№ 44г-137/2019

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

президиума Хабаровского краевого суда

г. Хабаровск 26 августа 2019 года

Президиум Хабаровского краевого суда в составе:

председательствующего Барабанова С.Г., 

членов президиума Мироновой Л.Ю., Хохловой Е.Ю.,

ФИО1, 

при секретаре Павловой Е.В.,

рассмотрел в открытом судебном заседании дело по иску Министерства внутренних дел России в интересах Российской Федерации к ФИО2 о возмещении ущерба, причиненного незаконными действиями, в порядке регресса по кассационной жалобе ФИО2 на апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Хабаровского краевого суда от 28 февраля 2019 года.

Заслушав доклад судьи Куликовой И.И., объяснения представителя Министерства внутренних дел Российской Федерации ФИО3, президиум Хабаровского краевого суда

у с т а н о в и л:

Министерство внутренних дел Российской Федерации обратилось в суд с иском к ФИО2 о возмещении материального ущерба в размере 145988 рублей.

Иск обоснован тем, что вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Хабаровского края от 30 июня 2017 года с Российской Федерации, в лице МВД России, за счет средств казны Российской Федерации, в пользу Территориально-соседской общины коренных малочисленных народов Дальнего Востока Российской Федерации «Заря» взысканы убытки, вызванные порчей изъятого мяса краба, в размере 140 774 рубля, расходы на оплату государственной пошлины в размере 5214 рублей. Решение суда исполнено, платежным поручением № от 1 февраля 2018 года денежные средства перечислены соседской общине «Заря». 

В связи с указанными обстоятельствами ОМВД по Охотскому району проведена служебная проверка, основываясь на заключении которой от 15.02.2018 истец полагает, что данные убытки причинены по вине дознавателя группы дознания отдела МВД России по Охотскому району ФИО2, нарушившей при производстве дознания по уголовному делу, возбужденному по факту незаконной добычи водных биоресурсов, пункты 1, 2 статьи 12 Федерального закона от 30.11.2011 № 342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации», пункты 7, 9, 11 Должностного регламента, что выразилось в несвоевременном установлении продукции относящейся к вещественным доказательствам, несвоевременном возвращении соседской общине «Заря» продукции, непризнанной вещественным доказательством. 

В ходе судебного разбирательства истец уточнил основание иска, предоставил заключение повторной служебной проверки от 24.10.2018 в связи с отменой заключения служебной проверки от 15.02.2018, и поскольку повторной служебной проверкой установлена вина ответчика в причинении убытков, просил взыскать с ответчика в пользу МВД России ущерб в размере 145 988 рублей. 

Решением Охотского районного суда Хабаровского края от 19 ноября 2018 года в удовлетворении исковых требований Министерства внутренних дел Российской Федерации отказано. 

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Хабаровского краевого суда от 28 февраля 2019 года, принятым по апелляционной жалобе Министерства внутренних дел Российской Федерации, решение суда первой инстанции отменено, принято новое решение об удовлетворении исковых требований в части.

С ФИО2 в пользу Министерства внутренних дел Российской Федерации в счет возмещения материального ущерба, в порядке регресса, взыскано 101 140 рублей 09 копеек, в местный бюджет взыскана государственная пошлина в размере 3 229 рублей 80 копеек.

В удовлетворении остальной части иска отказано.

В кассационной жалобе ФИО2, поступившей в Хабаровский краевой суд 6 июня 2019 года, ставится вопрос об отмене постановления суда апелляционной инстанции, ссылаясь на допущенные судом апелляционной инстанции существенные нарушения норм материального и процессуального права.

По запросу судьи Хабаровского краевого суда от 3 июля 2019 года гражданское дело истребовано в Хабаровский краевой суд для проверки в кассационном порядке, дело поступило 15 июля 2019 года.

Определением судьи Хабаровского краевого суда от 3 июля 2019 года приостановлено исполнение апелляционного определения судебной коллегии по гражданским делам Хабаровского краевого суда от 28 февраля 2019 года до окончания производства в суде кассационной инстанции.

Определением судьи Хабаровского краевого суда от 9 августа 2019 года кассационная жалоба ФИО2 передана для рассмотрения в судебном заседании президиума Хабаровского краевого суда.

В судебное заседание ФИО2 не явилась, о времени и месте рассмотрения дела извещена надлежащим образом, об отложении рассмотрения дела не просила. 

В соответствии с частью 2 статьи 385 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации кассационная жалоба рассмотрена в отсутствие не явившихся лиц, участвующих в деле. 

Заслушав представителя Министерства внутренних дел Российской Федерации ФИО3, возражавшего против удовлетворения кассационной жалобы, изучив материалы гражданского дела, обсудив доводы кассационной жалобы и возражений относительно приведенных в ней доводов, президиум Хабаровского краевого суда находит кассационную жалобу подлежащей удовлетворению в части. 

Основаниями для отмены или изменения вступивших в законную силу судебных постановлений являются существенные нарушения норм материального или процессуального права, повлиявшие на исход дела, без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов (статья 387 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Такие нарушения были допущены судом апелляционной инстанции при рассмотрении и разрешении настоящего дела.

При разрешении дела судами установлено и из материалов дела следует, что 15 августа 2014 года начальником ОУУП и ПДН ОМВД по Охотскому району ФИО4 на основании сообщения от оперативного дежурного о незаконной добыче водно-биологических ресурсов (КУСП № от 15.08.2014) был произведен осмотр места происшествия – участка местности, расположенного в бухте Ейиринейская в Охотском районе Хабаровского края. 

В ходе осмотра начальником ОУУП и ПДН ОМВД по Охотскому району ФИО4 были изъяты: 

10 куботейнеров, емкостью 23 л. каждый, с замороженным мясом краба; 

15 пустых куботейнеров, емкостью 23 л. каждый; 

4 пустых куботейнера с остатками мяса краба;

3 таза с частями краба (конечности, клешни);

4 куботейнера, емкостью 23 л. каждый, с частями мяса краба;

4 куботейнера, емкостью 23 л. каждый, с панцирями краба;

картонная коробка с шестью пустыми емкостями по 1 л. каждый;

металлическая сетка;

документация (т.2, л.д. 10 – 13).

Согласно акту приема-передачи от 15.08.2014 изъятая продукция, в качестве вещественных доказательств, была передана начальником ОУУП и ПДН ОМВД по Охотскому району ФИО4 на ответственное хранение представителю ООО «Побережное» ФИО5 (т.2, л.д.31). 

26.08.2014 начальником ОУУП и ПДН ОМВД по Охотскому району ФИО4 в присутствии понятых и специалиста ФИО6 (заведующего Охотской лабораторией Хабаровского филиала ТИНРО) в икорном цехе рыбопромысловой компании «Кухтуй» в 

<

адрес> произведен повторный осмотр указанной продукции (л.д. 35-37, т.2), после чего по акту приема-передачи ФИО4 передал её на ответственное хранение представителю ООО «Побережное» ФИО5 (т.2, л.д. 38). 

Срок проверки по материалу КУСП № от 15.08.2014 неоднократно продлевался начальником ОМВД по Охотскому району ФИО4

17.09.2014 начальником ОМВД по Охотскому району принято решение о передаче данного материала проверки в группу дознания ОМВД по Охотскому району на основании рапорта начальника ОУУП и ПДН ОМВД по Охотскому району ФИО4 от 14.09.2014 об обнаружении признаков преступления (КУСП № от 14.09.2014) (т.2, л.д. 46).

Материал проверки по факту изъятия водно-биологических ресурсов 15.08.2014 впервые поступил в группу дознания 17.09.2014 и в разные периоды находился в производстве сначала начальника группы дознания ОМВД по Охотскому району ФИО7, а затем, с ноября 2014 года, – в производстве дознавателя группы дознания ОМВД России по Охотскому району ФИО2, по ходатайству которых в установленном законом порядке продлевались сроки проверки сообщения о преступления (ч. 3 ст. 144 УПК РФ), принимались постановления об отказе в возбуждении уголовного дела по п.п. «а», «б», «в», «г» ст. 256 УК РФ за отсутствием события преступления (т.2, л.д. 47, 54-56), которые были отменены прокурором Охотского района (т.2, л.д. 50, 60).

01.11.2014 между ОМВД по Охотскому району, в лице его начальника ФИО8, и ИП ФИО5 заключен договор об ответственном хранении на срок до 30.10.2017, по которому последний обязался безвозмездно хранить переданную ему крабовую продукцию по адресу: 

<

адрес> и выдать её ОМВД России по Охотскому району (т.2, л.д. 119-121).

05.12.2014 дознавателем ФИО2 возбуждено уголовное дело N 158725 по признакам преступления, предусмотренного п. «в» ч. 1 ст. 256 УК РФ, в отношении неустановленного лица по факту незаконной добычи водных биологических ресурсов в период времени до 15.08.2014.

Срок производства дознания по уголовному делу в установленном законом порядке неоднократно продлевался прокурором Охотского района.

Данное уголовное дело в разные периоды находилось в производстве дознавателя ФИО2 и и.о. начальника группы дознания ОМВД России по Охотскому району Груденко А.С. (т.1, л.д. 67; т. 2, л.д. 144-145). 

Так, дознавателем ФИО2 05.12.2014 принято постановление о признании потерпевшим государства Российской Федерации (т.2, л.д. 62-63); 22.12.2014 – постановление о допуске к участию в деле начальника отдела государственного контроля, надзора и рыбоохраны по Охотскому району ФИО9 в качестве представителя (законного представителя) потерпевшего, гражданского истца – государства Российской Федерации (т.2, л.д. 64); 09.12.2014 – постановление о признании ФИО6 (заведующий Охотской лабораторией Хабаровского филиала ФГУП «ТИНРО Центр») специалистом по уголовному делу (т.2, л.д. 68).

10.03.2015 дознавателем ФИО2 произведена выемка у ИП ФИО5 и осмотр по его адресу: 

<

адрес>, изъятых 15.08.2014 водных биоресурсов: 

10 куботейнеров, емкостью 23 л. каждый, с мясом краба; 

4 куботейнера, емкостью 23 л. каждый, с панцирями (карапаксами) краба камчатского; 

8 куботейнеров, емкостью 23 л. каждый, с конечностями и клешнями камчатского краба. 

В ходе осмотра с участием специалиста ФИО6 и свидетеля ФИО5 установлено, что все карапаксы (панцири) относятся к камчатскому крабу, 88 из которых в диаметре менее 13 см. После осмотра вся продукция упакована и опечатана (т. 1, л.д. 70-78).

В этот же день, на основании постановления дознавателя ФИО2 от 10.03.2015, осмотренная продукция признана вещественными доказательствами, приобщена к уголовному делу и в этот же день, по акту приема-передачи, передана на ответственное хранение ИП ФИО5 (т. 1, л.д. 79; т. 2, л.д. 118).

Постановлением от 03.05.2015 об установлении обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела, дознавателем ФИО2 установлен факт законного осуществления добычи краба камчатского соседской общиной «Заря» в бухте Ейиринейской в период с 01.08.2014 по 30.09.2014 на основании квоты на добычу водных биоресурсов от 05.02.2014, выданной Амурским территориальным управлением Федерального агентства по рыболовству Территориально-соседской общине коренных малочисленных народов Севера «Озерпах», с которой общиной «Заря» заключен договор возмездного оказания услуг от 02.06.2014.

Этим же постановлением добыча 88 экземпляров камчатского краба с размером карапакса (панциря) менее 13 см. в диаметре, изъятого 15.08.2014, признана незаконной, с нарушением ст. 19 Правил рыболовства для Дальневосточного рыбохозяйственного бассейна, установлен причиненный государству ущерб от незаконной добычи 88 экземпляров краба камчатского с размером карапакса менее 13 см. в диаметре в размере 73 480 рублей (т.1, л.д. 81).

В связи с установлением указанных обстяотельств, 03.05.2015 дознавателем ФИО2 принято решение о возвращении 10 куботейнеров с мясом краба камчатского и 8 куботейнеров с конечностями и клешнями камчатского краба, по 23 л. каждый, изъятых 15.08.2014, представителю соседской общины «Заря» ФИО10 и снятии с указанной продукции статуса вещественных доказательств по делу (т.1, л.д. 83).

04.05.2015 в адрес ФИО10 (представителю соседской общины «Заря») ФИО2 направлено уведомление о явке в ОМВД по Охотскому району для получения изъятой крабовой продукции 15.08.2014, с которой снят статус вещественных доказательств по уголовному делу (т.1, л.д. 85), после чего, с 04.05.2015 производство по делу приостановлено, в связи с необходимостью установления и розыска лица, подлежащего привлечению в качестве обвиняемого; начальнику ОУР ОМВД России по Охотскому району поручено организовать розыск лиц, причастных к совершению преступления (т.2, л.д. 143).

05.09.2015 приостановление производства по делу отменено, дознание по уголовному делу возобновлено и.о. начальника группы дознания ОМВД по Охотскому району Груденко А.С., дело принято к своему производству, 07.09.2015 - передано дознавателю ФИО2, а 10.09.2015 - изъято из производства дознавателя ФИО2 в связи с перераспределением нагрузки и вновь принято к своему производству Груденко А.С. (т. 2, л.д. 144, 147, 151-152).

05.10.2015 настоящее дело изъято из производства дознавателя Груденко А.С. прокурором Охотского района и направлено в следственную группу ОМВД России по Охотскому району для производства предварительного расследования, где 30.05.2016 по акту приема-передачи были возвращены представителю соседской общины «Заря» ФИО10 предметы, изъятые 15.08.2014, не признанные вещественными доказательствами (10 куботейнеров с мясом краба камчатского и 8 куботейнеров с конечностями и клешнями камчатского краба, по 23 л. каждый) (т. 2, л.д. 180), а 13.12.2016 следователем следственной группы ОМВД России по Охотскому району ФИО11 принято постановление о прекращении уголовного дела в связи с истечением сроков давности уголовного преследования (т.2, л.д. 159, 182). 

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Хабаровского края от 30 июня 2017 года с Российской Федерации, в лице МВД России, за счет средств казны Российской Федерации взыскано в пользу Территориально-соседской общины коренных малочисленных народов Дальнего Востока «Заря» убытки, вызванные порчей изъятого мяса краба, в сумме 140 774 рублей, расходы по оплате государственной пошлины в размере 5 214 рублей.

Указанные денежные средства, в общей сумме 145 988 рублей, перечислены Территориально-соседской общине коренных малочисленных народов Дальнего Востока «Заря» платежным поручением № от 1 февраля 2018 года. 

Заключением служебной проверки, утвержденной начальником ОМВД России по Охотскому району 15 февраля 2018 года, установлен факт нарушения ФИО2 пунктов 7, 9, 11 Должностного регламента, выразившегося в непринятии всех мер, направленных на сохранность вещественных доказательств и установление лица, совершившего преступление (т. 1, л.д. 55 – 58).

Данное заключение служебной проверки ФИО2 было оспорено в суде, по результатам рассмотрения спора производство по делу было прекращено в связи с отказом ФИО2 от иска в связи с добровольным удовлетворением ответчиком предъявленного требования и отменой результатов служебной проверки (. 1, л.д. 116). 

Заключением повторно проведенной служебной проверки, утвержденной и.о. заместителя начальника ОМВД России по Охотскому району 24 октября 2018 года, установлен факт причинения материального ущерба соседской общине «Заря» в сумме 147 260 рублей в связи с нарушением дознавателем группы дознания ОМВД России по Охотскому району ФИО2 требований пункта 7 части 1 статьи 13 Федерального закона от 30.11.2011 N342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», выразившемся в недобросовестном исполнении своих служебных обязанностей (т. 1, л.д. 136-143).

Отказывая в удовлетворении предъявленного иска, суд первой инстанции исходил из того, что нарушений требований служебной дисциплины ри производстве дознания по уголовному делу N 158725, на которые указывает истец и которые могли повлечь причинение убытков Территориально-соседской общине «Заря» в действиях ФИО2 не установлено. Истцом не представлено доказательств надлежащего хранения изъятой крабовой продукции до её поступления в распоряжение ФИО2, при том, что после изъятия 15.08.2014 и до поступления в распоряжение ответчика она дополнительно осматривалась (26.08.2014), размораживалась, извлекалась из тары, взвешивалась и замораживалась повторно иными лицами, доказательств её надлежащего состояния в материалах дела не имеется. Решение о передаче изъятой продукции на ответственное хранение принималось не ФИО2, а иным сотрудником; ФИО2 производился один осмотр карапаксов краба, статус вещественных доказательств с которых не снимался, при этом крабовая продукция из рефрижератора (места хранения) фактически не извлекалась, не размораживалась и каких-либо манипуляций с ней не производилось. Заключение служебной проверки не отражает обстоятельств и не содержит оценки с точки зрения влияния действий сотрудников ОМВД по Охотскому району на сохранность изъятых биоресурсов, факт совершения ответчиком незаконных действий (бездействия) не установлен; приведенные в заключении служебной проверки суждения о длительном производстве дознания ответчиком, неправомерном приобщении к делу крабовой продукции в качестве вещественных доказательств носят обобщенный характер и не содержат указания на конкретные действия ответчика, находящиеся в причинно-следственной связи с причинением ущерба. 

Не согласившись с приведенными выводами суда первой инстанции, суд апелляционной инстанции отменил решение районного суда, указав о том, что ответчик проходит службу в органах внутренних дел; решением Арбитражного суда Хабаровского края от 30 июня 2017 года с Российской Федерации, в лице МВД России, за счет казны в пользу соседской общины «Заря» взысканы убытки, вызванные порчей изъятого мяса краба; заключением служебной проверки от 24.10.2018 установлен факт ненадлежащего исполнения ответчиком требований законодательства, выразившегося в длительности дознания, ошибочном приобщении крабовой продукции к делу в качестве вещественных доказательств и несвоевременном её возвращении законному владельцу, исходя из чего судом апелляционной инстанции сделан вывод об отсутствии оснований для возложения на ФИО2 материальной ответственности в полном размере и наличии оснований для взыскания с ФИО2 ущерба в размере среднемесячного заработка. 

Президиум Хабаровского краевого суда находит выводы суда апелляционной инстанции постановленными при нарушении норм процессуального права и неправильном применении норм права, регулирующих материальную ответственность сотрудника органов внутренних дел Российской Федерации. 

Согласно статье 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Из данной нормы следует, что действия (или бездействие) органов государственной власти или их должностных лиц, причинившие вред любому лицу влекут возникновение у государства обязанности этот вред возместить, а каждый пострадавший от незаконных действий органов государственной власти или их должностных лиц наделяется правом требовать от государства справедливого возмещения вреда.

При этом, как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации в своих решениях, государство, по смыслу статьи 53 Конституции Российской Федерации, несет обязанность возмещения вреда, связанного с осуществлением государственной деятельности в различных ее сферах, независимо от возложения ответственности на конкретные органы государственной власти или должностных лиц (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 1 декабря 1997 г. N 18-П; определения Конституционного Суда Российской Федерации от 4 июня 2009 г. N 1005-О-О, от 25 мая 2017 г. N 1117-О, от 16 января 2018 г. N 7-О).

Помимо общих оснований деликтной ответственности (статья 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации), законодатель, реализуя требования статьи 53 Конституции Российской Федерации, закрепил в статье 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и порядок возмещения государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти и их должностных лиц.

Согласно статье 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Статьей 1071 Гражданского кодекса Российской Федерации определены органы и лица, выступающие от имени казны при возмещении вреда за ее счет.

В силу пункта 1 статьи 1081 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, возместившее вред, причиненный другим лицом (работником при исполнении им служебных, должностных или иных трудовых обязанностей, лицом, управлявшим транспортным средством, и т.п.), имеет право обратного требования (регресса) к этому лицу в размере выплаченного возмещения, если иной размер не установлен законом.

Из приведенных нормативных положений в их системной взаимосвязи следует, что в случае причинения вреда гражданину или юридическому лицу незаконными действиями (бездействием) должностных лиц государственных органов при исполнении ими служебных обязанностей его возмещение производится в порядке, предусмотренном гражданским законодательством Российской Федерации, за счет соответствующей казны (казны Российской Федерации или казны субъекта Российской Федерации). При этом обязанность по возмещению вреда, причиненного гражданину или юридическому лицу в порядке главы 59 Гражданского кодекса Российской Федерации за счет казны Российской Федерации или казны субъекта Российской Федерации, возникает в случае установления вины должностных лиц государственных органов в причинении данного вреда. Стороной в этих обязательствах (обязательствах по возмещению вреда, предусмотренных статьей 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации), является государство (Российская Федерация, субъект Российской Федерации) в лице соответствующих органов, которые выступают от имени казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации при возмещении вреда за ее счет. В свою очередь, Российская Федерация, субъект Российской Федерации в лице соответствующих органов, возместившие вред, причиненный должностным лицом государственных органов при исполнении им служебных обязанностей, имеют право обратного требования (регресса) к этому лицу, которое непосредственно виновно в совершении неправомерного деяния (действия или бездействия). В этом случае такое должностное лицо несет регрессную ответственность в размере выплаченного возмещения (полном объеме), если иной размер не установлен законом.

По данному делу истцом предъявлено требование о возмещении в порядке регресса вреда, причиненного порчей крабовой продукции, изъятой в ходе расследования по уголовному делу, проводимому ОМВД по Охотскому району Хабаровского края. 

Вред, причиненный гражданам и организациям противоправными действиями (бездействием) сотрудника органов внутренних дел при выполнении им служебных обязанностей, подлежит возмещению в порядке, установленном законодательством Российской Федерации. В случае возмещения Российской Федерацией вреда, причиненного противоправными действиями (бездействием) сотрудника, федеральный орган исполнительной власти в сфере внутренних дел имеет право обратного требования (регресса) к сотруднику в размере выплаченного возмещения, для чего федеральный орган исполнительной власти в сфере внутренних дел может обратиться в суд от имени Российской Федерации с соответствующим исковым заявлением (часть 5 статьи 15 Федерального закона от 30 ноября 2011 г. N 342-ФЗ).

За ущерб, причиненный федеральному органу исполнительной власти в сфере внутренних дел, его территориальному органу, подразделению, сотрудник органов внутренних дел несет материальную ответственность в порядке и случаях, которые установлены трудовым законодательством (часть 6 статьи 15 Федерального закона от 30 ноября 2011 г. N 342-ФЗ).

В соответствии с частью 3 статьи 33 Федерального закона от 07.02.2011 N 3-ФЗ "О полиции" вред, причиненный гражданам и организациям противоправными действиями (бездействием) сотрудника полиции при выполнении им служебных обязанностей, подлежит возмещению в порядке, установленном законодательством Российской Федерации.

За ущерб, причиненный федеральному органу исполнительной власти в сфере внутренних дел, территориальному органу, подразделению полиции либо организации, входящей в систему указанного федерального органа, сотрудник полиции несет материальную ответственность в соответствии с трудовым законодательством Российской Федерации (часть 4 статьи 33 Федерального закона "О полиции").

Из изложенных выше нормативных положений следует, что к спорным отношениям подлежат применению в том числе нормы Трудового кодекса Российской Федерации.

Как указано в Обзоре практики рассмотрения судами дел о материальной ответственности работника, утвержденном Президиумом Верховного Суда РФ 05.12.2018, закрепляя право работодателя привлекать работника к материальной ответственности (абзац шестой части первой статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации), Трудовой кодекс Российской Федерации предполагает, в свою очередь, предоставление работнику адекватных правовых гарантий защиты от негативных последствий, которые могут наступить для него в случае злоупотребления со стороны работодателя при его привлечении к материальной ответственности.

Привлечение работника к материальной ответственности не только обусловлено восстановлением имущественных прав работодателя, но и предполагает реализацию функции охраны заработной платы работника от чрезмерных и незаконных удержаний.

Удержания из заработной платы в порядке возмещения потерь или ущерба, нанесенного работодателю, должны разрешаться только в тех случаях, когда может быть ясно доказано, что за вызванные потери или причиненный ущерб несет ответственность соответствующий трудящийся (подпункт 1 пункта 2 Рекомендации № 85 Международной организации труда «Об охране заработной платы»).

Эти положения Рекомендации № 85 Международной организации труда нашли отражение в главах 37 и 39 Трудового кодекса Российской Федерации.

Общие положения о материальной ответственности сторон трудового договора, определяющие обязанности сторон трудового договора по возмещению причиненного ущерба и условия наступления материальной ответственности, содержатся в главе 37 Трудового кодекса Российской Федерации.

Материальная ответственность стороны трудового договора наступает за ущерб, причиненный ею другой стороне этого договора в результате ее виновного противоправного поведения (действий или бездействия), если иное не предусмотрено данным кодексом или иными федеральными законами. Каждая из сторон трудового договора обязана доказать размер причиненного ей ущерба (статья 233 Трудового кодекса Российской Федерации).

Условия и порядок возложения на работника, причинившего работодателю имущественный ущерб, материальной ответственности, пределы такой ответственности определены главой 39 Трудового кодекса Российской Федерации «Материальная ответственность работника».

Частью первой статьи 238 Трудового кодекса Российской Федерации установлена обязанность работника возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб. Неполученные доходы (упущенная выгода) взысканию с работника не подлежат.

Под прямым действительным ущербом понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества, а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам (часть вторая статьи 238 Трудового кодекса Российской Федерации).

Согласно разъяснениям, данным в пункте 4 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 16 ноября 2006 года №5 «О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю», к обстоятельствам, имеющим существенное значение для правильного разрешения дела о возмещении ущерба работником, обязанность доказать которые возлагается на работодателя, в частности, относятся: отсутствие обстоятельств, исключающих материальную ответственность работника; противоправность поведения (действия или бездействие) причинителя вреда; вина работника в причинении ущерба; причинная связь между поведением работника и наступившим ущербом; наличие прямого действительного ущерба; размер причиненного ущерба.

Работник не может быть привлечен к материальной ответственности, если ущерб возник вследствие непреодолимой силы, нормального хозяйственного риска, крайней необходимости или необходимой обороны либо неисполнения работодателем обязанности по обеспечению надлежащих условий для хранения имущества, вверенного работнику (статья 239 ТК РФ).

К нормальному хозяйственному риску могут быть отнесены действия работника, соответствующие современным знаниям и опыту, когда поставленная цель не могла быть достигнута иначе, работник надлежащим образом выполнил возложенные на него должностные обязанности, проявил определенную степень заботливости и осмотрительности, принял меры для предотвращения ущерба, и объектом риска являлись материальные ценности, а не жизнь и здоровье людей.

Таким образом, необходимыми условиями для наступления материальной ответственности работника за причиненный работодателю ущерб являются: наличие прямого действительного ущерба у работодателя, противоправность поведения (действий или бездействия) работника, причинная связь между действиями или бездействием работника и причиненным работодателю ущербом, вина работника в причинении ущерба.

При этом бремя доказывания наличия совокупности указанных обстоятельств законом возложено на работодателя.

В кассационной жалобе заявитель указывает на то, что нарушений служебной дисциплины она не допускала, причинно-следственная связь между её действиями и причинением ущерба отсутствует. 

Указанные доводы приводились ответчиком в возражении на апелляционную жалобу истца, однако в нарушение требований, предусмотренных статьей 327.1 ГПК РФ, не были проверены судом апелляционной инстанции.

Судом апелляционной инстанции не установлено и в апелляционном определении не приведено, с какого времени и в течение какого периода изъятая крабовая продукция находилась в распоряжении дознавателя ФИО2, условиях её хранения до поступления в распоряжение ФИО2 и в период нахождения дела в её производстве, не дана оценка имеющимся в материалах дела данным о поступлении крабовой продукции в распоряжении ФИО2 в иных емкостях, чем тех, в которых она была изъята, а также совершенным ею процессуальным действиям в период нахождения материала проверки, а затем уголовного дела в производстве ФИО2, не указано какие конкретно требования нарушены ответчиком, какие именно действия ответчика признаны судом неправомерными и повлекшими причинение вреда, в чем выразилось бездействие ответчика, состоящее в причинно-следственной связи с причиненным вредом, в чем выразилась вина ответчика в связи с длительным производством дознания по делу, принимались ли вышестоящими по отношению к ответчику должностными лицами меры по контролю за производством дознания, своевременному принятию мер, направленных на соблюдение установленного срока дознания, который продлевался прокурором. 

Положив в основу решения заключение служебной проверки от 24.10.2018, судебная коллегия не учла, что требования Должностного регламента (пункты 7, 9, 11), утвержденного 01.01.2015 (л.д. 59-61), и статьи 12 Федерального закона от 30.11.2011 N342-ФЗ (пункты 1, 2), вмененные в вину ответчику, были отражены в заключении служебной проверки от 15.02.2018, отмененной самим истцом, и которые по результатам служебной проверки от 24.10.2018 ответчику в вину не ставились. 

В нарушение требований статьи 67 ГПК РФ судом апелляционной инстанции не были проверены и оценены доводы ответчика, приводимые в возражениях на иск и на апелляционную жалобу истца об отсутствии причинно-следственной связи между действиями ответчика и ущербом, причиненным общине «Заря».

В соответствии со статьей 195 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации решение суда должно быть законным и обоснованным. 

Решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права (часть 1 статьи 1, часть 3 статьи 11 ГПК Российской Федерации).

Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (статьи 55, 59 - 61, 67 ГПК Российской Федерации), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.

В силу положений статей 67, 71, 195 - 198 ГПК РФ суд обязан исследовать по существу все фактические обстоятельства, а выводы суда о фактах, имеющих юридическое значение для дела, не должны быть общими и абстрактными, они должны быть указаны в судебном постановлении убедительным образом со ссылками на нормативные правовые акты и доказательства, отвечающие требованиям относимости и допустимости. 

В силу части 1 статьи 327, пунктов 5 и 6 части 2 статьи 329 этого же кодекса приведенные выше требования распространяются и на суд апелляционной инстанции, который в апелляционном определении должен указать установленные им обстоятельства, выводы суда по результатам рассмотрения апелляционной жалобы; мотивы, по которым суд пришел к своим выводам, и ссылка на нормы права, которыми суд руководствовался.

Согласно части 1 статьи 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции повторно рассматривает дело в судебном заседании по правилам производства в суде первой инстанции с учетом особенностей, предусмотренных главой 39 данного Кодекса, либо без учета таких особенностей при наличии оснований, предусмотренных частью 4 статьи 330 ГПК РФ.

Повторное рассмотрение дела в суде апелляционной инстанции предполагает проверку и оценку фактических обстоятельств дела и их юридическую квалификацию (пункт 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 июля 2012 года N 13 «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции»).

Указанные требования закона не были соблюдены судом апелляционной инстанции. 

Президиум Хабаровского краевого суда находит допущенные судом апелляционной инстанции нарушения норм права существенными, а постановление суда апелляционной инстанции подлежащим отмене по основаниям, предусмотренным статьей 387 ГПК Российской Федерации, с направлением дела на новое рассмотрение. 

Руководствуясь статьями 387, 388, пунктом 2 части 1 статьи 390 Гражданского процессуального кодекса РФ, президиум Хабаровского краевого суда

п о с т а н о в и л:

кассационную жалобу ФИО2 удовлетворить в части,

апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Хабаровского краевого суда от 28 февраля 2019 года отменить, 

дело по иску Министерства внутренних дел России в интересах Российской Федерации к ФИО2 о возмещении ущерба, причиненного незаконными действиями, в порядке регресса направить в судебную коллегию по гражданским делам Хабаровского краевого суда на новое апелляционное рассмотрение в ином составе суда.

Отменить приостановление исполнения апелляционного определения судебной коллегии по гражданским делам Хабаровского краевого суда от 28 февраля 2019 года. 

Постановление президиума Хабаровского краевого суда вступает в силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации.

Председательствующий С.Г. Барабанов