дело №2а-980/2025

УИД 63RS0039-01-2023-006352-43

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

4 февраля 2025 года г. Самара 

Железнодорожный районный суд г. Самары в составе

председательствующего судьи Замулиной Е.В.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи КопыловойЮ.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело №2а-980/2025 по административному исковому заявлению заместителя прокурора Самарской области Бендовского Е.М. к ФКУ УИИ УФСИН России по Самарской области, УФСИН России по Самарской области, ФСИН России, с участием заинтересованных лиц: ФКУ ЦИТОВ УФСИН России по Самарской области, ФКУ ЦИТОВ УФСИН России, о признании незаконным бездействия, обязании устранить допущенные нарушения,

установил:

заместитель прокурора Самарской области Бендовский Е.М. обратился в Железнодорожный районный суд г. Самары с административным иском о признании незаконным бездействия ФКУ УИИ УФСИН России по Самарской области, УФСИН России по Самарской области, выразившегося в необеспечении в период с 01.01.2022 по 07.06.2023, с 09.06.2023 по 19.06.2023, с 21.06.2023 по 12.09.2023 аудиовизуальными, электронными и иными техническими средствами надзора и контроля осужденных к ограничению свободы, а также обвиняемых и подозреваемых, в отношении которых избрана мера пресечения в виде домашнего ареста и запрета определенных действий, состоящих на учете в филиалах ФКУ УИИ УФСИН России по Самарской области, обязании ФКУ УИИ УФСИН России по Самарской области, УФСИН России по Самарской области в течение одного года с момента вступления решения суда в законную силу обеспечить применение аудиовизуальных, электронных и иных технических средств надзора и контроля ко всем осужденным к ограничению свободы, а также обвиняемым и подозреваемым, в отношении которых избрана мера пресечения в виде домашнего ареста и запрета определенных действий, состоящим на учете в филиалах ФКУ УИИ УФСИН России по Самарской области, при недостаточности денежных средств возложить обязанность по финансированию на ФСИН России. 

В обоснование требований указано, что за отчетный период с 1 января 2022 г. по 18 января 2024 г. численность подконтрольных лиц превысила количество средств системы электронного мониторинга, состоящих на балансе ФКУ УИИ УФСИН России по Самарской области, что способствует росту преступности на территории Самарской области и отсутствию должного контроля за поведением подотчетных лиц. Согласно информации УФСИН России по Самарской области к подконтрольным лицам применяется 100% исправного оборудования средств электронного мониторинга положения лиц (далее - СЭМПЛ), состоящего на балансе ФКУ УИИ УФСИН России по Самарской области. При этом процент применения специальных технических средств контроля является недостаточным и составляет небольшой процент от количества подконтрольных лиц. В результате, ФКУ УИИ УФСИН России по Самарской области, являясь субъектом профилактики правонарушений, не выполняет в полном объеме возложенную на них статьей 6 Федерального закона от 23 июня 2016 г. №182-ФЗ «Об основах системы профилактики правонарушений в Российской Федерации» функцию, предусматривающую применение специальных мер профилактики правонарушений. Подконтрольными лицами совершаются повторные преступления. Вопреки требованиям части 1 статьи 60 Уголовного-исполнительного кодекса Российской Федерации (далее – УИК РФ), части 11 статьи 105.1 УИК РФ решение о применении технических средств надзора и контроля к подконтрольным лицам, не реализуется ввиду отсутствия средств контроля в необходимом количестве в ФКУ УИИ УФСИН России по Самарской области. Тем самым, надлежащий контроль за поведением указанных лиц не обеспечен. Органами прокуратуры Самарской области в 2022 году и истекшем периоде 2023 года начальнику филиала ФКУ УИИ УФСИН России по Самарской области внесено 41 представление об устранении нарушений закона по нарушениям части 1 статьи 60 УИК РФ и части 11 статьи 105.1 УПК РФ. Вместе с тем, до настоящего времени ФКУ УИИ УФСИН России по Самарской области и УФСИН России по Самарской области меры, направленные на обеспечение в достаточном количестве техническими средствами надзора и контроля, не приняты. Предусмотренные действующими нормами требования к надлежащему контролю за поведением осужденных к ограничению свободы, а также обвиняемых, которым избрана мера пресечения в виде домашнего ареста и запрета определенных действий фактически не соблюдаются. Сложившаяся ситуация, связанная с отсутствием технических средств надзора и контроля, наряду с определением компетенции по формуле «вправе», т.е. диспозитивное установление возможности совершения должностными лицами ФКУ УИИ УФСИН России по Самарской области действий в отношении осужденных и обвиняемых о применении технических средств надзора и контроля способствует совершению коррупционных нарушений.

Неустранение УФСИН России по Самарской области и ФКУ УИИ УФСИН России по Самарской области требований закона влечет ущемление прав неопределенного круга лиц и носит длящийся характер. Также, несмотря на отсутствие в необходимом количестве СЭМПЛ УФСИН России по Самарской области допущены факты передачи указанного оборудования в другие субъекты Российской Федерации. Кроме этого, несмотря на заключение 6 октября 2023 г. УФСИН России по Самарской области с АО «Центр информационно-технического обеспечения и связи» государственного контракта на поставку 84 комплектов стационарных контрольных устройств на общую сумму 2 227 000 рублей, применение СЭМПЛ ко всем осужденным к ограничению свободы, а также обвиняемым и подозреваемым в отношении которых избрана мера пресечения в виде домашнего ареста и запрета определенных действий, состоящих на учете в филиалах ФКУ УИИ УФСИН России по Самарской области, фактически не обеспечено. Таким образом, необходимых и достаточных мер, направленных на закупку средств системы электронного мониторинга в достаточном количестве или перераспределении имеющихся средств в распоряжении ФКУ УИИ УФСИН России по Самарской области не принято.

Впоследствии административным истцом заявленные требования неоднократно уточнялись, в последней редакции просит суд признать незаконным бездействие ФКУ УИИ УФСИН России по Самарской области, УФСИН России по Самарской области в период с 01.01.2022 по 18.01.2024, выразившееся в необеспечении аудиовизуальными, электронными и иными техническими средствами надзора и контроля осужденных к ограничению свободы, а также обвиняемых и подозреваемых, в отношении которых избрана мера пресечения в виде домашнего ареста и запрета определенных действий, состоящих на учете в филиалах ФКУ УИИ УФСИН России по Самарской области; возложить обязанность на ФКУ УИИ УФСИН России по Самарской области, УФСИН России по Самарской области в течение одного года с момента вступления решения суда в законную силу обеспечить наличие на балансе ФКУ УИИ УФСИН России по Самарской области не менее 729 комплектов аудиовизуальных, электронных и иных технических средств надзора и контроля; при недостаточности денежных средств ФКУ УИИ УФСИН России по Самарской области, УФСИН России по Самарской области возложить на ФСИН России обязанность обеспечить финансирование мероприятий по обеспечению в достаточном количестве аудиовизуальных, электронных и иных технических средств надзора и контроля в отношении осужденных к ограничению свободы, а также обвиняемых и подозреваемых, в отношении которых избрана мера пресечения в виде домашнего ареста и запрета определенных действий, состоящих на учете в филиалах ФКУ УИИ УФСИН России по Самарской области. 

В дополнение ранее заявленных требований указано, что по итогам анализа отчетных сведений ФКУ УИИ УФСИН России по Самарской области за последние пять лет (с 2020 года по 2024 год) установлено, что в среднем на конец года на учетах филиалов ФКУ УИИ УФСИН России по Самарской области одномоментно состояло 510 осужденных к ограничению свободы и 219 лиц с установленной мерой пресечения в виде домашнего ареста, соответственно, чтобы обеспечить должностным лицам филиалов ФКУ УИИ УФСИН России по Самарской области возможность принятия решения о применении аудиовизуальных, электронных и иных технических средств надзора и контроля в отношении осужденных к ограничению свободы и лиц с установленной мерой пресечения в виде домашнего ареста, необходимо обеспечить наличие на балансе ФКУ УИИ УФСИН России по Самарской области не менее 729 комплектов аудиовизуальных, электронных и иных технических средств надзора и контроля, при этом в настоящее время на балансе в исправном состоянии находится 271 комплект указанного оборудования, что является недостаточным. По результатам рассмотрения множества актов прокурорского реагирования о неприменении к поднадзорным лицам средств электронного мониторинга положения лиц, ФКУ УИИ ФСИН России по Самарской области неоднократно информировало органы прокуратуры о значительной нехватке указанных технических средств. Действующим законодательством предусмотрено право должностных лиц уголовно-исполнительной инспекции принимать решение о применении СЭМПЛ исходя из личности лиц, состоящих на учете, а также запретов и ограничений, устанавливаемых судом. Отсутствие свободных СЭМПЛ в качестве основания их неприменения законом не предусмотрено. Невозможность принятия инспектором решения о применении СЭМПЛ в связи с его отсутствием недопустима.

В ходе судебного разбирательства к участию в рассмотрении дела в качестве заинтересованных лиц привлечены ФКУ Центр инженерно-технического обеспечения УФСИН России и ФКУ Центр инженерно-технического обеспечения и вооружения УФСИН России по Самарской области.

Информация о времени и месте рассмотрения дела в соответствии со статьями 14 и 16 Федерального закона от 22.12.2008 № 262-ФЗ «Об обеспечении доступа к информации о деятельности судов в Российской Федерации» размещена на интернет-сайте суда.

Представители административного истца - прокуроры ГорбачеваА.А., З. в судебном заседании уточненные исковые требования поддержали в полном объеме, настаивали на их удовлетворении, дали пояснения, аналогичные изложенному в административном иске, последующих уточнениях к нему и письменных пояснений по делу.

В судебном заседании представитель административных ответчиков - ФСИН России, УФСИН России по Самарской области, ФКУ УИИ УФСИН России по Самарской области ФИО1, действующая на основании доверенностей, административные исковые требования не признала, просила отказать в их удовлетворении, дала пояснения, аналогичные изложенному в письменном отзыве, указав, что вывод административного истца о необходимом количестве оборудования, которое должно находиться на балансе ФКУ УИИ области является необоснованным. Так, к примеру, лицам, осужденным к ограничению свободы, не всегда установлены запреты, которые можно отследить с помощью оборудования СЭМПЛ. Проведенный ФКУ УИИ УФСИН России по Самарской области анализ повторных преступлений, совершенных в 2024 году лицами, осужденными к ограничению свободы, показал, что применение оборудования СЭМПЛ к указанным лицам не может препятствовать совершению подучетными лицами повторных преступлений, поскольку у ряда осужденных нет ограничений, наложенных судом, нарушение которых можно было бы отследить с использованием оборудования СЭМПЛ, либо повторные преступления совершены данными лицами в дневное время, тогда как запрет покидать место жительства распространяется только на ночное время. Кроме того, заявляет, что применение оборудования СЭМПЛ к вышеуказанной категории лиц будет нарушением. Так, в указании ФСИН от 10.04.2023 №исх-03-27043 отмечено, что в соответствии с пунктами 3, 4 Правил применения аудиовизуальных, электронных и иных технических средств контроля при установлении судом подозреваемому (обвиняемому) запрета на выход за пределы жилого помещения, в котором он проживает, УИИ вправе использовать ЭБ вместе с СКУ. Однако в отдельных территориальных органах ФСИН России (Республика Бурятия, Карелия, Саха (Якутия), Приморский, Хабаровский края, Волгоградская, Воронежская, Калининградская, Курганская, Московская, Мурманская, Нижегородская, Тверская области) выявлены факты применения СЭМПЛ к подконтрольным лицам без установления судом запретов, предусмотренных пунктами 1 и (или) 2 части 6 статьи 105.1 УПК РФ, (выходить в определенные периоды времени за пределы жилого помещения, находиться в определенных местах, а также ближе установленного расстояния до определенных объектов, посещать определенные мероприятия и участвовать в них).

Также в опровержение доводов административного истца о невозможности принятии инспектором решения о применении СЭМПЛ в связи с его отсутствием ссылается на указание ФСИН от 10.04.2023 №исх-03-27043, в котором поставлена задача обеспечить максимальное применение исправного оборудования СЭМПЛ к осужденным к ограничению свободы, подозреваемым (обвиняемым), в отношении которых избраны меры пресечения в виде домашнего ареста, запрета определенных действий или залога, с учетом установленных запретов, предусмотренных пунктами 1 и (или) 2 части 6 статьи 105.1 УПК Российской Федерации. То есть, все оборудование, которое будет находиться на балансе учреждения, ФКУ УИИ будет обязано применить. Также указывает, что между ФКУ УИИ и УФСИН организовано взаимодействие по вопросам ремонта оборудования и получения нового оборудования. Так, в ООИН УФСИН регулярно направляется информация о нерабочем оборудовании, либо об оборудовании которое не может применяться в связи с некомплектностью, информация о нехватке оборудования и об оказании содействия в выделении средств на закупку оборудования.

Непримененное оборудование, состоящее на балансе ФКУ УИИ в указанный в административном исковом заявлении периоде, было либо в неработоспособном состоянии, либо не могло применяться, так как отсутствовали работоспособные электронные браслеты (письмо в УФСИН России по Самарской области от 17.03.2022 № 64/то/32-1124, от 08.08.2022 № 64/то/32-3859, от 03.10.2022 № 64/то/32-4700, от 13.12.2022 № 64/ТО/32-5574, от 27.12.2022 № 64/ТО/32-6287, от 14.04.2023 №64/то/32-1781, от 05.06.2023 №64/то/32-2810, от 20.06.2023 № 64/то/32-3112, от 14.09.2023 № 64/то/32-5016). Нерабочее оборудование регулярно направлялось на ремонт, что подтверждается ведомостями от 13.12.2021, 01.03.2022, 01.04.2022, 06.06.2022, 23.06.2022, 04.07.2022, 14.07.2022, 19.08.2022, 29.09.2022, 28.03.2023, 14.04.2023, 10.05.2023,19.05.2023, 20.06.2023, 18.09.2023. На ремонт отправлялись как стационарные контрольные устройства (далее – СКУ), мобильные контрольные устройства (далее – МКУ), так и электронные браслеты (далее – ЭБ). 01.12.2022 согласно ведомости комплекта оборудования, полученного после ремонта, в ФКУ УИИ УФСИН России по Самарской области получены после ремонта МКУ и СКУ. 

Ответчик отрицает свое бездействие, так как на основании информации о потребности ФКУ УИИ в оборудовании между УФСИН и АО «ЦИТОС» заключаются государственные контракты на поставку оборудования. 27.03.2023 ФСИН России довел лимиты бюджетных обязательств для организации ремонта оборудования ФГИС «Системы электронного мониторинга подконтрольных лиц», и 06.10.2023 между УФСИН и АО «ЦИТОС» заключен государственный контракт №0142100004123000038 от 06.10.2023 на общую сумму 2 227000 рублей, осуществлена закупка 85 стационарных контрольных устройств. 

В Ивановскую и Московскую области было передано некомплектное оборудование. ФКУ УИИ располагало только КУ, так все неисправные ЭБ, находилось либо на диагностике в ФКУ ЦИТОВ УФСИН России по Самарской области, что подтверждается ведомостями, либо оборудование уже было направлено ФКУ ЦИТОВ УФСИН России по Самарской области на ремонт в сторонние организации. Все работоспособные ЭБ были применены к подконтрольным лицам. Непримененными были только неполные комплекты, состоящие из одних КУ, ЭБ к ним отсутствовали, в связи с чем во исполнение указания ФСИН России от 25.03.2022 № исх-04-1906 «О ведомственном контроле за применением уголовно-исполнительными инспекциями оборудования системы электронного мониторинга, подконтрольных лиц» данные МКУ (некомплектные, без ЭБ) были переданы в Ивановскую и Московскую области. 

Также ссылается на то, что понуждение ФСИН России к выделению финансирования является ограничением главного распорядителя средств федерального бюджета, выделенных для реализации возложенных на него функций, на самостоятельное решение вопросов, отнесенных к его компетенции и нарушением принцип разделения властей.

Представитель заинтересованного лица - ФКУ ЦИТОВ УФСИН России по Самарской области, а также административных ответчиков ФСИН России и УФСИН России по Самарской области ФИО2, действующий на основании доверенностей, в судебном заседании до перерыва, возражал против удовлетворения заявленных требований, ссылаясь на отсутствие законных оснований.

В судебное заседание представитель заинтересованного лица - ФКУ ЦИТОВ УФСИН России, надлежащим образом извещенный о времени и месте судебного разбирательства, не явился, уважительность причин неявки суду не сообщил. 

Учитывая требования ст. ст. 96, 150 КАС РФ, п. 1 ст. 165.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, положения ст. 14 Международного пакта о гражданских и политических правах, гарантирующие равенство всех перед судом, в соответствии с которыми неявка лица в суд есть его волеизъявление, свидетельствующее об отказе от реализации своего права на непосредственное участие в разбирательстве, а потому не является преградой для рассмотрения дела, суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Выслушав участников процесса, изучив материалы дела, суд приходит к следующему. 

В соответствии с частью 1 статьи 39 КАС РФ прокурор вправе обратиться в суд с административным исковым заявлением в защиту прав, свобод и законных интересов граждан, неопределенного круга лиц или интересов Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, муниципальных образований, а также в других случаях, предусмотренных федеральными законами.

В соответствии со статьей 1 Закона Российской Федерации от 17 января 1992 г. N 2202-1 "О прокуратуре Российской Федерации" прокуратура Российской Федерации наделена полномочиями осуществлять от имени Российской Федерации надзор за исполнением действующих на ее территории законов.

Согласно п. 2 ст. 21 указанного Федерального закона при осуществлении надзора за исполнением законов органы прокуратуры не подменяют иные государственные органы.

Лицо, полагающее свои права нарушенными, может избрать любой из приведенных в ст. 12 Гражданского кодекса Российской Федерации способов защиты либо иной, предусмотренный законом способ, который бы обеспечил восстановление этих прав. Выбор способа защиты должен соответствовать характеру нарушенного права.

Согласно указанной норме защита гражданских прав осуществляется, в частности, путем восстановления положения, существовавшего до нарушения, принуждения к исполнению обязанности в натуре, возмещения убытков и иными способами, предусмотренными законом.

В силу статей 3, 9, 14 КАС РФ правильное рассмотрение и разрешение административного дела обеспечиваются соблюдением положений, предусмотренных законодательством об административном судопроизводстве, точным и соответствующим обстоятельствам административного дела правильным толкованием и применением законов и иных нормативных правовых актов, в том числе регулирующих отношения, связанные с осуществлением государственных и иных публичных полномочий.

Названный процессуальный закон обязывает суд определять обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения административного дела, в соответствии с нормами материального права, подлежащими применению к спорным публичным правоотношениям, исходя из требований и возражений лиц, участвующих в деле, и предоставляет суду право в целях правильного разрешения административного дела по своей инициативе истребовать доказательства. При этом суд не связан доводами заявленных требований по делам, вытекающим из публичных правоотношений (часть 3 статьи 62, часть 1 статьи 63 КАС РФ).

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2022 года № 21 «О некоторых вопросах применения судами положений главы 22 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации и главы 24 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации», к бездействию относится неисполнение (уклонение от исполнения) наделенными публичными полномочиями органом или лицом обязанности, возложенной на него нормативными правовыми и иными актами, определяющими его полномочия (должностными инструкциями, положениями, регламентами, приказами).

Для обеспечения исполнимости судебного решения, в котором указано на принятие административным ответчиком конкретного решения, совершение определенного действия, в резолютивной части решения суда указывается разумный срок принятия решения, совершения действия (абзацы второй, третий пункта 26 данного Постановления).

Поскольку бездействие предполагает неисполнение обязанности, возложенной нормативными правовыми и (или) иными актами, судебным инстанциям надлежало исследовать вопрос того, каким именно наделенным публичными полномочиями органом и какая конкретно обязанность не была исполнена.

В соответствии с п. 1 ст. 13 Закона РФ от 21.07.1993 № 5473-1 «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы» учреждения, исполняющие наказания, обязаны обеспечивать исполнение уголовно-исполнительного законодательства Российской Федерации.

В соответствии с ч. 2 ст. 10 УИК РФ при исполнении наказаний осужденным гарантируются права и свободы граждан Российской Федерации с изъятиями и ограничениями, установленными уголовным, уголовно-исполнительным и иным законодательством Российской Федерации.

Порядок и условия отбывания наказания в виде ограничения свободы регламентируются ст. 50 УИК РФ, в соответствии с частями 1, 2 которой наказание в виде ограничения свободы отбывается осужденным по месту его жительства при неукоснительном соблюдении установленные судом ограничений, а также явки по вызову в уголовно-исполнительную инспекцию для дачи устных или письменных объяснений по вопросам, связанным с отбыванием им наказания. 

В силу ч. 1 ст. 60 УИК РФ надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы осуществляется уголовно-исполнительными инспекциями и заключается в наблюдении за поведением осужденных, соблюдением ими установленных судом ограничений и принятии в случае необходимости установленных законом мер воздействия. Для обеспечения надзора, предупреждения преступлений и в целях получения необходимой информации о поведении осужденных уголовно-исполнительные инспекции вправе использовать аудиовизуальные, электронные и иные технические средства надзора и контроля, перечень которых определяется Правительством Российской Федерации. Порядок применения указанных технических средств определяется федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере исполнения уголовных наказаний. 

В соответствии с Перечнем аудиовизуальных, электронных и иных технических средств надзора и контроля, используемых уголовно-исполнительными инспекциями для обеспечения надзора за осужденными к наказанию в виде ограничения свободы, утвержденным постановлением Правительства РФ от 31.03.2010 N 198, одним из средств персонального надзора и контроля является электронный браслет - электронное устройство, надеваемое на осужденного к наказанию в виде ограничения свободы с целью его дистанционной идентификации и отслеживания его местонахождения, предназначенное для длительного ношения на теле (более 3 месяцев) и имеющее встроенную систему контроля несанкционированного снятия и вскрытия корпуса и мобильное контрольное устройство, предназначенное для ношения совместно с электронным браслетом при нахождении осужденного к наказанию в виде ограничения свободы вне мест, оборудованных стационарным контрольным устройством, для отслеживания его местоположения по сигналам глобальной навигационной спутниковой системы ГЛОНАСС/GPS. 

Порядок применения уголовно-исполнительными инспекциями указанных технических средств регламентирован Инструкцией по организации исполнения наказания в виде ограничения свободы, утвержденной приказом Министерства юстиции РФ от 11.10.2010 № 258 (далее - Инструкция). 

Согласно п. 26 Инструкции уголовно-исполнительными инспекциями осуществляется надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, который заключается в наблюдении за поведением осужденных, соблюдением ими установленных судом ограничений и принятии в случае необходимости установленных законом мер воздействия.

Аналогичный порядок применения установлен Постановлением Правительства РФ от 18.02.2013 № 134 и в отношении аудиовизуальных, электронных и иных технических средств контроля, которые могут использоваться в целях осуществления контроля за нахождением подозреваемого или обвиняемого в месте исполнения меры пресечения в виде домашнего ареста, а также за соблюдением возложенных судом запретов подозреваемым или обвиняемым, в отношении которого в виде меры пресечения избран запрет определенных действий, домашний арест или залог.

На основании Устава ФКУ УИИ ГУ ФСИН России по Самарской области в редакции от 29.05.2012 № 293, утвержденного Приказом ФСИН России от 30.05.2011 № 335, ФКУ УИИ ГУ ФСИН России по Самарской области является учреждением уголовно-исполнительной системы, исполняющим уголовные наказания в отношении лиц, осужденных без изоляции от общества, а также меру пресечения в виде домашнего ареста.

Предметом и целями деятельности учреждения являются контроль за поведением условно осужденных и осужденных, в отношении которых отбывание наказания отсрочено, за нахождением подозреваемых или обвиняемых в месте исполнения меры пресечения в виде домашнего ареста и за соблюдением ими наложенных судом запретов и (или) ограничений, предупреждение преступлений и иных нарушений лицами, состоящими на учете в инспекции.

Согласно п. 6.1 Устава, имущество Инспекции является федеральной собственностью и принадлежит ей на праве оперативного управления. Инспекция осуществляет в отношении закрепленного за ней имущества права владения, пользования и распоряжения в пределах, установленных законодательством РФ.

Судом на основании материалов дела установлено, что в период с 1 января 2022 года прокуратурой Самарской области проведены проверочные мероприятия в отношении ФКУ УИИ УФСИН России по Самарской области по соблюдению требований уголовно-исполнительного законодательства Российской Федерацией при исполнении наказаний, не связанных с изоляцией от общества, в ходе которых выявлены нарушения статьи 60 Уголовно-исполнительного Кодекса Российской Федерации (далее - УИК РФ), а именно установлен факт непринятия ФКУ УИИ полного комплекса мер, направленных на осуществление контроля за осужденными к ограничению свободы, что выражается в неприменении аудиовизуальных, электронных и иных технических средств контроля.

По итогам анализа отчетных сведений ФКУ УИИ УФСИН России по Самарской области за последние 5 лет (с 2020 года по 2024 год) установлено, что ежегодно применением средств электронного мониторинга положения лиц (СЭМПЛ) в среднем охвачено 100% лиц с установленной мерой пресечения в виде домашнего ареста и 13,5 % осужденных к ограничению свободы.

На основании установленных обстоятельств, в 2022-2023 годах прокурором вносились представления в адрес начальника Инспекции об устранении нарушений закона путем применения в отношении осужденных аудиовизуальных, электронных и иных технических средств контроля (т. 1 л.д. 77-79, 93-95,100-103, 108-110, 115-116, 120-122, 127-130, 134-140, 152- 155).

Представления рассмотрены, нарушения нашли свое подтверждение, приняты меры к устранению нарушений, виновные должностные лица привлечены к ответственности, указано, что в отношении осужденных и обвиняемых не были приняты решения об использовании аудиовизуальных, электронных и иных технических средств контроля ввиду их отсутствия (т. 1 л.д. 90-92, 96-99, 111-114, 117-119, 123-126, 131-133, 141-151, 156-159).

Между тем, в соответствии с частью 1 статьи 60 УИК РФ, надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы осуществляется уголовно-исполнительными инспекциями и заключается в наблюдении за поведением осужденных, соблюдением ими установленных судом ограничений и принятии в случае необходимости установленных законом мер воздействия. Для обеспечения надзора, предупреждения преступлений и в целях получения необходимой информации о поведении осужденных уголовно-исполнительные инспекции вправе использовать аудиовизуальные, электронные и иные технические средства надзора и контроля, перечень которых определяется Правительством Российской Федерации. Порядок применения указанных технических средств определяется федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере исполнения уголовных наказаний.

Согласно пункту 27 Инструкции по организации исполнения наказания в виде ограничения свободы, утвержденной приказом Минюста России от 11 октября 2010 года № 258, для обеспечения надзора, предупреждения преступлений и в целях получения необходимой информации о поведении осужденных к наказанию в виде ограничения свободы, инспекция осуществляет различные меры, в том числе вызывает осужденного на беседы в инспекцию не реже одного раза в месяц в целях получения от него устных или письменных объяснений по вопросам, связанным с отбыванием им наказания; не реже одного раза в месяц проводит проверки по месту жительства, работы, учебы осужденного; посещает в любое время суток (за исключением ночного времени) жилище осужденного; наводит справки по месту жительства осужденного, по месту работы и (или) учебы осужденного о его поведении; в отношении осужденных, имеющих ограничения на посещение ими определенных общественных мест, не реже одного раза в месяц проводит проверки в соответствующих местах; своевременно применяет к осужденному установленные законом меры воздействия; принимает решение об использовании аудиовизуальных, электронных и иных технических средств надзора и контроля. 

Приказом Минюста России № 189, МВД России № 603, СК России №87, ФСБ России № 371 от 31.08.2020 утвержден Порядок осуществления контроля за нахождением подозреваемых или обвиняемых в месте исполнения меры пресечения в виде домашнего ареста и за соблюдением возложенных судом запретов подозреваемыми или обвиняемыми, в отношении которых в качестве меры пресечения избран запрет определенных действий, домашний арест или залог (зарегистрировано в Минюсте России 03.09.2020 № 59635), согласно п.18 которого для обеспечения контроля за соблюдением подозреваемым или обвиняемым, в отношении которого избрана мера пресечения в виде запрета определенных действий или залога, возложенных судом запретов Инспекция, в том числе принимает решение о применении технических средств контроля к подозреваемому или обвиняемому, в отношении которого избрана мера пресечения в виде запрета определенных действий или залога в установленном порядке. 

В силу ч. 1 ст. 107 УПК РФ, при применении к обвиняемому меры пресечения в виде домашнего ареста, он находится в изоляции от общества, с возложением на него запретов и осуществлением за ним контроля специализированным органом (уголовно-исполнительной инспекцией). На основании п. 19 указанного Приказа Минюста России N 189, МВД России №603, СК России № 87, ФСБ России № 371 от 31.08.2020 в целях соблюдения контроля за обвиняемым, к которому применения мера пресечения в виде домашнего ареста, УИИ принимает решение о применении технических средств контроля к обвиняемому, проводит проверки по месту исполнения меры пресечения в любое время, но не реже двух раз в неделю, а при применении технических средств контроля - не реже одного раза в неделю и пр. 

Пунктом 12 указанного Приказа указано на возможность, а не обязанность применения Инспекцией аудиовизуальных, электронных и иных технических средств с целью контроля за соблюдением подозреваемым или обвиняемым, в отношении которого избрана мера пресечения в виде запрета определенных действий или залога, возложенных судом запретов, а также подозреваемым или обвиняемым, в отношении которого избрана мера пресечения в виде домашнего ареста.

Таким образом, исходя из вышеперечисленных положений закона, межведомственных приказов и Инструкции следует вывод, что использование в отношении осужденных к ограничению свободы и лиц с установленной мерой пресечения в виде домашнего ареста, либо заперта определенных действий аудиовизуальных, электронных и иных технических средств надзора и контроля, является одним из видов мер, осуществляемых Инспекцией; положений об обязательности применения данной меры ко всем лицам, осужденным к ограничению свободы не предусмотрено. Доказательств обратного административным истцом не представлено, как и не указано, каким нормативам должно соответствовать необходимое количество технических средств, в том числе с учетом постоянно меняющегося количества поднадзорных лиц.

Кроме того, не допущено и бездействие со стороны административных ответчиков, поскольку имеющиеся в наличии исправные средства электронного контроля были использованы в 100% случаях, а также, как было указано выше, к подучетным лицам применяются иные меры контроля, предусмотренные Инструкцией.

Как следует из представленных суду документов, в целях обеспечения ФКУ УИИ УФСИН России по Самарской области техническими средствами ГИС СЭМПЛ с 19.09.2023 были осуществлены следующие мероприятия: еженедельные выезды сотрудников ФКУ ЦИТОВ УФСИН России по Самарской области в ФКУ УИИ с целью проведения мелкого оборудования ГИС СЭМПЛ; в ноябре 2023 года получено 85 СКУ, закупленных по государственному контракту от 06.10.2023, получено 12 СКУ, отремонтированных по государственному контракту от 17.05.2023, получено 56 модернизированных электронных браслетов, отремонтированных на безвозмездной основе Волгоградским филиалом ФКУ ГЦИТОС ФСИН России; в январе 2024 года до УФСИН России по Самарской области доведены лимиты бюджетных обязательств в размере 305 тыс.руб. на приобретение расходных материалов и комплектующих к оборудованию ГИС СЭИПЛ, на организацию ремонта указанного оборудования (т.1 л.д.100, 103-109, 160, 161-176, 197). 27.03.2023 ФСИН России довел лимиты бюджетных обязательств для организации ремонта оборудования ФГИС «Системы электронного мониторинга подконтрольных лиц», и 06.10.2023 между УФСИН и АО «ЦИТОС» заключен государственный контракт №0142100004123000038 от 06.10.2023 на общую сумму 2 227000 рублей, осуществлена закупка 85 стационарных контрольных устройств. Данные обстоятельства также свидетельствует о совершении административными ответчиками действий, направленных на увеличение количества работоспособных комплектов СЭМПЛ, что опровергает довод стороны истца об их бездействии.

При этом, не ставя под сомнение удобство СЭМПЛ в качестве одной из мер контроля поведения осужденных и целесообразность его применения, суд делает вывод, что приведенные стороной административного истца статистические данные о совершении 117 осужденными в период с 2020 по 2024 годы повторных преступлений в условиях неприменения к ним СЭМПЛ, не могут достоверно свидетельствовать о несовершении указанными лицами повторных преступлений и в случае применения к ним СЭМПЛ. Доказательств наличия прямой взаимосвязи между неприменением к обсуждаемой категории осужденных СЭМПЛ и совершении ими повторных преступлений, суду не представлено, носит предположительный характер.

В силу требований статьи 16 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации об обязательности судебных актов, статьи 187 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации об исполнении решения суда и разъяснений, данных в пункте 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 года N 23 "О судебном решении" решение суда должно быть исполнимым.

Судом принимается во внимание представленный расчет минимально необходимого, по мнению стороны истца, количества комплектов СЭМПЛ, наличие которого необходимо обеспечить на балансе ФКУ УИИ УФСИН России по Самарской области, выполненного путем средне-арифметического подсчета на конец года осужденных к ограничению свободы ((482+386+386+564+734) /5 = 510 чел.) и лиц с установленной мерой пресечения в виде домашнего ареста ((147+162+220+339+229) /5 = 219 чел.) за последние 5 лет (с 2020 года по 2024 год) и их последующего сложения (510+219=729), однако обращает внимание на ежегодное фактическое варьирование количества осужденных лиц от 386 человек на конец 2021 года до 734 человек – на конец 2024 года, в связи с чем и при отсутствии ссылки административного истца на конкретный норматив подсчета, которому должно соответствовать необходимое количество технических средств, полагает, что заявленное прокурором количество СЭМПЛ – не менее 729 штук, не может отражать реальную потребность филиалов ФКУ УИИ в данных технических устройствах с учетом постоянно меняющегося количества поднадзорных лиц с тенденцией в сторону увеличения.

Таким образом, суд приходит к выводу, что административным истцом не представлены доказательства, свидетельствующие о необходимости обязания административных ответчиков обеспечить на балансе ФКУ УИИ УФСИН России по Самарской области не менее 729 комплектов аудиовизуальных, электронных или иных технических средств надзора и контроля.

При таких обстоятельствах, основания для удовлетворения заявленных требований отсутствуют.

Поскольку судом не установлено оснований для удовлетворения административных требований прокурора в части признания незаконным бездействия ФКУ УИИ УФСИН России по Самарской области, УФСИН России по Самарской области и возложении на них обязанности устранить допущенные нарушения, соответственно, удовлетворению не подлежит и требование административного истца о возложении на ФСИН России обязанности по обеспечению финансирования мероприятий по обеспечению аудиовизуальными, электронными и иными техническими средствами надзора и контроля, при этом судом также принимается во внимание, что понуждение ФСИН России к выделению финансирования является ограничением права главного распорядителя средств федерального бюджета, выделенных для реализации возложенных на него функций, на самостоятельное решение вопросов, отнесенных к компетенции данного органа, и нарушает установленный ст.10 Конституции РФ принцип разделения властей.

Кроме того, как было указано выше, административным истцом в качестве основания административного иска указано невыполнение в полном объеме ФКУ УИИ УФСИН России по Самарской области, являющимся субъектом профилактики правонарушений, возложенной на него статьей 6 Федерального закона от 23.06.2016 №182-ФЗ функции, предусматривающей применение специальных мер профилактики правонарушений. 

Как предусмотрено ч. 2 ст. 4 Конституции Российской Федерации, Конституция Российской Федерации и федеральные законы имеют верховенство на всей территории Российской Федерации.

Прокурором, со ссылкой на отсутствие должного контроля со стороны должностных лиц ФКУ УИИ УФСИН России по Самарской области за поведением подотчетных лиц, фактически заявлено требование об обязании ФКУ УИИ УФСИН России по Самарской области и УФСИН России по Самарской области соблюдения законодательства, в частности, ст.60 УИК РФ, возлагающей на уголовно-исполнительные инспекции обязанность по осуществлению надзора за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы осуществляется и предусматривающей право уголовно-исполнительной инспекции использовать аудиовизуальные, электронные и иные технические средства надзора и контроля, путем увеличения количества их комплектов на балансе ФКУ УИИ УФСИН России по Самарской области, соотносимого с количеством лиц, осужденных к ограничению свободы, а также с установленной мерой пресечения в виде домашнего ареста, ЗОД и состоящих на учете в филиалах ФКУ УИИ УФСИН России по Самарской области, ссылаясь на имеющиеся случаи повторного совершения правонарушений указанной категорией лиц при неприменении к ним СЭМПЛ. 

Между тем, требование о соблюдении законодательства в соответствии со ст. 12 Гражданского кодекса Российской Федерации не является способом защиты, обеспечивающим восстановление нарушенного права, поскольку соблюдение закона является обязанностью всех участников гражданских правоотношений, а ответственность за несоблюдение требований закона предусматривается самим законом, и ее наступление не требует подтверждения отдельным судебным актом. В частности, неисполнение/ненадлежащее исполнение служебных обязанностей ответственными должностными лицами может повлечь их к привлечению, вплоть до уголовной, ответственности.

С учетом вышеизложенного, принимая во внимание, что целью судебной защиты является восстановление нарушенного или оспариваемого права и, следовательно, избранный стороной способ защиты нарушенного права должен соответствовать такому праву, должен быть направлен на его восстановление и может быть поддержан судом в том случае, если он действительно приведет к восстановлению нарушенного права или защите законного интереса, суд приходит к выводу об избрании административным истцом способа защиты и восстановления нарушенного права не соответствующим закону и характеру нарушенного права, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований.

Руководствуясь ст.ст. 175, 178-180 КАС РФ, суд

Р Е Ш И Л:

административные исковые требования заместителя прокурора Самарской области Бендовского Е.М. к ФКУ УИИ УФСИН России по Самарской области, УФСИН России по Самарской области, ФСИН России о признании незаконным бездействия ФКУ УИИ УФСИН России по Самарской области, УФСИН России по Самарской области в период с 01.01.2022 по 18.01.2024, выразившееся в необеспечении аудиовизуальными, электронными и иными техническими средствами надзора и контроля осужденных к ограничению свободы, а также обвиняемых и подозреваемых, в отношении которых избрана мера пресечения в виде домашнего ареста и запрета определенных действий, состоящих на учете в филиалах ФКУ УИИ УФСИН России по Самарской области, возложении обязанности на административных ответчиков устранить допущенные нарушения оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по административным делам Самарского областного суда через Железнодорожный районный суд г. Самары в течение одного месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Мотивированное решение составлено 18 февраля 2025 года.

Председательствующий судья п/п Е.В. Замулина

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>