Судья Хорошева Н.Н. 

Дело № 22-4986

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город Пермь 15 августа 2023 года

Пермский краевой суд в составе председательствующего Курбатова А.Б.,

с участием прокурора Хасанова Д.Р.,

адвоката Головина М.Ю., 

подсудимого Т.,

при секретаре судебного заседания Акентьеве А.О.

рассмотрел в открытом судебном заседании дело по апелляционным представлению государственного обвинителя Дегтярева С.В. и жалобе адвоката Войку Д.И. на постановление Чердынского районного суда Пермского края от 19 июня 2023 года, которым уголовное дело в отношении 

Т., родившегося дата в ****, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 318 УК РФ, возвращено прокурору Чердынского района Пермского края в порядке ст. 237 УПК РФ для устранения препятствий его рассмотрения судом. 

Изложив содержание обжалуемого решения, существо апелляционных представления и жалобы, заслушав мнение прокурора Хасанова Д.Р., об изменении постановления, выступление адвоката и подсудимого Т., не возражавших частично удовлетворить доводы апелляционного представления, частично поддержавших доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

11 мая 2023 года в Чердынский районный суд Пермского края для рассмотрения по существу поступило уголовное дело в отношении Т., обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 318 УК РФ.

19 июня 2023 года суд принял указанное выше решение в связи с тем, что обвинительное заключение составлено с нарушением требований УПК РФ, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на его основе и фактически не позволяет суду реализовать возложенную на него функцию осуществления правосудия.

В апелляционном представлении государственный обвинитель Дегтярев С.В., выражая несогласие с решением суда указывает, что суд, возвращая уголовное дело прокурору, должен был руководствоваться п. 6 ч. 1 ст. 237 УПК РФ, поскольку обращает внимание на необходимость квалификации действий подсудимого Т. как более тяжкого преступления, а именно совокупности преступлений. На основании изложенного просит постановление суда отменить, дело передать на новое рассмотрение со стадии судебного разбирательства в ином составе суда.

В апелляционной жалобе адвокат Войку Д.И. считает постановление суда незаконным, указывает, что действия Т. обоснованно квалифицированы как угроза применения насилия в отношении представителя власти в связи с исполнением им своих должностных обязанностей, подсудимый совершил действия, направленные на совершение данного преступления, достиг своей цели, причинив моральный вред и нравственные страдания потерпевшему, создав реальную угрозу применения в отношении него насилия, в связи с чем оснований для квалификации действия Т. как покушение на совершение преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 318 УК РФ, не имеется; суд не вправе вернуть уголовное дело прокурору по собственной инициативе, поскольку государственный обвинитель об этом не ходатайствовал, преступление, предусмотренное ст. 319 УК РФ, Т. не инкриминировалось. Просит постановление Чердынского районного суда Пермского края отменить, уголовное дело направить на новое рассмотрение в ином составе суда.

Проверив материалы уголовного дела, доводы апелляционных представления и жалобы, заслушав мнения сторон, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Часть первая статьи 237 УПК РФ регулирует основания для возвращения судом по ходатайству стороны или по собственной инициативе уголовного дела прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом, в том числе если обвинительное заключение, обвинительный акт или обвинительное постановление составлены с нарушением требований этого Кодекса, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения, акта или постановления (пункт 1), или если фактические обстоятельства, изложенные в обвинительном заключении, обвинительном акте, обвинительном постановлении, постановлении о направлении уголовного дела в суд для применения принудительной меры медицинского характера, свидетельствуют о наличии оснований для квалификации действий обвиняемого, лица, в отношении которого ведется производство о применении принудительной меры медицинского характера, как более тяжкого преступления, общественно опасного деяния либо в ходе предварительного слушания или судебного разбирательства установлены фактические обстоятельства, указывающие на наличие оснований для квалификации действий указанных лиц как более тяжкого преступления, общественно опасного деяния (пункт 6).

Во всяком случае, как отмечал Конституционный Суд Российской Федерации, основанием для возвращения уголовного дела прокурору являются существенные нарушения уголовно-процессуального закона, совершенные дознавателем, следователем или прокурором, в силу которых исключается возможность постановления судом приговора или иного решения. Подобные нарушения требований Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в досудебном производстве, которые не могут быть устранены в судебном заседании и исключают принятие по делу судебного решения, отвечающего требованиям справедливости, всегда свидетельствуют в том числе о несоответствии обвинительного заключения, обвинительного акта или обвинительного постановления требованиям этого Кодекса (постановления от 8 декабря 2003 года № 18-П и от 2 июля 2013 года № 16-П; определения от 26 января 2017 года № 53-О, от 27 февраля 2018 года № 274-О, от 29 мая 2018 года № 1348-О, от 25 июня 2019 года № 1779-О и др.). При этом на решение суда, принимаемое по вопросу о возвращении уголовного дела прокурору, в полной мере распространяются требования законности, обоснованности и мотивированности (ч. 4 ст. 7 УПК РФ).

В силу ст. 252 УПК РФ судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному ему обвинению. Изменение обвинения в судебном разбирательстве допускается, если этим не ухудшается положение подсудимого и не нарушается его право на защиту.

В соответствии со ст. 220 УПК РФ обвинительное заключение - это составляемый по итогам предварительного следствия процессуальный документ, копия которого подлежит вручению участникам процесса и оглашению в судебном заседании.

В силу положений п. 4 ч. 1 ст. 220 УПК РФ в обвинительном заключении указывается, в том числе, формулировка предъявленного обвинения с указанием пункта, части, статьи УК РФ, предусматривающих ответственность за данное преступление.

Под допущенными при составлении обвинительного заключения нарушениями требований уголовно-процессуального закона следует понимать такие нарушения изложенных в ст. 220 УПК РФ положений, которые исключают возможность принятия судом решения по существу дела на основании данного заключения.

Из этого следует, что соответствующим требованиям уголовно-процессуального законодательства будет считаться такое обвинительное заключение, в котором изложены все предусмотренные законом обстоятельства, в том числе существо обвинения с обязательным указанием в полном объеме обстоятельств, подлежащих доказыванию и имеющих значение по делу.

Однако, органами предварительного следствия при составлении обвинительного заключения указанные требования уголовно-процессуального закона выполнены не были.

Судом обоснованно указано, что в обвинительном заключении при описании способа совершения преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 318 УК РФ, описана попытка нанесения удара Т. потерпевшему, однако его действия следствием квалифицированы как оконченное преступление - угроза применения насилия в отношении представителя власти в связи с исполнением им своих должностных обязанностей, что противоречит разъяснениям, содержащимся в п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда от 1 июня 2023 года № 14 «О некоторых вопросах судебной практики по уголовным делам о преступлениях, предусмотренных статьями 317, 318, 319 Уголовного кодекса Российской Федерации», согласно которым под угрозой применения насилия следует понимать высказывания или иные действия лица, свидетельствующие о его намерении применить к потерпевшему любое физическое насилие, когда такая угроза воспринималась потерпевшим как реальная. 

С учетом вышеизложенного, данное существенное противоречие между описанием деяния и его юридической квалификацией не может быть устранено в судебном разбирательстве в силу запрета на изменение обвинения в судебном заседании, установленного ч. 2 ст. 252 УПК РФ.

Не установление в ходе предварительного расследования указанных обстоятельств является прямым нарушением требований уголовно-процессуального законодательства РФ, обуславливает неопределенность и неконкретность предъявленного подсудимому обвинения, препятствует суду в вынесении решения по существу уголовного дела.

Вывод суда о существенных нарушениях следственным органом требований уголовно-процессуального закона, неустранимых в судебном заседании и потому исключающих постановление законного и обоснованного приговора или вынесение иного решения, соответствует материалам дела.

В силу ст. 73 УПК РФ событие преступления (время, место, способ и другие обстоятельства), виновность лица в совершении преступления, форма его вины, мотивы, характер и размер вреда причиненного преступлением подлежат обязательному доказыванию, и не может быть устранено в ходе судебного разбирательства, поскольку судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному ему обвинению. Изменение обвинения в судебном разбирательстве допускается, если этим не ухудшается положение обвиняемого и не нарушается его право на защиту.

В постановлении суд привел убедительные доводы в обоснование принятого им решения о составлении обвинительного заключения с нарушением требований УПК РФ, с которыми суд апелляционной инстанции соглашается.

Кроме того, в соответствии с разъяснениями, изложенными в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 2 июля 2013 года № 16-П при возвращении уголовного дела прокурору на основании п. 6 ч. 1 ст. 237 УПК РФ суд должен установить фактические обстоятельства, являющиеся основанием для квалификации деяния как более тяжкого преступления, если это необходимо для защиты прав и законных интересов участников уголовного судопроизводства. 

При этом решение о возвращении уголовного дела прокурору по основанию, ухудшающему положение подсудимого, возможно лишь в случае, если из содержания обвинительного заключения с очевидностью следуют неверная квалификация описанного в нем деяния и необходимость предъявления более тяжкого обвинения, при этом, непринятие мер по устранению таких нарушений в дальнейшем вынуждает суд принять решение, заведомо противоречащее закону.

Согласно ч. 3 ст. 15 УПК РФ, суд не является органом уголовного преследования, не выступает на стороне обвинения или защиты, в связи с чем, в силу положений ч. 1.3 ст. 237 УПК РФ при возвращении дела прокурору по основаниям, предусмотренным п. 6 ч. 1 ст. 237 УПК РФ, суд обязан указать обстоятельства, являющиеся основанием для квалификации действий обвиняемого, как более тяжкого преступления.

Вышеуказанные положения закона судом соблюдены. 

Из п. 20 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 01 июня 2023 г. № 14 «О некоторых вопросах судебной практики по уголовным делам о преступлениях, предусмотренных статьями 317, 318, 319 Уголовного кодекса Российской Федерации» следует, что публичное оскорбление представителя власти, совершенное во время или после применения в отношении данного лица насилия или угрозы применения насилия, квалифицируется по совокупности преступлений, предусмотренных частью 1 или 2 статьи 318 УК РФ и статьей 319 УК РФ.

Суд первой инстанции обоснованно отметил, что в обвинительном заключении указано, что Т., желая нарушить нормальную деятельность органов власти, подорвать их авторитет, в присутствии иных лиц, то есть публично, начал оскорблять А. грубой нецензурной бранью в связи с исполнением им своих должностных обязанностей, однако данным обстоятельствам не дана правовая оценка.

В результате неверной квалификации действий Т. органами предварительного расследования необоснованно улучшено положение подсудимого, нарушены конституционные права участников уголовного судопроизводства на справедливое судебное разбирательство. Учитывая, что факт занижения квалификации содеянного Т. очевидно усматривался из обвинительного заключения, суд обоснованно по собственной инициативе принял решение о возврате дела прокурору, поскольку нарушение закона является неустранимым и может привести к вынесению незаконного, необоснованного и несправедливого судебного решения.

Допущенные органами предварительного расследования нарушения уголовного и уголовно-процессуального законов являются существенными, искажают саму суть правосудия и смысл судебного решения как акта правосудия.

Вместе с тем, придя к верному выводу о необходимости возвращения уголовного дела в порядке ст. 237 УПК РФ, суд, в резолютивной части постановления ошибочно не сослался на п. 6 ч. 1 ст. 237 УПК РФ, как основание для возврата дела прокурору.

С учетом доводов апелляционного представления, данное нарушение возможно устранить в суде апелляционной, дополнив резолютивную часть постановления указанием на п. 6 ч. 1 ст. 237 УПК РФ, как основание для возврата дела прокурору.

Внесение в постановление указанных изменений не влияет на правильность выводов суда о возвращении уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ.

Руководствуясь ст. 389.13, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

Апелляционное представление государственного обвинителя Дегтярева С.В. удовлетворить частично. 

Постановление Чердынского районного суда Пермского края от 19 июня 2023 года, которым уголовное дело в отношении Т., обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 318 УК РФ, возвращено прокурору Чердынского района Пермского края для устранения препятствий его рассмотрения судом изменить, дополним резолютивную часть постановления указанием на п. 6 ч. 1 ст. 237 УПК РФ, как основание для возврата дела прокурору.

В остальной части это же постановление оставить без изменения, апелляционные представление государственного обвинителя Дегтярева С.В. и жалобу адвоката Войку Д.И. – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке путем подачи кассационной жалобы, представления в судебную коллегию по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции, с соблюдением требований ст. 4014 УПК РФ.

В случае передачи кассационной жалобы, представления с делом для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции лица, участвующие в деле, вправе заявить ходатайство о своем участии в рассмотрении материалов дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий