УИД: 66RS0009-01-2024-001361-31 Дело № 2-1312/2024 

РЕШЕНИЯ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

20 мая 2024 года г.Нижний Тагил

Ленинский районный суд г.Нижний Тагил Свердловской области в составе: председательствующего Гуриной С.А.,

при секретаре судебного заседания Гладыш А.А.,

с участием: представителя истца – ФИО3, действующего на основании доверенности от 31.01.2024г., представителя третьих лиц – ФИО4, действующей на основании доверенностей от 22.01.2024г., от 09.01.2024г., от 19.12.2023г., представителя третьего лица – помощника прокурора Ленинского района г. Нижний Тагил ФИО5, действующей на основании доверенности от 27.04.2024г. № 8/1-12-2024,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО6 к Министерству финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в результате незаконного уголовного преследования,

УСТАНОВИЛ:

ФИО6 обратился в суд с иском к Министерству финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в результате незаконного уголовного преследования.

В обоснование исковых требований о компенсации морального вреда, причиненного в результате незаконного уголовного преследования, ФИО6 указал, что был оправдан приговором Ленинского районного суда г. Нижнего Тагила от 12.02.2013г. по п. «а» ч.3 ст. 228.1 УК РФ (эпизод от 30.06.2011г.), по ч.3 ст. 30, п. «а,г» ч.3 ст. 228.1 УК РФ (по эпизоду от 01.09.2011г.). Постановлением Ленинского районного суда г. Нижнего Тагила от 12.02.2013г. было прекращено уголовное преследование в отношении ФИО6 по п. «а» ч.3 ст. 228.1 УК РФ (по эпизоду от 26.07.2011г.) на основании п.1 ч.1 ст. 24, п. 1,2 ч.1 ст. 27, ч.7 ст. 246 УПК РФ в связи с отказом государственного обвинителя от обвинения. Все эпизоды относились к особо-тяжким преступлениям, наказание за них предусмотрено в виде лишения свободы на срок от 8 до 15 лет. 

Неправомерными действиями органов государственной власти и их должностными ликами был нанесен моральный вред в ходе незаконного и необоснованного уголовного преследования. ФИО6 испытывал физические и нравственные страдания, выразившиеся в чувствах страха и неопределенности за свою дальнейшую судьбу, в результате безысходности своего положения подвергался многочисленным участиям в следственных действиях и судебных заседаниях. Уголовное преследование продолжалось с 01.09.2011г. по 18.12.2013г., 2 года 3 месяца и 17 дней. Апелляционное представление прокурором на приговор было подано только 28.06.2013г., с пропуском срока на обжалование на 3 месяца без уважительных на то причин. Все это ФИО6 испытывал чувство неопределенности и страха за свою судьбу с учетом срока наказания, который просил назначить прокурор. 

В случае правильной квалификации органами следствиями действий ФИО6, который приговором суда был признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч.3 ст. 30, ч.1 ст. 228.1 и ч.1 ст. 232 УК РФ, относящихся к категории тяжкого и средней тяжести, он имел бы возможность на альтернативную меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении до постановления приговора суда. Он мог находится на свободе со своей тяжелобольной мамой, умершей 03.07.2012г., мог осуществлять уход за ней и присутствовать на похоронах. Сумму компенсации причиненного морального вреда оценивает в 300000 рублей.

Определением суда от 25.03.2024г. к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований на предмет спора, на стороне ответчика привлечена Прокуратура Свердловской области, МВД России, МУ МВД России «Нижнетагильское».

Истец ФИО6, отбывающий наказание в виде лишения свободы в ФКУ ИК-12 ГУФСИН России по Свердловской области, о времени и месте рассмотрения дела был извещен, обратился к суду с ходатайством о рассмотрении дела в свое отсутствие с участием своего представителя ФИО3

Представитель истца ФИО3 в судебном заседании поддержал доводы и исковые требования, изложенные в исковом заявлении, просил взыскать компенсацию морального вреда в размере 300000 рублей. Суду пояснил, что если бы ФИО6 не предъявлялось обвинение по особо тяжким преступлениям, по трем эпизодам, то и мера пресечения в виде заключения под стражу, которая избиралась ему с учетом тяжести преступлений, в которых он обвинялся, могла быть не применена. Он мог находится на свободе, имел бы возможность проститься со своей мамой, которая умерла. Также, если бы обвинения по данным трем эпизодам не предъявлялись и прокурор до последнего не настаивал на предъявленном обвинении по двум особо-тяжким эпизодам, то и расследование и рассмотрение уголовного дела заняло бы значительно меньший период времени, ФИО6 имел бы возможность после рассмотрения уголовного дела раньше направится для отбытия наказания в условия исправительной колонии, а не продолжать длительное время находится в следственном изоляторе. ФИО6 приговор не обжаловал, напротив имеется его заявление о том, что с приговором суда он согласен и обжаловать его не намерен. Прокурор напротив затягивал рассмотрение, несмотря на своевременное получение копии приговора, обжаловал его с пропуском срока более чем на 4 месяца. Все это время ФИО6 испытывал нервные переживания и волнения, находился в состоянии неопределенности, не знал изменится ли приговор, будет ли наказание за особо-тяжкие эпизоды которые ему вменялись, изменится ли срок наказания в связи с этим. Истец имеет право на компенсацию морального вреда в порядке реабилитации. Его права на реабилитацию суд не разъяснил ему, о данном праве истец узнал только от него, после чего сразу было подготовлено исковое заявление. Сумма компенсации в размере 300000 рублей разумна, в тексте иска имеется опечатка об указании размера компенсации в сумме 150000 рублей.

Представитель ответчика в судебное заседание не явился, просил рассмотреть дело в свое отсутствие.

09.04.2024г. в суд поступили возражения на исковое заявление от представителя Министерства финансов РФ, согласно которым ответчик заявленные требования не признает, полагает, что реабилитация осуществляется в порядке уголовного судопроизводства, уменьшение объема обвинения не исключило его полностью, истец не относится к лицам, имеющим право на реабилитацию. Возбуждение уголовного дела и осуществление предварительного расследования в отношении ФИО6 осуществлено на законных основаниях, действия сотрудников правоохранительных органов незаконными не признаны, судом право на реабилитацию не признано. В подтверждение причинения морального вреда доказательств истцом не представлено, истец обратился с иском по прошествии 10 лет, в настоящее время вновь отбывает наказание, что свидетельствует об отсутствии морального вреда. Просит в удовлетворении требований отказать, дело рассмотреть в отсутствие представителя Министерства финансов РФ.

Судом в соответствии со ст. 167 Гражданского процессуального кодекса РФ принято 

решение

 о рассмотрении дела в отсутствие представителей ответчика.

Представитель третьих лиц - МУ МВД России «Нижнетагильское» и МВД России ФИО4 в судебном заседании исковые требования не признала, просила в их удовлетворении отказать по доводам, изложенным в письменных возражениях. Суду пояснила, что право на реабилитацию за истцом не признавалось, не представлены доказательства наличия у истца нравственных и физических страданий. ФИО6 неоднократно привлекался к уголовной ответственности, в настоящее время вновь отбывает наказание в виде лишения свободы.

Представитель третьего лица - помощник прокурора Ленинского района г. Нижний Тагил ФИО5, в судебном заседании поддержала доводы, указанные в письменных возражениях третьего лица. Суду пояснила, что истец имеет право на реабилитацию и компенсацию морального вреда, с учетом конкретных обстоятельств дела, полагала, что размер компенсации подлежит снижению в соответствии с требованиями разумности и справедливости до 30000 рублей. Мера пресечения истцу избиралась и в связи с совершением им преступлений, за которые он был признан виновным, длительное время истец в суд не обращался. Длительность судебного разбирательства не является основанием для удовлетворения заявленных требований. Нет доказательств, подтверждающих какие конкретно нравственные и моральные страдания испытывал истец, моральные страдания подтверждены только словами, до 2013г. истец неоднократно привлекался к уголовной ответственности. Не представлены доказательства, свидетельствующие о болезни матери истца, о том какие между ними были отношения. Со стороны органов следствия и прокуратуру отсутствуют нарушения уголовно-процессуального законодательства, действия их незаконными не признавались.

Суд, выслушав участников процесса, исследовав и оценив письменные доказательства по делу, приходит к следующему.

Исходя из закрепленного в ч. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации, имеющей прямое действие на территории Российской Федерации и с ч. 1 ст. 12, ч.1 ст. 56 Гражданско-процессуального кодекса Российской Федерации, принципа состязательности и равноправия сторон в судопроизводстве, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений. Судом сторонам направлены копия искового заявления копия определения о подготовке дела к судебному разбирательству. Обязанность доказывания сторонам разъяснена, бремя доказывания между сторонами распределено, и стороны имели достаточно времени и возможностей для сбора и предоставления доказательств. 

В соответствии с ч. 2 ст. 150 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации непредставление доказательств и возражений в установленный срок не препятствует рассмотрению дела по имеющимся в деле доказательствам.

В соответствии с частью 1 статьи 46 Конституции Российской Федерации каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод.

Согласно части 1 статьи 3 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов. 

Исходя из положений статьи 53 Конституции Российской Федерации, каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Конституция Российской Федерации закрепляет право каждого на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями органов государственной власти или их должностных лиц, реализация которого гарантируется конституционной обязанностью государства в случае нарушения органами публичной власти и их должностными лицами прав, охраняемых законом, обеспечивать потерпевшим доступ к правосудию, и компенсацию причиненного ущерба, а также государственную, в том числе судебную, защиту прав и свобод человека и гражданина.

Конституционным гарантиям находящегося под судебной защитой права на возмещение вреда, в том числе причиненного необоснованным уголовным преследованием, корреспондируют положения Конвенции о защите прав человека и основных свобод (п. 5 ст. 5) и Международного пакта о гражданских и политических правах (подп. "а" п. 3 ст. 2, п. 5 ст. 9), утверждающие право каждого, кто стал жертвой незаконного ареста, заключения под стражу, на компенсацию.

В соответствии с п. 1 ст. 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом. 

Согласно ст. 1071 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, когда в соответствии с Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с п. 3 ст. 125 Кодекса эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

Главой 18 и статьей 135 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено право на реабилитацию, которое включает в себя, в том числе право на устранение последствий морального вреда.

На основании п. 3 ч. 2 ст. 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеет обвиняемый, в отношении которого прекращено уголовное преследование по реабилитирующим основаниям.

При этом, согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в определениях от 16.02.2006 N 19-О и от 19.02.2009 N 109-О-О, в данной норме, как и в других статьях УПК РФ, не содержится положений, исключающих возможность возмещения вреда лицу, которое было оправдано по приговору суда или в отношении которого было вынесено постановление (определение) о прекращении уголовного преследования на том лишь основании, что одновременно это лицо было признано виновным в совершении другого преступления. По смыслу закона, в таких ситуациях судом, исходя из обстоятельств конкретного уголовного дела, может быть принято решение о возмещении вреда, причиненного в результате уголовного преследования по обвинению, не нашедшему подтверждения в ходе судебного разбирательства. Указанной правовой позиции Конституционного Суда РФ соответствует разъяснение, изложенное в п. 3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.11.2011 № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве». Согласно указанному Постановлению право на реабилитацию имеет не только лицо, уголовное преследование которого прекращено по основаниям, предусмотренным частью 2 статьи 133 УПК РФ, по делу в целом, но и лицо, уголовное преследование в отношении которого прекращено по указанным основаниям по части предъявленного ему самостоятельного обвинения, что по смыслу закона относится и к случаям оправдания лица судом в части предъявленного ему обвинения.

Частью второй статьи 136 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации регламентировано, что иски о компенсации за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства.

Таким образом, требование истца о компенсации морального вреда, заявленное в порядке гражданского судопроизводства (пункта 1 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации), является основанным на законе.

Исходя из содержания данных положений закона право на компенсацию морального вреда, причиненного незаконными действиями органов уголовного преследования, возникает при наличии реабилитирующих оснований. 

В силу положений п. 1 ст. 150 Гражданского кодекса Российской Федерации жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, неприкосновенность частной жизни, право свободного передвижения, являются личными неимущественными правами гражданина.

Согласно ч. 1 ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда

В соответствии со ст. 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного привлечения к уголовной ответственности

В п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» указано, что размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных и физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимание обстоятельств, и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий учитывается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

Согласно п. 21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.11.2011 года № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости. Мотивы принятого решения о компенсации морального вреда должны быть указаны в решении суда.

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что в отношении ФИО6 01.09.2011г. было возбуждено уголовное дело признакам состава преступления, предусмотренного ч.1 ст. 30 п. «г» ч.3 ст. 228.1 УК РФ №. Данное уголовное дело 01.09.2011г. было соединено с уголовными делами №№, №, уголовному делу присвоен №.

01.09.2011г. ФИО6 был задержан в порядке ст.ст. 91,92 УПК РФ, постановлением Ленинского районного суда г. Нижнего Тагила от 02.09.2011г. была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, срок меры пресечения неоднократно продлялся.

13.08.2012г. ФИО6 было предъявлено обвинение в совершении преступлений, предусмотренных п. «а» ч.3 ст. 228.1 (2 эпизода), ч.3 ст. 30 п. «а» ч.3 ст. 228.1, ч.3 ст. 30 пп. «а,г» ч.3 ст. 228.1 и ч.1 ст. 232 УК РФ.

Постановлением Ленинского районного суда г. Нижнего Тагила от 12.02.2013г., вступившим в законную силу 23.02.2013г., было прекращено уголовное преследование в отношении ФИО6 в части предъявленного обвинения в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч.3 ст. 228.1 УК РФ (эпизод в отношении ФИО1) на основании п.1 ч.1 ст. 24, п. 1,2 ч.1 ст. 27 УПК РФ в связи с отказом государственного обвинителя от обвинения в этой части.

Приговором Ленинского районного суда г. Нижнего Тагила от 12.02.2013г. ФИО6 был признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч.3 ст. 30 ч.1 ст. 228.1 и ч.1 ст. 232 УК РФ. Назначено наказание в виде лишения свободы сроком 4 года 9 месяцев с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима. Срок наказания исчислен с 12.02.2013г., в срок отбытия наказания зачтено время содержания под стражей с 01.09.2011г. по 12.03.2013г.. мера пресечения – заключение под стражей с содержанием в ФКУ ИЗ-66/3 г. Нижний Тагил, оставлена без изменения до вступления приговора в законную силу.

Указанным приговором суда ФИО6 по п. «а» ч.3 ст. 228.1 УК РФ (эпизод от 30.06.2011г.), по ч.3 ст. 30, п. «а,г» ч.3 ст. 228.1 УК РФ (по эпизоду от 01.09.2011г.) оправдан за отсутствием состава преступления на основании п.2 ч.1 ст. 24 УПК РФ.

Постановлением Ленинского районного суда г. Нижнего Тагила от 30.07.2013г. государственному обвинителю был восстановлен пропущенный срок для принесения апелляционного представления на приговор суда от 12.02.2013г.

Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Свердловского областного суда от 18.12.2013г. приговор Ленинского районного суда г. Нижнего Тагила от 12.02.2013г. был изменен, ФИО6 на основании ч.2 ст. 69 УК РФ окончательно назначено наказание в виде лишения свободы на срок 4 года 7 месяцев. В остальной части приговор был оставлен без изменения, жалоба осужденного ФИО2 без удовлетворения.

ФИО6 был ранее неоднократно судим, в том числе и к наказанию в виде лишения свободы на срок 8 месяцев по приговору Ленинского районного суда г. Нижнего Тагила от 22.04.2008г. по ч.1 ст. 306 УК РФ, был освобожден по отбытию наказания 19.12.2008г.

Из исследованных в судебном заседании доказательств следует, что в данном случае истец обвинялся в совершении преступлений особой тяжести, предусмотренных п. «а» ч.3 ст. 228.1 УК РФ (эпизод от 30.06.2011г.), ч.3 ст. 30 п. «а,г» ч.3 ст. 228.1 УК РФ, п. «а» ч.3 ст. 228.1 УК РФ (эпизод в отношении ФИО1) необоснованно и, именно, в связи с этим, испытывал нравственные переживания. 

Суд исходит из того, что истцу в результате уголовного преследования безусловно причинен моральный вред, выразившийся в перенесенных им нравственных страданиях, нарушении личных неимущественных прав, принадлежащих ему от рождения, что не нуждается в подтверждении дополнительными доказательствами. 

Факт причинения истцу нравственных страданий презюмируется из факта его незаконного привлечения к уголовной ответственности.

Факт причинения истцу морального вреда подтвержден в судебном заседании представленными суду доказательствами, вступившим в законную силу судебным решением (приговором и постановлением).

Доводы представителей ответчика и третьих лиц о том, что суду не представлено доказательств, подтверждающих причинение ФИО6 нравственных страданий, не могут быть приняты во внимание, поскольку сам факт незаконного привлечения к уголовной ответственности свидетельствует о нарушении прав лица, подвергшегося незаконному уголовному преследованию и причинение ему нравственных страданий.

Основываясь на приведенных выше положениях законодательства Российской Федерации, суд приходит к выводу о том, что ФИО6 имеет право на компенсацию морального вреда, в результате его незаконного уголовного преследования, за счет казны Российской Федерации, исходя из положений ст. ст. 1070, 1071, 1101, 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

Определяя размер компенсации морального вреда, принимая во внимание положения ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснения, данные в п. 21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.11.2011 года № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве», в п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 года № 10 «О некоторых вопросах применения законодательства о компенсации морального вреда», суд учитывает принципы разумности и справедливости, оценивает характер и степень причиненных истцу нравственных страданий, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность производства по уголовному делу, учитывает фактические обстоятельства дела, личность истца, объем и существо обвинения истца (обвинялся в совершении особо-тяжких преступлений). 

Суд учитывает, период уголовного преследования истца по обвинению в совершении преступлений, учитывает, что ФИО6 ранее судим, также ранее отбывал наказание в виде лишения свободы, в настоящее время отбывает наказание в виде лишения свободы.

Разумность компенсации морального вреда является оценочной категорией, четкие критерии ее определения применительно к тем или иным видам дел не предусмотрены. В каждом конкретном случае суд вправе определить такие пределы с учетом конкретных обстоятельств дела.

При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает фактические обстоятельства дела, степень причиненных истцу нравственных страданий, и полагает возможным взыскать в пользу ФИО6 компенсацию морального вреда в размере 150000 рублей. 

Указанный размер компенсации морального вреда соответствует требованиям разумности и справедливости. Поскольку моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом компенсация должна отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания. Указанная сумма компенсации является наиболее соответствующей степени и характеру физических и нравственных страданий истца, его индивидуальным особенностям, иным заслуживающим внимание обстоятельствам, в том числе продолжительности уголовного преследования и другим имеющим значение при определении размера компенсации морального вреда обстоятельствам.

Руководствуясь ст.ст.12, 194-199, 320 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО6 удовлетворить. 

Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО6 (паспорт № №, выдан ДД.ММ.ГГГГ.) компенсацию морального вреда в размере 150000 (Сто пятьдесят тысяч)рублей.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Свердловского областного суда в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме с подачей жалобы в Ленинский районный суд г.Нижнего Тагила Свердловской области.

В окончательной форме решение суда изготовлено 22 мая 2024г.

Председательствующий 

Судья Гурина С.А.