Судья Бостанджиев К.С.

Дело № 22-5624/2025

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Пермь 4 декабря 2025 года

Судебная коллегия по уголовным делам Пермского краевого суда в составе: председательствующего Толкачевой И.О.,

судей Толпышевой И.Ю., Тушнолобова В.Г.,

при секретаре Моторзиной А.А.,

с участием прокурора Тимофеевой Т.Г.,

осужденного ФИО1,

адвоката Филатова С.С.

рассмотрела в открытом судебном заседании с использованием системы видеоконференц-связи уголовное дело по апелляционной жалобе адвоката Чайкина Н.Л. в интересах осужденного ФИО1 на приговор Кунгурского городского суда Пермского края от 1 октября 2025 года, которым

ФИО1, родившийся дата в ****, несудимый,

осужден по ч. 3 ст. 30 ч. 1 ст. 105 УК РФ к лишению свободы на срок 7 лет с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Срок наказания постановлено исчислять со дня вступления приговора в законную силу, в соответствии с п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ в срок лишения свободы зачтено время содержания под стражей в период с 7 мая 2025 года до дня вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Разрешен гражданский иск. Решен вопрос о вещественных доказательствах.

Заслушав доклад судьи Толпышевой И.Ю., изложившей содержание обжалуемого судебного решения, существо апелляционной жалобы и поступивших возражений, выступления осужденного ФИО1 в режиме видеоконференц-связи, адвоката Филатова С.С., поддержавших доводы жалобы, мнение прокурора Тимофеевой Т.Г. об оставлении приговора без изменения, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 признан виновным в покушении на убийство Ш.

Преступление совершено 6 мая 2025 года в г. Кунгуре Пермского края при обстоятельствах, установленных судом и подробно изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе защитник осужденного ФИО1 - адвокат Чайкин Н.Л. считает, что выводы суда о совершении его подзащитным преступления, за которое он осужден, фактическим обстоятельствам дела не соответствуют. Полагает, что действиям ФИО1 дана неправильная юридическая оценка. Выводы суда о наличии у ФИО1 прямого умысла на причинение смерти потерпевшей Ш. основаны на показаниях свидетелей Ф., С., М., содержащих существенные противоречия относительно взаиморасположения ФИО1 и Ш. в момент удара, которые ставят под сомнение достоверность этих показаний. По мнению защитника, травма головы у потерпевшей могла возникнуть только в результате удара, нанесенного сверху вниз, однако с учетом длины лома, роста осужденного, высоты потолка в помещении, такой удар был невозможен. Вопрос о механизме причинения вреда здоровью потерпевшей, включая направление удара, какой стороной лома он нанесен, судебным экспертом-медиком разрешен не был. На самом ломе кровь потерпевшей не обнаружена. При этом доводы ФИО1 о том, что он не был инициатором ссоры, лом взял для самообороны от нападок М., а Ш. получила удар по голове в ходе борьбы случайно, не опровергнуты. Отмечает, что мотивов для причинения смерти кому-либо из присутствующих у ФИО1 не было, с Ш. у него были добрососедские отношения. Просит приговор отменить.

В возражениях на апелляционную жалобу государственный обвинитель Чесноков А.Л. считает доводы защитника несостоятельными, подлежащими отклонению.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы жалобы и возражений, судебная коллегия находит приговор законным, обоснованным и справедливым.

Вывод суда о виновности осужденного ФИО1 в покушении на убийство Ш. соответствуют фактическим обстоятельствам дела и подтверждаются собранными по делу доказательствами, полно, всесторонне исследованными в судебном заседании и приведенными в приговоре. Обстоятельства совершения преступления, которые в соответствии со ст. 73 УПК РФ подлежали доказыванию, судом установлены верно.

Осужденный ФИО1 вину не признал, не отрицал, что размахивал металлическим ломом в помещении кухни, М. и С. пытались этот лом у него отобрать, в ходе борьбы Ш. получила травму случайно, целенаправленные удары он не наносил.

Несмотря на занятую осужденным позицию, судом сделан обоснованный вывод о доказанности его виновности в совершении преступления при обстоятельствах, установленных приговором.

Доводы стороны защиты об отсутствии у осужденного умысла на убийство потерпевшей судом надлежащим образом проверены и правомерно опровергнуты со ссылкой на совокупность исследованных доказательств, в том числе на:

показания потерпевшей Ш., из которых следует, что 6 мая 2025 года в вечернее время она, С., Б., ФИО1, М. и Ф. распивали спиртное на кухне у Ф.. В какой-то момент началась ссора, причину которой она не помнит. ФИО1 находился в состоянии опьянения, вел себя агрессивно, кричал, что всех переубивает. Последующих событий она не помнит, очнулась в Кунгурской городской больнице. Впоследствии, от С. узнала, что ФИО1 ударил ее ломом по голове;

показания свидетеля Ф., согласно которым в ходе распития спиртного Ш. и С. стали оскорблять ФИО1, в ответ ФИО1 разозлился, стал угрожать им побоями и убийством. М. попытался успокоить ФИО1, но между ними началась драка, после которой ФИО1 и М. вышли на крыльцо крытого двора. На кухню ФИО1 вернулся один, держал в руках металлический лом, проходя мимо нее сказал: «тебя не трону, а этих убью». ФИО1 направился к столу, за которым сидели Ш. и С., ругался нецензурно, угрожал убить их обеих. ФИО1 держал металлический лом обеими руками, размахивал им из стороны в сторону, нанес удар по голове Ш. с левой стороны. Аналогичные обстоятельства свидетель сообщила в ходе проверки ее показаний на месте;

показания свидетеля С. о том, что сначала Ш. высказывалась в адрес ФИО1 оскорбительно, из-за чего ФИО1 накинулся на Ш. с кулаками, она защищала Ш., а М. их разнимал. После этой потасовки ФИО1 выбежал из дома в надворные постройки, вернулся с ломом в руках, стал размахивать им из стороны в сторону и угрожать ей и Ш. убийством. ФИО1 нанес удар ломом по голове Ш.. Она ухватилась за лом, чтобы остановить ФИО1, пыталась закрыть Ш. руками, из-за чего получила удары по левой стороне тела: руке, боку, ноге. Ей удалось повалить ФИО1 на пол и забрать лом;

показания свидетеля М., подтвердившего, что в ходе распития спиртного в квартире Ф. между Ш., С. и ФИО1 начался конфликт, он вступился за женщин, из-за чего между ним и ФИО1 произошла потасовка, которая закончилась примирением на крыльце дома. Находясь в туалете, он услышал шум и крики, характерные для драки. Возвратившись на кухню, увидел лежащую на полу Ш. в крови, а также металлический лом.

Оценивая показания потерпевшей и свидетелей обвинения в совокупности, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу об их достоверности, поскольку они согласуются между собой, дополняют друг друга, фактически устанавливают одни и те же обстоятельства, не содержат существенных противоречий в части юридически значимых обстоятельств, которые могут быть истолкованы в пользу осужденного, а кроме того объективно подтверждаются другими доказательствами, в том числе:

данными протоколов осмотра места происшествия и осмотра предметов, в которых зафиксированы обстановка в квартире Ф., изъяты представляющие интерес для следствия предметы, в том числе металлический лом, длиной 134 см и массой 5,1 кг;

заключением эксперта о характере и степени тяжести причиненной Ш. открытой черепно-мозговой травмы в виде перелома затылочной кости с переходом на основание черепа, перелома пирамиды левой височной кости, ушиба головного мозга, субарахноидального кровоизлияния, ушибленных ран в лобной и затылочной областях, которые в соответствии с п. 6.1.2 Медицинских критериев, утв. Приказом Минздрава РФ от 24 апреля 2008 года № 194н, квалифицируются, как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни;

выводами экспертов по результатам судебно-биологической и генетической экспертиз, согласно которым при исследовании «контактных» следов на ломе обнаружены следы крови, получен смешанный генотип, в котором отмечаются генетические признаки ФИО1, Ш. и иных лиц; а также иными доказательствами, приведенными в приговоре в обоснование выводов о виновности ФИО1.

Все изложенные в приговоре доказательства суд, в соответствии с требованиями ст. ст. 87, 88 УПК РФ, проверил, сопоставил между собой и дал оценку с точки зрения их относимости, допустимости и достоверности, указал мотивы, почему принимает одни доказательства и отвергает другие.

Суд первой инстанции верно отнесся критически к версии осужденного о том, что на кухню он вернулся, чтобы разобраться с М., а металлический лом хотел использовать для самообороны, поскольку она опровергается совокупностью исследованных доказательств, включая показания М. о том, что в момент нападения на Ш. он в помещении кухни отсутствовал, а конфликт между ним и ФИО1 к этому моменту уже был окончен примирением, и показания очевидцев произошедшего С. и Ф., в которых они, изобличая ФИО1, сообщили, что он заранее был агрессивно настроен в отношении потерпевшей, высказывал в ее адрес угрозы, вернулся в помещение, где находилась потерпевшая, с металлическим ломом, размахивая им, ударил потерпевшую по голове.

Сведений о наличии обстоятельств, которые могли бы повлиять на объективность свидетелей обвинения, указывающих о том, что они оговорили ФИО1, заинтересованы в его незаконном осуждении, не установлено.

Доводы защитника о том, что повреждения, обнаруженные у Ш., могли возникнуть исключительно при ударах сверху вниз, судебная коллегия находит надуманными.

Согласно выводам судебно-медицинского эксперта, взаиморасположение пострадавшей и нападавшего в момент нанесения повреждений, учитывая их локализацию и взаиморасположение, могло быть различным, изменчивым, при этом области травматизации были доступны для их причинения.

Заключение эксперта, установившего характер и локализацию телесных повреждений у Ш., механизм их образования, полностью соответствует требованиям ст. 204 УПК РФ, сомнений в полноте и достоверности не вызывает, выполнено специалистом высокой квалификации, оформлено надлежащим образом, обосновано, содержит анализ представленных материалов, полные ответы на поставленные вопросы, ссылки на примененные методики и другие необходимые данные, в том числе заверенные подписями эксперта записи, удостоверяющие то, что ему разъяснены права и обязанности, предусмотренные ст. 57 УПК РФ, и он предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

Выводы эксперта представляются судебной коллегии ясными и понятными, повода ставить под сомнение объективность эксперта не установлено. Они основаны на результатах непосредственного осмотра потерпевшей и исследования медицинских документов на ее имя.

Новый Порядок определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденный приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 8 апреля 2025 года № 172н, степень тяжести вреда здоровью, причиненного потерпевшей Ш., не изменяет, что также следует из показаний эксперта К., допрошенного в суде апелляционной инстанции, который подтвердил, что обнаруженные у Ш. переломы затылочной и височной костей, относящихся к костям свода черепа, в соответствии с пп. 5.1.1.2 Порядка определения степени тяжести вреда здоровью человека от 8 апреля 2025 года также квалифицируются как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни.

Как правильно указано судом первой инстанции, наличие конфликта с Ш., сопровождаемого угрозами убийством, механизм и локализация нанесения потерпевшей телесных повреждений в область жизненно важного органа (голова), орудие преступления (металлический лом), обладающее высокой поражающей возможностью, свидетельствуют о намерении ФИО1 причинить смерть потерпевшей.

Довести свой преступный умысел, направленный на причинение смерти Ш., ФИО1 не смог по независящим от него обстоятельствам, поскольку его преступные действия были пресечены.

Таким образом, справедливо придя к выводу о доказанности виновности осужденного, суд первой инстанции верно установил значимые по делу обстоятельства дела и дал правильную юридическую оценку действиям ФИО1, квалифицировав их по ч. 3 ст. 30 ч. 1 ст. 105 УК РФ.

Что касается наказания, то оно определено ФИО1 с соблюдением общих начал назначения наказания, закрепленных в главе 10 УК РФ, с учетом характера и степени общественной опасности содеянного, данных о личности виновного, влияния наказания на его исправление и условия жизни семьи.

Обстоятельствами, смягчающими наказание, суд признал в соответствии с ч. 1 ст. 61 УК РФ - наличие малолетнего ребенка, аморальное поведение потерпевшей, послужившее поводом для совершения преступления, поскольку Ш. высказывала в адрес ФИО1 оскорбления, чем спровоцировала последнего, в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ - состояние здоровья подсудимого, осуществление им ухода за родственниками, являющимися инвалидами.

Сведений об иных обстоятельствах, которые в силу ч. 1 ст. 61 УК РФ безусловно подлежали признанию в качестве смягчающих наказание осужденной, но не были признаны таковыми судом первой инстанции, а также обстоятельств, значимых для назначения наказания и достаточных для признания их в качестве смягчающих в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ, которые бы ставили под сомнение справедливость назначенного наказания, материалы уголовного дела не содержат.

Обоснованно обстоятельством, отягчающим наказание ФИО1, суд признал совершение преступления в состоянии опьянения, вызванного употреблением алкоголя. Применение положений ч. 1.1 ст. 63 УК РФ судом мотивировано с учетом характера и степени общественной опасности содеянного, обстоятельств преступления и личности виновного. Вывод о наличии в действиях ФИО1 отягчающего обстоятельства сделан на основе исследованных судом доказательств, в том числе на основании показаний самого осужденного о том, что нахождение в состоянии опьянения повлияло на противоправность его действий и обусловило их совершение.

При определении вида наказания суд пришел к верному выводу о необходимости назначения лишения свободы, которое в соответствии с санкцией ч. 1 ст. 105 УК РФ является безальтернативным.

Как видно из материалов уголовного дела, суд подробно исследовал данные о личности ФИО1, характеризующие его с удовлетворительной стороны. Положения уголовного закона об индивидуализации наказания судом в полной мере соблюдены.

Учтенные судом смягчающие обстоятельства и данные о личности осужденной не образуют их совокупности, существенно уменьшающей степень общественной опасности совершенного преступления, то есть не являются основанием для применения правил назначения наказания, предусмотренных ст. 64 УК РФ.

Не установлено судом и иных исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, ролью виновного, его поведением во время или после совершения преступления, которые бы позволяли применить правила назначения наказания, предусмотренные ст. 64 УК РФ.

Принимая во внимание характер, обстоятельства и степень общественной опасности содеянного суд верно не нашел оснований для вывода о возможности исправления осужденного без реального отбывания наказания, а также для изменения категории преступления на менее тяжкую в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ.

С учетом определенного срока наказания, правовые основания для изменения категории преступления в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ, а также для условного осуждения в соответствии со ст. 73 УК РФ у суда отсутствовали в силу прямого запрета, установленного УК РФ.

Положения о назначении наказания за неоконченное преступление судом соблюдены, назначенное ФИО1 наказание не превышает пределов установленных ч. 3 ст. 66 УК РФ.

По своему виду и размеру назначенное осужденному наказание является справедливым и соразмерным содеянному, соответствует целям и задачам назначения уголовного наказания.

Наказание ФИО1 назначено соразмерно содеянному, соответствует целям и задачам назначения уголовного наказания.

Вид исправительного учреждения ФИО1 назначен в соответствии с п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ, правильно установлены и сроки исчисления наказания, а так же произведен зачет в срок лишения свободы времени содержания под стражей.

Нарушений требований уголовного и уголовно-процессуального законов судом первой инстанции не допущено.

Оснований для отмены или изменения приговора, смягчения назначенного осужденному наказания, в том числе по доводам апелляционной жалобы защитника, судебная коллегия не усматривает.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

приговор Кунгурского городского суда Пермского края от 1 октября 2025 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционную жалобу адвоката Чайкина Н.Л. – без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции (г. Челябинск) путем подачи кассационных жалоб (представлений) через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу судебного решения, а для осужденного, содержащегося под стражей, - в тот же срок со дня вручения ему копии такого судебного решения, вступившего в законную силу, с соблюдением требований статьи 401.4 УПК РФ.

В случае пропуска срока кассационного обжалования или отказа в его восстановлении кассационные жалобы (представления) подаются непосредственно в суд кассационной инстанции и рассматриваются в порядке, предусмотренном статьями 401.10 - 401.12 УПК РФ.

В случае подачи кассационных жалобы, представления лица, участвующие в деле, вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий подпись

Судьи подписи