Дело № 1-25/2020

П Р И Г О В О Р

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Томск 11 февраля 2020 года

Октябрьский районный суд г. Томска в составе:

председательствующего судьи Федишиной Т.Н.,

при секретаре Телеповой Е.Д.,

с участием государственного обвинителя - помощника 

прокурора Октябрьского района г.Томска Негодиной Е.В.

подсудимого ФИО1,

защитника подсудимого-адвоката Березовского А.С.,

представившего удостоверение № 1170 и ордер №164 от 7 марта 2019 года,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении 

ФИО1, ..., судимого:

-2 декабря 2008 года Советским районным судом г.Томска по ч.3 ст.30 ч.1 ст.105 УК РФ к 7 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии особого режима, освобожденного 19 июня 2015 года по отбытию срока наказания;

-25 июля 2017 года Рубцовским городским судом Алтайского края по ч.2 ст.159 УК РФ к 1 году 9 месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима, освобожденного 16 октября 2018 года по постановлению Асиновского городского суда Томской области от 28 сентября 2018 года условно-досрочно на 4 месяца 21 день,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.162 УК РФ

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 совершил разбой, т.е. нападение в целях хищения чужого имущества с угрозой применения насилия, опасного для жизни и здоровья, с применением предмета, используемого в качестве оружия, с незаконным проникновением в жилище.

ФИО1, находясь в состоянии алкогольного опьянения 27 февраля 2019 года в период времени с 14.15 часов до 15.00 часов подошел к входной двери ... в ..., где после того как потерпевшая В открыла ему дверь квартиры, умышленно из корыстных побуждений с целью хищения чужого имущества, напал на нее, применив для подавления воли потерпевшей к сопротивлению, неустановленный в ходе следствия предмет-нож, который использовал в качестве оружия, поднося его клинок к горлу В и осознавая, что в сложившейся ситуации потерпевшая воспринимает его действия как реальную угрозу применения к ней насилия опасного для жизни и здоровья, требовал передачи ему денег. После чего, в продолжение реализации своего преступного умысла, против воли В незаконно проник в вышеуказанное жилище, где в коридоре квартиры, продолжая угрожать последней ножом, требовал денег и открыто похитил из ее рук принадлежащий ей сотовый телефон «Digma Linx А 170 2 G Duos» стоимостью 249 рублей, затем прошел в комнату, где стал искать ценное имущество и с целью подавления воли к сопротивлению потерпевшей В и ее матери- потерпевшей Д поочередно, приставляя к горлу каждой из потерпевших используемый им в качестве оружия нож, высказывал в их адрес угрозы убийством, продолжал требовать денег, после чего со спинки дивана открыто похитил принадлежащий потерпевшей Д сотовый телефон «SAMSUNG» стоимостью 250 рублей. С похищенным имуществом с места преступления скрылся, распорядившись им по своему усмотрению. 

В судебном заседании ФИО1 вину в предъявленном обвинении признал частично, указав, что он 27 февраля 2019 года он распивал спиртное у Г Когда у них закончилось спиртное, он решил занять деньги у В, с которой состоял в близких отношениях. Где она живет ему известно, но в квартире у нее никогда не был, т.к. она проживает с матерью, которая была против гостей. Сообщив В по телефону, что он скоро приедет, он на такси с Г и двумя гостями последнего, поехал к дому В на .... В открыла ему дверь в квартиру, он сказал, что пришел по делу и прошел в коридор. В против того, что он зашел в квартиру не возражала. Он попросил у В занять ему денег, на что она ответила, что у нее их нет. Во время их с В разговора из квартиры вышла социальный работник, которая приходит к матери В Он сказал В, что спросит денег у ее матери, но В была против этого, в связи с чем они стали разговаривать на повышенных тонах. Он достал из кармана кухонный нож с лезвием около 5 см., который взял в целях самообороны в квартире Г Нож держал в руке на уровне туловища В, при этом забрал из рук В телефон. На их разговор в коридор вышла мать В, но т.к. коридор узкий, а мать В плохо ходит, то он нечаянно задел ее и она упал. У матери он также спросил про деньги, та ответила отказом, в связи с чем он прошел в комнату и стал искать деньги в подушках на тахте. Когда он был в комнате, откуда-то появился Г, который с В помогли матери сесть на кровать. Г сказал, что необходимо рассчитаться с водителем такси. Он обещал выйти, после чего Г ушел. Далее помнит, что он сидел в кресле напротив кровати, в руках был нож и топор, откуда взялся топор не помнит. Затем взял со спинки дивана лежавший там сотовый телефон и ушел из квартиры. Денег рассчитаться за такси у него не было, в связи с чем он оставил таксисту в залог один из телефонов и свои перчатки. Нож выбросил в сугроб, второй телефон продал. Ножа к горлу никому он не приставлял, угроз не высказывал, просто держал нож в руках. Допускает, что потерпевшие восприняли, как угрозу то, что он был с ножом, в частности из-за того, что он был в состоянии опьянения, которое и повлияло на его поведение. Считает, что потерпевшая В может оговаривать его из-за обиды на его действия. В ходе предварительного следствия при допросе 24 мая 2019 года (т.1 л.д.197-199) и 14 августа 2019 года (т.2 л.д. 83-87) ФИО1 пояснял, что лезвие ножа было около 15 см, в коридоре квартиры он требовал у В деньги, направляя нож в сторону ее лица и шеи, в дальнейшем требовал деньги у ее матери, поскольку был пьян, то не помнит, угрожал ли в комнате ножом потерпевшим и приставлял ли к их горлу нож, но допускает, что мог это делать. Данные показания ФИО1 в целом подтвердил, указав, что чувствует за собой вину. 

Вместе с тем, несмотря на частичное отрицание подсудимым своей вины, его виновность в вышеописанном преступлении подтверждается следующими доказательствами: 

Так, из показаний потерпевшей Д, данных на предварительном следствии следует, что при допросе 27 февраля 2019 года (т.1 л.д.77-79) потерпевшая сообщала, что 27 февраля 2019 года около 14.30 часов она находилась дома в своей комнате, когда услышала просьбу дочери, вызвать полицию. Выйдя в коридор, увидела ранее незнакомого ей мужчину, как впоследствии ей стало известно это был знакомый дочери –ФИО1 Она попыталась с ним поговорить, но он ее толкнул, отчего она упала, а ФИО1 прошел в ее комнату, и что-то там искал. Дочь и еще какой-то незнакомый мужчина, подняли ее, посадили в комнате на диван. ФИО1 сидел в кресле, затем подошел к ней и приставил нож к ее шее, стал требовать деньги в сумме 2000 рублей. Она пояснила ему, что денег нет, показала пустой кошелек. В итоге ФИО1 забрал принадлежащий ей сотовый телефон «SAMSUNG», купленный около 8 лет назад за 900 рублей, который она оценивает в 250 рублей и ушел. Действия ФИО1 она расценивала как реальную угрозу ее жизни, т.к. он неоднократно пояснял, что сидел за убийство. Также ФИО1 забрал телефон ее дочери, которой также приставлял нож к горлу. При допросе 22 мая 2019 года (т.1 л.д.80-82) Д в целом дала аналогичные показания, уточнив, что когда она вышла в коридор, то увидела, что ФИО1 угрожает ножом дочери и требует денег. В комнате ФИО1, требуя от них с дочерью денег, поочередно приставлял нож к горлу каждой, высказывал угрозы их зарезать. 

Показания Д согласуются с показаниями потерпевшей В, которая в суд пояснила, что 27 февраля 2019 года ей позвонил ФИО1, с которым она состояла в близких отношениях, пояснил, что приедет, зачем не пояснял. ФИО1 знал, где она живет, т.к. они встречались и сидели на лавочке в ее подъезде, но в квартире у нее никогда не был. ФИО1 позвонил в домофон, она открыла ему подъезд, после чего открыла дверь квартиры и хотела выйти к нему в подъезд, но когда она стояла на пороге квартиры, то ФИО1 сразу приставил нож к ее горлу и стал требовать денег. Она поясняла, что денег нет, пыталась его успокоить. В это время из их квартиры стала выходить социальный работник, посещающая ее мать. Увидев социального работника, ФИО1 отошел от двери и спрятал нож. Когда соцработник ушла, она попыталась закрыть дверь в квартиру, отталкивала ФИО1, но тот против ее воли зашел в квартиру, где вновь достал нож и продолжил требовать денег, после чего забрал из ее рук принадлежащий ей сотовый телефон. В коридор на шум вышла ее мать, которая передвигается при помощи ходунков. Мать пыталась поговорить с ФИО1, но тот был агрессивен, толкнул ее, и мать упала, а ФИО1 прошел в комнату матери и стал искать там деньги. Она выскочила в коридор, увидела там, Г, с которым она вернулась в квартиру, они подняли мать и посадили ее в комнате на диван, после чего Г сразу ушел из квартиры. ФИО1 в комнате, приставляя нож к горлу матери, продолжил требовать денег, при этом высказывал угрозы «порезать на куски». Она реально воспринимала угрозы ФИО1, опасалась за свою жизнь и жизнь матери, т.к. ФИО1 был агрессивен и в неадекватном состоянии. ФИО1 со спинки дивана забрал телефон ее матери, а когда мать стала вызвать полицию со стационарного телефона, ушел из квартиры. Впоследствии телефон матери вернули, а ей мать ФИО1 в счет возмещения ущерба от хищения телефона отдала деньги. При даче показаний в ходе предварительного следствия В (т.1 л.д.65-67, 69-71, т.2 л.д.93-94) поясняла, что ФИО1 требовал деньги в сумме 2000 рублей, забрал у нее сотовый телефон «DigmaLinxA 170 2G Duos» стоимостью 249 рублей, а также указывала, что находясь в комнате, ФИО1 приставлял нож к горлу как ее матери, так и к ее собственному горлу и угрожал зарезать. Противоречия в показаниях потерпевшая В объяснила давностью событий, указав, что не помнит, чтобы в комнате подсудимый приставлял ей нож горлу, помнит, что нож он приставлял к горлу матери.

Давая оценку показаниям потерпевшей В, суд принимает во внимание показания, данные ею в судебном заседании, а в части выявленных в суде противоречий между показаниями, данными ею в суде и в ходе предварительного следствия, суд отдает предпочтение первоначальным следственным показаниям потерпевшей, поскольку данные показания получены от потерпевшей сразу после случившегося и без нарушений требований УПК РФ. Кроме того именно первоначальные следственные показания потерпевшей В подтверждаются показаниями потерпевшей Д, которая также указывала, что в комнате подсудимый требовал денег и высказывал в их с дочерью адрес угрозы зарезать, т.е. убить, подкрепляя реальность данных угроз тем, что приставлял к горлу обеих нож. 

О том, что сразу после произошедшего Д позвонила в полицию, указав на причастность к преступлению ФИО1 свидетельствует сообщение КУСП (т.1 л.д.25), согласно которому 27 февраля 2019 года в 14.51 часов в ДЧ ОМВД России по Октябрьскому району г.Томска поступило сообщение от Д о том, что ФИО1 зашел в квартиру, угрожал ножом и забрал 2 сотовых телефона.

Согласно рапорту от 27 февраля 2019 года (т.1 л.д.40), приехавшим по вызову сотрудникам полиции В также указывала, что ФИО1 под угрозой ножа забрал ее телефон и телефон ее матери.

Из протоколов принятия устного заявления о преступлении от В (т.1 л.д.26) и Д (т.1 л.д.27), следует, что они сообщили, что 27 февраля 2019 года по адресу: ... под угрозой ножа у них были похищены их сотовые телефоны, стоимостью 259 рублей и 250 рублей соответственно.

Согласно протоколу осмотра (т.1 л.д.28-34), квартира потерпевших по адресу: ..., была осмотрена зафиксировано место совершения преступления, составлена фототаблица 

Стоимость похищенного сотового телефона «DigmaLinxA 170 2G Duos» подтверждена копией кассового чека (т.1 л.д.68) и составляет 249 рублей.

Из показаний, данных на предварительном следствии свидетелем А (т.1 л.д. 86-89, 92) следует, что он работает в такси и 27 февраля 2019 года примерно в 14 часов 20 минут отвозил четверых мужчин на адрес: .... Один из мужчин заходил в четвертый подъезд указанного дома, а по выходу оставил ему в залог сотовый телефон «SAMSUNG» и кожаные перчатки, т.к. не смог оплатить поездку. У данного мужчины в рукаве куртки он видел ручку ножа, указанный мужчина сам пояснял ему, что у него при себе нож. Позже в полиции он узнал данного мужчину, который представился ФИО1

Согласно протоколу выемки (т.1 л.д.94-95) свидетель А добровольно выдал сотрудникам полиции телефон марки «SAMSUNG» IMEI 356466/03/545882/0 и черные кожаные перчатки, на которых согласно заключению экспертизы № 292 от 1 апреля 2019 года (т.1 л.д.118-119), обнаружен генетический материал мужчины, которым как следует из заключения экспертизы № 559 от 6 мая 2019 года (т.1 л.д.127-129) является ФИО1, указанные перчатки и телефон были осмотрены (т.1 л.д.96-98), признаны вещественными доказательствами (т.1 л.д.99), впоследствии сотовый телефон возвращен потерпевшей Д (т.1 л.д.101).

Из показаний свидетеля Г, данных на предварительном следствии (т.1 л.д.102-104) следует, что с 26 февраля 2019 года длительное время у него дома с ФИО1 и еще двумя парнями они распивали спиртное. Когда закончились деньги на спиртное, ФИО2, сказал, что может занять денег у своей знакомой В После чего вызвал такси и они вчетвером поехали на ул. Б.Куна. ФИО1 пошел к знакомой, а они остались его ждать, но поскольку его долго не было, и ФИО1 должен был рассчитаться за такси, он пошел его искать. Квартиру В он не знал, но услышав в одной из квартир голос ФИО1, он постучал, и ему открыла взволнованная В, которая просила его забрать ФИО1. В квартире он видел в руках ФИО1 топор и нож, который ранее он видел у себя дома. Он сказал ФИО1, что нужно рассчитаться за такси, помог поднять мать В и ушел и квартиры. ФИО1 ушел за ним, он видел, как последний подходил к таксисту. Позже от В ему стало известно, что ФИО1 похитил сотовые телефоны. 

Судом также были исследованы:

Показания свидетеля Б, которая в суде пояснила, что по своим записям в своей тетради посещений может указать, что 27 февраля 2019 года она, как социальный работник посещала Д по адресу: ..., однако события того дня детально вспомнить не может, указать видела ли она в тот день мужчину с В в квартире последней либо возле нее не может. Д о совершенном преступлении ей ничего не рассказывала. В ходе предварительного следствия (т.2 л.д.97-99) свидетель поясняла, что подробностей ее посещения Д 27 февраля 2019 года не помнит, но зимой-весной 2019 года (более точное время назвать не может) находясь в комнате с Д она неоднократно слышала, что В к кем-то разговаривала либо в прихожей, либо у входной двери, один из голосов был мужской, однако не помнит, чтобы видела в прихожей, либо при выходе из квартиры дочь Д с каким-либо мужчиной. 

Оценивая в совокупности собранные по делу доказательства, суд находит их допустимыми и достаточными, а виновность ФИО1 в совершении вышеописанного преступления, установленной. 

Так, из показаний потерпевшей В следует, что ФИО1 сразу после того как она открыла ему дверь квартиры напал на нее, приставляя к ее горлу нож, стал требовать денег, а впоследствии против ее воли проник в квартиру, где приставляя нож к ее горлу, а затем и к горлу ее матери, высказывал угрозы зарезать, требовал деньги и открыто похитил два сотовых телефона. 

Согласно показаниям потерпевшей Д начала нападения с целью хищения имущества она не наблюдала, поскольку находилась в своей комнате, однако когда вышла из комнаты на просьбу дочери вызвать полицию, то увидела как подсудимый угрожает ее дочери ножом, требует денег, кроме того видела, что подсудимый обыскивал ее комнату, и дала пояснения о том, что в комнате подсудимый угрожал ей и дочери зарезать их, подкрепляя свои угрозы тем, что поочередно приставлял к их горлу нож, требовал денег, в результате похитил телефоны. 

О том, что у подсудимого в тот день был нож, поясняли свидетели А и Г, при этом помимо этих пояснений, первый из свидетелей впоследствии выдал сотрудникам полиции похищенный подсудимым и переданный ему в залог телефон, а второй пояснял, что когда В открыла ему дверь квартиры, то была очень взволнована и обращалась к нему с просьбой забрать подсудимого из ее квартиры. 

Не доверять показаниям указанных лиц у суда оснований не имеется, т.к. причин по которым они могли бы оговаривать подсудимого, судом не установлено, показания данных лиц логичны, последовательны, дополняют друг друга в известной им части и согласуются с иными доказательствами, в том числе письменными материалами дела, а потому могут быть положены в основу приговора.

При этом доводы подсудимого и его защитника о том, что ФИО1 зашел в квартиру потерпевших с согласия В, опровергается показаниями последней, из которых следует, что она не только не разрешала подсудимому входить в квартиру, но и отталкивала его, пытаясь закрыть дверь.

Оснований сомневаться в правдивости показаний потерпевшей, суд не усматривает, поскольку В как в ходе предварительного следствия, так и в суде последовательно поясняла, что подсудимый проник в ее квартиру против ее воли, что также косвенно подтверждаете показаниями, как потерпевшей, так и самого подсудимого о том, что ранее подсудимый, несмотря на их близкие отношения с В, никогда в ее квартиру не заходил, она всегда выходила для встреч к нему в подъезд, что свидетельствует о том, что потерпевшей и в этот раз не зачем было приглашать подсудимого в свою квартиру. 

Что касается свидетеля Б, то вопреки доводам защиты, при оценке показаний данного свидетеля, с учетом того обстоятельства, что указанный свидетель как в суде, так и на предварительном следствии, кроме того, как указать, что 27 февраля 2019 года она посещала квартиру потерпевших, иных подробностей именно данного посещения вспомнить не смогла, суд полагает, что ее показания не могут быть приняты ни в качестве доказательства виновности, ни в качестве доказательства невиновности подсудимого.

Доводы защиты о том, что потерпевшая В могла попросить помощи у Б, однако не сделала этого, по мнению суда не могут являться основанием полагать, что до входа в квартиру подсудимый не угрожал потерпевшей ножом, либо последняя не воспринимала эти угрозы реально, т.к. из показаний потерпевшей следует, что она, увидев нож в руках подсудимого, который тот приставил к ее горлу, реально испугалась за свою жизнь и здоровье, но поскольку когда Б выходила из квартиры подсудимый на время прервал свои преступные действия, спрятал нож, а также ввиду того, что В состояла в близких с подсудимым отношениях, она не предполагала, что тот после ухода Б продолжит нападение, а самонадеянно рассчитывала, что ей удастся его уговорить отказаться от своих преступных намерений. 

Указание подсудимого и его защитника на то, что подсудимый хотел занять у В денег, что подтверждено показаниями свидетеля Г, а нож взял для самообороны от гостей Г, не свидетельствует о невиновности подсудимого во вмененном ему преступлении, тем более что самого факта разбойного нападения свидетель не наблюдал, а о том, что у подсудимого были напряженные отношения с гостями Г никто кроме самого подсудимого не говорит, ни Г в гостях у которого он был, ни свидетель А, который вез всю компанию к дому потерпевшей. 

Кроме того, суд обращает внимание на то, что при телефоном разговоре подсудимый не сообщал В, что хочет занять денег, ему было известно, что последняя не работает, обе потерпевшие указывают, что подсудимый не просил занять ему денег, а под угрозой ножа требовал их ему передать, на что потерпевшие сообщали об отсутствии у них денег, Д даже показывала ему пустой кошелек, однако это не остановило подсудимого, он обыскивал постель потерпевшей Д в поисках денег, что свидетельствует именно о корыстном мотиве подсудимого и об его умысле на совершение хищение.

При таких обстоятельствах суд относится к показаниям подсудимого в той части, в которой они не совпадают с показаниями потерпевших критически, находя их высказанными с целью приуменьшить свою ответственность за содеянное. 

Таким образом, на основании вышеуказанных доказательств сомнений у суда в виновности ФИО1 в вышеописанном преступлении не имеет, суд считает, его виновность доказанной. 

Давая юридическую оценку действиям подсудимого, суд приходит к выводу о том, что ФИО1 совершил именно разбойное нападение, поскольку с учетом физического превосходства подсудимого над потерпевшими-женщинами, одна из которых является лицом преклонного возраста и по состоянию своего здоровья передвигается по квартире лишь при помощи ходунков, того обстоятельства, что подсудимый угрожал потерпевшим ножом, который приставлял к горлу потерпевших и высказывал угрозы их зарезать, суд считает, что у потерпевших имелись все основания реально опасаться исходившей от подсудимого угрозы применения насилия опасного для жизни и здоровья. 

В судебном заседании государственный обвинитель мотивированно изменил предъявленное ФИО1 обвинение в сторону смягчения, исключив из предъявленного подсудимому обвинения указание на применения им в качестве оружия топора, как не нашедшего своего подтверждения в судебном заседании. 

Принимая во внимание положения ст.246 УПК РФ суд соглашается с мнением государственного обвинителя, поскольку это улучшает положение подсудимого.

Суд квалифицирует действия ФИО1 по ч.3 ст.162 УК РФ –разбой, т.е. нападение в целях хищения чужого имущества с угрозой применения насилия, опасного для жизни и здоровья, с применением предмета, используемого в качестве оружия, с незаконным проникновением в жилище.

При этом суд считает, что квалифицирующие признаки «с применением предмета, используемого в качестве оружия» и с «незаконным проникновением в жилище» нашли свое подтверждение в судебном заседании, т.к. подсудимый с целью хищения имущества потерпевшего незаконно против воли В проник в квартиру потерпевших, и не просто демонстрировал потерпевшим нож, но и использовал данный предмет в качестве оружия с целью психического воздействия на потерпевших для подавления их воли к сопротивлению, угрожая ножом применить к потерпевшим насилие опасное для их жизни и здоровья, т.к. держал нож у горла потерпевших в непосредственной близости от жизненно важных артерий.

Решая вопрос о виде и размере наказания, суд учитывает характер и степень общественной опасности содеянного, личность подсудимого, обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление ФИО1 и условия жизни его семьи.

Так, при назначении наказания ФИО1 суд принимает во внимание его возраст, состояние здоровья, а именно наличие ряда заболеваний, то, что он со слов работает, его положительные характеристики от соседей и по месту отбывания наказания в ФКУ ИК-2 УФСИН России по Томской области, его удовлетворительные характеристики со стороны участкового уполномоченного по месту жительства и из следственного изолятора, а также оказание помощи престарелой матери. 

В качестве обстоятельства, смягчающего наказание ФИО1 суд на основании п.«к» ч.1 ст.61 УК РФ учитывает добровольное возмещение материального ущерба потерпевшей В, посредством передачи ей денег через мать ФИО1

Что касается возвращения телефона, похищенного у потерпевшей Д, то оснований для признания указанного обстоятельства в качестве смягчающего наказание подсудимого на основании п.«и» ч.1 ст.61 УК РФ как активного способствования подсудимым розыску похищенного имущества суд не усматривает, т.к. данный телефон был возвращен потерпевшей благодаря работе сотрудников полиции и содействия в обнаружении данного сотового телефона подсудимый не оказывал. 

Оснований признавать имеющийся в деле протокол явки с повинной обстоятельством, смягчающим наказание подсудимого в силу п.«и» ч.1 ст.61 УК РФ, суд также не усматривает, поскольку данное заявление было сделано ФИО1 после того, как сотрудникам полиции было достоверно известно о его причастности к совершению преступления, однако суд полагает на основании ч.2 ст.61 УК РФ возможным учесть данное заявление в качестве иного обстоятельства, смягчающего наказание подсудимого, поскольку в нем ФИО1 признает свою вину в совершении хищения телефонов.

В тоже время при назначении наказания суд учитывает, что ФИО1 судим, совершил особо тяжкое преступление, при этом в период условно-досрочного освобождения по приговору Рубцовского городского суда Алтайского края от 25 июля 2017 года. 

В качестве обстоятельства, отягчающего наказание в соответствии с п.«а» ч.1 ст.63 УК РФ, судом учитывается наличие в действиях ФИО1 рецидива преступлений. 

Кроме того, с учетом установленных обстоятельств дела, характера и степени общественной опасности деяния, принимая во внимание тот факт, что именно состояние алкогольного опьянения, до которого подсудимый ФИО1 довел себя сам, распивая спиртные напитки, сняло внутренний контроль за его поведением и в результате привело к совершению преступления, суд на основании ч.1.1 ст.63 УК РФ считает необходимым признать отягчающим наказание обстоятельством совершение ФИО1 преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя.

С учетом изложенного суд приходит к выводу о том, что для достижения указанных в ч.2 ст.43 УК РФ целей наказания ФИО1 должно быть назначено наказание в виде лишения свободы, срок которого должен быть определен с учетом положений ч.2 ст.68 УК РФ.

Оснований для применения положений ч.3 ст.68 УК РФ суд не усматривает.

В соответствии с п.«в» ч.7 ст.79 УК РФ условно-досрочное освобождение по приговору Рубцовского городского суда Алтайского края от 25 июля 2017 года подлежит отмене, а окончательное наказание подлежит назначению по правилам ст.70 УК РФ с указанным приговором.

Дополнительное наказание в виде штрафа и ограничения свободы с учетом личности подсудимого и его имущественного положения суд считает возможным не назначать.

Суд не усматривает оснований для применения положений ст.64 УК РФ, поскольку в ходе судебного заседания не было установлено исключительной совокупности смягчающих наказание обстоятельств существенно уменьшающих степень общественной опасности личности подсудимого или совершенного им преступления. 

Положения ст.73, ч.6 ст.15, ч.2 ст.53.1 УК РФ неприменимы в силу закона.

В силу п.«б» ч.3 ст.18 УК РФ рецидив преступлений в действиях ФИО1 является особо опасным, поскольку ранее ФИО1 судим по приговору Советского районного суда г.Томска от 2 декабря 2008 года за совершение особо тяжкого преступления, а потому отбывание наказание в виде лишения свободы в соответствии с п.«г» ч.1 ст.58 УК РФ ФИО1 должно быть определено в исправительной колонии особого режима.

Судьба вещественных доказательств должна быть разрешена в соответствии со ст. 81 УПК РФ, при этом суд исходит из того, что вещи подлежат выдаче законным владельцам.

Процессуальные издержки, связанные с выплатой суммы защитнику - адвокату по назначению, за оказание им юридической помощи подсудимому в ходе судебного разбирательства составили 11 440 рублей, из расчета 1170 рублей за 1 рабочий день в 2019 году, а всего за 7 рабочих дней (9, 19, 30 сентября, 10 октября, 28 ноября, 3 и 12 декабря 2019 года), 1625 рублей за 1 рабочий день в 2020 году, а всего за 2 рабочих дня (21 января и 11 февраля 2020 года).

Принимая во внимание то, что отказа от защитника подсудимым заявлено не было, он трудоспособен, имеет место работы, против взыскания с него суммы процессуальных издержек не возражает, а также учитывая то, что нахождение ФИО1 под стражей не свидетельствует о его имущественной несостоятельности, суд приходит к выводу о том, что процессуальные издержки в размере 11440 рублей за работу защитника в указанные выше дни, вопрос об оплате которых разрешен отдельным постановлением суда, на основании ч.2 ст.132 УПК РФ, подлежат взысканию с ФИО1 в доход государства в размере указанной суммы.

Руководствуясь ст.307-309 УПК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л:

ФИО1 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.162 УК РФ, и назначить ему наказание в виде 8 (восьми) лет 6 (шести) месяцев лишения свободы.

На основании п.«в» ч.7 ст.79 УК РФ условно-досрочное освобождение по приговору Рубцовского городского суда Алтайского края от 25 июля 2017 года отменить и на основании ст.70 УК РФ по совокупности приговоров к назначенному наказанию частично присоединить не отбытую часть наказания по приговору Рубцовского городского суда Алтайского края от 25 июля 2017 года и окончательно назначить ФИО1 к отбытию наказание в виде 8 (восьми) лет 7 (семи) месяцев лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии особого режима. 

Срок отбывания наказания исчислять со дня вступления приговора в законную силу. Зачесть в срок отбытого наказания время содержания ФИО1 под стражей по настоящему делу в период с 7 марта 2019 года по день вступления настоящего приговора в законную силу.

До вступления приговора в законную силу, избранную ФИО1 меру пресечения оставить прежней в виде заключения под стражей с содержанием в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Томской области.

После вступления приговора в законную силу вещественные доказательства, хранящиеся при деле: кожаные перчатки черного цвета возвратить ФИО1, топор выдать В, при его невостребованности уничтожить, находящийся под сохранной распиской у потерпевшей Д сотовый телефон оставить у Д, отменив действие сохранной расписки.

Взыскать с ФИО1 в доход государства 11440 (одиннадцать тысяч четыреста сорок) рублей.

Настоящий приговор может быть обжалован, либо на него может быть принесено представление в апелляционном порядке в Томский областной суд в течение 10 суток со дня его провозглашения, а осужденным - в тот же срок со дня вручения ему копии приговора путем подачи жалобы или представления через Октябрьский районный суд г. Томска.

В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанций. 

Судья Октябрьского районного суда г.Томска Т.Н. Федишина

Копия верна

Судья Т.Н. Федишина

Секретарь Е.Д.Телепова 

«11» февраля 2020 года

Оригинал приговора хранится в деле №1-25/2020 в Октябрьском районном суде г.Томска.

УИД 70RS0003-01-2019-005096-22