№ 2-514/2018

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

17 июля 2018 г.

г. Кострома

Костромской районный суд Костромской области в составе:

председательствующего судьи Гурьяновой О.В., 

с участием прокурора Черных К.В.,

при секретаре судебного заседания Носовой А.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску по иску ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Газпром георесурс» в лице производственного филиала «Костромагазгеофизика» о взыскании компенсации морального вреда в связи со смертью внука, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Газпром георесурс» в лице производственного филиала «Костромагазгеофизика» о взыскании компенсации морального вреда в связи со смертью внука. Требования обосновала тем, что ДДММГГГГ ее внук Ч.И.С. был принят на работу в производственный филиал «Костромагазгеофизика» ООО «Газпром георесурс» в сейсморазведочную партию на должность рабочий на геофизических работах 4 разряда. ДДММГГГГ переведен в партию ВСП на должность топографа. ДДММГГГГ на его производственном участке на производстве на разведочной скважине № 50 Малыгинского месторождения Ямальского района Ямало-Ненецкого автономного округа произошла производственная авария, взрыв. Внук погиб. ДДММГГГГ после получения свидетельства о смерти был вынесен приказ о расторжении трудового договора с внуком в результате его смерти. В результате произошедшей аварии истец потеряла внука, опору своей жизни, любящего и заботливого внука. На сегодняшний день не имеет никого из родных и близких для нее людей, учитывая то обстоятельство, что у нее погиб внук 22 лет, он является пенсионеркой, в период жизни внука он, по сути, был ее кормильцем. В результате его смерти она осталась ни с чем и ни с кем, ее жизнь остановилась, она испытала и продолжает испытывать сильнейший стресс. Стрессовое состояние проявляется в нежелании общаться с окружающими, бессоннице, отсутствии аппетита. Она до настоящего времени принимает успокоительные лекарства, принимала курс антидепрессантов. Нарушено ее право на здоровье. Нарушается ее неимущественное право на обладание родственными и семейными связями. Нарушение этих видов прав порождает право на компенсацию морального вреда. Она проживала совместно с внуком, фактически находилась на его иждивении, так как у нее маленькая пенсия, все деньги уходили на лекарства. Внуку приходилось оплачивать ей коммунальные услуги, покупать еду, помогать по хозяйству, поддерживать морально и материально. Испытываемый ею моральный вред по характеру нравственных страданий характеризуется как психические страдания, связанные с душевной болью, по виду психических страданий - страх, отчаяние, по существенности вынужденных изменений в жизни - существенные, которые невозможно восстановить, по продолжительности последствий - пожизненные. На основании ст.ст. 151, 1064, 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) просит суд взыскать с ответчика компенсацию морального вреда 500 000 руб.

В настоящем судебном заседании истец не присутствует. В ходе рассмотрения дела истец, участвовавшая в заседании посредством видеоконференц-связи через Верхотурский районный суд Свердловской области, исковые требования поддержала. Пояснила, что она с дочерью (матерью внука) долго ждали, когда привезут тело внука после аварии. Они испытали огромный стресс. С 10 лет внук остался без отца и она забрала его к себе, воспитывала его, растила. Он во всем ей помогал. Когда приезжал в отпуск, отремонтировал баню, стал восстанавливать дом, так как дом нуждается в капитальном ремонте. Она осталась без поддержки, потеряла опору в своей жизни, любящего и заботливого внука. Внук был зарегистрирован у матери, но фактически проживал с ней. Дочь проживает отдельно, по соседству. Кроме пенсии в размере ***** руб. иного дохода она не имеет. У нее бессонница, давление, вынуждена постоянно принимать лекарства, ей делают уколы. У нее есть еще один внук, ему 41 год, он проживает со своей семьей. 

Представитель истца адвокат Каменных Д.В., участвовавший в судебном заседании посредством видеоконференц-связи пояснил, что матери погибшего Ч.И.С. - Ч.Н.Е. взысканные по решению суда денежные суммы еще не выплачены ответчиком. 

Представитель ответчика ООО «Газпром георесурс» в лице производственного филиала «Костромагеофизика» ФИО2 исковые требования не признал. Полагал, что истец в обоснование своих доводов приводит общие, абстрактные доводы и обстоятельства, которые не имеют юридического значения по делу, не являются фактическим доказательством нарушения личного неимущественного права истца. Вред здоровью должен подтверждаться документально. Истец умалчивает о раздельном проживании с внуком в виду его трудовой деятельности в Костромском регионе, об отсутствии постоянства в общении с внуком. Утверждение о нахождении истца на иждивении внука бездоказательны. Ответчиком выплачено в соответствии с п. 6.1.16 коллективного договора матери погибшего ***** руб., в данную сумму входит и компенсация морального вреда.

Выслушав представителя ответчика ФИО2, свидетеля Ч.Н.Е., исследовав материалы настоящего гражданского дела, заслушав заключение прокурора Черных К.В.,полагавшую необходимым удовлетворить исковые требования частично в размере 155 000 руб., суд приходит к следующему.

В соответствии с абз. 1 п. 1, п. 2 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

В силу ст. 212 Трудового кодекса Российской Федерации (далее - ТК РФ) обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Согласно абз. 16 ч. 2 ст. 22 ТК РФ работодатель обязан возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены названным Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

В соответствии со ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 настоящего Кодекса.

Согласно ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В силу ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно абз. 2 п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 10 от 20.12.1994 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях, в связи с утратой родственников.

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, выраженной в абз. 3 п. 32 Постановления Пленума от 26.01.2010 N 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности, членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда.

Судом установлено, что Ч.И.С., будучи трудоустроенным топографом Партии ВСП Основное производство производственного филиала «Костромагазгеофизика» ООО «Газпром георесурс», погиб при исполнении трудовых обязанностей при взрыве на буровой скважине № 50 Малыгинская Ямало-ненецкого автономного округа, что подтверждается экспертным заключением № № ***** и не оспаривалось стороной ответчика в ходе рассмотрения дела.

Как следует из пояснений истца погибший Ч.И.С., приходящийся истцу внуком, с 10 лет проживал с ней. До смерти Ч.И.С. оказывал материальную и физическую поддержку бабушке.

Указанные обстоятельства подтвердила свидетель Ч.Н.Е., опрошенная в ходе рассмотрения дела посредством видеоконференц-связи через Верхотурский районный суд Свердловской области. Так свидетель пояснила, что после смерти мужа, воспитанием внука, которому тогда было 10 лет, стала заниматься бабушка, так как ей, свидетелю, надо было работать. Сын вырос, закончил техникум, устроился на работу вахтовым методом в ООО «Газпром георесурс» и параллельно учился заочно в горной академии в г. Екатеринбурге. Он приезжал в выходные к ней и бабушке. Последний раз, когда он приезжал, он отремонтировал у бабушки баню. Перед смертью он позвонил, сообщил, что хочет приехать и познакомить со своей девушкой, а в декабре им сообщили о его смерти. Это был большой стресс. После произошедшего у ее мамы были еще силы присматривать за ней, свидетелем. У сына было много планов на жизнь. Он всегда приезжал к ним с подарками, помогал материально. Мама (истец) сильно переживает потерю внука. 

Из материалов дела следует, что ФИО1 проживает в доме с печным отоплением, расположенном по адресу: (адрес). 

Размер ее пенсии на день смерти внука составлял ***** руб. 

Согласно сведениям Комплексного центра социального обслуживания населения Государственного автономного учреждения социального обслуживания при выезде ДДММГГГГ психолога к семье погибшего Ч. у ФИО1 были выявлены следующие физиологические и психологические изменения: сильное волнение, тревога за дочь, которая тяжело перенесла извести, то состояние ступора, то сильный плач, нарушения дыхания, спазмы в горле, ухудшение аппетита, потеря сна и др. ФИО1 из последних сил держалась, чтобы поддержать свою дочь и это не прошло бесследно: сердечные боли и тяжелое психоэмоциональное состояние ухудшили и без того слабое здоровье. Неоднократно вызывались бригада скорой помощи и фельдшер местного ФАПа. У бабушки с внуком были очень теплые доброжелательные отношения. В 2004 году умер отец, и мама с помощью бабушки воспитывала сына. Внук всегда поддерживал бабушку, переживал о ее здоровье, помогал по хозяйству. Поэтому потеря внука была болезненной. Все дни ожидания тела внука и похорон ФИО1 держалась рядом с дочерью, не оставляла ее наедине. Тем самым ей было вдвойне тяжелее. ФИО1 до сих пор горюет, оплакивая своего внука. Здоровье пошатнулось, стала чаще обращаться к врачам и принимать лекарства.

Семейные отношения регулируются Семейным кодексом Российской Федерации, абз. 3 ст. 14 которого установлено, что близкими родственниками являются родственники по прямой восходящей и нисходящей линии (родители и дети, дедушки, бабушки и внуки). Следовательно, бабушка погибшего Ч.И.С. имеет право на получение компенсации морального вреда.

Оценив имеющиеся в материалах дела доказательства в их совокупности, установив, что смерть Ч.И.С. наступила по вине работодателя, суд приходит к выводу, что требования истца о взыскании с ответчика компенсации морального вреда обоснованы, так как гибель близкого родственника, внука, безусловно причинила истцу глубокие нравственные и моральные страдания.

При этом суд учитывает вину работодателя, допустившего грубые нарушения норм охраны труда в смерти Ч.И.С., чем нарушено принадлежащее истцу неимущественное благо (семейные связи). В результате истцу причинены нравственные страдания в связи со смертью близкого человека. Это следует из искового заявления, пояснений истца, свидетеля Ч.Н.Е., материалов дела. Также учтено наступление крайне негативных последствий для истца, лишившегося необходимой помощи, поддержки и заботы внука.

Доводы ответчика о том, что истец с внуком проживали раздельно, отсутствовало постоянное общение между ними, отсутствие доказательств нахождения истца на иждивении внука не нашли своего подтверждения в суде, опровергаются приведенными выше доказательствами.

Выплаченные ответчиком денежные средства Ч.Н.Е. (матери погибшего Ч.И.С.) в соответствии с п. 6.1.16 коллективного договора значения для разрешения настоящего спора не имеют. В силу названного пункта коллективного договора при смертельном исходе выплачивается единовременное пособие одному из членов семьи работника в размере 10 годовых заработков. Данная выплата не является компенсацией морального вреда. 

Также взысканная решением Черемушкинского районного суда г. Москвы от ДДММГГГГ с ответчика в пользу матери погибшего Ч.Н.Е. компенсация морального вреда в размер ***** руб., не освобождает ответчика от возмещения компенсации морального вреда в пользу бабушки погибшего, так как последней в связи с произошедшим несчастным случаем на производстве так же причинены нравственные страдания в виду степени их близости и привязанности.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд принял во внимание конкретные обстоятельства дела, степень причиненных истцу нравственных страданий в связи со смертью внука, невосполнимость утраты, родственную, духовно-эмоциональную связь. С учетом указанных обстоятельств суд считает разумным и справедливым удовлетворить требования о возмещении морального вреда частично, взыскав с ответчика компенсацию морального вреда в размере 200 000 руб. 

В соответствии со ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ) стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований.

Согласно ст. 103 ГПК РФ государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден в установленном законом порядке, взыскивается с ответчика пропорционально удовлетворенной части исковых требований. 

В соответствии со ст. 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации истец была освобождена от уплаты государственной пошлины, между тем при подаче иска в суд ею уплачена государственная пошлина в размере 300 руб., в связи с чем, она подлежит взысканию с ответчика в пользу истца.

Руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Газпром георесурс» в лице производственного филиала «Костромагазгеофизика» о взыскании компенсации морального вреда в связи со смертью внука удовлетворить частично. 

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Газпром георесурс» в лице производственного филиала «Костромагазгеофизика» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 200 000 руб., расходы по уплате государственной пошлины, а всего взыскать 200 300 (двести тысяч триста) руб.

В удовлетворении остальной части иска ФИО1 отказать. 

Решение может быть обжаловано в Костромской областной суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Костромской районный суд Костромской области.

Судья 

О.В. Гурьянова 

Решение суда в окончательной форме 

изготовлено 17 июля 2018 г.