дело № 2-25/2019

Сыктывдинского районного суда Республики Коми 

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Сыктывдинский районный суд Республики Коми в составе судьи Рачковской Ю.В. 

при секретаре судебного заседания Палкиной И.А., 

рассмотрев в открытом судебном заседании в с. Выльгорт «28» января 2019 года гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к индивидуальному предпринимателю ФИО2 о расторжении договора оказания услуг, взыскании денежных средств, неустойки, убытков, а также компенсации морального вреда, 

установил:

ФИО1 обратился в суд с исковым заявлением к ИП ФИО2 о расторжении договора оказания услуг № 140 от 17.06.2017, взыскании денежных средств в размере 75 290 рублей, взыскании неустойки в пользу истца со дня удовлетворения требования о возврате ему предварительно уплаченной суммы, взыскании компенсации морального вреда в размере 10 000 рублей, убытков в размере 60 000 рублей, штрафа в размере 50% от суммы удовлетворенных требований. В обоснование заявленных требований истцом указано, что 17.06.2017 между истцом и ответчиком заключен договор № 140 возмездного оказания услуг, по которому ИП ФИО2 взял на себя обязательства на поставку товара в срок до 20.07.2017. Стоимость договора определена в размере 75 290 рублей. Взятые на себя обязательства по договору истец выполнил в полном объеме, что подтверждается товарным чеком от 17.06.2017, тогда как в нарушение условий договора товар доставлен не был, в связи с чем, истец обратился к ответчику с претензией об уплате неустойки за нарушение сроков поставки товара, установленных договором, которая оставлена без удовлетворения. По мнению истца, в связи с нарушением сроков поставки товара для изготовления печи истцу причинены нравственные страдания. Также истец полагал подлежащими взысканию убытки в размере 60 000 рублей, понесенные в связи с необходимостью найма жилья. Ссылаясь на указанные обстоятельства, ФИО1 обратился с настоящим исковым заявлением. 

Определением Сыктывдинского районного суда Республики Коми от 20.09.2018 в рамках настоящего гражданского дела приняты уточненные исковые требования ФИО1, сформулированные как требования о расторжении договора оказания услуг № 140 от 17.06.2017 и взыскания с ответчика денежных средств в размере 72 490 рублей, взыскании неустойки в размере 72 490 рублей, компенсации морального вреда в размере 10 000 рублей, убытков в размере 60 000 рублей, штрафа в размере 50% от суммы удовлетворённых требований. 

В судебном заседании истец ФИО1 и его представитель ФИО3, действующая на основании доверенности, настаивали на заявленных требованиях в полном объеме. Дополнительно истцом указано, что поставка некоторых товаров была произведена ответчиком только после получения претензии истца. Ввиду нарушения ответчиком срока поставки материала, необходимого для кладки печи, а также доставки материала, не предусмотренного спецификацией договора, между сторонами достигнуто соглашение, при котором ответчик обязался в счет разницы между стоимостью поставленного материала, в том числе кирпича и стоимостью материала, заявленного в спецификации, осуществить на безвозмездной основе кладку печи истцу. Кладка печи была осуществлена по поручению ФИО2, при этом каких-либо материальных затрат, в частности по оплате работы печника, истцом не понесено. Кладка печи, при которой использован, в том числе материал, поставленный ответчиком, завершена в первых числах октября 2017 года.

Ответчик ИП ФИО2, будучи извещенным о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явился, направив своего представителя ФИО4, уполномоченного доверенностью, который в судебном заседании возражал требованиям по доводам, изложенным в отзыве. 

Заслушав объяснения лиц, явившихся в судебное заседание, изучив материалы гражданского дела № 2-385/2018, материалы настоящего дела, суд приходит к следующим выводам. 

При рассмотрении дела судом установлено, что 17.06.2017 между ПФ «Русская печь» в лице руководителя ИП ФИО2 и ФИО1 заключен договор оказания услуг № 140, согласно п. 1.1 и 1.2 которых ФИО1 (заказчик) поручает, а ИП ФИО2 (исполнитель) принимает на себя обязательства выполнить собственными или привлеченными силами и средствами доставку товара, наименование, объем и цена которого определяются спецификацией поставки, являющейся неотьемлимой частью договора. 

Согласно спецификации по договору оказания услуг ИП ФИО2 обязался поставить ФИО1 следующий товар: кирпич М-200 Боровичи - 1200 штук; смесь печная 25 кг - 20 мешков; дверка прочистная - 6 штук; колосник - 1 штука; дверка со стеклом; задвижка - 2 штуки; труба асбестовая 150; фланец проходной; зонтик нержавеющий; дверка ДП; дверка духовки. 

В соответствии с п. 2.1, 3.2 договора стоимость материала по договору составляет 75 290 рублей, срок поставки – до 20.07.2017. Авансовый платеж предусмотрен в размере 75 290 рублей (п. 4.1 договора). 

Из материалов дела следует, что ФИО1 произведена предоплата по договору № 140 от 17.06.2017 в размере 75 290 рублей, о чем свидетельствует товарный чек ПФ «Русская печь». 

В связи с тем, что по состоянию на 28.08.2017 услуги, предусмотренные договором № 140 от 17.06.2017 не исполнены в полном объеме, истцом в адрес ответчика направлялась претензия, из содержания которой следует, что ФИО1 требует расторгнуть вышеуказанный договор, возвратить уплаченную по договору сумму в размере 75 290 рублей, возместить неустойку за нарушение сроков оказания услуг. Претензия истца оставлена ИП ФИО2 без удовлетворения. 

При этом, истцом не оспаривалось, что ответчиком поставлена печная смесь и кирпич в количестве 640 штук марки «Короед», цена которого спецификацией и договором не определена. 

Указывая на то, что в результате нарушения сроков поставки товара, а также поставки товара, не соответствующего спецификации и договору, нарушены права истца как потребителя, в связи с неурегулированием спора в добровольном порядке, ссылаясь на указанные выше обстоятельства, ФИО1 обратился в суд с настоящим иском, рассматривая который, суд исходит из следующего. 

Согласно ст. 309, 310 Гражданского кодекса РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом.

Согласно п. 2 ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации, граждане и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и определении любых, не противоречащих законодательству условий договора.

В соответствии с п. 1 ст. 420 Гражданского кодекса Российской Федерации, договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей.

На основании п. 1 ст. 425 Гражданского кодекса РФ договор вступает в законную силу и становится обязательным для сторон с момента его заключения.

Договор заключается посредством направления оферты (предложения заключить договор) одной из сторон и ее акцепта (принятия предложения) другой стороной.

Согласно ст. 432 Гражданского кодекса Российской Федерации договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

По договору поставки поставщик-продавец, осуществляющий предпринимательскую деятельность, обязуется передать в обусловленный срок или сроки, производимые или закупаемые им товары покупателю для использования в предпринимательской деятельности или в иных целях, не связанных с личным, семейным, домашним и иным подобным использованием (ст. 506 Гражданского кодекса РФ).

Согласно п. 5 ст. 454 Гражданского кодекса РФ поставка товаров относится к отдельным видам договора купли-продажи. К ней применяются положения, предусмотренные параграфом 1 главы 30 Гражданского кодекса РФ, регулирующим договор купли-продажи, если иное не предусмотрено правилами Гражданского кодекса Российской Федерации о договоре поставки.

В соответствии с п. 1 ст. 454 Гражданского кодекса РФ по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

Согласно п. 1 ст. 492 Гражданского кодекса РФ по договору розничной купли-продажи продавец, осуществляющий предпринимательскую деятельность по продаже товаров в розницу, обязуется передать покупателю товар, предназначенный для личного, семейного, домашнего или иного использования, не связанного с предпринимательской деятельностью.

В силу ст. 457 Гражданского кодекса РФ срок исполнения продавцом обязанности передать товар покупателю определяется договором купли-продажи, а если договор не позволяет определить этот срок, в соответствии с правилами, предусмотренными ст. 314 Гражданского кодекса РФ.

В силу положений ч. 1, 4 ст. 523 Гражданского кодекса РФ односторонний отказ от исполнения договора поставки (полностью или частично) или одностороннее его изменение допускаются в случае существенного нарушения договора одной из сторон (абзац 4 пункта 2 статьи 450). Договор поставки считается измененным или расторгнутым с момента получения одной стороной уведомления другой стороны об одностороннем отказе от исполнения договора полностью или частично, если иной срок расторжения или изменения договора не предусмотрен в уведомлении либо не определен соглашением сторон. 

Существенным признается нарушение договора одной из сторон, которое влечет для другой стороны такой ущерб, что она в значительной степени лишается того, на что была вправе рассчитывать при заключении договора (ст. 450 Гражданского кодекса РФ). 

Как указывалось выше, 17.06.2017 между ФИО1 и ИП ФИО2 заключен договор оказания услуг № 140, согласно которому ИП ФИО2 принял на себя обязательство осуществить доставку товара, оговоренного в спецификации к договору, а истец обязуется принять товар и оплатить его в полном объеме. Срок исполнения договора – 20.07.2017. 

Условия договора истец исполнил, оплатив стоимость договора в полном объеме, что не оспаривалось лицами, участвующими в рассмотрении дела. 

В соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В силу статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. 

Разрешая требования истца о расторжении договора, суд исходит из следующего.

Действительно, сторонами не оспаривалось, что поставка товара произведена с нарушением установленных договором сроков, а также не в соответствии со спецификацией, определенной договором. Дополнительные соглашения об изменении предмета и условий договора сторонами в письменном виде не заключались. 

Между тем, совокупность представленных доказательств позволяет прийти к выводу, что между истцом и ответчиком достигнуто соглашение об изменении условий договора.

Так, истцом не оспаривалось, что ответчиком с нарушением установленных договоров сроков осуществлена доставка материала в виде кирпича «Короед М-150» в количестве 640 штук, а также смеси печной в количестве 8 мешков. Поставленный товар принят истцом, товар ответчику не возвращался. 

Ввиду нарушения ответчиком срока поставки материала, необходимого для кладки печи, а также доставки материала, не предусмотренного спецификацией договора, между сторонами достигнуто соглашение, при котором ответчик обязался в счет разницы между стоимостью поставленного кирпича и стоимостью кирпича, заявленного в спецификации, осуществить на безвозмездной основе кладку печи истцу.

Истцом при рассмотрении дела не оспаривалось, что кладка печи была осуществлена по поручению ФИО2, при этом материальных затрат, в частности по оплате работы печника и приобретению дополнительного материала, истцом не понесено. Материал, необходимый для кладки печи (до трубы), не поставленный ответчиком, закупался печником при осуществлении работ по кладке печи.

Кладка печи (до трубы), при которой использован, в том числе материал, поставленный ответчиком, завершена в первых числах октября 2017 года.

При этом, оценивая объем выполнения ответчиком обязательств в рамках заключенного между сторонами договора, суд, в том числе принимает во внимание показания свидетелей У. и О., согласно показаниям которых истцу осуществлена доставка одного поддона кирпича «Короед», смеси печной в количестве 13 мешков, смеси огнеупорной в количестве 2 мешков, дверки поддувальной, дверки прочистной, задвижки печной, колосника. 

Факт выполнения печи из поставленного ИП ФИО2 материала подтверждается помимо прочего скриншотами страниц О. в социальной сети «Вконтакте», на которой ФИО1 размещена фотография выполненной печи и отзыв о выполненной работе.

Проанализировав и оценив представленные доказательства в их совокупности, руководствуясь положениями ст. 432 Гражданского кодекса РФ, суд не находит правовых оснований для удовлетворения заявленных требований в части расторжения договора, поскольку в рассматриваемом случае исполнение договора одной из сторон и принятие его другой свидетельствуют о наличии общей воли сторон на возникновение гражданских прав и обязанностей путем совершения по отношению к конкретному предмету указанных действий, а, следовательно, и о наличии сделки на определенных сторонами условиях, хоть и не оформленных надлежащим образом.

Вместе с тем, поскольку факт поставки товара не в полном объеме и иной марки, а также самостоятельное приобретение части товара истцом, не оспаривался лицами, участвующими в дела, суд приходит к выводу о наличии оснований для взыскания с ответчика денежных средств, составляющих разницу между ценой договора, оплаченной ФИО1, и фактической стоимостью поставленного товара и оказанных услуг. 

Как указывалось выше, из совокупности исследованных в судебном заседании доказательств, в том числе показаний О., которым производилась кладка печи, следует, что на момент начала работ на объекте имелся следующий материал: поддон кирпича «Короед» (640 штук), смесь печная в количестве 13 мешков, смесь огнеупорная в количестве 2 мешков, дверка поддувальная, дверка прочистная, задвижка печная, колосник. Иного материала, в частности шамотного кирпича как на то указывал ответчик, дверки духовки, литья в распоряжении истца не было. При этом из показаний О. следует, что для кладки печи им использовался шамотный кирпич, предоставленный непосредственно истцом и являющийся «бывшим в употреблении», который имелся у ФИО1 от старой печи.

В нарушение положений ст. 56 Гражданского процессуального кодекса РФ ни ответчиком, ни его представителем не предоставлено убедительных доказательств того, что денежные средства, оплаченные истцом по договору, затрачены в полном объеме, в частности на оплату работ по кладке печи и составлению проекта печи, а равно доводы об обратном суд во внимание не принимает.

Так, из материалов дела следует и установлено судом, что 29.09.2017 ИП ФИО2 с О. заключен договор оказания услуг физическим лицом № 13, согласно которому О. (исполнитель) обязуется оказать ИП ФИО2 (заказчику) услуги, выполнять заказы, порученные заказчиком, а заказчик обязуется оплатить оказанные услуги в размере, порядке и сроки, предусмотренные Договором. Срок действия договора с 29.09.2017 по 03.10.2017, цена договора составляет 21 267 рублей. 

Необходимо отметить, что согласно как объяснениям истца, так и показаниям свидетеля О. стоимость работ по кладке кирпича фактически обсуждалась в устном порядке, проект печи на момент начала работ отсутствовал, имелась лишь порядовка. 

Вместе с тем, с учётом фактических обстоятельств, при которых достоверно установлена воля сторон на изменение условий спорного договора, суд приходит к выводу, что расходы по кладке печи подлежат зачету в стоимость оказанных ФИО2 ФИО1 услуг, при этом суд учитывает, что истец согласился на оказание услуг О., договор с которым был заключен ИП ФИО2, а также принял результаты его работ. 

Однако, суд не соглашается с заявленной ответчиком суммой в качестве расходов по кладке печи в размере 42 420 рублей, поскольку указанная сумма опровергается предоставленными в материалы дела доказательствами, в частности договором от 29.09.2017, заключенным между ИП ФИО2 и О., условиями которого цена услуг печника определена в 21 267 рублей. Оснований для принятия во внимание иной стоимости услуг по кладке печи (до трубы) с учетом обстоятельств дела у суда не имеется.

Учитывая изложенное, а также установленный факт поставки товара и его использования истцом, суд находит подлежащим удовлетворению требования истца о взыскании денежных средств по указанному договору в виде разницы между ценой договора, оплаченной ФИО1, и фактической стоимостью поставленного товара и оказанных услуг. 

Определяя размер подлежащих взысканию сумм, суд исходит из стоимости материала в виде смеси печной в количестве 13 мешков, смеси огнеупорной в количестве 1 мешка, дверки поддувальной, дверки прочистной, задвижки печной, колосника, отраженной в спецификации к договору. Стоимость кирпича судом определяется исходя из предоставленных ответчиком платежных материалов на приобретение, в том числе кирпича «Короед», цена которого установлена в 14,45 рублей за штуку. При этом оснований для принятия во внимание цены материала, исходя из предоставленной ответчиком сметы (л.д. 118), у суда не имеется, поскольку ответчиком не обосновано образование такой цены, доказательств установления стоимости кирпича марки «Короед» в 21 рубль 50 копеек, равно как и услуг манипулятора, суду не предоставлено.

С учетом изложенного, с ИП ФИО2 в пользу ФИО1 подлежит взысканию сумма, составляющая разницу между ценой договора и фактической стоимостью поставленного товара и выполненных работ по кладке печи, равная 28 377 рублей (75 290 – (17358 + 21 267)).

Разрешая требования о взыскании неустойки за просрочку поставки товара по договору оказания услуг № 140, суд приходит к следующим выводам. 

В силу ст. 506 Гражданского кодекса РФ по договору поставки поставщик-продавец, осуществляющий предпринимательскую деятельность, обязуется передать в обусловленный срок или сроки производимые или закупаемые им товары покупателю для использования в предпринимательской деятельности или в иных целях, не связанных с личным, семейным, домашним и иным подобным использованием. 

В соответствии со ст. 23.1 Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей» договор купли-продажи, предусматривающий обязанность потребителя предварительно оплатить товар, должен содержать условие о сроке передачи товара потребителю. В случае, если продавец, получивший сумму предварительной оплаты в определенном договором купли-продажи размере, не исполнил обязанность по передаче товара потребителю в установленный таким договором срок, потребитель по своему выбору вправе потребовать: передачи оплаченного товара в установленный им новый срок; возврата суммы предварительной оплаты товара, не переданного продавцом.

При этом потребитель вправе потребовать также полного возмещения убытков, причиненных ему вследствие нарушения установленного договором купли-продажи срока передачи предварительно оплаченного товара.

В случае нарушения установленного договором купли-продажи срока передачи предварительно оплаченного товара потребителю продавец уплачивает ему за каждый день просрочки неустойку (пени) в размере половины процента суммы предварительной оплаты товара.

Неустойка (пени) взыскивается со дня, когда по договору купли-продажи передача товара потребителю должна была быть осуществлена, до дня передачи товара потребителю или до дня удовлетворения требования потребителя о возврате ему предварительно уплаченной им суммы.

Сумма взысканной потребителем неустойки (пени) не может превышать сумму предварительной оплаты товара

Принимая во внимание, что срок передачи товара потребителю сторонами по договору установлен как 20.07.2017, ответчиком не оспаривалось нарушение сроков поставки товара, с учетом невозможности установления точной даты поставки материала и его части, принимая во внимание, что совокупность исследованных в судебном заседании доказательств свидетельствует о поставке кирпича в конце августа, а остальной материал был поставлен до начала работ О., суд приходит к выводу о взыскании неустойки в соответствии с ч. 3 ст. 23.1 Закона РФ «О защите прав потребителей» за период с 21.07.2017 по 30.08.2017 в размере 15 810 рублей 90 копеек, которая исчислена из суммы внесенной истцом предоплаты в размере 75 290 рублей, а за период с 01.09.2017 по 30.09.2017 – в размере 9906 рублей 30 копеек, исчисленной, исходя из суммы 66 042 рубля (75290 рублей – 9248 рублей (стоимость кирпича)).

При этом суд не находит правовых оснований для взыскания неустойки, предусмотренной Законом «О защите прав потребителей», за период с 01.10.2017 по 23.07.2018, поскольку из совокупности исследованных доказательств по делу следует, что с учетом достигнутого соглашения между сторонами поставка товаров осуществлена к началу работ по кладке печи, то есть к 01.10.2017, а требований о взыскании с ответчика иных мер гражданской ответственности ФИО1 не заявлено.

Разрешая исковые требования о взыскании убытков, суд исходит из следующего. 

Из положений статей 15, 393 Гражданского кодекса РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб).

Довод истца о взыскании убытков, понесенных в связи с необходимостью аренды жилья в размере 60 000 рублей, отвергается судом как несостоятельный.

В силу требования ст. 56 Гражданского процессуального кодекса РФ, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, выраженной в п. 12. постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского Кодекса Российской Федерации», по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (ч. 2 ст. 15 Гражданского кодекса РФ).

Согласно ч. 2 ст. 15 Гражданского кодекса РФ, под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Применение такой меры гражданско-правовой ответственности как возмещение убытков возможно при доказанности совокупности условий: противоправности действий причинителя убытков, причинной связи между противоправными действиями и возникшими убытками, наличия и размера понесенных убытков. При этом для удовлетворения требований о взыскании убытков необходима доказанность всей совокупности указанных фактов. Недоказанность одного из необходимых оснований возмещения убытков исключает возможность удовлетворения требований.

Принимая во внимание вышеприведенные нормы закона, суд приходит к выводу о том, что ФИО1 не доказан факт возникновения у него убытков в результате противоправного поведения ИП ФИО2, в связи с чем, оснований для удовлетворения его требования в названной части у суда не имеется. 

Разрешая спор, суд исходил из того, что нарушение прав истца как потребителя является достаточным основанием для взыскания в его пользу компенсации морального вреда в соответствии со ст. 15 Закона «О защите прав потребителей». 

Поскольку размер компенсации определяется судом с учета характера допущенного нарушения, суд находит разумным в рассматриваемом случае определить размер компенсации морального вреда, подлежащей взысканию в пользу истца, в размере 3000 рублей.

Неудовлетворение требований истца в добровольном порядке влечет взыскание с ответчика штрафа в соответствии с п. 6 ст. 13 Закона «О защите прав потребителей».

Поскольку штраф определяется в размере 50% от суммы, взысканной в пользу потребителя, с ответчика в пользу истца с учетом изменения размера неустойки и компенсации морального вреда подлежит взысканию штраф в размере (36 665 рублей + 25 717,2 рублей + 3000 рублей) / 2 = 28 359 рублей 40 копеек.

Руководствуясь статьями 194–199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования ФИО1 удовлетворить частично. 

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2 в пользу ФИО1 денежные средства по договору № 140 оказания услуг от 17.06.2017 в размере 28 377 рублей, неустойку в размере 25 341 рубля 79 копеек, компенсацию морального вреда в размере 3000 рублей, штраф в размере 28 359 рублей 40 копеек.

В остальной части исковых требований отказать. 

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Коми через Сыктывдинский районный суд Республики Коми в течение месяца со дня составления мотивированного решения.

Мотивированное решение составлено 01.02.2019.

Судья Ю.В. Рачковская