КОПИЯ 66RS0008-01-2019-001460-95 Дело №2-1192/2019

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

27 августа 2019 года город Нижний Тагил 

Дзержинский районный суд города Нижнего Тагила Свердловской области в составе: председательствующего судьи Сорокиной Е.Ю.,

с участием представителя истца САО «ВСК» ФИО1 

ответчика, его представителя ФИО2, 

при секретаре Ежовой Е.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Страхового акционерного общества «ВСК» к ФИО2 А,Г. о признании договора страхования недействительным,

У С Т А Н О В И Л:

САО «ВСК» обратилось в суд с иском к ФИО2 А,Г., в котором просит признать недействительным договор комплексного ипотечного страхования № 15441 АF 077769, заключенный между САО «ВСК» и ФИО2 А,Г., и взыскать с ответчика расходы по уплате государственной пошлины в размере 6000 рублей. 

В обоснование иска указано, что 24 марта 2015 года ФИО2 А,Г. и САО «ВСК» на условиях Правил № 83, 69 (в отношении риска № 5, предусмотренного договором) был заключен договор страхования № 15441 AF 077769 «Защита семейного бюджета». Срок страхования определен сторонами с 25.03.2015 по 24.03.2016. В рамках договора страхования были приняты на страхование имущественные интересы застрахованного, связанные с причинением вреда жизни и здоровью, в том числе диагностирование тяжелого заболевания (риск № 5). 22.11.2018 в Екатеринбургский филиал САО «ВСК» поступило заявление ФИО2 А,Г. о производстве выплаты в связи наступлением события, предусмотренного договором - диагностирование 

<

данные изъяты>». При заключении договора страхования № 15441 AF 077769 ФИО2 А,Г. подписал договор, подтвердив, что на момент заключения договора он не страдает 

<

данные изъяты>. Заполнив данную декларацию страхователя, ФИО2 А,Г. взял на себя ответственность за правдивость указанных в ней сведений, согласился, что в случае сообщения им ложных сведений или сокрытия фактов, изложенных в заявлении на страхование, договор в отношении него будет считаться недействительным с момента его заключения и страхования компания освобождается от каких-либо обязательств по договору страхования. В соответствии с представленными документами у застрахованного до заключения страхования с 2009 г диагностировано 

<

данные изъяты>. Согласно документам из ГБУЗ Свердловской области Демидовская городская больница у ответчика диагностирована 

<

данные изъяты>, в последующем неоднократно обследовался по поводу указанного диагноза, вплоть до заключения договора страхования. Кроме того, 08.12.2015 застрахованному установлена 

<

данные изъяты>. Однако в декларации застрахованного в страховом полисе заявлено, что застрахованный не страдает 

<

данные изъяты>. При этом, из представленных документов следует, что тяжелое заболевание, послужившее основанием для обращения к страховщику за получением страховой выплаты (почечная недостаточность), впервые возникло (диагностировано) в ДД.ММ.ГГГГ, до заключения договора. О вышеперечисленных фактах медицинского характера, о наличии до заключения договора указанного заболевания застрахованный не мог не знать, однако при подписании заявления на страхование сообщил страховщику заведомо ложные сведения об обстоятельствах, имеющих существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая. В соответствии с п. 1 ч. 2 ст. 434.1 ГК РФ недобросовестными действиями при проведении переговоров предполагаются предоставление стороне неполной или недостоверной информации, в том числе умолчание об обстоятельствах, которые в силу договора должны быть доведены до сведения другой стороны. Полагают, что вышеуказанные обстоятельства являются основанием для признания сделки недействительной. О сообщении ответчиком заведомо ложных сведений САО «ВСК» стало известно после предоставления ФИО2 А,Г. документов на страховую выплату. Считают, что годичный срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной (п.2 ст. 181 ГК РФ) соблюден. Ссылаясь на положения ст.ст. 20, 179, 944, 1175 ГК РФ просит признать недействительным заключенный между Страховым акционерным обществом «ВСК» и ФИО2 А,Г. договор страхования № 15441 АF 077769 от 24 марта 2015 года и взыскать судебные издержки по оплате государственной пошлины в размере 6000 рублей. 

В судебном заседании представитель истца САО «ВСК» ФИО1 поддержал заявленные исковые требования по основаниям, указанным в исковом заявлении. Уточнил, что просит признать договор страхования «Защита семейного бюджета» недействительным. В тексте просительной части иска допущена опечатка, изложено неверное наименование договора страхования. Суду пояснил, что срок исковой давности для оспаривания договора является не пропущенным, так как о нарушении своих прав истец узнал при подаче заявления ответчиком о производстве страховой выплаты – 22.11.2018, после чего и были истребованы документы. В случае, если суд придет к выводу о пропуске срока, просил о его восстановлении.

Ответчик в судебном заседании исковые требования не признал, поддержав письменный отзыв. Суду пояснил, что при заключении договора страхования он невнимательно прочитал текст, где имелся перечень заболеваний, так как был мелкий шрифт. Подтвердил, что наличие 

<

данные изъяты>, в связи с чем он находился на лечении. В дальнейшем в связи с возникшими последствиями ему была установлена инвалидность. В настоящее время является 

<

данные изъяты>.

Представитель ответчика ФИО2 исковые требования не признала, поддержала письменный отзыв по изложенным основаниям. Указала, что истец в нарушение статьи 56 ГПК РФ не представил суду безусловных доказательств, свидетельствующих о том, что спорный договор был заключен под влиянием обмана, то есть при его заключении ответчик действовал умышленно и сообщил страховщику заведомо ложные сведения. Истец имел все возможности для проверки сведений предоставленных ответчиком. Неосторожное поведение страховщика-профессионала в своем деле не освобождает его от несения риска наступления страхового случая. Просила о применении срока исковой давности, который следует исчислять с 24 марта 2015 года, то есть с момента подписания страхового полиса и получения страховой премии САО ВСК. Страховая компания получила соответствующее разрешение от страхуемого лица о проверке сведений, предусмотрела в правилах возможность истребования необходимых документов для оценки страховых рисков до подписания страхового договора. В данном случае страховщик запросы не направлял и не воспользовался своим правом проверить состояние здоровья ФИО2 А,Г., а также достаточность представленных сведений. Ни один документ страховой компанией через ответчика затребован не был. Таким образом, ссылка истца на положения статьи 10 ГК РФ о добросовестности участников гражданских правоотношений не может быть принята во внимание, поскольку страховщик является лицом, осуществляющим профессиональную деятельность на рынке страховых услуг, и вследствие этого более осведомлен в определении факторов риска». Тем самым, страховщик добровольно отказался от права предварительного сбора информации, взяв на себя все риски, связанные с непрофессиональной оценкой здоровья ответчика. В Приложении 9 Правил № 69 сказано, что заявление на страхование и Правила 69 страхования от тяжелых болезней являются неотъемлемой частью настоящего полиса страхования. В Приложении № 7 указанных Правил № 69 существует перечень документов, предоставляемых по запросу страховщика при заключении договора страхования, однако у ответчика был истребован только паспорт. В данном перечне присутствует в качестве обязательного документа заявление лица, желающего заключить договор страхования. При этом заявление на заключение договора страхования ответчику заполнить не предлагали, тем самым истец сам нарушил установленные им правила по отношению к ответчику. Также в данном приложении есть перечень документов, которые могут быть затребованы страховой компанией при заключении договора для оценки страхового риска. Ни один документ страховой компанией через ответчика затребован не был. При этом определение «

<

данные изъяты> приведенное в приложениях Правил, служит для определения состояния на момент наступления страхового случая, а не для раскрытия состояния на момент заключения договора страхования. Свое состояние ответчик определил верно, руководствуясь буквальным прочтением страхового полиса и Правил страхования. На момент подписания страхового полиса терминальной стадии болезни у ответчика диагностировано не было. Понятие 

<

данные изъяты> раскрывается как 

<

данные изъяты> Впервые по медицинским показателям возможно говорить о наступлении терминальной стадии согласно выписке от 11 февраля 2016 года. Процедура 

<

данные изъяты>, а в медицинских документах 

<

данные изъяты>» была зафиксирована 23 марта 2016 года, в направлении в урологическое отделение № 1 ОКБ г. Екатеринбурга при переводе ответчика на дальнейшее лечение в указанное медицинское учреждение. Полагает, что согласно Правил № 83 ответчик на момент подписания страхового полиса указал свое состояние верно, в связи с чем в удовлетворении исковых требований к ответчику следует отказать. Также дополнительно пояснила, что в 2009 году ответчик разово обратился в медицинское учреждение. Ему поясняли, что имеющийся у него диагноз не лечится, с ним долго живут. В ЦГБ № 1 нефролога не было. Ответчику посоветовали обратиться в демидовскую поликлинику; находился на стационарном лечении в Демидовской больнице в 2014 году. При этом у ответчика ранее были проблемы 

<

данные изъяты>. В Демидовской городской больнице стали наблюдаться амбулаторно каждый месяц для подготовки к оформлению инвалидности. 

Выслушав представителя истца, ответчика, его представителя, исследовав письменные материалы дела, представленные медицинские документы, собранные по делу доказательства, оценив их в совокупности, суд приходит к следующему. 

В соответствии со ст. 3 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод и законных интересов.

В силу абз. 4 ст. 12 Гражданского кодекса Российской Федерации защита прав может осуществляться путем признания оспоримой сделки недействительной и применения последствий ее недействительности, применения последствий недействительности ничтожной сделки.

Согласно п. 1 ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В соответствии с пп. 1, 3 ст. 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством. Стороны могут заключить договор, в котором содержаться элементы различных договоров, предусмотренных законом или иными правовыми актами (смешанный договор). К отношениям сторон по смешанному договору применяются в соответствующих частях правила о договорах, элементы которых содержатся в смешанном договоре, если иное не вытекает из соглашения сторон или существа смешанного договора.

В силу п. 1 ст. 432 Гражданского кодекса Российской Федерации договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение. Ст. 434 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что договор может быть заключен в любой форме, предусмотренной для заключения сделок, если законом для договоров данного вида не установлена определенная форма. Если стороны договорились заключить договор в определенной форме, он считается заключенным после придания ему условленной формы, хотя бы законом для договоров данного вида такая форма не требовалась.

На основании п. 1 ст. 934 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору личного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию), уплачиваемую другой стороной (страхователем), выплатить единовременно или выплачивать периодически обусловленную договором сумму (страховую сумму) в случае причинения вреда жизни или здоровья самого страхователя или другого названного в договоре гражданина (застрахованного лица), достижения им определенного возраста для наступления в его жизни иного предусмотренного договором события (страхового случая).

Согласно п. 2 ст. 940 Гражданского кодекса Российской Федерации договор страхования может быть заключен путем составления одного документа (п. 2 ст. 434) либо вручения страховщиком страхователю на основании его письменного или устного заявления страхового полиса (свидетельства, сертификата, квитанции), подписанного страховщиком. В последнем случае согласие страхователя заключить договор на предложенных страховщиков условиях подтверждается принятием от страховщика указанных в абзаце первом настоящего пункта документов.

В силу п. 2 ст. 942 Гражданского кодекса Российской Федерации при заключении договора личного страхования между страхователем и страховщиком должно быть достигнуто соглашение, в том числе и о характере события, на случай наступления которого осуществляется страхование (страхового случая).

Согласно п.1 ст. 943 Гражданского кодекса Российской Федерации условия, на которых заключается договор страхования, могут быть определены в стандартных правилах страхования соответствующего вида, принятых, одобренных или утвержденных страховщиком либо объединением страховщиков (правилах страхования).

Положениями п. 1 ст. 944 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что при заключении договора страхования страхователь обязан сообщить страховщику известные страхователю обстоятельства, имеющие существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления (страхового риска), если эти обстоятельства не известны и не должны быть известны страховщику. Существенными признаются во всяком случае обстоятельства, определенно оговоренные страховщиком в стандартной форме договора страхования (страхового полиса) или в его письменном запросе.

Одновременно положениями п. 3 названной статьи законодатель предусмотрел, что если после заключения договора страхования будет установлено, что страхователь сообщил страховщику заведомо ложные сведения об обстоятельствах, указанных в пункте 1 настоящей статьи, страховщик вправе потребовать признания договора недействительным и применения последствий, предусмотренных пунктом 2 статьи 179 настоящего Кодекса.

Согласно положениям п. 2 ст. 179 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

Таким образом, обязательным условием применения нормы о недействительности сделки является наличие умысла страхователя, направленного на сокрытие обстоятельств или предоставление ложных сведений, имеющих существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления.

Под обманом подразумевается умышленное введение стороны в заблуждение с целью склонить другую сторону к совершению сделки. При совершении сделки под влиянием обмана формирование воли потерпевшего происходит не свободно, а вынужденно под влиянием недобросовестных действий контрагента, заключающихся в умышленном создании у потерпевшего ложного представления об обстоятельствах, имеющих значение для заключения сделки.

Таким образом, обязательным условием применения нормы о недействительности сделки является наличие умысла страхователя, направленного на сокрытие обстоятельств или предоставление ложных сведений, имеющих существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления.

При этом, обязанность доказывания наличия умысла страхователя при сообщении страховщику заведомо ложных сведений лежит на страховщике, обратившемся в суд с иском о признании сделки недействительной.

Частью 3 ст. 3 Закона Российской Федерации от 27.11.1992 N 4015-1 "Об организации страхового дела в Российской Федерации" предусмотрено, что добровольное страхование осуществляется на основании договора страхования и правил страхования, определяющих общие условия и порядок его осуществления. Правила страхования принимаются и утверждаются страховщиком или объединением страховщиков самостоятельно в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, настоящим Законом и федеральными законами содержащие положения о субъектах страхования, об объектах страхования, о страховых случаях, о страховых рисках, о порядке определения страховой суммы, страхового тарифа, страховой премии (страховых взносов), о порядке заключения, исполнения и прекращения договоров страхования, о правах и обязанностях сторон, об определении убытков или ущерба, о порядке определения страховой выплаты, о сроке осуществления страховой выплаты, а также исчерпывающий перечень оснований отказа в страховой выплате и иные положения.

В соответствии со ст.9 Закона РФ "Об организации страхового дела в Российской Федерации" страховым случаем является совершившееся событие, предусмотренное договором страхования или законом, с наступлением которого возникает обязанность страховщика произвести страховую выплату страхователю, застрахованному лицу или выгодоприобретателю. Событие, рассматриваемое в качестве страхового риска, должно обладать признаками вероятности и случайности наступления.

Судом установлено, что 24 марта 2015 года между ФИО2 А,Г. и САО «ВСК» был заключен договор страхования № 15441 AF 077769 «Защита семейного бюджета» на срок страхования с 25.03.2015 по 24.03.2016.

Страховая премия по договору составила 7880 рублей (копия квитанции на л.д. 10). В соответствии с договором страхования страховым случаем является, в том числе и диагностирование тяжелого заболевания (л.д.8).

22.11.2018 в Екатеринбургский филиал САО «ВСК» поступило заявление ФИО2 А,Г. о производстве выплаты в связи наступлением события, предусмотренного договором - диагностирование тяжелого заболевания в 

<

данные изъяты> (л.д.116). 

Ответчик в иске просит признать договор страхования недействительным на основании п. 2 ст. 179 Гражданского кодекса Российской Федерации по тем основаниям, что ответчик при подписании договора страхования сообщил заведомо ложные сведения - об отсутствии у него 

<

данные изъяты>. 

Согласно п. 2 ст. 179 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего. Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота. 

Среди обязанностей страхователя по договору страхования закон выделяет обязанность сообщить страховщику известные страхователю на момент заключения договора страхования обстоятельства, имеющие существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления (страхового риска), если эти обстоятельства неизвестны и не должны быть известны страховщику (пункт 1 статьи 944 ГК РФ).

Существенными признаются обстоятельства, оговоренные письменно в заявлении на страхование.

Из представленного в материалы дела заявления на страхование, подписанного ответчиком, следует, что страхователь сообщил страховщику имеющуюся существенную для него информацию, при выборе риска «диагностирование тяжелого заболевания» - отсутствие заболеваний, в том числе 

<

данные изъяты>» (л.д. 8). Указанные в заявлении сведения являются существенными для определения вероятности наступления страхового случая. 

В заявлении на страхование четко и определенно указаны вопросы о наличии у страхователя заболеваний, в том числе конкретизированы заболевания. При заключении договора страхования № 15441 AF 077769 24.03.2015 ФИО2 А,Г. лично подписал договор, указав, что на момент заключения договора он не 

<

данные изъяты>, а также указано об утверждении, что данные сведения соответствуют действительности и будут являться частью договора страхования. Также понимает, что характер этих сведения является основанием для заключения договора страхования.

Обязанность по сообщению этих сведений лежит на страхователе, и в указанной ситуации, поскольку ответчик отрицательно ответил на вопрос о наличии конкретного заболевания – 

<

данные изъяты>», то у страховщика отсутствовали основания для проведения в отношении страхователя дополнительного обследования для установления состояния его здоровья в данной части.

В Правилах страхования, а также дополнительно в заявлении на страхование САО "ВСК" определило обстоятельства, которые для него являются существенными и которые страхователь должен сообщить перед заключением договора страхования - наличии заболевания, в том числе конкретного – 

<

данные изъяты>, которое имелось у страхователя на момент заключения договора страхования – на 24 марта 2015 года.

В соответствии с представленными медицинскими документами на момент заключения договора страхования – 24 марта 2015 года у ФИО2 А,Г. имелись следующие заболевания: 

<

данные изъяты>, а с 2014 года он состоял на учете в ГБУЗ СО «Демидовская центральная городская больница. 

<

данные изъяты>. 

Так, в течение года, предшествовавшему заключению договора, ответчик в связи с наличием заболеваний, в том числе 

<

данные изъяты> находился на стационарном лечении в период с 15.07.14 - 28.07.14.

Согласно выписному эпикризу ГБУЗ СО «Демидовская центральная городская больница. Нефрологический центр» от 28.07.2014 (л.д.96 том 1) ответчику диагностированы: 

<

данные изъяты> Также в материалах дела имеется копия медицинской карты стационарного больного № 880383 (л.д. 75-114 том 1).

Согласно полученным по запросу суда документам ГБУЗ СО «Демидовская Центральная городская больница» с указанными заболеваниями, в том числе в связи с наличием хронической 

<

данные изъяты> ответчик – как ранее, так и в последующем неоднократно обращался за медицинской помощью, проходил обследование по поводу указанного диагноза.

Так, в материалах дела имеется консультация нефролога ГБУЗ СО «Демидовская центральная городская больница. Нефрологический центр» (л.д.67-68 том 1) от 2014 года, где указаны диагнозы, в том числе: 

<

данные изъяты> в связи с чем направлен на стационарное лечение.

Согласно сведениям врача уролога-андролога от 17.04.2014 Медицинского центра «Рубин» ответчику установлены диагнозы, в том числе: 

<

данные изъяты> (л.д.70 том 1).

08.12.2015 застрахованному ФИО2 А,Г. была установлена 

<

данные изъяты> по общему заболеванию – 

<

данные изъяты> 

Согласно выписному эпикризу ГБУЗ СО «Демидовская Центральная Городская Больница. Нефрологический центр», 11.02.2016 года ФИО2 А,Г. был установлен диагноз: 

<

данные изъяты>

В настоящее время ответчику установлена инвалидность 

<

данные изъяты>.

Указанные обстоятельства и наличие почечной недостаточности на момент заключения договора 24 марта 2015 года не оспорены стороной ответчика. Таким образом, он был обязан сообщить страховщику вышеперечисленные сведения. 

При этом ФИО2 А,Г. указано, что при подписании договора страхования имелся мелкий шрифт. Данный довод ответчика суд не принимает во внимание, поскольку не препятствовало внимательно ознакомиться с текстом документа, условиями страхования. При подписании заявления на страхование, страхователь не был ограничен в своем волеизъявлении, и вправе был не принимать на себя обязательства по договору страхования. Собственноручные подписи на страхование свидетельствуют о том, что страхователь осознанно и добровольно принял на себя обязательства по договору страхования, что он прочел и полностью согласен, подтверждает, что предоставленная им информация страховщику о состоянии своего здоровья была полной и достоверной.

Довод представителя ответчика о том, что ФИО2 А,Г. верно оценил свое здоровье и предполагал, что необходимо сообщить страховщику о наличии тяжелого заболевания – в терминальной стадии, предусмотренного Правилами страхования, которого на момент заключения договора у него не было, суд полагает несостоятельным.

В тексте заявления четко указано требование страхователя предоставить сведения о наличии почечной недостаточности, без указания какой-либо стадии, а Правилами страхования определен перечень тяжелых заболеваний, при которых наступает страховой случай.

Указанные обстоятельства свидетельствуют о том, что страхователю было достоверно известно о наличии у него длительное время хронического неизлеченного на момент заключения договора заболевания 

<

данные изъяты> однако при заключении договора страхования ответчик сообщил заведомо ложные сведения об отсутствии у него заболевания – 

<

данные изъяты>, имеющее существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления.

Таким образом, всей совокупностью предоставленных в деле доказательств подтверждено, что при заключении договора ФИО2 А,Г. сообщил страховщику ложные сведения об обстоятельствах, имеющих существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая.

В силу упомянутых выше положений п. п. 1, 3 ст. 944 Гражданского кодекса Российской Федерации сообщение страхователем страховщику заведомо ложных сведений, относящихся к вероятности наступления страхового случая, влечет последствия в виде признания договора страхования недействительным.

На основании анализа представленных по делу доказательств, суд приходит к выводу об имеющихся основаниях для удовлетворения исковых требований о признании недействительным договора страхования, поскольку в силу положений ст. 179 Гражданского кодекса Российской Федерации для признания договора страхования недействительным подтверждено о сообщении страхователем заведомо ложных сведений о состоянии своего здоровья, имеющих существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления, что свидетельствует о доказанности факта совершения сделки под влиянием обмана. 

Вместе с тем, согласно п. 1 и 2 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах, в противном случае суд может отказать лицу в защите принадлежащего ему права.

Из содержания упомянутой нормы следует, что под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему гражданского права, сопряженное с нарушением установленных в ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации пределов осуществления гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам или создающее условия для наступления вреда.

К злоупотреблению правом относятся, в том числе заведомо или очевидно недобросовестное поведение субъекта права, недобросовестные действия участников оборота в обход закона, приводящие к неблагоприятным последствиям для иных лиц, в связи с чем никто не может извлекать выгоды из своего незаконного или недобросовестного поведения. Бремя доказывания лежит на лице, утверждающем, что управомоченный употребил свое право исключительно во вред другому лицу.

Довод о том, что при заключении договора личного страхования страховщик вправе провести обследование страхуемого лица для оценки фактического состояния его здоровья, а также истребовать и провести сбор информации путем запроса необходимых сведений, который должен нести риск последствий заключения договора без соответствующей проверки состояния здоровья страхуемого лица, выявления обстоятельств, влияющих на степень риска, суд не принимает во внимание, поскольку при заключении договора страхователь четко указал об отсутствии у него заболевания, связанного с 

<

данные изъяты>.

Изложенные доводы ответчика не могут лишить права страховщика требовать признания договора страхования недействительным, поскольку обязанность сообщить страховщику необходимые сведения предусмотрена статьей 944 ГК РФ, и условиями договора возложена на ответчика. При этом, обязанность проведения обследования страхователя на страховщика не возложена.

Кроме того, добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются. Получив от ответчика сведения о его хорошем состоянии здоровья, истец допускал достоверный характер этих сведений, в связи с чем, дополнительная проверка здоровья ответчика не требовалась.

Вместе с тем, как следует из представленных документов, копии амбулаторной карты, выписки из амбулаторной карты ГБУЗ «ЦГБ № 1 город Нижний Тагил» (л.д.130,131 том 1), предоставленной по месту жительства ответчика, следует, что истец до декабря 2015 года с указанным заболеванием не обращался, однако регулярно, начиная с июля 2014 года, проходил обследование и обращался за получением медицинской помощью в ином медицинском учреждении города Нижний Тагил – в ГБУЗ СО «Демидовская Центральная городская больница».

Как предусмотрено в п. 4 ст. 179 Гражданского кодекса Российской Федерации, если сделка признана недействительной по одному из оснований, указанных в пунктах 1 - 3 настоящей статьи, применяются последствия недействительности сделки, установленные статьей 167 настоящего Кодекса.

Согласно положениям п. п. 1, 2 ст. 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения (п. 1).

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

По смыслу п. 2 ст. 167 Гражданского кодекса Российской Федерации взаимные предоставления по недействительной сделке, которая была исполнена обеими сторонами, считаются равными, пока не доказано иное. При удовлетворении требования одной стороны недействительной сделки о возврате полученного другой стороной суд одновременно рассматривает вопрос о взыскании в пользу последней всего, что получила первая сторона, если иные последствия недействительности не предусмотрены законом.

При таких обстоятельствах, с учетом признания недействительным договора страхования, подлежат применению последствия недействительности сделки в виде права на возврат исполненного по недействительной сделке, в связи с чем в пользу ФИО2 А,Г. подлежит возврату страховая премия в размере 7880 рублей, которую необходимо взыскать со Страхового акционерного общества «ВСК». 

Ответчиком заявлено ходатайство о применении годичного срока исковой давности, установленного п. 2 ст. 181 Гражданского кодекса Российской Федерации, полагая необходимым исчислять его с момента заключения договора страхования – 24 марта 2015 года.

В соответствии с п. 2 ст. 181 ГК РФ, срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 102 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", в силу пункта 2 статьи 181 ГК РФ годичный срок исковой давности по искам о признании недействительной оспоримой сделки следует исчислять со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена такая сделка (п. 1 ст. 179 ГК РФ), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Из разъяснений, изложенных в абз. 2 п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности", следует, что, если иное не установлено законом, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо, право которого нарушено, узнало или должно было узнать о совокупности следующих обстоятельств: о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (пункт 1 статьи 200 ГК РФ).

О нарушении своих прав истец достоверно узнал не ранее 22.11.2018, после того как ответчик обратился к нему с заявлением о выплате страхового возмещения, предоставив медицинскую документацию. При этом, с иском в суд истец обратился 08.07.2019, а следовательно, не пропустил срок исковой давности.

При удовлетворении исковых требований согласно ст. ст. 94, 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации подлежат взысканию с ответчика в пользу истца расходы по уплате государственной пошлины в размере 6000 рублей.

Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования Страхового акционерного общества «ВСК» к ФИО2 А,Г. о признании договора страхования недействительным удовлетворить. 

Признать недействительным заключенный между Страховым акционерным обществом «ВСК» и ФИО2 А,Г. договор страхования № 15441 АF 077769 от 24 марта 2015 года.

Применить последствия недействительности сделки - взыскать со Страхового акционерного общества «ВСК» в пользу ФИО2 А,Г. страховую премию в размере 7880 рублей.

Взыскать с ФИО2 А,Г. в пользу Страхового акционерного общества «ВСК» судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере 6000 рублей.

Решение может быть обжаловано в Свердловский областной суд путем подачи апелляционной жалобы через Дзержинский районный суд города Нижнего Тагила в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Судья: подпись

Текст решения в окончательной форме изготовлен 31 августа 2019 года

Судья: подпись

Копия верна: Судья- Е.Ю. Сорокина