№ 12-365/2025

РЕШЕНИЕ

10 октября 2025 года

город Архангельск

Судья Октябрьского районного суда г. Архангельска Ярмолюк С.Р., рассмотрев в открытом судебном заседании жалобу ФИО1 на постановление мирового судьи судебного участка № 3 Октябрьского судебного района г. Архангельска ФИО2 от 13.08.2025 по делу об административном правонарушении № 5-612/2025,

установил:

постановлением мирового судьи судебного участка № 3 Октябрьского судебного района г. Архангельска ФИО2 от 13.08.2025 по делу об административном правонарушении ФИО1 признана виновной в совершении правонарушения, предусмотренного статьей 6.1.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее – КоАП РФ), с назначением наказания в размере 5000 рублей.

Не согласившись с указанным постановлением, ФИО1 подала жалобу о его отмене.

В судебном заседании ФИО1 и ее защитник – адвокат Виноградова Т.М. поддержали доводы жалобы, настаивали на том, что КВВ систематически совершал в рассматриваемый период в отношении ФИО1 различные действия, выражающиеся в физическом и психическом насилии (домашнем насилии) в отношении нее и детей, в связи с чем ФИО1 в любом случае имела право на самозащиту, неоднократно обращалась в органы полиции с заявлениями на КВВ, в том числе в части рассматриваемого события (28.01.2025).

КВВ, извещенный о рассмотрении дела надлежащим образом, не явился. Его представитель – адвокат Шпанов Д.Г. в судебном заседании возражал против удовлетворения жалобы, ранее представил письменные возражения.

Выслушав участвующих лиц, исследовав доводы подателя жалобы и материалы дела, судья приходит к следующим выводам.

Согласно протоколу об административном правонарушении от 13.08.2025 и обжалуемому постановлению, в вину ФИО1 вменяется совершение в отношении КВВ насильственных действий, выразившихся в том, что 28 января 2025 около 22 часов 00 минут ФИО1, находясь в 

<

адрес>, оцарапала ногтями правой руки заушную область КВВ, а также его левое предплечье, правое плечо, правое предплечье, от чего КВВ испытал физическую боль.

Статьей 6.1.1 КоАП РФ предусмотрена ответственность за нанесение побоев или совершение иных насильственных действий, причинивших физическую боль, если эти действия не содержат уголовно наказуемого деяния.

В ходе рассмотрения дела районным судом существенных оснований для несогласия с выводами мирового судьи о наличии состава правонарушения не выявлено.

Вина ФИО1, помимо протокола об административном правонарушении, подтверждается заявлением (КУСП 1930 от 15.02.2025) и объяснениями КВВ, объяснением КАВ, рапортом сотрудника полиции, актом № 196 судебно-медицинского освидетельствования от 29.01.2025.

В частности, на основании указанных доказательств мировой судья обоснованно сделал вывод о том, что в результате указанных насильственных действий ФИО1 была причинена физическая боль КВВ Исходя из диспозиции нормы, относительная существенность или несущественность царапин и испытанной боли не может быть основанием для освобождения от ответственности. Доказательств того, что КВВ не мог испытать боль от таких царапин, не выявлено.

Актом судебно-медицинского освидетельствования подтверждается, что на следующий день после рассматриваемых событий КВВ обратился за освидетельствованием, которым также подтверждается наличие указанных повреждений, характер которых не образует признаков совершения уголовно наказуемого деяния.

Доводы подателя жалобы о том, что не имеется оснований для признания допустимым доказательством объяснения 

<

данные изъяты> являются обоснованными. В силу положений статьи 25.6 КоАП РФ и статьи 51 Конституции России при даче объяснений в качестве свидетеля ему должны были быть разъяснены соответствующие положения закона, в том числе право не свидетельствовать против себя и своих близких родственников, что в данном случае имеет существенное значение, поскольку обе стороны конфликта являются его родителями.

В объяснении 

<

данные изъяты> от 18.05.2025, имеющемся в материалах, отсутствуют подписи в графе, касающейся ознакомления с указанными нормами права, что указывает на существенную неопределенность того, каким образом ему разъяснялось их содержание. Иных его объяснений в материалах не имеется.

Следовательно, вывод мирового судьи о том, что в том числе объяснением 

<

данные изъяты> также подтверждается совершение правонарушения и вина ФИО1, с учетом статьи 26.2 КоАП РФ подлежит исключению.

Доводы о том, что КВВ ранее привлекался к уголовной ответственности за совершение в отношении 

<

данные изъяты> преступлений, предусмотренных частью 1 статьи 116.1 УК РФ, в силу норм КоАП РФ не являются основанием для вывода о том, что объяснения 

<

данные изъяты> также являются недопустимыми доказательствами. Но при оценке их доказательственного значения подлежат учету все установленные обстоятельства.

Иные указанные подателем жалобы обстоятельства, связанные с дачей объяснения 

<

данные изъяты>, в том числе использованные в объяснении слова, прямая или косвенная зависимость от родителя, а также ссылки на возможное оказание давления, не могут быть основанием для вывода о недопустимости объяснения как доказательства. 

Наличие родственных связей, указанных конфликтных отношений в семье, содержание объяснения, состав лиц, присутствовавших при его даче, и предмет, по поводу которого отбирались объяснения, не могут не оказывать влияние на любое лицо, дающее объяснение, но в соответствии со статьей 26.11 КоАП РФ все эти и иные обстоятельства учитываются при оценке доказательственного значения такого доказательства, и не влекут безусловное исключение всех таких доказательств.

Также не имеется оснований для признания в соответствии со статьей 26.2 КоАП РФ недопустимыми иных доказательств по делу.

С учетом положений статей 26.11 КоАП РФ значение каждого доказательства оценивается в совокупности, никакое доказательство не имеет заранее установленной силы, за исключением случаев, прямо установленных законом.

Из обжалуемого постановления и материалов дела не следует, что объяснения 

<

данные изъяты> ФИО1 и КВВ – 

<

данные изъяты> являлись единственным и необходимым доказательством по делу.

Отсутствие иных свидетелей, являющихся очевидцами произошедшего события, видеозаписей, не служит поводом к тому, чтобы в целом ставить под сомнение выводы мирового судьи, основанные на доказательствах в их совокупности. 

Вопреки доводам жалобы, доказательств, указывающих на оговор со стороны потерпевшего, в ходе производства по делу не представлено, судом не выявлено.

Привлечение ранее КВВ к ответственности не может быть основанием для признания всех его слов ложными.

Из письменного объяснения ФИО1 от 13.05.2025, а также из ее объяснений в судебных заседаниях в районном суде следует, что она указывает, что не наносила никаких умышленных повреждений. Однако в указанном письменном объяснении она не давала никаких показаний относительно каких-либо иных, в том числе неосторожных, действий со своей стороны, а также действий, обусловленных ситуацией крайней необходимости, неосторожных действий самого потерпевшего или иных причин наступления выявленных последствий, т.е. об обстоятельствах, которые бы могли быть основанием для вывода об отсутствии состава правонарушения или о наличии оснований для освобождения от ответственности и прекращении производства по делу. 

Из анализа диспозиции статьи 6.1.1 КоАП РФ и иных норм КоАП РФ следует, что субъективная сторона предусмотренного статьей 6.1.1 КоАП РФ правонарушения характеризуется умышленной формой вины.

В соответствии со статьей 2.2 КоАП РФ правонарушение признается совершенным умышленно, если лицо, его совершившее, сознавало противоправный характер своего действия (бездействия), предвидело его вредные последствия и желало наступления таких последствий или сознательно их допускало либо относилось к ним безразлично. Правонарушение признается совершенным по неосторожности, если лицо, его совершившее, предвидело возможность наступления вредных последствий своего действия (бездействия), но без достаточных к тому оснований самонадеянно рассчитывало на предотвращение таких последствий либо не предвидело возможности наступления таких последствий, хотя должно было и могло их предвидеть.

При установленных обстоятельствах не имеется оснований для вывода о том, что ФИО1 совершала указанные действия по неосторожности. Также не имеется оснований для вывода о том, что эти действия совершались каким-либо иным лицом, в том числе самим КВВ

Сведения о совершении в указанный день со стороны КВВ каких-либо действий, которые бы давали основания для признания ФИО1 лицом, действовавшим в состоянии крайней необходимости (статья 2.7 КоАП РФ), в ходе рассмотрения жалобы также не выявлены. Иных специальных норм о необходимой обороне КоАП РФ не предусматривает. В связи с этим отклоняются ссылки подателя жалобы на крайнюю необходимость и самозащиту в жалобе.

В такой ситуации последовательные заявления и показания КВВ, подтвержденные актом освидетельствования, в совокупности с иными имеющимися материалами позволяют сделать обоснованный вывод о наличии состава правонарушения.

Наличие иных конфликтов и споров имущественного характера, а также спора об алиментных обязательствах и об определении места жительства детей, которые имеются между КВВ и ФИО1, также не ставит под сомнение обоснованность выводов о наличии состава правонарушения.

Доводы о наличии систематических нарушений прав ФИО1, в том числе о домашнем насилии и ее преследовании со стороны КВВ, о наличии в поведении КВВ признаков преступлений, с учетом установленных обстоятельств не свидетельствуют об отсутствии в конкретном рассматриваемом событии признаков вменяемого в вину состава правонарушения.

При этом ФИО1 и ее защитник не лишены возможности обращаться в суд, правоохранительные органы, в прокуратуру, иные органы за защитой прав ФИО1 по поводу этих событий, а в случае их бездействия – в вышестоящие органы и к вышестоящим должностным лицам. Недостаточное, по мнению ФИО1 и ее защитника, принятие мер со стороны органов власти и должностных лиц в отношении КВВ само по себе в рассматриваемом случае не дает оснований для вывода о правомерности выявленных насильственных действий. 

В связи с этим дополнительные пояснения защитника Виноградовой Т.М. также не могут быть основанием для отмены обжалуемого постановления и прекращения производства по делу.

При наличии имущественных, жилищных, семейных и иных споров между теми же сторонами они подлежат разрешению в установленном порядке путем заключения соглашений, а при недостижении согласия и невозможности разрешения споров – в судебном порядке. Самостоятельное применение насилия для разрешения таких споров законом не допускается. Исключительные случаи, когда насилие допускается законом, в рассматриваемом случае не выявлены.

Доводы о том, что потерпевший обладает относительно большими габаритами и физической силой также не опровергают указанные выводы. Из характера вменяемого в вину деяния и диспозиции нормы статьи 6.1.1 КоАП РФ не следует, что подлежат наказанию только действия более сильных сторон конфликта.

При этом привлечение к ответственности на основании статьи 6.1.1 или иных норм КоАП РФ не требует обязательного установления, имелся ли у привлекаемого к ответственности лица справедливый или несправедливый, по его мнению, повод для проявления агрессии, было ли поведение потерпевшего достойным или недостойным с точки зрения норм морали и нравственности, в том числе с учетом длительных семейных отношений сторон, наличия детей и иных обстоятельств.

Однако эти обстоятельства учитываются при назначении наказания в соответствии со статьей 4.1 КоАП РФ. В рассматриваемом случае наказание назначено в минимально возможном размере, предусмотренном санкцией нормы.

С учетом имеющихся доказательств при рассмотрении жалобы судом не выявлено оснований не доверять показаниям потерпевшего, которые были последовательны и непротиворечивы. При оценке доказательственной силы показаний и иных доказательств мировым судьей обоснованно учтены сведения об их личности и поведении в целом, о наличии конфликта.

Несогласие подателя жалобы с обвинением и оценкой имеющихся в деле доказательств, не свидетельствует о том, что мировым судьей допущены нарушения, не позволившие всесторонне, полно и объективно рассмотреть дело.

В ходе рассмотрения жалобы не выявлено оснований для несогласия с мировым судьей в части признания имеющихся доказательств достаточными для принятия решения о наличии состава правонарушения в действиях конкретного лица, в том числе с учетом требований статей 1.5, 1.6, 24.1, 26.1, 26.2, 26.11, 29.10 КоАП РФ.

Существенных нарушений норм материального и процессуального права, являющихся основанием для отмены обжалуемого постановления, не допущено. 

Существенных нарушений в части возбуждения дела об административном правонарушении не выявлено. Повторное составление протокола об административном правонарушении 13.08.2025 в связи с возвращением протокола от 18.04.2025 не может быть отнесено к таким нарушениям. Более того, из сопоставления протоколов следует, что между ними не имеется существенных различий. 

Установленный статьей 28.2 КоАП РФ срок составления протокола не является пресекательным, а фактические обстоятельства его составления оцениваются в совокупности наряду с иными установленными обстоятельствами. Оснований для признания протокола недопустимым доказательством не выявлено. В протоколе в достаточной степени указаны сведения, необходимые для рассмотрения дела. Какой-либо существенной неопределенности в части времени и места составления протокола не выявлено. Неуказание в протоколе свидетелей или иных доказательств само по себе также не является существенным нарушением, поскольку имеющиеся доказательства исследуются и оцениваются судом, а стороны не лишены возможности заявлять ходатайства. 

Из материалов дела следует, что стороны участвовали в судебном заседании при рассмотрении дела мировым судьей, давали свои объяснения, им была предоставлена возможность заявить ходатайства и возражения. Нарушений права на защиту или иных процессуальных требований судом не выявлено.

Наказание назначено в минимальном размере в пределах санкции нормы с учетом статьи 4.1 КоАП РФ, характера правонарушения. Оснований для снижения размера наказания в данном случае законом не предусмотрено.

В то же время, помимо указанного основания для внесения изменений в части исключения вывода, касающегося доказательственного значения объяснения 

<

данные изъяты>, имеется основание для внесения изменений в части выводов мирового судьи об отсутствии смягчающих обстоятельств. Из материалов следует, что у ФИО1 имеется на иждивении трое детей (

<

данные изъяты>). С учетом обстоятельств, пункта 10 части 1 и части 2 статьи 4.2 КоАП РФ данное обстоятельство подлежит учету в качестве смягчающего ответственность.

Указанные изменения не могут быть основанием для смягчения назначенного наказания, поскольку оно уже назначено в минимальном размере.

Судья, руководствуясь статьями 30.7, 30.8 КоАП РФ,

решил:

постановление мирового судьи судебного участка № 3 Октябрьского судебного района г. Архангельска ФИО2 от 13.08.2025 по делу об административном правонарушении № 5-612/2025 изменить, исключив вывод о том, что в том числе объяснением 

<

данные изъяты> подтверждается совершение правонарушения и вина ФИО1; исключив вывод об отсутствии обстоятельств, смягчающих ответственность; дополнив указанием на наличие смягчающего обстоятельства, выражающегося в наличии на иждивении трех детей, в том числе одного малолетнего ребенка.

В остальной части обжалуемое постановление оставить без изменения, а жалобу ФИО1 (с учетом дополнительных пояснений Виноградовой Т.М. к жалобе) – без удовлетворения.

Постановление по делу об административном правонарушении и решение вступают в законную силу с момента вынесения решения и могут быть обжалованы (опротестованы) непосредственно в Третий кассационный суд общей юрисдикции в случаях и в порядке, предусмотренных статьями 30.12 – 30.14 КоАП РФ.

Судья

С.Р. Ярмолюк

УИД 29MS0040-01-2025-003440-53