Дело №2-1-42/2019

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

Кировский районный суд Калужской области

в составе председательствующего судьи Лунёвой Т.А.

при секретаре Азеевой Т.В.

рассмотрев в открытом судебном заседании в г.Кирове Калужской области 

21 января 2019 года,

дело по иску ФИО3 к Управлению Пенсионного фонда РФ в Кировском районе Калужской области о признании незаконным решения и назначении пенсии по случаю потери кормильца,

у с т а н о в и л:

30 ноября 2018 года ФИО3 обратился в суд с иском к ответчику, в котором просил признать незаконным решение ГУ Управление Пенсионного фонда РФ в Кировском районе Калужской области от 12.10.2018 года об отказе в назначении ему пенсии по случаю потери кормильца, установить факт нахождения его на иждивении у отца ФИО4, и обязать ответчика назначить ему пенсию по случаю потери кормильца с 30 августа 2018 года до достижения возраста 23 лет либо до окончания учебного заведения по очной форме обучения. В обоснование иска указал, что он является студентом третьего курса 

<

данные изъяты>. Его отец ФИО4 умер ДД.ММ.ГГГГ. 1 октября 2018 года он обратился к ответчику с заявлением об установлении ему пенсии по случаю потери кормильца, в удовлетворении которого ему было отказано в связи с тем, что факт нахождения его на иждивении отца не установлен. Его родители не состояли в браке, и совместно не проживали, он проживал с матерью. Его отец имел довольно высокий уровень дохода, владел дорогими автомобилями, постоянно оказывал ему материальную помощь, уплачивал алименты на его содержание, всегда отдавал его матери деньги в объеме, значительно большем, нежели он был обязан уплачивать по исполнительному листу. После достижения им совершеннолетия и до момента своей гибели отец постоянно передавал ему через мать и других родственников деньги на одежду, продукты питания и расходы, связанные с обучением в ВУЗе. Материальная помощь, оказываемая отцом, являлась для него основным источником средств к существованию. Считает, что в силу действующего законодательства – ч.1 ст.10 Федерального закона «О страховых пенсиях», он имеет право на получение пенсии по случаю потери кормильца. 

Истец ФИО3 в судебном заседании исковые требования поддержал, просил удовлетворить, представив доводы, изложенные в исковом заявлении. Также пояснил, что денежные средства отец ему передавал лично, либо через мать или через ФИО2. Кроме того, отец купил ему куртку на рынке, дал денег на приобретение мобильного телефона.

Представитель ответчика по доверенности ФИО5 в судебном заседании иск не признала, пояснив, что наличие источника дохода у умершего ФИО4 документально не установлено, трудовая книжка не предъявлена. Согласно выписке из лицевого счета застрахованного лица трудовая деятельность его осуществлялась до 31.12.2017 года.

Выслушав объяснения сторон, изучив материалы дела, суд находит иск подлежащим удовлетворению по следующим основаниям:

В судебном заседании установлено, что истец ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ рождения, является сыном ФИО4 и ФИО1, что подтверждается свидетельством о рождении (л.д.8). 

Согласно свидетельству о смерти серии 1-НК № от 17 сентября 2018 года, ФИО4 умер ДД.ММ.ГГГГ (л.д.9).

Из справки 

<

данные изъяты> от 12.09.2018 года №, следует, что ФИО3 является студентом 3 курса бакалавриата в 2018/2019 учебном году, очной дневной формы обучения (л.д.7).

В судебном заседании установлено и сторонами не оспаривалось, что 1 октября 2018 года истец обратился к ответчику с заявлением о назначении ему пенсии по случаю потери кормильца. 

Решением УПФР в Кировском районе от 12.10.2018 года в назначении пенсии по случаю потери кормильца истцу отказано, поскольку факт нахождения его на иждивении ФИО4 не установлен (л.д.5).

Из платежных поручений о перечислении денежных средств за 2016 год, следует, что ФИО4 было перечислено на содержание сына: 3 000 руб. - 12.12.2016 года, 5 000 руб. – 08.09.2016 года, 20 000 руб. – 14.06.2016 года, 30 000 руб. 27.04.2016 года (л.д.49-52) 

По сведениям судебного пристава-исполнителя от 11.01.2019 года задолженность по алиментам отсутствует (л.д.65).

Согласно расписке ФИО1 от 13.12.2016 года имеющаяся задолженность в сумме 106 635 руб. 35 коп. была ФИО4 оплачена (л.д.66).

Допрошенная в судебном заседании свидетель ФИО1, суду пояснила, что она является матерью истца. Она не состояла в зарегистрированном браке с ФИО4, но совместно с ним она проживала в течение 15 лет, с 1995 года по 2010 год. Ей хорошо известно, что ФИО4 имел значительный доход, он работал неофициально, строил бани, крыши домов, копал и чистил колодцы. Его доход составлял в период их совместной жизни от 50 000 руб. до 100 000 руб. После прекращения брачных отношений он платил алименты, задолженности по алиментам нет, сумма ежемесячных алиментов перечислялась на ее сберкнижку. Ее заработная плата всегда была незначительной 10 000 -12 000 руб. Сын не работает, так как учится в ВУЗе на дневной (очной) форме обучения. ФИО4 всегда ему помогал материально, год назад купил куртку зимнюю, всегда передавал ему в наличной форме деньги, как лично, так и через нее и ФИО2 – ее родственницу (л.д.55).

Допрошенная в судебном заседании свидетель ФИО2, пояснила, что является троюродной сестрой ФИО3, поскольку ФИО1 приходится ей двоюродной тетей (ее мать и ФИО1 являются двоюродными сестрами). Семью М-ных она знает давно, ей хорошо известно, что ФИО4 материально обеспечивал своего сына ФИО3, поскольку хорошо зарабатывал, имел дорогую автомашину, он строил бани, крыши домов, копал и чистил колодцы. Через нее он постоянно передавал для сына ФИО3 деньги, однажды около года назад он передал ей пять тысяч рублей одной купюрой, в другие случаи он передал ей деньги в конверте для сына, поэтому суммы ей были неизвестны. Дважды деньги для истца передавались ФИО4 через ее мужа (л.д.55).

Оснований не доверять показаниям указанных свидетелей у суда не имеется, поскольку их показания соответствуют другим исследованным судом доказательствам: данным сберегательной книжки на имя ФИО1, платежным поручениям о перечислении денежных средств за 2016 год, сведениям судебного пристава-исполнителя от 11.01.2019 года, расписке от 13.12.2016 года об отсутствии задолженности по взысканным алиментам (л.д.49-52,65,66).

Судом установлено, что родители истца в браке не состояли, истец проживал с матерью, а умерший ФИО4 проживал по иному адресу.

В связи со смертью отца ФИО4 истец обратился к нотариусу с заявлением о принятии наследства, что подтверждается материалами наследственного дела №, из которых следует, что ФИО4 принадлежит на праве собственности домовладение № по 

<

адрес> (л.д.19-39).

Положения ст.4 Федерального закона от 28 декабря 2013 года №400-ФЗ «О страховых пенсиях» устанавливают круг лиц, имеющих право на страховую пенсию, к которым относятся граждане Российской Федерации, застрахованные в соответствии с Федеральным законом от 15 декабря 2001 года №167-ФЗ «Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации», при соблюдении ими условий, предусмотренных настоящим Федеральным законом (ч.1), а нетрудоспособные члены семей указанных граждан имеют право на страховую пенсию в случаях, предусмотренных ст.10 настоящего Федерального закона (ч.2).

Условия назначения страховой пенсии по случаю потери кормильца определены в ст.10 Федерального закона от 28 декабря 2013 года №400-ФЗ «О страховых пенсиях», в соответствии с которыми право на страховую пенсию по случаю потери кормильца имеют нетрудоспособные члены семьи умершего кормильца, состоявшие на его иждивении (за исключением лиц, совершивших уголовно наказуемое деяние, повлекшее за собой смерть кормильца и установленное в судебном порядке) (ч.1 ст.10).

Нетрудоспособными членами семьи умершего кормильца признаются дети, братья, сестры и внуки умершего кормильца, не достигшие возраста 18 лет, а также дети, братья, сестры и внуки умершего кормильца, обучающиеся по очной форме обучения по основным образовательным программам в организациях, осуществляющих образовательную деятельность, в том числе в иностранных организациях, расположенных за пределами территории Российской Федерации, если направление на обучение произведено в соответствии с международными договорами Российской Федерации, до окончания ими такого обучения, но не дольше чем до достижения ими возраста 23 лет или дети, братья, сестры и внуки умершего кормильца старше этого возраста, если они до достижения возраста 18 лет стали инвалидами. При этом братья, сестры и внуки умершего кормильца признаются нетрудоспособными членами семьи при условии, что они не имеют трудоспособных родителей (п.1 ч.2 ст.10).

Члены семьи умершего кормильца признаются состоявшими на его иждивении, если они находились на его полном содержании или получали от него помощь, которая была для них постоянным и основным источником средств к существованию (ч.3 ст.10).

Иждивение детей умерших родителей предполагается и не требует доказательств, за исключением указанных детей, объявленных в соответствии с законодательством Российской Федерации полностью дееспособными или достигших возраста 18 лет (ч. 4 ст. 10).

Страховая пенсия по случаю потери кормильца устанавливается независимо от продолжительности страхового стажа кормильца из числа застрахованных лиц, а также от причины и времени наступления его смерти, за исключением случаев, предусмотренных ч.11 настоящей статьи (ч.10 ст.10).

При решении вопроса о праве истца на получение пенсии по случаю потери кормильца, подлежат применению положения ч.4 ст.10 Федерального закона от 28 декабря 2013 года №400-ФЗ «О страховых пенсиях», предусматривающие необходимость доказывания факта нахождения совершеннолетних детей на иждивении умерших родителей, поскольку законодательно предоставленная гражданину, достигшему возраста 18 лет, возможность работать и получать заработную плату, осуществлять предпринимательскую деятельность и получать доход, т.е. иметь собственный источник средств к существованию и самостоятельно распоряжаться им, влечет необходимость проверки этих фактов при принятии решения о праве на получение пенсии по случаю потери кормильца.

Согласно правовой позиции, изложенной Конституционным судом РФ в Постановлении от 05.12.2017 года №36-П, само по себе предоставление детям умершего кормильца, обучающимся в организациях, осуществляющих образовательную деятельность, возможности получать страховую пенсию по случаю потери кормильца, в том числе после достижения совершеннолетнего возраста, в полной мере согласуется с положениями Конституции Российской Федерации (статья 7, часть 2; статья 39, часть 1), а также международно-правовых актов в области социального обеспечения. В частности, в соответствии с подпунктом "h" пункта 1 статьи 1 Конвенции МОТ 1967 года №128 «О пособиях по инвалидности, по старости и по случаю потери кормильца» (Российской Федерацией не ратифицирована) термин «ребенок» может охватывать не только лиц, не достигших возраста окончания обязательного школьного образования, но и перешагнувших данный возрастной рубеж, - при условии, что они проходят курс ученичества или продолжают учебу.

При этом возникновение у детей умершего кормильца после достижения ими возраста 18 лет права на получение пенсии по случаю потери кормильца обусловлено не просто самим фактом их обучения в организациях, осуществляющих образовательную деятельность, а освоением ими исключительно основных образовательных программ и лишь по очной форме обучения.

Согласно правовым позициям, изложенным в судебных актах Конституционного Суда РФ, при освоении лицом образовательной программы в очной форме - в отличие от обучения по очно-заочной (вечерней) и заочной формам - устанавливается максимальный объем аудиторной учебной нагрузки, что предполагает обучение в качестве основного вида деятельности данного лица; исходя из этого, специфика организации учебного процесса в рамках названной формы получения образования существенно ограничивает возможности приобретения детьми умершего кормильца, обучающимися по очной форме обучения в организациях, осуществляющих образовательную деятельность, постоянного источника средств к существованию за счет самостоятельной трудовой деятельности, а потому отнесение их к числу нетрудоспособных членов семьи умершего кормильца, имеющих право на получение пенсии по случаю потери кормильца, обусловлено тем, что эти дети, лишившись необходимого материального содержания, для завершения процесса обучения нуждаются в поддержке со стороны государства (Постановление от 27 ноября 2009 года №18-П, Определение от 17 декабря 2008 года №1071-О-О).

Ответчиком при принятии оспариваемого решения не были учтены как вышеуказанные правовые позиции, так и то обстоятельство, что истец обучается в 

<

данные изъяты>, на очной дневной форме обучения и самостоятельного дохода не имеет.

Как разъяснено в пункте 4 постановления Пленума Верховного Суда СССР «О судебной практике по делам об установлении фактов, имеющих юридическое значение» от 21 июня 1985 года №9, суды должны иметь ввиду, что установление факта нахождения лица на иждивении умершего имеет значение для получения наследства, назначения пенсии или возмещения вреда, если оказываемая помощь являлась для заявителя постоянным и основным источником средств к существованию. В тех случаях, когда заявитель имел заработок, получал пенсию, стипендию и т.п., необходимо выяснять, была ли помощь со стороны лица, предоставлявшего содержание, постоянным и основным источником средств к существованию заявителя.

Ответчиком не оспаривалось и подтверждается данными выписки из индивидуального лицевого счета на имя ФИО4, что последним осуществлялась трудовая деятельность в период с 14.03.2015 года по 31.12.2017 года (л.д.75,76).

Сам по себе факт отсутствия официального трудоустройства ФИО4 в 2018 году не свидетельствует об отсутствии у него фактического дохода, позволяющего ему оказывать сыну материальную помощь, которая была для него постоянным и основным источником средств к существованию.

Из справок формы 2-ндфл на имя матери истца – ФИО1, следует, что ее ежемесячный доход в 2017 году составлял 10 400 руб., в 2018 году - 5 600 руб. (л.д.63,64). 

Сведений о наличии дополнительных доходов у истца, помимо помощи отца и матери в деле не имеется.

При таких обстоятельствах, на момент обращения к ответчику за назначением пенсии истец ФИО3, достигший возраста 18 лет на момент смерти кормильца, не работающий и представивший сведения о прохождении обучения по очной форме по образовательным программам, имеет право на назначение ему пенсии по случаю потери кормильца в порядке, предусмотренном Федеральным законом от 28 декабря 2013 года №400-ФЗ «О страховых пенсиях» на период обучения по очной форме по основным образовательным программам в организациях, осуществляющих образовательную деятельность до окончания такого обучения, но не дольше чем до достижения возраста 23 лет.

В силу части 1 и 5 статьи 22 Федерального закона от 28 декабря 2013 года №400-ФЗ, страховая пенсия назначается со дня обращения за указанной пенсией, за исключением случаев, предусмотренных частями 5 и 6 настоящей статьи, но во всех случаях не ранее чем со дня возникновения права на указанную пенсию.

Страховая пенсия по случаю потери кормильца назначается со дня смерти кормильца, если обращение за указанной пенсией последовало не позднее чем через 12 месяцев со дня его смерти, а при превышении этого срока - на 12 месяцев раньше того дня, когда последовало обращение за указанной пенсией.

Руководствуясь статьями 194 - 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

Признать незаконным решение ГУ Управление Пенсионного фонда РФ в Кировском районе Калужской области от 12.10.2018 года об отказе в назначении ФИО3 пенсии по случаю потери кормильца.

Обязать ГУ Управление Пенсионного фонда РФ в Кировском районе Калужской области назначить ФИО3 пенсию по случаю потери кормильца с 30 августа 2018 года до достижения им возраста 23 лет либо до окончания обучения по очной форме.

Решение может быть обжаловано в Калужский областной суд в течение месяца со дня его изготовления в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Кировский районный суд.

Председательствующий: Т.А.Лунёва

Решение в окончательной форме изготовлено 25 января 2019 года