Гр.дело №

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

12 января 2024 года Талдомский районный суд 

<

адрес> в составе председательствующего судьи Никитухиной И.В. с участием прокурора ФИО5 при секретаре ФИО6, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО4 к ГБУЗ МО «Дубненская больница» и 3-им лицам ГБУЗ МО «Талдомская больница», ФИО2, ФИО3 о компенсации морального вреда, возмещении вреда, возмещении судебных расходов, 

У С Т А Н О В И Л:

ФИО4 обратилась в суд с иском к ГБУЗ МО «Дубненская больница» (ранее ГАУЗ МО «Дубненская городская больница») о компенсации морального вреда, возмещении вреда, возмещении судебных расходов. Судом в качестве 3-их лиц, не заявляющих самостоятельных требований, привлечены ГБУЗ МО «Талдомская больница», ФИО2, ФИО3.

Требования истца основаны на том, что ДД.ММ.ГГГГ истец поступила в ОПБ ГАУЗ МО «Дубненская городская больница» по направлению женской консультации с диагнозом «беременность 30 недель, головное предлежание, хроническая ФПН, маловодие, артериальная гипертензия, существовавшая до беременности, COVID-19, перенесенный во время беременности». ДД.ММ.ГГГГ ее состояние ухудшилось, она испытывала тошноту, изжогу, чувство тяжести в голове, о чем она сообщила врачу, повысилось артериальное давление. Вечером того же дня ей был поставлен диагноз «беременность 31 неделя, головное предлежание, умеренная преэклампсия на фоне хронической артериальной гипертензии, хроническая фетоплацентарная недостаточность, маловодие, COVID-19, перенесенный во время беременности». Однако седативная терапия ей была проведена только утром ДД.ММ.ГГГГ, когда она вновь указала на свое плохое самочувствие. В тот же день было принято решение о переводе ее в ГБУЗ МО «Щелковский перинатальный центр». При нахождении в ГБУЗ МО «Щелковский перинатальный центр» ей был поставлен диагноз «1-е преждевременные оперативные роды в головном предлежании в сроке 31 неделя беременности. Преждевременная отслойка нормально расположенной плаценты. Антенатальная гибель плода. Геморрагический шок 1 степени. Постгеморрагическая анемия средней тяжести. Тяжелая преэклампсия. Тромботическая микроангиопатия. HELLP-синдром. ДВС-синдром. Тромбоцитопения. Острая почечная недостаточность. Синдром задней обратимой энцефалопатии. Двусторонняя экссудативная отслойка сетчатки. Лапаротомия по Джоэл-Кохену. Кесарево сечение в нижнем маточном сегменте». Полагая, что преждевременные роды и потеря ребенка были вызваны некачественной медицинской помощью в результате неправильных действий врачей ГАУЗ МО «ДГБ», истец обратилась с жалобами в страховую компанию МАКС-М, Министерство здравоохранения 

<

адрес>, прокуратуру 

<

адрес>. В соответствии с письмом Министерства здравоохранения 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ ей сообщили, что по факту ее обращения была проведена служебная проверка с рецензированием медицинской документации ведущими сотрудниками ГБУЗ МО «

<

адрес> научно-исследовательский институт акушерства и гинекологии». При этом были выявлены нарушения при оказании медицинской помощи, сделан вывод, что субъективная недооценка клинической ситуации и тяжести состояния при принятии решения о транспортировке из Дубненской ЦРБ в перинатальный центр 3 уровня 

<

адрес> могла повлиять на наступление антенатальной гибели плода и преждевременной отслойки нормально расположенной плаценты. В соответствии с письмом страховой компании МАКС-М от ДД.ММ.ГГГГ, выявлены нарушения при оказании медицинской помощи. В результате проведенной прокуратурой 

<

адрес> проверки в адрес главврача ГАУЗ МО «Дубненская городская больница» направлено представление об устранении нарушений законодательства об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ. Полагает, что нарушения стали возможны ввиду ненадлежащего исполнения врачом акушером-гинекологом своих должностных обязанностей, несоблюдения порядка оказания медицинской помощи ФИО4, а также ввиду отсутствия должного контроля со стороны руководства. В результате оказания некачественной медицинской помощи истцу был причинен моральный вред, истец испытывает глубокие нравственные переживания, вызванные преждевременными родами и утратой ребенка, а также ухудшением общего состояния здоровья. В связи с ухудшением состояния здоровья истец была вынуждена уволиться с работы. Компенсацию морального вреда истец оценивает в 5 000 000 рублей. В связи с ухудшением состояния здоровья истец вынуждена была обращаться за платной медицинской помощью и проведением платных медицинских исследований и анализов, расходы на которые составили 11365 рублей (4765 + 4500 + 2100). В связи с ухудшением зрения истец была вынуждена приобрести очки, стоимость которых составила 15120 рублей. В связи с необходимостью психологической помощи истец обращалась к психологу, стоимость услуг которого составила 24500 рублей. Также истец понесла расходы на погребение ребенка на сумму 9000 рублей. Всего расходов на сумму 59985 рублей. Она вынуждена была обратиться за помощью по подготовке искового заявления к адвокату, за услуги которого она заплатила 5000 рублей. На основании изложенного просит взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 5000000 рублей, в счет возмещения ущерба 59985 рублей, судебные расходы в размере 5000 рублей. 

В судебном заседании от ДД.ММ.ГГГГ истец ФИО4 иск поддержала и дополнила, что на 27 неделе было высокое давление, после чего были назначены препараты. По УЗИ были выявлены маловодие, задержка развития плода, и из-за данного состояния ее госпитализировали. В стационаре ей назначили лечение, при данном лечении улучшений не наблюдалось. Были постоянные изменения в давлении, слабость. При записях КТГ, которое проводили каждый день, врачи о состоянии ребенка не говорили. В таком состоянии она пребывала с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ. ДД.ММ.ГГГГ она почувствовала острую боль, похожую на изжогу, обратилась к врачам, ей сказали, что лекарств нет. С ДД.ММ.ГГГГ шевеления ребенка стали более редкими, о чем она сообщила врачу. Медсестра и врач заверили ее, что переживать не из-за чего. На тот момент изжога становилась все сильнее, начались боли. Муж привез ей таблетки от изжоги, потому что невозможно было терпеть боль. Ближе к вечеру ДД.ММ.ГГГГ была попытка перезаписать КТГ, оно оборвалось, в аппарате закончилась бумага, шевеление плода были слабые. Ее заверили, что все нормально. Уже вечером при измерении давления, показания были 170/100, у нее заболела голова, появилась тошнота, боли в животе усилились. Она сообщила об этом врачу. Ей поставили капельницу с магнезией, дали порошок, она уснула. После капельницы она плохо все помнит, была в не очень хорошем состоянии. ДД.ММ.ГГГГ общее состояние было хуже, не было сил двигаться, сознание было спутанное. Помнит, что пытались перезаписать КТГ, но живот был каменный, сильно болел, и любое прикосновение причиняло боль. Со слов ее супруга и мамы, которые ей звонили в тот момент, трубку взял врач, уверила, что все в порядке, и что ее переводят в Щелковский перинатальный центр. После этого в скорую ее несли на носилках. Последнее, что она помнит, это операционный стол. Выйдя из комы, зрение отсутствовало, она видела только силуэты. В результате некачественно оказанной помощи, неправильно установленного диагноза она потеряла ребенка. Протокол вскрытия говорит о том, что ребенок был здоров. 31 неделя - вполне нормальный срок для выживания ребенка. Так же был причинен вред ее здоровью и ее обследования не закончены. Оказавшись дома и осознав, что с ней произошло, у нее началась депрессия, сопровождавшаяся истериками, бессонницей. Ей пришлось обратиться к перинатальному психологу. У нее ухудшилось зрение, произошла отслойка сетчатки, у нее было хорошее зрение 100%, очки она не носила. Последний раз она была у окулиста в июне 2022 г., у нее прилегла сетчатка, установлены астигматизм, зрение - 1,5. Никаких действий в связи с отслойкой сетчатки не было, сетчатка прилегла. Оперативной срочной операции поэтому не потребовалось. Ей врач-кардиолог рекомендовал сдать анализы, часть анализов она сдавала бесплатно. Они находились у клиники и сдавали там платно, чтобы не ходить по поликлинике. Она могла сдать в поликлинике анализы. Она ушла с работы по собственному желанию. Она работала юрисконсультом у нотариуса, уволилась в период нетрудоспособности, так как не знала, когда ей можно будет выйти на работу. В судебном заседании от ДД.ММ.ГГГГ истец ФИО4 иск поддержала, возражений относительно заключения экспертов не представила. 

В судебном заседании от ДД.ММ.ГГГГ представитель ГБУЗ МО «Дубненская больница» ФИО7 поддержал письменный отзыв, в котором ответчик указал, что считает иск не подлежащим удовлетворению по следующим основаниям. ФИО4 поступила в акушерское отделение ГАУЗ МО «Дубненская городская больница» ДД.ММ.ГГГГ по направлению врача поликлиники Запрудненского филиала ГБУЗ МО «Талдомская ЦРБ» с диагнозом «Патологические изменения, выявленные при антенатальном обследовании матери. Маловодие. Состояние, угрожающее при ЗРП». При поступлении пациентка жалоб не предъявляла, осмотрена врачом акушером-гинекологом ФИО2. Состояние оценено как удовлетворительное. АД при поступлении 125/80 мм рт.ст., пульс 100 уд. в мин.. Шевеления плода активные. Сердцебиение плода выслушано монитором, ясное, ритмичное 154 уд. в мин.. Из анамнеза: беременность 1-я. Из перенесенных заболеваний отмечала ОРЗ, ДЖВН, цистит, тахикардию, хр.АГ, гепатит А в детстве. На учете в женской консультации состояла с 8 недель. При поступлении был выставлен диагноз: Беременность 30 недель. ХФИН. Маловодие. Артериальная гипертензия, существовавшая до беременности. Было назначено обследование и лечение в соответствии с клиническими рекомендациями МЗ РФ от 2021 г. «Преэклампсия. Эклампсия. Отеки, протеинурия и гипертензивные расстройства во время беременности, в родах и в послеродовом периоде». В день поступления истец осмотрена офтальмологом, выявлена гипертоническая ангиопатия 1 ст.. Согласно ежедневным записям в истории болезни состояние истца было удовлетворительное. Жалоб не предъявлялось. Ежедневно проводился КТГ-мониторинг. ДД.ММ.ГГГГ в 21.00 истец пожаловалась на тошноту, изжогу, в связи чем была осмотрена дежурным врачом, зафиксировано повышение АД 170/100 мм рт.ст., сердцебиение плода выслушано, ясное, ритмичное. Также проводился КТГ-мониторинг состояния плода, нарушений не выявлено. На фоне проводимой терапии в 22.00 отмечено снижение АД до 140/70 мм рт.ст.. В 06.00 отмечено АД до 160/100 мм рт.ст., слабость, головная боль. Истец осмотрена в 06.30 дежурным врачом, общее состояние оценено как удовлетворительное. ДД.ММ.ГГГГ в 8.30 при совместном осмотре врачом ФИО2 и зав.отделением ФИО3 было выявлено состояние истца средней степени тяжести. Жалобы на слабость. В пространстве ориентирована полностью, на вопросы отвечает адекватно. Выставлен диагноз: Беременность 31 неделя, головное предлежание, умеренная преэклампсия на фоне хронической артериальной гипертензии, ХФИН, маловодие, COVID-19, перенесенный во время беременности. Пациентка была вновь осмотрена офтальмологом. Был проведен КТГ-мониторинг состояния плода с 10.00 до 11.00, зафиксированы активные шевеления. УЗИ и допплерометрия не проведены в связи с отказом истца от исследования. На основании проведенного обследования был выставлен диагноз умеренной преэклампсии. Учитывая высокую вероятность досрочного родоразрешения в связи с утяжелением течения преэклампсии, сроком беременности 31 неделя, стабилизацией АД, состоянием средней тяжести, данными КТГ, отсутствием патологических выделений была переведена в перинатальный центр 

<

адрес> по договоренности с заместителем главврача. Транспортировка проведена с продолжающейся инфузией сернокислой магнезии медицинским транспортом в сопровождении медицинского персонала. С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ обследование и наблюдение истца в отделении проведено согласно клиническим рекомендациям. Лечение проводилось в соответствии с диагнозом тяжелой преэклампсии. Полагает, что заявленные требования несоразмерны ввиду того, что каких-либо дефектов оказания медицинской помощи истцу в роддоме ГАУЗ МО «ДГБ» выявлено не было, а оперативная транспортировка была оправдана и усилиями врачей перинатального центра 3 уровня 

<

адрес> была сохранена репродуктивная функция. Ответчик полагает, что права истца в сфере здравоохранения нарушены не были, никакого вреда ее жизни и здоровью при оказании медицинской помощи нанесено не было. Истцу обосновано назначено соответствующее лечение. Отсутствие причинно-следственной связи между выявленными дефектами оказаниям медицинской помощи и неблагоприятным исходом беременности свидетельствуют об отсутствии у суда оснований для возложения на ответчика обязанности денежной компенсации. Просит в иске отказать. 

В судебном заседании от ДД.ММ.ГГГГ представитель ответчика ФИО8 дополнила, что когда собирали анамнез, истец говорила, что до беременности было периодическое повышение давления. О тяжелой артериальной гипертензии речи нет. Был поставлен диагноз – преэклампсия, а лечили как от тяжелой преэклампсии. Учитывая срок беременности, доктора решили истца госпитализировать. Консультации с анестезиологом не было. Принимали решение врач и заведующий отделением. Отслойка плаценты - такие осложнения могут быть. Прогнозировать такие осложнения сложно. От проведения УЗИ истец отказалась в связи с тем, что не может лечь на спину.

Представитель ответчика ФИО9 в судебном заседании от ДД.ММ.ГГГГ пояснила, что ответчик не согласен с выводами экспертов по вопросу о том, соответствовало ли проводимое лечение ФИО10 установленному диагнозу, так как у пациентки была диагностирована преэклампсия средней тяжести. Это было обусловлено показателями артериального давления, которое снижалось на фоне проводимой терапии. При тяжелой преэклампсии необходимо экстренное родоразрешение, признаков для родоразрешения не было. Дубненская больница является учреждением второго уровня. При стабилизации состояния оперировать в больнице второго уровня - это неоправданные риски для матери и ребёнка. Доводы истца о том, что ее пять дней держали в стационаре и не лечили, недействительны, так как в Дубненский стационар она была направлена при маловодии. Врачи принимали попытки стабилизации состояния матери и ребенка. При проведении проверки действительно врачи были привлечены к дисциплинарной ответственности за то, что отказ от проведения УЗИ не был зафиксирован в медицинских документах. Приглашение анестезиолога– реаниматолога производится при тяжелой преэклампсии, которой на тот момент у пациентки не было. Преэклампсия и отслойка плаценты могут наступить довольно быстро. Эксперты указывают, что можно было избежать отслойку плаценты, если бы родоразрешение произошло до 10-55. Однако, в 10-55 по результатам КТГ с ребенком было все нормально. Нельзя делать выводы о том, что отслойка плаценты произошла в Дубненской больнице, это могло произойти в любой момент до госпитализации в Щелковский перинатальный центр. По результатам КТГ шевеления ребенка были в норме. На момент проведения КТГ у врачей Дубненской больницы не было оснований родоразрешать женщину. При лечении маловодия была проведена терапия. Требование истца о возмещении стоимости УЗИ, гинеколога и покупки очков не являются подтвержденным, потому что согласно экспертизе, ухудшение состояния здоровья и зрения явилось не следствием действий врачей Дубненской больницы, а следствием тяжелой болезни, перенесенной во время беременности, которая также развилась не из-за действия Дубненской больницы. Поэтому просит в возмещении 56985 рублей отказать. Кроме того, терапия Дубненской больницы явилась не причиной, а условием, при котором произошли необратимые последствия. Просит отказать в требованиях истца о возмещении ущерба ввиду оказания некачественных медицинских услуг 59585 рублей. Так как нарушения были, просит снизить компенсацию морального вреда до 500000 рублей. Все судебные расходы взыскать пропорционально удовлетворенным требованиям. Ответчик не признает исковые требования, так как было установлено нарушение, что врач не взял письменный отказ в проведении УЗИ, это нарушение в виде неправильного оформления документации. При поступлении в Дубненскую больницу у истца было не стабильное состояние, и если бы ее перевели в учреждение третьего типа, то это было бы уже оставление женщины и ребенка в опасности. При улучшении состояния женщина должна быть перегоспитализирована в учреждение третьего уровня. Для госпитализации необходимо стабильное состояние. Истца перегоспитализировать хотели с признаками маловодия, потом возникла преэклампсия. 

Представитель ответчика ФИО8 дополнила, что состояние при перегоспитализации у пациентки было удовлетворительное, артериальное давление было 140/90 мм рт.ст., пульс 90, сатурация 98-99, это соответствует нормальному значению кислорода в крови. Отслойка плаценты сопровождается всегда кровотечением, которое сопровождается снижением давления, увеличением числа сердечного ритма и снижением концентрации кислорода в крови. Этих признаков, в том числе и фельдшером скорой помощи, отмечено не было, что позволяет считать, что отслойка плаценты произошла во время транспортировки. И то, что истец приехала в Щелковский перинатальный центр с антенатальной гибелью плода, то есть гибелью плода до начала родов, свидетельствует о том, что именно при транспортировке возникла отслойка нормально расположенной плаценты, которая привела к антенатальной гибели плода. Была проведена экспертиза учреждением, и были выявлены нарушения в оформлении медицинской документации, что повлекло выговор врачу. И объявление выговора не делает врача виновным в случившейся ситуации. Должное лечение пациентке проводилось. Относительно иска, в плане обследования после выписки из Щелковского перинатального центра и обращения в платные медицинские центры, может сказать, что ФИО3 разговаривала с пациенткой после выписки, предлагала обследование в их больнице в рамках полиса ОМС. Все обследования, включая прохождение психолога-психиатра, тоже можно пройти по программе ОМС. 

Третье лицо ФИО2 в суде пояснила, что 19 января поступила женщина на сроке 30 недель, с маловодием, хронической артериальной гипертензией, перенесенным КОВИДом во время беременности. Диагноз маловодие был подтверждён. На основании этого они назначили лечение. После контрольного УЗИ 24 января планировали перевести истца в Щелковский перинатальный центр. 23-го числа истец пожаловалась на плохое шевеление. Однако при записи КТГ количество шевелений плода отмечено достаточное. КТГ записалось абсолютно нормально. Вечером, когда истец пожаловалась на давление, на тошноту, ей было назначено дополнительное лечение, направленное на стабилизацию давления. По рекомендации был установлен монитор, который фиксировал давление. Давление стабилизировалось в течение полутора часов. Поэтому диагноз «тяжелая преэклампсия» не выставлялся, потому что стабилизировалось состояние женщины, она успокоилась, было записано КТГ, там все было нормально. 24-го КТГ было записано, сердцебиение плода было нормальным. Что касается анестезиолога-реаниматолога, то при диагнозе умеренной преэклампсии консультация не требуется. Экспертиза не говорит о том, что был поставлен неправильный диагноз. Они работают по клиническим рекомендациям. Клинические рекомендации были соблюдены. Она не согласна с выводами экспертов, где написано, что лечение проведено неправильно. Причина гибели плода - преждевременная отслойка нормально расположенной плаценты. У нее были причины, повышенное давление. Она перенесла ковид во время беременности, это тоже вызывает нарушение сосудистой функции. Признаков отслойки плаценты не было, наружного кровотечения не было. 

Третье лицо ФИО3 в суде пояснила, что когда пациенты поступают в стационар, им делают соответствующее назначение, но на руки ничего не выдают. Дается направление медсестре, она выполняет назначения врача. Пациентка была осмотрена, учитывалось, что возникло осложнение после перенесенного КОВИДа. Доктору не понравился вес малыша, он отставал в сроках. Доктор отправил ее к ним с подозрением на синдром задержки развития плода. Это предполагает проведение УЗИ. Учитывая УЗИ, малыш соответствовал срокам. У пациентки было маловодие, то есть у пациентки снижена функция плаценты. Пациентка получила полный курс дексаметазона, в пятницу был повторный осмотр. Ежедневно проводился КТГ-мониторинг. Пациентке была предоставлена гипертензивная терапия. Планировалось на понедельник сделать контрольный ультразвук, потому что наличие околоплодных вод определяется УЗИ. Обсуждался вопрос о переводе в учреждение третьего уровня. Но такая ситуация возникла с воскресенья на понедельник в ночь, состояние пациентки ухудшилось. И в понедельник было доложено, что у пациентки повысилось давление. Была проведена проверка глазного дна. Давление было в пределах 130/80. При транспортировке отслойки сетчатки не было установлено. Но произошла центральная отслойка плаценты. Когда выписывали пациентку, она позвонила ей с предложением обследоваться в их больнице. Она не видит в действиях врача нарушений. 

Представитель 3-го лица ГБУЗ МО «Талдомская больница» в суд не явился, извещен надлежаще. 

Суд, выслушав стороны, исследовав материалы дела, выслушав заключение прокурора, полагавшего иск подлежащим удовлетворению, считает иск подлежащим удовлетворению частично. 

Согласно положениям ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии со ст.151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред. 

В соответствии со ст. 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 Гражданского кодекса Российской Федерации и ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В силу ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причинения потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно п.1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную 

<

данные изъяты>, честь и доброе имя, 

<

данные изъяты> переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В соответствии с п.48 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", медицинские организации, медицинские и фармацевтические работники государственной, муниципальной и частной систем здравоохранения несут ответственность за нарушение прав граждан в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи и обязаны компенсировать моральный вред, причиненный при некачественном оказании медицинской помощи (статья 19 и части 2, 3 статьи 98 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Разрешая требования о компенсации морального вреда, причиненного вследствие некачественного оказания медицинской помощи, суду надлежит, в частности, установить, были ли приняты при оказании медицинской помощи пациенту все необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, соответствовала ли организация обследования и лечебного процесса установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения), повлияли ли выявленные дефекты оказания медицинской помощи на правильность проведения диагностики и назначения соответствующего лечения, повлияли ли выявленные нарушения на течение заболевания пациента (способствовали ухудшению состояния здоровья, повлекли неблагоприятный исход) и, как следствие, привели к нарушению его прав в сфере охраны здоровья. 

При этом на ответчика возлагается обязанность доказать наличие оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи, в частности отсутствие вины в оказании медицинской помощи, не отвечающей установленным требованиям, отсутствие вины в дефектах такой помощи, способствовавших наступлению неблагоприятного исхода, а также отсутствие возможности при надлежащей квалификации врачей, правильной организации лечебного процесса оказать пациенту необходимую и своевременную помощь, избежать неблагоприятного исхода. 

На медицинскую организацию возлагается не только бремя доказывания отсутствия своей вины, но и бремя доказывания правомерности тех или иных действий (бездействия), которые повлекли возникновение морального вреда. 

Отношения, возникающие в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, регулирует Федеральный закон от ДД.ММ.ГГГГ N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" (далее - Федеральный закон N 323-ФЗ).

В силу статьи 19 Федерального закона N 323-ФЗ каждый имеет право на медицинскую помощь.

2. Каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования. 

Пунктом 9 части 5 статьи 19 Федерального закона N 323-ФЗ предусмотрено право пациента на возмещение вреда, причиненного здоровью при оказании ему медицинской помощи.

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (части 2 и 3 статьи 98 Федерального закона N 323-ФЗ).

Судом установлено и следует из материалов дела, что ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, с ДД.ММ.ГГГГ состояла на учете в Запрудненском филиале ГБУЗ МО «Талдомская ЦРБ» по беременности. Беременность для ФИО4 была первой.

ДД.ММ.ГГГГ по направлению врача поликлиники Запрудненского филиала ГБУЗ МО «Талдомская ЦРБ» ФИО4 поступила в акушерское отделение ГБУЗ МО «Дубненская больница» с диагнозом: маловодие, артериальная гипертензия, существовавшая до беременности, COVID-19, перенесенный в беременность. 

В ГБУЗ МО «Дубненская больница» ФИО4 находилась с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. В соответствии с Медицинской картой беременной, роженицы и родильницы следует, что ФИО4 проведено обследование в виде взятия анализов крови и мочи, УЗИ, допплерографии, ЭКГ, КТГ-мониторинга, консультации терапевта, офтальмолога. ФИО4 назначено медикаментозное лечение в связи с указанным диагнозом при поступлении. Вечером ДД.ММ.ГГГГ отмечено повышение давления до 170/100 мм рт.ст., головная боль, в связи с чем начата магнезиальная терапия. Утром ДД.ММ.ГГГГ повторный эпизод повышения артериального давления до 160/100 мм рт.ст., введен магния сульфат, рекомендован сибазон. В 8-30 АД 120/86 мм рт.

<

адрес> повторно взяты анализы, в 7-26 часов выполнен КТГ-мониторинг. Отмечено общее состояние средней степени тяжести. Поставлен диагноз: Беременность 31 неделя. Головное предлежание. Умеренная преэклампсия на фоне хронической артериальной гипертензии. Хроническая фетоплацентарная недостаточность, компенсированная. Маловодие. COVID-19, перенесенный во время беременности. Учитывая умеренную преэклампсию на фоне хронической артериальной гипертензии, стабилизацию артериального давления, удовлетворительное состояние плода, принято решение перевести ФИО4 в перинатальный центр 

<

адрес>. При этом выполнено КТГ, от проведения УЗИ исследования отказалась. Состояние при выписке средней тяжести. Беременность прогрессирует. Направлена в Щелковский перинатальный центр с диагнозом: беременность 30-31 неделя. Головное предлежание. Умеренная преэклампсия. На фоне ХАГ. ХФПН. Маловодие. COVID-19, перенесенный в беременность. 

ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ поступила в Щелковский перинатальный центр, где была установлена антенатальная гибель плода, полная отслойка плаценты, тяжелая преэклампсия на фоне ХАГ, геморрагический шок 1 ст.. При нахождении в ГБУЗ МО «Щелковский перинатальный центр» ей был поставлен диагноз «1-е преждевременные оперативные роды в головном предлежании в сроке 31 неделя беременности. Преждевременная отслойка нормально расположенной плаценты. Антенатальная гибель плода. Геморрагический шок 1 степени. Постгеморрагическая анемия средней тяжести. Тяжелая преэклампсия. Тромботическая микроангиопатия. HELLP-синдром. ДВС-синдром. Тромбоцитопения. Острая почечная недостаточность. Синдром задней обратимой энцефалопатии. Двусторонняя экссудативная отслойка сетчатки. Лапаротомия по Джоэл-Кохену. Кесарево сечение в нижнем маточном сегменте».

Как указала истец, ДД.ММ.ГГГГ ее состояние ухудшилось, она испытывала тошноту, изжогу, чувство тяжести в голове, о чем она сообщила врачу, повысилось артериальное давление. Однако седативная терапия ей была проведена только утром ДД.ММ.ГГГГ, когда она вновь указала на свое плохое самочувствие. У нее не было сил двигаться, сознание было спутанное. Помнит, что пытались перезаписать КТГ, но живот был каменный, сильно болел, и любое прикосновение причиняло боль. В скорую ее несли на носилках. Последнее, что она помнит, это операционный стол. Выйдя из комы, зрение отсутствовало, она видела только силуэты. В результате некачественно оказанной помощи, неправильно установленного диагноза она потеряла ребенка. В связи с изложенным считает, что в результате неправильно установленного диагноза она потеряла своего ребенка, у нее ухудшилось состояние здоровья, ухудшилось зрение, в результате чего ей приходится пользоваться очками, она вынуждена была уволиться с работы, в связи с чем просит взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 5 000 000 рублей. 

Представители ГБУЗ МО «Дубненская больница» в суде иск не признали, так как полагают, что врачами больницы приняты все меры для стабилизации состояния ФИО4, которая поступила в акушерское отделение ДД.ММ.ГГГГ с диагнозом «Патологические изменения, выявленные при антенатальном обследовании матери. Маловодие. Состояние, угрожающее при ЗРП». Состояние пациентки было оценено как удовлетворительное. Согласно ежедневным записям в истории болезни состояние истца было удовлетворительное, жалоб не предъявлялось. Ежедневно проводился КТГ-мониторинг. ДД.ММ.ГГГГ в 21.00 истец пожаловалась на тошноту, изжогу, в связи чем была осмотрена дежурным врачом, зафиксировано повышение АД 170/100 мм рт.ст., сердцебиение плода выслушано, ясное, ритмичное. На фоне проводимой терапии в 22.00 отмечено снижение АД до 140/70 мм рт.ст.. В 06.00 ДД.ММ.ГГГГ отмечено АД до 160/100 мм рт.ст., слабость, головная боль. Истец осмотрена в 06.30 дежурным врачом, общее состояние оценено как удовлетворительное. ДД.ММ.ГГГГ в 8.30 при совместном осмотре врачом ФИО2 и зав.отделением ФИО3 было выявлено состояние истца средней степени тяжести. Выставлен диагноз: Беременность 31 неделя, головное предлежание, умеренная преэклампсия на фоне хронической артериальной гипертензии, ХФИН, маловодие, COVID-19, перенесенный во время беременности. Был проведен КТГ-мониторинг состояния плода с 10.00 до 11.00, зафиксированы активные шевеления. УЗИ и допплерометрия не проведены в связи с отказом истца от исследования. ФИО4 был выставлен диагноз умеренной преэклампсии. Учитывая высокую вероятность досрочного родоразрешения в связи с утяжелением течения преэклампсии, сроком беременности 31 неделя, стабилизацией АД, состоянием средней тяжести, данными КТГ, отсутствием патологических выделений была переведена в перинатальный центр 

<

адрес>. Ответчик полагает, что отсутствует причинно-следственная связь между выявленными дефектами оказания медицинской помощи и неблагоприятным исходом беременности. 

Также представитель ответчика ФИО9 указала, что при тяжелой преэклампсии необходимо экстренное родоразрешение, признаков для родоразрешения не было. Дубненская больница является учреждением второго уровня. При проведении проверки врачи были привлечены к дисциплинарной ответственности за то, что отказ от проведения УЗИ не был зафиксирован в медицинских документах. Для приглашения анестезиолога– реаниматолога оснований не было, так как это производится лишь при тяжелой преэклампсии, которой на тот момент у пациентки не было. 

Третье лицо врач акушер-гинеколог ГБУЗ МО «Дубненская больница» ФИО2 в суде пояснила, что они работают по клиническим рекомендациям, которые были соблюдены. Причина гибели плода - преждевременная отслойка нормально расположенной плаценты. Признаков отслойки плаценты при нахождении в Дубненской больнице не было. Заведующая отделением Дубненской больницы ФИО3 в суде пояснила, что у пациентки было маловодие, то есть снижена функция плаценты. Ежедневно проводился КТГ-мониторинг. ФИО4 была предоставлена гипертензивная терапия. Но с воскресенья на понедельник в ночь состояние пациентки ухудшилось, в понедельник у нее повысилось давление. При транспортировке произошла центральная отслойка плаценты. 

Из письма Министерства здравоохранения 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ следует, что по данному факту проведена служебная проверка с рецензированием медицинской документации ведущими сотрудниками ГБУЗ МО «МОНИИАГ». При этом были выявлены нарушения при оказании медицинской помощи, сделан вывод, что степень тяжести состояния пациентки не было оценено в полном объеме и не был поставлен вовремя диагноз тяжелой преэклампсии. Данное состояние беременной требовало экстренного родоразрешения, несмотря на то, что пациентка находилась в родильном доме второго уровня. Соответственно было упущено время, что и привело к неудовлетворительным последствиям. В данном случае не было сделано УЗИ в целях исключения отслойки плаценты перед транспортировкой. Письменного отказа ФИО4 от УЗИ-исследования в истории родов нет. 

В соответствии с ответом АО «МАКС-М» от ДД.ММ.ГГГГ следует, что по результатам экспертизы со стороны ГАУЗ МО «Дубненская городская больница» выявлены нарушения при оказании медицинской помощи ФИО4: не проведена консультация анестезиолога-реаниматолога, дежурный врач ДД.ММ.ГГГГ недооценил состояние пациента, не доложил руководству об ухудшении состояния беременной, не определена тяжелая форма преэклампсии. Диагноз ФИО4 соответствовал тяжелой форме преэклампсии, а не установленной умеренной преэклампсии. Перед переводом в перинатальный центр не проведена полноценная оценка состояния плода, не выполнены УЗИ и допплерометрия плода. Не был установлен внутривенный катетер и не выполнено введение раствора магнезии при наличии АД 140/80 мм рт.ст. на момент транспортировки. Отмечены нарушения в оформлении медицинской документации. 

Как следует из ответа ГАУЗ МО «Дубненская городская больница» на представление прокурора 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по вечер ДД.ММ.ГГГГ обследование и наблюдение женщины в отделении проведено согласно клиническим рекомендациям МЗ РФ от 2021 г. «Преэклампсия. Эклампсия. Отеки, протеинурия и гипертензивные расстройства во время беременности, в родах и в послеродовом периоде», за исключением определения уровня креатинина в крови. При нарастании тяжести преэклампсии вечером ДД.ММ.ГГГГ и утром ДД.ММ.ГГГГ не соблюдена длительность проведения КТГ-мониторинга состояния плода, запись проведена до соблюдения критериев в течение 10 минут вместо длительного мониторинга. Учитывая отрицательную динамику состояния пациентки, повышение АД до 170/100 мм.рт.ст. однократно, данные лабораторного обследования, не выставлен диагноз тяжелой преэклампсии. Не проведена консультация анестезиолога-реаниматолога. Однако лечение проводилось в соответствии с диагнозом тяжелой преэклампсии. При нарастании тяжести преэклампсии ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ и перед транспортировкой пациентки в перинатальный центр не проведено УЗИ плода и допплерометрия, в истории родов отсутствует письменный отказ беременной от проведения УЗИ. Врачу ФИО2 объявлен выговор, принято решение направить на очный цикл повышения квалификации. Зав.акушерским отделением ФИО3 указано на необходимость усилить контроль за полнотой и своевременностью обследования пациентов, в том числе на этапе перед транспортировкой. 

По ходатайству ответчика судом по делу назначалась судебно-медицинская экспертиза. В соответствии с выводами экспертов ГБУЗ МО «Бюро судебно-медицинской экспертизы» следует, что причиной антенатальной гибели плода ФИО4 в срок 31 неделя беременности послужила внутриутробная асфиксия плода. Причиной асфиксии плода явилось острое нарушение маточно-плацентарного кровотока вследствие преждевременной отслойки плаценты. Указанные острые нарушения произошли на фоне уже имевшего место хронического нарушения маточно-плацентарно-плодового кровоснабжения, впервые выявленного при УЗИ от ДД.ММ.ГГГГ, при котором было установлено: снижение темпа роста плода, киста плаценты, маловодие и гемодинамические нарушения в маточных артериях. 

Судебно-медицинских методик, позволяющих точно определить время и причины преждевременной отслойки плаценты, не существует. Тем не менее, принимая во внимание отсутствие мацерации плода, экспертная комиссия считает, что от момента гибели плода до его рождения прошло менее 6 часов. Учитывая сведения о течении беременности ФИО4, клинические данные о состоянии беременной и родильницы в период времени с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, морфологические изменения плода и последа, экспертная комиссия полагает, что антенатальная гибель плода и преждевременная отслойка нормально расположенной плаценты у ФИО4 обусловлены наличием тяжелой преэклампсии и связаны с особенностями течения самой беременности. 

Диагноз ФИО4 в ГАУЗ МО «ДГБ» установлен неправильно. Тяжесть преэклампсии расценена как умеренная, несмотря на следующие показатели: повышение АД до 170/100 мм рт.ст. в течение 4-6 часов, наличие неврологической симптоматики и диспептических расстройств, повышение печеночных ферментов, повышение креатинина в крови, снижение диуреза. Согласно клиническим рекомендациям «Преэклампсия. Эклампсия. Отеки, протеинурия и гипертензивные расстройства во время беременности, в родах и в послеродовом периоде» от 2021 года, диагноз тяжелой приэклампсии устанавливается при наличии артериальной гипертонии в сочетании с хотя бы одним из указанных вышеперечисленных симптомов. Для уточнения состояния плода и исключения признаков преждевременной отслойки плаценты необходимо было провести УЗИ. В медицинской карте указано об отказе пациентки от проведения исследования, однако письменный отказ с разъяснением возможных рисков отсутствует.

Как указала в судебном заседании ФИО4, она не отказывалась от исследований. 

Также из заключения экспертов следует, что с ДД.ММ.ГГГГ было начато лечение хронической фетоплацентарной недостаточности, пациентка не была отнесена в группу риска по присоединению ПЭ, хотя ряд предрасполагающих симптомов имел место уже на момент поступления беременной в стационар. Лечение ФИО4 с ДД.ММ.ГГГГ частично соответствовало диагнозу тяжелой преэклампсии. Экспертами отмечено, что не рекомендовано прерывать магнезиальную терапию только на основании снижения АД. Седативная терапия также была применена в отсроченном периоде, в 6-40 часов ДД.ММ.ГГГГ. Уже в ДД.ММ.ГГГГ в 21-00 имелись основания для диагностики у ФИО4 тяжелой преэклампсии, в экстренном порядке консультации анестезиолога-реаниматолога, проведении консилиума врачей с решением вопросов о досрочном родоразрешении и адекватной терапии. Таким образом, лечение ФИО4 в ГАУЗ МО «Дубненская ГБ» лишь частично соответствовало диагнозу. 

Экспертной комиссией указано, что с медицинской точки зрения между тяжелой преэклампсией, развившейся у ФИО4 в срок 31 неделя (на фоне предсуществовавшей артериальной гипертензии и перенесенной в сроке 26 недель новой коронавирусной инфекцией), преждевременной отслойкой нормально расположенной плаценты, внутриутробной асфиксией и антенатальной гибелью плода имеется прямая причинно-следственная связь. Беременная ФИО4 уже в сроке 27 недель должна была быть направлена на консультацию в учреждение 3 уровня; учитывая риск задержки развития плода у беременной с артериальной гипертензией, гемодинамическими нарушениями в маточных артериях и маловодием при сроке гестации 30 недель, ФИО4 исходно была показана госпитализация в перинатальный центр; в условиях стационара в ГАУЗ МО «ДГБ» имела место субъективная недооценка клинической ситуации и тяжести состояния ФИО4; перевозка беременной с тяжелой преэклампсией фельдшерской бригадой скорой медицинской помощи без предварительного ультразвукового исследования, исключающего отслойку плаценты, была недопустимой. 

В случае своевременного родоразрешения беременной (до начала отслойки плаценты), ДД.ММ.ГГГГ до 10-55, возможно было избежать внутриутробной гибели плода. 

Также экспертами сделан вывод о том, что ухудшение зрения ФИО4 в виде появившейся аномалии рефракции – миопии и миопического астигматизма не связано с преэклампсией; выявленная макулодистрофия является следствием экссудативной отслойки сетчатки, обусловленной тяжелой преэклампсией. 

При оказании медицинской помощи ФИО4 в период ее беременности было допущено множество дефектов. Однако все эти дефекты явились условиями, а не причинами ухудшения здоровья пациентки и неблагоприятного исхода беременности. Причиной является развитие тяжелой преэклампсии. 

Таким образом, суд делает вывод о том, что сотрудниками ГБУЗ МО «Дубненская больница» при оказании медицинской помощи были допущены дефекты, следствием которых явилась антенатальная гибель плода, в связи с чем ФИО4 сотрудниками медицинского учреждения причинен моральный вред. 

В силу статьи 4 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан" к основным принципам охраны здоровья относятся, в частности: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи. 

Медицинская помощь - это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг (пункт 3 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан"). 

В пункте 21 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан" определено, что качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата. 

Критерии оценки качества медицинской помощи согласно части 2 статьи 64 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан" формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью 2 статьи 76 этого федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти. 

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (части 2 и 3 статьи 98 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан"). 

Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. 

Доводы представителей ответчика о том, что они не согласны с выводами экспертов, суд отклоняет, так как судебная экспертиза проведена в порядке, установленном ст. 84 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, заключение экспертов выполнено в соответствии с требованиями ст. 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с учетом представленных материалов дела, рассматриваемая экспертиза проведена в соответствии с требованиями Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации", эксперты предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

Кроме того, экспертное заключение не содержит исправлений, выполнено в специализированном экспертном учреждении, в связи с чем, суд принимает заключение комиссии экспертов ГБУЗ МО "Бюро судебно-медицинской экспертизы" в качестве доказательства по делу.

Согласно ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.

Не доверять заключению комиссии экспертов, оценка которого произведена в совокупности с иными имеющимися в материалах дела доказательствами, не имеется оснований.

Эксперты обладают специальными познаниями для разрешения поставленных перед ними вопросов, имеют стаж экспертной работы, экспертному исследованию был подвергнут необходимый и достаточный материал. Методы, использованные при экспертном исследовании, и сделанные на его основе выводы научно обоснованы, непротиворечивы.

Представленная Рецензия на ведение беременности истца, выполненная специалистами ГБУЗ МО МОНИИАГ, не опровергает выводов комиссии экспертов, так как содержит выводы о наличии дефектов при оказании медицинской помощи. 

Выявленные дефекты оказания медицинской помощи являются не причиной, а условием неблагоприятного исхода. Правильная оценка клинической ситуации и тяжести состояния ФИО4, адекватная терапия, проведение ультразвукового исследования перед транспортировкой, проведение консилиума врачей, получение консультации анестезиолога-реаниматолога могли бы прервать прямую причинно-следственную связь между заболеванием и наступлением последствий (внутриутробной смерти плода). Поэтому дефекты медицинской помощи способствовали наступлению неблагоприятного исхода, не предотвратив естественное прогрессирование болезни, но, с медицинской точки зрения, в прямой причинно-следственной связи между заболеванием и наступлением смерти не имеется. 

Правильно оказанная медицинская помощь была лишь условием, которое могло прервать течение патологического процесса. Отсутствие прямой причинно-следственной связи между оказанием ненадлежащим образом медицинских услуг и наступлением внутриутробной гибели плода, не является основанием для освобождения ответчика от гражданско-правовой ответственности, поскольку в данном случае имеет место непрямая (опосредованная) связь между действиями врачей и наступившей внутриутробной гибелью плода, поскольку как прямая причинно-следственная связь, так и опосредованная, свидетельствуют о вине ответчика при оказании ФИО4 медицинских услуг, различия заключаются лишь в степени вины.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд учитывает, что субъективная недооценка состояния здоровья ФИО4 при поступлении ее в медицинское учреждение, несоответствие проводимого лечения тяжести заболевания повлекли тяжкие последствия в виде гибели плода ФИО4, являвшегося жизнеспособным. Учитывал возраст ФИО4 (26 лет), первую беременность, потеря ребенка причинила истцу глубокие нравственные и физические страдания. 

Принимая во внимание степень вины сотрудников ГБУЗ МО «Дубненская больница», установленные в ходе судебного разбирательства обстоятельства, суд устанавливает размер компенсации морального вреда в сумме 2 000 000 рублей. 

ФИО4 просит возместить ей расходы, связанные с обращением за платной медицинской помощью и проведением платных медицинских исследований и анализов, расходы на которые составили 11365 рублей (4765 + 4500 + 2100). В связи с ухудшением зрения истец была вынуждена приобрести очки, стоимость которых составила 15120 рублей. В связи с необходимостью психологической помощи истец обращалась к психологу, стоимость услуг которого составила 24500 рублей. Также истец понесла расходы на погребение ребенка на сумму 9000 рублей. Всего расходов на сумму 59985 рублей. 

В соответствии со ст.1085 ГК РФ при причинении гражданину увечья или ином повреждении его здоровья возмещению подлежит утраченный потерпевшим заработок (доход), который он имел либо определенно мог иметь, а также дополнительно понесенные расходы, вызванные повреждением здоровья, в том числе расходы на лечение, дополнительное питание, приобретение лекарств, протезирование, посторонний уход, санаторно-курортное лечение, приобретение специальных транспортных средств, подготовку к другой профессии, если установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение.

В подтверждение своих расходов истец представила квитанции от ДД.ММ.ГГГГ об оплате медицинских услуг в ООО «Геростом» на сумму 4765 рублей и 4500 рублей, счет и кассовый чек от ДД.ММ.ГГГГ об оплате 2100 рублей за УЗИ-исследование малого таза. Также истцом представлены кассовые чеки об оплате семи персональных занятий с перинатальным психологом на сумму 24500 рублей. 

Ответчик иск в этой части не признал, указав, что указанные исследования, помощь психолога могли быть предоставлены истцу бесплатно в рамках обязательного медицинского страхования. 

Исследовав представленные документы и пояснения сторон, суд полагает, что отсутствует причинно-следственная связь между дефектами оказания медицинских услуг и необходимостью получения платных медицинских услуг в виде обследований, консультаций, сдачи анализов. Истицей не представлены доказательства нуждаемости и невозможности бесплатного получения указанных видов медицинской помощи, заявленных в иске.

При этом суд считает, что дефекты оказания медицинской помощи повлекли гибель плода, в связи с чем расходы на его захоронение в размере 9000 рублей подлежат возмещению ответчиком, в связи с чем взыскивает с ответчика в пользу истца 9000 рублей. 

Расходы на приобретение очков в размере 15120 рублей не подлежат возмещению со стороны ответчика, так как согласно заключению экспертов макулодистрофия (патология сетчатки обоих глаз) является следствием экссудативной отслойки сетчатки, обусловленной тяжелой преэклампсией. 

Истец просит возместить расходы на оплату услуг по составлению иска в размере 5000 рублей. 

В соответствии со ст.98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

В соответствии со ст.100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Суд считает расходы на оплату юридических услуг в размере 5000 рублей разумными и обоснованными, в связи с удовлетворением иска о компенсации морального вреда суд взыскивает с ответчика в пользу истца 5000 рублей. 

Так как при подаче иска истец был освобожден от уплаты госпошлины, то при принятии решения суд взыскивает с ответчика госпошлину в доход бюджета Талдомского городского округа 

<

адрес> в размере 700 рублей (300 + 400).

Руководствуясь ст.ст.194-198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковое заявление ФИО4 (паспорт №) к ГБУЗ МО «Дубненская больница» (ИНН 

<

***>) о компенсации морального вреда, возмещении вреда, возмещении судебных расходов удовлетворить частично. 

Взыскать с ГБУЗ МО «Дубненская больница» в пользу ФИО4 в счет компенсации морального вреда 

<

данные изъяты> рублей, в счет возмещения вреда 

<

данные изъяты> рублей, в счет возмещения судебных расходов 

<

данные изъяты> рублей. 

В остальной части иска ФИО4 отказать. 

Взыскать с ГБУЗ МО «Дубненская больница» госпошлину в доход бюджета Талдомского городского округа 

<

адрес> в размере 700 рублей. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме в Московский областной суд через Талдомский районный суд. 

Судья И.В.Никитухина

Решение в окончательной форме 

составлено 22.01.2024

<

данные изъяты>