дело № 2-547/2018

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

29 мая 2018 года г.Уфа

Кировский районный суд г.Уфы Республики Башкортостан в составе:

председательствующего судьи Шакирова А.С.

при секретаре Акамовой А.Ф.,

рассмотрев в открытом судебном заседании объединенное гражданское дело по иску Управления по строительству, ремонту дорог и искусственных сооружений Администрации городского округа город Уфа Республики Башкортостан к ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО7, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15 об изъятии земельного участка и жилого дома для муниципальных нужд, иску ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9 к Администрации городского округа город Уфа Республики Башкортостан, ФИО1, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13 о признании права собственности на самовольные постройки, 

УСТАНОВИЛ:

Управление по строительству, ремонту дорог и искусственных сооружений Администрации ГО г.Уфа РБ (далее - УСРДИС Администрации г.Уфы, Управление) обратилось в суд к ответчикам ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО7, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15 со следующими исковыми требованиями (с учетом уточнений):

1. Изъять для муниципальных нужд городского округа город Уфа Республики Башкортостан следующие объекты недвижимости: земельный участок кадастровый номер № площадью 1 199 кв.м, жилой дом кадастровый номер №, общей площадью 107,8 кв.м, нежилое здание кадастровый номер №, площадью 11,4 кв.м, вспомогательные постройки - сарай литера Г с погребом литера VI, сарай литера Г1 с погребом литера VII, гараж литера Г3, навес литера Г4, гараж литера Г5, уборная литера I, уборная литера III, забор литера IV, забор литера V, ворота литера VIII, расположенные по адресу: 

<

адрес>, с выплатой ответчикам возмещения в размере: 

1) рыночной стоимости изъятой недвижимости соразмерно принадлежащим им долям в праве общей собственности:

ФИО1 – 2 365 911,4 руб., ФИО3 - 234 453,13 руб., ФИО4 - 117 226,56 руб., ФИО5 - 117 226,56 руб., ФИО6 - 234 453,13 руб., ФИО7 - 1 085 638,9 руб., ФИО8 - 1 085 638,9 руб., ФИО9 - 1 064 312,5 руб., ФИО10 - 504 996,53 руб., ФИО11 -504 996,53 руб., ФИО12 - 345 322,92 руб., ФИО13 - 345 322,92 руб.,

2) убытков, причиненных изъятием недвижимости:

ФИО7 - 34 328,33 руб., ФИО8 - 34 328,343 руб., ФИО9 – 34 328,33 руб., ФИО12 - 32 544,5 руб., ФИО13 – 32 544,5 руб.; ФИО1 – 89 986 руб.; ФИО3 - 9 695 руб., ФИО4 - 9 695 руб., ФИО5 - 9695 руб., ФИО6 – 9 695 руб.

2. Выселить из жилого дома, расположенного по адресу: РБ, 

<

адрес>, ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО7, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15.

3. Снять с регистрационного учета по месту жительства в жилом доме, расположенном по адресу: 

<

адрес>, ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО7, ФИО13, ФИО14, ФИО15.

В обоснование своих требований Управление указало следующее.

Ответчики ФИО1, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13 являются участниками общей долевой собственности на домовладение, состоящее из жилого дома по 

<

адрес> с нежилым пристроем под кадастровыми номерами №, № (далее – 

<

адрес>), а также занимаемого этим домом земельным участком под кадастровым номером № расположенным по тому же адресу (далее – приусадебный участок). В результате принудительного изъятия 

<

адрес> по иску Управления собственники дома вместе с правом собственности утрачивают право владения и пользования этим жилым домом, в связи с чем подлежат выселению и снятию с регистрационного учета. Остальные ответчики, не являющиеся собственниками 

<

адрес>, также подлежат выселению и снятию с регистрационного учета в связи с утратой ими права пользования этим жилым домом вследствие прекращения у его собственников права собственности на дом в результате изъятия.

В соответствии со ст.ст.56.3, 56.6 Земельного кодекса РФ от 25.10.2001 г. № 136-ФЗ (ЗК РФ), ст.32 Жилищного кодекса РФ от 29.12.2004 г. № 188-ФЗ (ЖК РФ) Управлением земельных и имущественных отношений Администрации ГО г.Уфа РБ (далее - УЗИО г.Уфы) принято решение № от 21.10.2016 г. об изъятии для муниципальных нужд земельных участков, жилых и нежилых помещений в жилых домах, расположенных по 

<

адрес> г.Уфы. Как указывает Управление, данное решение принято в целях в реконструкции (расширения полос отвода) автомобильной дороги районного значения по 

<

адрес>. В перечне подлежащих изъятию для муниципальных нужд объектов недвижимости в п.2 данного решения содержатся и вышеуказанные объекты. Необходимость изъятия 

<

адрес> приусадебным участком обусловлена их частичным расположением в границах территории общего пользования, ограниченной красной линией и предназначенной для размещения автомобильной дороги по 

<

адрес> территорий общего пользования в частной собственности противоречит закону, в связи с чем указанные объекты недвижимости подлежат изъятию полностью.

Решение № от 21.10.2016 г. имеет под собой предусмотренные законом правовые основания по изъятию недвижимости для муниципальных нужд в виде строительства, реконструкции объекта местного значения. Оно принято УЗИО г.Уфы в рамках предоставленных органом местного самоуправления полномочий в целях размещения линейного объекта в соответствии с утвержденной документацией по планировке территории. По поручению данного уполномоченного органа Управление вправе обратиться в суд в интересах муниципального образования – городского округа г.Уфа РБ с иском об изъятии для муниципальных нужд объектов недвижимости, указанных в решении № от 21.10.2016г. 

УЗИО г.Уфы и Управлением в отношении ответчиков соблюдена установленная законом досудебная процедура изъятия недвижимости для муниципальных нужд. Решение № от 21.10.2016г. размещено на сайте УЗИО г.Уфы в сети Интернет в качестве официального опубликования муниципального правового акта. Управлением каждому из ответчиков направлена письмом с уведомлением о вручении либо вручена под расписку копия указанного решения. Оценочной организацией осуществлена оценка рыночной стоимости домовладения № с приусадебным участком. На основании отчета об оценке произведен расчет размера возмещения в денежной форме, подлежащего выплате собственникам с учетом их долей на изымаемые объекты недвижимости. Ответчикам направлены письмами с уведомлением о вручении либо вручены под расписку подписанные Управлением экземпляры проектов соглашений об изъятии недвижимости с приложением копии отчета об оценке. Ответчикам предложено явиться в Управление с документами для заключения соглашения об изъятии недвижимости.

Ответчикам – собственникам изымаемой недвижимости предлагалась выплата возмещения в следующем размере: ФИО1 - 4 280 711 руб., ФИО3 - 405 356 руб., ФИО4 - 202 678 руб., ФИО5 - 202 678 руб., ФИО6 - 405 356 руб., ФИО7 - 2 002 246 руб., ФИО8 - 2 002 246 руб., ФИО9 - 1 934 064 руб., ФИО10 - 513 048 руб., ФИО11 - 513 048 руб., ФИО12 - 690 972,5 руб., ФИО13 - 690 972,5 руб.

По истечении установленным законом девяноста дней на подписание соглашения об изъятии никто из ответчиков, за исключением ФИО1, не явился в Управление для подписания такого соглашения и не выразил в письменном виде своего согласия на его подписание на предложенных условиях. Несмотря на согласие ФИО1 на заключение соглашения на предложенных условиях, по причинам, независящим от Управления соглашение об изъятии с ФИО1 заключено не было. Никем из ответчиков не было представлено альтернативных отчетов об оценке с предложением согласовать иной размер возмещения за изымаемую недвижимость. По истечении вышеуказанного срока в соответствии с законом у Управления возникло право на обращение в суд с требованием о принудительном изъятии 

<

адрес> приусадебным участком для муниципальных нужд. Вследствие утраты актуальности ранее составленного отчета об оценке, а также ввиду ошибочного включения в него также и стоимости самовольных пристроев к дому, не признаваемых объектами гражданских прав и не подлежащих оценке согласно законодательству об оценочной деятельности, Управление полагает указанный отчет неприменимым в целях установления судом размера возмещения ответчикам. В связи с этим, в исковом заявлении Управления содержится ходатайство о назначении судебной экспертизы по определению рыночной стоимости изымаемой недвижимости и причиняемых изъятием убытков ее собственникам. 

Ввиду того, что правовым последствием изъятия жилого помещения является выселение проживающих в этом жилом помещении лиц и что настоящий спор также затрагивает права и законные интересы несовершеннолетних лиц ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ФИО5 ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ФИО12 ДД.ММ.ГГГГ года рождения, являющихся сособственниками 

<

адрес>, а также ФИО7 ДД.ММ.ГГГГ года рождения, зарегистрированного по месту жительства в этом доме, судом на основании ст.ст.45, 47 ГПК РФ к участию в деле привлечен орган опеки и попечительства Администрации Кировского района ГО г.Уфа РБ. 

Ответчиками представлены возражения на иск. В них утверждается, что приусадебный участок находится в двух территориальных зонах ОД-1 и Ж-2, что согласно Правилам землепользования и застройки г.Уфы минимальная площадь для размещения индивидуальных жилых домов в усадебной застройке на территории г.Уфы равна в зоне ОД-1 - 0,10 га, в зоне Ж-2 – 0,06 га, а не 0,15 га как утверждает истец. Вследствие чего ответчики считают, что приусадебный участок, имеющий площадь 1 199 кв.м, соответствует требованиям этих Правил по минимальному размеру земельного участка. Поэтому его можно разделить на два земельных участка с целью частичного изъятия под дорогу участка площадью 19 кв.м, с оставлением другого участка большей площадью в собственности ответчиков для дальнейшего использования по назначению. В обоснование этого ответчики ссылаются на разъяснения, данные в ответ на обращение ФИО11 органом архитектуры и градостроительства письме исх.№/РД от 15.03.2018г. Согласно данных разъяснений земельный участок и 

<

адрес> постройками по 

<

адрес> лишь частично (19 кв.м земельного участка и около 7 кв.м 

<

адрес>) расположены в пределах красных линий данной улицы, т.е. на территории общего пользования, что составляет всего 1,5 % от площади всего приусадебного участка. По мнению ответчиков, это письмо подтверждает, что для реконструкции дороги достаточно 19 кв.м этого участка, а его остальная часть изъятию для муниципальных нужд не подлежит ввиду отсутствия таковых. Полное изъятие недвижимости также экономически нецелесообразно по причине необоснованности материальных затрат на такое изъятие за счет средств бюджета. Согласно этому письму проектом планировки территории центра Уфы на территории 

<

адрес> предусмотрено строительство многоэтажных домов, что, по мнению ответчиков, свидетельствует об отсутствии оснований для полного изъятия недвижимости согласно ст.49 ЗК РФ. В связи с этим, они полагают необходимым произвести раздел приусадебного участка и 

<

адрес> по красной линии с проведением межевания этого участка и кадастрового учета образованных в результате раздела двух земельных участков. На этом основании просят суд удовлетворить требование об изъятии только в отношении вновь образуемого в результате такого раздела земельного участка площадью 19 кв.м, подпадающего под реконструкцию, с определением выкупной цены этого участка и взысканием ее с истца. 

В соответствии со ст.43 ГПК РФ по ходатайству Управления к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечены УЗИО г.Уфы и Главное управление архитектуры и градостроительства Администрации ГО г.Уфа РБ (далее - Главархитектура г.Уфы).

В своем отзыве на иск УЗИО г.Уфы подтверждает данное им поручение УСРДИС Администрации г.Уфы по исполнению решения № от 21.10.2016г., в т.ч. наделение его полномочиями на обращение в суд с исками об изъятии для муниципальных нужд ГО г.Уфа РБ перечисленных в этом решении объектов недвижимости. УЗИО г.Уфы считает, что доводы ответчиков о допустимости только частичного изъятия спорной недвижимости обусловлены их неправильным пониманием содержания письма Главархитектуры г.Уфы. Частичное изъятие земельного участка требует образования из него двух самостоятельных участков, для чего согласно п.4 ст.56.6 ЗК РФ в решении об изъятии должны быть указаны земельные участки, подлежащие образованию. К решению должны быть приложена схема расположения земельного участка, в случае отсутствия проекта межевания территории. Решением № от 21.10.2016г. указанная схема в целях образования путем раздела земельных участков, попадающих в зону реконструкции дороги по 

<

адрес>, не утверждалась. Проекта межевания территории квартала №, в границах которого расположены спорные объекты недвижимости, также не утверждено. Частичное изъятие земельного участка по красной линии привело бы к невозможности использования оставшейся части земельного участка в соответствии с его разрешенным использованием для обслуживания индивидуального жилого дома. Данный участок на дату принятия решения № от 21.10.2016г. не соответствовал градостроительному регламенту по минимальному размеру земельных участков, его раздел привел к уменьшению его площади, т.е. к увеличению его несоответствия градостроительному регламенту, а также к фактической утрате целостности дома и невозможности его использования по назначению. С июня 2017 года Правилами землепользования и застройки ГО г.Уфа вид использования земельных участков и объектов капстроительства в зоне ОД-1 под индивидуальное жилищное строительство отнесен к запрещенному виду использования. На этом основании УЗИО г.Уфы просит отклонить доводы ответчиков о допустимости частичного изъятия земельного участка и 

<

адрес> как противоречащие закону и Правилам.

ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9 подан в суд отдельный иск к Администрации ГО г.Уфа РБ, ФИО1, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13 о признании права собственности на самовольные постройки. С учетом уточнения искового заявления указанные истцы просят сохранить в реконструированном состоянии жилой дом кадастровый номер № по 

<

адрес>, общей площадью 117,3 кв.м, с учетом помещений литеры А1, А2, признать право собственности на жилые помещения литеры А1, А2, а, а1 за собственниками указанного жилого дома. В обоснование своих требований истцы ссылаются на проведение ими в 1986 году реконструкции 

<

адрес> целью улучшения жилищно-бытовых условий, в результате чего увеличилась общая площадь жилых помещений, что подтверждается техпаспортом от 01.10.2012г. В целях получения разрешения на ввод в эксплуатацию реконструированного объекта истцы обращались в Администрацию ГО г.Уфа РБ, но получили отказ в письме №/ОГН в связи с нахождением земельного участка в зоне ОД-1. Отказ нарушает их право на владение, пользование и распоряжение реконструированным домом. В силу положений ст.ст.12, 222 ГК РФ истцы, возведшие самовольную постройку на принадлежащем им на праве собственности земельном участке, вправе обратиться в суд с требованием о признании права собственности на такую постройку. 

Ответчиком ФИО3 подано суду ходатайство о приостановлении рассмотрения дело до разрешения дела по вышеуказанному иску о признании права собственности на самовольные постройки.

Управлением подано суду ходатайство об объединении вышеуказанных двух гражданских дел в одно производство.

Согласно п.4 ст.151 ГК РФ судья, установив, что в производстве данного суда имеется несколько однородных дел, в которых участвуют одни и те же стороны, либо несколько дел по искам одного истца к различным ответчикам или различных истцов к одному ответчику, с учетом мнения сторон вправе объединить эти дела в одно производство для совместного рассмотрения и разрешения, если признает, что такое объединение будет способствовать правильному и своевременному рассмотрению и разрешению дела.

Суд пришел к выводу о необходимости объединения дел, ввиду их нахождения в производстве Кировского районного суда г.Уфы, наличия между ними взаимной связи, а так же учитывая, что их совместное рассмотрение приведет к более быстрому и правильному рассмотрению споров. Приостановление рассмотрения дела признано судом нецелесообразным. Определением Кировского районного суда г. Уфы от 06 апреля 2018 г. указанные дела объединены судом в одно производство для совместного их рассмотрения и разрешения.

В своем отзыве на иск собственников 

<

адрес> признании права собственности на самовольные постройки Управление указывает, ссылаясь на письмо №/ОГН, что заявителем ФИО3 не представлено доказательств подачи в уполномоченный орган пакета документов согласно п.3 ст.55 ГсК РФ для получения разрешения на ввод объекта в эксплуатацию. Не представлено ею и доказательств повторного обращения в уполномоченный орган Администрации ГО г.Уфа с новым заявлением с приложением указанного пакета документов, что свидетельствует о ее ненадлежащем обращении. Другие истцы, не подавшие такого же заявления в этот орган, не признаются лицами, принявшими необходимые меры по легализации самовольной постройки. Заявителем не оспорен отказ в судебном порядке. В виду несоблюдения обязательного досудебного порядка иск об узаконении самовольной постройки не может быть удовлетворен судом. Полагает, что иск подан с целью обхода норм градостроительного законодательства. Ссылается на несоблюдение истцами при реконструкции дома градостроительного регламента. Все собственники 

<

адрес> уведомлены Управлением о принятом решении об изъятии земельных участков для муниципальных нужд в марте 2017 года. В связи с чем Управление полагает, что любые произведенные собственниками после этого уведомления улучшения земельного участка и (или) жилого дома, влекущие увеличение их стоимости, согласно п.8 ст.56.8 ЗК РФ не подлежат учету при определении размера возмещения при их изъятии. Данные обстоятельства, по мнению Управления, являются основаниями для отказа в иске.

В своем отзыве УЗИО г.Уфы выражает согласие с доводами Управления о не совершении истцами необходимых действий для получения указанного разрешения в установленном законом порядке. Также не представлено ими доказательств обжалования отказа в суде. Выдача разрешения на ввод объекта в эксплуатацию невозможна без подачи в уполномоченный орган заявления от всех сособственников дома или представления письменного согласия на реконструкцию дома. Иск направлен на обход положений законодательства о порядке ввода в гражданский оборот объектов капстроительства и на упрощение регистрации прав. Реконструкция существующего жилого дома, расположенного на земельном участке в зоне ОД-1 является запрещенным. Действие этого запрета не зависит от мер, принимаемых собственником жилого дома по получению разрешения на строительство и (или) ввод объекта в эксплуатацию. На этом основании УЗИО г.Уфы просит отклонить исковые требования как необоснованные.

В судебном заседании представитель истца - УСРДИС Администрации г.Уфы ФИО16 (доверенность от 15.08.2017г.) поддержал исковые требования. Размер подлежащего выплате ответчикам возмещения просил определить на основании рыночной стоимости изымаемых объектов недвижимости, определенной в экспертном заключении, представленном на основании определения суда о назначении экспертизы. По мнению представителя, ранее полученный Управлением отчет об оценке ООО Уфа-Оценка» №-Н-008/3 от 21.04.2017г. утратил свою актуальность по причине давности его изготовления. Также этот отчет содержит нарушения законодательства об оценочной деятельности в виде двойной оценки площади отдельных построек, что повлекло завышение рыночной стоимости спорных объектов недвижимости. Выводы оценщика в отчете не могут быть однозначно истолкованы. Вследствие чего данный отчет объективно не может быть использован судом в качестве надлежащего доказательства рыночной стоимости изымаемой недвижимости. Представителем также пояснено, что необходимость изъятия всего приусадебного участка 

<

адрес> обусловлена тем, что его площадь была меньше предельного минимального размера земельного участка, установленного Правилами землепользования и застройки г.Уфы на момент принятия решения об изъятии. Поэтому в случае изъятия только той части данного участка, на которой расположен 

<

адрес>, оставшаяся часть участка не мог быть использована как самостоятельный земельный участок в соответствии с его разрешенным использованием. В настоящее время согласно действующему градостроительному регламенту земельный участок имеет запрещенный вид использования для территориальной зоны, в которой находится данный участок. Поэтому изъятию подлежит весь приусадебный участок вместе находящимися на нем жилым домом и вспомогательными постройками. 

Незаключение соглашения об изъятии с ответчиком ФИО1, выразившим свое устное согласие на его заключение на предложенных Управлением условиях еще до подачи иска об изъятии, представитель истца объяснил наличием ареста (запрета на регистрационные действия) в отношении 

<

адрес> приусадебного участка, что подтверждается записью в ЕГРН. В настоящее время определенная по результатам судебной экспертизы действительная рыночная стоимость изымаемых объектов недвижимости оказалась ниже ее стоимости в отчете об оценке, представленном Управлением, в связи с чем заключение мирового соглашения с этим ответчиком на ранее предложенных ему в досудебном порядке условиях исключается. Заключение в досудебном порядке с ним соглашения об изъятии на предложенных ранее условиях привело бы к необоснованной растрате предоставленных Управлению средств местного бюджета. Кроме того, вследствие некорректности этого отчета об оценке, вводящей в заблуждение непрофессионального пользователя об итоговой стоимости домовладения, предложенные ответчикам Управлением суммы возмещения изначально содержали явную техническую ошибку в части двойного учета стоимости земельного участка. Поэтому в случае заключения в досудебном порядке соглашения об изъятии собственники 

<

адрес> получили бы необоснованную выгоду, подлежащую возврату по требованию Управления. 

Представитель истца не согласился с тем доводом ответчика ФИО11, что основанием для изъятия спорной недвижимости является проект реконструкции дороги по 

<

адрес>, согласно которой возможно частичное изъятие этой недвижимости. Таким основанием, по его мнению, является проект планировки Центра г.Уфы от 2010 года, а решение об изъятии недвижимости в полном размере принято УЗИО г.Уфы с учетом требований градостроительного регламента. Исходя из положений указанного проекта планировки, по заданию Управления был разработан проект реконструкции дороги и проведена оценка недвижимости, расположенной вдоль 

<

адрес>, в целях представления этих документов в УЗИО г.Уфы в качестве технико-экономического обоснования для принятия решения об изъятии этой недвижимости. 

С возражениями представителей ФИО11 об отсутствии проекта межевания территории как правового основания для изъятия земельных участков для муниципальных нужд представитель истца не согласился по причине неправильного толкования ими норм земельного и градостроительного законодательства. Также сослался на отказ суда в удовлетворении административного иска ФИО11 о признании недействительным решении № от 21.10.2016г. Доводы ФИО11 о возможности частичного изъятии спорной недвижимости со ссылкой на письмо Главархитектура г.Уфы просил не принимать ввиду намеренного искажения его содержания путем представления этим ответчиком суду неполной копии этого письма, о подложности которой им заявлено суду. 

В судебном заседании ответчики ФИО1, ФИО10, ФИО9, также являющийся представителем несовершеннолетнего ФИО7 ДД.ММ.ГГГГ г.р., представитель ФИО9 –ФИО17 ( доверенность от ДД.ММ.ГГГГ) так же являющийся представителем ФИО3 ( доверенность от ДД.ММ.ГГГГ), представителем ФИО14 ( доверенность от ДД.ММ.ГГГГ), ответчик ФИО11 ее представители ФИО18, ФИО19 ( доверенность от ДД.ММ.ГГГГ), не согласились с исковыми требованиями Управления. Представители ФИО11 заявили об отсутствии доказательств направления Управлением ответчикам - несовершеннолетнему ФИО12 и ФИО11 проектов соглашений об изъятии недвижимости. Возражали также против удовлетворения иска по причине явной недостаточности суммы возмещения для покупки жилья для несовершеннолетних лиц, что нарушает их право на жилье, охраняемое законом. Ссылаясь на ст.32 ЖК РФ, указывали на невыполнение требования закона о государственной регистрации решения об изъятии, что подтверждается отсутствием в ЕГРН этих сведений, и уведомления собственников о предстоящем изъятии не менее чем за год до подачи иска об изъятии. Данные нарушения, по их мнению, являются основанием для отказа в иске.

О не направлении проекта соглашения об изъятии заявлено суду также ФИО9 в отношении своей совершеннолетней дочери ФИО7 Им пояснено, что его дочь не проживает вместе с ним в 

<

адрес>, поэтому она не могла получить этот проект.

Ответчик ФИО1 утверждал, что им было дано Управлению согласие на заключение соглашения об изъятии на предложенных ему условиях, но оно неправомерно уклонилось от заключения этого соглашения. В связи с чем он потребовал обязать Управление выплатить ему возмещение не на основании судебной экспертизы, а исходя из условий направленного ему Управлением проекта соглашения об изъятии, указанная в котором сумма возмещения рассчитана на основании отчета ООО «Уфа-Оценка». 

Представителями ФИО11 так же заявлено о незаконности решения № от 21.10.2016г. по причине отсутствия правового основания для его принятия в виде утвержденного проекта межевания территории, что согласно ст.56.12 ЗК РФ является обязательным при изъятии земельных участков для муниципальных нужд в целях комплексного развития территории. Закрытый перечень исключений из этого положения установлен в п.2 ст.56.3 ЗК РФ, в котором не указано изъятие земельных участков для муниципальных нужд в виде строительства или реконструкции автомобильных дорог. Поэтому изъятия для данных целей предварительно требовалось утверждение проекта межевания территории, на котором расположены 

<

адрес> приусадебным участком. Такого доказательства Управлением суду не представлено. В качестве способа защиты гражданских прав просили суд не применять указанное решение как муниципальный правовой акт, противоречащий федеральному закону, и ввиду отсутствия иных оснований для изъятия недвижимости в удовлетворении иска Управления просили отказать полностью.

Ответчик ФИО11 выразила сомнения в подлинности подписи начальника УЗИО г.Уфы ФИО20 в представленном Управлением суду решении № от 21.10.2016г. Вследствие чего она полагала это решение незаконным и в целях устранения этих сомнений, в т.ч. сомнений в полномочиях Управления на подачу иска об изъятии недвижимости, просила суд истребовать исходно-разрешительную и проектную документацию на реконструкцию дороги, направив запрос лично ФИО20

Представитель ФИО3, ФИО9 – ФИО21 просил удовлетворить иск о признании права собственности на самовольные постройки, ссылаясь на преднамеренные действия Администрации ГО г.Уфа по отказу в выдаче разрешения на ввод объекта в эксплуатацию. По его мнению, Администрация в качестве оснований для отказа формально указывает на не представление ФИО3, а впоследствии и ФИО9, пакета необходимых документов, тогда как ими были представлены все документы. Считает, что реконструированный дом не нарушает строительные, противопожарные и иные нормы, в доказательство чего суду представлены соответствующие заключения. Сумму возмещения просил определить с учетом увеличившейся площади дома.

Ответчики ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО13, ФИО14, также являющийся представителем несовершеннолетнего ФИО12 ДД.ММ.ГГГГ года рождения, и представителем ФИО13 ( доверенность от ДД.ММ.ГГГГ), ФИО15, извещенные о месте и времени рассмотрения дела, в судебное заседание не явились, о рассмотрения дела в их отсутствие не ходатайствовали, доказательств уважительности причин неявки не представили. 

Представитель ответчика Администрации ГО г. Уфа РБ, представители третьих лиц Управления земельных и имущественных отношений Администрации ГО г. Уфа РБ, Главного управления архитектуры и градостроительства Администрации ГО г. Уфа РБ, извещенные о месте и времени рассмотрения дела, в судебное заседание не явились. 

Суд, с учетом мнения участвующих в деле лиц, на основании п.3 ст.167 ГПК РФ считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

В своем заключении помощник прокурора Кировского района г.Уфы Хабибуллина А.Я. полагает исковые требования Управления законными и подлежащими удовлетворению полностью с выплатой ответчикам соответствующих сумм возмещения за изымаемое недвижимое имущество. В удовлетворении иска о признании права собственности на самовольные постройки просила отказать.

Представитель органа опеки и попечительства Администрации Кировского района ГО г.Уфа РБ ФИО22 просила суд принять решение по делу в соответствии с требованиями действующего законодательства с учетом прав несовершеннолетних лиц, имеющих долю в праве собственности на 

<

адрес> и (или) право пользования жилыми помещениями в нем.

Выслушав лиц, участвующих в деле, допросив судебных экспертов, исследовав материалы гражданского дела, суд приходит к следующим выводам. 

Как установлено судом согласно сведениям из Единого государственного реестра недвижимости - ЕГРН (выписки №№, № от 01.12.2017г., № от 13.12.2017г.) ответчикам принадлежат на праве общей долевой собственности следующие объекты недвижимости:

1) земельный участок кадастровый номер № категория земель «земли населенных пунктов», разрешенное использование «для обслуживания индивидуального жилого дома и надворных построек», площадь 1 199 кв.м, расположенный по адресу: РБ, г.Уфа, Кировский район, 

<

адрес>, в следующих долях:

ФИО1 - 23/96 доли, ФИО3- 1/32 доля, ФИО4 -1/64 доля, ФИО5- 1/64 доля, ФИО6- 1/32 доля, ФИО7 -5/36 долей, ФИО8- 5/36 долей, ФИО9- 495/3600 долей, ФИО10- 605/7200 долей, ФИО11- 605/7200 долей, ФИО12- 1/24 доля, ФИО13- 1/24 доля; 

2) жилой дом кадастровый номер № (входит в состав объекта кадастровый номер №, инвентарный номер №, условный номер №, количество этажей, в т.ч. подземных, - 1, площадь 107,8 кв.м, расположенный по адресу: РБ, г.Уфа, Кировский район, 

<

адрес>, в следующих долях:

ФИО1 - 9/32 долей, ФИО3- 1/32 доля, ФИО4 -1/64 доля, ФИО5- 1/64 доля, ФИО6- 1/32 доля, ФИО7 -1/6 доля, ФИО8- 1/6 доля, ФИО9- 19/120 долей, ФИО10- 1/240 доля, ФИО11- 1/240 доля, ФИО12- 1/16 доля, ФИО13- 1/16 доля; 

3) ФИО1 также принадлежит на праве собственности нежилое здание (пристрой к дому №), кадастровый номер № (входит в состав объекта кадастровый номер № инвентарный номер № условный номер №, количество этажей, в т.ч. подземных, - 1, площадь 11,4 кв.м, расположенное по адресу: РБ, г

<

адрес>.

Согласно справок о регистрации в доме зарегистрированы ФИО9, ФИО8, ФИО7, ФИО7 ДД.ММ.ГГГГ г.р., ФИО1, ФИО2, ФИО13, ФИО14, ФИО15, ФИО3, ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ г.р., ФИО5 ДД.ММ.ГГГГ г.р. 

УЗИО г.Уфы принято решение № от 21.10.2016г. «Об изъятии для муниципальных нужд земельных участков, жилых и нежилых помещений у землепользователей, проживающих в жилых домах 

<

адрес> (в редакции решения УЗИО г.Уфы № от 05.12.2016г.). Как указано в решении, оно принято в соответствии с Положением об УЗИО г.Уфы, утвержденным решением Совета ГО г.Уфа от 22.04.2015г. №, ст.ст.56.3, 56.6 ЗК РФ, ст.32 ЖК РФ.

В Обзоре судебной практики по делам, связанным с изъятием для государственных или муниципальных нужд земельных участков в целях размещения объектов транспорта, утвержденном Президиумом Верховного Суда РФ 10.12.2015г., указано, что согласно п.1 ст.279 ГК РФ (в редакции, действующей с 01.04.2015г.) изъятие земельного участка для государственных или муниципальных нужд осуществляется в случаях и в порядке, которые предусмотрены земельным законодательством. При этом ЗК РФ (в редакции, действующей с 01.04.2015г.) изъятие земельных участков для указанных нужд допускается в целях строительства, реконструкции объектов федерального значения, объектов регионального значения или объектов местного значения, если эти объекты предусмотрены утвержденными документами территориального планирования и утвержденными проектами планировки территории (п.1 ст.56.3). Принятие решения об изъятии земельных участков для государственных или муниципальных нужд для целей, не предусмотренных п.1 ст.56.3 ЗК РФ, возможно только в строго определенных случаях, исчерпывающий перечень которых установлен п.2 ст.56.3 ЗК РФ.

Таким образом, возможность изъятия органом местного самоуправления земельных участков и находящихся на них объектов недвижимости для муниципальных нужд в настоящее время ставится законом в зависимость от наличия утвержденной в установленном порядке градостроительной документации, предусматривающей размещение объектов местного значения на территории или на части территории подлежащих изъятию земельных участков. В качестве такой градостроительной документации п.1 ст.56.3 ЗК РФ называет документ территориального планирования - генеральный план городского округа (пп.3 п.1 ст.18 ГсК РФ) и (или) проект планировки территории (ст.42 ГсК РФ). В отсутствие указанной документации, содержащей соответствующие положения о размещение объектов местного значения, решение об изъятии недвижимости не может быть принято уполномоченным на изъятие органом, а в случае принятия им такого решения – оно не может быть реализовано в принудительном, т.е. судебном порядке (за исключениями, установленными законом). 

В ст.49 ЗК РФ установлены правовые основания для изъятия земельных участков для государственных или муниципальных нужд. Такое изъятие осуществляется в исключительных случаях по основаниям, связанным, в частности, со строительством, реконструкцией объектов местного значения, в том числе автомобильных дорог местного значения, при отсутствии других возможных вариантов строительства, реконструкции этих объектов. В то же время, применительно к настоящему делу суд отмечает, что такое основание как изъятие земельных участков для муниципальных нужд в целях строительства или реконструкции автомобильных дорог местного значения не указано в п.2 ст.56.3 ЗК РФ в качестве исключения из общего правила п.1 ст.56.3 ЗК РФ. Следовательно, установление судом такого юридически значимого обстоятельства как наличие утвержденной градостроительной документации в качестве основания для принятия решения № от 21.10.2016г. входит в предмет доказывания при разрешении настоящего дела. При этом в соответствии со ст.56 ГПК РФ бремя доказывания существования указанного основания возлагается на структурное подразделение органа местного самоуправления, подавшее иск об изъятии, - УСРДИС Администрации г.Уфы. 

Исходя из представленных Управлением документов суд приходит к выводу о наличии предусмотренных законом оснований для изъятия спорных объектов недвижимости для муниципальных нужд.

Согласно пп.26 п.1 ст.16 ФЗ от 06.10.2003г. № 131-ФЗ «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации» к вопросам местного значения городского округа относятся в том числе резервирование земель и изъятие земельных участков в границах городского округа для муниципальных нужд.

Согласно п.1 ст.11 ЗК РФ к полномочиям органов местного самоуправления в области земельных отношений относятся в том числе резервирование земель, изъятие земельных участков для муниципальных нужд, иные полномочия на решение вопросов местного значения в области использования и охраны земель.

В соответствии с п.3 ст.56.2 ЗК РФ изъятие земельных участков для муниципальных нужд, в том числе для размещения объектов местного значения, осуществляется на основании решений органов местного самоуправления.

Согласно п.1 ст.41 Градостроительного кодекса РФ от 29.12.2004г. № 190-ФЗ (ГсК РФ) подготовка документации по планировке территории осуществляется в целях обеспечения устойчивого развития территорий, выделения элементов планировочной структуры (кварталов, микрорайонов, иных элементов), установления границ земельных участков, на которых расположены объекты капитального строительства, границ земельных участков, предназначенных для строительства и размещения линейных объектов. Подготовка проектов планировки территории осуществляется для выделения элементов планировочной структуры, установления границ территорий общего пользования, границ зон планируемого размещения объектов капстроительства, определения характеристик и очередности планируемого развития территории (п.1 ст.42 ГсК РФ). Основная часть проекта планировки территории включает в себя чертеж (чертежи) планировки территории, на которых отображаются красные линии, границы существующих и планируемых элементов планировочной структуры, границы зон планируемого размещения объектов капстроительства (п.3 ст.42 ГсК РФ).

В случае, если документацией по планировке территории предусмотрено размещение объекта транспортной инфраструктуры федерального, регионального или местного значения, архитектурно-строительное проектирование осуществляется путем подготовки проектной документации такого объекта и его частей (п.1 ст.48 ГсК РФ).

Согласно решению № от 21.10.2016г. реконструкция дороги по 

<

адрес> подлежит осуществлению в соответствии с проектной документацией линейного объекта «Реконструкция 

<

адрес> на участке от 

<

адрес> до 

<

адрес> в Кировском районе ГО г.Уфа РБ» №-ПОД, разработанной ГУП «Уралдортранс» РБ в 2015 году. 

Из содержания проектной документации линейного объекта и утвержденной документации по планировке территории суд устанавливает следующие обстоятельства.

В п.1.2 раздела 1 проектной документации «Пояснительная записка» 6663-ПЗ указано, что для расширения 

<

адрес> на участке от 

<

адрес> до 

<

адрес> г.Уфа РБ (далее – Главархитектура г.Уфы) установлены красные линии, ширина которых составляет 40 м. Участок 

<

адрес> от 

<

адрес> до 

<

адрес>, в основном, застроен частной жилой застройкой, состоящей из одно- и двухэтажных строений. Проектной документацией реконструкции и строительства 

<

адрес> предусматривается снос данной частной застройки, расположенной в границах красных линий. Согласно п.1.7 Пояснительной записки необходимый объем сноса зданий и сооружений в целях освобождения площадки под строительство представлен в разделе 6 «Проект организации работ по сносу (демонтажу) линейного объекта» 6663-ПОД. Согласно п.1.2 текстовой части раздела 6 в списке объектов, подлежащих сносу (таблица 1), числится также и домовладение по 

<

адрес>. При визуальном изучении содержания графической части раздела 6 лист 1 «Проект организации работ по сносу (демонтажу)» следует вывод, что домовладение по 

<

адрес> с приусадебным участком находятся частично на территории, ограниченной красной линией, т.е. расположены в зоне расширения полосы отвода дороги по 

<

адрес>.

Согласно введению к Пояснительной записке, проектная документация 6663-ПОД разработана на основании постановления главы Администрации ГО г.Уфа РБ № от 17.11.2010г. «Об утверждении проекта планировки Центра г.Уфы в границах улиц Аксакова, Революционной, проспекта Салавата Юлаева, 

<

адрес> в Ленинском и Кировском районах ГО г.Уфа РБ». 

Согласно п.1 «Положения о размещении объектов капитального строительства…» (приложение № к постановлению № от 17.11.2010г.) проект планировки центра г.Уфы разработан на основании постановлений главы Администрации ГО г.Уфа РБ № от 07.04.2008г. и № от 21.10.2008г. по заказу Главархитектуры г.Уфы в целях обеспечения устойчивого развития территорий, выделения элементов планировочной структуры, установления границ земельных участков, на которых расположены объекты капитального строительства и размещения линейных объектов. При разработке проекта учитывалась ранее разработанная градостроительная документации.

Пунктом 1.1 постановления № от 17.11.2010г. в составе проекта планировки центра г.Уфы утвержден чертеж планировки территории с отображением красных линий, линий регулирования застройки, осей улиц, линий дорог и проездов (приложение №). Утвержденные данным проектом планировки территории красные линии, обозначающие планируемые (изменяемые) границы территорий общего пользования, занятых и (или) предназначенных для размещения линейных объектов в центре г.Уфы, предоставлены Главархитектурой г.Уфы проектной организации ГУП «Уралдортранс» РБ для разработки проектной документации по реконструкции 

<

адрес>.

Красные линии - это линии, которые обозначают существующие, планируемые (изменяемые, вновь образуемые) границы территорий общего пользования и (или) границы территорий, занятых линейными объектами и (или) предназначенных для размещения линейных объектов (п.11 ст.1 ГсК РФ). К территориям общего пользования относятся территории, которыми беспрепятственно пользуется неограниченный круг лиц, в том числе площади, улицы, проезды, бульвары и т.п. (п.12 ст.1 ГсК РФ). 

В соответствии с п.14.1 ст.1 ГсК РФ реконструкцией линейных объектов признается изменение параметров линейных объектов или их участков (частей), которое влечет за собой изменение класса, категории и (или) первоначально установленных показателей функционирования таких объектов (мощности, грузоподъемности и других) или при котором требуется изменение границ полос отвода и (или) охранных зон таких объектов.

Указанное свидетельствует, что осуществление реконструкции расположенных в центре г.Уфы линейных объектов – городских автомобильных дорог, в том числе и дороги по 

<

адрес>, путем расширения полос отвода дорог для увеличения их пропускной способности, запланировано в установленном ст.ст.41, 42 ГсК РФ порядке на основании утвержденной в 2010 году документации по планировке территории. 

На этом основании суд приходит к выводу, что правовым основанием для принятия решения № от 21.10.2016г. является проект планировки центра г.Уфы, утвержденный постановлением главы Администрации ГО г.Уфа РБ № от 17.11.2010г. 

При этом согласно п.5 ст.41 ГсК РФ к документации по планировке территории отнесены проект планировки территории, проект межевания территории и градостроительные планы земельных участков - ГПЗУ. 

Следовательно, проектная документация по строительству, реконструкции объекта капстроительства не является одним из видов указанной градостроительной документации. 

Согласно ст.48 ГсК РФ проектная документация представляет собой документацию, содержащую материалы в текстовой форме и в виде карт (схем) и определяющую архитектурные, функционально-технологические, конструктивные и инженерно-технические решения для обеспечения строительства, реконструкции объектов капстроительства, их частей, капитального ремонта. По смыслу данной нормы, проектная документация также не является правовым актом и не содержит правовых предписаний. 

Согласно п.п.1, 2 ст.56.3 ЗК РФ проектная документация по строительству, реконструкции объектов федерального, регионального значения или местного значения, для размещения которых требуется изъятие земельных участков, не отнесена к юридическим основаниям для принятия решения об изъятии этих земельных участков для государственных или муниципальных нужд. 

Проектная документация разрабатывается в целях осуществления строительства, реконструкции объекта капстроительства при наличии права на земельный участок у лица, намеренного осуществить строительство, реконструкцию объекта, на основании выданного ему уполномоченным органом разрешения на строительство (ст.51 ГсК РФ). 

Исходя из этого, решение об изъятии может быть принято уполномоченным органом на основании утвержденного проекта планировки территории, вне зависимости от наличия или отсутствия утвержденной проектной документации по строительству, реконструкции объекта, для размещения которого производится изъятие. 

Само по себе указание в преамбуле решения № от 21.10.2016г. о принятии во внимание УЗИО г.Уфы представленной Управлением проектной документации по реконструкции 

<

адрес> №-ПОД не означает, что уполномоченный орган придал данной документации значение правового основания для принятия этого решения. Их представленных Управлением двух разделов проектной документации судом установлено, что она разработана в соответствии с положениями проекта планировки центра г.Уфы, а также дополнительно подтверждено на основании графической части раздела проекта, что домовладение № расположено частично на территории, ограниченной красной линией и предназначенной под реконструкцию дороги.

Проект реконструкции дороги по 

<

адрес> разработан в соответствии п.1 ст.48 ГсК РФ в целях будущей реконструкции этой дороги как объекта транспортной инфраструктуры местного значения. Осуществление этой реконструкции возможно только после изъятия по решению суда земельных участков и объектов недвижимости, попадающих в зону данной реконструкции. Поэтому обстоятельства, связанные с разработкой и утверждением указанного проекта, к предмету спора об изъятии недвижимости не относятся. В связи с этим, при рассмотрении настоящего дела не подлежат проверке судом обоснованность содержащихся в этом проекте технических решений, а также экономическая целесообразность осуществления реконструкции дороги.

Суд признает несостоятельными возражения ответчика ФИО11 о непредставлении Управлением полной проектной документации №-ПОД на предмет проверки судом наличия оснований для изъятия спорной недвижимости и законности решения № от 21.10.2016г. Ходатайство данного ответчика об истребовании от УЗИО г.Уфы исходно-разрешительной и проектной документации на реконструкцию дороги отклонено судом за необоснованностью.

У суда отсутствуют основания сомневаться как в факте принятия УЗИО г.Уфы решения № от 21.10.2016г., так и в подлинности подписи его начальника ФИО20 в этом решении. При подготовке дела к судебному разбирательству Управлением представлен суду на обозрение подлинник решения № от 21.10.2016г., копия помещена в материалы дела. Решение напечатано на типографском бланке строгой отчетности, имеющем индивидуальный учетный №, что соответствует правилам делопроизводства в государственных и муниципальных органах. Вследствие этого данное решение, имеющее дату и номер регистрации как правового акта УЗИО г.Уфы и подписанное уполномоченным должностным лицом – руководителем данного муниципального органа, не требует приложения к нему печати этого органа. Кроме того, решение № от 21.10.2016г. размещено в виде его электронного образа на официальном сайте УЗИО г.Уфы в сети Интернет в целях опубликования его в качестве муниципального правового акта (раздел сайта «Новости»: http://uzio-ufa.ru/). На это указано и в исковом заявлении Управления. Данное решение на сайте размещено постоянно в хронологическом порядке среди иных актов и публикаций УЗИО г.Уфы и доступно любому заинтересованному лицу. Кроме того, до подачи иска об изъятии Управлением направлены ответчикам уведомления о принятии указанного решения с приложением его копии. На принятие УЗИО г.Уфы решения № от 21.10.2016г. как основание для изъятия перечисленных в нем объектов недвижимости указано и письменном отзыве, подписанном уполномоченным представителем УЗИО г.Уфы. На этом основании вышеуказанные сомнения ответчика ФИО11 суд признает несостоятельными.

Возражения представителей ФИО11 о незаконности решения № от 21.10.2016г. ввиду отсутствия правового основания - проекта межевания территории согласно ст.56.12 ЗК РФ суд отклоняет по следующим основаниям.

Статья 56.12 ЗК РФ устанавливает особенности изъятия земельных участков и (или) расположенных на них объектов недвижимости в целях комплексного развития территории по инициативе органа местного самоуправления. В соответствии с данной нормой изъятие осуществляется исключительно для муниципальных нужд и только тех земельных участков и иных объектов недвижимости, что расположены в границах территории, в отношении которой в соответствии с ГсК РФ принято решение о ее комплексном развитии по инициативе органа местного самоуправления (п.1 ст.56.12 ЗК РФ).

Решение об изъятии недвижимости для муниципальных нужд в целях комплексного развития территории принимается органом местного самоуправления, принявшим решение о комплексном развитии такой территории по инициативе органа местного самоуправления. Основаниями для принятия указанного решения являются утвержденные проект планировки территории и проект межевания территории (п.2 ст.56.12 ЗК РФ).

Согласно п.1 ст.46.10 ГсК РФ комплексное развитие территории по инициативе органа местного самоуправления является одним из видов деятельности по комплексному и устойчивому развитию территории. При этом в соответствии с п.3 ст.46.10 ГсК РФ такое решение может быть принято, если не менее 50 % от общей площади территории, предназначенной для указанной деятельности, занимают земельные участки:

1) на которых расположены объекты капстроительства (за исключением многоквартирных домов), признанные аварийными и подлежащими сносу;

2) на которых расположены объекты капстроительства (за исключением многоквартирных домов), подлежащие сносу, реконструкции согласно муниципальным адресным программам;

3) не соответствующие по видам разрешенного использования и (или) по видам разрешенного использования расположенных на них объектов капстроительства требованиям правил землепользования и застройки;

4) на которых расположены самовольные постройки.

Договор о комплексном развитии территории по инициативе органа местного самоуправления заключается с победителем открытого аукциона на право заключить указанный договор (п.10 ст.46.10 ГсК РФ). Аукцион проводится в порядке, установленном ст.46.11 ГсК РФ.

Таким образом, изъятие недвижимости в целях комплексного развития территории по инициативе органа местного самоуправления осуществляется с учетом особенностей, установленных ст.56.12 ЗК РФ. Указанная норма является специальной по отношению к другим нормам главы VII.1 ЗК РФ (ст.ст.56.2-56.11), устанавливающим общий порядок изъятия земельных участков для государственных или муниципальных нужд.

Из содержания решения № от 21.10.2016г. не следует, что оно принималось именно как решение об изъятии недвижимости в целях комплексного развития территории.

Ответчиками не представлено доказательств принятия Администрацией ГО г.Уфа РБ решения о комплексном развитии территории квартала №, в границах которого расположены спорные объекты недвижимости, по инициативе органа местного самоуправления. Также ими не представлено доказательств проведения открытого аукциона, по результатам которого был бы заключен с победителем договор о комплексном развитии территории по инициативе органа местного самоуправления. Не имеется в материалах дела и сведений о соответствии территории квартала № вышеизложенным требованиям п.3 ст.46.10 ГсК РФ, которые признавались бы основанием для принятия Администрацией ГО г.Уфа РБ решения о комплексном развитии территории этого квартала по инициативе органа местного самоуправления.

Кроме того, ст.56.12 ЗК РФ и ст.ст.46.10, 46.11 ГсК РФ были введены в соответствующие Кодексы Федеральным законом от 03.07.2016г. № 373-ФЗ, вступившим в силу с 01.01.2017г. согласно ст.10 данного Закона. В данном Законе нет положений, которые придавали бы обратную силу его нормам. Вследствие чего судом не усматривается оснований для применения при оценке законности решения № от 21.10.2016г., положений ст.56.12 ЗК РФ, в т.ч. и пункта 2, относящего к основаниям принятия решения об изъятии утвержденные проект планировки территории и проект межевания территории. 

Следовательно, решение № от 21.10.2016г. принято в соответствии с общим положением п.1 ст.56.3 ЗК РФ – на основании утвержденного проекта планировки территории. Данная норма не предусматривает в качестве обязательного условия для принятия решения об изъятии недвижимости для государственных или муниципальных нужд наличие также и утвержденного проекта межевания территории. Исключения, установленные в п.2 ст.56.3 ЗК РФ, не относятся к случаям изъятия в целях размещения объектов местного значения, в т.ч. автомобильных дорог. Напротив, указанные в этой норме исключения предусматривают возможность принятия решений об изъятии в отсутствие утвержденных проектов планировки территории, на что и обращено внимание Президиумом Верховного Суда РФ в Обзоре судебной практики 10.12.2015г.

Суд также принимает во внимание и то обстоятельство, что ФИО11 и иными ответчиками не оспорено решение № от 21.10.2016г. в порядке, установленном КАС РФ для оспаривания решений, действий (бездействия) органов власти и их должностных лиц. При этом решением Кировского районного суда г.Уфы от 03.05.2018г. по делу №а-3268/2018 отказано в удовлетворении административного иска ФИО11 к УЗИО г.Уфы о признании несоответствующим закону и недействительным указанного решения в части (решение не вступило в законную силу).

В отсутствие решения суда о признании недействительным полностью или в части решения № от 21.10.2016г. и иных доказательств его незаконности судом не усматриваются основания для использования по заявлению представителя ФИО11 такого способа защиты гражданских прав, установленного ст.12 ГК РФ, как неприменение судом акта органа местного самоуправления, противоречащего закону.

Обращает внимание суд и на противоречие возражений представителей ФИО11 о незаконности решения № от 21.10.2016г. письменным возражениям самой ФИО11 и заявлению ее другого представителя ФИО23, в которых они полагают возможным частичное изъятие приусадебного участка 

<

адрес>, т.е. фактически исходят из законности данного решения в части изъятия площади данного участка, расположенной в пределах красной линии 

<

адрес>. 

В связи с этим, вышеуказанные возражения представителей ФИО11 и других ответчиков и их представителей об отсутствии правовых оснований для принятия решения № от 21.10.2016г. суд отклоняет как основанные на неправильном толковании закона и противоречащие разъяснениям высшего судебного органа. 

В п.п.1-9 ст.56.6 ЗК РФ изложены требования к содержанию решения об изъятии.

Решение об изъятии может быть принято в отношении одного или нескольких земельных участков, в том числе подлежащих образованию. Оно принимается в отношении всех объектов недвижимости, расположенных на изымаемых земельных участках. Решение об изъятии может быть принято в отношении всех или некоторых земельных участков, расположенных в границах зоны планируемого размещения объекта местного значения, для строительства, реконструкции которого осуществляется такое изъятие. В нем должны быть указаны изымаемые земельные участки, в том числе подлежащие образованию, и расположенные на них объекты недвижимости, цель изъятия, реквизиты документов, в соответствии с которыми осуществляется изъятие. При этом отсутствие в ЕГРН сведений о зарегистрированных правах на изымаемые земельные участки и (или) на расположенные на них объекты недвижимости, отсутствие в ЕГРН сведений о координатах характерных точек границ изымаемого земельного участка, подлежащего изъятию, иные недостатки или неточности в сведениях об изымаемой недвижимости, наличие споров о правах на эту недвижимость не являются препятствием для принятия решения об изъятии. В случае перехода прав на изымаемые объекты недвижимости, а также образование из них другие объекты недвижимости не требуется принятия нового решения об изъятии или о внесении изменений в ранее принятое решение.

Решение № от 21.10.2016г. соответствует вышеуказанным требованиям. 

В п.1 решения содержится перечень подлежащих изъятию земельных участков, в т.ч. и земельный участок кадастровый № по 

<

адрес>. В п.2 решения в перечне подлежащих изъятию жилых и нежилых помещений в жилых домах значится жилой дом кадастровый № по 

<

адрес>. Согласно сведениям ЕГРН в состав указанного объекта в качестве его частей входят жилой дом и нежилое здание (нежилой пристрой) с кадастровыми номерами 02:55:010140:303, 02:55:010140:1202 соответственно. Преобразование жилого дома с кадастровым номером 02:55:010140:1185 в иные объекты, принадлежащие ответчикам, равно как и изменение их кадастровых номеров по решению органа государственной регистрации и кадастрового учета не требует принятия нового решения об изъятии или внесения изменений в ранее принятое.

Таким образом, решение № от 21.10.2016г. принято в соответствии с установленными законом основаниями изъятия недвижимости для муниципальных нужд и предусматривает изъятие всех принадлежащих ответчикам объектов недвижимости.

Возражения представителей ФИО11 и представителя других ответчиков ФИО24 о невыполнении требования ст.32 ЖК РФ о государственной регистрации решения об изъятии и обязанности по уведомлению собственников 

<

адрес> не позднее чем за год до предстоящего изъятия жилого помещения, что является, по их мнению, основанием для отказа в иске об изъятии, суд отклоняет как не основанные на законе.

Указанные положения, на которые ссылаются представители, ранее содержались в п.п.3, 4 ст.32 ЖК РФ. Со вступлением в действие Федерального закона от 31.12.2014г. № 499-ФЗ (с 01.04.2015г.) п.3 ст.32 ЖК РФ утратил силу, а п.4 ст.32 ЖК РФ изложен в новой редакции, не требующей направления собственнику жилого помещения не позднее чем за год до предстоящего изъятия уведомления о принятом уполномоченным органом решения об изъятии и дате его государственной регистрации. Согласно новой редакции пункта 4 этой статьи собственнику жилого помещения, подлежащего изъятию, направляется уведомление о принятом решении об изъятии земельного участка, а также проект соглашения об изъятии недвижимости для государственных или муниципальных нужд в порядке и в сроки, которые установлены федеральным законодательством. Аналогичные изменения внесены указанным Законом № 499-ФЗ в ГК РФ и ЗК РФ. 

Таким образом, с 01.04.2015г. к решению об изъятии объекта недвижимости не предъявляется требование о его государственной регистрации В связи с чем правовые последствия принятия этого решения в виде изъятия объекта недвижимости, в т.ч. в принудительном (судебном) порядке, не определяются осуществлением в отношении него такой регистрации путем внесения в государственный реестр (ЕГРН) записи об обременении (ограничении) права собственности на подлежащий изъятию объект. 

Согласно п.п.1,3 ст.7 ФЗ от 06.10.2003г. № 131-ФЗ «Об общих принципах организации местного самоуправления в РФ» (далее – Закон о МСУ) по вопросам местного значения органами местного самоуправления и должностными лицами местного самоуправления принимаются муниципальные правовые акты, подлежащие обязательному исполнению на всей территории муниципального образования. Устав муниципального образования относится к актам высшей юридической силы в системе муниципальных правовых актов, имеет прямое действие и применяется на всей территории муниципального образования (п.2 ст.43 Закона о МСУ).

В соответствии с п.2 ст.125 ГК РФ органы местного самоуправления в рамках их компетенции, установленной актами, определяющими статус этих органов, могут от имени муниципальных образований своими действиями приобретать и осуществлять имущественные и неимущественные права и обязанности, а также выступать в суде.

В соответствии п.8 ст.37 Закона о МСУ и п.9 Устава ГО г.Уфа РБ, утвержденного решением Совета ГО г.Уфа РБ от 15.12.2005г. №, структура Администрации ГО г.Уфа РБ утверждается Советом по представлению главы Администрации, в которую могут входить отраслевые (функциональные) и территориальные органы Администрации. По решению Совета указанные органы могут наделяться правами юридического лица.

Решением Совета ГО г.Уфа РБ от 26.02.2015г. № утверждена структура Администрации ГО г.Уфа РБ, в которую входят в качестве ее отраслевых (функциональных) органов, в числе прочих, УЗИО г.Уфы и УСРДИС Администрации г.Уфы, наделенные правами юридического лица.

Согласно п.1.2 Положения об УЗИО Администрации ГО г.Уфа РБ, утвержденного решением Совета ГО г.Уфа от 22.04.2015г. №, УЗИО г.Уфы является функциональным органом местного самоуправления, уполномоченным на осуществление деятельности Администрации ГО г.Уфа РБ по осуществлению прав владения, пользования и распоряжения имуществом, земельными участками, находящимися в муниципальной собственности ГО г.Уфа РБ, а также земельными участками, государственная собственность на которые не разграничена, в пределах установленных полномочий. К указанным полномочиям УЗИО г.Уфы отнесено также и принятие решений об изъятии земельных участков для муниципальных нужд, в том числе для размещения объектов местного значения (п.ДД.ММ.ГГГГ Положения). Для этого УЗИО г.Уфы обеспечивает выполнение действий по официальному опубликованию сообщения о планируемом изъятии земельных участков для государственных или муниципальных нужд и его размещению на официальных сайтах УЗИО г.Уфы и ГО г.Уфа РБ в сети Интернет, по подготовке соглашений об изъятии недвижимости и направлению проектов этих соглашений сторонам такого соглашения для подписания. Решения, распоряжения и приказы УЗИО г.Уфы, принятые в пределах его компетенции, являются обязательными для структурных подразделений Администрации ГО г.Уфа РБ, муниципальных предприятий и учреждений, других юридических и физических лиц (п.1.7 Положения).

Согласно п.1.1 Положения об УСРДИС Администрации ГО г.Уфа РБ, утвержденного решением Совета ГО г.Уфа РБ от 28.03.2013г. №, Управление является отраслевым (функциональным) подразделением Администрации ГО г.Уфа РБ, осуществляющим деятельность в области разработки проектной документации, выполнения работ по строительству, реконструкции, ремонту автомобильных дорог, искусственных сооружений и прилегающих территорий, реализации программ развития сети дорог и прилегающих территорий. Основной задачей Управления является разработка проектной документации, выполнение работ по строительству, реконструкции, ремонту автомобильных дорог, искусственных сооружений и прилегающих территорий, реализация программ развития сети дорог (п.2.1 Положения). Управление выступает заказчиком (застройщиком) по муниципальным контрактам и иным договорам в сфере деятельности Управления по проектированию, строительству, реконструкции (модернизации), капитальному ремонту, ремонту объектов дорожного хозяйства и прилегающих территорий, организует реализацию соответствующих городских программ (п.п.2.6, 2.7, 2.9 Положения). Управление участвует и представляет Администрацию ГО г.Уфа РБ в судах по вопросам, отнесенным к его компетенции (п.3.9 Положения).

Таким образом, решение № от 21.10.2016г. принято УЗИО г.Уфы в качестве органа, правомочного на принятие, в рамках предоставленных органом местного самоуправления полномочий, муниципальных правовых актов в целях реализации вопросов местного значения городского округа в сфере земельных отношений. Инициатором принятия данного решения является Управление. Согласно п.4 решения № от 21.10.2016г. УЗИО г.Уфы поручено Управлению произвести снос жилых и нежилых помещений в установленном законом порядке. 

На этом основании Управление в пределах установленной компетенции и по поручению уполномоченного органа вправе обратиться в суд с иском об изъятии спорных объектов недвижимости ввиду их расположения в зоне будущего расширения, до границ утвержденных красных линий, полос отвода дороги по 

<

адрес>. 

При этом Управление, являясь структурным (функциональным) подразделением исполнительного органа местного самоуправления - Администрации ГО г.Уфа РБ, действует в суде в качестве процессуального истца не в собственных интересах как муниципального органа и юридического лица, а в интересах муниципального образования – городского округа город Уфа РБ. Изъятие недвижимости по решению суда, принимаемого по такому иску, осуществляется не в целях передачи изъятой недвижимости в собственность или на ином виде права Управлению или иным органам, юридическим лицам, а для муниципальных нужд ГО г.Уфа РБ в целях выполнения положений принятых правовых актов в сфере градостроительной деятельности. Согласно ст.56.11 ЗК РФ и ст.60ФЗ от 13.07.2015г. № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости» такое изъятие влечет, после выплаты собственникам изъятой недвижимости установленного решением суда возмещения, переход этой недвижимости из частной собственности в собственность муниципального образования, для чьих нужд осуществлено это изъятие. 

В связи с этим, доводы ответчика ФИО11, ее представителей об отсутствии у Управления полномочий на подачу иска об изъятии недвижимости на основании принятого УЗИО г.Уфы решения и действие Управления в собственных интересах и (или) интересах иных органов, юридических лиц противоречат вышеизложенным положениям закона и муниципальных правовых актов и не принимаются во внимание судом.

В результате оценки представленных документов суд соглашается с доводами Управления и УЗИО г.Уфы о необходимости изъятия приусадебного участка в полном размере, со всеми основными и вспомогательными постройками 

<

адрес>, в связи со следующим. 

Целевым назначением и разрешенным использованием образуемых земельных участков признаются целевое назначение и разрешенное использование земельных участков, из которых при разделе, объединении, перераспределении или выделе образуются земельные участки (п.3 ст.11.2 ЗК РФ).

Согласно п.4 ст.11.9 ЗК РФ не допускается образование земельных участков, если их образование приводит к невозможности разрешенного использования расположенных на таких земельных участках объектов недвижимости.

Изъятие приусадебного участка влечет одновременное изъятие и снос основного жилого строения 

<

адрес> (литеры А,А3,а) с пристроем (литера А4), по месту расположения которого проходит красная линия 

<

адрес> этом надворные хозяйственные постройки и сооружения обладают лишь вспомогательными функциональными свойствами, обеспечивающими эксплуатацию жилого дома. Указанные жилое строение и вспомогательные постройки и сооружения имеют совместный правовой режим соответственно главной вещи и принадлежности, предназначенной для обслуживания главной вещи, связанной с ней общим назначением и следующей ее судьбе (ст.135 ГК РФ). Потому при изъятии и сносе жилого дома указанные постройки и сооружения, не имеющие самостоятельного функционального назначения в отсутствие жилого дома, не смогут использоваться их собственниками в качестве самостоятельных объектов недвижимости. 

На этом основании суд приходит к выводу, что в случае частичного изъятия приусадебного участка путем его раздела на два самостоятельных земельных участка по красной линии с оформлением в собственность ответчиков части этого участка, расположенной за пределами красной линии, такой вновь образованный земельный участок не может использоваться его собственниками в соответствии с установленным для прежнего приусадебного участка разрешенным использованием «для обслуживания индивидуального жилого дома и надворных построек». Это означает фактическую утрату таким преобразованным земельным участком своего назначения, что противоречит закону. 

Кроме того, частичное изъятие приусадебного участка вышеуказанным способом не соответствует положениям земельного и градостроительного законодательства.

Согласно п.8 ст.27, п.12 ст.85 ЗК РФ запрещается приватизация земельных участков в границах территорий общего пользования, в т.ч. земельных участков общего пользования, занятых улицами, проездами, автомобильными дорогами и т.п. объектами. Указанное означает, что нахождение в частной собственности земельного участка, часть площади которого налагается на территорию общего пользования, противоречит закону. 

В связи с этим, приусадебный участок 

<

адрес>, часть площади которого находится в границах красных линий, т.е. на территории общего пользования, предназначенной для размещения линейного объекта, подлежит изъятию. В то же время, изъятие полностью всего приусадебного участка обусловлено необходимостью соблюдения требований градостроительного регламента к предельным размерам земельных участков и их соответствию установленному виду разрешенного использования.

Согласно п.1 ст.36 ГсК РФ градостроительным регламентом определяется правовой режим земельных участков, равно как всего, что находится над и под поверхностью земельных участков и используется в процессе их застройки и последующей эксплуатации объектов капстроительства. Действие градостроительного регламента распространяется в равной мере на все земельные участки и объекты капстроительства, расположенные в пределах границ территориальной зоны, обозначенной на карте градостроительного зонирования (п.3 ст.36 ГсК РФ). Действие градостроительного регламента не распространяется на земельные участки, в частности, в границах территорий общего пользования, а также предназначенные для размещения линейных объектов и (или) занятые линейными объектами (пп.2,3 п.4 ст.36 ГсК РФ). 

Карта градостроительного зонирования и градостроительные регламенты являются частями Правил землепользования и застройки (п.2 ст.30 ГсК РФ). На карте градостроительного зонирования устанавливаются границы территориальных зон (п.4 ст.30 ГсК РФ). Применительно к каждой территориальной зоне устанавливаются виды разрешенного использования земельных участков и объектов капстроительства. Установление основных видов разрешенного использования указанных объектов является обязательным применительно к каждой территориальной зоне, в отношении которой устанавливается градостроительный регламент (п.2, 2.1 ст.37 ГсК РФ). Земельные участки должны соответствовать, в частности, предельным (минимальным и (или) максимальным) размерам, установленным градостроительным регламентом для соответствующей территориальной зоны (п.1 ст.38 ГсК РФ).

Согласно п.4 ст.85 ЗК РФ, п.8 ст.36 ГсК РФ земельный участок и прочно связанные с ним объекты недвижимости не соответствуют установленному градостроительному регламенту территориальных зон в случае, если виды их использования не входят в перечень видов разрешенного использования и (или) их размеры не соответствуют предельным значениям, установленным градостроительным регламентом.

Согласно п.1 ст.11.9 ЗК РФ предельные (максимальные и минимальные) размеры земельных участков, в отношении которых в соответствии с законодательством о градостроительной деятельности устанавливаются градостроительные регламенты, определяются такими градостроительными регламентами.

Правилами землепользования и застройки ГО г.Уфа РБ, утвержденными решением Совета ГО г.Уфа РБ от 22.08.2008г. № (далее - Правила) утвержден градостроительный регламент, определены виды и границы территориальных зон согласно карте градостроительного зонирования территории ГО г.Уфа.

Согласно п.11 ст.3 Правил градостроительный регламент включает в себя основные и вспомогательные виды разрешенного использования земельных участков и объектов капстроительства, а также условно разрешенные виды использования, требующие получения разрешения по результатам специального согласования, в т.ч. с применением процедуры публичных слушаний. 

Согласно п.3 ст.6 Правил земельные участки и объекты капстроительства, существовавшие на законных основаниях до введения в действие Правил или до внесения в них изменений, являются несоответствующими Правилам в части видов функционального использования, установленных градостроительным регламентом, в случаях, когда эти объекты, в частности, имеют вид использования, который не поименован как разрешенный для соответствующей территориальной зоны в главе 13 Правил, или имеют параметры меньше (площадь и линейные размеры земельных участков, отступы построек от границ участка) или больше (плотность застройки – высота/этажность построек, процент застройки, коэффициент использования земельного участка) значений, установленных главой 14 Правил к соответствующей территориальной зоне.

Все изменения не соответствующих Правилам объектов капстроительства, в виде изменения видов и интенсивности их использования, строительных параметров, могут производиться только в направлении приведения их в соответствие с требованиями ГсК РФ, градостроительными регламентами и Правилами. Изменение несоответствующего вида разрешенного использования земельного участка и объекта капстроительства, установленного градостроительным регламентом в составе Правил, на иной запрещенный вид функционального использования не допускается (п.2 ст.7 Правил).

При этом виды использования, отсутствующие в списках главы 13 Правил, являются запрещенными для соответствующей территориальной зоны и не могут быть разрешены, в т.ч. и путем специальных согласований (п.11 ст.3 Правил).

На момент принятия УЗИО г.Уфы решения № от 21.10.2016г. Правила действовали в редакции решения Совета ГО г.Уфа РБ от 20.03.2013г. № с изменениями, внесенными решением Совета ГО г.Уфа РБ от 31.05.2016г. №. В ст.43.1, п.1 ст.45 Правил, таблица № «Предельные (минимальные и (или) максимальные) размеры земельных участков и предельные параметры разрешенного строительства, реконструкции объектов капитального строительства» была установлена минимальная площадь для усадебной застройки индивидуальными жилыми домами на территории г.Уфы не менее 0,15 га (1500 кв.м).

Между тем, площадь приусадебного участка 

<

адрес> составляет 1 199 кв.м, что меньше указанного предельного минимального размера земельного участка. Это свидетельствует о несоответствии приусадебного участка действовавшему на дату принятия решения № от 21.10.2016г. градостроительному регламенту в части предельных размеров земельных участков для индивидуального жилищного строительства. В случае только частичного изъятия приусадебного участка по границе красной линии 

<

адрес> его размер уменьшился бы. В связи с этим, суд соглашается с доводами УЗИО г.Уфы и Управления, что такой способ изъятия привел бы к увеличению степени несоответствия приусадебного участка по его размеру требованиям градостроительному регламенту, что запрещено законом и Правилами. 

Как следует из письма Главархитектуры г.Уфы исх.№/РД от 15.03.2018г., данному в ответ на запрос суда, земельный участок кадастровый № находится в территориальной зоне ОД-1 (общественно-деловая зона), предназначенной для широкого спектра коммерческих и обслуживающих функций застройки, формирующей общественно-деловой центр на территории исторического Центра городского округа, включающий объекты социального, культурного, спортивного назначений республиканского, городского значений с ограничением высоты новых объектов капитального строительства до 5 этажей в зоне регулирования застройки согласно историко-архитектурному регламенту, примыкающей к охранным зонам объектов культурного наследия (ст.43.2 Правил). К письму приложен фрагмент (выкопировка) из карты градостроительного зонирования из состава Правил, позволяющей визуально определить расположение указанного земельного участок вместе с находящимися на нем жилым домов № с хозпостройками на территории, относящейся к зоне ОД-1.

Согласно п.2 ст.85 ЗК РФ, п.4 ст.30 ГсК РФ границы территориальных зон должны отвечать требованию принадлежности каждого земельного участка только к одной территориальной зоне. Формирование одного земельного участка из нескольких земельных участков, расположенных в различных территориальных зонах, не допускается. Для земельных участков, расположенных в границах одной территориальной зоны, устанавливается единый градостроительный регламент.

На этом основании суд признает необоснованным утверждение ФИО11 и других ответчиков о расположении приусадебного участка 

<

адрес> одновременно в двух территориальных зонах ОД-1 и Ж-2, а значит, и о возможности применения к одному и тому же земельному участку различных требований градостроительного регламента, установленных для указанных зон. 

При этом суд отмечает, что на дату принятия решения № от 21.10.2016г., до внесения в Правила изменений решением Совета ГО г.Уфа РБ от 28.06.2017г. №, согласно ст.44 Правил, таблица № применительно к зоне ОД-1 вид разрешенного использования «отдельно стоящие индивидуальные жилые дома на одну семью, коттеджи» относился к условно разрешенным видам использования. Предельные размеры земельных участков, указанные в ст.45 Правил, таблица №, были установлены для основных разрешенных видов использования, к которым в зоне ОД-1 относились многоквартирные жилые дома малой и средней этажности, а также блокированные жилые дома. Для размещения данных домов предельный минимальный размер земельного участка был установлен на тот момент в 0,10 га. Индивидуальный жилой дом, каковым является 

<

адрес>, не относится ни к одному из указанных видов домов. Вследствие чего не имелось основания для применения к занимаемому домом № приусадебному участку требований градостроительного регламента, установленных к предельным размерам земельных участков, расположенных в зоне ОД-1 и предназначенных для размещения других видов жилых домов. 

В связи с этим суд признает несостоятельным довод ответчиков о соответствии площади приусадебного участка 

<

адрес> предельному минимальному размеру земельного участка в 0,10 га, установленному для жилых домов в зоне ОД-1.

Таким образом, суд признает обоснованным довод УЗИО г.Уфы и Управления, что раздел земельного участка, в т.ч. и в целях его частичного изъятия, на дату принятия решения № от 21.10.2016г. не мог быть осуществлен ввиду нарушения таким разделом требований градостроительного регламента, установленного для территориальной зоны, в которой находится данный участок. 

Подлежащие изъятию согласно решению № от 21.10.2016г. земельные участки, в т.ч. и приусадебный участок 

<

адрес>, являются едиными объектами недвижимости, имеющими характеристики, позволяющие определить их в качестве индивидуально определенной вещи, что подтверждается постановкой их на кадастровый учет (п.1 ст.6 ЗК РФ, п.7 ст.1 ФЗ «О государственной регистрации недвижимости»). Частичное изъятие земельного участка означает необходимость образования из него двух самостоятельных объектов недвижимости, один из которых изымается под размещение объекта местного значения, а другой остается в собственности владельца преобразованного земельного участка. В этом случае согласно п.4 ст.56.6 ЗК РФ в решении об изъятии должны быть указаны изымаемые земельные участки, в т.ч. земельные участки, подлежащие образованию, и расположенные на них объекты недвижимости. К решению об изъятии должна быть приложена утверждаемая им схема расположения земельного участка, если подлежащие изъятию земельные участки предстоит образовать и отсутствует утвержденный проект межевания территории, в границах которой предусмотрено образование таких земельных участков (п.5 ст.56.6 ЗК РФ).

Между тем решением № от 21.10.2016г. не утверждалась схема расположения земельных участков, которая предусматривала бы образование новых земельных участков под реконструкцию дороги по 

<

адрес> путем раздела подпадающих в зону расширения этой дороги в результате ее реконструкции. Проекта межевания территории квартала №, в границах которого расположены спорные объекты недвижимости, как указывает УЗИО г.Уфы в своем отзыве, также не утверждено. 

Доказательств обратного ответчиками суду не представлено. 

Таким образом, суд приходит к выводу, что решение № от 21.10.2016г. об изъятии в полном размере указанных в нем земельных участков было принято в соответствии с положениями закона и действовавшими на дату его принятия требованиями градостроительного регламента, утвержденного в составе Правил землепользования и застройки ГО г.Уфа РБ, применительно к территориальной зоне ОД-1.

После принятия УЗИО г.Уфы решения № от 21.10.2016г. в Правила на основании решения Совета ГО г.Уфа РБ от 28.06.2017г. № были внесены изменения. Согласно этим изменениям вид использования «индивидуальное жилищное строительство высотой не выше трех надземных этажей» отнесен в соответствии со ст.44 Правил, таблицей № «Виды разрешенного использования земельных участков и объектов капитального строительства по территориальным зонам городского округа» к запрещенному (неразрешенному) в зоне ОД-1 виду использования земельных участков и объектов капстроительства. Причем такой запрет действует в отношении всех расположенных в этой зоне земельных участков вне зависимости от их размера.

Согласно п.5 ст.11.9 ЗК РФ не допускается раздел, перераспределение или выдел земельных участков, если сохраняемые в отношении образуемых земельных участков обременения (ограничения) не позволяют использовать указанные земельные участки в соответствии с разрешенным использованием.

Таким образом, согласно действующему градостроительному регламенту на территории ГО г.Уфа в настоящее время полностью исключается возможность раздела или иного преобразования земельных участков, находящихся в зоне ОД-1 и используемых под индивидуальную жилую застройку, с сохранением в их отношении данного разрешенного использования («для индивидуального жилищного строительства», код 2.1, согласно Классификатору видов разрешенного использования земельных участков, утвержденному приказом Минэкономразвития России от 01.09.2014г. №).

Следовательно, раздел приусадебного участка 

<

адрес> по красной линии или в любой иной конфигурации в целях его частичного изъятия противоречит положениям закона и Правил землепользования и застройки ГО г.Уфа РБ.

Доводы ответчиков о несоответствии изъятия для муниципальных нужд приусадебного участка 

<

адрес> полном размере принципу исключительности, установленному в ст.49 ЗК РФ, противоречат вышеназванным номам ЗК РФ и ГсК РФ. 

Решение № от 21.10.2016г. принято по основаниям, предусмотренным ст.ст.49, 56.3 ЗК РФ, и с учетом положений градостроительного законодательства, в т.ч. и Правил землепользования и застройки ГО г.Уфа РБ, об ограничениях использования земельных участков и объектов недвижимости в соответствии видами разрешенного использования, установленными градостроительным регламентом в отношении территориальных зон в городской черте ГО г.Уфа. Целью изъятия земельных участков для государственных или муниципальных нужд является обеспечение комплексного и устойчивого развития территории, в т.ч. городов и иных поселений, путем осуществления на этой территории градостроительной деятельности. Данная деятельность осуществляется на основе территориального планирования, градостроительного зонирования и планировки территории (ст.ст.1, 2 ГсК РФ). Статья 49 ЗКРФ, иные нормы федеральных законов устанавливают основания изъятия земельных участков для государственных или муниципальных нужд исходя из необходимости правового обеспечения комплексного и устойчивого развития территории, на которой производится такое изъятие. В связи с этим, указанные нормы должны применяться во взаимосвязи с требованиями других норм земельного и градостроительного законодательства, регламентирующими условия и ограничения по использованию земельных участков и объектов капстроительства в пределах территории, в целях развития которой производится изъятие недвижимости.

Свои доводы ФИО11 ее представители и другие ответчики о возможности частичного изъятия приусадебного участка и 

<

адрес> отсутствии оснований для их полного изъятия в целях реконструкции дороги также обосновывают разъяснениям, данными Главархитектурой г.Уфы в письме исх.№/РД от 15.03.2018г. Для чего суду ФИО11 представлена копия этого письма для приобщения к материалам дела в качестве доказательства. Из содержания данного письма следует, что согласно базе данных Главархитектуры г.Уфы 

<

адрес> (около 7 кв.м) частично попадает в границы красных линий 

<

адрес> участок кадастровый № частично (около 19 кв.м) расположен на территории общего пользования в границах существующих красных линий в соответствии с решением Совета ГО г.Уфа РБ от 28.01.2015г. № «О резервировании земель в границах ГО г.Уфа РБ для муниципальных нужд». Указанный участок находится в зоне ОД-1. Также сообщается, что проектом планировки центра г.Уфы на территории 

<

адрес> предусмотрено строительство многоэтажных домов.

В ходе судебного процесса представителем Управления заявлено о подложности представленного указанным ответчиком доказательства.

Согласно ст.186 ГПК РФ в случае заявления о том, что имеющееся в деле доказательство является подложным, суд может для проверки этого заявления назначить экспертизу или предложить сторонам представить иные доказательства.

Согласно п.6 ст.67 ГПК РФ при оценке копии документа или иного письменного доказательства суд проверяет, не произошло ли при копировании изменение содержания копии документа по сравнению с его оригиналом, с помощью какого технического приема выполнено копирование, гарантирует ли копирование тождественность копии документа и его оригинала, каким образом сохранялась копия документа.

Судом было предложено ФИО11 представить оригинал письма исх.№/РД от 15.03.2018г. для сличения с представленной ею копией с целью выявления наличия или отсутствия искажения текста письма. 

ФИО11 уклонилась от своевременного исполнения предложения суда, не явившись на следующее судебное заседание и не представив имеющийся у нее оригинал. 

Оригинал письма исх.№/РД от 15.03.2018г. (контрольный экземпляр Главархитектуры г.Уфы) представлен суду представителем Управления, с приложением заявления ФИО11 от 22.02.2018г. Копии этих документов приобщены к материалам дела. Путем сличения текста данного письма с текстом, содержащимся в представленной указанным ответчиком светокопии письма, судом выявлено несоответствие их содержания. Это несоответствие выражается в отсутствии в копии последних двух строк текста, имеющегося на первой странице оригинала, следующего содержания: «При принятии решения о демонтаже, сносе, дома подлежат сносу полностью, а не частично». В остальном содержание текстов оригинала и копии идентичны. Следовательно, при копировании произошло изменение содержания копии письма по сравнению с его оригиналом. 

На основании ст.ст.55, 186 ГПК РФ суд признает представленную ФИО11 копию письма исх.№/РД от 15.03.2018г. ( т. 3 л.д.37) недостоверным доказательством и исключает его из перечня исследуемых в судебном заседании иных доказательств по делу.

ФИО11 указанное несоответствие представленной ею суду копии письма оригиналу этого письма, направленному в ее адрес Главархитектурой г.Уфы и имеющегося у нее на руках, объяснено случайным искажением его содержания при копировании. 

При этом суд критически оценивает объяснение ФИО11 о несоответствии представленной суду копии оригиналу письма №/РД случайным искажением его содержания при копировании.

Согласно заявлению ФИО11 от 22.02.2018г. в Главархитектуру г.Уфы, из поставленных ею трех взаимосвязанных вопросов второй вопрос направлен на выяснение конкретного размера площади 

<

адрес>, попадающей, по мнению заявителя, под демонтаж при реконструкции участка дороги по 

<

адрес>. В письме №/РД Главархитектурой г.Уфы дан полный ответ на все три вопроса. Причем отсутствующая в копии письма часть текста относится к разъяснению данного органа, что частичное нахождение 

<

адрес> границах красной линии не означает возможность его частичного демонтажа, а напротив, что при изъятии этот дом подлежит сносу полностью. Данное разъяснение прямо противоречит доводам, изложенным в письменных возражениях ФИО11 и других ответчиков о возможности частичного изъятия 

<

адрес> путем его раздела в натуре по красной линии. 

С учетом того, что содержащиеся в указанном письме другие сведения и разъяснения Главархитектуры г.Уфы положены ответчиками в основу их возражений, а также ходатайства представителя ФИО11 ФИО23 о назначении строительно-технической экспертизы, представление суду полного текста этого письма не соответствовало бы вышеозначенной позиции ФИО11 и ее представителя. В результате оценки данных доказательств и с учетом последующего поведения ФИО11, представившей суду оригинал письма только после того, как контрольный экземпляр этого письма был представлен другой стороной по делу, суд приходит к выводу, что искажение содержания письма при его копировании произошло преднамеренно. Целью такого искажения являлось представление копии суду, содержание которой, по мнению ФИО11, полностью подтверждало бы ее возражения на иск об изъятии.

Согласно ст.35 ГПК РФ лица, участвующие в деле, должны добросовестно пользоваться всеми принадлежащими им процессуальными правами. При неисполнении процессуальных обязанностей указанными лицами наступают последствия, предусмотренные законодательством о гражданском судопроизводстве.

Вышеизложенное свидетельствует о злоупотреблении ответчиком ФИО11 своими процессуальными правами, выразившемся в попытке ввести суд в заблуждение относительно обстоятельства по делу и получить преимущество от своего неправомерного поведения перед другой стороной по делу.

В то же время суд отмечает, что данные в письме исх.№/РД от 15.03.2018г. в нем разъяснения не противоречат доводам Управления и УЗИО г.Уфы. Сведения о частичном нахождении в границах красной линии приусадебного участка и 

<

адрес> изложены в исковом заявлении Управления и данный факт установлен судом на основании иных доказательств по делу. Информация Главархитектуры г.Уфы, что проектом планировки центра г.Уфы на территории 

<

адрес> предусмотрено многоэтажное жилищное строительство, не означает, что изъятый приусадебный участок этого дома впоследствии будет предоставлен третьему лицу под указанное строительство. Сам по себе факт нахождения земельного участка в территориальной зоны, предназначенной для размещения определенных видов объектов капстроительства, не свидетельствует о том, что на этом месте будет непосредственно возводиться объект капстроительства соответствующего назначения. Градостроительное зонирование территории осуществляется путем разработки документации по планировке территории. Такое зонирование необходимо для определения границ территориальных зон, в пределах которых допускается размещение новых объектов в соответствии с установленными градостроительным регламентом для соответствующей зоны видами разрешенного использования земельных участков и объектов капстроительства (ст.ст. 34-36 ГсК РФ).

При этом согласно положениям ст.ст.39.11, 39.16 ЗК РФ в случае изъятия земельного участка для государственных или муниципальных нужд такой участок не может быть предоставлен какому-либо лицу в собственность или аренду для целей, не соответствующих цели изъятия, вне зависимости от того, в какой территориальной зоне расположен изъятый земельный участок. Данные положения закона подлежат учету при определении юридической судьбы изъятого для соответствующих нужд земельного участка. При этом правомочия по распоряжению земельным участком, изъятым для муниципальных нужд, принадлежат осуществившему это изъятие органу местного самоуправления.

На основании вышеизложенного, земельный участок по 

<

адрес> подлежит изъятию в полном размере вместе с расположенными на нем жилым домом с пристроем и со всеми вспомогательными постройками и сооружениями без исключения. 

Действующим законодательством установлен досудебный порядок урегулирования спора, связанного с изъятием недвижимости для государственных или муниципальных нужд, включающий уведомление собственников изымаемой недвижимости о принятом решении об изъятии и направление им предложения о заключении соглашения об изъятии недвижимости по ее рыночной стоимости.

В вышеуказанном Обзоре судебной практики от 10.12.2015г. Президиум Верховного Суда РФ обращает внимание, что с ДД.ММ.ГГГГ подробно регламентирован порядок выявления лиц, чьи земельные участки и (или) расположенные на них объекты недвижимости подлежат изъятию, и уведомления таких лиц о планируемом изъятии (ст.56.5 ЗК РФ), а также о принятом решении об изъятии земельного участка (ст.56.6 ЗК РФ), к которым также применяются правила о юридически значимом сообщении (ст.165.1 ГК РФ). При рассмотрении дел по спорам, возникающим в связи с принятием таких решений об изъятии, необходимо учитывать, что бремя доказывания факта соблюдения соответствующих требований земельного законодательства, направления соответствующих сообщений и их доставки адресату лежит на лице, направившем сообщение. 

В соответствии с п.10 ст.56.6 ЗК РФ в течение десяти дней со дня принятия решения об изъятии принявший его уполномоченный орган:

1) осуществляет размещение решения об изъятии на своем официальном сайте в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет»;

2) обеспечивает опубликование решения об изъятии в порядке, установленном для официального опубликования (обнародования) муниципальных правовых актов уставом поселения, городского округа по месту нахождения земельных участков, подлежащих изъятию;

3) направляет копию решения об изъятии правообладателям изымаемой недвижимости письмом с уведомлением о вручении по почтовым адресам, указанным в заявлениях об учете прав на недвижимость, либо в случае отсутствия указанных адресов по почтовым адресам, указанным в ЕГРН;

4) направляет копию решения об изъятии в орган регистрации прав;

5) направляет организации, подавшей ходатайство об изъятии, на основании которого осуществляется изъятие земельных участков для государственных или муниципальных нужд (при наличии такого ходатайства), копию решения об изъятии, сведения о правообладателях изымаемой недвижимости.

При этом правообладатель изымаемой недвижимости считается уведомленным о принятом решении об изъятии со дня получения копии решения об изъятии или со дня возврата отправителю в соответствии с ФЗ от 17.07.1999г. № 176-ФЗ «О почтовой связи» заказного письма (п.11 ст.56.6 ЗК РФ). Решение об изъятии действует в течение трех лет со дня его принятия (п.13 ст.56.6 ЗК РФ). Решение об изъятии может быть обжаловано в суд (п.14 ст.56.6 ЗК РФ).

В целях подготовки соглашения об изъятии недвижимости уполномоченный орган либо организация, подавшая ходатайство об изъятии, выступает заказчиком работ по оценке изымаемой недвижимости, осуществляют переговоры с ее правообладателем относительно условий изъятия, осуществляет подготовку соглашения об изъятии недвижимости, направляют проект соглашения об изъятии недвижимости сторонам такого соглашения для подписания (п.1 ст.56.7 ЗК РФ).

Соглашение об изъятии недвижимости заключается в письменной форме между правообладателем изымаемой недвижимости и уполномоченным органом, а в случае, если изъятие осуществляется на основании ходатайства об изъятии, также организацией, подавшей такое ходатайство (п.1 ст.56.9 ЗК РФ).

Согласно ст.56.8 ЗК РФ размер возмещения за изымаемые земельные участки подлежит определению в соответствии с ФЗ от 29.07.1998г. № 135-ФЗ «Об оценочной деятельности в Российской Федерации». В случае одновременного изъятия вместе с земельным участком расположенных на нем и принадлежащих его правообладателю объектов недвижимости, в размер возмещения включается рыночная стоимость этих объектов. Размер возмещения определяется не позднее чем за шестьдесят дней до направления правообладателю земельного участка соглашения об изъятии недвижимости. Размер возмещения за принадлежащий нескольким лицам на праве общей собственности изымаемый земельный участок и (или) расположенный на нем объект недвижимости определяется пропорционально долям в праве общей собственности. Отчет об оценке, составленный в целях определения размера возмещения, действителен вплоть до подписания в соответствии со ст.56.9 ЗК РФ соглашения об изъятии либо до решения суда о принудительном изъятии земельного участка и (или) расположенных на нем объектов недвижимого имущества для государственных или муниципальных нужд.

Согласно ст.56.10 ЗК РФ проект соглашения об изъятии недвижимости с приложением кадастровых паспортов изымаемых объектов недвижимости и отчета об оценке их рыночной стоимости направляется заказным письмом с уведомлением о вручении по адресу проживания (регистрации) правообладателя. Проект соглашения об изъятии считается полученным правообладателем со дня вручения ему указанного заказного письма или со дня возврата этого письма отправителю в соответствии с ФЗ «О почтовой связи» данного заказного письма, если иное не предусмотрено пунктом 7 указанной статьи. Организация, подавшая ходатайство об изъятии, вправе вручить проект соглашения правообладателю изымаемой недвижимости с распиской в получении. При отказе правообладателя от получения проекта соглашения на нем делается отметка об отказе в получении. При этом такой правообладатель считается надлежащим образом получившим указанный проект соглашения. Если по истечении девяноста дней со дня получения правообладателем изымаемой недвижимости проекта соглашения об изъятии не представлено подписанное соглашение об изъятии недвижимости, уполномоченный орган либо организация, на основании ходатайства которой принято решение об изъятии, имеют право обратиться в суд с иском о принудительном изъятии земельного участка и (или) расположенных на нем объектов недвижимости.

Согласно п.3 ст.239.2 ГК РФ отчуждение зданий, сооружений, помещений, расположенных в таких зданиях, сооружениях, объектов незавершенного строительства в связи с изъятием земельного участка для государственных или муниципальных нужд осуществляется по правилам, предусмотренным для изъятия земельных участков для государственных или муниципальных нужд.

Установленный в ст.32 ЖК РФ порядок изъятия для государственных или муниципальных нужд жилых помещений (жилых домов или жилых помещений в многоквартирных домах), расположенных на земельных участках, подлежащих изъятию для соответствующих нужд, аналогичен вышеизложенному порядку изъятия земельных участков.

Таким образом, действующим законодательством предусмотрено, что в случае нахождения на земельном участке, подлежащем изъятию для государственных или муниципальных нужд, иных объектов недвижимости, изъятие такого земельного участка производится одновременно с указанными объектами. Размер выкупной цены, подлежащей выплате собственнику изымаемых земельного участка и находящихся на нем объектов недвижимости, определяется как сумма их рыночной стоимости.

Исходя из представленных Управлением документов суд приходит к выводу, что установленный законом досудебный порядок урегулирования спора по изъятию недвижимости для муниципальных нужд соблюден.

Управлением каждому из ответчиков направлена письмом с уведомлением о вручении по почтовым адресам по месту их проживания (регистрации по месту жительства) либо вручена под расписку копия решения об изъятии недвижимости (уведомления исх.№№, 93-03-026, 93-03-027, 93-03-028 от 06.03.2017г.).

Впоследствии по заявке Управления оценочной организацией ООО «Уфа-Оценка» проведена оценка рыночной стоимости домовладения № и приусадебного участка.

Согласно представленному отчету об оценке №-Н-008/3 от 21.04.2017г. рыночная стоимость указанного домовладения по состоянию на 21.04.2017г. составляла в общей сумме 8 299 354,3 руб., в т.ч. стоимость приусадебного участка в сумме 5 747 486 руб. 

На основании указанного отчета об оценке был произведен расчет размера возмещения в денежной форме, подлежащего выплате собственникам дома пропорционально их долям на дом и приусадебный участок, а также размер возмещения ФИО1 за принадлежащие ему лично отдельные объекты недвижимости. Ответчикам направлены письмами с уведомлением о вручении либо вручены под расписку подписанные Управлением экземпляры проектов трехсторонних соглашений об изъятии недвижимости (с указанием в них в качестве третьей стороны УЗИО г.Уфы как уполномоченного на изъятие органа) с приложением заключительной части отчета №-Н-008/3 от 21.04.2017г. (письма исх.№№, 93-03-080, 93-03-081 от 05.06.2017г.). Данные письма направлены ответчикам не позднее шестидесяти дней со дня составления отчета об оценке. В указанных письмах ответчикам предлагалось явиться в Управление с паспортом и реквизитами своего банковского счета для перечисления денежного возмещения в целях подготовки и последующего подписания соответствующего соглашения об изъятии недвижимости.

Заказное письмо исх.№ от 05.06.2017г. в адрес ФИО12 и ФИО13 возвращено в Управление 12.07.2017г. с отметкой почтовой службы об истечении срока хранения. Согласно отметке в контрольном экземпляре Управления письма № проект соглашения вручен лично под роспись 06.07.2017г. ФИО14, являющемуся отцом несовершеннолетнего ФИО12 ДД.ММ.ГГГГ года рождения. 

Согласно п.1 ст.64 Семейного кодекса РФ защита прав и интересов детей возлагается на их родителей. Родители являются законными представителями своих детей и выступают в защиту их прав и интересов в отношениях с любыми физическими и юридическими лицами, в т.ч. в судах, без специальных полномочий.

Местом жительства несовершеннолетних, не достигших четырнадцати лет (малолетних), признается место жительства их законных представителей - родителей, усыновителей или опекунов (п.2 ст.20 ГК РФ). Гражданско-правовые сделки, за исключением указанных в п.2 ст.28 ГК РФ, за малолетних могут совершать от их имени только их законные представители (п.1 ст.28 ГК РФ).

Письмо исх.№ от 05.06.2017г. направлено по известному Управлению адресу проживания несовершеннолетнего ФИО12, которым признается место постоянного проживания (регистрации) его законного представителя ФИО14 - г.Уфа, 

<

адрес>. Присутствовавшим ранее в судебных заседаниях ФИО14 не отрицалось получение им при личной явке в Управление указанного письма с проектом соглашения об изъятии доли в недвижимости, принадлежащей его сыну ФИО12 Подлинность своей подписи в контрольном экземпляре письма о его получении с указанным в нем приложением ФИО14 под сомнение в суде не ставилось.

ФИО14 также было получено по почте письмо исх.№ от 06.03.2017г., также адресованное ФИО12 и ФИО13, о предстоящем изъятии с приложением копии решения № от 21.10.2016г., что подтверждается уведомлением о вручении почтового отправления от 18.03.2017г.

Это свидетельствует о неоднократном совершении ФИО14 юридически значимых действий в интересах своего несовершеннолетнего сына ФИО12 Сведений о лишении ФИО14 родительских прав в отношении ФИО12 и установлении над ним опеки с возложением функций опекуна на другое лицо в материалах дела не имеется. 

На этом основании суд признает установленным факт получения несовершеннолетним ФИО12 в лице действующего в его интересах законного представителя ФИО14 проекта соглашения об изъятии недвижимости. 

В связи с этим, суд отклоняет как противоречащее закону заявление представителя ФИО25 ФИО24 об отсутствии доказательств вручения несовершеннолетнему ФИО12 проекта указанного соглашения.

При оценке доказательств доставки ФИО13 адресованного также и ей вышеуказанного письма исх.№ от 05.06.2017г. суд исходит из следующего.

Согласно п.1 ст.165.1 ГК РФ заявления, уведомления, извещения, требования или иные юридически значимые сообщения, с которыми закон или сделка связывает гражданско-правовые последствия для другого лица, влекут для этого лица такие последствия с момента доставки соответствующего сообщения ему или его представителю. Сообщение считается доставленным и в тех случаях, если оно поступило лицу, которому оно направлено (адресату), но по обстоятельствам, зависящим от него, не было ему вручено или адресат не ознакомился с ним.

На основании п.1 ст.165.1 ГК РФ и п.6 ст.56.10 ЗК РФ суд признает установленным факт получения ФИО13 проекта соглашения об изъятии недвижимости со дня возврата направленного в ее адрес письма № от 05.06.2017г. – с 12.07.2017г.

Заявление представителя ФИО11, об отсутствии доказательств направления Управлением ФИО11 проекта соглашений об изъятии недвижимости суд отклоняет как противоречащее материалам дела.

Согласно данным в Обзоре судебной практики от 10.12.2015г. Президиумом Верховного Суда РФ разъяснениям, юридически значимым обстоятельством, подлежащим установлению судом при проверке соблюдения осуществляющим изъятие недвижимости органом требований закона по направлению собственнику этой недвижимости проекта соглашения об изъятии, является получение этим собственником самого этого проекта, содержащего существенные условия предлагаемого к заключению соглашения. Факт получения этого проекта соглашения может быть установлен судом на основании уведомления почтовой службы о вручении заказного письма адресату под роспись либо отметки этой службы в уведомлении о возврате данного заказного письма отправителю по основаниям, установленным ФЗ «О почтовой связи» (п. 6 ст.56.10 ЗК РФ). Данное обстоятельство может быть подтверждено изымающим органом путем предъявления суду документа, на котором имеется подпись собственника недвижимости о вручении ему лично проекта соглашения. В этом случае необходимость по направлению изымающим органом такому собственнику заказного письма с приложением проекта соглашения отпадает.

В материалах дела имеется копия проекта соглашения об изъятии, стороной которого указана ФИО11, содержащего сведения о размере принадлежащей ей доли на изымаемую недвижимость и размере предлагаемого выплате ей возмещения. На этой копии имеется подпись ФИО11 о получении проекта соглашения на руки 13.06.2017г. Аналогичная подпись ФИО11 имеется в письме № от 06.03.2017г. о направлении ей уведомления о предстоящем изъятии с приложением копии решения № от 21.20.2016г. Эти копии письма и проекта соглашения были приложены к исковому заявлению Управления. 

Присутствующей в судебном заседании ФИО11 получение лично на руки указанного проекта соглашения об изъятии не отрицалось, подлинность своей подписи в контрольном экземпляре проекта этого соглашения ею под сомнение не ставилось.

На этом основании суд признает установленным факт получения ФИО11 проекта соглашения об изъятии недвижимости 13.06.2017г.

Лицами, участвующими в деле, являются стороны, третьи лица, прокурор, иные указанные в законе лица (ст.34 ГПК РФ). Граждане вправе вести свои дела в суде лично или через представителей (п.1 ст.48 ГПК РФ). Представитель вправе совершать от имени представляемого все процессуальные действия (ст.54 ГПК РФ).

По смыслу указанных норм, представитель в суде совершает процессуальные действия от имени и в интересах представляемого им лица, т.к. он не обладает самостоятельной процессуальной правоспособностью, признаваемой законом только за участвующими в деле лицами. Поэтому все действия представителя, совершенные им в судебном процессе, считаются совершенными непосредственно его доверителем и влекут возникновение у него соответствующих процессуальных прав и обязанностей. Вследствие чего, действия и заявления представителя в суде, свидетельствующие о его недобросовестном использовании процессуальных прав, признаются совершенными представляемым им лицом.

При очевидном противоречии заявления представителя о неполучении ее доверителем ФИО11 проекта соглашения об изъятии имеющимся в деле доказательствам, такое заявление должно расцениваться как явная попытка данного представителя ввести суд в заблуждение относительно юридически важного обстоятельства по делу. С учетом того, что данное заявление сделано в присутствии самой ФИО11 и фактически с ее одобрения, такое поведение суд квалифицирует как злоупотребление указанным ответчиком своими процессуальными правами.

При оценке заявления ответчика ФИО9 о неполучении его дочерью ФИО7 проекта соглашения об изъятии принадлежащей ей доли на недвижимости суд исходит из следующего.

Как утверждается ФИО9, причиной неполучения ФИО7 проекта соглашения явилось непроживание ее в 

<

адрес> ввиду достижения ею совершеннолетия и выезда в другое место жительства. 

Нормы главы VII.1 ЗК РФ устанавливают следующий порядок определения адреса, по которому уполномоченный орган должен осуществлять направление юридически значимых сообщений правообладателям изымаемой недвижимости. 

В соответствии с пп.3 п.10 ст.56.6 ЗК РФ копия решения об изъятии подлежит направлению правообладателям изымаемой недвижимости письмом с уведомлением о вручении по почтовым адресам, указанным в заявлениях об учете прав на недвижимость, либо в случае отсутствия указанных адресов по почтовым адресам, указанным в ЕГРН.

Согласно п.11 ст.56.6 ЗК РФ правообладатель изымаемой недвижимости считается уведомленным о принятом решении об изъятии со дня получения копии решения об изъятии или со дня возврата отправителю в соответствии с ФЗ «О почтовой связи» указанного в пп.3 п.10 ст.56.6 ЗК РФ заказного письма.

После уведомления правообладателя недвижимости он вправе направить в орган, принявший решение об изъятии, сведения о почтовом адресе для направления данному правообладателю проекта соглашения об изъятии недвижимости (п.12 ст.56.6 ЗК РФ).

Согласно п.3 ст.56.10 ЗК РФ проект соглашения об изъятии недвижимости направляется заказным письмом с уведомлением о вручении по адресу, который:

1) указан правообладателем изымаемой недвижимости в соответствии с п.12 ст.56.6 ЗК РФ или при отсутствии данного адреса по адресу, который указан таким правообладателем в качестве адреса для связи с ним в ходе выявления лиц, недвижимое имущество которых подлежит изъятию;

2) указан в выписке из ЕГРН (в отсутствие сведений о почтовых адресах, указанных в подпункте 1 настоящего пункта).

Как следует из материалов дела, уведомление Управления исх.№ от 06.03.2017г. с приложением копии решения № от 21.20.2016г. направлено заказным письмом ФИО7 и еще четырем ответчикам – самому ФИО9, а также ФИО8, ФИО10, ФИО11 по адресу г.Уфа, 

<

адрес>. Данный адрес был известен Управлению как место регистрации данных лиц по месту жительства в 

<

адрес> (в жилом помещении с условным обозначением «

<

адрес>»). Данные сведения ранее были внесены в ЕГРП, что подтверждается выпиской из ЕГРП № от 07.11.2016г. и свидетельствами о государственной регистрации права, копии которых содержатся в отчете об оценке ООО «Уфа-Оценка» №-Н-008/3 от 21.04.2017г. (стр.60-95). Данные сведения, ранее содержавшиеся в ЕГРП, согласно закону считаются в настоящее время сведениями, внесенными в ЕГРН.

Факт регистрации с 22.01.1999г. ФИО7 по месту жительства в 

<

адрес> подтверждается справкой ЕРКЦ № от 26.12.2017г. 

В контрольном экземпляре указанного письма имеется личная подпись ФИО9 о получении этого письма на руки, а также подписи ФИО10 и ФИО11 Доказательств подачи ФИО9 заявления в Управление о непроживании его дочери ФИО7 в 

<

адрес> невозможности передачи ей письма с указанием почтового адреса ее фактического проживания ФИО9 суду не представлено. Также не имеется в материалах дела и сведений о подаче самой ФИО7 заявления в Управление о ее постоянном проживании по другому месту жительства с просьбой о направлении в будущем проекта соглашения об изъятии по этому адресу. 

Следовательно, в соответствии с пп.3 п.10 ст.56.6 ЗК РФ уведомление исх.№ от 06.03.2017г. признается направленным Управлением по надлежащему адресу проживания ответчика ФИО7 При этом личное получение ФИО9 без каких-либо замечаний с его стороны данного уведомления, адресованного и ФИО7, свидетельствует о принятии ФИО9 этого уведомления также в целях его передачи указанным в нем другим адресатам, зарегистрированным и считающихся проживающим вместе с ним в одном жилом помещении. 

В связи с этим, на основании п.11 ст.56.6 ЗК РФ суд признает установленным факт получения ФИО7 уведомления исх.№ от 06.03.2017г. с копией решения № от 21.20.2016г. 

В отсутствие поданных в Управление согласно п.12 ст.56.6 ЗК РФ заявлений от ФИО9 и зарегистрированных вместе с ним других ответчиков с просьбой о направлении по другому почтовому адресу, проекты соглашения об изъятии также должны были направляться Управлением согласно пп.3 п.3 ст.56.10 ЗК РФ по тому же почтовому адресу, по которому эти лица зарегистрированы как по месту жительства. 

Направленное Управлением по адресу г.Уфа, 

<

адрес> письмо исх.№ от 05.06.2017г., с указанием в качестве приложения к нему проектов соглашений об изъятии недвижимости в трех оригиналах, вручено почтовой службой ФИО8 согласно уведомлению о вручении 17.07.2017г. Кроме того, в контрольном экземпляре указанного письма имеется личная подпись ФИО9 о получении письма на руки 06.07.2017г. с указанием его номера мобильного телефона. 

Присутствующим в судебном заседании ФИО9 личное получение нарочно письма исх.№ от 05.06.2017г. не отрицалось, подлинность своей подписи в контрольном экземпляре этого письма им под сомнение не ставилось. Доказательств неполучения вместе с данным письмом трех оригиналов проектов соглашений об изъятии, в т.ч. предназначенного для подписания ФИО7, ФИО9 суду не представлено. Следовательно, личное получение ФИО9 без каких-либо замечаний с его стороны данного письма, адресованного также и ФИО7, свидетельствует о принятии ФИО9 указанных в качестве приложения к нему проектов соглашений об изъятии для передачи их другим адресатам, в т.ч. проекта соглашения, предназначавшегося для ознакомления и подписания ФИО7 

Этот же вывод следует и в отношении письма, полученного по почте ФИО8

На этом основании суд признает установленным факт получения ФИО7 направленного в ее адрес Управлением проекта соглашения об изъятии недвижимости.

При установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (п.п.3, 4 ст.10 ГК РФ). Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются (п.5 ст.10 ГК РФ).

Согласно п.1 ст.10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). В случае несоблюдения этих требований суд, с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (п.2 ст.10 ГК РФ).

Исходя вышеуказанного, суд приходит также к следующим выводам.

Вышеуказанные обстоятельства свидетельствуют о том, что Управление, как потенциальная сторона соглашений об изъятии недвижимости, подлежащих заключению с собственниками этой недвижимости, а в случае их незаключения – как потенциальный истец в судебном споре об изъятии недвижимости, действовало в установленном законом порядке, принимая для этого необходимые меры осмотрительности и заботливости. При этих своих действиях Управление правомерно полагалось на достоверность общедоступных сведений государственного реестра о регистрации по месту жительства собственников 

<

адрес>, исходя при этом из разумности и добросовестности поведения ФИО9, лично являвшегося для получения юридически значимых сообщений, адресованных также и лицам, зарегистрированным вместе с ним по месту жительства в одном жилом помещении в качестве членов его семьи. В связи с чем, у Управления при личной явке ФИО9 не имелось оснований для отказа в выдаче ему под роспись предусмотренных законом уведомлений и документов в целях передачи указанным лицам. При этом суд учитывает, что указанные действия по получению в Управлении юридически значимых сообщений были совершены ФИО9 неоднократно.

На этом основании уклонение ФИО9 от вручения указанным лицам переданных ему Управлением уведомлений и документов, а также несообщение Управлению о невозможности такого вручения, суд квалифицирует как злоупотребление этим лицом правом. Ответственность за наступление возможных негативных для данных лиц последствий, возникших по вине ФИО9, в т.ч. имущественного характера в связи с изъятием принадлежащей им недвижимости, подлежит возложению на самого ФИО9 Того же рода ответственность подлежит возложению также и на ФИО8, получившую адресованную ФИО7 корреспонденцию, в случае уклонения от ее передачи данному лицу. 

В своих выводах о квалификации заявлений вышеуказанных ответчиков и их представителей как злоупотребление правом судом принято во внимание также следующее. 

Этими ответчиками, неоднократно присутствовавшими в судебных заседаниях, при подготовке дела к судебному разбирательству и в ходе судебного процесса не заявлялось суду о неполучении ими от истца предусмотренных законом уведомлений и документов. При этом ссылка на их отправление ответчикам содержится в исковом заявлении, направленными им судом. От остальных ответчиков таких заявлений суду не поступало.

Указанное поведение ответчиков свидетельствует о том, что их заявления носят формальный характер и имеют своей целью создание неоправданных препятствий для своевременного и объективного рассмотрения и разрешения судом дела. 

После направления ответчикам проектов соглашений никем из них не было направлено в девяностодневный срок в Управление подписанного проекта соглашения об изъятии либо своего письменного согласия на подписание этого соглашения на предложенных Управлением условиях. Также не имеется доказательств представления в указанный срок кем-либо из ответчиков в Управление альтернативного отчета об оценке с предложением согласовать иной размер возмещения за изымаемую недвижимость, как и доказательств необоснованного отказа Управления от принятия такого предложения.

Ответчиком ФИО1 утверждается, что Управление незаконно уклонилось от заключения соглашения об изъятии, несмотря на то, что им было получено устное согласие на его заключение на предложенных условиях и представлены необходимые документы. На этом основании ФИО1 полагает, что суд должен обязать Управление выплатить ему ранее предложенную выкупную цену за изымаемую у него недвижимость, определенную на основании отчета об оценке ООО «Уфа-Оценка». 

Данный довод ответчика не основан на норме закона и подлежит отклонению судом.

В силу обязательства одно лицо (должник) обязано совершить в пользу другого лица (кредитора) определенное действие либо воздержаться от него, а кредитор имеет право требовать от должника исполнения его обязанности. Договоры и другие сделки признаются одними из оснований для возникновения обязательств (ст.307 ГК РФ).

Согласно п.1 ст.425 ГК РФ договор вступает в силу и становится обязательным для сторон с момента его заключения.

Согласно ст.432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. В случаях, предусмотренных законом или соглашением сторон, договор в письменной форме может быть заключен только путем составления одного документа, подписанного сторонами договора (п.4 ст.434 ГК РФ). 

Согласно п.1 ст.56.10 ЗК РФ соглашение об изъятии недвижимости заключается в письменной форме между правообладателем изымаемой недвижимости и уполномоченным органом исполнительной власти или органом местного самоуправления. При этом к такому соглашению применяются правила гражданского законодательства о купле-продаже или мене (п.7 ст.56.9 ЗК РФ).

Согласно ст.550 ГК РФ договор продажи недвижимости заключается в письменной форме путем составления одного документа, подписанного сторонами (п.2 ст.434 ГК РФ). Несоблюдение формы договора продажи недвижимости влечет его недействительность.

ФИО1 не представлено суду доказательства заключения с истцом соглашения об изъятии в виде одного документа в письменной форме, подписанного сторонами или их уполномоченными представителями. Вследствие этого у суда нет оснований полагать, что между истцом и указанным ответчиком возникли во внесудебном порядке договорные правоотношения по изъятию недвижимости с обязательством истца по выплате ответчику выкупной цены. Отсутствие указанных правоотношений лишает этого ответчика возможности предъявить к истцу требование об исполнении обязательства в соответствии с условиями обязательства и положениями закона (ст.309 ГК РФ).

Суд отмечает, что при рассмотрении настоящего дела не подлежат применению и номы ст.445 ГК РФ о заключении договора в обязательном порядке в связи со следующим.

Само по себе установление в законе требования об обязательном направлении уполномоченным органом правообладателю изымаемой недвижимости проекта соглашения об изъятии не порождает права одной из потенциальных сторон такого соглашения на обращение в суд на основании п.4 ст.445 ГК РФ с требованием о понуждении уклоняющейся стороны заключить это соглашение. 

Порядок изъятия земельных участков и находящихся на нем объектов недвижимости для государственных или муниципальных нужд регулируется специальными нормами закона - положениями главы VII.1 ЗК РФ, ст.ст.279-282 ГК РФ, ст.32 ЖК РФ. Эти нормы предназначены для реализации особых полномочий органов государственной власти и органов местного самоуправления по изъятию недвижимости для соответствующих нужд в целях эффективного решения этими органами вопросов федерального, регионального или местного значения и обеспечения устойчивого развития территорий. Спор об изъятии недвижимости для государственных или муниципальных нужд по существу является одним из видов споров о праве на недвижимое имущество, тогда как спор, разрешаемый в соответствии со ст.445 ГК РФ, имеет иную правовую природу – он относится к спорам о заключении договора и разрешается судом в соответствии нормами ГК РФ о договоре и обязательствах. 

При изъятии недвижимости в судебном порядке на осуществляющий изъятие орган судом возлагается обязанность по выплате правообладателю этой недвижимости возмещение не в силу заключенного между указанными лицами соглашения (договора), а в порядке реализации правового механизма принудительного изъятия (отчуждения) имущества у его правообладателя для государственных или муниципальных нужд по решению суда, которое может быть осуществлено согласно п.3 ст.35 Конституции РФ только при условии предварительного и равноценного возмещения правообладателю стоимости изымаемого имущества (п.2 ст.56.11 ЗК РФ, п.4 ст.281 ГК РФ, п.6 ст.32 ЖК РФ).

Установление в ст.56.10 ЗК РФ, п.6 ст.279 ГК РФ, п.п.4-9 ст.32 ЖК РФ обязательного досудебного порядка урегулирования спора об изъятии недвижимости направлено на обеспечение баланса между частно-правовыми интересами правообладателей недвижимости и публично-правовыми интересами, выражаемыми уполномоченными органами. Кроме того, процедура проведения предварительных переговоров о выкупе объектов недвижимости с их правообладателями направлена также на снижение вероятности возникновения в суде споров об изъятии недвижимости. Однако в случае недостижения соглашения о выкупной цене или иным условиям, названным законом в качестве существенных для соглашения об изъятии недвижимости, уполномоченный орган вправе реализовать свои полномочия на принудительное изъятие путем подачи в суд иска об изъятии недвижимости. Данное право у указанного органа имеется вне зависимости от причин незаключения соглашения об изъятии недвижимости. 

Ввиду отсутствия факта заключения между Управлением и ответчиками, являющимися собственниками 

<

адрес> приусадебного участка, соглашений об изъятии недвижимости суд приходит к выводу, что у Управления на основании п.10 ст.56.10 ЗК РФ возникло право на обращение в суд с иском о принудительном изъятии указанной недвижимости для муниципальных нужд. 

Вследствие возникновения между сторонами разногласий относительно рыночной стоимости спорных объектов недвижимости и причиняемых изъятием их собственникам возможных убытков, установление которых требует наличия специальных знаний, судом в соответствии со ст.79 ПК РФ назначена судебная оценочная экспертиза.

При назначении экспертизы судом учтено положение п.10 ст.56.8 ЗК РФ о действительности составленного по заявке уполномоченного органа отчета об оценке до заключения соглашения об изъятии либо до принятия решения суда о принудительном изъятии недвижимости. При этом нормы ст.ст.8,9 ФЗ от 29.07.1998г. № 135-ФЗ «Об оценочной деятельности в Российской Федерации» (далее – Закон об оценочной деятельности) устанавливают обязательность проведения оценки при изъятии имущества для государственных или муниципальных нужд, в т.ч. по определению суда. Согласно ст.12 данного Закона итоговая величина рекомендуемой для целей совершения сделки с объектом оценки, если в судебном порядке не установлено иное. Из системного толкования указанных норм следует, что суд вправе принять решение об изъятии с установлением размера возмещения на основании рыночной стоимости недвижимости, определенной в отчете об оценке. Однако в случае возникновения между сторонами спора разногласий относительно рыночной стоимости изымаемой недвижимости суд вправе назначить экспертизу. О таких разногласиях могут свидетельствовать как возражения правообладателя изымаемой недвижимости относительно содержания и (или) выводов в отчете об оценке, так и представление им суду альтернативного отчета об оценке. Другая сторона, иные участвующие в деле лица также не лишены возможности представлять свои возражения на отчет об оценке и заявлять ходатайство о назначении экспертизы в целях определения рыночной стоимости недвижимости (ст.ст.35, 79 ГПК РФ). 

Таким образом, специальная норма п.10 ст.56.8 ЗК РФ не исключает действия общих положений процессуального законодательства и законодательства об оценочной деятельности о допустимости назначения судебной оценочной экспертизы в случае возникновения спора о достоверности и (или) актуальности сведений о рыночной стоимости изымаемой недвижимости, содержащихся в составленном в досудебном порядке по заявке уполномоченного органа отчете об оценке. Указанное означает возможность определения судом размера возмещения изымаемой недвижимости на основании результатов судебной оценочной экспертизы, назначенной им по ходатайству стороны по делу или по собственной инициативе. 

В целях установлении размера возмещения суд исходит из следующих принципов.

В состав рыночной стоимости жилого дома входит и стоимость вспомогательных построек и сооружений, предназначенных для эксплуатации этого дома. Как указано выше, правовой режим жилого дома и указанных построек определяется как режим главной вещи и принадлежности, предназначенной для обслуживания главной вещи, связанной с ней общим назначением и следующей по общему правилу судьбе главной вещи. Такой жилой дом с вспомогательными постройками выступает в гражданском обороте как единый объект гражданских прав. Вследствие этого, в случае нахождения подлежащего изъятию жилого дома в общей долевой собственности двух и более лиц, в соответствии с п.9 ст.56.8 ЗК РФ стоимость каждой из указанных построек также подлежит распределению между участниками общей собственности пропорционально их долям. При этом факт раздельного владения и пользования участниками общей собственности на жилой дом указанными вспомогательными постройками не является основанием для перераспределения возмещения за эти постройки в пользу одного или нескольких из этих участников, если данные постройки были зарегистрированы ранее в ЕГРП на праве собственности всех или отдельных участников общей собственности на жилой дом. 

Право собственности и другие вещные права на недвижимые вещи, ограничения этих прав, их возникновение, переход и прекращение подлежат государственной регистрации в едином государственном реестре органами, осуществляющими государственную регистрацию прав на недвижимость и сделок с ней (п.1 ст.131 ГК РФ)

В соответствии п.6 ст.72 ФЗ от 13.07.2015г. № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости» (далее – Закон о регистрации) со дня вступления в силу указанного Закона (с 01.01.2017г.) сведения Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним - ЕГРП и сведения государственного кадастра недвижимости - ГКН считаются сведениями, содержащимися в ЕГРН и не требующими дополнительного подтверждения, в том числе органом, осуществляющим государственный кадастровый учет и государственную регистрацию прав.

Согласно п.9 ст.69 Закона о регистрации сведения об объектах недвижимости, права на которые возникли до дня вступления в силу ФЗ от 21.07.1997г. № 122-ФЗ «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним» и не прекращены и государственный кадастровый учет которых не осуществлен, вносятся в ЕГРН по правилам, предусмотренным указанной статьей для внесения в ЕГРН сведений о ранее учтенных объектах недвижимости. При этом осуществленный ранее в установленном порядке технический учет или государственный учет объектов недвижимости, признается юридически действительным, и такие объекты считаются ранее учтенными объектами недвижимости (п.4 ст.69 Закона о регистрации).

В то же время, положения пп.2 п.8 ст.69 Закона о регистрации не предусматривают возможности внесения в ЕГРН сведений о вспомогательных постройках жилого дома как отдельных объектах недвижимости, сведений о правах на них и их технических характеристиках (назначение, литера, этажность) при отсутствии в ЕГРП, правоустанавливающем документе или документе технического учета (техпаспорте) данных об основной характеристике объекта недвижимости - площади (для зданий и помещений). Тем не менее, указанное не свидетельствует о невозможности подтверждения существования зарегистрированных ранее в прежнем ЕГРП прав на такие вспомогательные постройки. Факт нахождения указанных построек в общей собственности собственников жилого дома или принадлежности их на праве собственности отдельным собственникам суд вправе установить на основании иных доказательств: правоустанавливающих и (или) ранее выданных этим собственникам правоудостоверяющих документов, содержащих сведения о регистрации в установленном законодательством порядке права собственности на эти постройки в составе строений (литер) жилого дома, выданных до 01.01.2017г. органами регистрации и кадастрового учета выписок из ЕГРП и ГКН соответственно. 

Из содержащихся в отчете №-Н-008/3 от 21.04.2017г. копий выписки из ЕГРП от 07.11.2016г. и ранее выданных свидетельств о государственной регистрации права следует, что в ЕГРП были внесены сведения о регистрации права общей долевой собственности на объект: «жилой дом кадастровый №, инв.№, литеры А,А3,Г,Г1,а,I,IV,V,VI,VII,VIII, этажность (этаж) - 1, площадь 107,8 кв.м, расположенный по адресу: РБ, г.Уфа, Кировский район, 

<

адрес>». При этом прежний инвентарный номер объекта, состав участников долевой собственности, размер их долей на объект и его площадь соответствуют аналогичным сведениям, внесенным в ЕГРН в отношении жилого дома кадастровый №, что означает идентичность этих объектов. 

В техпаспорте домовладения также отражено наличие как расположенного на приусадебном участке 

<

адрес> сооружения - навеса литера Г4. Данное сооружение навес литера Г4 не является объектом недвижимости, поэтому право собственности на него не подлежит государственной регистрации. Это сооружение предназначено для обслуживания жилого дома как главной вещи, а значит, имеет правовой режим общего имущества собственников 

<

адрес>. Спора о принадлежности указанного сооружения между ответчиками не имеется. 

На этом основании суд устанавливает, что всем ответчикам, зарегистрированным в ЕГРН как собственники жилого 

<

адрес>, в настоящее время принадлежат на праве общей долевой собственности в таких же долях расположенные на приусадебном участке вспомогательные постройки и сооружения литеры Г,Г1,Г4,I,IV,V,VI,VII,VIII (согласно их обозначениям в техпаспорте домовладения инв.№ от 01.10.2012г.). 

Согласно копии выписки из ЕГРП № от 07.11.2016г. в собственность ФИО1 зарегистрирован объект: «пристрой, нежилое, кадастровый №, инв.№, литеры А4,Г3,Г5, этажность (этаж) – 1, площадь 11,4 кв.м, расположенный по адресу: РБ

<

адрес>». Указанному объекту соответствует зарегистрированный в ЕГРН в собственность ФИО1 объект: «нежилое здание кадастровый №, количество этажей, в т.ч. подземных, - 1, площадь 11,4 кв.м». Совпадение инвентарных и кадастровых номеров, площади обоих объектов подтверждает их полную идентичность.

На этом основании суд приходит к выводу о принадлежности указанному лицу на праве собственности отдельных вспомогательных построек - гаража литера Г3 и сарая литера Г5 (согласно их обозначениям в техпаспорте инв.№ от 01.10.2012г.). 

Доказательств, опровергающих выводы суда о принадлежности вышеуказанных вспомогательных построек и сооружений, ответчиками не представлено. 

В соответствии с п.2 ст.281 ГК РФ, п.2 ст.56.8 ЗК РФ при определении размера возмещения, кроме рыночной стоимости изымаемой недвижимости, в него включаются также и убытки, причиненные изъятием земельного участка, в том числе упущенная выгода, которые определяются в соответствии с федеральным законодательством.

В соответствии с общими положениями п.2 ст.15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Применительно к изъятию жилого помещения в целях определения размера возмещения, включающего рыночную стоимость этого жилого помещения, в п.7 ст.32 ЖК РФ изложен также примерный перечень возможных (предполагаемых) убытков собственника этого помещения.

На необходимость учета вышеуказанных возможных убытков в составе возмещения, подлежащего выплате правообладателю изымаемого имущества, в т.ч. собственнику земельного участка и жилого помещения, указано в п.20 (з) постановления Пленума Верховного Суда РФ от 02.07.2009г. № и п.6 Обзора судебной практики, утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ от 10.12.2015г. 

В ст.15 ГК РФ закреплен принцип возмещения в полном размере причиненных потерпевшему лицу убытков в качестве установленной законом гарантии полного восстановления нарушенных прав этого лица и устранения повреждения его имущества. 

В то же время, по смыслу общих положений п.2 ст.281 ГК РФ, п.2 ст.56.8 ЗК РФ, указанные в них убытки не могут признаваться автоматически возникающими у правообладателя недвижимости в результате изъятия этой недвижимости. Вследствие чего эквивалентное этим убыткам возмещение не может присуждаться судом в пользу правообладателя недвижимости лишь в силу самого факта изъятия. Виды убытков и порядок их определения в указанных нормах закона не конкретизирован. При этом суд исходит из того, что в п.7 ст.32 ЖК РФ содержится лишь примерный перечень убытков, которые могут возникнуть у собственника жилого помещения при определенных обстоятельствах, но также не являются непременно возникающими в отношении любого собственника. Поэтому причинение убытков изъятием недвижимости и их размер должны быть подтверждены в суде средствами доказывания, соответствующими критериям относимости и допустимости доказательств (ст.ст.59, 60 ГПК РФ). В связи с этим, сам факт причинения убытков или вероятность причинения в будущем таких убытков, а также соответственно конкретный или приблизительный размер этих убытков подлежат установлению судом при рассмотрении конкретного дела с учетом всех его обстоятельств. 

Согласно данному в п.2 ст.15 ГК РФ определению убытков, в состав реального ущерба включаются как понесенные потерпевшим лицом расходы на восстановление его нарушенного права, так и расходы, которые это лицо будет вынуждено понести для такого восстановления. С учетом этого к реальному ущербу, причиняемому собственнику жилого помещения изъятием этого помещения, на основании п.7 ст.32 ЖК РФ можно отнести убытки, связанные с изменением места проживания и переездом (оплата услуг транспортировки грузов), временным пользованием иным жилым помещением до приобретения другого жилья (оплата найма жилого помещения), поиском другого жилого помещения для приобретения права собственности на него (оплата риэлтерских услуг) и оформлением права собственности на другое жилое помещение (оплата услуг по оформлению договора приобретения жилого помещения и государственной пошлины по регистрации права собственности на это помещение).

По смыслу п.2 ст.56.8 ЗК РФ к реальному ущербу, причиняемому собственнику земельного участка изъятием этого участка, также можно отнести убытки, причиняемые сносом (вырубкой) многолетних зеленых насаждений, а также убытки в размере неполученного в будущем урожая плодово-ягодных насаждений (упущенная выгода). 

Определяемые в соответствии с п.2 ст.56.8 ЗК РФ, п.7 ст.32 ЖК РФ убытки подлежат возмещению только собственникам земельных участков и собственникам жилых помещений соответственно, без учета членов их семей, не являющихся собственниками. 

Возникновение вышеперечисленных убытков у собственника недвижимости (земельного участка и (или) жилого помещения) напрямую обусловлено использованием таким собственником и членами его семьи принадлежащей ему недвижимостью по ее назначению вплоть до принятия судом решения об изъятии этой недвижимости. В связи с этим, в случае изъятия земельного участка и (или) жилого помещения, находящихся в общей долевой собственности, размер таких убытков, возмещаемый конкретному участнику долевой собственности, не зависит от размера его доли. Возмещение таких убытков носит индивидуальный характер в отношении каждого конкретного участника. Размер убытков, возмещаемых данному участнику, определяется с учетом имеющихся у него фактических правоотношений по владению и пользованию соответствующим изымаемым объектом недвижимости. Поэтому при взыскании возмещения за эти убытки суд признает не подлежащим применению общее правило п.9 ст.56.8 ЗК РФ о распределении возмещения между участниками общей собственности на изымаемую недвижимость пропорционально их долям в праве этой собственности.

Возмещение за вышеуказанные убытки подлежит распределению между теми сособственниками изымаемого объекта недвижимости, которые пользуются им совместно в качестве членов одной семьи, в соответствии с п.1 ст.245 ГК РФ, т.е. в равных долях между указанными сособственниками.

Возникновение иных убытков, в т.ч. и упущенной выгоды, либо неотвратимость их возникновения, а также размер данных убытков подлежат доказыванию в суде самими правообладателями изымаемой недвижимости (ст.56 ГПК РФ).

При решении вопроса о возмещении убытков собственнику, фактически не пользующимся принадлежащей ему недвижимостью, суд исходит из следующего.

По смыслу п.7 ст.32 ЖК РФ, перечисленные в ней убытки являются прямым следствием прекращения прав собственника на проживание в изымаемом жилом помещении, являющемся для него единственным жилищем. Их возмещение направлено на компенсацию расходов указанного собственника на приобретение другого жилья. В связи с этим, возмещение таких убытков в пользу собственников или участников общей собственности на жилое помещение, фактически не пользующихся для проживания изымаемым жилым помещением или изолированными помещениями в нем соответственно, не отвечает целям восстановления нарушенных изъятием жилого помещения прав его собственника. Конкретные причины не проживания собственника в принадлежащем ему помещении, в частности, недостаток жилой площади, конфликтные отношения с другими собственниками или иными проживающими в этом помещении гражданами, юридического значения в целях определения убытков у такого лица в соответствии с п.7 ст.32 ЖК РФ не имеют. При этом само по себе наличие регистрации собственника и (или) членов его семьи по месту жительства в изымаемом жилом помещении не может безусловно свидетельствовать о постоянном проживании собственника в этом помещении, а значит, и о возникновении у него права на возмещение убытков в соответствии с п.7 ст.32 ЖК РФ. Сам факт не проживания собственника в изымаемом жилом помещении, причина которого не связана с инициированием уполномоченным органом в суде процедуры принудительного изъятия этого помещения, и является основанием для отказа судом в возмещении убытков указанному собственнику. В противном случае, взыскание убытков в пользу такого собственника представляло бы собой неосновательное, т.е. незаконное, обогащение этого лица за счет осуществляющего изъятие органа (ст.1102 ГК РФ). 

Исходя из этих же соображений суд не находит оснований для возмещения убытков собственнику изымаемого земельного участка или участнику общей собственности на него, фактически не пользующемуся земельным участком по его назначению.

При изъятии жилого помещения (жилого дома), находящегося в общей долевой собственности двух и более лиц, суду необходимо выяснить существующий порядок использования собственниками этого жилого помещения для проживания. Для этого требуется установление судом факта заключения между участниками общей собственности в соответствии с п.1 ст.247 ГК РФ соглашения о порядке владения и пользования общим жилым помещением (жилым домом) с передачей изолированных помещений в нем в раздельное пользование каждого из этих участников. При этом в случае осуществляемого длительный период времени всеми участниками общей собственности согласованного пользования изолированными помещениями в жилом помещении, но без подписания письменного соглашения, такое соглашение также следует считать заключенным в устной форме (п.1 ст.159 ГК РФ) в силу фактически сложившегося между этими участниками порядка владения и пользования общим жилым помещением. Факт существования в течение длительного времени указанного порядка может быть установлен судом в том числе путем его подтверждения собственниками жилого помещения и при условии отсутствия между ними разногласий по его осуществлению. 

На основании объяснений ответчиков и их представителей судом определены следующие помещения жилого 

<

адрес>, используемые ими для личного проживания этих собственников и членов их семей (нумерация и площадь помещений соответствуют поэтажному плану и экспликации техпаспорта домовладения инв.№ от 01.10.2012г.):

1) помещения №№ общей площадью 39,8 кв.м (условно «

<

адрес>» в строениях литеры А,А4) занимает семья М-вых;

2) помещения №№ общей площадью 46,6 кв.м (условно «

<

адрес>» в строении литера А, не включая площадь веранды пом. № и без учета площади кухни пом.№ в самовольной постройке литера А1) занимает семья П-вых;

3) помещения №№ общей площадью 18,8 кв.м с двумя балконами (условно «

<

адрес>» в строении литера А3, этаж «мезонин», не включая площадь балконов) занимает семья К-вых;

4) помещения №№ общей площадью 11,2 кв.м (условно «

<

адрес>а» в строении литера А, не включая площадь коридора пом.№ и без учета площади ванной пом.№ в самовольной постройке литера А2) занимает семья Ш-вых.

Данное распределение указанных помещений для раздельного проживания семей вышеперечисленных собственников подтверждается всеми присутствующими в судебном заседании ответчиками. Разногласия по поводу осуществления данного порядка между собственниками дома отсутствуют. Возражений по указанному обстоятельству со стороны остальных ответчиков, а также других участвующих в деле лиц не имеется.

Доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон. Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон (п.1 ст.55 ГПК РФ). Объяснения лиц, участвующих в деле, и их представителей подлежат внесению в протокол судебного заседания (п.2 ст.229 ГПК РФ). Протоколы судебных заседаний относятся к письменным доказательствам, содержащим сведения об обстоятельствах, имеющих значение для рассмотрения и разрешения дела (п.1 ст.71 ГПК РФ).

На этом основании суд признает состоявшимся между всеми собственниками жилого 

<

адрес> соглашении о порядке владения и пользования домом в соответствии с вышеуказанным распределением помещений в доме для раздельного проживания их семей.

В целях определения примерного размера таких убытков, как расходы на временный наем другого жилого помещения, суд полагает возможным использовать сведения о среднерыночной стоимости найма жилых помещений, близких по площади и иным потребительским характеристикам жилому помещению, в котором проживает его собственник. Такой же подход следует применить для определения расходов на временный наем жилья и у участников общей собственности на жилое помещение (жилой дом). Для чего эксперту необходимо осуществить подбор на рынке аренды жилья другого жилого помещения, аналогичного по площади и иным потребительским характеристикам изолированным помещениям в жилом помещении (жилом доме), находящимся в фактическом владении и пользовании конкретного собственника и членов его семьи.

По смыслу п.7 ст.32 ЖК РФ, временное пользование иным жилым помещением обусловлено необходимостью предоставления собственнику изымаемого жилого помещения времени для приобретения другого жилья. В связи с чем, срок указанного пользования (найма) должен обеспечить этому собственнику достаточное время на поиск, заключение сделки купли-продажи и регистрацию в собственность другого жилого помещения. Суд находит срок в три месяца достаточным для осуществления указанных действий. В связи с чем, в пользу собственника, пользующегося изымаемым жилым помещением, подлежит взыскание денежной суммы, равной его потенциальным расходам на наем аналогичного жилого помещения сроком на три месяца, определяемым исходя из ежемесячной среднерыночной стоимости найма. Определенную таким образом сумму суд признает разумной и соразмерной компенсацией причиняемых указанному собственнику убытков.

В пользу этого же собственника подлежат взысканию взаимосвязанные с указанными иные возникающие у него убытки, а именно: расходы по оплате услуг транспортировки грузов, риэлтерских услуг, услуг по оформлению договора покупки другого жилого помещения и госпошлины по регистрации права собственности.

Убытки, причиняемые сносом (вырубкой) произрастающих на изымаемом земельном участке многолетних зеленых насаждений, убытки в виде упущенной выгоды вследствие неполучения будущего урожая с плодово-ягодных насаждений, подлежат возмещению тому собственнику земельного участка, которому фактически принадлежат указанные насаждения. Наличие на земельном участке указанных зеленых насаждений должно быть достоверно установлено экспертом при визуальном осмотре этого участка. 

С учетом установленных судом фактов и примененного подхода к определению состава и размера возмещения, подлежащего выплате ответчикам, судом на разрешение экспертов ООО «Альпари» были поставлены следующие вопросы:

1. Какова рыночная стоимость объектов недвижимости, расположенных по адресу: г. Уфа, 

<

адрес>: жилого дома кадастровый №, инвентарный №, литеры А, А3, а, количество этажей, в т.ч. подземных, -1, с земельным участком кадастровый №, категория земель «земли населенных пунктов», разрешенное использование «для обслуживания индивидуального жилого дома и надворных построек», общая площадь 1 199 кв.м и со всеми вспомогательными постройками Г - сарай с погребом VI, Г1 - сарай с погребом IX, Г3 - гараж, Г5 - сарай, уборная литера I, уборная литера III, забор литера IV, ворота литера VIII, расположенных в пределах границ земельного участка с указанием отдельно стоимости дома, стоимости земельного участка, стоимости каждой вспомогательной постройки.

2. Какова рыночная стоимость объектов недвижимости, расположенных по адресу: г. Уфа, 

<

адрес>: жилого дома кадастровый №, инвентарный №, литеры А, А3, А4, а, количество этажей, в т.ч. подземных, - 1, с земельным участком кадастровый №, категория земель «земли населенных пунктов», разрешенное использование «для обслуживания индивидуального жилого дома и надворных построек», общая площадь 1 199 кв.м и со всеми вспомогательными постройками Г - сарай с погребом VI, Г1 - сарай с погребом IX, Г3 - гараж, Г5 - сарай, уборная литера I, уборная литера III, забор литера IV, ворота литера VIII, расположенных в пределах границ земельного участка с указанием отдельно стоимости дома, стоимости земельного участка, стоимости каждой вспомогательной постройки.

3. Каким будет предполагаемый размер убытков собственников в связи с оплатой:

- услуг агентства по подбору жилого помещения,

- оформления договора купли-продажи жилого помещения,

- оплаты переезда.

4. Каким будет предполагаемый размер убытков собственников в связи с оплатой

- временного найма иного жилого помещения в месяц:

аналогично жилому помещению площадью 39,8 кв.м. (помещения 1-7 на поэтажном плане), занимаемых семьей М-вых;

аналогично жилому помещению площадью 46,6 кв.м. (помещения 12-17 на поэтажном плане), занимаемых семьей П-вых;

аналогично жилому помещению площадью 18,8 кв.м. с двумя балконами (помещения мезонина), занимаемых семьей К-вых;

аналогично жилому помещению площадью 11,2 кв.м. (помещения 9-10 на поэтажном плане), занимаемых семьей Ш-вых.

5. Каким будет предполагаемый размер убытков собственников в связи со сносом многолетних зеленых насаждений, расположенных в пределах земельного участка по 

<

адрес>.

В экспертном заключении ООО «Альпари» № от 21.02.2018г. содержатся следующие ответы на вышеуказанные вопросы суда.

Рыночная стоимость объектов недвижимости, расположенных по адресу: г.Уфа, 

<

адрес> в пределах границ приусадебного земельного участка, по состоянию на 22.02.2018г. составляет сумму 8 005 500 руб. (с учетом стоимости навеса литера Г4 согласно письму ООО «Альпари» № от 27.03.2018г.).

Указанная рыночная стоимость включает в себя:

1) стоимость земельного участка кадастровый №, площадь 1 199 кв.м - 5 932 000 руб.

2) стоимость жилого дома кадастровый №, общая площадь 107,8 кв.м, состоящего из строений: жилой дом литера А - 1 192 000 руб., мезонин литера А3 - 211 00 руб., пристрой литера А4 - 246 000 руб., веранда литера а – 26 000 руб.; 

3) стоимость вспомогательных построек: сарай литера Г - 33 000 руб. с погребом литера VI - 3 000 руб., сарай литера Г1 - 6 000 руб. с погребом литера VII - 6 000 руб. (обозначение погреба указано в соответствии с техпаспортом домовладения), гараж литера Г3 -159 000 руб., навес литера Г4 - 23 500 руб., гараж литера Г5 - 98 000 руб., уборная литера I - 6 000 руб., уборная литера III - 25 000 руб., забор литера IV -27 000 руб., ворота литера VIII - 16 000 руб.

Согласно справке ООО «Альпари» № от 27.03.2018г., указанное в техпаспорте сооружение - забор литера V, зарегистрированное ранее в ЕГРП в долевую собственность собственников дома, не оценено экспертом ввиду его фактического отсутствия в натуре, вследствие чего его стоимость не подлежит учету при расчете возмещения ответчикам.

Возмещение в размере стоимости принадлежащих ФИО1 объектов недвижимости - пристроя литера А4, гаража литера Г3 и сарая литера Г5 на сумму 503 000 руб. подлежит выплате лично этому лицу отдельно от других ответчиков.

Без учета указанных объектов, стоимость остальной недвижимости составляет сумму 7 502 500 руб., состоящая из стоимости приусадебного участка 5 932 000 руб. и стоимости жилого дома с вспомогательными постройками 1 570 500 руб. Возмещение в размере этой суммы подлежит выплате ответчикам, являющимся собственниками объектов недвижимости, пропорционально их долям в праве собственности в следующих суммах:

1) возмещение в размере стоимости земельного участка на сумму 5 932 000 руб.:

ФИО1 (23/96 доли) – 1 421 208,3 руб., ФИО3 (1/32 доля) – 185 375 руб., ФИО4 (1/64 доля) – 92 687,5 руб., ФИО5 (1/64 доля) – 92 687,5 руб., ФИО6 (1/32 доля) – 185 375 руб., ФИО7 (5/36 долей) – 823 888,89 руб., ФИО8 (5/36 долей) – 823 888,89 руб., ФИО9(495/3600 долей) – 815 650 руб., ФИО10 (605/7200 долей) – 498 452,78 руб., ФИО11 (605/7200 долей) – 498 452,78 руб., ФИО12 (1/24 доля) – 247 166,67 руб., ФИО13 (1/24 доля) – 247 166,67 руб.;

2) возмещение в размере стоимости жилого дома литеры А,А3,а и вспомогательных построек литеры Г,Г1,Г4,I,IV,VI,VII,VIII на общую сумму 1 570 500 руб.:

ФИО1 (9/32 долей) – 441 703,13 руб., ФИО3 (1/32 доля) – 49078,13 руб., ФИО4 (1/64 доля) – 24 539,06 руб., ФИО5 (1/64 доля) – 24 539,06 руб., ФИО6 (1/32 доля) – 49 078,13 руб., ФИО7 (1/6 доля) – 261 750 руб., ФИО8 (1/6 доля) – 261 750 руб., ФИО9 (19/120 долей) – 248 662,5 руб., ФИО10 (1/240 доля) – 6 543,75 руб., ФИО11 (1/240 доля) – 6 543,75 руб., ФИО12 (1/16 доля) – 98 156,25 руб., ФИО13 (1/16 доля) – 98 156,25 руб.

В итоге, в счет возмещения рыночной стоимости вышеуказанных объектов недвижимости в пользу ответчиков подлежат взысканию следующие суммы:

ФИО1 – 2 359 302,1 руб., ФИО3 – 233 718,75 руб., ФИО4 – 116 859,38 руб., ФИО5 – 116 859,38 руб., ФИО6– 233 718,75 руб., ФИО7 – 1 081 722,22 руб., ФИО8 – 1 081 722,22 руб., ФИО9 – 1 060 591,7 руб., ФИО10– 504 898,61 руб., ФИО11– 504 898,61 руб., ФИО12 – 343 854,17 руб., ФИО13 – 343 854,17 руб.

Предполагаемый размер убытков, связанных с поиском другого жилья, оформлением права собственности на другое жилое помещение, переездом, временным наймом иного жилого помещения, определен экспертами в следующих суммах:

1) стоимость услуг агентства по подбору жилого помещения - 20 000 руб.,

2) оформление договора купли продажи жилого помещения – 1 500 руб., 

3) оплата переезда: семья М-вых - 8 860 руб., семья П-вых - 16 620 руб., семья К-вых - 8 860 руб., семья Ш-вых - 4 780 руб.

4) помесячная оплата временного найма иного жилого помещения:

аналогично жилому помещению площадью 39,8 кв.м., занимаемому семьей М-вых – 12 300 руб. в месяц (36 900 руб. за три месяца);

аналогично жилому помещению площадью 46,6 кв.м. занимаемому семьей П-вых – 14 400 руб. в месяц (43 200 руб. за три месяца);

аналогично жилому помещению площадью 18,8 кв.м., занимаемому семьей К-вых – 5 800 руб. в месяц (17 400 руб. за три месяца);

аналогично жилому помещению площадью 11,2 кв.м, занимаемому семьей Ш-вых – 3 500 руб. в месяц (10 500 руб. за три месяца).

Согласно п.22 ст.333.33 Налогового кодекса РФ от 05.08.2000г. № 117-ФЗ (НК РФ) государственная пошлина за государственную регистрацию прав на недвижимое имущество для физических лиц составляет 2 000 руб. Согласно п.2 ст.333.18 НК РФ в случае, если за совершением юридически значимого действия одновременно обратились несколько плательщиков, не имеющих права установленные данной статьей льготы, государственная пошлина уплачивается плательщиками в равных долях. 

В связи с этим, при одновременной регистрации бывшими собственниками изъятого жилого помещения права общей долевой собственности на другое приобретенное по сделке жилое помещение указанная сумма госпошлины подлежит уплате ими в равных долях.

По смыслу п.7 ст.32 ЖК РФ расходы по оплате указанной госпошлины относятся к убыткам собственника изымаемого жилого помещения на оформление права собственности на другое жилое помещение и также подлежат возмещению. 

Предполагаемый размер убытков собственников земельного участка в связи со сносом многолетних зеленых насаждений (с учетом упущенной выгоды в виде неполученного урожая плодово-ягодных насаждений), расположенных в пределах приусадебного земельного участка, определен экспертами в следующих суммах:

семья П-вых – 19 665 руб., семья К-вых – 15 329 руб., семья М-вых – 20 726 руб., семья Ш-вых – 0 руб.

В отношении указанных в экспертном заключении перечня, количества и принадлежности многолетних зеленых насаждений, произрастающих на приусадебном участке 

<

адрес>, у ответчиков возражений не имеется. Ими также подтверждается наличие на приусадебном участке трех виноградных лоз винограда сорта «Престиж» и их принадлежность ФИО1, на что указано в экспертном заключении в целях определения убытков у указанного лица. Возражений на этот счет со стороны других участвующих в деле лиц не имеется. 

Как определено судом выше, все указанные убытки подлежат возмещению только собственникам земельных участков и собственникам жилых и нежилых помещений в доме. В связи с этим, к числу ответчиков, входящим в состав семей собственников недвижимости, которым подлежат выплате соответствующие суммы возмещения в равных долях между ними, относятся: в семье П-вых - ФИО7, ФИО8, ФИО9; в семье К-вых – ФИО12, ФИО13; в семье М-вых – ФИО1; в семье Ш-вых – ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6

С учетом этого, в счет возмещения убытков, причиняемых изъятием недвижимости для муниципальных нужд, с истца в пользу указанных ответчиков подлежат взысканию следующие денежные суммы:

1) убытки в связи со сносом многолетних зеленых насаждений:

ФИО7, ФИО8, ФИО9 – по 6 555руб., ФИО12, ФИО13 – по 7 664,5 руб.; ФИО1 – 20 726 руб.;

2) расходы по оплате услуг агентства по подбору жилого помещения:

ФИО7, ФИО8, ФИО9 – по 6 666,67 руб., ФИО12, ФИО13 – по 10 000 руб.; ФИО1 – 20 000 руб.; ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6 – по 5 000 руб.;

3) расходы на оформление договора купли продажи жилого помещения:

ФИО7, ФИО8, ФИО9 – по 500 руб., ФИО12, ФИО13 – по 750 руб.; ФИО1 – 1 500 руб.; ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6 – по 375 руб.;

4) расходы на оплату переезда:

ФИО7, ФИО8, ФИО9 – по 5 540 руб., ФИО12, ФИО13 – по 4 430 руб.; ФИО1 – 8 860 руб.; ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6 – по 1 195 руб.;

5) расходы на оплату временного найма жилого помещения сроком на три месяца:

ФИО7, ФИО8, ФИО9 – по 14 400 руб., ФИО12, ФИО13 – по 8 700 руб.; ФИО1 – 36 900 руб.; ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6 – по 2 625 руб.;

6) расходы на оплату государственной пошлины за регистрацию права:

ФИО7, ФИО8, ФИО9 – по 666,67руб., ФИО12, ФИО13 – по 1 000 руб.; ФИО1 – 2 000 руб.; ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6 – по 500 руб.

В совокупности подлежащее выплате ответчикам возмещение за причиняемые им изъятием недвижимости убытки составляет сумму 296 840, 02 руб., в том числе:

ФИО7, ФИО8, ФИО9 – по 34 328,34 руб., ФИО12, ФИО13 – по 32 544,5 руб.; ФИО1 – 89 986 руб.; ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6 – по 9 695 руб.

Судом допрошены эксперты ООО «Альпари» ФИО26 (свидетельство РАО № от 20.02.2016г.) и ФИО27 (свидетельство РАО № от 15.11.2016г.). Экспертами даны суду пояснения в отношении порядка проведения экспертизы и ее результатов, в т.ч. по обоснованию применения затратного подхода к оценке жилого 

<

адрес> вспомогательными постройками и земельным участком. Как указано ими, применение затратного подхода к оценке данных объектов недвижимости обусловлено тем, что расположенные на общем земельном участке жилой дом и иные объекты совместно участвуют в сделках с недвижимостью в качестве единого предмета купли-продажи - домовладения. При продаже домовладения объективно наибольшую ценность представляет именно земельный участок, тогда как жилой дом, особенно старой постройки, совместно с хозпостройками на участке имеет в цене продажи домовладения не столь значительную весовую долю. При продаже домовладения в его цену всегда входит цена земельного участка, которая чаще всего не указывается отдельно в предложениях продавцов о продаже и заключаемых сделках кули-продажи. При определении средневзвешенной стоимости единицы площади жилого дома, являющегося аналогом с предметом оценки (экспертизы), в нее фактически будет входить и стоимость земельного участка. Поэтому такую стоимость единицы площади нельзя применять непосредственно к расчету рыночной стоимости оцениваемого жилого дома путем умножения на его общую площадь, т.к. это приведет к искусственному завышению стоимости последнего. Эту стоимость можно использовать для определения рыночной стоимости всего жилого дома только вместе с вспомогательными постройками и земельным участком. Но это значительно затрудняет учет площади земельного участка как фактора, влияющего на общую рыночную стоимость домовладения, что ведет к существенному искажению результата оценки. При этом отдельная оценка этого земельного участка, путем сравнения его с аналогами - земельными участками с последующим прибавлением его стоимости к определенной вышеуказанным образом стоимости жилого дома, ведет к недопустимому двойному учету земельного участка в общей стоимости домовладения. Подобная завышенная оценка не может признаваться оценкой рыночной стоимости домовладения. Также проблематично определить сравнительным подходом стоимость вспомогательных построек, т.к. сведения о составе и назначении таких же построек в аналогах в объявлениях продавцами часто не раскрываются, документально подтвердить их наличие и законность возведения невозможно. Это также осложняет раздельное определение стоимости объектов в составе домовладения, в том числе по указанию суда в целях определения размера возмещения собственникам за каждый из этих объектов, подлежащих изъятию.

Указанные обстоятельства не позволяют, по мнению экспертов, применить с необходимой степенью достоверности сравнительный подход к оценке жилого дома с хозпостройками, расположенных на обособленном земельном участке. 

Затратный подход, применительно к оценке такого единого комплекса объектов недвижимости как домовладение, лишен указанных недостатков. Согласно ФСО № такой подход рекомендуется применять для оценки объектов недвижимости - земельных участков, застроенных объектами капстроительства. При этом рыночная стоимость объекта недвижимости определяется как сумма стоимости прав на земельный участок как на условно незастроенный и стоимости объектов капстроительства. Рыночная стоимость земельного участка определяется путем сопоставления с аналогами - незастроенными земельными участками с соответствующим разрешенным использованием (для домовладений - «под индивидуальную жилую застройку» или с аналогичным разрешенным использованием), к которой затем прибавляется стоимость находящихся на нем объектов капстроительства - жилого дома с вспомогательными постройками, в качестве улучшений земельного участка. Стоимость этих объектов определяется путем расчета затрат на создание (воспроизводство или замещение) каждого из этих объектов в отдельности с учетом его физического износа и устареваний. Применение затратного подхода позволяет определить в отдельности стоимость земельного участка, жилого дома и каждой из вспомогательных построек, как составных частей рыночной стоимости всего домовладения. При этом оценка домовладения с раздельным определением стоимости объектов в составе домовладения соответствует целям изъятия, т.к. она позволяет суду точно рассчитать цену возмещения за каждый из этих объектов, в том числе в случае, если эти объекты находятся в общей долевой собственности. 

По предложению суда экспертами дана оценка относительно имеющихся в материалах дела представленных сторонами отчетов об оценке.

По мнению экспертов, в отчете ООО «Уфа-Оценка» №-Н-008/3 от 21.04.2017г. не учтены вышеуказанные особенности применения и недостатки сравнительного подхода, некорректно изложена заключительная часть отчета с указанием в ней рыночной стоимости земельного участка в дополнение к итоговой оценке всего домовладения. Такое изложение оценщиком своих выводов может привести к неправильному толкованию и применению пользователем результатов оценки. При проведении оценки оценщиком не учтена недопустимость двойного учета отдельной рыночной стоимости земельного участка ввиду определения ее сравнительным подходом в итоговой оценке домовладения, состоящей из стоимости жилого дома с хозпостройками и земельного участка. Также эксперты полагают, что определение затратным подходом стоимости вспомогательных построек в этом отчете суммирование ее со стоимостью жилого дома фактически привело к двойному учету их стоимости в итоговой оценке домовладения. Оценщиком не учтено, что у домовладений-аналогов стоимость подобных построек уже включена продавцами в общую цену предложения о продаже, что требует вносить соответствующую корректировку при оценке объекта оценки. Оценщиком этого сделано не было.

Другой существенный недостаток отчета ООО «Уфа-Оценка», по мнению экспертов, связан с неправильным выбором оценщиком некоторых объектов-аналогов. Согласно ФСО № при применении сравнительного подхода к оценке недвижимости в качестве объектов-аналогов подлежат использованию объекты недвижимости, которые относятся к одному с оцениваемым объектом сегменту рынка и сопоставимы с ним по ценообразующим факторам. Между тем, для оценки домовладения оценщиком использованы сведения о рыночной стоимости пяти объектов жилого назначения, предлагаемых к продаже, два из которых являются квартирами, а не жилыми домами с земельными участками. Квартиры относятся к иному сегменту жилой недвижимости и использование их для оценки жилых домов, при наличии на рынке недвижимости множества предложений о продаже жилых домов с участками, сопоставимых по характеристикам с оцениваемым, является некорректным. Это также ведет к существенному искажению конечного результата оценки. 

Законодательством об оценочной деятельности устанавливаются следующие требования к проведению оценки и составлению отчета об оценке.

Согласно ст.11 Закона об оценочной деятельности отчет об оценке составляется на бумажном носителе и (или) в форме электронного документа в соответствии с требованиями федеральных стандартов оценки (далее – ФСО), нормативных правовых актов уполномоченного федерального органа, осуществляющего функции по нормативно-правовому регулированию оценочной деятельности. Отчет об оценке не должен допускать неоднозначное толкование или вводить в заблуждение. 

Требования к порядку проведения оценки и осуществления оценочной деятельности определяются стандартами оценочной деятельности: ФСО, стандартами и правилами оценочной деятельности. ФСО утверждаются и подлежат опубликованию уполномоченным федеральным органом, осуществляющим функции по нормативно-правовому регулированию оценочной деятельности (ст.20 Закона об оценочной деятельности).

Согласно п.11 ФСО «Общие понятия оценки, подходы к оценке и требования к проведению оценки (ФСО №)», утвержденного приказом Минэкономразвития России от 20.05.2015г. №, основными подходами, используемыми при проведении оценки, являются сравнительный, доходный и затратный подходы. Выбор подхода, используемого оценщиком для оценки объекта оценки, подлежит обоснованию.

Подход к оценке - это совокупность методов оценки, объединенных общей методологией. Метод проведения оценки - последовательность процедур, позволяющая на основе существенной для данного метода информации определить стоимость объекта оценки в рамках одного из подходов к оценке (п.7). Оценщик вправе самостоятельно определять необходимость применения тех или иных подходов к оценке и конкретных методов оценки в рамках применения каждого из подходов (п.24). 

Под сравнительным подходом подразумевается совокупность методов оценки, основанных на получении стоимости объекта оценки путем сравнения оцениваемого объекта с объектами-аналогами (п.12). Объект-аналог –объект, сходный объекту оценки по основным экономическим, материальным, техническим и другим характеристикам, определяющим его стоимость (п.10). Сравнительный подход рекомендуется применять, когда доступна достоверная и достаточная для анализа информация о ценах и характеристиках объектов-аналогов, для чего могут применяться как цены совершенных сделок, так и цены предложений (п.13). В рамках сравнительного подхода применяются различные методы, основанные как на прямом сопоставлении оцениваемого объекта и объектов-аналогов, так и методы, основанные на анализе статистических данных и информации о рынке объекта оценки (п.14).

Затратный подход - совокупность методов оценки стоимости объекта оценки, основанных на определении затрат, необходимых для приобретения, воспроизводства либо замещения объекта оценки с учетом износа и устареваний (п.18). Затратный подход преимущественно применяется в тех случаях, когда существует достоверная информация, позволяющая определить затраты на приобретение, воспроизводство либо замещение объекта оценки (п.19). В рамках затратного подхода применяются различные методы, основанные на определении затрат на создание точной копии объекта оценки или объекта, имеющего аналогичные полезные свойства (п.20).

В соответствии с п.22 ФСО «Оценка недвижимости (ФСО №)», утвержденного приказом Минэкономразвития России от 25.09.2014г. №, при применении сравнительного подхода к оценке недвижимости оценщик должен учитывать, в частности, следующие положения:

а) сравнительный подход применяется для оценки недвижимости, когда можно подобрать достаточное для оценки количество объектов-аналогов с известными ценами сделок и (или) предложений;

б) в качестве объектов-аналогов используются объекты недвижимости, которые относятся к одному с оцениваемым объектом сегменту рынка и сопоставимы с ним по ценообразующим факторам. При этом для всех объектов недвижимости, включая оцениваемый, ценообразование по каждому из указанных факторов должно быть единообразным;

в) при проведении оценки должны быть описаны объем доступных оценщику рыночных данных об объектах-аналогах и правила их отбора для проведения расчетов. Использование в расчетах лишь части доступных оценщику объектов-аналогов должно быть обосновано в отчете об оценке.

Объектами оценки могут выступать застроенные и незастроенные земельные участки, объекты капстроительства, а также части данных объектов, жилые и нежилые помещения, вместе или по отдельности, с учетом связанных с ними имущественных прав (п.4). При этом совместная оценка земельного участка и находящихся на нем объектов капстроительства при отсутствии правоустанавливающих и правоподтверждающих документов на земельный участок проводится с учетом установленных законодательством прав и обязанностей собственника объектов капстроительства в отношении земельного участка, а также типичного для этого рынка поведения собственников в отношении аналогичного земельного участка - выкуп или аренда (п.6).

Оценщик вправе использовать иную методологию расчетов и самостоятельно определять метод (методы) оценки недвижимости в рамках каждого из выбранных подходов, основываясь на принципах существенности, обоснованности, однозначности, проверяемости и достаточности. При этом в отчете об оценке необходимо привести описание выбранного оценщиком метода (методов), позволяющее пользователю отчета об оценке понять логику процесса определения стоимости и соответствие выбранного оценщиком метода (методов) объекту недвижимости, принципам оценки, определяемому виду стоимости и предполагаемому использованию результатов оценки (п.25 ФСО №).

Согласование результатов оценки недвижимости, полученных с использованием различных методов и подходов, к оценке, и отражение его результатов в отчете об оценке осуществляются в соответствии с требованиями ФСО № и ФСО № (п.26 ФСО №).

В п.5 ФСО «Требования к отчету об оценке (ФСО №)», утвержденного приказом Минэкономразвития России от 20.05.2015г. №, указаны принципы, которых оценщик должен придерживаться при составлении отчета об оценке:

в отчете должна быть изложена информация, существенная с точки зрения оценщика для определения стоимости объекта оценки;

информация, приведенная в отчете об оценке, существенным образом влияющая на стоимость объекта оценки, должна быть подтверждена;

содержание отчета об оценке не должно вводить в заблуждение заказчика оценки и иных заинтересованных лиц (пользователи отчета об оценке), а также не должно допускать неоднозначного толкования полученных результатов.

В п.8 (и) ФСО № особо отмечено, что описание процесса оценки должно позволять пользователю отчета об оценке понять логику процесса определения стоимости и соответствие выбранного оценщиком метода (методов) объекту оценки, определяемому виду стоимости и предполагаемому использованию результатов оценки.

Указанное означает, что содержание отчета об оценке должно быть доступно для понимания как заказчику оценки, так и любому другому заинтересованному лицу, не обладающему специальными познаниями в области оценочной деятельности, а также должно позволять ему осуществить проверку расчетов и выводов оценщика исходя из примененных им подходов и методов как инструментов оценки.

Согласно ст.67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Согласно п.3 ст.86 ГПК РФ заключение эксперта для суда необязательно и оценивается судом по правилам, установленным в ст.67 ГПК РФ. Несогласие суда с заключением должно быть мотивировано в решении или определении суда.

Пленумом Верховного Суда РФ в п.7 постановления от 19.12.2003г. № «О судебном решении» в отношении оценки заключения эксперта дано разъяснение: судам следует иметь в виду, что заключение эксперта, равно как и другие доказательства по делу, не являются исключительными средствами доказывания и должны оцениваться в совокупности со всеми имеющимися в деле доказательствами (ст.67, ч.3 ст.86 ГПК РФ). Оценка судом заключения должна быть полно отражена в решении. При этом суду следует указывать, на чем основаны выводы эксперта, приняты ли им во внимание все материалы, представленные на экспертизу, и сделан ли им соответствующий анализ.

В п.15 постановления от 26.06.2008г. № «О применении норм Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении и разрешении дел в суде первой инстанции» Пленумом Верховного Суда РФ обращено внимание на то, что при исследовании заключения эксперта суду следует проверять его соответствие вопросам, поставленным перед экспертом, полноту и обоснованность содержащихся в нем выводов. В целях разъяснения или дополнения заключения суд может вызвать эксперта для допроса.

Требования к содержанию заключения эксперта установлены в ст.25 ФЗ от 31.05.2001г. № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», согласно которой в заключении эксперта должны быть отражены, в том числе, результаты исследований с указанием примененных методов, оценка результатов исследований, обоснование и формулировка выводов по поставленным вопросам. Материалы, иллюстрирующие заключение эксперта, прилагаются к заключению и служат его составной частью. В соответствии со ст.8 указанного Закона эксперт проводит исследования объективно, на строго научной и практической основе, в пределах соответствующей специальности, всесторонне и в полном объеме. Заключение эксперта должно основываться на положениях, дающих возможность проверить обоснованность и достоверность сделанных выводов на базе общепринятых научных и практических данных.

Изучив содержание экспертного заключения ООО «Альпари» № от 21.02.2018г., проверив выводы экспертизы об итоговой рыночной стоимости обследованных объектов и предполагаемом размере причиняемых изъятием убытков, сопоставив эти выводы с иными письменными доказательствами по делу, заслушав доводы и возражения сторон, суд приходит к выводу, что использованная экспертами методика оценки объектов недвижимости и основанные на них результаты экспертизы соответствуют вышеизложенным требованиям закона. 

Экспертиза проведена с выездом на объекты исследования с фотофиксацией и составлением актов осмотра, подписанных присутствовавшими при осмотре собственниками недвижимости и многолетних зеленых насаждений. Примененные экспертами методы оценки объектов экспертизы основаны на результатах анализа рынка недвижимости в районе города, в котором расположены подлежащие изъятию объекты недвижимости, с учетом технических, потребительских характеристик и фактического состояния объектов, а также их места расположения относительно объектов транспортной и социальной инфраструктуры, как факторов, имеющих существенное влияние на ценообразование. Заключение содержит полученные из информационно-коммуникационной сети Интернет и находящиеся в свободном доступе сведения о предложениях продажи объектов недвижимости, примененных экспертами в качестве аналогов для расчета рыночной стоимости соответствующих объектов экспертизы. В заключении содержится указание на применение экспертами необходимых для оценки сведений из справочников и методических рекомендаций, примененные экспертами подходы и методы оценки соответствуют требованиям ФСО и иных стандартов оценки. Расчет причиняемых изъятием убытков произведен с применением тарифов (расценок) организаций, предоставляющих транспортные, риэлтерские, юридические и иные услуги, справочных сведений специализированной научно-исследовательской организации. Расчеты и выводы экспертизы основаны на изложенных в заключении материалах и проведенных экспертами результатах исследований. В связи с этим, суд полагает, что рыночная стоимость объектов оценки и размер указанных убытков определен экспертами на основании научно обоснованных методик, с учетом общепринятой практики оценки недвижимости и с разумной степенью достоверности. 

Ответы на вопросы суда экспертами даны в ясной форме, полном объеме и основаны на выводах, изложенных в заключении. Эксперты письменно предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения и показаний. 

На этом основании суд приходит к выводу, что экспертное заключение № от 21.02.2018г. составлено согласно положениям законодательства об оценочной деятельности и соответствует требованиям, предъявляемым законом к заключению судебного эксперта. Данное экспертное заключение суд признает надлежащим доказательством по делу.

В отношении других имеющихся в материалах дела отчетах об оценке спорной недвижимости суд приходит к следующим выводам.

В результате изучения содержания отчета ООО «Уфа-Оценка» №-Н-008/3 от 21.04.2017г., с учетом мнения экспертов, суд усматривает в нем допущенные оценщиком существенные нарушения законодательства об оценочной деятельности и приходит к выводу об обоснованности доводов представителя Управления об ошибочности расчетов размера возмещения, предложенных ответчикам на основании этого отчета. 

Из отчета усматривается, что оценщиком произведена оценка не только законно возведенных и зарегистрированных за ответчиками строений, относящихся к жилому дому № (литеры А,А3,а), но также и пристроев к жилому дому (литеры А1,А2,а1), сведений о государственной регистрации права собственности на которые за ответчиками или иными лицами в ЕГРН или ЕГРП и ранее выданных правоудостоверяющих документах не имеется. При этом в техпаспорте домовладения инв.№ от 01.10.2012г. имеется штамп о том, что литеры А1,А2 возведены без разрешения. 

Согласно положениям ст.222 ГК РФ и ст.ст.51, 55 ГсК РФ здания, строения, сооружения, возведенные, созданные без получения на это необходимых разрешений или с нарушением градостроительных и строительных норм и правил, признаются самовольными постройками. Лицо, осуществившее самовольную постройку, не приобретает на нее право собственности, оно не вправе распоряжаться постройкой - продавать, дарить, сдавать в аренду, совершать другие сделки. Самовольная постройка подлежит сносу осуществившим ее лицом либо за его счет. В связи с этим самовольные постройки не признаются объектами гражданских прав (ст.ст.128,129 ГК РФ). 

Согласно ст.5 Закона об оценочной деятельности к объектам оценки относятся право собственности и иные вещные права на имущество или отдельные вещи из состава имущества, иные объекты гражданских прав, в отношении которых законодательством РФ установлена возможность их участия в гражданском обороте. Вследствие этого, самовольные объекты не подлежат оценке. 

Оценка самовольных построек в составе законно возведенных строений жилого дома несомненно влияет на итоговую оценку стоимости этого дома как объекта недвижимости, что также свидетельствует об отсутствии оснований для принятия судом содержащихся в отчете №-Н-008/3 от 21.04.2017г. сведений о рыночной стоимости объектов оценки в целях расчета размера возмещения, подлежащего выплате ответчикам при изъятии у них недвижимости.

В указанном отчете рыночная стоимость жилого дома с вспомогательными постройками (сооружениями) и земельного участка по 

<

адрес>, для оценки которой оценщиком применен сравнительный подход, определена равной соответственно 8 299 354,3 руб. и 5 747 486 руб. (стр.2-4). Доходный подход оценщиком не применялся, а от применения затратного подхода при оценке основного жилого строения он отказался, т.к. по его мнению, полученная при таком подходе рыночная стоимость не отражает полноту информации и не учитывает особенности рынка, что искажает представление об этой стоимости (стр.6, 30). Какие особенности рынка не учитывает данный подход, оценщиком не объяснено. Вследствие чего полученную затратным подходом рыночную стоимость 

<

адрес> хозпостройками на общую сумму 2 437 553 руб. (стр.35-41) оценщик отклонил при согласовании результатов оценки в целях определения итоговой величины стоимости объекта оценки (стр.42-44). В то же время, оценщик счел возможным определить рыночную стоимость вспомогательных построек (сооружений) затратным подходом, которые, по его мнению, невозможно оценить сравнительным подходом по ряду причин (стр.30). Какие это конкретно причины, оценщиком не раскрыто. Определенная таким подходом стоимость вспомогательных построек и сооружений соответственно в 636 133 руб. и 152 821 руб. (стр.3, 41) была дополнительно включена (прибавлена) в стоимость основного жилого строения 

<

адрес>, определенной другим, сравнительным подходом. 

При этом согласно таблице № (стр.33-34) оценщиком выбрано в качестве объектов-аналогов для оценки стоимости 

<

адрес> пять объектов жилой недвижимости, предложения о продаже которых размещены в свободном доступе в сети Интернет (стр.116-120). При этом из них аналоги №№,2,4 являются жилыми домами с земельными участками (домовладениями), а аналоги №№, 5 – квартирами в многоквартирных домах. Выбор аналогов-квартир, являющихся иным видом жилых помещений, отличным от жилых домов (пп.2,3 ст.16 ЖК РФ), расположенных на обособленных земельных участках, никак не обоснован оценщиком. Однако квартиры фактически относятся к другому сегменту рынка жилой недвижимости, а значит, по определению различаются по стоимости с жилыми домами с аналогичной площадью. Коррекции по цене объекта оценки по сравнению с этими аналогами оценщиком не осуществлено.

В таблице № отсутствует указание на наличие земельных участков, занимаемых аналогами - жилыми домами, вследствие чего из содержащихся в ней сведений нельзя определить, какова площадь этих участков и каково хотя бы приблизительное соотношение их стоимости как части объекта продажи (жилого дома с земельным участком) с общей стоимостью данного объекта. 

Между тем, согласно п.2 ст.552, п.2 ст.555 ГК РФ, если продавец является собственником земельного участка, на котором находится продаваемая недвижимость, покупателю передается право собственности на земельный участок, занятый такой недвижимостью и необходимый для ее использования, и цена договора продажи такой недвижимости включает цену соответствующей части земельного участка или права на нее. При этом в цену продажи включается также и стоимость вспомогательных построек и сооружений, находящихся вместе с жилым домом на одном земельном участке и представляющих совместно с ним единый объект гражданских прав, а потому в силу положений ст.135 ГК РФ следующих юридической судьбе жилого дома как главной вещи.

Указанное означает, что предложения на рынке по продаже домовладений формируются с учетом особенностей правового режима таких объектов, обычно состоящих из трех разновидностей объектов недвижимости - жилых домов (основных жилых строений), обслуживающих их вспомогательных построек, сооружений и земельных участков. То есть, объявленная продавцом цена продажи домовладения всегда включает стоимость земельного участка и расположенных на нем объектов недвижимости, а также объектов благоустройства и зеленых насаждений. Это требует обязательного учета оценщиками в целях исключения двойного подсчета стоимости указанных объектов при оценке рыночной стоимости домовладений.

Вследствие чего следует вывод, что произведенные оценщиком расчеты средневзвешенной стоимости 1 кв.м площади 

<

адрес> 44 101 руб. фактически включают как стоимость вспомогательных построек и сооружений, так и стоимость земельного участка. Но никаких расчетов и корректировок, позволяющих выделить в составе общей рыночной стоимости домовладения собственно стоимость основного жилого строения 

<

адрес>, хозпостроек и занимаемого ими земельного участка, в таблице № не приведено. Напротив, в п.5 в качестве объяснений корректировок указано, что стоимость земельного участка не определяется. Такой способ расчета стоимости единицы площади жилого дома фактически ведет к смешению в этом расчете стоимости самого дома как объекта недвижимости, и стоимости другого объекта недвижимости - земельного участка, входящей в цену предложения по продаже домовладения. Подобный подход к оценке домовладения вводит в заблуждение пользователя отчета об оценке относительно состава такого домовладения, включающего земельный участок, и порядка определения оценщиком его стоимости. 

В итоге, оценщиком дважды была учтена в рыночной стоимости домовладения стоимость вспомогательных построек и сооружений, которая вошла в итоговую рыночную стоимость домовладения №, определенную сравнительным подходом, а затем стоимость этих построек и сооружений, определенная затратным подходом, была дополнительно прибавлена оценщиком к указанной рыночной стоимости домовладения. 

Также оценщиком не учтено, что в соответствии с п.5 ст.15 ЖК РФ общая площадь жилого помещения состоит из суммы площади всех частей такого помещения, включая площадь помещений вспомогательного использования, предназначенных для удовлетворения гражданами бытовых и иных нужд, связанных с их проживанием в жилом помещении, за исключением балконов, лоджий, веранд и террас. 

Согласно приложению № приказа Минэкономразвития России от 01.03.2016г. № установлены Требования к определению площади здания, сооружения и помещения, применяемые для целей государственного кадастрового учета при определении площади объектов недвижимости, основной характеристикой которых является площадь или площадь застройки. Порядок определения площади в данном приказе аналогичен положению п.5 ст.15 ЖК РФ.

В связи с этим, при совершении сделок с жилыми помещениями, в т.ч. с жилыми домами, в ЕГРН подлежит внесению площадь жилого дома, определенная в вышеуказанном порядке, т.е. без включения площади балконов, лоджий, веранд и террас. Соответственно и при применении оценщиком для расчетов объекта оценки площади объектов-аналогов следует исходить из того, что в предложениях по продаже жилых домов их площадь указана в объявлениях без учета площади указанных помещений вспомогательного использования. Применение оценщиком иного порядка определения площади аналогов подлежит документальному подтверждению и последующему обоснованию порядка расчетов с применением таких параметров.

В отчете ООО «Уфа-Оценка» такого подтверждения и обоснования не приведено, корректировки в расчетах площади объекта оценки по данному значению не осуществлено. Включение площади веранд а,а1 в общую площадь дома для расчета его рыночной стоимости (раздел 4, п.16, стр.11) противоречит закону. Вследствие чего оценщик не был вправе производить отдельный расчет стоимости указанных вспомогательных помещений, из которых литера а1 к тому же является самовольной постройкой, в сумме 282 246,4 руб. и прибавлять ее к общей стоимости основного жилого строения 

<

адрес> (литеры А,А3,А4) и самовольных построек литеры А1,А2, в которой фактически уже учтена стоимость указанных помещений.

В отчете не содержится обоснования и расчетов как по составу, так и по площади вспомогательных построек и сооружений и вспомогательных помещений, которые могут иметься у жилых домов-аналогов, относительно оцениваемого домовладения №, в целью корректировки итоговой величины оценки данного домовладения. 

В итоге, оценщиком было произведено необоснованное завышение рыночной стоимости жилого дома с хозпостройками за счет двойного учета в ней стоимости вспомогательных построек и сооружений и вспомогательных помещений (веранд). При проверке примененного оценщиком математического расчета данное завышение составляет общую сумму 282 246,4 + 636 133 + 152 821 = 1 071 200,4 руб. (стр.2-4, 34-35). 

При этом оценщиком был произведен ошибочный расчет стоимости жилого строения литера А, площадь которого была принята им равной 107,8 кв.м, тогда как эта площадь всего основного жилого строения 

<

адрес> – строений литеры А,А3, согласно экспликации к техпаспорту домовладения от 01.10.2012г., что и внесено в ЕГРН в качестве общей площади 

<

адрес>. Площадь строения литера А равна согласно экспликации 89,0 кв.м, т.е. завышение площади этого строения составило 18,8 кв.м. Оценщиком также приняты к расчету неверные данные площади других строений, относящихся к основному жилому строению дома, площадь которых подлежит включению в общую площадь жилого помещения (

<

адрес>) по правилам п.5 ст.15 ЖК РФ: мезонина литера А3 – 27,5 кв.м вместо 18,8 кв.м, пристроя литера А4 – 16,5 кв.м вместо 11,4 кв.м. Также в площадь основного жилого строения неправомерно и с техническими ошибками включена площадь самовольных построек: пристроя А1 – 8,1 кв.м (по экспликации – 6,4 кв.м), пристроя А2 – 4,0 кв.м (по экспликации – 3,1 кв.м). В результате оценщиком принята к расчетам стоимости дома суммарная площадь строений: 107,8 + 8,1 + 4,0 + 27,5 + 16,5 = 163,9 кв.м. Тогда как действительная площадь основного жилого строения литеры А1,А3 с пристроем А4 равна: 107,8 + 11,4 = 119,2 кв.м. Т.е. ошибочное завышение оценщиком площади дома составило 163,9 - 119,2 = 44,7 кв.м. Ввиду принятия оценщиком для расчета стоимости основного жилого строения средневзвешенной стоимости 1 кв.м площади в 44 101 руб., ошибочное суммарное завышение при расчете окончательной стоимости этого строения составило сумму 44,7 * 44 101 = 1 971 314,7 руб.

В итоге, результатом совершенных оценщиком вышеуказанных ошибок как технического характера, так и юридического свойства (исходя из примененной им методологии оценки и расчетов), необоснованное завышение рыночной стоимости 

<

адрес> вспомогательными постройками и сооружениями составило общую сумму: 

1 071 200,4 + 1 971 314,7 = 3 042 515,1 руб.

Стоимость приусадебного участка 

<

адрес> была определена также сравнительным подходом. Для этого в таблице на стр.32 оценщиком приведены в таблице в качестве объектов-аналогов для оценки стоимости данного участка пять земельных участков, предложения о продаже которых также размещены в сети Интернет (стр.111-115). При этом оценщиком эти аналоги приняты как свободные от жилой и иной застройки. При анализе объявлений о продаже выявляются особенности данных аналогов, никак не учтенные и не обоснованные оценщиком. 

Аналог № является земельным участком, расположенным на охраняемой территории санатория-профилактория «Речные зори». Однако при выборе такого аналога оценщиком не учтено, что земельные участки под санаториями и другими учреждениями отдыха обычно расположены на землях особо охраняемых территорий и используемых для отдыха граждан и туризма, относящихся к рекреационным территориальным зонам, на территории которых запрещено масштабное жилищное строительство, что отличает их от жилых зон (п.п.1,9,10 ст.85, п.1 ст.94 ЗК РФ). В отчете нет корректировки и на такое улучшение земельного участка как наличие вбитых в грунт 47 свай под фундамент будущего дома, как указано в объявлении. Аналог № представляет собой земельный участок, находящийся, как указано в объявлении, в аренде и предназначен для проектирования и строительства автосервиса. Применение для оценки земельного участка, находящегося в собственности, аналога, находящегося у продавца на ином виде права – аренде, оценщиком не обосновано, в т.ч. с учетом развитого рынка земельных участков, находящихся в собственности продавцов и предназначенных для индивидуального жилищного строительства. Также в отчете не применено никаких корректировок в отношении различия в оцениваемых правах на участки. При этом применение в качестве аналога земельного участка с разрешенным использованием для размещения объекта коммерческого использования, не допускающего индивидуальное жилищное строительство, свидетельствует о необоснованности выбора оценщиком такого аналога. Аналогом № является земельный участок, который согласно размещенным фотографиям занят жилым домом с хозпостройками. Однако никакого обоснования и расчетов в целях выделения в общей стоимости такого домовладения стоимости указанного земельного участка - аналога в отчете не произведено. При этом на странице сайта с данным объявлением имеется примечание ЦИАН, что в объявлениях этого агента встречаются ошибки в цене, параметрах объекта или фотографиях и что объект может отличаться от предложенного в объявлении. Данное предупреждение оценщиком проигнорировано, т.к. сведений об уточнении реальных характеристик этого аналога в отчете не содержится.

Подтверждением выводов суда о некорректности примененного оценщиком расчета рыночной стоимости 

<

адрес> хозпостройками и земельным участком служит и то обстоятельство, что в разделе 1 отчета «Основные факты и выводы» (стр.6) в качестве объекта оценки указано домовладение по 

<

адрес> с перечислением входящих в его состав строений, построек и сооружений согласно техническому паспорту. При этом на наличие земельного участка под домом и его вхождение в состав объекта оценки не указано. В качестве рыночной стоимости объекта оценки указана сумма 8 299 354,3 руб., которая фактически определена оценщиком с учетом стоимости приусадебного участка 

<

адрес>. В то же время, на стр.2-4, 43-44 отчета вышеуказанная сумма указана как рыночная стоимость домовладения, а также дополнительно приведена отдельная стоимость земельного участка в сумме 5 747 486 руб. В итоге, такой способ изложения оценщиком своих выводов может привести к тому, что пользователем отчета окажутся неправильно поняты результаты оценки и ошибочно прибавлена к итоговой величине рыночной стоимости объекта оценки - домовладения стоимость его составной части – земельного участка, уже включенная оценщиком в эту рыночную стоимость. 

В связи с этим, суд соглашается с доводом представителя истца, что Управление, как заказчик отчета, из-за некорректного изложения выводов оценщика было фактически введено в заблуждение относительно реальной рыночной стоимости подлежащих изъятию объектов недвижимости, расположенных по 

<

адрес>. По этой причине Управлением были направлены ответчикам проекты соглашений об изъятии, содержащие ошибочные расчеты суммы возмещения за изымаемую недвижимость. Предложенное Управлением ответчикам возмещение превышало в общей сумме рыночную стоимость изымаемых объектов недвижимости по 

<

адрес> как минимум на сумму, равную стоимости приусадебного участка в 5 747 486 руб. Кроме того, сумма возмещения фактически была завышена также и по причине двойного учета оценщиком в рыночной стоимости объекта оценки стоимости вспомогательных построек, сооружений и вспомогательных помещений 

<

адрес>. 

Это дает основание полагать, что указанная сумма возмещения была предложена Управлением вследствие технической (счетной) ошибки, возникшей по вине оценщика. Выплата этой суммы ответчикам в договорном порядке, путем заключения с ними соглашений об изъятии недвижимости на предложенных Управлением условиях, привела бы к получению ответчиками без правовых оснований суммы возмещения, превышающей действительную рыночную стоимость принадлежащих им объектов недвижимости. Такая сумма представляла бы собой неосновательное обогащение на стороне ответчиков за счет бюджетных средств, которое подлежало бы незамедлительному возврату ими по требованию Управления (ст.1102 ГК РФ). 

В итоге суд приходит к выводу, что указанный отчет об оценке не отвечает такому важному критерию доказательства как достоверность и поэтому не может признаваться в качестве надлежащего доказательства рыночной стоимости спорных объектов недвижимости. 

Кроме того, отчет №-Н-008/3 от 21.04.2017г. не может быть использованы судом в таком качестве доказательств рыночной стоимости подлежащей изъятию недвижимости также по причине утраты актуальности и необходимой степени достоверности содержащихся в них сведений об этой рыночной стоимости в связи с истечением шести месяцев с даты составления отчетов (ст.12 Закона об оценочной деятельности). 

Согласно п.1 ст.56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Возражения ответчиков и их представителей о несогласии с выводами экспертизы о рыночной стоимости подлежащих изъятию объектов недвижимости и иными выводами в заключении представляют собой субъективные суждения этих лиц, не основанные на фактических обстоятельствах и научно обоснованных методах оценки недвижимости.

Ответчиками не представлены доказательства и не приведены доводы, которые могли бы опровергнуть выводы экспертизы или поставить их под сомнение, в частности, такие как противоречие выводов экспертов фактам, подтверждаемым письменными доказательствами по делу, или обстоятельствам, установленным судом. Возражения ответчиков в отношении выводов экспертов о неправильном выборе методики оценки рыночной стоимости объектов экспертизы не основаны на положениях федеральных стандартов оценки. Ответчиками не представлено суду доказательств неправильного использования экспертами положений указанных стандартов, их доводы относительно неверного определения рыночной стоимости объектов экспертизы не подтверждены альтернативными расчетами, опровергающими выводы экспертизы. Документальных доказательств и расчетов, свидетельствующих о возникновении в будущем у ответчиков убытков в большем размере, нежели он был установлен экспертизой, ответчиками также не представлено. Доводы ответчика ФИО1 о неправильном применении экспертами размера физического износа принадлежащих ему строений судом отклоняются как необоснованные. В обоснование своего утверждения ответчик ссылается на техпаспорт домовладения от 01.10.2012г. с исправлениями в дате постройки пристроя литера – 1996г. вместо 1986г., и кадастровый паспорт от 13.02.2012г. на постройки литеры Г3,Г5 с указанием БТИ их износа в размере 10 % в 2012г. Между тем, размер физического износа определяется БТИ путем расчета величины этого износа в зависимости от даты возведения здания и нормативного срока службы такого типа зданий, что не всегда соответствует фактическому износу конкретного здания, отчего зависит его рыночная стоимость. Как объяснено экспертами, для определения размера физического износа строений ими применялась шкала экспертных оценок износа объектов недвижимости, по которой размер износа определяется оценщиком визуально исходя из фактического состояния строения. Данная методика является общепринятой для оценки недвижимости затратным подходом. Оценщик самостоятельно осуществляет выбор соответствующей методики оценки.

В соответствии со ст.3 Закона об оценочной деятельности под рыночной стоимостью объекта оценки понимается наиболее вероятная цена, по которой данный объект оценки может быть отчужден на открытом рынке в условиях конкуренции, когда стороны сделки действуют разумно, располагая всей необходимой информацией, а на величине цены сделки не отражаются какие-либо чрезвычайные обстоятельства. Таким образом, законодатель в самом определении указывает на вероятностный характер рыночной стоимости объекта оценки. В связи с этим суд отклоняет как не основанный на законе такой довод ответчиков, как явное занижение экспертами реальной рыночной стоимости подлежащей изъятию недвижимости, что обусловлено лишь субъективным мнением ответчиков о размере такой стоимости, не подтвержденное надлежащими доказательствами. 

Согласно п.1 ст.87 ГПК РФ в случаях недостаточной ясности или неполноты заключения эксперта суд может назначить дополнительную экспертизу, поручив ее проведение тому же или другому эксперту.

Согласно п.15 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.06.2008г. № «О применении норм Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении и разрешении дел в суде первой инстанции» назначение повторной экспертизы должно быть мотивировано. Суду следует указать в определении, какие выводы первичной экспертизы вызывают сомнение, сослаться на обстоятельства дела, которые не согласуются с выводами эксперта.

Судом полно и всесторонне исследованы все имеющиеся в материалах дела доказательства, имеющие отношение к оценке рыночной стоимости подлежащих изъятию объектов недвижимости, и ни одно из них не опровергает выводы экспертного заключения. В связи с этим, у суда нет оснований ставить под результаты оценки в экспертном заключении № от 21.02.2018г. и признает его достоверным и допустимым доказательством по делу. На этом основании судом отклонено ходатайство ответчиков о назначении повторной экспертизы. 

В отношении иска ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9 предъявленного к Администрации ГО г.Уфа РБ, ФИО1, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13 о признании права собственности на самовольные постройки суд приходит к следующему.

Истцы обосновывают свои требования тем, что ими была осуществлена в 1986 году на принадлежащем им земельном участке самовольная реконструкция 

<

адрес>, но в выдаче разрешения на ввод в эксплуатацию объекта Администрация ГО г.Уфа РБ неправомерно отказала. Отказ нарушает их право возводить строения на собственном участке. Истцами приняты необходимые меры по получению указанного разрешения в установленном законом порядке, поэтому они вправе обратиться в суд за признанием за ними права собственности на самовольные постройки в качестве способа защиты нарушенных прав. В доказательство того, что реконструированный 

<

адрес> соответствует противопожарным, строительным и иным нормам и правилам и что его сохранение в таком виде не создает угрозу жизни и здоровью граждан, истцами представлено суду экспертное заключение ООО «Альфа-Проект+» от 10.05.2018г. о техническом состоянии основных несущих строительных конструкций строений литеры А1,А2,а1.

В целях определения рыночной стоимости жилого дома по 

<

адрес> (литеры А,А3,А4) с учетом указанных в техпаспорте самовольных строений (литеры А1,А2,а1) судом в соответствии со ст.87, 187 ГПК РФ назначена дополнительная экспертиза с поручением ее проведения той же экспертной организации ООО «Альпари». 

Согласно заключению эксперта № от 18.05.2018г. рыночная стоимость вышеперечисленных объектов недвижимости на 22.02.2018г. составляет 8 178 000 руб.

Отдел градостроительного контроля и выдачи разрешений Администрации ГО г.Уфа РБ (далее – Отдел) в письме исх. 474/02/ОГН от 01.03.2018г. в качестве основания отказа в выдаче разрешения на ввод объекта в эксплуатацию сослался на не представление заявителем ФИО3 разрешения на строительства и пакета документов согласно п.3 ст.55 ГсК РФ. Также им указано, что в зоне ОД-1 использование земельного участка для строительства индивидуального жилого дома не разрешено. Отделом письмом исх.№ от 27.04.2018г. также отказано заявителю ФИО9 в выдаче ему указанного разрешения по причине непредставления разрешения на строительства и пакета документов согласно п.3 ст.55 ГсК РФ.

Согласно пп.2 п.1 ст.40 ЗК РФ собственник земельного участка имеет право возводить жилые, производственные, культурно-бытовые и иные здания, сооружения в соответствии с целевым назначением земельного участка и его разрешенным использованием с соблюдением требований градостроительных регламентов, строительных, экологических, санитарно-гигиенических, противопожарных и иных правил, нормативов.

Согласно п.1 ст.263 ГК РФ собственник земельного участка может возводить на нем здания и сооружения, осуществлять их перестройку или снос, разрешать строительство на своем участке другим лицам. Эти права осуществляются при условии соблюдения градостроительных и строительных норм и правил, а также требований о целевом назначении земельного участка (пункт 2 статьи 260). 

Последствия самовольной постройки, произведенной собственником на принадлежащем ему земельном участке, определяются ст.222 ГК РФ (п.2 ст.263 ГК РФ).

По смыслу п.1 ст.222 ГК РФ к самовольной постройке закон относит здание, сооружение, другое строение, в случае, если оно возведено:

1) на земельном участке, не предоставленном в установленном порядке; 

2) на земельном участке, разрешенное использование которого не допускает строительства на нем такого рода объектов; 

3) без получения на это необходимых разрешений;

4) с нарушением градостроительных и строительных норм и правил.

Как указано в п.28 совместного постановления Пленумов Верховного Суда РФ и ВАС РФ от 29.04.2010г. № «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», положения ст.222 ГК РФ распространяются также на самовольную реконструкцию недвижимого имущества, в результате которой возник новый объект.

В соответствии с п.3 ст.222 ГК РФ легализация самовольной постройки и введение ее гражданский оборот возможно на основании решения суда о признании права собственности на эту постройку за лицом, в собственности или на ином вещном праве за которым находится земельный участок, на котором создана постройка, при одновременном соблюдении следующих условий:

1) в отношении земельного участка лицо, осуществившее постройку, имеет права, допускающие строительство на нем данного объекта;

2) на день обращения в суд постройка соответствует параметрам, установленным документацией по планировке территории, правилами землепользования и застройки или обязательными требованиями к параметрам постройки, содержащимися в иных документах;

3) сохранение постройки не нарушает права и охраняемые законом интересы других лиц и не создает угрозу жизни и здоровью граждан.

В п.26 постановления от 29.04.2010г. № указано, что отсутствие разрешения на строительство само по себе не может служить основанием для отказа в иске о признании права собственности на самовольную постройку. В то же время суду необходимо установить, предпринимало ли лицо, создавшее самовольную постройку, надлежащие меры к ее легализации, в частности, к получению разрешения на строительство и (или) акта ввода объекта в эксплуатацию, а также правомерно ли отказал уполномоченный орган в выдаче такого разрешения или акта ввода объекта в эксплуатацию. 

Таким образом, указанные обстоятельства входят в предмет доказывания по спору о признании права собственности на самовольную постройку. Лицу, осуществившему такую постройку, необходимо доказать, что им принимались надлежащие меры по обращению в уполномоченный орган за соответствующим разрешением с соблюдением установленного законодательством порядка. О ненадлежащем обращении может свидетельствовать, в частности, отказ уполномоченного органа в выдаче соответствующего разрешения по причине не представления заявителем документов, предусмотренных законом (п.п.7,9,11 ст.51, п.п.3,6 ст.55 ГсК РФ).

Согласно п.3 ст.55 ГсК РФ для принятия решения о выдаче разрешения на ввод объекта индивидуального жилищного строительства в эксплуатацию, кроме ранее полученного разрешения на строительство, в уполномоченный орган подлежат представлению правоустанавливающие документы на земельный участок, ГПЗУ, акт приемки объекта капстроительства, схема расположения объекта капстроительства на земельном участке, технический план объекта, иные указанные в этом пункте документы.

Согласно п.6 ст.55 ГсК РФ отсутствие документов, указанных в п.3 этой статьи, является основанием для отказа в выдаче разрешения на ввод объекта в эксплуатацию.

Указанный отказ может быть оспорен в судебном порядке (п.8 ст.55 ГсК РФ).

Из представленных истцами документов не следует, что ими при обращении в уполномоченный орган были соблюдены вышеуказанные требования закона.

ФИО3 и ФИО9 не представлены суду доказательства предоставления в Отдел полного комплекта документов в целях выдачи разрешения на ввод объекта в эксплуатацию согласно п.3 ст.55 ГсК РФ. Ими также не осуществлялось повторного обращения в Отдел с представлением такого комплекта документов. Это свидетельствует о ненадлежащем обращении этих лиц за указанным разрешением. 

Не имеется и сведений об обращении этих лиц в суд с заявлением об оспаривании отказа в выдаче разрешения на ввод объекта в эксплуатацию в случае, если они полагают, что этот отказ является заведомо неправомерным по причине предъявления Отделом требования о предоставлении документов, не указанных в п.3 ст.55 ГсК РФ.

Суд не может признать надлежащим и обращение в Отдел поочередно только двух истцов из всех собственников 

<

адрес> за получением разрешения. 

Согласно п.1 ст.246 ГК РФ распоряжение имуществом, находящимся в долевой собственности, осуществляется по соглашению всех ее участников. 

Реконструкция объекта капстроительства влечет изменение его строительных параметров (п.14 ст.1 ГсК РФ). Реконструкция жилого дома, находящегося в общей долевой собственности нескольких лиц, является способом распоряжения общим имуществом и потому затрагивает права всех участников общей собственности, что требует получения их согласия на такую реконструкцию. В связи с чем до обращения в уполномоченный орган за выдачей разрешения на ввод реконструированного жилого дома в эксплуатацию требуется получение письменного согласия от собственников, не участвовавших в реконструкции дома.

При этом по смыслу п.3 ст.222 ГК РФ, все лица, обратившиеся в суд с требованием о признании права на самовольную постройку, должны представить доказательства обращения их в досудебном порядке за получением разрешения на ввод объекта в эксплуатацию. Кроме ФИО3 и ФИО9, остальные истцы не представили суду таких доказательств, в связи с чем они не могут признаваться лицами, принявшими необходимые меры по легализации в установленном законодательством порядке осуществленной ими совместно самовольной реконструкции жилого дома.

В Обзоре судебной практики от 19.03.2014г. по делам, связанным с самовольным строительством, Президиумом Верховного Суда РФ установлено особое условие для принятия судом решения об узаконении самовольной постройки: 

«Признание права собственности на самовольную постройку в судебном порядке является исключительным способом защиты права, который может применяться в случае, если лицо, обратившееся в суд, по какой-либо независящей от него причине было лишено возможности получить правоустанавливающие документы на вновь созданный или реконструированный объект недвижимости в порядке, установленном нормативными правовыми актами, регулирующими отношения, связанные с градостроительной деятельностью, и отношения по использованию земель.

Такой иск не может быть использован для упрощения регистрации прав на вновь созданный объект недвижимости с целью обхода норм специального законодательства, предусматривающего разрешительный порядок создания и ввода в гражданский оборот новых недвижимых вещей».

Придание высшим судебным органом иску о признании права собственности на самовольную постройку значения исключительного способа защиты права означает, что этот способ может быть использован лицом, осуществившим такую постройку, лишь в случае полного исчерпания им возможности по узаконению этой постройки.

Указанное свидетельствует, что заявления ФИО3 и ФИО9 в Отдел были поданы в качестве формального соблюдения им установленного законодательством порядка в целях обращения совместно с другими собственниками 

<

адрес> иском о признании права на самовольные постройки. Данный иск подан с целью обхода норм градостроительного законодательства, устанавливающего разрешительный (административный) порядок возведения и реконструкции объектов капстроительства. 

Данное обстоятельство является достаточным основанием для отказа в иске.

Имеется и другое обстоятельство, препятствующее удовлетворению данного иска.

В письме Отдела исх. 474/02/ОГН от 01.03.2018г. содержится указание на второе основание для отказа в выдаче разрешения на ввод в эксплуатацию: в зоне ОД-1 использование земельного участка для строительства индивидуального жилого дома не разрешено. Это основание корреспондируется с вышеуказанными выводами об отнесении согласно ст.44 Правил землепользования и застройки ГО г.Уфа РБ такого вида использования земельных участков и объектов капстроительства как индивидуальное жилищное строительство к неразрешенному (запрещенному)для зоны ОД-1. 

В вышеуказанном Обзоре судебной практики от ДД.ММ.ГГГГ Президиум Верховного Суда Российской Федерации указал со ссылкой на ст.ст.35-40 ГсК РФ, ст.85 ЗК РФ, что постройка будет считаться созданной на земельном участке, не отведенном для этих целей, если она возведена вопреки правилам градостроительного зонирования, установленным правилами землепользования и застройки населенного пункта, определяющим вид разрешенного использования земельного участка в пределах границ территориальной зоны, где находится самовольная постройка. 

Реконструкция жилого дома, расположенного на земельном участке в территориальной зоне ОД-1, также относится к запрещенному виду использования в этой зоне. Действие запрета на такое использование не зависит от мер, которые могут быть предприняты собственником жилого дома или земельного участка, на котором возведен либо реконструирован жилой дом по получению разрешения на строительство и (или) ввод объекта в эксплуатацию. При этом невозможность легализации самовольного строительства (реконструкции) не зависит и от даты осуществления истцом такого строительства (реконструкции). Решение о признании права на самовольную постройку принимается судом исходя из норм законодательства, в т.ч. правил землепользования и застройки городского округа, иного населенного пункта, муниципального района, действующих на дату обращения лица, осуществившего такую постройку, с указанным иском в суд или на дату принятия решения суда. 

Указанное обстоятельство является самостоятельным основанием для отказа в иске о признании права собственности истцов на самовольно реконструированный жилой дом.

Суд признает также обоснованными возражения Управления и УЗИО г.Уфы со ссылкой на специальную норму главы VII.I ЗК РФ – ст.56.8 ЗК РФ, устанавливающую условия выплаты возмещения за подлежащее изъятию объекты недвижимости.

Согласно п.8 ст.56.8 ЗК РФ при определении размера возмещения не подлежат учету, в частности, 1) объекты недвижимости, расположенные на изымаемом земельном участке, и неотделимые улучшения данных объектов (в т.ч. в результате реконструкции), произведенные вопреки его разрешенному использованию, 2) неотделимые улучшения земельного участка и (или) расположенных на нем объектов недвижимости, произведенные после уведомления правообладателя изымаемой недвижимости о принятом решении об изъятии земельного участка для государственных или муниципальных нужд, за исключением неотделимых улучшений, произведенных в целях обеспечения безопасности объектов недвижимости, а также в результате реконструкции на основании выданного до указанного уведомления разрешения на строительство.

Все собственники 

<

адрес> были уведомлены Управлением о принятом решении об изъятии земельных участков для муниципальных нужд в марте 2017 года (уведомления исх.№№, 93-03-026, 93-03-027, 93-03-028 от 06.03.2017г.). Следовательно, какие-либо произведенные собственниками после этого уведомления улучшения земельного участка и (или) жилого дома, влекущие увеличение их выкупной стоимости, не подлежат учету при определении размера возмещения за изымаемую недвижимость. Поэтому, если самовольная реконструкция жилого дома была произведена до получения указанного уведомления, но меры по ее легализации собственниками дома были предприняты уже после получения этого уведомления, то по смыслу пп.2 п.8 ст.56.8 ЗК РФ это обстоятельство не может признаваться основанием для изменения размера возмещения с учетом увеличившейся площади реконструированного дома даже в случае принятия судом решения о признании права на этот дома как на самовольную постройку. Отсутствие у собственников дома разрешения на строительство (в целях реконструкции дома) до получения ими уведомления о решении об изъятии, полностью исключает возможность увеличения размера возмещения за изымаемую недвижимость.

Кроме того, с учетом вышеуказанных разъяснений Президиума Верховного Суда Российской Федерации, реконструкция жилого 

<

адрес> была произведена вопреки разрешенному использованию, установленному градостроительным регламентом. Согласно и пп.1 п.8 ст.56.8 ЗК РФ это также исключает возможность определения размера возмещения исходя из увеличившейся в результате реконструкции площади дома. 

С учетом указанного, размер возмещения, подлежащего выплате Управлением ответчикам за изымаемую недвижимость, подлежит установлению судом по результатам судебной экспертизы и без учета стоимости самовольных построек.

Управлением уточнены исковые требования с приложением расчетов причитающего ответчикам возмещения за изымаемое имущество и причиняемые им убытки. Судом данные расчеты проверены и признаны правильными. Обоснованных заявлений об ошибочности этих расчетов и альтернативных расчетов от ответчиков суду не поступало. 

Представителем ответчиков ФИО24 заявлены возражения на исковые требования по причине недостаточности сумм возмещения, подлежащих выплате Управлением за изымаемую недвижимость, для покупки ответчиками жилых помещений, равноценных по площади помещениям, занимаемыми ими в 

<

адрес>. По его мнению, изъятие без возможности покупки другого аналогичного жилья или предоставления другого жилого помещения нарушает также и права несовершеннолетних лиц, являющихся членами семьи собственника дома. Требование о выселении без предоставления другого жилья он полагает незаконным и не подлежащим удовлетворению. 

Согласно п.7 ст.32 ЖК РФ размер возмещения за жилое помещение при его изъятии определяется на основании его рыночной стоимости. В п.2 ст.56.8 ЗК РФ, п.2 ст.281 ГК РФ содержатся аналогичные положения о включении в возмещение за изъятие земельного участка и расположенных на них объектов недвижимости рыночной стоимости этого земельного участка и этих объектов или иных прав на них. Таким образом, указанные нормы закона не предоставляют собственнику подлежащего изъятию жилого помещения права требовать от органа власти, осуществляющего изъятие, предоставления другого жилого помещения. Исключения из данного правила устанавливаются законом. В частности, в случае заключения соглашения с собственником жилого помещения ему может быть предоставлено взамен изымаемого жилого помещения другое жилое помещение с зачетом его стоимости при определении размера возмещения за изымаемое жилое помещение (п.8 ст.32 ЖК РФ)

Пленумом Верховного Суда РФ в п.20 (и) постановления от 02.07.2009г. № «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации» дано разъяснение, что суд не вправе обязать уполномоченный орган, принявший решение об изъятии жилого помещения, обеспечить собственника изымаемого жилого помещения другим жилым помещением, поскольку из содержания ст.32 ЖК РФ следует, что на такой орган возлагается обязанность лишь по выплате выкупной цены изымаемого жилого помещения.

Суд также отмечает, что положения ст.32 ЖК РФ, иных федеральных законов не предусматривают каких-либо исключений в вышеуказанном порядке предоставления возмещения при изъятии жилого помещения в случаях, когда собственником (сособственником) такого жилого помещения являются несовершеннолетние лица, а также если эти лица проживают в данном помещении в качестве членов семьи собственника. 

По смыслу п.3 ст.35 Конституции РФ, предусмотренный в этой конституционной норме и в корреспондирующих ей нормах федеральных законов принцип предварительного и равноценного возмещения правообладателю стоимости его имущества при его принудительном изъятии признается разумной и достаточной компенсацией такому правообладателю утраты им права собственности, иных вещных прав на изъятое имущество, в т.ч. связанных с ними прав владения и пользования этим имуществом. К последним относится и право проживания в жилом помещении его собственника и членов его семьи, в т.ч. несовершеннолетних детей этого собственника (ст.ст.30, 31 ЖК РФ). 

Применительно к положениям ст.32 ЖК РФ равноценное возмещение означает предоставление собственнику подлежащего изъятию жилого помещения эквивалентной компенсации в виде денежной суммы, равной рыночной стоимости такого помещения, а в случае нахождения жилого дома в общей собственности - рыночной стоимости доли в праве собственности, принадлежащей этому собственнику. То есть, размер возмещения, подлежащий выплате конкретному участнику общей собственности на жилой дом, напрямую зависит от размера его доли в этой собственности и пропорционален ей. 

При этом площадь, занимаемая конкретным собственником и членами его семьи в жилом помещении по соглашению с другими его собственниками (п.1 ст.247 ГК РФ), в т.ч. в соответствии с фактически сложившимся порядком владения и пользования помещениями в жилом доме, не учитывается при расчете возмещения этому собственнику. 

Кроме того, установленная законом процедура изъятия жилых помещений для муниципальных нужд не обусловлена необходимостью улучшения жилищных условий собственников подлежащих изъятию жилых помещений и членов их семей. Указанная процедура предусмотрена в качестве способа решения вопросов местного значения городского округа и направлена на обеспечение развития территорий городского округа в интересах всего его населения, а не защиту интересов отдельных частных лиц. Вследствие чего ст.32 ЖК РФ не предусмотрено предоставления собственникам изымаемых жилых помещений другого жилья, а в случае заключения с ними соглашений об изъятии недвижимости по ним полагается только выплата возмещения в размере рыночной стоимости недвижимости и причиняемых изъятием убытков. В то же время, эта норма закона не предусматривает оснований для лишения указанных собственников и членов их семей права на постановку на учет в органе местного самоуправления в качестве нуждающихся в улучшении жилищных условий граждан, при условии их соответствии требованиям жилищного законодательства об основаниях постановки на указанный учет. 

При таких обстоятельствах вышеуказанные возражения представителя ответчика не основаны на законе и подлежат отклонению судом. 

На этом основании при удовлетворении иска об изъятии этой недвижимости с истца в пользу ответчиков, являющихся собственниками изымаемой недвижимости, подлежит взысканию соответствующее возмещение исключительно в виде денежных средств.

Согласно п.1 ст.290 ГК РФ, п.1 ст.30 ЖК РФ собственнику жилого помещения принадлежат права владения, пользования и распоряжения принадлежащим ему на праве собственности жилым помещением в соответствии с его назначением. Члены семьи собственника жилого помещения имеют право пользования данным жилым помещением наравне с его собственником, если иное не установлено соглашением между собственником и членами его семьи (п.2 ст.31 ЖК РФ). 

Указанное означает, что права членов семьи собственника по пользованию жилым помещением производны от прав самого собственника и подлежат прекращению одновременно с прекращением права собственности этого собственника на принадлежащее ему жилое помещение по установленным законом основаниям, в т.ч. в случае его изъятии для государственных или муниципальных нужд.

Согласно п.20 (ж) постановления Пленума Верховного Суда РФ от 02.07.2009г. № правовым последствием изъятия у собственника принадлежащего ему жилого помещения путем выкупа является его выселение из этого жилого помещения. К правовому последствию изъятия жилого помещения относится также и выселение из него лиц, вселенных в это жилое помещение его собственником в качестве членов его семьи (п.1 ст.31 ЖК РФ).

В соответствии со ст.7 Закона РФ от 25.06.1993г. №-I «О праве граждан Российской Федерации на свободу на свободу передвижения, выбор места пребывания и жительства в пределах Российской Федерации» выселение гражданина РФ из занимаемого жилого помещения на основании вступившего в законную силу решения суда является основанием для снятия этого гражданина с регистрационного учета по месту жительства органом регистрационного учета.

На этом основании по решению суда наряду с ответчиками, являющимися собственниками 

<

адрес>, подлежат одновременному выселению и снятию с регистрационного учета по месту жительства в этом доме остальные ответчики (ФИО2, ФИО7, ФИО14, ФИО15), проживающие и (или) зарегистрированные в этом доме в качестве члена семьи соответствующего собственника.

В связи с вышеизложенным, суд приходит к выводу об удовлетворении уточненных исковых требований УСРДИС Администрации г.Уфы.

В целях определения органа, с которого судом подлежит взысканию возмещение в пользу ответчиков в результате удовлетворения исковых требований Управления, суд исходит из следующего.

Согласно п.п.1.5, 1.6, 2.8 Положения от 28.03.2013г. №, УСРДИС Администрации г.Уфы имеет статус муниципального казенного учреждения, является главным распорядителем средств бюджета ГО г.Уфа РБ и обеспечивает целевое, эффективное расходование этих средств в соответствии с лимитами бюджетных обязательств.

Согласно ст.6 Бюджетного кодекса РФ от 31.07.1998г. № 145-ФЗ (БК РФ) казенное учреждение - государственное (муниципальное) учреждение, осуществляющее оказание государственных (муниципальных) услуг, выполнение работ и (или) исполнение государственных (муниципальных) функций в целях обеспечения реализации предусмотренных законодательством РФ полномочий органов государственной власти или органов местного самоуправления, финансовое обеспечение деятельности которого осуществляется за счет средств соответствующего бюджета на основании бюджетной сметы. Главный распорядитель бюджетных средств отвечает соответственно от имени Российской Федерации, субъекта РФ, муниципального образования по денежным обязательствам подведомственных ему получателей бюджетных средств и выступает в суде от имени соответствующего образования в качестве представителя ответчика по искам, предъявляемым в порядке субсидиарной ответственности по денежным обязательствам подведомственных бюджетных учреждений (пп.12.1 п.1, п.3 ст.158 БК РФ).

Согласно п.4 ст.123.22 ГК РФ казенное учреждение отвечает по своим обязательствам находящимися в его распоряжении денежными средствами. При недостаточности денежных средств субсидиарную ответственность по обязательствам казенного учреждения несет собственник его имущества. При этом средства местного бюджета и иное муниципальное имущество, не закрепленное за муниципальными предприятиями и учреждениями, составляют муниципальную казну соответствующего муниципального образования (п.3 ст.215 ГК РФ).

Из анализа указанных положений следует, что муниципальный орган, выступая главным распорядителем бюджетных средств и имея организационно-правовой статус казенного учреждения, осуществляет исполнение принятых на себя расходных обязательств за счет утвержденных ему лимитов бюджетных обязательств и ассигнований. Средства казенного учреждения не относятся к муниципальной казне. Орган местного самоуправления, учредивший это казенное учреждение, отвечает за исполнение по его денежным обязательствам перед третьими лицами в порядке субсидиарной ответственности, т.е. лишь в случае недостаточности средств данного учреждения.

Исполнение решение № от ДД.ММ.ГГГГ об изъятии недвижимости для муниципальных нужд возложено принявшим это решение уполномоченным органом на УСРДИС Администрации г.Уфы как главного распорядителя бюджетных средств в порядке реализации представленных полномочий и в целях осуществления возложенных задач. Вследствие этого, финансовое бремя по выполнению указанного решения путем выплаты возмещения собственникам изымаемой недвижимости являются расходными обязательствами УСРДИС Администрации г.Уфы и исполняются за счет утвержденных для него лимитов бюджетных обязательств и ассигнований.

При указанных обстоятельствах, присужденные судом в пользу ответчиков суммы возмещения за изымаемую недвижимость подлежат взысканию в полном объеме с УСРДИС Администрации г.Уфы за счет его средств. Оснований для возложения судом обязанности по выплате указанного возмещения непосредственно на муниципальное образование ГО г.Уфа РБ в лице финансового органа Администрации ГО г.Уфа РБ, т.е. за счет средств муниципальной казны, не имеется.

Вступившее в законную силу решение суда об изъятии для государственных или муниципальных нужд земельного участка и (или) расположенных на нем объектов недвижимости, находящихся в частной собственности, является основанием для перехода права собственности на изъятые земельный участок и указанные объекты недвижимости, государственной регистрации возникновения, прекращения или перехода прав на них и сноса объектов недвижимости (п.1 ст.56.11 ЗК РФ). В случае, если указанным решением суда предусмотрено полное или частичное возмещение за изъятую недвижимость в денежной форме, указанные правовые последствия наступают только после предоставления такого возмещения. С момента прекращения права частной собственности на изымаемую недвижимость на нее возникает право собственности Российской Федерации, субъекта РФ или муниципального образования, от лица которого уполномоченным органом принято решение об изъятии (п.4 ст.56.11 ЗК РФ).

Согласно разъяснениям, данными Пленумом Верховного Суда РФ в п.20(л) постановления от 02.07.2009г. №, резолютивная часть решения суда об удовлетворении иска о выкупе жилого помещения должна содержать вывод о прекращении права собственности лица на жилое помещение и о выплате собственнику денежной компенсации или предоставлении другого конкретного жилого помещения взамен изымаемого в собственность или на иных правовых основаниях Российской Федерацией, субъектом РФ или муниципальным образованием (ч.6 ст.32 ЖК РФ).

На основании изложенного, руководствуясь ст. 194-198 ГПК РФ суд

РЕШИЛ

Иск Управления по строительству, ремонту дорог и искусственных сооружений Администрации городского округа город Уфа Республики Башкортостан удовлетворить.

Изъять для муниципальных нужд городского округа город Уфа Республики Башкортостан следующие объекты недвижимости: земельный участок кадастровый номер № площадью 1 199 кв.м, жилой дом кадастровый номер №, общей площадью 107,8 кв.м, нежилое здание кадастровый номер №, площадью 11,4 кв.м, вспомогательные постройки - сарай литера Г с погребом литера VI, сарай литера Г1 с погребом литера VII, гараж литера Г3, навес литера Г4, гараж литера Г5, уборная литера I, уборная литера III, забор литера IV, забор литера V, ворота литера VIII, расположенные по адресу: 

<

адрес>

Взыскать с Управления по строительству, ремонту дорог и искусственных сооружений Администрации городского округа город Уфа Республики Башкортостан в счет возмещения рыночной стоимости изъятой недвижимости соразмерно принадлежащим долям в праве общей собственности:

ФИО1 – 2 365 911,4 руб., ФИО3 - 234 453,13 руб., ФИО4 - 117 226,56 руб., ФИО5 - 117 226,56 руб., ФИО6 - 234 453,13 руб., ФИО7 - 1 085 638,9 руб., ФИО8 - 1 085 638,9 руб., ФИО9 - 1 064 312,5 руб., ФИО10 - 504 996,53 руб., ФИО11 -504 996,53 руб., ФИО12 - 345 322,92 руб., ФИО13 - 345 322,92 руб.;

в счет возмещения убытков, причиненных изъятием недвижимости:

ФИО7 - 34 328,33 руб., ФИО8 - 34 328,343 руб., ФИО9 – 34 328,33 руб., ФИО12 - 32 544,5 руб., ФИО13 – 32 544,5 руб.; ФИО1 – 89 986 руб.; ФИО3 - 9 695 руб., ФИО4 - 9 695 руб., ФИО5 - 9695 руб., ШаймуратовуСаяфу Садыровичу – 9 695 руб.

Прекратить право собственности ФИО1, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13 на изъятые решением суда объекты недвижимости.

Выселить из жилого дома, расположенного по адресу: РБ, 

<

адрес>, ФИО1, МартыновуЮлию Валерьевну, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО7, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15.

Снять с регистрационного учета по месту жительства в жилом доме, расположенном по адресу: 

<

адрес>, ФИО1, МартыновуЮлию Валерьевну, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО7, ФИО13, ФИО14, ФИО15.

Решение суда в части прекращения права собственности ответчиков на изъятую недвижимость, выселении ответчиков из жилого дома и снятии их с регистрационного учета по месту жительства в жилом доме подлежит исполнению после получения ответчиками установленных решением суда сумм возмещения. 

В удовлетворении встречного иска ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6 ФИО7, ФИО8, ФИО9, о признании права собственности на самовольные постройки отказать. 

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Башкортостан в течение одного месяца, путем подачи апелляционной жалобы через Кировский районный суд г. Уфы. 

Судья А.С. Шакиров