Дело № 2-1237/2018

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

15 октября 2018 года г. Комсомольск-на-Амуре

Ленинский районный суд г. Комсомольска-на-Амуре Хабаровского края в составе председательствующего судьи Кузьмина С.В., 

при секретаре судебного заседания Лушниковой О.Ю., 

с участием представителей истца ФИО1, адвоката Рыбиной И.В.,

представителя ответчика СПАО «Ингосстрах» ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к Страховому публичному акционерному обществу "Ингосстрах" о взыскании оплаты за сверхурочную работу, процентов за задержку выплат, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ

ФИО2 обратилась в суд с иском к СПАО «Ингосстрах» о взыскании оплаты за сверхурочную работу, процентов за задержку выплат, компенсации морального вреда. В обоснование исковых требований указала, что работала в СПАО «Ингосстрах» по трудовому договору с ДД.ММ.ГГГГ экспертом 1 категории. Работодателем был установлен 8 часовой рабочий день, при 40 часовой рабочей недели. Однако в соответствии с положениями ст. 320 Трудового кодекса РФ для женщин, работающих в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера, предусмотрена 36 часовая рабочая неделя и производится доплата до полной рабочей недели. Поскольку ФИО2 работала 40 часов неделю за период работы с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ образовалась переработка, в связи с чем, просит взыскать с ответчика за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 

<

данные изъяты>, компенсацию за задержку выплат в сумме 

<

данные изъяты>, компенсацию морального вреда 

<

данные изъяты>. 

Представители истца ФИО1 и адвокат Рыбина И.В. поддержали заявленные требования. 

Представитель истца - адвокат Рыбина И.В. в судебном заседании пояснила, что в ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 обращалась к работодателю с заявлением об оплате ей переработки за отработанный период. Работодатель произвел оплату переработки за три года в сумме 

<

данные изъяты> и компенсации за задержку выплат в сумме 

<

данные изъяты>. С ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 работала по 36 часовой рабочей недели. О нарушении своих трудовых прав ФИО2 узнала только в ДД.ММ.ГГГГ. Просит взыскать с ответчика заработную плату за сверхурочную работу за период с ДД.ММ.ГГГГ в сумме 

<

данные изъяты> и компенсацию за задержку выплат в сумме 

<

данные изъяты>.

Представитель истца ФИО1 пояснил, что работодатель признал заявленные требования и оплатил часть сверхурочной работы за предшествующие три года. Но при этом не оплатил период с ДД.ММ.ГГГГ. Полагает, что срок исковой давности не пропущен, поскольку о своем нарушенном праве ФИО2 узнала только в ДД.ММ.ГГГГ, когда стала проверять структуру своей заработной платы. Полагает, что работодатель начислял, но не выплачивал заработную плату в полном объеме, правонарушение носит длящийся характер. В соответствии с положениями ст. 206 Гражданского кодекса РФ, так как работодатель признал наличие долга по заработной плате, течение срока исковой давности начинается заново.

Представители ответчика СПАО «Ингосстрах» ФИО3 исковые требования не признал, пояснил, что ФИО2 обратилась в суд за защитой своих трудовых прав только в ДД.ММ.ГГГГ, то есть с пропуском срока, предусмотренного ст. 392 Трудового кодекса РФ, для обращения в суд. На основании претензии ФИО2 в ДД.ММ.ГГГГ между истцом и ответчиком было заключено соглашение об урегулировании претензии. В ДД.ММ.ГГГГ работодатель добровольно выплатил истцу за сверхурочную работу за период с ДД.ММ.ГГГГ 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты> и компенсацию за задержку выплат 

<

данные изъяты>. Табели учета рабочего времени хранятся 5 лет, поэтому за предыдущий период с ДД.ММ.ГГГГ оплата за сверхурочную работу не производилась. За указанный истцом период заработная плата за сверхурочную работу не начислялась, не указывалась в расчетных листах, поскольку имели место спорные правоотношения. Работники всегда имели доступ к получению расчетных листов в электронном виде, всегда могли их посмотреть в компьютере и при необходимости распечатать. Работодатель никогда не препятствовал работникам, в том числе ФИО2 в получении информации о размере и структуре ежемесячной заработная плата. Однако с такими заявлениями ФИО2 никогда к работодателю не обращалась. Просит отказать истцу в удовлетворении исковых требований.

Суд, выслушав пояснения сторон, изучив материалы дела, приходит к следующему.

Приказом № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 принята на работу в ОСАО «Ингосстрах» экспертом в отдел розничного страхования.

Между ФИО2 и ОСАО «Ингосстрах» заключен трудовой договор № от ДД.ММ.ГГГГ. Согласно п. 4.1 Трудового договора начало и окончание рабочего дня устанавливаются Правилами внутреннего трудового распорядка. 

Пунктом 5.1 Правил внутреннего трудового распорядка установлена продолжительность рабочего времени - 40 часов в неделю.

Представитель ответчика не отрицает факт того, что в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ продолжительность рабочего времени ФИО2 составляла 40 часов в неделю.

ФИО2 полагает, что работодатель, установив 40 часовую рабочую неделю, в нарушение требований ст. 320 Трудового кодекса РФ, не оплачивал истцу сверхурочную работу.

В соответствии со ст. 99 Трудового кодекса РФ сверхурочная работа - работа, выполняемая работником по инициативе работодателя за пределами установленной для работника продолжительности рабочего времени: ежедневной работы (смены).

Согласно ст. 152 Трудового кодекса Российской Федерации сверхурочная работа оплачивается за первые два часа работы не менее чем в полуторном размере, за последующие часы - не менее чем в двойном размере. Конкретные размеры оплаты за сверхурочную работу могут определяться коллективным договором, локальным нормативным актом или трудовым договором. По желанию работника сверхурочная работа вместо повышенной оплаты может компенсироваться предоставлением дополнительного времени отдыха, но не менее времени, отработанного сверхурочно.

В силу ст. 320 Трудового кодекса Российской Федерации для женщин, работающих в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, коллективным договором или трудовым договором устанавливается 36-часовая рабочая неделя, если меньшая продолжительность рабочей недели не предусмотрена для них федеральными законами. При этом заработная плата выплачивается в том же размере, что и при полной рабочей неделе.

В соответствие с Перечнем районов Крайнего Севера и местностей, приравненных к районам Крайнего Севера, на которые распространяется действие Указов Президиума Верховного Совета СССР от 10 февраля 1960 г. и от 26 сентября 1967 г. о льготах для лиц, работающих в этих районах и местностях, утвержденным Постановлением Совета Министров СССР от 10 ноября 1967 г. № 1029 «О порядке применения Указа Президиума Верховного Совета СССР от 26 сентября 1967 г. «О расширении льгот для лиц, работающих в районах Крайнего Севера и в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера», 

<

адрес> относится к местностям, приравненным к районам Крайнего Севера.

В судебном заседании установлено, что при приеме на работу работодатель установил ФИО2 40-часовую рабочую неделю, указав данное условие в Правилах внутреннего трудового распорядка.

В соответствии со ст. 9 Трудового кодекса РФ коллективные договоры, соглашения, а также трудовые договоры не могут содержать условий, ограничивающих права или снижающих уровень гарантий работников по сравнению с установленными трудовым законодательством. Если такие условия включены в коллективный договор, соглашение или в трудовой договор, то они не могут применяться.

Положения ст. 320 Трудового кодекса РФ не предполагают установление для женщин, работающих в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, продолжительность рабочей недели более 36 часов, в связи с чем, работодатель при заключении с ФИО2 трудового договора незаконно увеличил продолжительность рабочего времени, установленную законом.

Поскольку в нарушение требований ст. 320 Трудового кодекса РФ трудовым договором ФИО2 была установлена 40-часовая рабочая неделя, суд приходит к выводу о том, что часы работы ФИО2, превышающие 36 часов в неделю, являются сверхурочной работой, которая подлежит отплате в соответствии со ст. 152 Трудового кодекса Российской Федерации, исковые требования истца обоснованны. 

В судебном заседании установлено, что работодатель по заявлению ФИО2 добровольно произвел оплату сверхурочной работы за период с ДД.ММ.ГГГГ 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты> и компенсацию за задержку выплат 

<

данные изъяты>, что подтверждается платежными поручениями. С учетом произведенных выплат истец уточнил свои исковые требования и просит взыскать с ответчика заработную плату за сверхурочную работу за период с ДД.ММ.ГГГГ

Рассматривая заявление представителя ответчика о пропуске истцом срока, предусмотренного ст. 392 Трудового кодекса РФ, для обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора, суд приходит к следующему.

В силу ст. 392 Трудового кодекса РФ работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права. За разрешением индивидуального трудового спора о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, он имеет право обратиться в суд в течение одного года со дня установленного срока выплаты указанных сумм, в том числе в случае невыплаты или неполной выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику при увольнении. При пропуске по уважительным причинам сроков, установленных частями первой, второй и третей статьи 392 Трудового кодекса РФ, они могут быть восстановлены судом.

Из правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации следует, что положения статьи 392 Трудового кодекса РФ конкретизируют положения статьи 37 (часть 4) Конституции Российской Федерации о признании права на индивидуальные трудовые споры с использованием установленных федеральным законом способов их разрешения; сроки обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора, предусмотренные данной нормой, направлены на быстрое и эффективное восстановление нарушенных прав работника; своевременность обращения в суд зависит от волеизъявления работника (определение от 16 декабря 2010 г. N 1722-О-О). Такой срок, выступая в качестве одного из необходимых правовых условий для достижения оптимального согласования интересов сторон трудовых отношений, не может быть признан неразумным и несоразмерным; установленные данной статьей сокращенный срок для обращения в суд и правила его исчисления направлены на быстрое и эффективное восстановление нарушенных прав работника, включая право на своевременную оплату труда, и по своей продолжительности этот срок является достаточным для обращения в суд (определения от 21 мая 1999 г. N 73-О, от 12 июля 2005 г. N 312-О, от 15 ноября 2007 г. N 728-О, от 21 февраля 2008 г. N 73-О-О) 

Исходя из статьи 392 Трудового кодекса РФ, применительно к настоящему спору, начальным моментом течения срока обращения в суд является момент, когда истец узнал или должен был узнать о нарушении трудовых прав.

Применительно к настоящему спору выражение "должен был узнать" означает, что истец в силу их обычных знаний, в том числе правовых, и жизненного опыта мог и должен были узнать о нарушении их трудовых прав. При этом действует презумпция, что работник мог или должен был узнать о нарушенном праве в момент такого нарушения, а потому обязанность доказывания обратного (не мог и не должен был) возлагается на работника. 

В судебном заседании установлено, что работодатель при приеме на работу необоснованно установил ФИО2 40 часовую рабочую недели, в связи с чем, образовалась переработка. 

То есть, ФИО2 заключая трудовой договор, и получая заработную плату без учета переработки, должна была знать о нарушении своих трудовых прав. Кроме того, с момента принятия на работу с ДД.ММ.ГГГГ у ФИО2 отсутствовали препятствия для получения от работодателя расчетных листов, сведений о размере и структуре своей ежемесячной заработной платы. С исковым заявлением в суд ФИО2 обратилась по истечении 18 лет - ДД.ММ.ГГГГ.

Установленные судом обстоятельства дела свидетельствуют о том, что предусмотренный частью 1,2 статьи 392 Трудового кодекса РФ срок обращения в суд с настоящими исковыми требованиями, ФИО2 был пропущен.

Согласно части 4 статьи 392 Трудового кодекса РФ суд может восстановить пропущенный срок обращения в суд только в том случае, если пропуск срока был вызван уважительными причинами.

В соответствии с частью 1 статьи 112 Гражданского процессуального кодекса РФ лицам, пропустившим установленный федеральным законом процессуальный срок по причинам, признанным судом уважительными, пропущенный срок может быть восстановлен.

При этом, уважительность причин пропуска срока обращения в суд в настоящем споре в порядке статьи 56 Гражданского процессуального кодекса РФ доказывается истцом.

В соответствии с разъяснениями Пленума Верховного суда РФ, отраженными в пункте 5 Постановления Пленума ВС РФ от 17 марта 2004 г. N2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" в качестве уважительных причин пропуска срока обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, препятствовавшие данному работнику своевременно обратиться с иском в суд за разрешением индивидуального трудового спора (например, болезнь истца, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимость осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи).

Истец ФИО2 полагает, что срок обращения в суд она не пропустила, поскольку узнала о нарушении трудовых прав в 2018 году, ходатайство о восстановлении пропущенного процессуального срока не заявила. 

Поскольку истец ФИО2 не представила суду доказательств наличия обстоятельств, препятствующих обращению в суд, либо свидетельствующих о невозможности обращения в суд с иском в установленный законом срок, суд приходит к выводу об отсутствии уважительных причин пропуска истцом срока обращения в суд, установленного ст. 392 Трудового кодекса РФ. Оснований для восстановления пропущенного срока обращения в суд не имеется.

Таким образом, ФИО2 реализовала свое право на обращение в суд за разрешением индивидуального трудового спора за пределами срока исковой давности, предусмотренного ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации, в связи с чем, исковые требования о взыскании заработной платы за сверхурочную работу за период с ДД.ММ.ГГГГ, компенсации за задержку выплат не подлежат удовлетворению.

Довод истца о том, что в соответствии с п. 56 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 года № 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" данное нарушение является длящимся, суд находит несостоятельным, поскольку в данном случае судом рассматривается вопрос не о задержке выплаты начисленной заработной платы, а имеет место спор о праве на оплату сверхурочной работы.

Ссылка истца на положения ст. 206 Гражданского кодекса РФ является несостоятельной, поскольку правоотношения между сторонами регулируются трудовым законодательством.

Поскольку ФИО2 отказано в удовлетворении исковых требований о взыскании заработной платы за сверхурочную работу, компенсации за задержку выплат, не подлежат удовлетворению и требование о компенсации морального вреда. 

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-198 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд

РЕШИЛ

В удовлетворении исковых требований ФИО2 к Страховому публичному акционерному обществу "Ингосстрах" о взыскании оплаты за сверхурочную работу, процентов за задержку выплат, компенсации морального вреда, – отказать.

Решение может быть обжаловано в Хабаровский краевой суд через Ленинский районный суд г.Комсомольска-на-Амуре в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья С.В. Кузьмин