Дело № 2-603/2017. 

Р Е Ш Е Н И Е

 

именем Российской Федерации 

02 августа 2017 года город Вичуга 

Вичугский городской суд Ивановской области

в составе:

председательствующего судьи Сизовой И.Ю.,

при секретаре Егорычевой Е.Е.,

с участием представителей истца ООО «Стрэйд» ФИО1, ФИО2,

ответчиков ФИО3, ФИО4, ФИО5,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы гражданского дела по иску ООО «Стрэйд» к ФИО3, ФИО4, ФИО5 о взыскании задолженности по кредитному договору, 

У С Т А Н О В И Л :

ООО «Стрэйд» обратилось в суд с исковым заявлением к ФИО3, ФИО4, ФИО5 о взыскании задолженности по кредитному договору. Иск мотивирован тем, что 15.11.2007 года между Ивановским областным банком и ФИО3 заключен кредитный договор о предоставлении кредита в сумме 500000 руб. В обеспечение обязательства по кредитному договору с ФИО5 и ФИО4 заключены договоры поручительства. 11.06.2008 года между Ивановским областным банком и АКБ «Пробизнесбанк» заключен договор цессии, по которому право требования к ФИО3 было передано АКБ «Пробизнесбанк». 25.11.2011 года указанный банк и ООО «Бизнес-Консалт» заключили договор цессии, и право требования по кредитному договору перешло к ООО «Бизнес-Консалт». 25.03.2011 года ООО «Бизнес-Консалт» и ООО «Стрэйд» заключили договор цессии, право требования по кредитному договору ФИО3 было передано ООО «Стрэйд». Кредитор не исполняет обязательства по возврату кредита и уплате процентов по нему. Просит взыскать с ответчиков в солидарном порядке задолженность по кредитному договору в сумме 1064919,87 руб. и госпошлину в сумме 13525 руб.

В судебном заседании представители истца ФИО1, ФИО2 исковые требования поддержали по основаниям, указанным в иске.

Ответчик ФИО3 возражал против иска, суду пояснил, что у истца нет права требования по кредитному договору, т.к. он не давал своего согласия на передачу долга по договорам цессии. У истца нет лицензии на осуществление банковской деятельности. Кроме того истек срок исковой давности. В удовлетворении иска просил отказать.

Ответчики ФИО5, ФИО4 возражали против иска, суду пояснили, что договоры поручительства были заключены на 84 месяца, т.е. до 15 ноября 2014 года, что отражено в договорах поручительства. В течение этого срока кредиторы не предъявляли требования к поручителям. В соответствии с ч.4 ст. 367 ГК РФ поручительство прекращено. В удовлетворении иска просили отказать. 

Суд, заслушав представителей истца, возражения ответчиков, оценив представленные доказательства в их совокупности, приходит к выводу, что исковые требования не подлежат удовлетворению по следующим основаниям. 

Судом установлено, что 15 ноября 2007 г. ФИО3 и Ивановским областным банком- ООО (далее - Банк) заключен кредитный договор 

<

***>/07ф (далее - кредитный договор), по условиям которого Банк предоставил заемщику денежные средства на неотложные нужды в сумме 500000 руб., а заемщик в срок до 15 ноября 2011 г. обязался оплатить основной долг и проценты за пользование кредитом согласно графику ( л.д.11-14).

Обеспечением исполнения обязательств ФИО3 по кредитному договору являлись договоры поручительства с ФИО5 и ФИО4 ( л.д.16-24). 

В соответствии со ст. 810 ГК РФ заемщик обязан возвратить займодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа. В случаях, когда срок возврата договором не установлен или определен моментом востребования, сумма займа должна быть возвращена заемщиком в течение тридцати дней со дня предъявления займодавцем требования об этом, если иное не предусмотрено договором.

11 июня 2008 г. между Банком и АКБ «Пробизнесбанк» заключен договор уступки прав N 4, в соответствии с условиями которого к АКБ «Пробизнесбанк» перешли права требования к должникам Банка, поименованным в приложении N 1 к договору уступки прав, в том числе к ФИО3 в сумме 465131,62 руб. ( л.д.27-30).

25 февраля 2011 года между ОАО АКБ «Пробизнесбанк» и ООО «Бизнес-Консалт» заключен договор цессии № 170, в соответствии с которым к ООО «Бизнес-Консталт» перешли права требования по кредитному договору ФИО3 согласно приложению № 1 на сумму 714919,87 руб. ( л.д.34-36).

25 марта 2011 года между ООО «Бизнес-Консалт» и ООО «Стрэйд» заключен договор цессии № 25/03/11, к ООО «Стрэйд» перешли права требования по кредитному договору ФИО3 в сумме 714919,87 руб. ( л.д. 37-40).

21 июня 2011 года ООО «Стрэйд» известили ФИО4, ФИО5, ФИО3 о заключенном договоре цессии и переходе права требования по кредитному договору ФИО3 к ООО «Стрэйд». ( л.д.44-46). 

Действующее законодательство не содержит норм, запрещающих банку уступить права по кредитному договору организации, не являющейся кредитной и не имеющей лицензии на занятие банковской деятельностью. Уступка требований по кредитному договору не относится к числу банковских операций, указанных в статье 5 Федерального закона "О банках и банковской деятельности". Из названной нормы следует обязательность наличия лицензии только для осуществления деятельности по выдаче кредитов за счет привлеченных средств. Ни Федеральный закон "О банках и банковской деятельности", ни статья 819 ГК РФ не содержат предписания о возможности реализации прав кредитора по кредитному договору только кредитной организацией.

Уступка права требования, в том числе по кредитным договорам, осуществляется на основании статьи 382 ГК РФ, согласно п. 2 которой для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором.

В силу ст. 384 ГК РФ права требования переходят к новому кредитору в том же объеме и на тех же условиях, которые существовали к моменту перехода.

Следовательно, в случае уступки прав требования для заемщика условия кредитного договора остаются прежними, на него не возлагаются дополнительные обязанности, его права не ущемляются.

В соответствии со ст. 386 ГК РФ должник сохраняет по отношению к новому кредитору все свои возражения, которые он имел к прежнему кредитору.

Таким образом, в случае предъявления к заемщику претензий по кредитному договору, он имеет право предъявить новому кредитору мотивированные возражения на соответствующие требования. При уступке прав требования права заемщика не нарушаются, он имеет право на защиту от необоснованных требований нового кредитора теми же способами, которые имелись в его распоряжении в отношении прежнего кредитора.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 51 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28.06.2012 года N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей" (далее - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 17), разрешая дела по спорам об уступке требований, вытекающих из кредитных договоров с потребителями (физическими лицами), суд должен иметь в виду, что Законом о защите прав потребителей не предусмотрено право банка, иной кредитной организации передавать право требования по кредитному договору с потребителем (физическим лицом) лицам, не имеющим лицензии на право осуществления банковской деятельности, если иное не установлено законом или договором, содержащим данное условие, которое было согласовано сторонами при его заключении.

Материалами дела подтверждено, что запрета на уступку прав банком своих прав кредитный договор не содержит. 

В кредитном договоре, заключенном между Ивановским областным банком- ООО и ФИО3, изначально отсутствует запрет на соглашение возможности дальнейшей уступки прав требования кредитора третьим лицам, договор об уступке прав (требований) в случае несогласия заемщика с указанной переуступкой является оспоримой сделкой, для чего необходимо подача самостоятельного (встречного) иска, что в настоящем деле отсутствует. 

Доводы ответчика ФИО3 о разглашении банковской тайны, нарушении положений ст. 857 ГК РФ, ФЗ "О персональных данных" признаются судом несостоятельными.

Поэтому суд не принимает доводы ответчика ФИО3 о нарушениях его прав при заключении договоров цессии.

25 мая 2012 года ООО «Стрэйд» уведомило ФИО3, ФИО5, ФИО4 об уступке права требования по кредитному договору ФИО3 ООО «Стрэйд», и выставлено требование о погашении задолженности по кредитному договору ( л.д.41-43).

14 октября 2016 года истец направил в адрес ответчиков претензии о погашении имеющейся у ФИО3 задолженности по кредитному договору (л.д.47-53).

Суд соглашается с доводами ответчиков ФИО5, ФИО4 о том, что срок действия договоров поручительства истек.

В соответствии с ч.4 ст. 367 ГК РФ (редакция, действующая на момент заключения договора поручительства) поручительство прекращается по истечении указанного в договоре поручительства срока, на который оно дано. Если такой срок не установлен, оно прекращается, если кредитор в течение года со дня наступления срока исполнения обеспеченного поручительством обязательства не предъявит иска к поручителю. Когда срок исполнения основного обязательства не указан и не может быть определен или определен моментом востребования, поручительство прекращается, если кредитор не предъявит иска к поручителю в течение двух лет со дня заключения договора поручительства. 

Из материалов дела усматривается, что в п.5 договоров поручительства от 15 ноября 2007 года 744-274022-810/07фп2, №744-274022-810/07фп1 определен срок поручительства в 84 месяца, который исчисляется с момента его подписания, т.е. с 15 ноября 2007 года ( л.д. 16-24). Следовательно, срок, на который было дано поручительство, истек 15 ноября 2014 года.

Штемпель организации связи на почтовом конверте подтверждает, что исковое заявление о солидарном взыскании задолженности по кредитному договору было направлено в суд 19 июня 2017 года (л.д. 68), т.е. по истечении срока, на который было дано поручительство.

Поскольку срок действия поручительства является пресекательным, к нему не подлежат применению положения главы 12 ГК РФ о сроках исковой давности. Нормами параграфа 5 главы 23 ГК РФ также не предусмотрена возможность перерыва его течения. В силу чего доводы истца о возможности взыскания с поручителей ФИО5, ФИО4 задолженности по кредитному договору по истечении срока, на который им было дано поручительство, не основаны на требованиях закона. В удовлетворении исковых требований о взыскании задолженности по кредитному договору с поручителей ФИО4, ФИО5 суд полагает необходимым отказать.

Вместе с тем суд полагает, что доводы ответчика ФИО3 об истечении сроков исковой давности являются обоснованными. 

В соответствии с положениями статьи 196 ГК РФ общий срок исковой давности установлен в три года.

В силу ст. 199 ГК РФ требование о защите нарушенного права принимается к рассмотрению судом независимо от истечения срока исковой давности. Исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе

Как указано в пункте 3 Обзора судебной практики по гражданским делам, связанным с разрешением споров об исполнении кредитных обязательств, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 22 мая 2013 года, судебная практика исходит из того, что по спорам, возникающим из кредитных правоотношений, требование о защите нарушенного права принимается к рассмотрению судом независимо от истечения срока исковой давности, который применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения им решения. При исчислении сроков исковой давности по требованиям о взыскании просроченной задолженности по кредитному обязательству, предусматривающему исполнение в виде периодических платежей, суды применяют общий срок исковой давности, который подлежит исчислению отдельно по каждому платежу со дня, когда кредитор узнал или должен был узнать о нарушении своего права.

Течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права. Изъятия из этого правила устанавливаются Кодексом и иными законами (пункт 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации в редакции, действовавшей на момент возникновения спорных правоотношений).

По смыслу пункта 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, течение срока давности по иску, вытекающему из нарушения одной стороной договора условия об оплате товара (работ, услуг) по частям, начинается в отношении каждой отдельной части. Срок давности по искам о просроченных повременных платежах (проценты за пользование заемными средствами, арендная плата и т.п.) исчисляется отдельно по каждому просроченному платежу (пункт 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 г. N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" в редакции, действовавшей на момент возникновения спорных правоотношений). 

В соответствии со статьей 201 Гражданского кодекса Российской Федерации перемена лиц в обязательстве не влечет изменения срока исковой давности и порядка его исчисления.

В соответствии с условиями кредитного договора ФИО3 обязался производить платежи в счет погашения своих обязательств перед Банком согласно графику, являющемуся приложением к кредитному договору, которым предусмотрена оплата кредита по частям, ежемесячно, в определенной сумме.

Согласно выписке ссудного счета (л.д.54-55) 28 апреля 2008 года ФИО3 не исполнил требования по ежемесячному погашению долга по кредитному договору, и Банк перенес задолженность по кредитному договору на счета просрочки. 

Поскольку погашение кредитной задолженности по договору должно было производиться периодическими платежами, то срок исковой давности должен был исчисляться не в отношении всей суммы задолженности с даты последнего осуществленного ответчиком платежа, а в отношении каждого ежемесячного платежа с даты, когда он должен быть совершен.

Направление истцом в адрес ответчиков требования о досрочном погашении задолженности по кредиту со сроком исполнения в течение 10 дней со дня получения претензии не прерывает течения срока исковой давности. 

Суд также не принимает довод истца о признании ответчиком долга путем частичной оплаты задолженности и прерывании тем самым срока исковой давности. 

Из представленной ООО «Стрейд» выписки (л.д.31-33) следует, что, начиная с 23.08.2011 по 27.08.2015 года, ФИО3 перечислил на счет ООО «Стрейд» 24 платежа в сумме от 1000 руб. до 5000 руб. на общую сумму 87500 руб. В платежах указано, что перечисляется плата за кредит по кредитному договору. Из графика платежей, являющегося неотъемлемой частью кредитного договора, следует, что сумма ежемесячного платежа составляет 24416 руб.

В соответствии с абз. 3 п. 20 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 N 43 признание части долга, в том числе путем уплаты его части, не свидетельствует о признании долга в целом, если иное не оговорено должником.

В тех случаях, когда обязательство предусматривало исполнение по частям или в виде периодических платежей и должник совершил действия, свидетельствующие о признании лишь части долга (периодического платежа), такие действия не могут являться основанием для перерыва течения срока исковой давности по другим частям (платежам).

При указанных обстоятельствах, частичная оплата по некоторым платежам в пределах рассматриваемого периода не прерывают течение срока исковой давности по требованиям об оплате иных периодических платежей. 

Таким образом, ответчик ФИО3 заявил об истечении срока исковой давности до вынесения судом решения. Суд принимает решение об отказе в исковых требованиях к ответчику ФИО3 в связи с истечением срока исковой давности.

Принимая во внимание отказ в удовлетворении исковых требований в полном объеме, в силу положений ст. 98 ГПК Российской Федерации не подлежат удовлетворению и требования о взыскании с ответчиков понесенных истцом судебных расходов по оплате государственной пошлины.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд 

Р Е Ш И Л :

В удовлетворении исковых требований ООО «Стрэйд» к ФИО3, ФИО4, ФИО5 о взыскании в солидарном порядке задолженности по кредитному договору, государственной пошлины отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Ивановский областной суд через Вичугский городской суд в течение 1 месяца с момента принятия решения в окончательной форме (07 августа 2017 года).

Судья И.Ю. Сизова.