№ 2-1346/2025

25RS0039-01-2025-001473-19

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

19 августа 2025 года с. Вольно Надеждинское

Надеждинский районный суд Приморского края в составе

судьи Синицыной М.Ю.,

при помощнике судьи Крыловой А.А.,

с участием помощника прокурора Надеждинского района Гараниной М.Д.,

истца ФИО1, ее представителя ФИО2,

ответчика ФИО3, 

третьего лица ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 ФИО14 к Коневой ФИО15 о признании утратившей право пользования жилым помещением,

установил:

ФИО1 обратилась в суд с исковым заявлением к ФИО3, в обоснование которого указала, что ДД.ММ.ГГГГ истец, а также ее дети на основании договора купли-продажи, заключенному с ФИО13, приобрели в общую долевую собственность квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>. 

Как следует из договора купли-продажи, указанная квартира являлась собственностью продавца ФИО13 на основании договора дарения.

Договор купли-продажи содержал гарантию продавца об отсутствии обременений правами третьих лиц. 

В приобретаемой квартире на момент подписания договора купли-продажи зарегистрированы члены семьи продавца, в том числе ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, которая обязалась сняться с регистрационного учета в течение одного месяца с момента подписания договора, однако в указанный срок ответчик данное обязательство не исполнила, свои вещи из жилого помещения не вывезла. 

Какого-либо соглашения между истцом и ответчиком относительно порядка пользования жилым помещением не заключалось, ответчик не является членом семьи собственника жилого помещения, на протяжении 10 месяцев ответчик не проживает в спорной квартире, в оплате коммунальных услуг участия не принимает.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 забрала из квартиры большую часть вещей, намерений вселиться и проживать в жилом помещении не высказала, сообщив, что в настоящее время проживает со своим супругом в Надеждинском районе. 

Учитывая изложенное, полагая, что регистрации ФИО3 в принадлежащей ей квартире нарушает права собственника, истец просит признать ФИО3 утратившей право пользования жилым помещением, расположенным по адресу: 

<

адрес>. 

В судебном заседании истец ФИО1, ее представитель исковые требования поддержали, настаивали на том, что ФИО3 длительное время не проживает в квартире, ее личные вещи в квартире отсутствуют, регистрация в данном жилом помещении носит формальный характер, при этом истец никогда не препятствовала проживанию ответчика в квартире, однако таких намерений ответчик не высказывала. Кроме того, представитель истца указал, что ФИО3 имеет заболевание – туберкулез, что препятствует совместному проживанию с семьей ФИО1

Ответчик ФИО3 в судебном заседании возражала против удовлетворения искового заявления, указала, что данная квартира была приватизирована отцом, от участия в приватизации она отказалась. В квартире находятся ее личные вещи, куда ограничен доступ новым собственником, которая сменила замки на входной двери. Длительное отсутствие в жилом помещении обосновывает прохождением курса лечения в противотуберкулезном диспансере. 

Третье лицо ФИО4 в судебном заседании поддержал исковые требования, указав, что ответчик длительное время не проживает по адресу: 

<

адрес>. 

Изучив материалы гражданского дела, исследовав и оценив в соответствии со ст. 67 ГПК РФ относимость, допустимость, достоверность каждого представленного в суд доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, суд приходит к следующему выводу.

Судом установлено, что на основании ордера № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО13 и его семье, состоящей из трех человек, предоставлено право занять двухкомнатную квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>.

Ответчик ФИО3 зарегистрирована в указанной квартире с ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается выпиской из поквартирной карточки.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО3, зарегистрированная по адрес: 

<

адрес>, от участия в приватизации квартиры, расположенной по указанному адресу, отказалась. Данный отказ удостоверен нотариусом Надеждинского нотариального округа Приморского края ФИО5 

ДД.ММ.ГГГГ между Надеждинским сельским поселением в лице главы ФИО6 и ФИО13 заключен договор на передачу квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>, в личную собственность граждан. 

ДД.ММ.ГГГГ между ФИО13 (продавец) и ФИО1 (покупатель), действующей за себя и как законный представитель своего несовершеннолетнего ребенка ФИО7, ФИО8 заключен договор купли-продажи, в соответствии с которым продавец продал, а покупатель купил в общую долевую собственность квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>. 

Как указано в п. 11 договора, ФИО13, ФИО3, ФИО9, обязуются сняться с регистрационного учета в течении одного месяца с момента подписания договора купли-продажи.

Из п. 12 договора следует, что продавец гарантирует, что отчуждаемая квартира правами третьих лиц не обременена. 

Согласно выписке из Единого государственного реестра недвижимости жилое помещение – квартира с кадастровым номером №, расположенная по адресу: 

<

адрес>, принадлежит на праве общей долевой собственности ФИО8, ФИО7, ФИО1 – у каждой по 1/3 доли.

В соответствии с п. 1 ст. 209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. 

Согласно п.п. 1, 2 ст. 288 ГК РФ собственник осуществляет права владения, пользования и распоряжения принадлежащим ему жилым помещением в соответствии с его назначением. Жилые помещения предназначены для проживания граждан. Гражданин – собственник жилого помещения может использовать его для личного проживания и проживания членов его семьи. 

В силу п. 2 ст. 218 ГК РФ право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества. 

На основании ст. 219 ГК РФ право собственности на недвижимое имущество возникает с момента государственной регистрации права. 

Норма ст. 304 ГК РФ предусматривает, что собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения. 

Согласно п. 2 ст. 292 Гражданского кодекса РФ переход права собственности на жилой дом или квартиру к другому лицу является основанием для прекращения права пользования жилым помещением членами семьи прежнего собственника, если иное не установлено законом.

В соответствии с ч. 4 ст. 31 ЖК РФ в случае прекращения семейных отношений с собственником жилого помещения право пользования данным жилым помещением за бывшим членом семьи собственника этого жилого помещения не сохраняется, если иное не установлено соглашением между собственником и бывшим членом его семьи. 

На основании ст. 19 Федерального закона от 29.12.2004 № 189-ФЗ «О введении в действие Жилищного кодекса Российской Федерации» действие положений ч. 4 ст. 31 ЖК РФ не распространяется на бывших членов семьи собственника приватизированного жилого помещения при условии, что в момент приватизации данного жилого помещения указанные лица имели равные права пользования этим помещением с лицом, его приватизировавшим, если иное не установлено законом или договором. 

Как разъяснено в п. 18 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 02.07.2009 № 14 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации» судам следует учитывать, что к названным в ст. 19 Вводного закона к бывшим членам семьи собственника жилого помещения не может быть применен п. 2 ст. 292 ГК РФ, так как, давая согласие на приватизацию занимаемого по договору социального найма жилого помещения, без которого она была бы невозможна (ст. 2 Закона РФ от 04.07.1991 № 1541-1 «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации»), они исходили из того, что право пользования данным жилым помещением для них будет носить бессрочный характер и, следовательно, оно должно учитываться при переходе права собственности на жилое помещение по соответствующему основанию к другому лицу (например, купля-продажа, мена, дарение, рента, наследование).

Аналогичным образом при переходе права собственности на жилое помещение к другому лицу должен решаться вопрос о сохранении права пользования этим жилым помещением за бывшим членом семьи собственника жилого помещения, который ранее реализовал свое право на приватизацию жилого помещения, а затем вселился в иное жилое помещение в качестве члена семьи нанимателя по договору социального найма и, проживая в нем, дал необходимое для приватизации этого жилого помещения согласие. 

Таким образом, закон гарантирует лицам, отказавшимся от участия в приватизации жилых помещений, занимаемых ими по договору социального найма, сохранение права пользования данным жилым помещением независимо от наличия семейных отношений с собственником жилого помещения, поскольку согласно ч.ч. 2, 4 ст. 69 ЖК РФ до приватизации жилого помещения члены семьи нанимателя и бывшие члены семьи нанимателя, продолжающие проживать в занимаемом жилом помещении, имели равные права с нанимателем жилого помещения по договору социального найма в государственном и муниципальном жилищном фонде, в том числе право пользования этим помещением. 

Как отметил Конституционный Суд Российской Федерации в определении от 02.07.2013 № 1033-О, бывшие члены семьи собственника, отказавшиеся от участия в приватизации, сохраняют право постоянного (бессрочного) пользования данным жилым помещением и осуществляют его на условиях, предусмотренных жилищным законодательством; гражданам, проживающим совместно с собственником в принадлежащем ему жилом помещении, предоставляется право пользования данным жилым помещением наравне с его собственником, если иное не установлено соглашением между ними, и право требовать устранения нарушения своих прав на жилое помещение от любых лиц, включая собственника такого помещения. 

Суд приходит к выводу, что ФИО3 приобрела право пользования спорным жилым помещением, равное с ФИО13 (отцом), и после приобретения ФИО1 права собственности на основании договора купли-продажи жилого помещения, она имеет самостоятельное право пользования квартирой как бывший член семьи собственника, не зависящее от семейных отношений с новым собственником, и в силу ст. 19 Федерального закона «О введении в действие Жилищного кодекса Российской Федерации», примененной по аналогии (ст. 7 Жилищного кодекса Российской Федерации), новый собственник спорной квартиры не вправе требовать прекращения права ФИО3 в силу ст. 292 ГК РФ, поскольку переход права собственности на квартиру к другому лицу не является основанием для прекращения права пользования жилым помещением членом семьи прежнего собственника, о наличии регистрации ФИО3 в спорном жилом помещении ФИО1 было известно при заключении договора купли-продажи.

На момент приватизации спорной квартиры совместно с истцом в квартире в качестве члена его семьи проживала ФИО3, которая имела равное право пользования этим помещением с лицом, его приватизировавшим, и приобрела бессрочное право пользования приватизированным жилым помещением, отказавшись от участия в приватизации. 

При таких обстоятельствах, поскольку ФИО3, как член семьи нанимателя жилого помещения, приобрела право пользования данным жилым помещением и сохраняла это право на момент приватизации квартиры, после приватизации квартиры продолжала в ней проживать, то в силу ст. 19 Федерального закона от 29.12.2004 № 189-ФЗ «О введении в действие Жилищного кодекса Российской Федерации» правовые основания для признания ФИО3 утратившей право пользования квартирой отсутствуют.

Довод ФИО1 о том, что ФИО3 выехала из спорной квартиры добровольно, фактически основан на объяснениях истца, а также свидетеля ФИО10, пояснившего в судебном заседании, что присутствовал при разговоре истца и ответчика, в ходе которого последняя выдать ей ключи от квартиры не просила, намерений проживать в жилом помещении не высказала, о наличии личных вещей ФИО3 в квартире свидетелю ничего не известно. 

Вместе с тем, доказательств, бесспорно свидетельствующих о том, что ответчик добровольно отказалась от предоставленного ей законом бессрочного права пользования спорной квартирой, отсутствия препятствий для проживания со стороны истца в пользовании жилым помещением, наличия возможности вселиться в него материалы гражданского дела не содержат и истцом таковые не представлены. 

Напротив, ответчик ФИО3 пояснила, что иного места жительства она не имеет, попасть в квартиру не может в связи с заменой нынешним собственником замка входной двери, в квартире имеются ее личные вещи. В обоснование длительного отсутствия в квартире ФИО3 представила заключение врачебной комиссии № от ДД.ММ.ГГГГ, подтверждающее нахождение с января по апрель 2025 года на лечении в КГБУЗ «Приморский краевой противотуберкулезный диспансер».

Доводы истца о том, что ФИО3 не оплачивает расходы за коммунальные услуги и жилое помещение, не являются основанием для признания ответчика утратившим право пользования жилым помещением, поскольку у истца имеется возможность для взыскания уплаченной за ответчика суммы за жилое помещение и коммунальные услуги в порядке регресса, путем предъявления исковых требований к ответчику.

То обстоятельство, что ответчик болен туберкулезом, в связи с чем истец не желает проживать с ним в одной квартире не является основанием для признания ответчика утратившим права пользования жилым помещением.

Руководствуясь ст.ст. 194-199, ГПК РФ, суд

решил:

Исковое заявление ФИО1 ФИО16 к Коневой ФИО17 о признании утратившей право пользования жилым помещением оставить без удовлетворения. 

Решение может быть обжаловано в Приморский краевой суд через Надеждинский районный суд в течение одного месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено 26.09.2025.

Судья М.Ю. Синицына