Дело № 2-87/2017

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

20 января 2017 года г. Челябинск

Советский районный суд г. Челябинска в составе:

председательствующего судьи Губановой М.В. 

с участием прокурора Рыскиной О.Я.,

при секретаре Бочениной Е.И.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ЗАО «Челябинские строительно- дорожные машины» о взыскании компенсации морального вреда,

У С Т А Н О В И Л :

ФИО1 обратился в суд с иском к ЗАО «Челябинские строительно-дорожные машины» (ЗАО «ЧСДМ») о взыскании компенсации морального вреда в сумме 

<

данные изъяты> руб. в связи с профессиональным заболеванием.

В обоснование исковых требований указал, что работал в ЗАО «Челябинские строительно-дорожные машины» с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ, в указанный период времени рабочее место не менялось, располагалось на одном месте в одном цехе.

В результате работы в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных условий труда у истца ухудшилось состояние здоровья, в связи с чем было установлено 30% утраты трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием – пневмокониоз от сварочного аэрозоля, установлен впервые ДД.ММ.ГГГГ. 

В суде пояснил, что испытывает физические и нравственные страдания, физическую боль в области груди, ему требуется постоянное лечение, прохождение процедур, он не может вести нормальный активный образ жизни, испытывает переживания.

Истец ФИО1, представитель истца ФИО2 в судебном заседании настаивали на удовлетворении иска по изложенным в нем основаниям.

Представитель ответчика ЗАО «Челябинские строительно-дорожные машины» по доверенности ФИО3 в судебном заседании по исковым требованиям возражала, пояснила, что истец во вредных условиях труда отработал более 8 лет до работы в ЗАО «ЧСДМ», ответчиком истцу были созданы более щадящие условия труда.

Суд, выслушав истца, его представителя, поддержавших исковые требования, представителя ответчика, исследовав материалы дела, выслушав заключение прокурора, пришел к следующему выводу. 

В силу статьи 37 Конституции РФ, каждый работник имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены.

В соответствии со статьей 212 Трудового кодекса РФ, обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Статьей 22 Трудового кодекса РФ предусмотрена обязанность работодателя возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами РФ.

Из положений статьи 237 Трудового кодекса РФ следует, что моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Пунктом 63 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 года № 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса РФ" предусмотрено, что суд вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

В соответствии с пунктом 3 статьи 8 Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Как следует из материалов дела и установлено судом, истец работал в ЗАО «Челябинские строительно-дорожные машины» электросварщиком ручной сварки сварочного цеха № разряда с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ работал электросварщиком ручной сварки 4 разряда в паросиловом цехе №, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ работал в том же цехе слесарем по ремонту и обслуживанию систем вентиляции и кондиционирования, что следует из трудовой книжки (л.д. 13-15).

ДД.ММ.ГГГГ истцу был установлен диагноз – пневмокониоз от сварочного аэрозоля, что подтверждается справкой № Центра профессиональной патологии Челябинской городской клинической больницы № (л.д. 10), а также справкой МСЭ-2009 № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 11). Согласно акту о случае профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 8-9), указанное заболевание является профессиональным, возникло в период работы в АО «Завод им. Колющенко» в процессе длительного воздействия на организм человека вредных производственных факторов и веществ. В заключении установлено, что заболевание возникло в результате несовершенства систем вентиляции и средств защиты. Непосредственной причиной профессионального заболевания послужила запыленность воздуха рабочей зоны пыли, оксидов металла выше предельно-допустимой концентрации. 

После выявления у истца профессионального заболевания – пневмокониоз от сварочного аэрозоля истец продолжал выполнять трудовые обязанности в тех же условиях труда в ЗАО «ЧСДМ», что привело к ухудшению его здоровья и установлению 30% утраты трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием – пневмокониоз от сварочного аэрозоля.

Впервые истец был освидетельствован на МСЭ ДД.ММ.ГГГГ, ему установлена утрата трудоспособности по профессиональному заболеванию - пневмокониоз от сварочного пневмокониоза 10% степени утраты профессиональной трудоспособности сроком на 1 год, разработана программа реабилитации пострадавшего (л.д. 21). ДД.ММ.ГГГГ - 10% утраты профессиональной трудоспособности были подтверждены сроком на 1 год, разработана программа реабилитации пострадавшего. ДД.ММ.ГГГГ - 10% утраты профессиональной трудоспособности по профессиональному заболеванию – пневмокониоз были подтверждены сроком на 1 год, разработана программа реабилитации пострадавшего. ДД.ММ.ГГГГ - 10% утраты профессиональной трудоспособности были подтверждены сроком на 1 год, разработана программа реабилитации пострадавшего. ДД.ММ.ГГГГ - 10% утраты профессиональной трудоспособности были подтверждены сроком на 1 год, разработана программа реабилитации пострадавшего. ДД.ММ.ГГГГ - 20% утраты профессиональной трудоспособности были подтверждены сроком на 1 год, разработана программа реабилитации пострадавшего. ДД.ММ.ГГГГ - 20% утраты профессиональной трудоспособности были подтверждены сроком на 2 года, разработана программа реабилитации пострадавшего. ДД.ММ.ГГГГ - проведено очередное освидетельствование истца, разработана программа реабилитации. ДД.ММ.ГГГГ - 20% утраты профессиональной трудоспособности были подтверждены сроком на 2 года, разработана программа реабилитации пострадавшего. ДД.ММ.ГГГГ - проведено очередное освидетельствование истца, разработана программа реабилитации. ДД.ММ.ГГГГ - 20% утраты профессиональной трудоспособности были подтверждены сроком на 2 года, разработана программа реабилитации пострадавшего. ДД.ММ.ГГГГ - проведено очередное освидетельствование истца, разработана программа реабилитации. ДД.ММ.ГГГГ - 20% утраты профессиональной трудоспособности были подтверждены сроком на 1 год, разработана программа реабилитации пострадавшего. ДД.ММ.ГГГГ - 30% утраты профессиональной трудоспособности были подтверждены сроком на 1 год, разработана программа реабилитации пострадавшего. ДД.ММ.ГГГГ - 30% утраты профессиональной трудоспособности были подтверждены сроком на 1 год, разработана программа реабилитации пострадавшего. Группа инвалидности за весь период не определялась, что подтверждается справкой серии МСЭ-2009 № (л.д. 11).

Судом установлено, что истец фактически работал на одном и том же месте в цехе, в одних и тех же условиях в период трудовых отношений с АО «Завод им. Колющенко» и ЗАО «ЧСДМ».

Суд, проанализировав обстоятельства дела, оценив представленные доказательства в их совокупности по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса РФ, пришел к выводу о наличии оснований для возложения на ответчика обязанности по компенсации причиненного истцу морального вреда, поскольку в период работы у ответчика у истца было выявлено профессиональное заболевание, находящееся в причинно-следственной связи с воздействием вредных производственных факторов в процессе выполнения последним трудовых обязанностей.

Исходя из части 1 статьи 212 Трудового кодекса РФ, обязанность по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагается на работодателя, он считается виновным в получении работником профессионального заболевания в процессе трудовой деятельности, если не докажет иное. Работодатель может быть освобожден от выплаты компенсации работнику морального вреда при предоставлении доказательств того, что физические и (или) нравственные страдания были причинены вследствие действия непреодолимой силы либо умысла самого работника.

Как видно из актов о случаях профессиональных заболеваний комиссиями, проводившими расследование профессиональных заболеваний, вины истца установлено не было.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Согласно пункту 2 статьи 1101 Гражданского кодекса РФ, размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Как указано в разъяснениях, содержащихся в пункте 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 10 от 20 декабря 1994 года "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", размер компенсации зависит от характера и объема, причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 1 от 26 января 2010 года "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание, что истец отработал в ЗАО «ЧСДМ» во вредных условиях, в соответствии с записями в трудовой книжке, электросварщиком ручной сварки сварочного цеха № разряда с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ работал электросварщиком ручной сварки 4 разряда в паросиловом цехе №, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ работал в том же цехе слесарем по ремонту и обслуживанию систем вентиляции и кондиционирования (л.д. 13-15).

Тот факт, что истец продолжил работу во вредных условиях после первоначального выявления у него профессионального заболевания – пневмокониоз от сварочного аэрозоля, получал за работу определенные гарантии, льготы и компенсации, основанием для снижения размера компенсации морального вреда не является. Указанные обстоятельства по смыслу ст. 1083 Гражданского кодекса РФ нельзя отнести к грубой неосторожности потерпевшего; они не влияют на право истца на получение компенсации морального вреда, причиненного в результате повреждения здоровья за годы работы у ответчика. Принимаемые работодателем меры по безопасности и охране труда оказались недостаточными и не исключили полностью влияние вредных производственных факторов на здоровье работника. 

Суд также учитывает программы реабилитации истца, разработанные МСЭ, в которых указаны форма и объем реабилитации пострадавшего в результате несчастного случая на производстве и профессионального заболевания, количество необходимых для лечения лекарственных средств с рекомендациями по их приему, направления на санаторно-курортное лечение. 

Оценивая обстоятельства в их совокупности, установление факта причинения работодателем вреда здоровью истца, выразившегося в физических страданиях, которые истец испытал и продолжает испытывать, его здоровье требует постоянного лечения, прохождение медицинских процедур, в связи с чем истец не может вести активный образ жизни, ощущает неудобства в быту, при отсутствии вины истца в утрате профессиональной трудоспособности в размере 30% (лицо, допустившее нарушение санитарно-гигиенических правил – ЗАО «ЧСДМ») в связи с профессиональным заболеванием пневмокониоз от сварочного аэрозоля, суд определяет размер, подлежащий взысканию с ЗАО "ЧСДМ" в пользу истца денежной компенсации морального вреда в сумме 

<

данные изъяты> руб.

Согласно акту о случае профессионального заболевания, который в силу пункта 30 «Положения о расследовании и учете профессиональных заболеваний», утвержденного Постановлением Правительства РФ от 15 декабря 2000 № 967, является документом, устанавливающим профессиональный характер заболевания, возникшего у работника на данном производстве, ухудшение здоровья по заболеванию – пневмокониоз от сварочного аэрозоля произошло в период работы истца у ответчика, что обусловило возникновение ответственности юридического лица - работодателя за вред, причиненный здоровью истца.

При этом, ответчиком ЗАО «ЧСДМ» не представлено доказательств, подтверждающих наличие вины истца либо иного лица в возникновении ухудшения состояния здоровья истца после окончания работы у ответчика.

Руководствуясь ст. 98, 194-199 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд

Р Е Ш И Л :

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с закрытого акционерного общества «Челябинские строительно-дорожные машины» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 

<

данные изъяты> руб.

В удовлетворении остальной части иска отказать.

Взыскать с закрытого акционерного общества «Челябинские строительно-дорожные машины» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 

<

данные изъяты> руб.

Решение может быть обжаловано в Челябинский областной суд через Советский районный суд г. Челябинска течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме. 

Судья п/п М.В.Губанова

Копия верна.

Мотивированное решение изготовлено ДД.ММ.ГГГГ.

Судья М.В. Губанова