Дело № 2-23/2021

УИД 62RS0031-01-2020-000616-69

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

19 марта 2021 года р.п. Шилово 

Шиловский районный суд Рязанской области в составе: судьи Маховой Т.Н., с участием прокурора - помощника прокурора Шиловского района Рязанской области Гуреевой М.В., эксперта ФИО1, истца ФИО2, ее представителя адвоката Марченко А.М., действующей на основании ордера адвоката № от ДД.ММ.ГГГГ, ответчика ФИО3, ее представителя адвоката Тимохина О.А., действующего на основании ордера адвоката № от ДД.ММ.ГГГГ, представителя третьих лиц Российской Федерации в лице Министерства внутренних дел Российской Федерации и Межмуниципального отдела Министерства внутренних дел России «Шиловский» – ФИО4, действующей на основании доверенностей, при секретаре Колесниковой И.В., рассмотрев в открытом судебном заседании в зале Шиловского районного суда Рязанской области гражданское дело по иску ФИО2 к ФИО3 о компенсации морального вреда и убытков, в связи с повреждением здоровья, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратилась в Шиловский районный суд Рязанской области с иском к ФИО3 о компенсации морального вреда, расходов и убытков в связи с повреждением здоровья. 

В обоснование своих исковых требований ФИО2 указала, что, примерно, в 18 часов 20 минут ДД.ММ.ГГГГ на 

<

адрес> произошло дорожно-транспортное происшествие с участием принадлежащего ФИО3 источника повышенной опасности – автомобиля Лада 

<

данные изъяты> с гос. рег. знаком №, находящегося под ее же управлением, а именно - наезд на истца, как пешехода, в результате чего ФИО2 получены телесные повреждения. 

Производство по делу об административном правонарушении в отношении сторон по факту указанного дорожно-транспортного происшествия постановлением инспектора ДПС группы ДПС ОГИБДД МОМВД России «Шиловский» - ФИО5 от ДД.ММ.ГГГГ прекращено - в отношении ФИО3, в связи с отсутствием состава административного правонарушения, предусмотренного ст. 12.24 КоАП РФ, а в отношении ФИО2, в связи с истечением срока привлечения к административной ответственности по ч.1 ст. 12.29 КоАП РФ. 

Решением судьи Шиловского районного суда Рязанской области от ДД.ММ.ГГГГ по жалобе ФИО2 указанное постановление о прекращении производства по делу об административном правонарушении от ДД.ММ.ГГГГ изменено. 

Из мотивировочной части данного постановления исключено суждение о том, что причиной дорожно-транспортного происшествия является грубое нарушение водителем ФИО3 при занятии деятельностью, создающей повышенную опасность п.10.1 ПДД РФ, а пешеходом ФИО2 п. 4.5 ПДД РФ. 

От полученных в результате указанного выше дорожно-транспортного происшествия повреждений - истец ФИО2 испытывала и испытывает физические и нравственные страдания – моральный вред.

Она длительное время лечилась, передвигалась с помощью костылей и до настоящего времени проходит лечение у кардиолога, в связи с переживаниями из-за произошедшего.

Для того, чтобы ухаживать за ней ее дочь была вынуждена уволится с работы. 

Истец сильно переживает из-за случившегося, в связи с чем у нее нарушен сон.

Вместо восстановления после операции, она вынуждена ходить по судам, перестала быть полноценным человеком, не может долго находится на ногах, чувствует постоянную боль и вынуждена большую часть времени лежать вместо того, чтобы заниматься привычными делами, тогда как ответчик до настоящего времени не извинилась перед ней и не предложила своей помощи. 

Полагая, что ответчик ФИО3, как законный владелец источника повышенной опасности в результате взаимодействия с которым причинен вред здоровью истца, обязана в силу закона компенсировать причиненный ей моральный вред - ФИО2 просила взыскать с нее в свою пользу в счет компенсации причиненного ей морального вреда денежные средства размере 500000 руб.

Помимо этого, ссылаясь на то, что в результате действий и по вине ответчика ФИО3 ею понесены расходы и причинены убытки, связи с повреждением здоровья в общем размере 62633 руб., из которых 12633 руб. – расходы на лечение (приобретение лекарств, костылей и т.д.), а 50000 руб. расходы по оплате услуг защитника при производстве по делу об административном правонарушении - ФИО2 просила взыскать с ответчика ФИО3 в свою пользу в счет их возмещения - денежные средства в вышеуказанном размере, а также взыскать в свою пользу в счет возмещения понесенных ею судебных расходов по оплате услуг представителя по настоящему делу - денежные средства в размере 25000 руб. 

Определением Шиловского районного суда Рязанской области от 28.09.2020 года для участия в деле в качестве соответчика в части требований ФИО2 о возмещении, понесенных расходов, в связи с повреждением здоровья, таких как расходы на лечение (приобретение лекарств, костылей и т.д.) привлечено - ПАО СК «Росгосстрах», а в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора в части требований ФИО2 о возмещении, понесенных убытков, в связи с повреждением здоровья, таких как расходы по оплате услуг защитника при производстве по делу об административном правонарушении, привлечены: Российская Федерация в лице Министерства внутренних дел Российской Федерации, Управление Министерства внутренних дел Российской Федерации по Рязанской области, Межмуниципальный отдел Министерства внутренних дел России «Шиловский» и Инспектор ДПС группы ДПС ОГИБДД Межмуниципального отдела Министерства внутренних дел России «Шиловский» ФИО5 

Определением Шиловского районного суда Рязанской области от 15.10.2020 года исковое заявление ФИО2 оставлено без рассмотрения в части ее требований к ФИО3 и ПАО СК «Росгосстрах» о возмещении понесенных расходов, в связи с повреждением здоровья, таких как расходы на лечение (приобретение лекарств, костылей и т.д.) и рассмотрение настоящего дела продолжено в части оставшихся требований ФИО2, предъявленных к ФИО3, а именно требований о компенсации морального вреда и убытков в связи с повреждением здоровья. 

Тем же определением суда для участия в деле по иску ФИО2 к ФИО3 о компенсации морального вреда и убытков в связи с повреждением здоровья - Публичное акционерное общество Страховая компания «Росгосстрах» привлечено в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора. 

С учетом оставления искового заявления в части требований ФИО2 к ФИО3 и ПАО СК «Росгосстрах» о возмещении понесенных расходов, связи с повреждением здоровья, таких как расходы на лечение (приобретение лекарств, костылей и т.д.) - без рассмотрения, в оставшейся части исковых требований к ФИО3 - ФИО2 просит взыскать с ФИО3, как владельца источника повышенной опасности, в свою пользу в счет компенсации причиненного ей в связи с повреждением здоровья - морального вреда денежные средства в размере 500000 руб., а в счет возмещения убытков, в связи с повреждением здоровья - расходы по оплате услуг защитника при производстве по делу об административном правонарушении в размере 50000 руб. 

Кроме этого, ФИО2 просит взыскать с ответчика ФИО3 в свою пользу в счет возмещения понесенных ею судебных расходов: расходы по оплате услуг представителя по настоящему делу в размере 25000 руб., расходы по оплате судебно-медицинской экспертизы в размере 35187 руб. 03 коп. и расходы по оплате госпошлины, в размере 1700 руб., уплаченной ею за требования о возмещении убытков.

В судебном заседании истец ФИО2 и ее представитель Марченко А.М. вышеуказанные исковые требования о компенсации морального вреда и убытков, в связи с повреждением здоровья, поддержали и просили их удовлетворить. 

Ответчик ФИО3 и ее представитель Тимохин О.А. в судебном заседании исковые требования ФИО2 не признали, полагая, что размер денежной компенсации морального вреда является чрезмерно завышенным, в связи с чем подлежит снижению, указывая также на наличие в действиях ФИО2 грубой неосторожности и отсутствие вины водителя ФИО3, полагая, что размер денежной компенсации морального вреда следует определить в 50000 руб. 

Наряду с изложенным сторона ответчика полагала, что оснований для возмещения убытков, в виде расходов по оплате услуг защитника, понесенных истцом при производстве по делу об административном правонарушении в размере 50000 руб. не имеется и как следствие не имеется оснований для возмещения истцу судебных расходов по оплате госпошлины в размере 1700 руб. Расходы по уплате услуг представителя, по мнению стороны ответчика, являются чрезмерно завышенными, в связи с чем подлежат снижению, а расходы по оплате судебно-медицинской экспертизы в размере 35187 руб. 03 коп. подлежат пропорциональному распределению. 

Третьи лица - Российская Федерация в лице Министерства внутренних дел Российской Федерации и Межмуниципальный отдел Министерства внутренних дел России «Шиловский», действуя через своего представителя ФИО4 в судебном заседании полагали, что размер денежной компенсации морального вреда и убытков, являются завышенными. 

Третье лицо - Управление Министерства внутренних дел Российской Федерации по Рязанской области, будучи надлежащим образом извещенным о времени и месте слушания дела, своего представителя в судебное заседание не направило, о причинах неявки своего представителя суд не уведомило, об отложении судебного заседания не ходатайствовало. 

Из отзыва Управления Министерства внутренних дел Российской Федерации по Рязанской области на исковое заявление, ранее поддержанного представителем Российской Федерация в лице Министерства внутренних дел Российской Федерации и Управления Министерства внутренних дел Российской Федерации по Рязанской области - ФИО6 в судебном заседании, следует, что в компетенцию органов внутренних дел не входит установление вины в дорожно-транспортном происшествии и как следствие установление оснований для возмещения ущерба одной из сторон, пострадавшей в результате дорожно-транспортного происшествия, тогда как размер заявленных убытков (расходов), является завышенным. 

Третье лицо - ПАО СК «Росгосстрах», будучи надлежащим образом извещенным о времени и месте слушания дела, своего представителя в судебное заседание не направило, просило дело рассмотреть без участия его представителя, возражений по существу рассматриваемого спора не представило. 

Третье лицо - Инспектор ДПС группы ДПС ОГИБДД Межмуниципального отдела Министерства внутренних дел России «Шиловский» ФИО5, будучи надлежащим образом извещенным о времени и месте слушания дела, в судебное заседание не явился, об уважительности причин своей неявки суд не уведомил, об отложении судебного заседания не ходатайствовал, возражений по существу рассматриваемого спора не представил. 

Прокурор – помощник прокурора Шиловского района Рязанской области Гуреева М.В., давая заключение по делу полагала, что исковые требования ФИО2 о компенсации морального вреда, являются обоснованными, но размер этого вреда в денежном выражении, также как размер судебных расходов по уплате услуг представителя завышены, в связи с чем подлежат снижению до 100000 руб. и 20000 руб., соответственно.

По мнению прокурора, в действиях ФИО2 имеет место быть грубая неосторожность. 

Оснований для возмещения убытков в размере 50000 руб. не имеется, поскольку вина ФИО3 не установлена. 

В соответствии со ст.ст. 35, 43, 48, 54, 167 ГПК РФ суд рассмотрел настоящее дело в отсутствие не явившихся в судебное заседание лиц, участвующих в деле и их представителей. 

Выслушав объяснения участников судебного разбирательства, заключение прокурора, допросив свидетелей Свидетель №1, Свидетель №2, Свидетель №5, Свидетель №6, Свидетель №4, Свидетель №3, Свидетел №7 и Свидетель №8, исследовав и оценив представленные доказательства с точки зрения относимости, допустимости и достоверности каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, суд приходит к следующему: 

По общему правилу, закрепленному в ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее сокращенно ГК РФ) вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. 

Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. 

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Статьей 1079 ГК РФ предусмотрена ответственность за вред, причиненный деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих. 

Так, в данной норме материального права закреплено, что вред, причиненный источником повышенной опасности, подлежит возмещению его законным владельцем, если не будет доказано, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. 

Законным владельцем источника повышенной опасности по смыслу положений ст. 1079 ГК РФ являются юридическое лицо или гражданин, которые владеют им на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Исходя из данной правовой нормы, законным владельцем источника повышенной опасности, на которого законом возложена обязанность по возмещению вреда, причиненного в результате использования источника повышенной опасности, является юридическое лицо или гражданин, эксплуатирующие источник повышенной опасности в момент причинения вреда в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, права оперативного управления, либо в силу иного законного основания.

Таким образом, субъектом ответственности за причинение вреда источником повышенной опасности является лицо, которое обладало гражданско-правовыми полномочиями по использованию соответствующего источника повышенной опасности и имело источник повышенной опасности в своем реальном владении, использовало его на момент причинения вреда. 

Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично по основаниям, предусмотренным п. 2 и п. 3 ст. 1083 ГК РФ, т.е. полностью в случае, если вред, возник вследствие умысла потерпевшего, а частично, в случае грубой неосторожности самого потерпевшего, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда. 

При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается.

В абз.2 п. 17 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснено, что вопрос о том, является ли допущенная потерпевшим неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться с учетом фактических обстоятельств дела (характера деятельности, обстановки причинения вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, его состояния и др.).

Понятие грубой неосторожности применимо в случае возможности правильной оценки ситуации, которой потерпевший пренебрег, допустив действия либо бездействия, привлекшие к неблагоприятным последствиям. Грубая неосторожность предполагает предвидение потерпевшим большой вероятности наступления вредоносных последствий своего поведения и наличие легкомысленного расчета, что они не наступят. 

Вина потерпевшего согласно п.2 ст. 1082 ГК РФ не учитывается при возмещении дополнительных расходов (пункт 1 статьи 1085), при возмещении вреда в связи со смертью кормильца (статья 1089), а также при возмещении расходов на погребение (статья 1094).

Суд также может уменьшить размер возмещения вреда, причиненного гражданином, с учетом его имущественного положения, за исключением случаев, когда вред причинен действиями, совершенными умышленно (п.3 ст. 1083 ГК РФ). 

Основания и размер компенсации гражданину морального вреда, в силу п. 1 ст. 1099 ГК РФ определяются правилами, предусмотренными гл. 59 и ст. 151 ГК РФ.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (ст. 151 ГК РФ, п.1 ст.1101 ГК РФ).

При этом в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником (источниками) повышенной опасности, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда (ст. 1100 ГК РФ), способ и размер которого помимо правил, закрепленных в ст. 151 ГК РФ, определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. 

Размер компенсации морального вреда согласно п.2 ст. 1101 ГК РФ определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. 

При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего. 

Как следует из материалов дела и установлено судом, примерно, в 18 часов 20 минут ДД.ММ.ГГГГ на 

<

адрес>, 

<

адрес>, где проживает ФИО2 произошло дорожно-транспортное происшествие с участием принадлежащего ФИО3 источника повышенной опасности – автомобиля Лада 

<

данные изъяты> с гос. рег. знаком №, находящегося под ее же управлением, а именно - наезд на истца ФИО2, переходившую проезжу часть дороги вне пешеходного перехода, при отсутствии в зоне видимости последнего или перекрестка. 

В виду того, что в действиях пешехода ФИО2 получившей в результате дорожно-транспортного происшествия телесные повреждения усматривались признаки административного правонарушения, предусмотренного ч.1 ст. 12.29 КоАП РФ, а в действиях водителя ФИО3, усматривались признаки административного правонарушения предусмотренного ст. 12.24 КоАП РФ, определениями инспекторов ДПС группы ДПС ОГИБДД Межмуниципального отдела Министерства внутренних дел России «Шиловский» Свидетель №6 и Свидетель №5 от ДД.ММ.ГГГГ и от ДД.ММ.ГГГГ, соответственно, были возбуждены дела об административных правонарушениях и проведено административное расследование, при этом оба материала объедены в одно производство. 

Постановлением инспектора ДПС группы ДПС ОГИБДД МОМВД России «Шиловский» - ФИО5 от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которого были установлены вышеприведенные обстоятельства дорожно-транспортного происшествия, производство по делу об административном правонарушении прекращено: в отношении ФИО3, в связи с отсутствием состава административного правонарушения, предусмотренного ст. 12.24 КоАП РФ, а в отношении ФИО2, в связи с истечением срока привлечения к административной ответственности по ч.1 ст. 12.29 КоАП РФ. 

Степень тяжести полученных ФИО2 телесных повреждений при производстве по делу об административном правонарушении не установлена, в виду не предоставления эксперту необходимых для производства судебно-медицинской экспертизы документов. 

Решением судьи Шиловского районного суда Рязанской области от ДД.ММ.ГГГГ по жалобе ФИО2 указанное выше постановление о прекращении производства по делу об административном правонарушении от ДД.ММ.ГГГГ изменено. 

Из мотивировочной части данного постановления исключено суждение о том, что причиной дорожно-транспортного происшествия является грубое нарушение водителем ФИО3 при занятии деятельностью, создающей повышенную опасность п.10.1 ПДД РФ, а пешеходом ФИО2 п. 4.5 ПДД РФ. 

В остальной части постановление о прекращении производства по делу об административном правонарушении от ДД.ММ.ГГГГ оставлено без изменения, а жалоба ФИО2 без удовлетворения. 

Основанием для изменения вышеуказанного постановления послужило то, что положения КоАП РФ не допускают использование при принятии решений о прекращении производства по делу об административном правонарушении суждений о наличии вины лица в совершении дорожно-транспортного происшествия, оценки действий другого участника дорожно-транспортного происшествия на предмет соответствия требованиям ПДД РФ. 

Защиту ФИО2 в ходе производства по делу об административном правонарушении, т.е. при административном расследовании и при рассмотрении дела по ее жалобе в Шиловском районном суде Рязанской области на основании ордеров адвоката № от ДД.ММ.ГГГГ и № от ДД.ММ.ГГГГ осуществляла – адвокат Марченко А.М., за услуги которой ФИО2, согласно квитанций от ДД.ММ.ГГГГ и от ДД.ММ.ГГГГ уплачено 50000 руб. (по 25000 руб. согласно каждой квитанции). 

Данные обстоятельства не оспариваются сторонами и следуют из вышеприведенных по тексту доказательств, а также материалов дела об административных правонарушениях в отношении ФИО3 и ФИО2 и ответа РЭГ ГИБДД МО МВД России «Шиловский» от ДД.ММ.ГГГГ с карточкой учета транспортного средства. 

Из этих же материалов дела об административных правонарушениях, а также показаний допрошенных судом свидетелей Свидетель №1, Свидетель №2, Свидетель №5, Свидетель №6, Свидетель №4, Свидетель №3, ФИО3 и Свидетель №8 следует, что фактически вышеуказанное дорожно-транспортное происшествие произошло при следующих обстоятельствах: 

Автомобиль Лада 

<

данные изъяты> с гос. рег. знаком №, находящийся под управлением ФИО3 в указанное выше темное время суток, а именно примерно, в 18 часов 20 минут ДД.ММ.ГГГГ, во время дождя, при видимости 30 м при свете фар, при отсутствии уличного освещения, следовал по 

<

адрес> по направлению 

<

адрес>.

В это время ФИО2, выйдя из автомобиля 

<

данные изъяты> с гос. рег. знаком № остановившегося для высадки пассажира на противоположной от ее дома по адресу: 

<

адрес> стороне - встречной для движения автомобиля Лада 

<

данные изъяты> с гос. рег. знаком №, практически одновременно с тем как автомобиль 

<

данные изъяты> с гос. рег. знаком № тронулся, сзади этого автомобиля, стала переходить проезжую часть, следуя к своему дому, вне пешеходного перехода, при отсутствии в зоне видимости последнего или перекрестка, не убедившись при этом в отсутствии приближающегося транспортного средства, создав помеху для движения автомобилю Лада 

<

данные изъяты> с гос. рег. знаком №, под управлением ФИО3, чем нарушила требования п. 4.5 Правил дорожного движения Российской Федерации, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 23.10.1993 года № 1090 (далее – ПДД РФ).

Соответственно, поскольку в этот момент автомобиль Лада 

<

данные изъяты> с гос. рег. знаком №, под управлением ФИО3, находился в непосредственной близости к пешеходу ФИО2, то избежать наезда на последнюю, не удалось.

В результате данного дорожно-транспортного происшествия ФИО2 получила телесные повреждения с которыми была доставлена в приемный покой ГБУ РО «Шиловский ММЦ». 

Согласно медицинских документов (медицинских карт, выписок из историй болезни, карты вызова скорой медицинской помощи) в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 с полученными телесными повреждениями находилась на стационарном лечении в ГБУ РО «Шиловский ММЦ» с диагнозом: 

<

данные изъяты>. 

В период нахождения на лечении в указанном медицинском учреждении ФИО2 назначалось и проводилось соответствующее лечение, в том числе под местной анестезией производилось вскрытие гематомы правого бедра. Динамика была положительной. ФИО2 вставала и ходила с костылями. Отек на бедре стал меньше, но сохранялось умеренное серозное отделяемое из раны. Выписана домой ФИО2 была в удовлетворительном состоянии на амбулаторное лечение. 

При выписке ФИО2 рекомендовано ходьба с костылями - две недели; эластичное бинтование ног 2 недели; ЛФК, промывать дренаж с бетадином, перевязки. Рентгенография через месяц. 

Из заключения экспертов № от ДД.ММ.ГГГГ, произведенного на основании определения суда от ДД.ММ.ГГГГ, а также объяснений эксперта ФИО1, данных им в судебном заседании следует, что у ФИО2 достоверно установлены на различных анатомических областях тела: 

<

данные изъяты>.

Означенные телесные повреждения могли образоваться незадолго (с учетом имеющихся клинико-морфологических данных ориентировочно в пределах нескольких десятков минут – нескольких часов) до поступления пострадавшей в стационар ГБУ РО «Шиловский ММЦ» в 19 часов 20 минут ДД.ММ.ГГГГ, от воздействия тупого предмета/предметов. 

Возможность возникновения этих повреждений в срок и условиях дорожно-транспортного происшествия, указанных в установочной части постановления не исключается. Однако ввиду отсутствия в представленных на экспертизу материалах результатов детального экспертного исследования одежды и обуви, находившейся на пострадавшей в момент травмирования, детального экспертного исследования автомобиля - предполагаемого объекта причинения повреждений ФИО2 моделировать механизм развития рассматриваемого дорожно-транспортного происшествия не представляется возможным. 

Повреждения ФИО2, рассматриваемые в своей совокупности, как образовавшиеся в едином механизме травмирования, при ведущем значении травмы пояса верхней конечности и тазового пояса, не были опасными для жизни (как по анатомическому признаку, так и угрожающим жизни состояниям (шок и анемия регистрируемые клинически, являлись обратимыми), не повлекли за собой последствий, перечисленных в ст. 111 УК РФ, вызвали длительное (свыше 21 дня) расстройство здоровья, в силу чего расцениваются как средней тяжести вред, причиненный здоровью человека, в соответствии с п.7, 71 Методических критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утв. Приказом Министерства здравоохранения и социального развития РФ от 24.04.2008 года № 194н, п.4б Правил определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утв. Постановлением правительства РФ от 17.08.2007 года № 522. 

Формирование комплекса повреждений, установленных у ФИО2, для условий однократного падения пострадавшей из положения стоя на твердой плоскости характерным не является.

Анализ представленных на экспертизу медицинских материалов свидетельствует, что клиническим обследованием по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 предъявляла жалобы 

<

данные изъяты>, на основании проведенного обследование установлен диагноз 

<

данные изъяты>; 

клиническим обследованием по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ кардиологом диагностирована 

<

данные изъяты>.

Означенные выше заболевания, согласно действующей Международной классификации болезней 10-го пересмотра, относятся к классу «Болезней системы кровообращения». Среди прямых причинных факторов травмы любого характера для данных заболеваний в общедоступной медицинской литературе не приводятся. 

В этом же заключении также отмечено, что клиническим обследованием по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ хирургом также зарегистрированы жалобы 

<

данные изъяты> установлен диагноз 

<

данные изъяты>. В контексте тяжести вреда причиненного здоровью человека, результаты данного медицинского обследования, а также последствия указанные ФИО2 в исковом заявлении 

<

данные изъяты> на установленную степень тяжести вреда здоровью ФИО2 указанной выше не влияют. 

Как пояснил эксперт ФИО1 в судебном заседании такие симптомы как «нарушение сна, невозможность длительного нахождения на ногах, постоянная боль» объективными медицинскими данными для судебно-медицинского утверждения - не подтверждены. 

Названные симптомы относятся к классу субъективных. С учетом наличия у ФИО2 иных заболеваний (гипертонии) утверждать, что к нарушению сна могли привести полученные ею травмы нельзя. Прямой причинно-следственной связи между обострением сердечно-сосудистых заболеваний и травмами, полученными в дорожно-транспортном происшествии не установлено. С возрастом эти заболевания, при их наличии усугубляются. 

Анализируя указанное заключение экспертов, которое соответствует требованиям ст. ст. 67, 86 ГПК РФ, в совокупности с другими вышеприведенными доказательствами по делу, суд считает, что оснований не доверять данному заключению не имеется.

Эксперты при даче заключения по настоящему делу были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст. 307 УК РФ и провели порученную им судом экспертизу на основе материалов гражданского дела, где содержатся представленные обеими сторонами и другими лицами доказательства, включая необходимый комплекс медицинских документов.

Заключение экспертов оформлено надлежащим образом, научно обоснованно, является достаточно полным и понятным, содержит сделанные экспертами в результате проведенного ими исследования выводы, по поставленным судом вопросам, которые в достаточной степени аргументированы и обоснованы в описательной части заключения. 

Все неточности и не ясности, при даче заключения, устранены путем допроса эксперта ФИО1 в судебном заседании. 

Обстоятельств, позволяющих сомневаться в компетенции и квалификации экспертов либо свидетельствующих об их прямой либо косвенной заинтересованности в исходе дела, как и нарушений с их стороны требований закона и превышения полномочий не установлено. 

Доказательств, опровергающих вышеуказанное заключение экспертов, с учетом дополнительного данных экспертом ФИО1 разъяснений, отвечающих требованиям относимости и допустимости и свидетельствующих об обратных, чем в названном заключении обстоятельствах и выводах, сторонами в соответствии со ст. 56 ГПК РФ не представлено. Оснований для назначения дополнительной либо повторной судебно-медицинской экспертизы, установленных в ст. 87 ГПК РФ суд не находит, тем более, что стороны указанное экспертное заключение не оспаривали и о назначении дополнительной либо повторной экспертизы не ходатайствовали, ограничившись разъяснениями эксперта ФИО1, данными им в судебном заседании. 

Таким образом, установленные судом, на основании исследованных доказательств - обстоятельства, показывают, что в результате взаимодействия ФИО2 с указанным выше источником повышенной опасности, законным владельцем которого на момент ДТП являлась ответчик ФИО3 - ФИО2 будучи пешеходом, получила телесные повреждения, относящиеся к категории средней тяжести вреда, причиненного здоровью человека.

С полученными телесными повреждениями она длительное время (больше 21 дня) находилась на стационарном лечении, продолжив лечение амбулаторно. 

Дорожно-транспортное происшествие и как следствие причинение вреда здоровью ФИО2 произошло в результате пренебрежения со стороны последней требованиями п. 4.5 ПДД РФ, предусматривающего действия граждан при переходе дороги вне пешеходного перехода, что свидетельствует о допущенной ею грубой неосторожности, которая фактически привела к причинению вреда здоровью ФИО2 

В рассматриваемом случае, прежде чем переходить дорогу вне пешеходного перехода ФИО2 имела реальную возможность правильно оценить дорожную ситуацию, убедиться в безопасности своего движения и удержаться от перехода дороги перед приближающимся транспортным средством под управлением ФИО3, предвидя вероятность наступления вредоносных последствий своего поведения, однако она этого не сделала. 

Каких-либо фактов, указывающих, что в рассматриваемом случае ФИО2 была не в состоянии обнаружить приближающееся транспортное средство под управлением ФИО3, с учетом установленных обстоятельств дорожно-транспортного происшествия, индивидуальных особенностей потерпевшей, ее состояния здоровья и т.д., в ходе рассмотрения дела не установлено. 

ФИО2 является дееспособным лицом, и в силу положений п.1.3 ПДД РФ как участник дорожного движения обязана знать и соблюдать относящиеся к ней требования ПДД РФ. 

На наличие у ФИО2 тех или иных индивидуальных особенностей, заболеваний, препятствующих правильной оценке дорожной ситуации - сторона истца не ссылалась. 

Согласно п.4.3 и п.4.5 ПДД РФ пешеходы должны переходить дорогу по пешеходным переходам, в том числе по подземным и надземным, а при их отсутствии - на перекрестках по линии тротуаров или обочин. При отсутствии в зоне видимости перехода или перекрестка разрешается переходить дорогу под прямым углом к краю проезжей части на участках без разделительной полосы и ограждений там, где она хорошо просматривается в обе стороны. На нерегулируемых пешеходных переходах пешеходы могут выходить на проезжую часть (трамвайные пути) после того, как оценят расстояние до приближающихся транспортных средств, их скорость и убедятся, что переход будет для них безопасен. При переходе дороги вне пешеходного перехода пешеходы, кроме того, не должны создавать помех для движения транспортных средств и выходить из-за стоящего транспортного средства или иного препятствия, ограничивающего обзорность, не убедившись в отсутствии приближающихся транспортных средств. 

Вопреки доводам стороны истца обстоятельств, свидетельствующих о наличии вины водителя ФИО3, являющейся владельцем источника повышенной опасности в дорожно-транспортном происшествии и как следствие в причинении вреда здоровью ФИО2, в ходе рассмотрения дела не установлено. 

Доказательств, указывающих на нарушение ФИО3 требований ПДД РФ, в деле не содержится. 

Из показаний свидетелей Свидетель №2 и Свидетель №1 (водитель и второй пассажир автомобиля 

<

данные изъяты> с гос. рег. знаком №), следует, что автомобиль под управлением ФИО3 двигался с включенным светом фар и находится в непосредственной близости от автомобиля под управлением Свидетель №2, в тот момент когда автомобиль 

<

данные изъяты> с гос. рег. знаком № тронулся, после того как его покинула, поговорив с ними - ФИО2 

Показания указанных свидетелей также согласуются с объяснениями стороны ответчика ФИО3 и свидетеля ФИО3, находившегося в автомобиле Лада 

<

данные изъяты> с гос. рег. знаком №, под управлением ФИО3, из показаний которых также следует, что автомобиль под управлением последней направления движения не менял и не маневрировал, двигался с включенным светом фар, при скорости 30-35 км/ч, и именно ФИО2 создала помеху для движения автомобиля, поскольку переходя дорогу, за трогавшимся транспортным средством не убедилась в отсутствии приближающихся транспортных средств. ДТП произошло на проезжей части дороги. 

Как пояснил свидетель Свидетель №8 непосредственно после ДТП, он двигаясь на автомобиле 

<

данные изъяты>, в том же направлении, что и автомобиль ФИО3, был вынужден объехать двух женщин (ФИО2 и ФИО3) находившихся на проезжей части дороги. В тот момент одна из женщин поддерживала другую. 

Эти обстоятельства, в свою очередь, соответствуют схеме и протоколу места совершения административного правонарушения от ДД.ММ.ГГГГ, с фотоматериалами к протоколу. 

Названные процессуальные документы подписаны участниками производства по делу об административном правонарушении, включая ФИО2 без замечаний по их содержанию. 

Согласно заключения эксперта-автотехника № от ДД.ММ.ГГГГ, полученного в ходе производства по делу об административном правонарушении - минимальный остановочный путь автомобиля Лада 

<

данные изъяты> с гос. рег. знаком № при скорости движения 30-35 км/ч составляет 23,9 м, что означает, что в рассматриваемой ситуации при движении с указанной скоростью технической возможности предотвратить наезд на пешехода ФИО2 у ФИО3 не имелось. 

На иные вопросы эксперт-автотехник ответить фактически не смог, в виду недостаточности данных, представленных эксперту и не относимости части вопросов к компетенции эксперта, что не исключает установление судом значимых для дела фактов на основании иных относимых и допустимых доказательств (ст.ст. 56, 59, 60, 67, 69 ГПК РФ). 

Достоверность имеющихся в деле процессуальных документов, оформленных в связи с произошедшим ДТП, также подтверждены свидетелями Свидетель №5, Свидетель №6, Свидетель №4, Свидетель №3 (инспекторы ДПС группы ДПС ОГИБДД МОМВД России «Шиловский»). 

Ставить под сомнение показания вышеуказанных, допрошенных по делу в качестве свидетелей, лиц, согласующихся с письменными доказательствами, суд оснований не находит. 

Показания свидетелей и письменные доказательства существенных противоречий не имеют и взаимно дополняют друг друга, являются относимыми и допустимыми по делу.

С учетом изложенного, утверждения ФИО2 о том, что автомобиль под управлением ФИО3 двигался без света, а само ДТП произошло в тот момент, когда потерпевшая одной ногой наступила на тропинку от асфальта, ведущую к ее дому, а после дорожно-транспортного происшествия местоположение автомобиля Лада 

<

данные изъяты> с гос. рег. знаком № было изменено, приняты во внимание быть не могут.

Указанные утверждения противоречат фактическим обстоятельствам дела, установленным судом, на основании совокупности имеющихся в деле доказательств, оцененных применительно к положениям ст.ст. 56, 59, 60, 67, 69, 86 ГПК РФ. 

Суд полагает, что с учетом полученных телесных повреждений, испытываемой боли, ФИО2 могла что-то перепутать. 

На эти обстоятельства также указывает то, что ФИО2, в ходе судебного разбирательства утверждала о том, что в момент ДТП она находилась в светлой одежде, однако эти ее объяснения своего подтверждения в ходе рассмотрения дела не нашли и противоречат показаниям свидетелей Свидетель №2 и Свидетель №1, которые эти факты не подтвердили. 

Сам факт перемещения автомобиля, если таковой имел место быть, ФИО2 видеть не могла, так как она сама пояснила, что после дорожно-транспортного происшествия до приезда скорой помощи она находилась дома, где переоделась. 

Согласно материалов выплатного дела и платежного поручения № от ДД.ММ.ГГГГ в виду того, на момент дорожно-транспортного происшествия и, соответственно, причинения вреда здоровью ФИО2 гражданская ответственность ФИО3 была застрахована по договору ОСАГО в ПАО СК «Росгосстрах» – ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 произведена страховая выплата в счет возмещения вреда, причинённого ее здоровью в размере 140250 руб. 

Возмещение причиненного вреда здоровью в виде компенсации морального вреда в денежном выражении положениями Федеральный закон от 25 апреля 2002 N 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» не регулируется.

Такое возмещение исходя из вышеуказанных положений ГК РФ, производится владельцем источника повышенной опасности не зависимо от его вины. 

Соответственно, поскольку из установленных по делу обстоятельств также не следует, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшей либо по просьбе или с согласия последней, ФИО2 вправе требовать с ФИО3, как владельца источника повышенной опасности, в возмещение причиненного вреда ее здоровью - компенсацию морального вреда в денежном выражении независимо от вины в причинении вреда владельца источника повышенной опасности, т.е. ФИО3 

Денежную компенсацию, причиненного ФИО2 морального вреда, последняя оценивает в 500000 руб., ссылаясь на перенесенные ею нравственные и физические страдания (физическую боль, длительное лечение, перенесенную операцию, дискомфорт, неудобства, ограничение движения, невозможность полноценно трудится и продолжать активную общественную жизнь и иные обстоятельства, связанные с ее личными переживаниями и нравственными страданиями).

Из положений ст. 3 Всеобщей декларации прав человека и ст. 11 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах следует, что жизнь и здоровье относятся к числу наиболее значимых человеческих ценностей, поэтому их защита должна быть приоритетной. 

Право гражданина на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью относится к числу общепризнанных основных неотчуждаемых прав и свобод человека, так как является непосредственно производным от права на жизнь и охрану здоровья, прямо закрепленных в ст.ст. 20, 41 Конституции Российской Федерации. 

С учетом этих обстоятельств возмещение морального вреда должно быть реальным, а не символическим.

По смыслу действующего правового регулирования и разъяснений, содержащихся в пунктах 2 и 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», а также в пункте 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» следует, что компенсация морального вреда, осуществляется независимо от вины причинителя вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности.

Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. 

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья, либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий, и др.

При рассмотрении требований о компенсации причиненного гражданину морального вреда необходимо учитывать, что размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального ущерба, убытков и других материальных требований. 

При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. 

Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий. 

Поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, то факт причинения ему морального вреда предполагается, в связи с чем в данном случае подлежит установлению лишь размер компенсации морального вреда. 

В постановлении Европейского Суда по правам человека от 18.03.2010 г. по делу "Максимов (Maksimov) против России" указано, что задача расчета размера компенсации является сложной. Она особенно трудна в деле, предметом которого является личное страдание, физическое или нравственное. Не существует стандарта, позволяющего измерить в денежных средствах боль, физическое неудобство и нравственное страдание и тоску. Национальные суды всегда должны в своих решениях приводить достаточные мотивы, оправдывающие ту или иную сумму компенсации морального вреда, присуждаемую заявителю. В противном случае отсутствие мотивов, например, несоразмерно малой суммы компенсации, присужденной заявителю, будет свидетельствовать о том, что суды не рассмотрели надлежащим образом требования заявителя и не смогли действовать в соответствии с принципом адекватного и эффективного устранения нарушения.

Из изложенного следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. 

К числу таких нематериальных благ относится жизнь, здоровье (состояние физического, психического и социального благополучия человека), семейные и родственные связи. 

В случае причинения гражданину морального вреда (физических или нравственных страданий) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда, а именно физических или нравственных страданий потерпевшего, то есть морального вреда как последствия нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага, неправомерного действия (бездействия) причинителя вреда, причинной связи между неправомерными действиями и моральным вредом, вины причинителя вреда. 

Поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (ст.ст. 151, 1101 ГК РФ) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, то суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. 

Таким образом, вышеприведенные факты подтвержденные совокупностью, содержащихся в деле доказательств, безусловно, свидетельствуют о том, что ФИО2 в результате причинения вреда ее здоровью испытывала нравственные и физические страдания (моральный вред), которые с учетом того, что обстоятельств для освобождения ответчика ФИО3 от ответственности, вследствие причинения вреда здоровью ФИО2 не установлено, подлежат компенсации указанным ответчиком в денежном выражении, исходя из вышеуказанных критериев определения размера компенсации морального вреда. 

Определяя размер компенсации морального вреда, суд, соответственно, исходит из выше приведенных критериев определения его размера, оценивает действия причинителя вреда в совокупности и соотносит их с тяжестью причиненных ФИО2 физических и нравственных страданий, а также индивидуальными особенностями ее личности, при этом также учитывает требования разумности, справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающих принципов, предполагающих установление судом баланса интересов сторон. 

Суд принимает во внимание фактические обстоятельства, при которых причинен вред, обстоятельства, свидетельствующие о тяжести перенесенных ФИО2 физических и нравственных страданий и их степени, как в момент причинения вреда, так и после, включая физическую боль, объем и характер телесных повреждений, повлекших средней тяжести вред здоровью, длительность нахождения на стационарном лечении с дальнейшим амбулаторным лечением, объем перенесенных при этом медицинских процедур (

<

данные изъяты>), невозможность полноценно трудится и вести активный образ жизни, в том числе в связи с болевыми ощущениями, а также иные обстоятельства, связанные с личными переживаниями и нравственными страданиями ФИО2 включая ее возраст на момент дорожно-транспортного происшествия. 

С учетом этих обстоятельств, требований разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения, в том числе, учитывая, что к причинению вреда здоровью ФИО2 привела грубая неосторожность допущенная с ее стороны, влекущая уменьшение размера возмещения, суд считает, что в данном случае для компенсации причиненного ФИО2 морального вреда достаточной денежной компенсацией будет является компенсация в размере 100000 руб., тогда как заявленная ею ко взысканию компенсация в размере 500000 руб., при установленных судом обстоятельствах, исходя из вышеуказанных критериев, является чрезмерно и неоправданно завышенной. 

Определенный судом размер денежной компенсации морального вреда, согласуется с принципами конституционной ценности жизни, здоровья и достоинства личности (ст. ст. 21 и 53 Конституции Российской Федерации), а также с принципами разумности и справедливости, позволяющими, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, с другой - не допустить неосновательного обогащения потерпевшего и не поставить в чрезмерно тяжелое имущественное положение лиц, ответственных за возмещение вреда и соблюсти баланс интересов сторон.

Размер этой компенсации предлагался и ответчиком еще до предъявления иска, на что ФИО3 указывала в судебном заседании и это не отрицала ФИО2 В ходе рассмотрения дела ФИО3 также предлагала произвести выплату в добровольном порядке. 

Оснований для учета при определении размера компенсации морального вреда наличие у ФИО2 болезней системы кровообращения 

<

данные изъяты>), суд не усматривает.

Доказательств, указывающих на наличие причинно-следственной связи между этими заболеваниями ФИО2 и полученными в дорожно-транспортном происшествии телесными повреждениями (травмами) - в деле не содержится и ею в соответствии со ст. 56 ГПК РФ не представлено. 

Сама ФИО2 не отрицала, что после гибели в 2008 году сына перенесла пред инфарктное состояние, при чем согласно медицинских документов ФИО2 – она еще в 2017 году неоднократно обращалась к кардиологу с жалобами на боль в груди колющего характера и ей был поставлен диагноз 

<

данные изъяты> 

Нарушения сна, в связи с полученными в результате дорожно-транспортного происшествия телесными повреждениями (травмами) - ФИО2 не диагностировано. 

Факт увольнения дочери ФИО2, для того чтобы ухаживать за ней объективными доказательствами не подтвержден. 

Оснований для снижения определенной судом денежной компенсации морального время, в связи с материальным положением ответчика ФИО3 суд также не усматривает.

Представленные ФИО3 доказательства: справка о ее заработной плате по штатному расписанию с учетом размера оклада и повышающих коэффициентов от ДД.ММ.ГГГГ и справка об обучении сына в ВУЗе на платной основе от ДД.ММ.ГГГГ достаточными в своей совокупности для вывода об имущественном положении ФИО3 не являются, и объективно не свидетельствуют о совокупности ее дохода, об отсутствии у нее иного дохода и имущества, на которое может быть обращено взыскание. 

Напротив, эти доказательства, указывают на трудоспособность ФИО3, наличие у нее постоянного дохода в виде получаемой ею заработной платы. 

Более того, в собственности у ФИО3 имеется транспортное средство - автомобиль Лада 

<

данные изъяты>, с гос. рег. знаком № на который в обеспечение иска в ходе рассмотрения настоящего дела наложен арест. 

Сам по себе факт обучения сына ФИО3 на платной основе достаточным основанием для вывода о тяжелом материальном положении не является.

Доказательств того, что ответчик ФИО3 компенсировала причинный ФИО2 моральный вред в денежном выражении полностью либо в части в деле не содержится.

Обе стороны не отрицали, что компенсация морального вреда в денежном выражении до настоящего времени не производилась. 

Осуществление ухода за ФИО2 (приказ от ДД.ММ.ГГГГ), принятие либо отказ последней от предлагаемой ей ФИО3 помощи основаниями для дополнительного снижения размера компенсации морального вреда служить не могут. 

В рассматриваемом случае размер денежной компенсации морального вреда определен судом с учетом установленных в законе вышеуказанных критериев, в том числе исходя из соблюдения баланса интересов сторон. 

При таком положении с ответчика ФИО3 в пользу ФИО2 в счет компенсации причиненного ей морального вреда надлежит взыскать денежные средства в указанном и определенном судом размере, т.е. в размере 100000 руб., а в оставшейся части исковых требований о компенсации морального вреда в большем размере - ФИО2 следует отказать. 

Разрешая требования ФИО7 о возмещения убытков, связи с повреждением здоровья в виде расходов по оплате услуг защитника при производстве по делу об административном правонарушении в размере 50000 руб. - оснований для их удовлетворения суд не находит. 

Фактические обстоятельства дела показывают, что данные расходы понесены истцом не в связи с повреждением ее здоровья, а в виду реализации ФИО2 права на защиту в ходе производства по делу об административном правонарушении с дальнейшим обжалованием вынесенного, в том числе в отношении нее постановления о прекращении производства по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч.1 ст. 12.29 КоАП РФ, за истечением срока привлечения к административной ответсвенности. 

Расходы на оплату труда адвоката или иного лица, участвовавшего в производстве по делу в качестве защитника, а также на оплату услуг представителя потерпевшего к издержкам по делам об административных правонарушениях, перечень которых содержится в ч. 1 ст. 24.7 КоАП РФ не отнесены, что согласуется с правовой позицией, выраженной в п. 26 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2005 г. № 5 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях», где также разъяснено, что поскольку в случае отказа в привлечении лица к административной ответственности либо удовлетворения его жалобы на постановление о привлечении к административной ответственности этому лицу причиняется вред в связи с расходами на оплату труда лица, оказывавшего юридическую помощь, эти расходы на основании ст. ст. 15, 1069, 1070 ГК РФ могут быть взысканы в пользу этого лица за счет средств соответствующей казны (казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации). 

Произвести замену ФИО3 как ненадлежащего ответчика по вышеуказанным требованиям сторона истца не пожелала, полагая, что надлежащим ответчиком по данным требованиям является ФИО3 

Вместе с тем, каких - либо виновных, противоправных действий со стороны ФИО3 связанных с понесением ФИО2 вышеуказанных убытков в ходе рассмотрения дела не установлено.

Производство по делу об административном правонарушении в отношении ФИО3 прекращено в виду отсутствия в ее действиях состава административного правонарушения, предусмотренного ст. 12.24 КоАП РФ.

По общим правилам возмещения убытков - убытки при отсутствии противоправных действий (бездействий), причинно-следственной связи между ними и убытками, а также вины, возмещению не подлежат. 

Разрешая применительно к положениям ст.ст. 88, 94, 98, 100 ГПК РФ и разъяснениям, содержащимся в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 N 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» вопрос о возмещении истцу ФИО2, понесённых ею по настоящему делу судебных расходов суд, приходит к следующему: 

Так, из квитанций от ДД.ММ.ГГГГ, от ДД.ММ.ГГГГ и чека - ордера от ДД.ММ.ГГГГ, следует, что истцом по настоящему делу понесены судебные расходы в виде расходов по оплате услуг представителя в размере 25000 руб., расходов по оплате судебно-медицинской экспертизы в размере 35187 руб. 03 коп. и расходов по оплате госпошлины в размере 1700 руб., уплаченной за требования о взыскании убытков. 

В ходе рассмотрения дела истцом было обеспечено участие ее представителя Марченко А.М. в деле, которая принимала участие в опросе по существу заявленных требований и обстоятельствам дела ДД.ММ.ГГГГ, предварительном и судебных заседаниях (25.09.2020 года, 15.10.2020 года, 27.10.2020 года, 26.11.2020 года, 16.03.2020 года и 19.03.2020 года), занимала активную позицию по делу, готовила исковое заявление, ходатайства о назначении экспертизы, знакомилась с делом. 

По итогам рассмотрения дела исковые требования истца о компенсации морального вреда к которым не подлежат применению положения процессуального законодательства о пропорциональном возмещении (распределении) судебных издержек, настоящим решением удовлетворяются частично (п.21 Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 N 1), а в удовлетворении требований о возмещении убытков, в связи с повреждением здоровья, судом отказано, тогда как стороной ответчика заявлено о завышении судебных расходов по оплате услуг представителя.

Соответственно, соотнеся сумму понесенных истцом указанных расходов с объемом защищенного права, исходя из критериев разумности и справедливости, подлежащих возмещению судебных расходов по оплате услуг представителя, соблюдения баланса интересов сторон, принимая во внимание результаты рассмотрения дела, сложность дела, характер спорных правоотношений, объем оказанных представителем юридических услуг, количество и продолжительность предварительных и судебных заседаний, в которых участвовал представитель истца, реальные затраты времени на участие представителя в деле и конкретно совершенные им действия, а также стоимость аналогичных услуг, установленных в рекомендациях «О порядке оплаты вознаграждения за юридическую помощь адвоката», утвержденных Советом Адвокатской палаты Рязанской области 17.12.2014 года, суд, считает, что сумма заявленных ко взысканию судебных расходов по оплате услуг представителя, является завышенной и носит неразумный и чрезмерный характер, в связи с чем полагает необходимым уменьшить ее до разумных пределов, а именно до 23000 руб. (п.п.10-13, п.15 Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 N 1). 

Наряду с изложенным суд полагает, что истцу подлежат возмещению за счет ответчика понесенные им судебные расходы по оплате судебно-медицинской экспертизы в размере 35187 руб. 03 коп., так как данные расходы являлись необходимыми и фактически понесены в связи с рассмотрением требований о компенсации морального вреда, к которым как указывалось выше не подлежат применению положения процессуального законодательства о пропорциональном возмещении (распределении) судебных издержек.

Оснований для возмещения истцу судебных расходов по оплате госпошлины в размере 1700 руб., суд не находит, так как данная госпошлина уплачена за требования о возмещения убытков, тогда как в удовлетворении этих требований судом отказано. 

Таким образом, с ответчика ФИО3 в пользу ФИО2 в счет возмещения понесенных ею судебных расходов, следует взыскать расходы по оплате услуг представителя в размере 23000 руб. и расходы по оплате судебно-медицинской экспертизы в размере 35187 руб. 03 коп., а в удовлетворении требований о взыскании судебных расходов по оплате услуг представителя в большем размере и по оплате государственной пошлины в размере 1700 руб. - ФИО2 следует отказать. 

Вместе с тем, поскольку ФИО2 в силу положений пп. 3 п. 1 ст. 333.36 НК РФ освобождена от уплаты госпошлины за требования о компенсации морального вреда в связи с повреждением здоровья, то с ответчика ФИО3 не освобожденной от уплаты госпошлины, по основаниям ст. 103 ГПК РФ и п.п. 8 ч.1 ст. 333.20 НК РФ, с учетом положений о размерах госпошлины, установленных в п.3 ч.1 ст. 333.19 НК РФ наряду со взысканием вышеуказанной денежной компенсации морального вреда и судебными расходами надлежит взыскать госпошлину в доход бюджета муниципального образования – Шиловское городское поселение Шиловского муниципального района Рязанской области в размере 300 руб. (абз.10 п.2 ст. 61.1 Бюджетного кодекса РФ, п.5 Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 N 1). 

Иных судебных расходов, к возмещению лицами, участвующими в деле, не заявлялось. 

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд 

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО2 к ФИО3 о компенсации морального вреда и убытков, в связи с повреждением здоровья, удовлетворить частично. 

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО2 в счет компенсации причиненного ей морального вреда денежные средства в размере 100000 руб., а в счет возмещения понесенных по настоящему делу судебных расходов: расходы по оплате услуг представителя в размере 23000 руб. и расходы по оплате судебно-медицинской экспертизы в размере 35187 руб. 03 коп., а всего взыскать денежные средства в размере 158187 (сто пятьдесят восемь тысяч сто восемьдесят семь) руб. 03 коп. 

В удовлетворении оставшейся части исковых требований о компенсации морального вреда в большем размере и убытков, в связи с повреждением здоровья, а также требований о взыскании судебных расходов по оплате услуг представителя в большем размере и по оплате государственной пошлины - ФИО2 отказать. 

Взыскать с ФИО3 в доход бюджета муниципального образования – Шиловское городское поселение Шиловского муниципального района Рязанской области государственную пошлину в размере 300 (триста) руб. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Рязанский областной суд через Шиловский районный суд Рязанской области путем подачи апелляционной жалобы в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья: Т.Н. Махова

Настоящее решение в окончательной форме изготовлено 26 марта 2021 года.