Дело № 2а-1651/24

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Ухтинский городской суд Республики Коми в составе

председательствующего судьи Сверчкова И.В., 

при секретаре Зубик О.Н.,

с участием истца ФИО1, прокурора Дорошенко Н.К.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в городе Ухте Республики Коми 15 октября 2024 года административное дело по административному исковому заявлению ФИО1 к федеральному казённому учреждению исправительная колония № 19 Управления Федеральной службы исполнения наказаний России по Республике Коми, Управлению Федеральной службы исполнения наказаний России по Республике Коми, Федеральной службе исполнения наказаний России, прокуратуре Республики Коми, Ухтинскому прокурору по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях ФИО2 о признании незаконными действий (бездействия) ответчиков и взыскании денежной компенсации,

установил:

ФИО1 обратился в суд с административным исковым заявлением к федеральному казённому учреждению исправительная колония № 19 Управления Федеральной службы исполнения наказаний России по Республике Коми (далее также – ИК) о признании незаконными действий (бездействия) ответчиков и присуждении денежной компенсации за нарушение условий содержания в исправительном учреждении, в обоснование требований указав, что он отбывает уголовное наказание в ИК. 12.03.2024 сотрудники ИК, находясь в здании ШИЗО/ПКТ, применили к истцу физическую силу в виде ударов по лицу и ягодицам, затем по полу волоком пронесли к медицинскому кабинету, раздели догола, при этом ширмы не было, температурный режим не соблюдался, коврика на полу не было. Указанное было заснято на видеорегистраторы сотрудников ИК, а также стационарные камеры, расположенные в блоке ШИЗО/ПКТ. Действия сотрудников исправительного учреждения истец считает незаконными и унижающими его человеческое достоинство, поэтому, полагает, что у него в этой связи возникло право на получение денежной компенсации. Также истец указывает, что не согласен с результатами проверок, проведенных компетентными органами, в случае если проверками не выявлено нарушений в применении к истцу физической силы. Психологическую помощь ни до, не после инцидента истцу не оказали.

Определением от 20.06.2024 настоящее дело объединено в одно производство с делом № 2а-2498/24, по которому ФИО1 обратился в суд с административным исковым заявлением к ИК о признании незаконными действий (бездействия) ответчиков и присуждении денежной компенсации за нарушение условий содержания в исправительном учреждении, в обоснование требований указав, что 12.03.2024 сотрудники ИК, находясь в блоке ШИЗО/ПКТ, применили к нему физическую силу: выворачивали левую кисть на изгиб, пытались сломать сустав кисти истца, от произошедшего он испытал сильную боль, о чём сообщил сотруднику ИК, однако медицинская помощь оказана не была, затем истца без применения носилок пронесли по коридору блока ШИЗО/ПКТ в сторону медицинского кабинета и раздели догола. После осмотра сотрудники ИК не помогли истцу одеться, хотя он сообщил, что самостоятельно одеться не может ввиду полученной травмы. Действия сотрудников исправительного учреждения истец считает незаконными и унижающими его человеческое достоинство, поэтому, полагает, что у него в этой связи возникло право на получение денежной компенсации.

Определениями от 22.03.2024, от 16.04.2024 и от 16.09.2024 к участию в деле в качестве соответчиков привлечены: ФСИН России, Управление ФСИН России по Республике Коми, прокуратура Республики Коми, Ухтинский прокурор по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях ФИО2, в качестве заинтересованного лица – ФКУЗ МСЧ-11 ФСИН России.

В ходе настоящего судебного заседания судом исследовались видеозаписи, представленные в материалы дела ИК.

Истец, выступая в судебном заседании посредством использования систем видеоконференц-связи, доводы иска поддержал.

Прокурор с иском не согласился.

Представители иных ответчиков и заинтересованного лица в суд не прибыли.

Руководствуясь ст. 150 КАС РФ, суд определил провести судебное заседание при имеющейся явке.

Заслушав истца, прокурора, исследовав материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

ФИО1 отбывает наказание в ИК с 03.07.2020 по настоящее время.

12.03.2024 истец отбывал меру дисциплинарного взыскания в виде водворения в ШИЗО сроком на 7 суток за допущенное им нарушение режима содержания (приказ от 07.03.2024). В связи с возникшей служебной необходимостью, истец был переведён из камеры № 1 в камеру № 5, после чего возвращён в камеру № 1. Находясь в коридоре блока камер ШИЗО истец отказался зайти в камеру № 1. В частности, около 16 час. 42 мин., истец при этапировании отказался пройти в камеру № 1 блока ШИЗО/ПКТ, при этом сел на корточки и схватился за строительную конструкцию (ключеулавливатель), расположенную при входе в камеру. Сотрудниками ИК истец был неоднократно предупреждён, что в случае неповиновения, к нему будет применена физическая сила и специальные средства. В связи с тем, что требования сотрудников ИК выполнены не были, к нему была применена физическая сила – загиб левой руки за спину, загиб правой руки за спину, с последующим переводом осуждённого в положение лёжа на живот, а также осуществлён захват обеих ног с последующим удержанием. Поскольку ФИО1 отказался выполнять распоряжения сотрудников ИК было применено специальное средство – резиновая палка. Нанесены удары по ягодицам. Для фиксации повреждений истца попытались препроводить в кабинет к медицинскому работнику, но т.к. самостоятельно идти он отказался, потащили волоком. Находясь в коридоре перед кабинетом медицинского работника, в кабинет истец заходить не захотел, раздеться для осмотра также не захотел, поэтому его раздели принудительно сотрудники ИК и внесли в кабинет подняв за руки и ноги.

Данные факты отражены в рапортах о применении палки специальной в отношении ФИО1 (л.д. 30-33), применение физической силы зарегистрировано в журнале № 550 (л.д. 37), запечатлено на видеорегистраторы сотрудников ИК и стационарное записывающее устройство.

По факту применения физической силы и специальных средств составлен акт № 1 от 12.03.2024, о происшествии доложено начальнику ИК и Ухтинскому прокурору по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях.

В ИК проводилась служебная проверка законности и обоснованности применения сотрудниками ИК физической силы и специального средства в отношении ФИО1, нарушений, со стороны должностных лиц не установлено (заключение о результатах проверки от 20.03.2024).

На основании поступивших из ИК материалов Ухтинской прокуратурой по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях проведена проверка законности применения к ФИО1 физической силы и специальных средств. Нарушений в действиях сотрудников ИК в ходе проверки выявлено не было.

В Ухтинской прокуроре по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях зарегистрировано устное обращение ФИО1 о нарушении законов сотрудниками ИК при применении к нему физической силы 12.03.2024. В ответе Ухтинского спецпрокурора ФИО2 от 27.04.2024 № 525ж-2022/20870026/он182-24 указано на отсутствие нарушения законов в действиях сотрудников ИК.

В силу ч. 3 ст. 11 УИК РФ осужденные обязаны выполнять законные требования администрации учреждений и органов, исполняющих наказания.

Согласно абз. 12 к разделу II Приказа Минюста России от 04.07.2022 № 110 «Об утверждении Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений и Правил внутреннего распорядка исправительных центров уголовно-исполнительной системы» (далее также – Правила) осужденным к лишению свободы запрещается без разрешения администрации ИУ покидать помещения, нахождение в которых регламентировано распорядком дня осужденных к лишению свободы, выходить за пределы изолированных участков, камерных помещений, запираемых помещений и изолированных жилых помещений, запираемых в свободное от учебы или работы время, прогулочных дворов, служебных помещений и входить в них; отказываться от выполнения законных требований администрации ИУ выйти из камер и других помещений ИУ или войти в них.

Таким образом, требование сотрудников ИК о необходимости войти в камеру № 1, являлось законным и обоснованным, поскольку 12.03.2024 истец продолжал отбывать меру дисциплинарного взыскания, однако добровольно он это требование не исполнил.

В соответствие со ст. 86 УИК РФ в случаях оказания осужденными сопротивления персоналу исправительных учреждений, злостного неповиновения законным требованиям персонала, проявления буйства, участия в массовых беспорядках, захвата заложников, нападения на граждан или совершения иных общественно опасных действий, а также при побеге или задержании бежавших из исправительных учреждений осужденных в целях пресечения указанных противоправных действий, а равно предотвращения причинения этими осужденными вреда окружающим или самим себе применяются физическая сила, специальные средства и оружие. Порядок применения указанных в части первой настоящей статьи мер безопасности определяется законодательством Российской Федерации.

На видеозаписи, представленной в материалы дела слышно, что должностными лицами ИК неоднократно озвучивается требование, обращенное к истцу, о необходимости войти в камеру, однако истец на это не реагирует, также истец был предупреждён о применении к нему физической силы и специального средства. 

В этой связи суд отклоняет довод истца о том, что он не оказывал сопротивления сотрудникам ИК. Данное поведение следует признать злостным неповиновением, поскольку уговоры и предупреждения длились сравнительно долгое время и это зафиксировано на камеру нагрудного видеорегистратора, после чего к истцу была применена физические меры воздействия.

Суд также учитывает, что этого времени было достаточно для выполнения законных и обоснованных требований сотрудников ИК и пройти в камеру.

Порядок применения мер физического воздействия при указанных выше обстоятельствах урегулирован, в т.ч. Законом РФ от 21.07.1993 № 5473-1 «Об учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы Российской Федерации» (далее также – Закон). 

В силу ст. 28, 28.1, 29 и 30 Закона сотрудники уголовно-исполнительной системы имеют право на применение физической силы, специальных средств и огнестрельного оружия в случаях и порядке, предусмотренных настоящим Законом и федеральными законами.

Сотрудник уголовно-исполнительной системы не несёт ответственности за вред, причиненный осужденным, лицам, заключенным под стражу, и иным лицам при применении физической силы, специальных средств или огнестрельного оружия, если применение физической силы, специальных средств или огнестрельного оружия осуществлялось по основаниям и в порядке, которые установлены настоящим Законом и федеральными законами, и признано правомерным.

При применении физической силы, специальных средств и огнестрельного оружия сотрудник уголовно-исполнительной системы обязан: 1) предупредить о намерении их применения, предоставив достаточно времени для выполнения своих требований, за исключением случаев, если промедление в применении физической силы, специальных средств или огнестрельного оружия создает непосредственную опасность жизни или здоровью персонала, иных лиц, осужденных или лиц, заключенных под стражу, может повлечь иные тяжкие последствия или если такое предупреждение в создавшейся обстановке является неуместным либо невозможным. В случае применения физической силы, специальных средств или огнестрельного оружия в составе подразделения (группы) указанное предупреждение делает один из сотрудников уголовно-исполнительной системы, являющийся старшим подразделения (группы); 2) обеспечить наименьшее причинение вреда осужденным, лицам, заключенным под стражу, и иным лицам, безотлагательное предоставление пострадавшим медицинской помощи и проведение необходимых мероприятий по фиксированию медицинскими работниками полученных указанными лицами телесных повреждений; 3) доложить непосредственному начальнику и начальнику учреждения уголовно-исполнительной системы в письменной форме в возможно короткий срок, но не позднее 24 часов с момента применения физической силы, специальных средств или огнестрельного оружия о каждом случае их применения.

Сотрудник уголовно-исполнительной системы имеет право лично или в составе подразделения (группы) применять физическую силу, в том числе боевые приемы борьбы, если несиловые способы не смогли обеспечить выполнение возложенных на него обязанностей, в том числе для пресечения неповиновения или противодействия законным требованиям сотрудника уголовно-исполнительной системы.

Сотрудник уголовно-исполнительной системы имеет право применять физическую силу во всех случаях, когда настоящим Законом разрешено применение специальных средств или огнестрельного оружия.

Сотрудник уголовно-исполнительной системы имеет право лично или в составе подразделения (группы) применять специальные средства, в том числе для пресечения физического сопротивления, оказываемого осужденным или лицом, заключенным под стражу, сотруднику уголовно-исполнительной системы.

Каких-либо нарушений установленного порядка применения физической силы в ходе рассмотрения настоящего дела, а также в ходе проведения контрольных мероприятий, как администрацией ИК, так и Ухтинской прокуратурой по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях установлено не было. Истец был неоднократно предупреждён сотрудниками ИК о применении физической силы и специальных средств в случае неисполнения их законного требования (войти в камеру ШИЗО), однако пренебрёг исполнением указанного требования и продолжил свои противоправные действия. В ходе просмотра представленной видеозаписи судом не обнаружено превышения сотрудниками ИК своих полномочий, а все действия совершались исключительно с целью понудить истца выполнить законные требования сотрудников ИК.

Помимо прочего, истец пояснил, что после применения физической силы, ему не была оказана ни медицинская, не психологическая помощь.

Согласно заключению от 12.03.2023 (л.д. 39) ФИО1 был осмотрен фельдшером в 16 час. 58 мин. зафиксированы следующие телесные повреждения: параорбитальная гематома справа, ссадина в области левого лучезапястного сустава, подкожная гематома в области правой ягодицы размером 3*10 см., сделана пометка, что осуждённый осмотрен после применения физической силы и специальных средств. 

В ходе осмотра оснований для оказания истцу медицинской помощи, либо госпитализации не установлено. Оказание специализированной психологической помощи после применения физической силы и специальных средств Законом не предусмотрено.

Ссылка в этой связи истца на нормы Федерального закона от 06.02.2023 № 10-ФЗ «О пробации в Российской Федерации», суд отклоняет по следующим причинам.

Согласно ст. 14 Федерального закона от 06.02.2023 № 10-ФЗ «О пробации в Российской Федерации» в учреждениях, исполняющих наказания в виде принудительных работ или лишения свободы, в целях ресоциализации, социальной адаптации и социальной реабилитации после освобождения, коррекции поведения проводится социальная и воспитательная работа с осужденными, с их согласия им может оказываться психологическая помощь. Социальная и воспитательная работа с осужденными к наказаниям в виде принудительных работ или лишения свободы, оказание им психологической помощи осуществляются в порядке, установленном уголовно-исполнительным законодательством и нормативными правовыми актами федерального органа исполнительной власти, осуществляющего функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере исполнения уголовных наказаний.

Однако необходимость оказания психологической помощи сразу после применения мер физического воздействия, указанным законом и принятыми в его развитие подзаконными актами, не предусмотрена, поскольку применение мер физического воздействия в данном случае следует рассматривать как вид воспитательной работы.

Истец также выразил несогласие с тем, что ему был проведён полный личный обыск без применения ширмы, без коврика на полу, без соблюдения температурного режима.

В силу ч. 5 ст. 82 УИК РФ осужденные, а также помещения, в которых они проживают, могут подвергаться обыску, а вещи осужденных – досмотру. Личный обыск проводится лицами одного пола с осужденными. 

По правилам абз. 342 и 343 раздела ХХ Правил личный обыск осужденных к лишению свободы может проводиться: со снятием одежды, обуви, головного убора, осмотром тела обыскиваемого лица, а также имеющихся у него пластырных наклеек, протезов, гипсовых и других медицинских повязок.

Личный полный обыск осужденного к лишению свободы проводится в отдельном помещении ИУ, оснащенном напольным ковриком, температурный режим в котором должен соответствовать санитарно-эпидемиологическим требованиям. Для обеспечения приватности в указанном помещении при использовании в ИУ аудиовизуальных, электронных и иных технических средств надзора и контроля устанавливаются ширмы. Личный полный обыск осужденного к лишению свободы проводится за ширмой.

Личный полный обыск осужденного к лишению свободы проводится, в том числе при переводе осужденного из одной камеры в другую камеру.

Действительно, на представленной видеозаписи запечатлено, что сотрудники ИК волоком протащили истца по коридору до места проведения медицинского освидетельствования, провели личный обыск в коридоре, при входе в медицинский кабинет. Однако это было обусловлено поведением самого истца, который отказался пройти в медицинский кабинет, где ширма и коврик имеются (фото на л.д. 50). Обыск проводился исключительно лицами мужского пола. Ведение в этот момент видеозаписи вызвано необходимостью зафиксировать поведение истца, последствий применения к нему физических мер воздействия. При этом из обстоятельств дела не усматривается, что истец по состоянию здоровья не мог встать, идти и выполнять требования сотрудников ИК.

Помимо прочего, истец выразил несогласие с результатами проведённых проверок по данному инциденту. Однако каких-либо конкретных причин истец суду не сообщил. Доводы сводятся к описанию произошедших событий (применению физической силы; проведению обыска в коридоре, перед медицинским кабинетом, перемещение истца волоком, и пр), однако в ходе проведённых мероприятий, как со стороны ИК (л.д. 42-44), так и со стороны Ухтинской прокуратуры по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях, указанные обстоятельства подвергались тщательной проверке и оценке, оснований для их переоценки судом не имеется, по причинам изложенным выше. 

Положениями статьей 17, 21, 22 Конституции Российской Федерации предусмотрено право на свободу и личную неприкосновенность является неотчуждаемым правом каждого человека, что предопределяет наличие конституционных гарантий охраны и защиты достоинства личности, запрета применения пыток, насилия, другого жестокого или унижающего человеческое достоинство обращения или наказания.

Возможность ограничения указанного права допускается лишь в той мере, в какой оно преследует определенные Конституцией Российской Федерации цели, осуществляется в установленном законом порядке, с соблюдением общеправовых принципов и на основе критериев необходимости, разумности и соразмерности, с тем, чтобы не оказалось затронутым само существо данного права.

Согласно ст. 8 УИК РФ Уголовно-исполнительное законодательство Российской Федерации основывается на принципах законности, гуманизма, демократизма, равенства осужденных перед законом, дифференциации и индивидуализации исполнения наказаний, рационального применения мер принуждения, средств исправления осужденных и стимулирования их правопослушного поведения, соединения наказания с исправительным воздействием.

Частью 2 статьи 10 Уголовно-исполнительного кодекса Российской федерации предусмотрено, что при исполнении наказаний осужденным гарантируются права и свободы граждан Российской Федерации с изъятиями и ограничениями, установленными уголовным, уголовно-исполнительным и иным законодательством Российской Федерации.

В силу частей 2, 11 статьи 12 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации осужденные имеют право на вежливое обращение со стороны персонала учреждения, исполняющего наказания. Они не должны подвергаться жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или взысканию. Меры принуждения к осужденным могут быть применены не иначе как на основании закона. При осуществлении прав осужденных не должны нарушаться порядок и условия отбывания наказаний.

В настоящем случае, суд не усматривает отклонения от стандартного, неизбежного, уровня страданий, при отбывании наказания истцом в перечисленных случаях.

При применении к истцу физической силы и специального средства судом не усматривается, что действия, совершенные сотрудниками ИК носили по отношению к истцу оскорбительный или унижающий характер, поскольку были спровоцированы поведением самого истца. 

При таких обстоятельствах право на получение денежной компенсации, у истца не возникло.

По указанным выше причинам, в удовлетворении исковых требований надлежит отказать.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 175-188, 219 КАС РФ, суд

решил:

В удовлетворении административного искового заявления ФИО1 к федеральному казённому учреждению исправительная колония № 19 Управления Федеральной службы исполнения наказаний России по Республике Коми, Управлению Федеральной службы исполнения наказаний России по Республике Коми, Федеральной службе исполнения наказаний России, прокуратуре Республики Коми, Ухтинскому прокурору по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях ФИО2 о признании незаконными действий (бездействия) ответчиков и взыскании денежной компенсации, отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке путём подачи апелляционной жалобы в Верховный суд Республики Коми через Ухтинский городской суд Республики Коми в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья Ухтинского городского суда РК И.В. Сверчков

Мотивированное решение составлено 23 октября 2024 года.

11RS0005-01-2024-001785-55