Дело № 2-4320/2018

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

14 ноября 2018 года город Новосибирск

Ленинский районный суд города Новосибирска в лице судьи Васильева Д.С.,

при секретаре судебного заседания Аверине Н.С.,

с участием истицы ФИО1, ее представителя ФИО2, ответчицы ФИО3, ее представителя ФИО4, представителя ответчика АО МКС-Новосибирск ФИО5,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО3, АО МКС-Новосибирск об оспаривании решений общих собраний, взыскании неосновательного обогащения, оспаривании начисления задолженности,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО3 и АО МКС-Новосибирск о признании недействительными решений общих собраний собственников многоквартирного 

<

адрес>, оформленных протоколами от 1 сентября 2016 года и от 30 декабря 2016 года, взыскании неосновательно уплаченных сумм вознаграждения за работу совета дома, признании незаконным требования об оплате задолженности по вознаграждению за работу совета дома.

Иск мотивировала тем, что оба оспариваемых общих собрания проведены по инициативе ответчицы ФИО3 Решением общего собрания от 1 сентября 2016 года оформлено предоставление председателю совета дома права единолично принимать от имени собственников помещений многоквартирного дома решения, отнесенные к исключительной компетенции общего собрания, в том числе об установлении размера оплаты дополнительных услуг по содержанию и ремонту общего имущества, что подразумевает установление оплаты вознаграждения за работу совета дома. Решением общего собрания от 30 декабря 2016 года установлен тариф по расходам на вознаграждение совету дома в размере 3 рублей с 1 кв.метра общей площади. Указанные решения общих собраний приняты при отсутствии кворума. Общее собрание 1 сентября 2016 года фактически не проводилось. Из протокола решения общего собрания от 1 сентября 2016 года следует, что данное собрание проводилось в форме очно-заочного голосования. Его неотъемлемой частью должны быть решения собственников по вопросам, поставленным на голосование. Таких решений к протоколу общего собрания не приобщено. Общее собрание, датированное 30 декабрем 2016 года, проведено при участии только ФИО3 Поскольку решение общего собрание от 1 сентября 2016 года о предоставлении ей права голосовать от имени собственников помещений многоквартирного дома является ничтожным, ФИО3 не имела полномочий при проведении собрания 30 декабря 2016 года единолично действовать от имени собственников. Так как решение об установлении тарифа по оплате работы совета многоквартирного дома является ничтожным, с нее неосновательно удержаны денежные средства в размере 1 302 рублей, а также незаконно начислена задолженность в размере 1 432 рублей 20 копеек.

В судебном заседании истица ФИО1 и ее представитель ФИО2 доводы иска поддержали в полном объеме. С заявлением ответчицы о пропуске срока исковой давности не согласились. Указали, что копию протокола общего собрания от 30 декабря 2016 года истица получила 23 декабря 2017 года, копию протокола общего собрания от 1 сентября 2016 года истица получила в 28 мая 2018 года. Иск предъявлен 18 июня 2018 года, то есть в пределах установленного законом срока давности.

Ответчица ФИО3 и ее представитель ФИО4 в судебном заседании с иском не согласились. Ответчица признала факт того, что при проведении общего собрания 1 сентября 2016 года фактически присутствовало 5 человек. Впоследствии путем обхода по квартирам составлен реестр лиц, участвовавших в голосовании. Участия в составлении протокола общего собрания от 1 сентября 2016 года ответчица не принимала. Но признание решений общего собрания от 1 сентября 2016 года недействительными не свидетельствует о недействительности решений общего собрания от 30 декабря 2016 года, так как проводя единолично это собрание, ответчица действовала не на основании решения общего собрания от 1 сентября 2016 года, а на основании доверенности, выданной ей собственниками помещений многоквартирного дома 20 ноября 2013 года. Полагала, что истицей пропущен срок исковой давности, поскольку она в 2017 году и весной 2018 года осуществляла оплату вознаграждения совета дома, то есть имела возможность узнать об оспариваемом собрании.

Представитель ответчика АО МКС-Новосибирск ФИО5 в судебном заседании против удовлетворения иска возражал, полагая, что оспариваемые решения возможно оставить в силе, поскольку голосование истицы не могло повлиять на результаты голосования, существенных нарушений при их проведении нет, убытков истице не причинено.

Суд, выслушав объяснения, изучив материалы дела, приходит к следующему.

Из материалов дела видно, что многоквартирный 

<

адрес> находится в управлении АО МКС-Новосибирск.

Истица ФИО1 является собственником 

<

адрес>, общей площадью 43,4 кв.метров.

Протоколом общего собрания от 1 сентября 2018 года оформлены решения общего собрания собственников помещений многоквартирного 

<

адрес>, согласно которым ФИО3 предоставлены полномочия единолично принимать по всем вопросам, отнесенным к исключительной компетенции общего собрания, в том числе устанавливать размеры платы за жилищные услуги и перечень обязательных и дополнительных услуг по содержанию и ремонту общего имущества собственников помещений в многоквартирном доме.

Протоколом общего собрания от 30 декабря 2016 года оформлены решения общего собрания собственников помещений многоквартирного 

<

адрес>, согласно которым утвержден тариф на оплату вознаграждения совету дома в размере 3 рублей с 1 кв.метра общей площади.

Истица ФИО1 не принимала участия в голосовании на указанных общих собрания. 

Согласно установленному решением общего собрания от 30 декабря 2016 года тарифу управляющая организация АО МКС-Новосибирск, начиная с января 2017 года, осуществляла начисление ФИО1 ежемесячной оплаты вознаграждения совета дома в размере 130 рублей 20 копеек.

Истица частично оплатила вознаграждение совету дома на сумму 1 302 рубля. Кроме того, по состоянию на октябрь 2018 года ей начислена задолженность по данной строке в сумме 1 432 рубля 20 копеек (л.д.91).

Рассматривая доводы ответчицы ФИО3 о пропуске срока исковой давности, суд исходит из положений части 6 статьи 46 Жилищного кодекса Российской Федерации, согласно которой заявление об обжаловании решения общего собрания собственников помещений многоквартирного дома может быть подано в суд в течение шести месяцев со дня, когда указанный собственник узнал или должен был узнать о принятом решении.

Согласно пункту 5 статьи 181.4 ГК РФ решение собрания может быть оспорено в суде в течение шести месяцев со дня, когда лицо, права которого нарушены принятием решения, узнало или должно было узнать об этом, но не позднее чем в течение двух лет со дня, когда сведения о принятом решении стали общедоступными для участников соответствующего гражданско-правового сообщества.

Ответчиками не представлено доказательств размещения протоколов оспариваемых собраний ранее 7 апреля 2018 года. Согласно представленному истицей скриншоту экрана соответствующей страницы «мой дом» сайта «Реформа ЖКХ» решение общего собрания от 1 сентября 2016 года размещено 7 апреля 2018 года.

В дело также не предоставлены доказательства того, что истица ФИО1 была ознакомлена или имела возможность ознакомиться с протоколами общих собраний до 18 декабря 2018 года, то есть не менее чем за шесть месяцев до подачи иска (18 июня 2018 года). 

Ссылки ответчицы на то, что истица ФИО1 осуществляла оплату по строке вознаграждение совету дома не свидетельствуют об ознакомлении истицы с принятыми на общих собраниях решениях. Следует учитывать, что оплата жилого помещения и коммунальных услуг осуществляется на основании единого платежного документа, в котором основания начисления оплаты по конкретной строке, в том числе дата решения соответствующего общего собрания, не указываются.

При таких обстоятельствах суд исходит из того, что истица ознакомилась с решениями, принятыми 30 декабря 2016 года, 23 декабря 2018 года, с решениями, принятыми 1 сентября 2016 года – 28 мая 2018 года. С указанных дат начал течь срок исковой давности для оспаривания решений каждого из общих собраний.

Иск подан 18 июня 2018 года, то есть в пределах установленного законом срока исковой давности.

При рассмотрении требований о признании недействительными решений общих собраний по существу суд учитывает, что по смыслу части 6 статьи 46 Жилищного кодекса Российской Федерации, статей 181.4, 181.5 Гражданского кодекса Российской Федерации, следует различать оспоримость решений общих собраний и их ничтожность.

В данном случае истицей ФИО1 заявлено требование о признании решений общих собраний ничтожными в виду отсутствия на них кворума.

В силу статьи 181.5 Гражданского кодекса Российской Федерации если иное не предусмотрено законом, решение собрания ничтожно в случае, если оно: 1) принято по вопросу, не включенному в повестку дня, за исключением случая, если в собрании приняли участие все участники соответствующего гражданско-правового сообщества; 2) принято при отсутствии необходимого кворума; 3) принято по вопросу, не относящемуся к компетенции собрания; 4) противоречит основам правопорядка или нравственности.

В случае ничтожности решения общего собрания собственников многоквартирного дома оно не может быть оставлено в силе судом вследствие невозможности влияния голосования истицы на результаты голосования, несуществленности допущенных нарушений и отсутствия у истицы убытков в связи с принятием такого решения.

Поскольку отсутствие кворума свидетельствует о ничтожности общего собрания, суд полагает необходимым в первую очередь дать оценку данным доводам иска.

В силу части 3 статьи 45 Жилищного кодекса Российской Федерации общее собрание собственников помещений в многоквартирном доме правомочно (имеет кворум), если в нем приняли участие собственники помещений в данном доме или их представители, обладающие более чем пятьюдесятью процентами голосов от общего числа голосов.

Согласно части 3 статьи 48 названного Кодекса количество голосов, которым обладает каждый собственник помещения в многоквартирном доме на общем собрании собственников помещений в данном доме, пропорционально его доле в праве общей собственности на общее имущество в данном доме.

Из материалов дела видно, что общая площадь дома составляет 2 666,5 кв.метров. Кворум имеет место при наличии на общем собрании собственников, имеющих в собственности помещения совокупно не менее чем 1 333,25 кв.метров.

При проверке наличия кворума на общем собрании от 1 сентября 2018 года суд учитывает, что согласно его протоколу оно проведено в форме очно-заочного голосования.

В силу пункта 3 статьи 44.1 Жилищного кодекса Российской Федерации общее собрание собственников помещений в многоквартирном доме может проводиться посредством, в частности, очно-заочного голосования.

Согласно части 3 статьи 47 Жилищного кодекса Российской Федерации общее собрание собственников помещений в многоквартирном доме может быть проведено посредством очно-заочного голосования, предусматривающего возможность очного обсуждения вопросов повестки дня и принятия решений по вопросам, поставленным на голосование, а также возможность передачи решений собственников в установленный срок в место или по адресу, которые указаны в сообщении о проведении общего собрания собственников помещений в многоквартирном доме.

При проведении общего собрания в очно-заочной форме, ввиду того, что оно проводится в две стадии, должны быть разграничены собственники помещений, принимающие участие на очном собрании, и собственники помещений, принимающие участие в заочном голосовании (опросным путем).

Из протокола общего собрания от 1 сентября 2018 года видно, что такое разграничение в нем отсутствует. В данном протоколе не указано, сколько собственников непосредственно обсуждали вопросы на общем собрании, а сколько – опросным путем, в течение какого времени предоставлялись бюллетени голосования, не установлен срок их предоставления.

Согласно протоколу общего собрания, при общей площади дома 

<

данные изъяты> кв.метров в голосовании приняли собственники 1 883,0 кв.метров, то есть 70,7 %. В подтверждение наличия кворума к протоколу общего собрания от 1 сентября 2018 года приложен реестр собственников помещений, принимавших участие в голосовании, в котором указаны номера квартир, их площади, фамилии, имена и отчества собственников, а также содержатся их подписи.

Однако следует учитывать, что такой реестр может составляться лишь для фиксации явки лиц, присутствовавших при очном обсуждении вопросов, поставленных на голосование. Сведений о результатах голосования он не содержит.

Исходя из части 1 статьи 47 Жилищного кодекса Российской Федерации, участие в общем собрании лиц, не присутствовавшем на очном собрании, оформляется заполнением отдельных документов – оформленных в письменной форме решений собственника помещения по вопросам, поставленным на голосование (бюллетеней голосования).

Поскольку учет голосов с позициями «за», «против», «воздержался», принимающих участие на очном собрании, отражается в протоколе, при очном собрании реестра достаточно. Но если речь идет об очно-заочном голосовании, необходимо знать позицию собственников, не присутствовавших на очном собрании. Эта позиция определяется путем заполнения решения собственника.

Следовательно, неотъемлемой частью протокола общего собрания собственников многоквартирного дома, проводимого в очно-заочной форме, являются: 1) реестр собственников, присутствовавших на общем собрании, 2) оформленные в письменной форме решения собственников, участвовавших в общем собрании опросным путем.

Вместе с тем, к протоколу общего собрания от 1 сентября 2016 года письменные решения собственников, участвовавших в общем собрании опросным путем, не приобщены.

В ходе судебного разбирательства установлено, что фактически на очном собрании все собственники, указанные в реестре, участия не принимали.

Свидетели ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10 указали, что, хотя они указаны в реестре общего собрания или его протоколе, фактически они в общем собрании 1 сентября 2016 года не участвовали, о таком общем собрании не слышали. 

Ответчица ФИО3 в судебном заседании признала, что на очном собрании присутствовало не более пяти человек, остальные подписи собирались путем поквартирного обхода, то есть заочно. Согласно части 2 статьи 68 ГПК РФ освобождает другую сторону от дальнейшего доказывания данных фактов.

Всего в реестре указаны 59 собственников. Если на очном собрании при непосредственном обсуждении присутствовали 5 собственников, то это означает, что 54 собственника на очном собрании не присутствовало. Таким образом, в прилагаемом к протоколу общего собрания реестре собственников отражены собственники помещений, большинство из которых не участвовали в очном собрании.В нарушение требований закона участие этого большинства в заочном голосовании надлежащим образом, а именно путем представления отдельных документов – решений собственников по всем вопросам повестки дня - не подтверждено.

Необходимо отметить, что реестр собственников лишь фиксирует факт участия в общем собрании, но не содержит информации о том, какое решение собственник, принявший участие в общем собрании, принял по каждому вопросу, поставленному на голосование. Допрошенные в ходе судебного разбирательства свидетели показали, что не могут сказать, за что расписывались при проведении поквартирного обхода членом совета дома. Из реестра неясно, понимали ли это собственники, в нем не указаны вопросы, поставленные на голосование, не указан срок, в течение которого эти подписи собирались.

При таких обстоятельствах суд не может признать реестр собственников помещений, приложенный к протоколу общего собрания от 1 сентября 2018 года, надлежащим доказательством участия собственников помещений в общем собрании.

При отсутствии надлежащего подтверждения участия большинства собственников помещений в общем собрании 1 сентября 2018 года, а именно вследствие непредставления письменных решений собственников, суд приходит к выводу о том, что оно проведено при отсутствии кворума и является ничтожным.

Суд полагает также необходимым учесть, что из протокола общего собрания от 1 сентября 2018 года следует, что собственники помещений уполномочили ФИО3, ФИО4, ФИО6 быть их представителями перед третьими лицами со сроком полномочий на 5 лет, в том числе на общих собраниях собственников помещений, принимать решения и голосовать по вопросам, указанным в статье 44 Жилищного кодекса Российской Федерации, а именно принимать решение о ремонте общего имущества в многоквартирном доме, о его реконструкции, о пределах использования земельного участка, о введении ограничений пользования им, о передаче в пользование общего имущества иным лицам, о размере платы за жилищные услуги и перечне обязательных дополнительных услуг по содержанию и ремонту общего имущества, об утверждении на годовом общем собрании отчета управляющей организации, о необходимости выполнения работ, не предусмотренных тарифом, а также по другим вопросам, отнесенным к компетенции общего собрания.

Согласно части 2 статьи 44 Жилищного кодекса Российской Федерации все эти вопросы отнесены к компетенции общего собрания.

Между тем общее собрание собственников помещений не может делегировать решение вопросов, отнесенных к его исключительной компетенции, иным органам управления многоквартирным домом, в том числе председателю совета дома.

Такое делегирование противоречит правовой природе императивно установленной исключительной компетенции общего собрания. Исключительная компетенция не делегируется, поскольку иначе она теряет свойство своей исключительности. Делегирование общим собранием своей исключительной компетенции иному исполнительному органу означало бы по факту его самоликвидацию как высшего органа управления многоквартирным домом.

В этой связи пунктом 4.3 части 2 статьи 44 Жилищного кодекса Российской Федерации установлено, что к компетенции общего собрания собственников помещений в многоквартирном доме относится, в частности, принятие решения о наделении председателя совета многоквартирного дома полномочиями на принятие решений по вопросам, не указанным в части 5 статьи 161.1 настоящего Кодекса, за исключением полномочий, отнесенных к компетенции общего собрания собственников помещений в многоквартирном доме.

Поэтому решения общего собрания от 1 сентября 2018 года в части возложения на председателя совета дома и его членов вопросов, отнесенных к исключительной компетенции общего собрания, является ничтожным также в связи с его противоречием основам правопорядка (пункт 4 статьи 181.5 ГК РФ).

При рассмотрении требования о признании недействительным общего собрания от 30 декабря 2018 года суд учитывает, что оно проводилось по инициативе одного собственника – ФИО3, о его проведении была уведомлена только ФИО3, в нем принимала участие только ФИО3

Доказательств наличия у ФИО3 полномочий действовать от имени других собственников не представлено.

Ссылки на решение общего собрания от 1 сентября 2018 года не могут быть приняты во внимание, поскольку это решение является ничтожным. 

Доводы ответчицы ФИО3 о наличии у нее доверенности от собственников помещений многоквартирного дома, выданной ей на общем собрании 20 ноября 2018 года, являются несостоятельными.

Как видно из представленной ответчицей копии доверенности, в ней отсутствует дата ее совершения.

В силу абзаца второго пункта 1 статьи 186 ГК РФ доверенность, в которой не указана дата ее совершения, ничтожна.

Доводы ответчицы о том, что доверенность выдана на общем собрании 20 ноября 2013 года, основаны на неверном понимании норм материального права. Следует учитывать, что общее собрание не полномочно выдавать доверенности от имени собственников помещений многоквартирного дома. Выдача доверенности является односторонней сделкой собственника помещений многоквартирного дома. Собственник помещений многоквартирного дома не может быть принужден решением общего собрания к выдаче доверенности от своего имени другому лицу.

Поэтому ссылки ответчицы ФИО3 на факт принятия решения общего собрания от 20 ноября 2013 года как на основание выдачи доверенности лишены правовых оснований. Доверенность выдается не общим собранием, а только собственником путем подписания соответствующего документа.

Даже в случае оформления доверенности одним документом такая доверенность будет действовать в части представления интересов одного конкретного собственника только после ее подписания этим собственником с указанием даты ее подписания.

В представленной ответчицей доверенности отсутствует не только общая дата ее совершения, но, что более юридически значимо, отсутствуют даты ее подписания конкретными собственниками.

Следует также отметить и то обстоятельство, что в представленной ответчицей ФИО3 доверенности отсутствует указание на срок ее действия.

Согласно абзацу первому пункта 1 статьи 186 ГК РФ если в доверенности не указан срок ее действия, она сохраняет силу в течение года со дня ее совершения.

Даже если исходить из того, что, как указывает ответчица ФИО3, доверенность выдана 20 ноября 2013 года, срок ее действия на момент проведения общего собрания 30 декабря 2016 года заведомо истек.

Таким образом, при проведении общего собрания от 30 декабря 2018 года ФИО3 действовала от имени других собственников помещений многоквартирного дома без наличия на то полномочий.

Поскольку ФИО3 не располагает числом голосов, составляющим более пятидесяти процентов от общего числа голосов собственников помещений многоквартирного дома, решение общего собрания, оформленное протоколом от 30 декабря 2018 года, является ничтожным.

Так как решения общих собраний собственников помещений многоквартирного 

<

адрес>, оформленные протоколами от 1 сентября 2016 года и от 30 декабря 2016 года, являются ничтожными, не имеют правового значения ссылки ответчиков на то, что участие ФИО1 не могло повлиять на результаты голосования, а допущенные нарушения не являются существенными. Как указано выше, указанные доводы могут учитываться судом только в том случае, если решение общего собрания не является ничтожным, то есть проведено при наличии кворума, решения приняты по поставленным вопросам голосования в рамках компетенции общего собрания и не противоречат основам правопорядка.

В ходе судебного разбирательства установлено, что на основании решения общего собрания от 30 декабря 2018 года, признанного судом ничтожным, ФИО1 начислялась оплата за работу совета дома из расчета 3 рубля за 1 кв.метр общей площади.

Иных законных оснований для оплаты собственником вознаграждения за работу совета дома в ходе судебного разбирательства не установлено. 

В соответствии с частью 8.1 статьи 161.1 Жилищного кодекса Российской Федерации общее собрание собственников помещений в многоквартирном доме вправе принять решение о выплате вознаграждения членам совета многоквартирного дома, в том числе председателю совета многоквартирного дома. Такое решение должно содержать условия и порядок выплаты указанного вознаграждения, а также порядок определения его размера.

Из данной нормы следует, что принятие собственниками решения о вознаграждении членам совета дома и его председателю не является обязательным. При отсутствии решения о выплате вознаграждения совет дома может осуществлять свою деятельность на безвозмездной основе. 

Поскольку установление возмездности деятельности совета дома является факультативным, действующим законодательством не предусмотрено установление тарифов такого вознаграждения, которые могли бы применяться при отсутствии принятия собственниками соответствующего решения.

Суд также не представлено иного решения общего собрания собственников многоквартирного дома, которое подтвердило бы решения от 30 декабря 2016 года.

Поскольку ничтожное решение общего собрания не влечет никаких правовых последствий, а иных законных оснований для взыскания вознаграждения совету дома не предусмотрено, взимание с истицы оплаты за работу совета дома, а также начисление ей задолженности вследствие невнесения ею задолженности, является незаконным.

В силу части 1 статьи 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса.

Следует взыскать с АО МКС-Новосибирск уплаченную денежную сумму в размере 1 302 рубля 00 копеек, а также обязать управляющую организацию исключить из лицевого счета ФИО1 начисленную задолженность в размере 1 432 рублей 20 копеек.

Расчеты истицы в ходе судебного разбирательства не оспорены и суд принимает их за основу при вынесении решения.

Так как ФИО1 вносила оплату за вознаграждение совету дома в управляющую организацию АО МКС-Новосибирск, оснований для взыскания неосновательного обогащения с ФИО3, которая не является получателем данных сумм непосредственно от истицы, нет.

В силу части 1 статьи 98 стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Истица ФИО1 уплатила за подачу иска государственную пошлину в размере 700 рублей.

Следует учитывать, что в данном случае в заявлении соединены два иска – иск к ФИО3 о признании недействительными решений общих собраний и иск к АО МКС-Новосибирск о взыскании неосновательного обогащения и исключении задолженности.

ФИО3 является надлежащим ответчиком по иску о признании недействительными решений общих собраний, то есть по двум неимущественным требованиям. В силу подпункта 3 пункта 1 статьи 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации за каждое из этих требований истица обязана была уплатить при подаче иска государственную пошлину в размере 300 рублей. Поскольку эти иски удовлетворены, с ФИО3 в пользу истицы подлежит взысканию возмещение расходов на оплату государственной пошлины в размере 600 рублей.

Государственная пошлина в размере 100 рублей (700-600) является излишне уплаченной ФИО1 и может быть ей возвращена в порядке, предусмотренном налоговым законодательством.

АО МКС-Новосибирск является надлежащим ответчиком по требованиям о взыскании неосновательного обогащения (имущественное требование, подлежащее оценке) и исключении начисленной задолженности из лицевого счета (имущественное требование, не подлежащее оценке). За подачу данного иска истец обязан уплатить государственную пошлину в размере 400 и 300 рублей (подпункты 1, 3 пункта 1 статьи 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации).

ФИО1 как потребитель услуг управляющей организации освобождена от уплаты государственной пошлины за подачу этих требований.

В соответствии с частью 1 статьи 103 ГПК Российской Федерации с АО МКС-Новосибирск в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 700 рублей.

В силу части 1 статьи 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Истица понесла расходы на оплату услуг представителя в связи с подачей иска в размере 3 000 рублей (л.д.22-23).

Поскольку в одном заявлении истицей соединены иски к двум ответчикам, ответственность которых не является солидарной, следует взыскать с них возмещение данных расходов в равных долях, по 1 500 рублей с каждого.

Учитывая изложенное и руководствуясь статьями 194-199 ГПК Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Признать недействительными решения общего собрания собственников многоквартирного 

<

адрес>, оформленные протоколом от 1 сентября 2016 года.

Признать недействительными решения общего собрания собственников многоквартирного 

<

адрес>, оформленные протоколом от 30 декабря 2016 года.

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО1 возмещение расходов на оплату юридических услуг в связи с подачей иска в размере 1 500 рублей, возмещение расходов на оплату государственной пошлины в размере 600 рублей, а всего 2 100 рублей.

Взыскать с ЗАО УК «СПАС-Дом» в пользу ФИО1 неосновательно уплаченную сумму в размере 1 302 рубля 00 копеек, возмещение расходов на оплату юридических услуг в связи с подачей иска в размере 1 500 рублей, а всего 2 802 рубля.

Признать незаконным требование об уплате ФИО1 задолженности за работу совета дома в размере 1 432 рублей 20 копеек, обязать ЗАО УК «СПАС-Дом» исключить указанную задолженность из лицевого счета собственника 

<

адрес>.

Взыскать с ЗАО УК «СПАС-Дом» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 700 рублей.

Решение может быть обжаловано в Новосибирский областной суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

В окончательной форме решение суда составлено 27 ноября 2018 года

Судья: (подпись) Д.С. Васильев

«Подлинник решения суда находится в деле № 2-4320/2018 Ленинского районного суда г.Новосибирска».