Дело № 2-1889/2020; УИД: 42RS0010-01-2020-002875-46

Р Е Ш Е Н И Е

 

именем Российской Федерации

Киселёвский городской суд Кемеровской области 

в составе председательствующего Дягилевой И.Н.

при секретаре Стучилиной Е.А.,

с участием прокурора Гринимаер О.А.,

истца ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Киселёвске 

24 ноября 2020 г.

дело по иску ФИО1 

к АО «Аметистовое» о возмещении морального ущерба в связи с несчастным случаем на производстве, 

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратился в суд с иском к АО «Аметистовое» о возмещении морального ущерба в связи с несчастным случаем на производстве.

Исковые требования мотивировал тем, что 09.01.2020 он был принят на работу в АО «Аметистовое» в Службу главного инженера карьерного участка открытых горных работ (модернизация) транспортного обслуживания на должность водителя автомобиля, занятого на транспортировании горной массы в технологическом процессе 6 разряда.

С ним был заключен трудовой договор № от 04 января 2020 года.

ДД.ММ.ГГГГ в 03 часа 35 минут с ним произошёл несчастный случай на производстве.

Был составлен Акт № о несчастном случае на производстве от ДД.ММ.ГГГГ года формы Н-1. Обстоятельства несчастного случая на производстве подробно изложены в данном Акте. Его вина в несчастном случае отсутствует и составляет 0%, вина предприятия 100%. Грубой неосторожности в его действиях не было.

Согласно медицинскому заключению о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве и степени их тяжести (форма №) от ДД.ММ.ГГГГ, выданному филиалом ГБУЗ КК «

<

данные изъяты>» диагноз и код диагноза 

<

данные изъяты>

С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ он был нетрудоспособен, оформлялись соответствующие листки нетрудоспособности.

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

Согласно справке МСЭ ему установлено 

<

данные изъяты> процентов утраты профессиональной трудоспособности на период с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ.

Приказом АО «Аметистовое» от 24.08.2020 № он был уволен с работы с 03 сентября 2020 года с формулировкой «по собственному желанию, пункт 3 части первой статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации».

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

В связи с тем, что его вины в несчастном случае на производстве нет (вина предприятия составляет 100 %), 

<

данные изъяты>, считает, что с ответчика в его пользу должна быть взыскана компенсация морального вреда в размере 300 000 рублей. 

В добровольном порядке ответчик отказывается выплачивать ему компенсацию морального ущерба в связи с повреждением здоровья в результате несчастного случая на производстве. 27 августа 2020 года он направил в адрес ответчика заявление с требованием в добровольном порядке выплатить ему компенсацию морального вреда в размере 300 000 рублей, но его заявление осталось без ответа.

Просит взыскать с акционерного общества «Аметистовое» в свою пользу компенсацию морального вреда в связи с несчастным случаем на производстве, произошедшим ДД.ММ.ГГГГ, в размере 300 000 рублей.

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования поддержал по изложенным в иске доводам, дав подробные пояснения по существу иска. Просил исковые требования удовлетворить в полном объеме.

Представитель ответчика АО «Аметистовое» в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом, причина неявки неизвестна, представил письменный отзыв на исковые требования, согласно которым с заявленными требованиями не согласились по следующим основаниям. Истец не представил доказательств того, что в несчастном случае имеется вина ответчика в размере 100%. 04.01.2020 между ФИО1 и АО «Аметистовое» был заключен трудовой договор №, по условиям которого приказом от 04.01.2020 № ФИО1 с 09.01.2020 принят на работу в службу главного инженера, карьер, участок открытых горных работ, транспортное обслуживание, водителем автомобиля, занятый на транспортировании горной массы в технологическом процессе 6 разряда по вахтовому методу работы (3:3 месяца). ДД.ММ.ГГГГ в 03 часа 50 минут с ФИО1 произошел несчастный случай на производстве, виновником которого истец считает работодателя, в исковом заявлении указывает, что его вина в произошедшем составляет 0 (ноль) процентов. Вместе с тем, в нарушение ч. 1 ст. 56 ГПК РФ, Истец не представил доказательства, свидетельствующие о том, что его вина в произошедшем случае - отсутствует, а вина АО «Аметистовое» составляет 100%. Таким образом, довод ФИО1 о том, что вина АО «Аметистовое» в несчастном случае составляет 100% - несостоятелен. Протоколы опроса очевидцев несчастного случая от ДД.ММ.ГГГГ и протокол опроса пострадавшего ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ свидетельствуют о том, что несчастный случай с ФИО1 произошел вследствие неосмотрительности и грубой неосторожности самого истца. При решении вопроса о выплате компенсации морального вреда и определении ее размера необходимо исследовать вопрос наличия вины работодателя. В наступлении несчастного случая, произошедшего с истцом, вина АО «Аметистовое» отсутствует. АО «Аметистовое» во исполнение требований ст. 212 ТК РФ обеспечивает безопасные условия и охрану труда всех работников. ФИО1 был допущен к самостоятельной работе, так как прошел проверку теоретических и практических знаний, вводный инструктаж по технике безопасности, ознакомлен с должностной инструкцией, с инструкцией по охране труда, был обеспечен всем необходимым для своей работы. Все эти действия Общества были направлены на сохранение жизни и здоровья ФИО1 при выполнении им должностных обязанностей. Несчастный случай произошел в результате невнимательности ФИО1 к выполняемой работе, 

<

данные изъяты> Считает, что вина АО «Аметистовое» в получении ФИО1 травмы отсутствует и полностью лежит на Истце.

Несчастный случай с ФИО1 не является результатом действия источника повышенной опасности или проявления его вредоносных свойств.

Трудовое законодательство предоставляет работнику право отказа от выполнения работы, не предусмотренной трудовым договором, а также работы, которая угрожает его жизни и здоровью. Такого отказа от истца не поступало, в материалах дела документ также отсутствует.

Размер компенсации морального вреда определяется судом с учетом степени вины работодателя, а также требований разумности и справедливости. В случае, если суд отклонит вышеизложенные доводы об отсутствии вины Ответчика в наступлении несчастного случая и приступит к рассмотрению вопроса о размере компенсации морального вреда, полагает необходимым обратить внимание на следующее. Характер полученных ФИО1 при производственной травме повреждений - 

<

данные изъяты>, степень утраты профессиональной трудоспособности составляет 

<

данные изъяты>%. Согласно программе реабилитации пострадавшего в результате несчастного случая на производстве и профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ, выданной Бюро медико- социальной экспертизы № ФКУ «ГБ МСЭ по Кемеровской области - Кузбассу» Минтруда России, ФИО1 

<

данные изъяты> АО «Аметистовое» полагает, 

<

данные изъяты> размер компенсации морального вреда, заявленный ФИО1 является явно завышенным и подлежащим значительному снижению.

На основании изложенного просит отказать ФИО1 в удовлетворении исковых требований в полном объеме. В случае удовлетворения исковых требований ФИО1 рассмотреть вопрос об уменьшении размера компенсации морального вреда.

Суд, выслушав истца, исследовав материалы дела, заслушав мнение прокурора, полагавшего необходимым удовлетворить частично исковые требования, находит исковые требования, обоснованными и подлежащими удовлетворению в части, исходя из следующего.

Согласно ч.1 ст.1064 Гражданского Кодекса Российской Федерации, вред причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. 

В соответствии со ст.2 Трудового кодекса Российской Федерации, исходя из общепризнанных принципов и норм международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации основными принципами правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений признаются, в том числе, обеспечение права каждого на защиту государством его трудовых прав и свобод, включая судебную защиту.

В силу положений абзацев четвертого и четырнадцатого части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором, а также на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами.

Этим правам работника корреспондируют обязанности работодателя обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (абзацы 4, 15 и 16 части 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).

Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (часть 1 статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации).

Обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда (абзац второй части 1 статьи 210 Трудового кодекса Российской Федерации).

Частью 1 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов (абзац второй части 2 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации).

Каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, а также гарантии и компенсации, установленные в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда (абзацы 2 и 13 части 1 статьи 219 Трудового кодекса Российской Федерации).

Таким образом, работник имеет право на труд в условиях, отвечающих государственным нормативным требованиям охраны труда, включая требования безопасности. Это право работника реализуется исполнением работодателем обязанности создавать такие условия труда. При получении работником во время исполнения им трудовых обязанностей травмы или иного повреждения здоровья ему в установленном законодательством порядке возмещается материальный и моральный вред.

Моральный вред, в соответствии со ст.151 Гражданского Кодекса Российской Федерации, определен как физические или нравственные страдания, причиненные гражданину действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага.

Применительно к трудовым отношениям – это физические и нравственные страдания работника, связанные с неправомерным поведением работодателя. Физические страдания работника выражаются в форме болевых ощущений, например, при несчастном случае на производстве, связанном с нарушением норм по технике безопасности, приведшем к увечью или иному повреждению здоровья, заболеванию работника.

Как установлено ч.2 ст.237 Трудового кодекса Российской Федерации, в случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

В судебном заседании установлено, что истец 09.01.2020 был принят на работу в АО «Аметистовое» в Службу главного инженера карьерного участка открытых горных работ (модернизация) транспортного обслуживания на должность водителя автомобиля, занятого на транспортировании горной массы в технологическом процессе 6 разряда.

С ФИО1 был заключен трудовой договор № от 04 января 2020 года. (л.д.7-12)

ДД.ММ.ГГГГ в 03 часа 35 минут с ФИО1 произошёл несчастный случай на производстве при следующих обстоятельствах.

<

данные изъяты>

В результате производственной травмы истцу были причинены следующие повреждения: 

<

данные изъяты>

Указанные сведения зафиксированы в пунктах 8 и 8.2. акта о несчастном случае на производстве № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.13-17).

После получения травмы истец 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

Согласно справке МСЭ ФИО1 установлено 

<

данные изъяты> процентов утраты профессиональной трудоспособности на период с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ. (л.д.26)

Согласно программе реабилитации пострадавшего в результате несчастного случая на производстве и профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ, выданной Бюро медико- социальной экспертизы № ФКУ «ГБ МСЭ по Кемеровской области - Кузбассу» Минтруда России, ФИО1 

<

данные изъяты>. (л.д.25)

Судом установлено и подтверждается письменными материалами дела, что по последствиям производственной травмы заключением МСЭ истцу установлено 

<

данные изъяты>% утраты профессиональной трудоспособности на срок с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ, дата очередного освидетельствования – ДД.ММ.ГГГГ (л.д.27).

03.09.2020 трудовой договор между сторонами спора был прекращен по инициативе работника, на основании п.3 ч.1 ст.77 Трудового кодекса Российской Федерации, что подтверждается приказом АО «Аметистовое» от 24.08.2020 №, а также записью в трудовой книжке (л.д.29, 21-24).

Как пояснил в судебном заседании истец, 

<

данные изъяты>

Таким образом, суд признает, что в результате несчастного случая на производстве истцу был причинен вред здоровью, а в связи с этим - физические и нравственные страдания, которые нашли подтверждение в ходе судебного разбирательства, в связи с чем, суд признает за истцом ФИО1 право на компенсацию морального вреда, обязанность по выплате которого лежит на работодателе.

Доводы представителя ответчика об отсутствии у работодателя обязанности по выплате истцу компенсации морального вреда суд считает необоснованными, противоречащими действующему законодательству.

Абзац второй пункта 3 статьи 8 Федерального закона от 24 июля 1998г. №125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» регулирует возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору, и предусматривает, что возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Причинителем вреда является ответчик АО «Аметистовое», на которого законом возложена обязанность по выплате истцу морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве.

Таким образом, ответчик имел не только возможность, но и обязанность по выплате истцу компенсации морального вреда, однако, не сделал этого, в том числе и после получения от истца письменного заявления об этом (л.д.30).

Определяя размер компенсации морального вреда по данному спору, суд исходит из следующего.

Статьей 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме, при этом размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда; при определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

В соответствии с п.2 ст.1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994г. №10 (ред. от 06.02.2007г.) «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», суду следует устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора. Одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя. Исключение составляют случаи, прямо предусмотренные законом.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004г. №2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», в соответствии со статьей 237 названного Кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Аналогичные критерии определения размера компенсации морального вреда содержатся и в пункте 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994г. №10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда».

Как из разъяснений, изложенных в пункте 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010г. №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (статья 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда (абзац 2).

Понятия разумности и справедливости размера компенсации морального вреда являются оценочными, не имеют четких критериев в законе, и как категория оценочная определяются судом индивидуально, с учетом особенностей конкретного дела, перечисленных в законе условий, влияющих на размер такого возмещения.

Судом установлено, что вины работника в произошедшем несчастном случае на производстве не имеется. Вина работодателя составляет 100%.

<

данные изъяты> 

Также суд оценивает конкретные обстоятельства, при которых был причинен моральный вред. 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

Также суд учитывает и поведение ответчика, который, имея не только возможность, но и обязанность по выплате компенсации морального вреда, до настоящего времени не предпринял никаких действий по выплате возмещения хотя бы в неоспариваемой части (в том числе и после обращения истца в суд). 

Истцом в обоснование своих доводов представлены бесспорные доказательства наличия у него физических и нравственных страданий в связи с повреждением здоровья вследствие производственной травмы, а размер компенсации морального вреда определяется с учётом всех обстоятельств дела.

При решении вопроса о размере компенсации морального вреда, суд принимает во внимание все вышеперечисленные обстоятельства, 

<

данные изъяты> поведение ответчика, длительный характер неисполнения ответчиком законных требований истца, а также требования разумности и справедливости, в связи с чем, суд считает необходимым требования истца о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить частично, в сумме 100000 рублей, а в удовлетворении остальной части иска отказать, признав размер заявленной к взысканию компенсации завышенным.

Указанный размер компенсации морального вреда, по мнению суда, является разумным и справедливым, соответствующим тем нравственным и физическим страданиям, которые истец вынужден претерпевать в связи с повреждением здоровья 

<

данные изъяты>.

Согласно ч.1 ст.103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации. 

Истцы по искам о возмещении вреда, причиненного увечьем или иным повреждением здоровья, в соответствии с подпунктом 3 пункта 1 статьи 333.36 части второй Налогового кодекса Российской Федерации, освобождаются от уплаты государственной пошлины. 

Таким образом, ФИО1 при подаче иска был освобожден от уплаты государственной пошлины, в связи с чем, по требованию о взыскании компенсации морального вреда, государственная пошлина в размере 300 рублей должна быть взыскана с ответчика в доход местного бюджета. 

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 194-198, 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л :

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с Акционерного общества «Аметистовое» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда, причинённого утратой 

<

данные изъяты>% профессиональной трудоспособности вследствие несчастного случая на производстве в сумме 100 000 (сто тысяч) рублей.

В удовлетворении исковых требований о взыскании с Акционерного общества «Аметистовое» компенсации морального вреда, причинённого утратой 

<

данные изъяты>% профессиональной трудоспособности вследствие несчастного случая на производстве в сумме 200 000 рублей ФИО1 отказать.

Взыскать с Акционерного общества «Аметистовое» государственную пошлину в доход бюджета в сумме 300 (триста) рублей. 

Решение может быть обжаловано в Кемеровский областной суд в течение одного месяца.

Мотивированное решение изготовлено 26.11.2020г. 

Судья И.Н. Дягилева

Решение в законную силу не вступило.

В случае обжалования судебного решения сведения об обжаловании и о результатах обжалования будут размещены в сети «Интернет» в установленном порядке.