Дело № 2-2485/2018

24RS0017-01-2018-001717-75 

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

23 октября 2018 г. г. Красноярск

Железнодорожный районный суд г. Красноярска в составе:

председательствующего судьи Панченко Л.В.

при секретаре Севостьяновой Н.А.

с участием представителя истца Суш А.А., действующей по ордеру № от 29.05.2018 г., 

представителя ответчика ФИО2, действующей на основании доверенности от 04.12.2017 г., сроком три года, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к ФИО4, ФИО5, ФИО6 о признании сделок недействительными и применении последствий недействительности сделок,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО3 обратилась в Железнодорожный районный суд г. Красноярска с исковым заявлением (с учетом уточнений, произведенных в порядке ст. 39 ГПК РФ 23.10.2018 г.) к ФИО4, ФИО6, ФИО5 о признании договоров купли-продажи недействительными, применении последствий недействительности сделок. Мотивирует требования тем что, что 30 марта 2017 года между ФИО7 и ФИО4 был подписан договор займа под залог автомобиля, согласно которого (п. 1) ФИО7 получила сумму в размере 460 000 руб., с условиями уплаты ежемесячных процентов за пользование денежными средствами в размере 7%. Автомобиль 

<

данные изъяты>» должен был находиться у займодавца. Одновременно, 30 марта 2017 года между ФИО7 и ФИО4 был заключен договор купли - продажи автомобиля 

<

данные изъяты>», о котором ФИО3 не знала, поскольку документы подписывались в салоне автомобиля, где не было возможности с ними ознакомиться. Таким образом, ФИО3 подписала договор купли-продажи автомобиля, при этом, не намереваясь продавать свой автомобиль, была введена в заблуждение ФИО4 Не знав о существовании договора купли-продажи автомобиля 

<

данные изъяты> 30.03.2017 года, ФИО3, полагала, что действует договор займа с залогом от 30.03.2017 года, произвела выплату процентов (7% от суммы займа за каждые 30 дней) наличными в мае месяце 2017 г. и 17.06.2017г. в размере 35 000 руб., путем перевода на банковский счет ФИО1 Д. по средствам сети интернет, о чем ФИО4 была выдана расписка о получении денег. В связи с невозможностью выплаты долга по договору займа, после переговоров с ФИО4, ФИО3 было принято решение выставить автомобиль на продажу для оплаты долга в сумме 460 000 руб., что подтверждается перепиской между абонентами в сети «вайбер» от 07.08.2017г.. В августе 2017 года ФИО3 в отделении полиции стало известно о том, что ее автомобиль был продан третьему лицу ФИО8 - 04.08.2017г. Таким образом, срок исковой давности для истицы начался с момента продажи ФИО4 автомобиля, то есть с 04.08.2017 г. На основании изложенного, ФИО3 просит:

- признать недействительным договор купли-продажи автомобиля 

<

данные изъяты>» от 30.03.2017 года, заключенный между ФИО3 и ФИО4, применить последствия недействительности сделки, путем возвращения все полученного по сделке.

- признать недействительным договор купли-продажи автомобиля 

<

данные изъяты> в силу ничтожности между ФИО4 и ФИО5 от 04.08.2017г.

- признать недействительным договор купли-продажи автомобиля 

<

данные изъяты>» в силу ничтожности, заключенный между ФИО4 и ФИО5 от 04.08.2017г.

- признать недействительным договор купли-продажи автомобиля 

<

данные изъяты>» в силу ничтожности, заключенный между ФИО5 и ФИО6 от 10.08.2017г.

Также истицей заявлено ходатайство о восстановлении срока исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности.

Истец ФИО3 в судебное заседание не явилась, надлежащим образом извещалась о времени и месте судебного заседания, направила в суд своего представителя в порядке ст. 48 ГПК РФ. Ранее в судебном заседании ФИО3 просила иск удовлетворить, суду пояснила о том, с ответчиком учились в одной школе. Когда ФИО3 понадобились денежные средства, она обратилась к ответчику ФИО4 за получением займа. 30.03.2017г. ФИО3 и ее супруг встретились с ФИО4, в машине они провели переговоры, там же состоялось подписание документов. Между сторонами был заключен договор займа на 460 000 рублей с уплатой 7% в месяц, без указания срока возврата, под залог автомобиля истца «

<

данные изъяты>», который остается у залогодержателя. Часть суммы займа в 400 000 рублей ФИО9 передал ФИО3 в г. Красноярске, а 60 000 в п. Овсянка, когда ФИО3 поставила свой автомобиль в гараж ответчика. Кроме того, ФИО3 передала ответчику ПТС на автомобиль. В машине она оставила свои вещи, один экземпляр ключей, второй ключ оставила себе, так у нее осталось СТС. Кроме того, ФИО3 заполнила и подписала экземпляр ответчика договора купли-продажи автомобиля 

<

данные изъяты>», свой экземпляр она только подписала. В договоре купли-продажи была указана цена автомобиля равнозначная сумме займа – 460 000 рублей. В апреле 2017 г. супруг ФИО3 – ФИО10 передал ответчику проценты за пользование автомобилем в размере 30 000 рублей, при этом расписку о получении денежных средств ФИО4 не написал. Следующая выплата процентов была произведена в июне 2017 г. в размере 35 000 рублей, о чем ФИО4 написал расписку. Когда ФИО3 изъявила желание передать ответчику еще часть денежных средств в размере 35 000 рублей (поскольку оплату процентов в мае не производила), ФИО4 мотивировав тем, что находится не г. Красноярске, попросил перевести данную сумму на счет его супруге ФИО11. С конца июля по 04.08.2018 г. ФИО3 находилась в больнице, проценты по договору займа не выплачивала. Она позвонила ответчику, чтобы тот предоставил доступ к ее автомобилю, для его фотографирования и последующей продажи. Через некоторое время с сайта ГИБДД истцу стало известно, что ее автомобиль продан. ФИО4 пояснил, что продажа состоялась ввиду не исполнения ФИО3 обязательств по договору займа. Согласно договора займа, продажа автомобиля производится не менее чем 90 дней просрочки, однако такой срок не наступил. По данному факту ФИО3 обращалась в органы полиции, где проводилась проверка, и в возбуждении уголовного дела было отказано. В настоящее время автомобиль находится у третьих лиц, которые являются добросовестными приобретателями. ФИО3 желает вернуть ответчику долг, а рыночная стоимость автомобиля выше цены за которую он был продан ответчиком.

Представитель истца Суш А.А., действующая на основании ордера, уточненные исковые требования поддержала в полном объеме по основаниям, изложенным в исковом заявлении и уточнении к нему, поскольку ответчик действовал недобросовестно. О том, что ответчик ввел истца в заблуждение, подтверждается перепиской сторон по средствам системы «Вайбер». Документы для подписания были подготовлены ответчиком, ФИО3 машинально подписала большое количество документов. Деньги от ФИО4 за проданный автомобиль ФИО3 не получала. Рыночная стоимость автомобиля истца составляет 1 250 000 рублей. ФИО3 намерена была продать автомобиль самостоятельно, вернуть долг ответчику и получить остаточную стоимость автомобиля. Ответчик одновременно получал проценты по договору займа и реализовал автомобиль. При таких обстоятельствах ФИО3 не имела намерения продавать автомобиль ответчику, в связи с чем он является недействительным, как являются недействительными и последующие договоры купли-продажи автомобиля. ФИО3 юридически неграмотна, узнала, что подписала спорный договор купли-продажи в органах полиции, то есть о нарушении своих прав ФИО3 узнала только в августе 2017 г. и подала иск в суд до истечении одного года.

Ответчик ФИО4 в судебное заседание не явился, надлежащим образом извещался о времени и месте судебного заседания, направил в суд своего представителя в порядке ст. 48 ГПК РФ.

Представитель ответчика ФИО2, действующая на основании доверенности, в судебном заседании с иском не согласилась, поддержала доводы, изложенные в письменных возражениях на исковое заявление ФИО3, в которых указала, что сама ФИО3 не отрицает, что она подписывала договор купли продажи, передала автомобиль ответчику, ключи и документы. Более того, истица прикладывает скрины некой переписки, где она сама также предлагает продать авто. Все эти действия говорят о свободной воле истицы на продажу автомобиля. Ее к этим действиям никто не принуждал. Цену автомобиля с учетом его износа, технических данных, внешней составляющей стороны оценили в 460 000 рублей и указали эту цену в договоре купли продажи. ФИО12 с условиями договора была согласна, о чем свидетельствует ее подпись в договоре от 30.03.2017г. Доводы истца о том, что она не знала, что подписывала, договор купли-продажи был, якобы, подписан в салоне автомобиля, по мнению представителя ответчика, являются необоснованными и надуманными. Ссылка истицы на то, что она возвращала в 2017 году ответчику деньги по договору займа в виде основной суммы займа и ежемесячных процентов голословна, не соответствует действительности и не подтверждается материалами дела. Кроме того, заявление о признании оспоримой сделки недействительной должно исходить от одного из ее участников, либо от прочих лиц, прямо предусмотренных в нормативном правовом акте, и может быть подано только в годовой период с момента совершения сделки (ст. 168, п. 2 ст. 166 ГК РФ). В силу пункта 2 статьи 181 ГК РФ, годичный срок исковой давности по искам о признании недействительной оспоримой сделки следует исчислять со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена такая сделка (пункт 1 статьи 179 ГК РФ), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной. ФИО3 подписала договор купли продажи, сама передала автомобиль, ключи от него и документы - все ее действия были направлены на то, что она со сделкой согласна. Таким образом, отсутствуют основания о признании недействительным договора купли-продажи автомобиля от 30.03.2017г. в связи с пропуском срока исковой давности, с учетом даты обращения в суд - 11 апреля 2018г.

Ответчики ФИО5, ФИО6 о времени и месте рассмотрения дела извещались надлежащим образом, в судебное заседание не явились, причину неявки суду не сообщили, ходатайств не представили. 

В соответствии с положениями ч.3 ст.17 Конституции РФ, злоупотребление правом не допускается. Согласно ч.1 ст.35 ГПК РФ лица, участвующие в деле, должны добросовестно пользоваться всеми принадлежащими им процессуальными правами.

Кроме того, по смыслу ст.14 Международного пакта о гражданских и политических правах лицо само определяет объем своих прав и обязанностей в гражданском процессе. Лицо, определив свои права, реализует их по своему усмотрению. Распоряжение своими правами является одним из основополагающих принципов судопроизводства. Поэтому не явка лица, извещенного в установленном порядке о времени и месте рассмотрения дела, является его волеизъявлением, свидетельствующим об отказе от реализации права на непосредственное участие в судебном разбирательстве иных процессуальных правах.

В этой связи, полагая, что ответчики ФИО6, ФИО5, не приняв мер к явке в судебное заседание, определили для себя порядок защиты своих процессуальных прав, суд, с учетом приведенных выше норм права, рассмотрел дело в отсутствие не явившихся участников процесса, в силу ст. ст. 167 ГПК РФ.

Выслушав явившихся участников процесса, исследовав материалы дела, суд находит исковые требования не подлежащими удовлетворению, по следующим основаниям.

В соответствии со статьей 9 ГК РФ граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.

Статьей 10 ГК РФ установлено, что не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

Часть 2 ст. 209 ГК РФ предусматривает право собственника по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие прав и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

Согласно статье 218 ГК РФ право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

В силу ст. 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (п. 4).

Согласно статье 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами в требуемой в подлежащих случаях форме достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

На основании п. 1 ст. 454 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

Основной обязанностью продавца по договору купли-продажи является передача товара в собственность покупателя, а обязанностью покупателя - оплата товара.

В соответствии с ч. 1 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная).

В соответствии со ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В соответствии с п. 1 ст. 168 ГК РФ за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Согласно п. 1 ст. 178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

В силу п. 2 ст. 178 ГК РФ при наличии условий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если:

1) сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.;

2) сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные;

3) сторона заблуждается в отношении природы сделки;

4) сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой;

5) сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку.

Суд может отказать в признании сделки недействительной, если заблуждение, под влиянием которого действовала сторона сделки, было таким, что его не могло бы распознать лицо, действующее с обычной осмотрительностью и с учетом содержания сделки, сопутствующих обстоятельств и особенностей сторон (п. 5 ст. 178 ГК РФ).

В соответствии со ст. 56 ч. 1 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Как установлено в судебном заседании, и подтверждается свидетельством о регистрации транспортного средства серии 24 24 №, ФИО3 с 31 августа 2016 г. принадлежал автомобиль «

<

данные изъяты>

30 марта 2017 г. между ФИО3 (продавцом) и ФИО4 (покупателем) заключен договор купли-продажи транспортного средства в соответствии с которым, ФИО3 продала ФИО4, принадлежащий ей автомобиль 

<

данные изъяты> 

Стоимость указанного выше автомобиля определена сторонами в 460 000 рублей и получена покупателем (п. п. 3, 4 договора). Право собственности на транспортное средство переходит к покупателю с момента подписания настоящего договора, который составлен в двух экземплярах (по одному для каждой стороны).

Кроме того, 30.03.2018 г. между ФИО4 и ФИО3 был заключен договор займа под залог автомобиля, по условиям которого ФИО3 передала ФИО4 в качестве залога под краткосрочный денежный заем в размере 460 000 рублей, за пользование которым обязалась уплатить заемщику 7% от суммы общего долга (460 000 т.р.), предоставив в залог автомобиль 

<

данные изъяты>

Согласно п. 2 договора займа, на все время залога автомобиль находится на ответственном хранении у займодавца по адресу

<

адрес> в жилом доме на цокольном этаже, который оснащен охранной сигнализацией и видеонаблюдением.

Пунктом 3 договора займа стороны установили право займодавца распоряжаться данным автомобилем по своему усмотрению, в случае неуплаты процентов по договору займа в течение 90 дней.

В материалы дела истцом представлена расписка ответчика ФИО4 о получении им 35 000 рублей в качестве процентов за пользование деньгами в 460 000 рублей, в качестве которого у него находится автомобиль 

<

данные изъяты>

По сведениями МРЭО ГИБДД МУ МВД России «Красноярское» автомобиль 

<

данные изъяты> с 31.08.2016 г. по 05.08.2017 г. был зарегистрирован за истцом ФИО3; с 05.05.2017 г. по 10.08.2017 г. за ответчиком ФИО13; и с 10.08.2017 г. по настоящее время за ответчиком ФИО6.

Кроме того, органами ГИБДД представлен договор купли-продажи указанного выше автомобиля, заключенный 03.08.2017 г. ФИО4 со ФИО5, по которому ответчик продал последнему автомобиль за 460 000 рублей.

23.08.2018 г. ФИО3 обратилась в органы полиции с заявлением по факту неправомерного завладения ее транспортным средством 

<

данные изъяты>, по результатам рассмотрения которого МО МВД России «Емельяновский» 20.11.2017 г. принято решение об отказе в возбуждении уголовного дела.

В рамках до следственной проверки ФИО4 указал на то, что между ним и ФИО3 была достигнута договоренность о передаче последней в долг 460 000 рублей с уплатой за пользование денежной суммой 7% в месяц от занятой суммы. В обеспечение обязательств ФИО3 передала автомобиль 

<

данные изъяты> хранение. В случае неуплаты ФИО3 в течение 90 дней процентов за пользование займом последняя дала согласие на реализацию данного автомобиля по усмотрению ФИО4. В подтверждение достигнутого соглашения, стороны подписали договор займа с залогом автомобиля и договор купли-продажи автомобиля. ФИО3 допустила просрочку по уплате процентов в 94 дня, после чего он продал спорный автомобиль, поскольку ФИО3 на это дала письменное разрешение (в договоре займа). До этого ФИО4 неоднократно предупреждал ФИО3 о последствиях неуплаты задолженности по договору займа, первоначально она не возражала против его продажи, а затем отказалась, заявив о намерении вернуть автомобиль в судебном порядке. 

Справкой эксперта Экспертно-криминалистического центра ГУ МВД по Красноярскому краю об исследования № от 23.11.2017 г. установлено, что записи и подписи от имени ФИО3 в спорном договоре купли-продажи от 30.03.2017 г. выполнены ФИО3

Обращаясь в суд с иском о признании сделки купли-продажи автомобиля от 30.03.2017 г. недействительной, ФИО3, указала, что подписывая договор купли-продажи продавать автомобиль не желала, была введена в заблуждение ответчиком. Полагала, что между сторонами имеют место быть только отношения, из договора денежного займа от 30.03.2017 г.

По смыслу приведенной выше статьи 178 ГК РФ, сделка считается недействительной, если выраженная в ней воля стороны неправильно сложилась вследствие заблуждения и повлекла иные правовые последствия, нежели те, которые сторона действительно имела в виду. Под влиянием заблуждения участник сделки помимо своей воли составляет неправильное мнение или остается в неведении относительно тех или иных обстоятельств, имеющих для него существенное значение, и под их влиянием совершает сделку, которую он не совершил бы, если бы не заблуждался.

В случаях, когда закон ставит защиту гражданских прав в зависимость от того, осуществлялись ли эти права разумно и добросовестно, разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагаются (п. 1 ст. 10 ГК РФ).

Таким образом, применительно к пункту 1 статьи 178 ГК РФ юридически значимым обстоятельством по настоящему делу является выяснение вопроса о том, понимала ли ФИО3 сущность сделки (предмет договора), на момент ее совершения или же воля истца была направлена на совершение сделки вследствие заблуждения.

Между тем, из оспариваемого договора купли-продажи от 30.03.2018 г., заключенного между ФИО3 и ФИО4, подписанного истцом, что не оспаривалось в судебном заседании и подтверждается справкой эксперта № от 23.11.2017г., следует, что стороны согласовали все существенные условия договора, в котором выражены его предмет и цена, а также воля сторон по отчуждению транспортного средства. Оплата за приобретенный автомобиль передана продавцу, и продавец получил денежные средства в сумме 460 000 рублей (п. 4 договора).

ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ рождения, является дееспособной, обладает в силу возраста жизненным опытом и познаниями, что свидетельствует о ее способности понимать значение подписываемых ею документов. Следовательно, при подписании оспариваемого договора купли продажи воля истца была направлена именно на отчуждение принадлежащей ей автомобиля по договору купли-продажи.

Как разъяснено в пунктах 87, 88 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", в связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.

Таким образом, по смыслу п. 2 ст. 170 Гражданского кодекса РФ, стороны притворной сделки должны преследовать общую цель скрыть сделку, которую они действительно имели в виду, за той сделкой, которую они заключают публично.

Признаком притворности сделки является отсутствие волеизъявления на ее исполнение у обеих сторон, а также намерение сторон фактически исполнить прикрываемую сделку.

Наличие воли хотя бы одной из сторон сделки на достижение правового результата, соответствующего юридически оформленной и совершенной сделке, исключает возможность признания сделки недействительной по основанию притворности.

Из содержания указанной нормы и разъяснений Пленума следует, что в случае признания сделки недействительной в связи с притворностью суду необходимо установить действительную волю сторон, выяснить фактические отношения между сторонами, а также намерения каждой стороны. При этом, следует учесть, что признание договора притворной сделкой не влечет таких последствий как реституция, поскольку законом в отношении притворных сделок предусмотрены иные последствия - применение к сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемой сделке), относящихся к ней правил, с учетом существа и содержания такой прикрываемой сделки.

При определении того, был ли между сторонами заключен договор, каким является содержание его условий и как они соотносятся между собой, совпадает ли волеизъявление сторон с их действительной общей волей, а также является ли договор мнимой или притворной сделкой, суду необходимо применить правила толкования договора, установленные ст. 431 ГК РФ.

Согласно указанной статье при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

В соответствии со ст. 807 ГК РФ, по договору займа одна сторона (займодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества. Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

В соответствии с п. 1 ст. 334 ГК РФ в силу залога кредитор по обеспеченному залогом обязательству (залогодержатель) имеет право в случае неисполнения должником этого обязательства получить удовлетворение из стоимости заложенного имущества преимущественно перед другими кредиторами лица, которому принадлежит это имущество (залогодателя), за изъятиями, установленными законом.

На основании ч. 1 ст. 454 ГК РФ по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену). Таким образом, основной обязанностью продавца по договору купли-продажи является передача товара в собственность покупателя, а обязанностью покупателя - оплата товара.

В силу ст.ст. 223, 224 ГК РФ право собственности у приобретателя вещи по договору возникает с момента ее передачи, если иное не предусмотрено законом или договором. Передачей признается вручение вещи приобретателю, вещь считается врученной приобретателю с момента ее фактического поступления во владение приобретателя или указанного им лица.

Подписание сторонами в один день 30.03.2017 г. двух договоров (займа с залогом автомобиля и купли-продажи автомобиля) не свидетельствует о недействительности договора купли-продажи, поскольку фактически истцом, принятые на себя обязательства по договору краткосрочного займа не исполнялись. Так, при обязанности по возврату суммы долга и оплате процентов за его пользование в размере 7% за каждые 30 дней, единственный платеж был внесен только 17.06.2017 г. в сумме 35 000 рублей. Других достоверных и допустимых доказательств, в силу ст. 56 ГПК РФ, подтверждающих исполнение ФИО3 обязательств по договору краткосрочного займа суду не представлено. Из чека по операции «Сбербанк Онлайн» о переводе денежных средств ФИО3 в адрес ФИО1 35 000 рублей указанное выше прямо не следует.

Допустимых и достоверных, доказательств, подтверждающих возврат ФИО3 ответчику суммы долга по договору 30.03.2017 г., в силу ст. 56 ГПК РФ, суду не представлено и стороны на данное обстоятельство не ссылаются.

Более того, по условиям краткосрочного договора займа под залог транспортного средства от 30.03.2017 г., на который ссылается истец, ФИО3 в случае неуплаты процентов по договору займа в течение 90 дней дала право займодавцу распоряжаться предметом залога – автомобилем на свое усмотрение. В подтверждение данного права ФИО3 подписала договор купли-продажи автомобиля, передала ответчику не только транспортное средство, ключи от него, но и паспорт транспортного средства. При этом получение от ответчика 30.03.2017 г. денежной суммы в размере указанном в договоре купли-продажи ТС не отрицает.

Таким образом, исследовав и оценив в совокупности представленные доказательства, руководствуясь положениями действующего законодательства, регулирующего спорные правоотношения, оценивая последовательные, целенаправленные и недвусмысленные действия сторон, суд приходит к выводу о том, что стороны заключили договор купли-продажи автомобиля, понимая существо заключаемого договора, выразили друг другу намерение создать определенные правоотношения, и в случае своего несогласия не были лишены возможности отказаться от заключения договора. 

Соответствующие сделке купли-продажи правовые последствия наступили, а обязательства по договору краткосрочного займа сторонами не исполняются и стороны к понуждению их исполнения действий не предпринимают. 

Допустимых и достоверных доказательств иного материалы дела не содержат.

Рассматривая доводы истца о не правомерности отчуждения спорного автомобиля ответчиком 03.08.2017 г., до истечения 90 дней неоплаты процентов суд обращает внимание на то, что 17.06.2017 г. ФИО4 во исполнение договора займа были получены проценты в сумме 35 000 рублей (без указания периода пользования). С учетом условий договора займа данная сумма является платой за пользование денежными средствами за 33 дня, согласно следующего расчета (35 000 руб. / 1073,33 руб.), где 1073,33 руб. размер процентов за 1 день (460 000 руб. х 7% = 32 200 руб. / 30 дн.). При этом договор купли продажи автомобиля ответчиком ФИО4 заключен с ФИО5 по истечению 127 дней после заключения договора 30.03.2017 г. - 03.08.2017 г., следовательно, период неоплаты процентов за пользование займом составил 94 дня (127д. – 33д.).

Также суд принимает во внимание, что, ранее обращаясь 01.07.2018 г. в суд с исковым заявлением к ФИО4, ФИО3 просила взыскать с ответчика сумму неосновательного обогащения – разницу между оценочной стоимостью автомобиля 

<

данные изъяты> и переданными денежными средствами в размере 460 000 рублей, при этом требования о недействительности спорной сделки купли-продажи перед судом не заявляла, не оспаривала права ФИО14, как собственника спорного автомобиля. 

Разрешая ходатайство представителя ответчика о пропуске истцом срока исковой давности для обращения в суд с настоящим иском, и ходатайство истицы о восстановлении процессуального срока, суд принимает во внимание следующее. 

В соответствии со ст. 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Согласно п. 2 ст. 199 ГК РФ истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Пунктом 1 статьи 181 ГК РФ установлено, что срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

Срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной (пункт 2 ст. 181 ГК РФ).

В соответствии с п. 2 ст. 199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Как установлено судом, о наличии спорного договора ФИО3 должно было быть известно в день его заключения и подписания – 30.03.2017 г., что подтверждается справкой эксперта № от 23.11.2017г. о подлинности подписи и записей ФИО3 в договоре купли продажи транспортного средства от 30.03.2017 г..

Вместе с тем, с настоящим иском для признания оспоримой сделки недействительной по причине заблуждения, ФИО3 обратилась в суд только 11.04.2018 г., то есть за пределами установленного законом годичного срока исковой давности. 

Доказательств уважительности причин пропуска процессуального срока, истицей не представлено.

Доводы стороны истца о том, что о нарушении своего права – о спорной сделке купли продажи истец узнала только в августе 2017 года, когда узнала об отчуждении автомобиля ответчиком, суд согласиться не может, поскольку именно в дату заключения спорного договора (30.03.2017 г.) истцом был передан не только автомобиль, но ключи от него, ПТС. При этом обязательной государственной регистрации в органах ГИБДД договор купли-продажи автомобиля не требует, в силу п. 1 ст. 223 ГК РФ право собственности у приобретателя вещи по договору возникает с момента ее передачи, если иное не предусмотрено законом или договором.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении требований ФИО3 о признании недействительным договора купли продажи автомобиля от 30.03.2017 г. и производных требований о признании недействительными договоров купли продажи от 03.08.2017 г., 10.08.2017 г., применении последствий недействительности сделок. 

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194 – 199 ГПК РФ,

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО3 к ФИО4, ФИО5, ФИО6 о признании сделок недействительными и применении последствий недействительности сделок, оставить без удовлетворения. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Красноярский краевой суд через Железнодорожный районный суд г. Красноярска в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий: Л.В. Панченко

Мотивированное решение изготовлено 29 октября 2018 года