№ 2-71/2019

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

12 февраля 2019 г. г. ФИО1

Октябрьский городской суд Республики Башкортостан в составе

председательствующего судьи Алексеевой О.В.,

при секретаре Галимовой А.А., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2, ФИО3 к ФИО4 ., ФИО5 о признании права общей долевой собственности на недвижимое имущество, признании недействительными (ничтожными) сделок, свидетельств о праве на наследство, свидетельств о государственной регистрации права собственности 

УСТАНОВИЛ:

ФИО2, ФИО3 обратились в суд с иском (с учетом уточнений) к ФИО4 ., ФИО5 о признании права общей долевой собственности на недвижимое имущество, признание недействительными сделок, свидетельств о праве на наследство, свидетельств о государственной регистрации права собственности на домовладение, расположенное по адресу: 

<

адрес>. В обоснование исковых требований указали, что истцы состоят в зарегистрированном браке с ДД.ММ.ГГГГ, в период брака приобрели дом по адресу: 

<

адрес>, в связи с чем он является совместно нажитым имуществом, доли истцов являются равными. ДД.ММ.ГГГГ данный дом был продан покупателю Б. А.П. отцом истца ФИО3 – ФИО6. А.И., действующим по доверенности Указанную доверенность истец ФИО3 выдать не мог, поскольку с ДД.ММ.ГГГГ находился под стражей по предъявленному обвинению по ст. 103 УК РСФСР, а ДД.ММ.ГГГГ оглашен приговор. При удостоверении данного договора купли-продажи нотариус не проверила, состоит ли ФИО3 в браке. Указанный дговор купли-продажи подписан не самим покупателем Б. А.П., а ответчиком ФИО5 без доверенности, в связи с неграмотностью Б. А.П. При этом в договоре купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ не указаны паспортные данные и сведения о регистрации покупателя. Денежные средства, вырученные от продажи дома истцам не передавались. Истцы разрешений на продажу дома не давали. Впоследствии дом был отчужден от имени Б. А.П. отцу истца ФИО3 и ответчиков – ФИО7 по договору дарения от ДД.ММ.ГГГГ Указанная сделка является мнимой и притворной, поскольку Б. А.П. проживала в 

<

адрес>), имела там свое жилье и не намеревалась проживать в 

<

адрес>. Кроме того, в данном договоре дарения указано, что дом принадлежит Б. А.П. на основании договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ и решения Октябрьского горисполкома от ДД.ММ.ГГГГ № или №. Между тем, в архиве 

<

адрес> сведений об указанном договоре купли-продажи и решения Горисполкома не имеется. Истцы узнали о вышеприведенных обстоятельствах после обращения к юристу, некоторые документы были найдены истцами на чердаке дома после смерти ФИО7

ФИО2, ФИО3 просят суд: установить, что дом по 

<

адрес> принадлежит им на праве собственности в равных долях, закрепив за ними по ? доли; признать договор купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ ничтожной сделкой, не соответствующей закону и имеющей признаки мнимой сделки, нарушающей права собственника ФИО2; признать договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ ничтожной сделкой по признакам притворности, поскольку совершена с целью сокрытия другой сделки; признать недействительными свидетельства о праве на наследство по завещанию и свидетельства о праве собственности, выданные ФИО4 . на 2/3 части домовладения, и Волково й Л.А. на 1/3 часть домовладения. 

Истцы ФИО2, ФИО3 в судебное заседание не явилась, надлежащим образом извещены о месте и времени рассмотрения дела, представили заявления о рассмотрении дела без их участия, обеспечили участие в судебном заседании своего представителя ФИО8 

Представитель истцов ФИО8 в судебном заседании исковые требования поддержала, пояснила суду, что при приобретении истцами дома он был старым, бревенчатым, с небольшой площадью, но с 1986 г. по 1988 г. дом был истцами перестроен, вокруг бревенчатого дома возведен большой кирпичный дом. При этом бревенчатый дом остался внутри. Истец ФИО3 не мог дать своему отцу ФИО7 ДД.ММ.ГГГГ доверенность, поскольку в тот день находился на этапе для отбытия наказания в тюрьму 

<

адрес>. У него не было необходимости продавать дом, поскольку в нем проживали жена и двое малолетних детей. В 1994 г. после освобождения из мест лишения свободы истец ФИО3 зарегистрировался по спорному адресу, считая себя сособственником дома. Покупатель по договору купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ Б. А.П. являлась родной тетей истцу ФИО3 В 1987 г. она находилась в преклонном возрасте, была неграмотна, в указанном доме она никогда не проживала и не вселялась. Регистрация Б. А.П. в спорном доме не свидетельствует о законности сделки. У нее не было денежных средств ни для покупки дома, ни для строительства нового дома. Дарение дома тому, у которого он приобретен является неразумным и свидетельствует о мнимости и притворности сделки. Истцам известно, что Б. А.П. умерла в бедности. У истцов были денежные средства в размере 20 000 руб. от продажи другого дома по 

<

адрес>. На данные денежные средства и был построен новый кирпичный дом за период с 1986 г. по 1988 г. Новый дом ФИО2 строила сама, без участия ФИО3, который в тот период отбывал наказание. При подписании договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ удостоверивший его нотариус текст договора Б. А.П. не зачитывал, была зачитана лишь доверенность. Истцы полагают, что продавец по доверенности и расписавшаяся за покупателя ФИО5 состояли в сговоре с целью причинения имущественного вреда супругам ФИО6 и их детям. Нотариус, удостоверивший договор, обязан был выяснить наличие брака в соответствии с п. 47 Инструкции о порядке совершения нотариальных действий государственными нотариальными конторами РСФСР (утв. Приказом Минюста РСФСР от ДД.ММ.ГГГГ №). Данный договор является недействительным на основании ст. 48 ГК РСФСР как несоответствующий закону и по основаниям ст. 53 ГК РСФСР как мнимая сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать юридические последствия. Родители истца ФИО3 – отец ФИО7 и мать К. М.Г. проживали совместно в спорном доме с 1988 г., в связи с продажей дома по адресу: 

<

адрес>. Все время истцы считали себя собственниками спорного дома. О нарушенном праве им стало известно после смерти ФИО7, в марте 2018 г. при ознакомлении с наследственным делом. 

Ответчики ФИО4 ., ФИО5 в судебное заседание не явились, надлежащим образом извещены о месте и времени рассмотрения дела, обеспечили участие в судебном заседании своего представителя ФИО9, которая исковые требования не признала, ссылаясь на то, что приобретенный истцами дом давно снесен и на его месте построен новый дом на основании выданного Б. А.П. распоряжения исполнительного комитета № от ДД.ММ.ГГГГ Водопровод и газопровод к дому проведен также Б. А.П. и ФИО7 О том, что дом продан истцы не могли не знать, поскольку ФИО7, будучи собственником дома после освобождения ФИО3 из мест лишения свободы в 1994 г., зарегистрировал последнего в доме. Истцами оплата коммунальных услуг не производилась. Согласно справкам, оплата за электроэнергию производилась ФИО7 В течении 30 лет сделки и доверенность на продажу дома никем не оспаривалась, в связи с чем истцами пропущен срок исковой давности. 

Свидетель М. Ю.Н. (дочь истцов) показала, что она зарегистрирована и проживает в спорном жилом доме с малолетнего возраста, с момента постройки нового дома. При замене паспорта, в доме она зарегистрировалась по согласию матери - ФИО2, по имеющейся у нее на руках домовой книге. Б. А.П. никогда с ними не проживала, она приезжала к ним один раз перед смертью бабушки – К. М.Г.

Свидетель В. С.А. показала, что она знакома с ФИО3 с детства, часто бывает у истцов в гостях, Б. А.П. она никогда в доме не видела. Никто из домочадцев не говорил о том, что дом продан Б. А.П. 

Свидетель К. Г.Р. показала, что она проживает в соседнем доме – по 

<

адрес> 1977 

<

адрес> К-вы приобрели маленький бревенчатый дом по 

<

адрес>. Впоследствии данный дом был снесен полностью и на его месте построен большой кирпичный дом. Дом помогали строить родители ФИО3, родственники: тетя А. А.Г. с мужем и другие. После постройки нового дома вселились родители ФИО3 С Б. А.П. свидетель не знакома, никогда ее не видела. 

Свидетель А. А.Г. показала, что является тетей истца К.Н.С. и ответчиков ФИО4 ., ФИО5 (сестрой их матери). Она и другие родственники, в том числе родители ФИО3 построили по адресу: 

<

адрес> на месте снесенного ветхого дома новый большой кирпичный дом. О том, что дом продан Б. А.П. родственники не знали. Б. А.П. никогда в данном доме не проживала. Родители ФИО7 и К. М.Г. проживали в данном доме с 1986 г. до смерти. 

Свидетель В.В.П. показал суду, что он проживает с соседнем 

<

адрес>, который расположен напротив дома К-вых. Изначально дом по адресу: 

<

адрес> был небольшим, деревянным, но в конце 80-х годов он был полностью снесен, в том числе и фундамент. На месте старого дома построен большой кирпичный дом. Дом строила вся родня К-вых. С Б. А.П. он не знаком, ее никогда не видел. Кто рассчитывался на стройматериалы ему не известно. 

Принимая во внимание, что лица, участвующие в деле надлежащим образом извещены о времени и месте судебного заседания, суд находит возможным рассмотреть дело в порядке, предусмотренном ст. 167 ГПК РФ при установленной явке.

Исследовав материалы настоящего гражданского дела, выслушав участников процесса, суд приходит к следующему.

В соответствии с ч. 1 ст. 3 ГПК РФ заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов, в том числе с требованием о присуждении ему компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного постановления в разумный срок.

В статье 11 ГК РФ закреплено положение о судебной защите нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов. В статье 12 ГК РФ перечислены способы защиты гражданских прав, а также содержится указание на возможность применения иных способов, предусмотренных законом.

В соответствии со статьей 20 КоБС РСФСР имущество, нажитое супругами во время брака, является их общей совместной собственностью.

Согласно статье 21 КоБС РСФСР в случае раздела имущества, являющегося общей совместной собственностью супругов, их доли признаются равными.

В соответствии со ст. 5 Федерального закона от 30 ноября 1994 года N 52-ФЗ "О введении в действие части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" часть первая Кодекса применяется к гражданским правоотношениям, возникшим после введения ее в действие.

По гражданским правоотношениям, возникшим до введения ее в действие, часть первая Кодекса применяется к тем правам и обязанностям, которые возникнут после введения ее в действие.

Согласно ст. 48 ГК РСФСР недействительна сделка, не соответствующая требованиям закона.

По недействительной сделке каждая из сторон обязана возвратить другой стороне все полученное по сделке, а при невозможности возвратить полученное в натуре - возместить его стоимость в деньгах, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены в законе.

Согласно положениям ГК РСФСР по договору купли-продажи продавец обязуется передать имущество в собственность покупателю, а покупатель обязуется принять имущество и уплатить за него определенную денежную сумму (ст. 237).

Договор купли-продажи жилого дома (части дома), находящегося в сельском населенном пункте, должен быть совершен в письменной форме и зарегистрирован в исполнительном комитете сельского Совета народных депутатов. Несоблюдение правил настоящей статьи влечет недействительность договора (ст. 239).

Согласно п. 47 Инструкции о порядке совершения нотариальных действий государственными нотариальными конторами РСФСР (утв. Приказом Минюста РСФСР от 06.01.1987 № 01/16-01) договор об отчуждении жилого дома (части дома), квартиры, приобретенных после регистрации брака и являющихся общей совместной собственностью супругов, может быть удостоверен лишь при наличии письменного согласия другого супруга на отчуждение дома (части дома), квартиры.

Сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать юридические последствия, согласно ст. 53 ГК РСФСР, является мнимой и недействительной. Если сделка совершена с целью прикрыть другую сделку, то применяются правила, относящиеся к той сделке, которую стороны действительно имели в виду.

Из материалов дела следует, что ФИО3 и ФИО2 состоят в зарегистрированном браке с ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается свидетельством о заключении брака (л.д. 54).

В период брака, по договору от ДД.ММ.ГГГГ на имя ФИО3 приобретен жилой бревенчатый дом по адресу: 

<

адрес>, общей площадью 26,1 кв.м., расположенный на земельном участке площадью 557 кв.м. (л.д. 64).

Из материалов дела следует, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 обращался к главному архитектору 

<

адрес> с заявлением о разрешении перестроить дом, построенный в 1946 г. по адресу: Речная, 

<

адрес> связи с тем, что он дом находится в ветхом состоянии (л.д. 146). 

Между тем, по утверждению истцов, ДД.ММ.ГГГГ истец ФИО3 заключен под стражу по предъявленному обвинению по ст. 103 УК РСФСР, приговором Октябрьского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ осужден к лишению свободы (л.д. 149-154), освободился из мест лишения свободы в 1994 г. 

Указанные обстоятельства подтверждают истцы в исковом заявлении и в письменных пояснениях.

Судом установлено, что по договору от ДД.ММ.ГГГГ указанный жилой дом ФИО7, действовавшим от имени ФИО3 по нотариально удостоверенной доверенности от ДД.ММ.ГГГГ продан покупателю Б. А.П. Указанный договор купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ удостоверен государственным нотариусом Октябрьской государственной конторы БАССР ФИО17 (л.д. 61).

Согласно справки ГБУ РБ «Государственная кадастровая оценка и техническая инвентаризация» Октябрьский филиал за № от ДД.ММ.ГГГГ договор купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ зарегистрирован в БТИ Р№ (л.д. 60). 

В нарушение п. 47 Инструкции о порядке совершения нотариальных действий государственными нотариальными конторами РСФСР (утв. Приказом Минюста РСФСР от ДД.ММ.ГГГГ №) договор купли-продажи дома удостоверен нотариусом без письменного согласия жены ФИО3 – ФИО2 на отчуждение дома. 

Между тем, указанное нарушение не является безусловными основаниями для удовлетворения исковых требований истцов К-вых, поскольку нормами законодательства, действовавшего на момент заключения договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ отсутствии согласия супруга на отчуждение имущества не было предусмотрено в качестве основания для признания сделки недействительной. 

Доводы истцов о том, что истец ФИО3 не мог выдать ДД.ММ.ГГГГ доверенность на продажу дома ФИО7 также не свидетельствуют о незаконности оспариваемой сделки купли-продажи, поскольку требований о признании недействительной нотариально удостоверенной доверенности от ДД.ММ.ГГГГ истцы не заявляют. Оснований для выхода за пределы исковых требований суд не усматривает. 

Более того, судом установлено и не оспаривается истцами, что приобретенный истцами жилой бревенчатый дом по адресу: 

<

адрес>, общей площадью 26,1 кв.м. в настоящее время не существует в связи со сносом, в связи с чем применение последствий недействительности сделки в порядке ст. 49 ГК РСФСР, а именно, восстановление права собственности на дом и признание права общей долевой собственности на него, невозможно.

Так, из дела следует, что после приобретения спорного дома, Б. А.П. получено распоряжение Исполнительного комитета Октябрьского городского Совета народных депутатов БАССР за № от ДД.ММ.ГГГГ на перестройку жилого дома, утвержден проект застройки нового дома размером 12,5 м х 10 м, указано на необходимость сноса старого дома после окончания строительства (л.д. 128). 

Также Б. А.П. ДД.ММ.ГГГГ выданы технические условия по водоснабжению жилого 

<

адрес> (л.д. 119).

Согласно справки ГБУ РБ «Государственная кадастровая оценка и техническая инвентаризация» Октябрьский филиал за № от ДД.ММ.ГГГГ последняя инвентаризация жилого дома, расположенного по адресу: 

<

адрес> проводилась ДД.ММ.ГГГГ, которая выявила основное строение – жилой кирпичный дом, общей площадью 110,4 кв.м., жилой 54,9 кв.м., 1988 года постройки (л.д. 162).

Данное обстоятельство подтверждается также техническим паспортом на жилой дом по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 138-145). 

Доводы представителя истца о том, что приобретенный истцами бревенчатый дом остался внутри нового дома являются голословными, поскольку опровергаются вышеуказанным техническим паспортом и показаниями свидетелей. 

Допрошенные в судебном заседании по ходатайству представителя истца свидетели К. Г.Р., А. А.Г. В.В.П. показали, что новый дом строился совместными усилиями родственников истцов, старый бревенчатый дом был полностью снесен, в том числе и фундамент. 

Таким образом, судом установлено, что приобретенный истцами по договору купли-продажи от 29.071986 г. бревенчатый дом в настоящее время не существует, на его месте возведен новый кирпичный дом площадью общей площадью 110,4 кв.м., построенный в 1988 году, являющийся объектом права собственности, который истцы не приобретали и не возводили. 

Более того, новый дом построен в период нахождения истца ФИО3 в местах лишения свободы, в связи с чем он не мог принимать участие при строительстве. Доводы истцов о наличии у истцов в период постройки дома денежных средств, достаточных для постройки нового дома являются голословными, поскольку в нарушение ст. 56 ГПК РФ документально не подтверждены.

Из материалов дела следует, что впоследствии, по договору от ДД.ММ.ГГГГ Б. А.П., в интересах которой действовала Б. Х.С. по доверенности, подарила новый жилой дом ФИО7 (л.д. 52). 

Согласно справке адресного бюро от ДД.ММ.ГГГГ Б. А.П. была зарегистрирована по адресу: 

<

адрес> до ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 122).

Из имеющейся в наследственном деле к имуществу К. М.Г. справки уличного комитета № от ДД.ММ.ГГГГ по спорному адресу также проживали: К. М.Г., ФИО7, ФИО3, ФИО2, К. Ю.Н. (л.д. 46).

Согласно вышеприведенной справки ГБУ РБ «Государственная кадастровая оценка и техническая инвентаризация» Октябрьский филиал за № от ДД.ММ.ГГГГ на день выдачи справки собственником является ФИО7 (л.д. 60). 

Из представленных ответчиком справок СС «Октябрьские электрические сети» расходы по оплате услуг по электроснабжению оплачивал ФИО7 (л.д. 123-127). Он проводил газ к дому, что подтверждается спецификацией газоснабжения (л.д. 120).

Согласно выписки из ЕГРН от ДД.ММ.ГГГГ право собственности в Управлении Росреестра по РБ зарегистрировано за ФИО7 ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 97, на обороте).

Судом установлено, что ФИО7 умер ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается свидетельством о смерти (л.д. 13).

Согласно материалам наследственного дела №, ФИО7 принадлежащий ему земельный участок и жилой дом по адресу: 

<

адрес> завещал ответчику ФИО4 . – 2/3 доли, ответчику ФИО5 – 1/3 доли, истцов ФИО3, ФИО2, а также иных лиц: Х. Н.Н., М. Ю.Н. лишил наследства. Нотариусом ДД.ММ.ГГГГ выданы свидетельства о праве на наследство по завещанию на указанное имущество в соответствии с завещанием ФИО7(л.д. 83-100).

Согласно выписке из ЕГРН право общей долевой собственности на вышеуказанное недвижимое имущество зарегистрировано за ФИО4 . и ФИО5 ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 8-12).

ФИО3 обращался в суд с иском об установлении факта принятия наследства, признании права собственности на обязательную долю в наследстве и недействительными свидетельств о праве на наследство. В обоснование указывал на то, что после смерти его отца - ФИО7 открылось наследство, в том числе в виде домовладения по адресу: РБ, 

<

адрес>, которого он был лишен вопреки установленному законом ограничения свободы завещания, заключающегося в обеспечении нетрудоспособных детей наследодателя, коим он является по закону (пенсионер), обязательной долей в наследстве, составляющей не менее половины доли, причитавшейся каждому из наследников по закону. 

Не вступившим в законную силу решением суда от ДД.ММ.ГГГГ исковые требования ФИО3 удовлетворены, установлен факт принятия им наследства после смерти ФИО7, за ФИО3 признано право собственности на 1/6 доли земельного участка и жилого дома по адресу: 

<

адрес> порядке наследования. При рассмотрении данного гражданского дела ФИО2 являлась третьим лицом, не заявляющим самостоятельных требований относительно предмета спора.

Таким образом, обратившись в суд с иском о признании права на обязательную долю в наследстве на объект недвижимого имущества, являющийся предметом спора по настоящему гражданскому делу, истцы ФИО3 и ФИО2 выразили свое согласие относительно того, что данное имущество является собственностью наследодателя ФИО7, и что ФИО3 должна принадлежать лишь 1/6 доля в порядке наследования. 

Исковые требования о признании недействительным договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ, свидетельств о праве на наследство, свидетельств о государственной регистрации права собственности не подлежат удовлетворению, поскольку являются производными от основного требования о признании права общей долевой собственности на дом, признании договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ недействительным (ничтожным), в удовлетворении которых отказано в полном объеме.

Кроме того, истцами пропущен срок исковой давности, предусмотренный ст. 196 ГК РФ. О том, что спорный жилой дом построен в 1988 г. истцам было известно, с указанного времени они не предпринимали каких-либо действий по оформлению права собственности. Ходатайство о восстановлении срока исковой давности истцы не заявляли. Каких-либо исключительных обстоятельств, связанных с личностью истцов, свидетельствующих о пропуске срока исковой давности по уважительным причинам, не представлено.

Руководствуясь ст. ст. 194 - 199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

в удовлетворении исковых требований ФИО2, ФИО3 к ФИО4 ., ФИО5 о признании права общей долевой собственности по ? доли на недвижимое имущество, расположенное по адресу: 

<

адрес>, признании недействительными (ничтожными) сделок от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, свидетельств о праве на наследство по завещанию от ДД.ММ.ГГГГ, свидетельств о государственной регистрации права собственности, отказать. 

Решение суда может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Башкортостан через Октябрьский городской суд Республики Башкортостан в течение месяца со дня принятия судом решения в окончательной форме.

Судья: О.В. Алексеева