользу наличия трудовых отношений.

Учитывая приведенные выше нормы права, регулирующие спорные правоотношения, а также представленные в материалы дела доказательства, принимая во внимание, что ФИО1 работал с 28.06.2024 по 31.08.2024, по договору ГПХ 28-06/2024 и продолжил выполнение работы с 01.09.2024 по до 31.10.2024, суд приходит к выводу об установлении факта трудовых отношений между ФИО1 и ООО «СК Центр» в период с 28.06.2024 по 31.10.2024 с ежемесячным окладом в размере 50 000 рублей.

Довод представителя ответчика о пропуске срока исковой давности для обращения в суд с настоящим иском, судом отклоняется как не основанный на нормах материального права. 

В соответствии с частью первой статьи 392 ТК РФ работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки.

При пропуске по уважительным причинам сроков, установленных частью первой настоящей статьи, они могут быть восстановлены судом.

Согласно части 1 статьи 14 ТК РФ течение сроков, с которыми настоящий Кодекс связывает возникновение трудовых прав и обязанностей, начинается с календарной даты, которой определено начало возникновения указанных прав и обязанностей.

После установления наличия трудовых отношений между сторонами, они подлежат оформлению в установленном трудовым законодательством порядке, а также после признания их таковыми у истца возникает право требовать распространения норм трудового законодательства на имевшие место трудовые правоотношения, и в частности, требовать взыскания задолженности по заработной плате, компенсации за неиспользованный отпуск при увольнении и предъявлять другие требования, связанные с трудовыми правоотношениями.

Поскольку с учетом положений части 1 статьи 14 ТК РФ и установления факта установления трудовых отношений между сторонами этот срок должен исчисляться с момента установления такого факта.

Поскольку установлен факт трудовых отношений между сторонами и ответчиком не представлено достоверных и допустимых доказательств выплаты истцу заработной платы за сентябрь и октябрь 2024 года, суд приходит к выводу о взыскании с ответчика в пользу истца невыплаченной заработной платы в размере 100 000 руб. за период с 01.09.2024 по 31.10.2024, а именно за сентябрь 2024 года 50 000 руб., за октябрь 2024 – 50 000 рублей. 

При этом, суд не может согласиться с заявленными требованиями о взыскании компенсации за несвоевременную выплату заработной платы за период с 01.09.2024 по 31.10.2024 в сумме 100 000 руб. в размере 8645 руб. и процентов, начиная с 21.12.2024 по момент выплаты заработной платы. 

Статья 129 ТК РФ определяет понятие заработной платы (оплата труда работника) как вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты).

В соответствии с абзацем 5 части 1 статьи 21 ТК РФ работник имеет право на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, количеством и качеством выполненной работы.

Данному праву работника в силу абзаца 7 части 2 статьи 22 ТК РФ корреспондирует обязанность работодателя выплачивать в полном размере причитающуюся работнику заработную плату в установленные законом или трудовым договором сроки и соблюдать трудовое законодательство, локальные нормативные акты, условия коллективного договора и трудового договора.

Согласно части 1 статьи 142 ТК РФ работодатель и (или) уполномоченные им в установленном порядке представители работодателя, допустившие задержку выплаты работникам заработной платы и другие нарушения оплаты труда, несут ответственность в соответствии с данным кодексом и иными федеральными законами.

Правила материальной ответственности работодателя за задержку выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, содержатся в статье 236 ТК РФ.

При нарушении работодателем установленного срока соответственно выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику, работодатель обязан выплатить их с уплатой процентов (денежной компенсации) в размере не ниже одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от не выплаченных в срок сумм за каждый день задержки начиная со следующего дня после установленного срока выплаты по день фактического расчета включительно. При неполной выплате в установленный срок заработной платы и (или) других выплат, причитающихся работнику, размер процентов (денежной компенсации) исчисляется из фактически не выплаченных в срок сумм (часть 1 статьи 236 ТК РФ).

Из приведенных положений статьи 236 ТК РФ следует, что материальная ответственность работодателя в виде выплаты работнику денежной компенсации в определенном законом размере наступает только при нарушении работодателем срока выплаты начисленной работнику заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику по трудовому договору.

Материальная ответственность работодателя за неисполнение решения суда данной нормой закона не предусмотрена.

Денежные суммы, указанные в качестве задолженности по заработной плате, на которые истцом произведено начисление компенсации в порядке статьи 236 ТК РФ, ответчиком не начислялись для выплаты истцу. В ходе рассмотрения дела ответчиком оспаривалось право ФИО1 на получение указанных сумм. Денежные суммы взысканы на основании судебного решения.

Статьей 210 ГПК РФ установлено, что решение суда приводится в исполнение после вступления его в законную силу, за исключением случаев немедленного исполнения, в порядке, установленном федеральным законом.

Ответственность за несвоевременное исполнение вступившего в законную силу решения суда предусмотрена статьей 208 ГПК РФ.

Как следует из искового заявления ФИО1, им заявлены требования к ответчику и произведен расчет денежной компенсации в порядке статьи 236 ТК РФ.

Доводы истца о том, что заработная плата ему была выплачена несвоевременно по вине работодателя, окончательный расчет с ним не произведен, и он имеет право на взыскание компенсации за несвоевременное получение заработной платы, основаны на неправильном толковании положений статьи 236 ТК РФ, которая не предусматривает ответственности работодателя за несвоевременную выплату не начисленной заработной платы.

Положения статьи 237 ТК РФ устанавливают, что моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Законодатель, закрепляя право на компенсацию морального вреда, не устанавливает единого метода оценки физических и нравственных страданий, не определяет конкретный размер компенсации, а предоставляет определение размера компенсации суду. Компенсация морального вреда должна возместить потерпевшему понесенные им физические и нравственные страдания, возникшие в связи с нарушением работодателем трудовых прав работника.

Поскольку нарушение трудовых прав истца действиями ответчика в ходе рассмотрения дела было установлено, суд, учитывая степень и объем нравственных страданий истца, фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, приходит к выводу о взыскании с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда в размере 10 000 руб.

В силу статьи 211 ГПК РФ немедленному исполнению подлежит решение суда о выплате работнику заработной платы в течение трех месяцев и восстановлении на работе.

На основании изложенного, суд считает необходимым обратить решение в части выплаты заработной платы к немедленному исполнению.

В связи с тем, что в соответствии с подпунктом 1 пункта 1 статьи 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации истец освобожден от уплаты государственной пошлины, с ответчика на основании статьи 103 ГПК РФ в доход бюджета муниципального образования «Город Орел» подлежит взысканию государственная пошлина в размере 4000 рублей.

Руководствуясь статьями 194-199, 211 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования ФИО1 (информация скрыта)) к обществу с ограниченной ответственностью «СК Центр» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) о признании отношений сторон трудовыми и взыскании заработной платы, компенсации морального вреда – удовлетворить частично.

Установить факт наличия трудовых отношений между обществом с ограниченной ответственностью «СК Центр» и ФИО1 в период с 28.06.2024 по 31.10.2024 с ежемесячным окладом в размере 50 000 рублей.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «СК Центр» в пользу ФИО1 задолженность по заработной плате за сентябрь 2024 года 50000 руб., за октябрь 2024 года 50000 руб., компенсацию морального вреда в размере 10 000 руб.

Решение суда в части взыскания заработной платы подлежит немедленному исполнению.

В остальной части исковых требований отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «СК Центр» в доход муниципального образования «Город Орел» государственную пошлину в размере 4000 рублей. 

Решение может быть обжаловано в Орловский областной суд через Заводской районный суд г. Орла в течение месяца с момента изготовления решения суда в окончательной форме.

Мотивированный текст решения изготовлен 05.05.2025 года. 

Судья Е.Ю. Цивилева