№ 2-528/2019 04 марта 2019 года 

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Василеостровский районный суд Санкт-Петербурга в составе:

председательствующего судьи Можаевой М.Н., 

при секретаре Фелькер Е.Г., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Открытому акционерному обществу «Завод Электроприбор» о взыскании задолженности по заработной плате, компенсации за задержку заработной платы, компенсации морального вреда,

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к ОАО «Завод Электроприбор», в котором просит взыскать с ответчика задолженность по заработной плате в размере 238 680 руб., компенсацию за неиспользованный отпуск – 40 027 руб. 49 коп., компенсацию за задержку выплаты заработной платы – 13 768 руб. 52 коп., компенсацию морального вреда – 10 000 руб. В обоснование иска указывается, что с 01 сентября 2015 года по 31 июля 2018 года ФИО1 работал в ОАО «Завод Электроприбор» на основании трудового договора № 34 от 01 сентября 2015 года. Согласно п. 3.2 трудового договора истцу установлена заработная плата в размере 20 000 руб., а также надбавка в размере 25 725 руб. 20 июня 2018 года в связи с невыплаченной заработной платой за предыдущий период: за октябрь 2017 года, март 2018 года, апрель 2018 года, май 2018 года истец в адрес работодателя направил уведомление о приостановлении трудовой деятельности (л.д. 4-6)

Истец ФИО1 в судебное заседание не явился, извещен о дате времени и месте судебного разбирательства надлежащим образом, доверил представление свои интересов ФИО2, действующему на основании доверенности, который в судебное заседание явился, поддержал исковое заявление. 

Ответчик ОАО «Завод Электроприбор» в судебное заседание не явился, извещен о дате времени и месте судебного разбирательства надлежащим образом.

Суд, определив в соответствии со ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц, выслушав позицию представителя истца, присутствовавшего в судебном заседании, исследовав материалы дела, изучив представленные доказательства, оценив относимость, допустимость и достоверность каждого из представленных доказательств в отдельности, а также их взаимную связь и достаточность в совокупности, приходит к следующему.

В соответствии с абз. 5 ч. 1 ст. 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, количеством и качеством выполненной работы.

В силу ст. 22 Трудового кодекса Российской Федерации выплачивать в полном размере причитающуюся работникам заработную плату в сроки, установленные в соответствии с настоящим Кодексом, коллективным договором, правилами внутреннего трудового распорядка, трудовыми договорами.

Из материалов дела усматривается, что истец состоял в трудовых отношения с ОАО «Завод «Электроприбор» с 01 сентября 2015 года (л.д. 14), где работал в должности 

<

данные изъяты> и далее – 

<

данные изъяты>. Истцу был установлен должностной оклад в размере 20 000 руб. с персональной надбавкой в размере 25 725 руб.

Приказом № 37-к от 01 августа 2018 года истец уволен на основании п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации – по собственному желанию (л.д. 13).

Как указывает истец и не оспаривает ответчик у ОАО «Завод Электроприбор» имеется задолженность по выплате заработной платы за октябрь 2017 года, март, апрель и май 2018 года в размере 159 120 руб. (л.д. 21). 

Вместе с тем, истцом также предъявлено требование о взыскании задолженности по заработной плате за июнь и июль 2018 года.

Возражая против удовлетворения исковых требований в указанной части, представитель ответчика указал, что истец в июне и июле 2018 года никакие работы не производил, на своем рабочем месте не находился; табель рабочего времени не велся, данные обстоятельства подтверждаются актами об отсутствии работника на рабочем месте с 01 июня 2018 года по 31 июля 2018 года, данными системы контроля управления допуска проходной. Кроме того, ответчик указывает, что неоднократно через Ш.В.Н. – непосредственного руководителя истца, пытался связаться с истцом с целью получения от него объяснения по факту отсутствия на рабочем месте, однако истец на связь не выходил. При этом уведомления о приостановлении должностных обязанностей в адрес ответчика не поступало (л.д. 56).

Однако, доводы ответчика, изложенные в отзыве на иск, опровергаются доказательствами, представленными истцом, а именно уведомлением о приостановлении выполнения должностных обязанностей от 20 июня 2018 года в связи с невыплатой заработной платы (л.д. 18), направленным в адрес ответчика 21 июня 2018 года (л.д. 19) и полученным ответчиком 29 июня 2018 года (л.д. 83); служебной запиской технического директора по продукции Ш.В.Н. от 31 июля 2018 года, согласно которой табель учета рабочего времени за июнь 2018 года не отправлен, так как специалист, отвечающий за подготовку табеля, приостановил выполнение своих должностных обязанностей, работники, которые написали уведомления о приостановке работы в июне 2018 года работали до даты, указанной в уведомлениях (л.д. 20).

В соответствии со ст. 142 Трудового кодекса Российской Федерации в случае задержки выплаты заработной платы на срок более 15 дней работник имеет право, известив работодателя в письменной форме, приостановить работу на весь период до выплаты задержанной суммы.

В период приостановления работы работник имеет право в свое рабочее время отсутствовать на рабочем месте.

Исходя из общепризнанных принципов и норм международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации одним из основных принципов правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений признается обеспечение права каждого работника на выплату заработной платы своевременно и в полном размере.

В п. 57 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 разъяснено, что при разрешении споров, связанных с несвоевременной выплатой заработной платы, судам следует иметь в виду, что в силу ст. 142 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на приостановление работы (за исключением случаев, перечисленных в ч. 2 ст. 142 Трудового кодекса Российской Федерации), при условии, что задержка выплаты заработной платы составила более 15 дней и работник в письменной форме известил работодателя о приостановлении работы. При этом необходимо учитывать, что исходя из названной нормы, приостановление работы допускается не только в случае, когда задержка выплаты заработной платы на срок более 15 дней произошла по вине работодателя, но и при отсутствии таковой.

Таким образом, отказ работника от работы по причине невыплаты ему заработной платы является одной из форм самозащиты трудовых прав (ст. 379 Трудового кодекса Российской Федерации) и является мерой вынужденного характера, предусмотренной законом для цели стимулирования работодателя к обеспечению выплаты работникам определенной трудовым договором заработной платы в установленные сроки. Поскольку Трудовым кодексом Российской Федерации специально не предусмотрено иное, работник имеет право на сохранение среднего заработка за все время задержки выплаты заработной платы, включая период приостановления работы. Поэтому работодатель обязан возместить работнику средний заработок за период приостановления работы.

При таких обстоятельствах, с учетом вышеприведенных норм, учитывая, что по состоянию на момент направления истцом ответчику уведомления о приостановлении деятельности у ответчика перед ФИО1 имелась задолженность по заработной плате, задержка выплаты заработной платы составила более 15 дней, суд приходит к выводу, что истец был вправе воспользоваться гарантированным ст. 142 Трудового кодекса Российской Федерации правом на самозащиту и приостановить трудовую деятельность, в связи с чем заработная плата за период приостановления работы подлежит взысканию. Само по себе приостановление работы не освобождает работодателя от обязанности выплатить работнику заработную плату за все время неисполнения им трудовых обязанностей по причине ее задержки.

Таким образом, с ответчика в пользу истца подлежит взысканию заработная плата в размере 159 122 руб., а также за период июнь, июль 2018 года в размере 79 560 руб., всего 238 682 руб. 

Согласно ч. 1 ст. 115 Трудового кодекса Российской Федерации ежегодный основной оплачиваемый отпуск предоставляется работникам продолжительностью 28 календарных дней.

Частью 1 ст. 127 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что при увольнении работнику выплачивается денежная компенсация за все неиспользованные отпуска.

Как следует из расчетного листка (л.д. 21) истцу начислена, но не выплачена компенсация за неиспользованный отпуск в размере 40 027 руб. 49 коп.

Возражая против удовлетворения предъявленных требований в части требования о взыскании компенсации за неиспользованный отпуск ответчик указал, что из вышеуказанной суммы надлежит вычесть сумму налога в размере 5 204 руб. (л.д. 55-58).

Ответчик является налоговым агентом, обязанным удерживать у истца налог на доходы физических лиц с его доходов, полученных от общества, согласно ст. 226 Налогового кодекса Российской Федерации.

Согласно п. 4 ст. 226 Налогового кодекса Российской Федерации налоговые агенты обязаны удержать начисленную сумму налога непосредственно из доходов налогоплательщика при их фактической выплате.

Удержание у налогоплательщика начисленной суммы налога производится налоговым агентом за счет любых денежных средств, выплачиваемых налоговым агентом налогоплательщику, при фактической выплате указанных денежных средств налогоплательщику либо по его поручению третьим лицам.

Поскольку из содержания приведенных положений Налогового кодекса Российской Федерации следует, что суд не относится к налоговым агентам и при исчислении заработной платы или вознаграждения в судебном порядке не вправе удерживать с гражданина налог на доходы физических лиц, взыскиваемые судом суммы задолженности подлежат налогообложению в общем порядке.

Учитывая изложенное, с ответчика в пользу истца подлежит взысканию компенсация за неиспользованный отпуск без вычета налога на доходы физических лиц.

Согласно ст. 236 Трудового кодекса Российской Федерации при нарушении работодателем установленного срока соответственно выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику, работодатель обязан выплатить их с уплатой процентов (денежной компенсации) в размере не ниже одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от не выплаченных в срок сумм за каждый день задержки начиная со следующего дня после установленного срока выплаты по день фактического расчета включительно. При неполной выплате в установленный срок заработной платы и (или) других выплат, причитающихся работнику, размер процентов (денежной компенсации) исчисляется из фактически не выплаченных в срок сумм.

Учитывая, что предусмотренных законом оснований для задержки выплаты начисленной истцу заработной платы судом не установлено, суд признает обоснованным требование истца о взыскании с ответчика денежной компенсации за несвоевременную выплату заработной платы.

Истцом заявлена к взысканию сумма денежной компенсации за задержку выплаты заработной платы за октябрь 2017 года, март 2018 года, апрель 2018 года, май 2018 года в размере 13 768 руб. 52 коп. 

Представленный истцом в материалы дела расчет (л.д. 5-6) судом проверен, не вызывает сомнений в правильности и обоснованности, соответствует фактическим обстоятельствам дела, ответчиком не оспорен.

Разрешая спор в части требований истца о возмещении морального вреда, причиненного невыплатой заработной платы ответчиком, суд исходит из того, что Трудовой Кодекс Российской Федерации не содержит каких-либо ограничений для компенсации морального вреда, в связи с чем, в силу статей 21 (абзац четырнадцатый части первой) и 237 Кодекса, требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе при задержке выплаты заработной платы, может быть удовлетворено.

Определяя размер компенсации морального вреда, принимая во внимание конкретные обстоятельства настоящего дела, учитывая степень вины работодателя, длительность задержки выплаты заработной платы, учитывая требования разумности и справедливости, суд считает возможным взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 10 000 рублей.

Учитывая результат рассмотрения настоящего дела, с ответчика в пользу бюджета Санкт-Петербурга в соответствии со ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации подлежит взысканию государственная пошлина в размере 6 424 руб. 88 коп. 

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 12, 56, 57, 167, 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

решил:

Иск ФИО1 к Открытому акционерному обществу «Завод Электроприбор» о взыскании задолженности по заработной плате, компенсации за задержку заработной платы, компенсации морального вреда – удовлетворить.

Взыскать с Открытого акционерного общества «Завод Электроприбор» в пользу ФИО1 задолженность по заработной плате – 238 680 руб., компенсацию за неиспользованный отпуск – 40 027 руб. 49 коп., компенсацию за задержку заработной платы – 13 768 руб. 52 коп., компенсацию морального вреда – 10 000 руб. 

Взыскать с Открытого акционерного общества «Завод Электроприбор» в пользу бюджета Санкт-Петербурга государственную пошлину в размере 6 424 руб. 88 коп. 

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы в Василеостровский районный суд Санкт-Петербурга.

Судья: