Дело № 2-101/2019

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

25 января 2019 г. г.Черногорск

Черногорский городской суд Республики Хакасия

в составе председательствующего – судьи Ермак Л.В.

при секретаре Парсаевой Н.П.

с участием помощника прокурора г.Черногорска Могилина В.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Обществу с ограниченной ответственностью «СУЭК-Хакасия», Обществу с ограниченной ответственностью «Локомотивное Депо «Промышленный транспорт» о взыскании компенсации морального вреда, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к ООО «СУЭК-Хакасия», ООО «ЛД «Промтранс» о взыскании компенсации морального вреда в размере 1 000 000 руб. вследствие профессиональных заболеваний. Исковые требования мотивировал тем, что истец в период с *** по *** работал в ООО «СУЭК-Хакасия» ***. По вине работодателя получил профессиональное заболевание: ***); а так же ***. *** были составлены акты о случае профессионального заболевания. Причиной профессионального заболевания послужило воздействие общей вибрации, уровень которой превышал предельно-допустимые значения (ПДУ). А так же в результате воздействия шума, эквивалентный уровень которого превышал предельно - допустимые значения в период при работе ФИО1 в ООО «СУЭК-Хакасия». Заключением МСЭ истцу установлено 10% и 40% утраты профессиональной трудоспособности вследствие профессионального заболевания. Истец испытывает физические и нравственные страдания. Акты о случае профессионального заболевания от *** подтверждают то, что указанные выше заболевания являются профессиональными. Возникли в результате длительного воздействия вредных физических факторов. Лицом, допустившим нарушения государственных санитарно-эпидемиологических правил и иных нормативных документов является ООО "СУЭК-Хакасия". Согласно ст. 22 Трудового кодекса РФ работодатель обязан возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации. Определяя размер компенсации морального вреда, суд учитывает степень вины причинителя вреда (не обеспечившего безопасные условий труда при выполнении работ, носящих для истца повышенную опасность), характер физических, нравственных страданий истца от полученного заболевания, нарушение привычного образа жизни, а так же 40 и 10 процентов утраты профессиональной трудоспособности, указанные выше фактические обстоятельства, при которых был причинен вред, индивидуальные особенности потерпевшего (возраст, социальный статус), требования разумности и справедливости.

В судебном заседании представитель истца ФИО2, действующая на основании доверенности, настаивала на исковых требованиях и доводах, изложенных в исковом заявлении. 

Представитель ответчика ООО «СУЭК-Хакасия» ФИО3, действующий на основании доверенности, исковые требования не признал, предоставил отзыв на исковое заявление, из которого следует, что выплата единовременной компенсации морального вреда в соответствии с Соглашением осуществляется работникам организации. На момент установления профессионального заболевания ФИО1 работником ООО «СУЭК-Хакасия» не являлся. Представленные Акты о случае профессионального заболевания от *** не являются надлежащими доказательствами вины ООО «СУЭК-Хакасия» в возникновении у истца профессионального заболевания в связи со следующим. *** от ООО «СУЭК-Хакасия» *** были представлены карты аттестации *** от *** и *** от ***, согласно которым на рабочих местах *** и *** отсутствовали превышения предельно-допустимых значений производственных факторов. В санитарно-гигиенической характеристике условий труда работника от *** *** указана карта аттестации рабочего места *** от *** г., которая *** ответчиком не предоставлялась. В распоряжении ООО «СУЭК-Хакасия» такой карты не имеется. Согласно п. 22 Положения о расследовании и учете профессиональных заболеваний (утверждено Постановлением Правительства РФ от 15.12.2000 N 967), расследование обстоятельств и причин возникновения хронического профессионального заболевания (отравления) у лиц, не имеющих на момент расследования контакта с вредным производственным фактором, вызвавшим это профессиональное заболевание, в том числе у неработающих, проводится по месту прежней работы с вредным производственным фактором. В нарушение данного требования, расследование случаев профессиональных заболеваний ФИО1 было проведено комиссией в составе специалистов *** и работников ООО «ЛД «Промтранс», без участия сотрудников ООО «СУЭК-Хакасия». При этом, комиссией сделан вывод о виновности ООО «СУЭК-Хакасия». ООО «СУЭК-Хакасия» не может быть признано виновным в возникновении у истца профессионального заболевания, поскольку с ***. ФИО1 работал *** в ООО «ЛД «Промтранс». При поступлении истца на работу в ООО «ЛД «Промтранс» в ходе медицинского осмотра признаки профессиональных заболеваний не были установлены. Извещение *** от *** *** поступило в *** ***, то есть профессиональное заболевание было диагностировано по истечении более 3-х лет с момента прекращения трудовых отношений с ООО «СУЭК-Хакасия». Стаж работы истца в условиях вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов составляет ***, стаж работы по профессии «***» составляет ***. При этом, в ООО «СУЭК-Хакасия» по указанной профессии ФИО1 отработал *** (*** - ***, *** - ***, *** - ***). То есть, по отношению к общему стажу работы в ***, время работы в ООО «СУЭК-Хакасия» (***) составляет лишь 63,6 %. А от общего вредного стажа в *** - только 29,9 %. Следовательно, вина ООО «СУЭК-Хакасия» в причинении истцу профессионального заболевания не подтверждена. В случае удовлетворения требований ФИО1 расчет суммы компенсации морального вреда должен производиться пропорционально времени работы в условиях вредных производственных факторов.

Представитель ответчика ООО «ЛД «Промтранс» ФИО4, действующий на основании доверенности, исковые требования не признал, предоставил отзыв на исковое заявление, из которого следует, что *** истец был принят на работу в должности ***. Приказом от *** трудовой договор с истцом был расторгнут на основании п. 8 ч. 1 ст. 77 ТК РФ. В период работы у ответчика эквивалентный корректированный уровень виброускорения и уровень шума на рабочем месте *** не превышали предельно-допустимого значения, что подтверждается картой аттестации рабочего места и актами о случае профессионального заболевания. Таким образом, причинно-следственной связи между профессиональными заболеваниями истца и действиями ответчика не имеется, и исключает вину ответчика в возникновении профессионального заболевания у истца.

Истец в судебное заседание не явился, уведомлен надлежащим образом.

Суд определил рассмотреть дело в отсутствие истца. 

Выслушав представителя истца, представителей ответчиков, свидетеля, заключение прокурора, суд приходит к следующему.

Как следует из материалов дела, и не оспаривалось сторонами, истец ФИО1 состоял в трудовых отношениях с ответчиком ООО «СУЭК-Хакасия», работая с *** по *** ***, затем ***; с *** по *** состоял в трудовых отношениях с ответчиком ООО «ЛД «Промтранс», работая ***. 

Справка *** *** указывает на получение ФИО1 профессионального заболевания, степень утраты трудоспособности составляет 10%.

Справка *** *** указывает на получение ФИО1 профессионального заболевания, степень утраты трудоспособности составляет 30%.

Акт о случае профессионального заболевания от *** подтверждает то, что установленное у ФИО1 заболевание - *** является профессиональным и возникло в результате длительного воздействия общей вибрации, превышающей предельно-допустимые значения при работе ФИО1 в ООО «СУЭК-Хакасия» (п. 20), профессиональное заболевание возникло на рабочем месте ООО «СУЭК-Хакасия» *** (п. 17).

Акт о случае профессионального заболевания от *** подтверждает то, что установленное у ФИО1 заболевание - *** является профессиональным и возникло в результате воздействия шума, эквивалентный уровень которого превышает предельно-допустимые значения при работе ФИО1 в ООО «СУЭК-Хакасия» (п. 20), профессиональное заболевание возникло на рабочем месте ООО «СУЭК-Хакасия» *** (п. 17).

В судебном заседании установлено, что ФИО1 не обращался к ответчикам с заявлением о возмещении компенсации морального вреда.

Согласно ст.22 Трудового кодекса Российской Федерации (далее – ТК РФ) работодатель обязан возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

В силу части 2 ст.5 ТК РФ в коллективных договорах, соглашениях, а также в локальных нормативных правовых актах и трудовых договорах возможно закрепление дополнительных по сравнению с действующим законодательством гарантий работникам и случаев их предоставления.

Статьей 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

Согласно ст.151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Российским независимым профсоюзом работников угольной промышленности, Общероссийским отраслевым объединением работодателей угольной промышленности 1 апреля 2013 г. утверждено Отраслевое соглашение по угольной промышленности Российской Федерации на период с 1 апреля 2013 г. по 31 марта 2016 г. (далее - Отраслевое соглашение), срок действия которого продлен до 31 декабря 2018 г. соглашением от 26 октября 2015 г.

Пунктом 1.1 Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности предусмотрено, что оно является правовым актом, регулирующим социально-трудовые отношения и устанавливающим общие принципы регулирования связанных с ними экономических отношений в организациях угольной промышленности, а также в иных организациях независимо от их организационно-правовых форм и видов собственности, осуществляющих деятельность в угольной промышленности и подписавших или присоединившихся к отраслевому соглашению после его заключения.

Отраслевое соглашение распространяется на работодателей, заключивших отраслевое соглашение, работодателей, присоединившихся к отраслевому соглашению после его заключения, всех работников, состоящих в трудовых отношениях с названными работодателями (пункт 1.4 Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности).

Пунктом 5.4 Отраслевого соглашения определено, что в случае установления впервые работнику, уполномочившему профсоюз представлять его интересы в установленном порядке, занятому в организациях, осуществляющих добычу (переработку) угля, утраты профессиональной трудоспособности вследствие производственной травмы или профессионального заболевания работодатель в счет компенсации морального вреда работнику осуществляет единовременную выплату из расчета не менее 20% среднемесячного заработка за каждый процент утраты профессиональной трудоспособности (с учетом суммы единовременной страховой выплаты, выплачиваемой из Фонда социального страхования Российской Федерации) в порядке, оговоренном в коллективном договоре, соглашении или локальном нормативном акте, принятом по согласованию с соответствующим органом профсоюза.

По смыслу изложенных выше положений нормативных правовых актов Российской Федерации и Отраслевого соглашения по угольной промышленности, подлежащих применению к спорным отношениям сторон, в отраслевых соглашениях и коллективных договорах могут устанавливаться условия оплаты труда, гарантии, компенсации и льготы работникам конкретной отрасли, в данном случае угольной промышленности, подлежащие применению работодателями при возникновении обстоятельств, оговоренных в отраслевом соглашении и коллективном договоре, в том числе условия выплаты компенсации морального вреда при наступлении неблагоприятных для работника обстоятельств.

Факт присоединения работодателя ООО «СУЭК-Хакасия» к Федеральному отраслевому соглашению по угольной промышленности Российской Федерации на 2013-2016 годы ответчиком не оспаривался.

Расчет компенсации морального вреда в соответствии с п. 5.4 Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности Российской Федерации на 2013 - 2016 годы, составленный ответчиком (без учета страховых выплат), судом проверен, является ошибочным в части применения при расчете процента утраты трудоспособности в размере 40 % утраты трудоспособности, при этом согласно справке *** у истца степень утраты трудоспособности составляет 30%.

Размер компенсации морального вреда в соответствии с п. 5.4 Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности Российской Федерации на 2013 - 2016 годы, составляет 225 540 руб. 95 коп., исходя из следующего расчета: ((***. + ***.) –(***. + ***.)), где ***., ***. – 20% среднемесячного заработка за каждый процент утраты профессиональной трудоспособности по каждому профзаболеванию; ***., ***. – единовременные страховые выплаты, назначенные истцу (Приказ от *** *** *** ***).

Довод представителя ответчика ООО «СУЭК-Хакасия» о признании акта о несчастном случае недопустимым доказательством является неправомерным, поскольку ответчик ООО «СУЭК-Хакасия» в суд с иском о признании недействительным акта о несчастном случае на производстве не обращался.

В судебном заседании свидетель Л.Л.Л. пояснил, что при составлении санитарно-гигиенических характеристик на истца он использовал санитарно-гигиенические характеристики М.М.М., О.О.О., Б.Б.Б., поскольку ему это необходимо для максимального количества материалов. При составлении актов о несчастном случае на производстве он использовал карты аттестации других работников, поскольку карты аттестации истца у него не было. В ООО «ЛД «Промтранс» превышения не было. ООО «СУЭК-Хакасия» не было привлечено к составлению акта, поскольку рассмотрение несчастного случая было по последнему месту работы.

Показания свидетеля Л.Л.Л. последовательны, сомнений у суда не вызывают.

Довод представителя ответчика ООО «СУЭК-Хакасия» о расчет компенсации морального вреда с учетом времени работы (6 лет) у ответчика ООО «СУЭК-Хакасия» не обоснован, поскольку из актов о случае профессионального заболевания от *** следует, что профессиональное заболевание возникло на рабочем месте ООО «СУЭК-Хакасия» машинистом тепловоза (п.17, 20).

Требования о взыскании компенсации морального вреда по п. 5.4 Отраслевого соглашения по угольной промышленности Российской Федерации с ООО «ЛД «Промтранс» не подлежат удовлетворению, поскольку из актов о случае профессионального заболевания от *** следует, что по данным аттестации условий труда на рабочем месте машиниста ООО «ЛД «Промтранс» уровень шума на рабочем месте *** не превышает предельно допустимой (п. 17).

Согласно ст.333.19 Налогового кодекса РФ с ответчика ООО «СУЭК-Хакасия» подлежит взысканию государственная пошлина в доход местного бюджета в размере 300 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194 – 199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования удовлетворить частично.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «СУЭК-Хакасия» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда по п. 5.4 Отраслевого соглашения по угольной промышленности Российской Федерации на период с *** по *** в размере 225 540 (двести двадцать пять тысяч пятьсот сорок) руб. 95 коп

В остальной части в удовлетворении исковых требований к Обществу с ограниченной ответственностью «СУЭК-Хакасия» отказать.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «СУЭК-Хакасия» государственную пошлину в доход местного бюджета в размере 300 (триста) руб.

ФИО1 в удовлетворении исковых требований к Обществу с ограниченной ответственностью «Локомотивное Депо «Промышленный транспорт» о взыскании компенсации морального вреда отказать.

На решение может быть подана апелляционная жалоба, а прокурором принесено апелляционное представление в Верховный Суд Республики Хакасия через Черногорский городской суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Председательствующий Ермак Л.В.

Мотивированное решение составлено 30 января 2019 года.