Дело № 2-593/2021 

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

7 июля 2021 г. г. Магадан 

Магаданский городской суд Магаданской области в составе председательствующего судьи Малой В.Г., 

при секретаре Львовой Е.А., 

с участием процессуального истца ФИО1,

материального истца ФИО2,

представителя ответчика ФИО3, действующей на основании доверенности, 

рассмотрев в открытом судебном заседании в городе Магадане в помещении Магаданского городского суда гражданское дело по иску прокурора города Магадана в интересах ФИО2 к акционерному обществу «Негосударственный пенсионный фонд «Открытие» о признании недействительным договора об обязательном пенсионном страховании, применении последствий недействительности сделки, о признании незаконной обработки персональных данных, взыскании компенсации морального вреда, судебных расходов,

у с т а н о в и л:

Прокурор города Магадана обратился в Магаданский городской суд в интересах ФИО2 к акционерному обществу «Негосударственный пенсионный фонд «Открытие» о признании недействительным договора об обязательном пенсионном страховании, применении последствий недействительности сделки, о признании незаконной обработки персональных данных, взыскании компенсации морального вреда.

В обоснование иска указано, что в ходе проведенной проверки по обращению ФИО2 по факту неправомерного перевода ее пенсионных накоплений в акционерное общество «Негосударственный пенсионный фонд «Открытие» (далее – АО «НПФ «Открытие») установлено, что ФИО2 в 2020 г. стало известно о переводе ее средств пенсионных накоплений из Пенсионного фонда России в АО «НПФ «Открытие» в соответствии с новым договором № от ДД.ММ.ГГГГ об обязательном пенсионном страховании, якобы заключенным между ФИО2 и АО «НПФ «Открытие».

При вступлении в брак с ФИО10 выдано свидетельство от ДД.ММ.ГГГГ №, супруге присвоена фамилия «Логинова». 

8 июня 2016 г. в ЕГРЮЛ внесена запись о государственной регистрации изменений, вносимых в учредительные документы, включая изменение наименования ОАО «НПФ «ЛУКОЙЛ-ГАРАНТ» на АО «НПФ «ЛУКОЙЛ-ГАРАНТ».

27 декабря 2018 г. в ЕГРЮЛ внесена запись о государственной регистрации изменений, вносимых в учредительные документы, включая изменение наименования АО «НПФ «ЛУКОЙЛ-ГАРАНТ» на АО «НПФ «Открытие». 

Однако ФИО2 договоры об обязательном пенсионном страховании с какими-либо НПФ, в том числе Обществом, не заключала, доверенности на заключение таких договоров не давала, заявления застрахованного лица о переходе либо досрочном переходе в какие-либо НПФ не подписывала и в Пенсионный фонд России не подавала, поручения удостоверяющему центру на выпуск электронной подписи для подписания таких заявлений не давала. 

Несмотря на изложенное, в единый реестр застрахованных лиц Пенсионного фонда России внесены изменения, в результате чего накопительная пенсия ФИО2 25 апреля 2016 г. переведена в АО «НПФ «Открытие».

Таким образом, договор об обязательном пенсионном страховании с АО «НПФ «Открытие», заключенный ненадлежащими сторонами, нарушает право ФИО2 на выбор страховщика, осуществляющего деятельность по обязательному пенсионному страхованию, а потому в соответствии со ст.167 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) является недействительным.

Указанное стало возможным в результате незаконной обработки АО «НПФ «Открытие» персональных данных ФИО2, что повлекло за собой, кроме того, нарушение прав последней на законную и справедливую обработку ее персональных данных.

Установлено, что ФИО2 согласия на обработку своих персональных данных АО «НПФ «Открытие» не давала ни лично, ни через представителя, в связи с чем любые действия ответчика с персональными данными ФИО2, в том числе их хранение и использование при заключении договоров, являются незаконными.

Как установлено в ходе проведенной проверки, деятельность страховщика по обязательному пенсионному страхованию ФИО2 осуществлял Пенсионный фонд России (далее – ПФР). 

Как следует из материалов проверки, ДД.ММ.ГГГГ между ответчиком и ФИО2 заключен договор об обязательном пенсионном страховании №.

Кроме того, из копии заявления застрахованного лица о досрочном переходе из ПФР в НПФ следует, что данное заявление подано от имени ФИО2 в АО НПФ «ЛУКОЙЛ-ГАРАНТ» (АО «НПФ «Открытие»). 

25 апреля 2016 г. из Пенсионного фонда России в АО «НПФ «Открытие» передана сумма средств пенсионных накоплений ФИО2 в размере 34 189 рублей 18 копеек. 

Расчет процентов за период с 25 апреля 2016 г. по 15 января 2021 г. составил 12 393 рубля 12 копеек. 

Учитывая, что согласия на обработку своих персональных данных ФИО2 АО «НПФ «Открытие» не давала, любые действия фонда с персональными данными истца по их хранению и использованию при заключении договоров являются незаконными.

В результате незаконного использования АО «НПФ «Открытие» персональных данных и незаконного перевода средств пенсионных накоплений ФИО2 причинен моральный вред в форме нравственных страданий, который выражен переживаниями относительно возможной утраты пенсионных накоплений и недополучения части заработанной в течение трудовой деятельности пенсии и оценивается ею в размере 5 000 рублей.

Ссылаясь на вышеуказанные обстоятельства, положения статей 3, 36.11, 36.7, 36.4, 36.2, 36.5, 36.3, 36.10 Федерального закона от 7 мая 1998 г. № 75-ФЗ «О негосударственных пенсионных фондах», ст.ст.154, 160, 166, 167, 168 ГК РФ, ст.ст. 6, 9, 14 Федерального закона от 27 июля 2006 г. № 152-ФЗ «О персональных данных» просит суд признать недействительным договор № от ДД.ММ.ГГГГ об обязательном пенсионном страховании, заключенный между АО «НПФ «Открытие» и ФИО2; обязать АО «НПФ «Открытие» в течение 30 календарных дней со дня получения АО «НПФ «Открытие» решения суда передать в ГУ – Пенсионный фонд Российской Федерации денежные средства пенсионных накоплений ФИО2 в размере 12 393 рубля 12 копеек; обязать АО «НПФ «Открытие» в течение 30 календарных дней со дня получения решения суда передать в ГУ – Пенсионный фонд Российской Федерации проценты за неправомерное пользование средствами пенсионных накоплений за время их нахождения с 25 апреля 2016 г. по 15 января 2021 г. в сумме 12 393 рубля 12 копеек; признать незаконным использование АО «НПФ «Открытие» персональных данных ФИО2; взыскать с АО «НПФ «Открытие» в пользу ФИО2 5 000 рублей в счет компенсации морального вреда. 

Процессуальный истец ФИО1 заявленные требования поддержал по доводам, изложенным в иске, просил их удовлетворить в полном объеме.

Материальный истец ФИО2 в ходе рассмотрения дела увеличила размер исковых требований в части обязания АО «НПФ «Открытие» в течение 30 календарных дней со дня получения АО «НПФ «Открытие» решения суда передать в ГУ – Пенсионный фонд Российской Федерации денежные средства пенсионных накоплений ФИО2, размер которых определен ею в сумме 34 189 рублей 18 копеек, одновременно просила разрешить вопрос о распределении понесенных ею судебных расходов, в связи с проведением экспертизы, в размере 16 000 рублей; заявленные требования поддержала по доводам, изложенным в иске прокурора. 

Выражая несогласие с доводами ответчика, указала, что действительно рассматривала вопрос о выборе НПФ «Росгосстрах» для заключения договора об обязательном пенсионном страховании, однако впоследствии передумала, в связи с чем представленный в материалы дела договор от 20 августа 2013 г. между ней и НПФ «Росгосстрах» она также не подписывала. 

Представитель ответчика АО «НПФ «Открытие» ФИО3 в судебном заседании, ссылаясь на доводы, изложенные в возражениях на исковое заявление и возражениях на уточнение исковых требований, указывала, что заявленные требования не могут быть удовлетворены, поскольку договор вступил в силу 29 марта 2016 г. в связи с поступлением в Фонд средств пенсионных накоплений истца из ОАО «НПФ «РГС», что подтверждается представленными выписками из уведомления ПФР о внесении изменений в Единый реестр застрахованных лиц и о состоянии пенсионного счета накопительной пенсии ФИО2 

Кроме того, обращала внимание на то, что предыдущим страховщиком ФИО2 являлся не ПФР, а ОАО «НПФ «РГС», которое впоследствии было реорганизовано путем присоединения к АО «НПФ «ЛУКОЙЛ-ГАРАНТ» (впоследствии – АО «НПФ «Открытие»). Таким образом, даже в случае признания оспариваемого договора недействительным, у ответчика не возникнет обязательств по передаче средств пенсионных накоплений истца, а также процентов за неправомерное пользование средствами ее пенсионных накоплений в Пенсионный фонд России, как об этом ставится вопрос в иске. 

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчика ГУ -УПФР в г. Магадане Магаданской области (межрайонное) в судебном заседании участия не принимал, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом. В отзыве на исковое заявление указал, что по данным индивидуального лицевого счета истца текущим страховщиком по обязательному пенсионному страхованию ФИО2 является АО «НПФ «Открытие», средства пенсионных накоплений истца были переданы ответчику 25 апреля 2016 г.

Согласно имеющимся сведениям заявление о досрочном переходе в АО «НПФ «Открытие» подано ФИО2 в ОПФР по Республике Татарстан; договор об обязательном пенсионном страховании № от ДД.ММ.ГГГГ между истцом и ответчиком поступил в ОПФР по Приморскому краю.

Сумма средств пенсионных накоплений, переданная ПФР в АО «НПФ «Открытие», составляет 34 189 рублей 18 копеек. 

По существу иска, анализируя положения Федерального закона от 7 мая 1998 г. № 75-ФЗ «О негосударственных пенсионных фондах», указывал, что с момента заключения договора об обязательном пенсионном страховании с негосударственным пенсионным фондом его условия являются обязательными для сторон. При успешной реализации застрахованным лицом права на перевод средств пенсионных накоплений в негосударственный пенсионный фонд ПФР перечисляет средства в размере, учтенном на индивидуальном лицевом счете, на счет негосударственного пенсионного фонда. Вновь поступающие страховые взносы и другие поступления, направленные на финансирование накопительной части пенсии, также подлежат переводу в соответствующий негосударственный пенсионный фонд.

Согласно п. 6.1 ст.36.4 Федерального закона № 75-ФЗ «О негосударственных пенсионных фондах» в случае, если после внесения изменений в Единый реестр застрахованных лиц будет установлено, что договор об обязательном пенсионном страховании заключен ненадлежащими сторонами, такой договор подлежит прекращению в соответствии с абз.7 п.2 ст.36.5 Закона № 75-ФЗ (признание судом договора об обязательном пенсионном страховании недействительным). Данное обстоятельство является основанием для применения специальных последствий недействительности сделки, предусмотренных п.5.3 ст.36.6 Закона № 75-ФЗ, в частности, для соответствующего фонда возникает обязанность по передаче предыдущему страховщику по обязательному пенсионному страхованию средств пенсионных накоплений, определенных в порядке, установленном п.2 ст.36.6.1 Закона № 75-ФЗ, а также процентов за неправомерное пользование средствами пенсионных накоплений, определяемых в соответствии со ст.395 ГК РФ, и средств, направленных на формирование собственных средств фонда, сформированных за счет дохода от инвестирования средств пенсионных накоплений соответствующего застрахованного лица. Кроме того, в качестве последствия недействительности договора об обязательном пенсионном страховании подлежит восстановлению предыдущим страховщиком удержанный результат инвестирования средств пенсионных накоплений застрахованного лица в том виде, как он существовал до удовлетворения заявления застрахованного лица при досрочном переходе из ПФР в НПФ, из НПФ в другой НПФ.

При этом органы ПФР не обладают полномочиями по установлению недостоверности сведений и подложности документов, в обратном случае со стороны контролирующих органов подобные действия органов ПФР могут быть расценены как превышение полномочий со стороны должностных лиц органов ПФР. Указанные обстоятельства могут быть установлены только судом на основании соответствующей судебной экспертизы. 

ПФР как орган, осуществляющий отражение в Едином реестре застрахованных лиц совершенных юридически значимых действий в отношении формируемых в интересах застрахованных лиц средств пенсионных накоплений, в случае получения из фонда извещения о признании судом договора об обязательном пенсионном страховании недействительным, вносит соответствующие изменения в соответствии с Порядком корректировки Пенсионным фондом Российской Федерации сведений, содержащихся в едином реестре застрахованных лиц, утвержденном приказом Минздравсоцразвития России от 18 мая 2012 г. № 579н, и отражает в специальной части индивидуального лицевого счета застрахованного лица сумму средств пенсионных накоплений, полученных от фонда. 

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчика Пенсионного фонда Российской Федерации в судебном заседании участия не принимала, о времени и месте рассмотрения дела извещена надлежащим образом. 

В отзыве на исковое заявление приведены доводы, аналогичные изложенным в отзыве ГУ - УПФР в г. Магадане Магаданской области (межрайонное), приведенным в решении, а также указано, что 25 апреля 2016 г. средства пенсионных накоплений истца были переданы АО «НПФ «ЛУКОЙЛ-ГАРАНТ», которое было реорганизовано в форме присоединения к АО «НПФ «Открытие», в связи с чем с 27 декабря 2018 г. страховщиком по обязательному пенсионному страхованию ФИО2 является АО «НПФ «Открытие».

Анализируя положения Федерального закона от 7 мая 1998 г. № 75-ФЗ «О негосударственных пенсионных фондах», представитель ПФР указывала, что в случае признания судом договора № от ДД.ММ.ГГГГ недействительным, подлежат применению положения ст. 36.6 Федерального закона № 75-ФЗ «О негосударственных пенсионных фондах» о применении последствий недействительности сделки, а также на основании ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации с ответчика в пользу истца подлежат взысканию причиненные ей убытки вследствие неправомерных действий общества. 

Суд, руководствуясь положениями ч.3 ст.167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ГПК РФ), с учетом мнения процессуального и материального истцов, представителя ответчика, определил рассмотреть дело в отсутствие неявившихся представителей третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчика.

Выслушав объяснения сторон, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии с п. 1 ст. 420 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей.

Согласно п. 1 ст. 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

В соответствии с ч. 1 ст. 160 ГК РФ сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, или должным образом уполномоченными ими лицами.

Положениями п. 3 ст. 154 ГК РФ предусмотрено, что для заключения договора необходимо выражение согласованной воли двух сторон (двусторонняя сделка) либо трех или более сторон (многосторонняя сделка).

В соответствии с ч. 1 и ч. 2 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В силу ч. 1 ст. 168 ГК РФ, за исключением случаев, предусмотренных п. 2 ст. 168 ГК РФ или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Согласно ч. 1 ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

В соответствии с ч. 2 ст. 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Правовые, экономические и социальные отношения, возникающие при создании негосударственных пенсионных фондов, осуществлении ими деятельности по негосударственному пенсионному обеспечению, в том числе по досрочному негосударственному пенсионному обеспечению, обязательному пенсионному страхованию, реорганизации и ликвидации указанных фондов регулируются Федеральным законом от 7 мая 1998 г. № 75-ФЗ «О негосударственных пенсионных фондах» (далее – Федеральный закон «О негосударственных пенсионных фондах», Федеральный закон № 75-ФЗ).

В соответствии с ч. 1 ст. 2 Федерального закона «О негосударственных пенсионных фондах» негосударственный пенсионный фонд - организация, исключительной деятельностью которой является негосударственное пенсионное обеспечение, в том числе досрочное негосударственное пенсионное обеспечение, и обязательное пенсионное страхование.

В соответствии с Федеральным законом от 15 декабря 2001 г. № 167-ФЗ «Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации» негосударственный пенсионный фонд осуществляет деятельность в качестве страховщика по обязательному пенсионному страхованию.

Согласно п. 1 ст. 36.4 Федерального закона «О негосударственных пенсионных фондах» договор об обязательном пенсионном страховании заключается между фондом и застрахованным лицом. В один и тот же период в отношении каждого застрахованного лица может действовать только один договор об обязательном пенсионном страховании.

Договор об обязательном пенсионном страховании должен быть заключен надлежащими сторонами и соответствовать законодательству Российской Федерации.

Согласно ст. 3 Федерального закона «О негосударственных пенсионных фондах» под договором об обязательном пенсионном страховании понимается соглашение между фондом и застрахованным лицом в пользу застрахованного лица или его правопреемников, в соответствии с которым фонд обязан при наступлении пенсионных оснований осуществлять назначение и выплату застрахованному лицу накопительной части трудовой пенсии или выплаты его правопреемникам.

При этом застрахованным лицом является физическое лицо, заключившее договор об обязательном пенсионном страховании. 

На основании положений ст. 36.8.1 Федерального закона № 75-ФЗ заявление застрахованного лица о переходе в фонд направляется им в Пенсионный фонд Российской Федерации не позднее 31 декабря текущего года. Такое заявление застрахованное лицо вправо подать в территориальный орган Пенсионного фонда Российской Федерации лично или направить иным способом. В последнем случае установление личности и проверка подлинности подписи застрахованного лица осуществляется нотариусом или органом, с которым Пенсионным фондом заключено соглашение о взаимном удостоверении подписей.

В соответствии с п.1 ст.36.2 Федерального закона № 75-ФЗ фонд, осуществляющий деятельность по обязательному пенсионному страхованию обязан уведомлять в порядке, определяемом Банком России, Пенсионный фонд Российской Федерации о вновь заключенных договорах об обязательном пенсионном страховании в течение одного месяца со дня их подписания.

Согласно п. 6.1 ст. 36.4 Федерального закона № 75-ФЗ в случае, если после внесения изменений в единый реестр застрахованных лиц будет установлено, что договор об обязательном пенсионном страховании заключен ненадлежащими сторонами, такой договор подлежит прекращению в соответствии с абз.7 п.2 ст.36.5 указанного Закона. 

На основании п.1 ст.36.10 Федерального закона № 75-ФЗ, заявление застрахованного лица о переходе в ПФР подлежит рассмотрению ПФР в срок до 1 марта года, следующего за годом, в котором истекает пятилетний срок, исчисляющийся начиная с года подачи застрахованным лицом заявления о переходе в ПФР.

Как установлено в судебном заседании и следует из материалов дела, 20 августа 2013 г. между ФИО4 и ОАО «НПФ «РГС» заключен договор № об обязательном пенсионном страховании между негосударственным пенсионным фондом и застрахованным лицом. 

ДД.ММ.ГГГГ между ОАО «НПФ «ЛУКОЙЛ-ГАРАНТ» и ФИО4 заключен договор об обязательном пенсионном страховании между негосударственным пенсионным фондом и застрахованным лицом №.В связи с заключением брака ДД.ММ.ГГГГ. ФИО5 сменила фамилию на ФИО6 (копия свидетельства о заключении брака от ДД.ММ.ГГГГ. №). 

По сведениям, представленным ПФР, заявление о досрочном переходе из АО «НПФ «РГС» в АО «НПФ «Открытие», поданное от имени ФИО2 29 мая 2015 г., уничтожено по истечении срока давности; в связи с этим изложенные в иске доводы о том, что из копии заявления застрахованного лица о досрочном переходе из ПФР в НПФ следует, что данное заявление подано от имени ФИО2 в АО НПФ «ЛУКОЙЛ-ГАРАНТ» (АО «НПФ «Открытие»), являются неподтвержденными. 

Согласно выписке из уведомления о внесении изменений в Единый реестр застрахованных лиц от 4 марта 2016 г. № 17 (том 089) Пенсионным фондом Российской Федерации внесены изменения в части передачи средств пенсионных накоплений ФИО4 из ОАО «НПФ «РГС» в ОАО НПФ «ЛУКОЙЛ-ГАРАНТ» на основании договора № от ДД.ММ.ГГГГ 

Исходя из содержания реестра от 29 марта 2016 г. № 54 том 3 сумма средств пенсионных накоплений ФИО4, переведенных из ОАО «НПФ «РГС» в ОАО НПФ «ЛУКОЙЛ-ГАРАНТ», составила 40 066 рублей 78 копеек, из них 32 931 рубль 30 копеек – сумма страховых взносов на обязательное пенсионное страхование, поступившая на накопительную часть трудовой пенсии, 7 135 рублей 30 копеек – доход от их инвестирования. 

По утверждению истца, договор № от ДД.ММ.ГГГГ она не заключала и не подписывала, в связи с чем определением суда от 3 марта 2021 г. по делу назначена судебная почерковедческая экспертиза. 

Экспертом в заключении от 21 мая 2021 г. № 11 по результатам проведенной судебной почерковедческой экспертизы сделаны выводы о том, что в представленной на экспертизу копии договора об обязательном пенсионном страховании № от ДД.ММ.ГГГГ. подписи от имени ФИО5 выполнены не ФИО7, а другим лицом. 

Заключение эксперта отвечает требованиям ст. ст. 79, 84 - 86 ГПК РФ, судебная почерковедческая экспертиза проведена компетентным экспертом, имеющим стаж работы в соответствующей области, в соответствии с требованиями Федерального закона от 31 мая 2001 г. № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» на основании определения суда о поручении проведения экспертизы, эксперт предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, и не заинтересован в исходе настоящего гражданского дела.

Выводы эксперта основаны на исследованных имеющихся в материалах гражданского дела образцах подписи ФИО2 сомнений в правильности и обоснованности заключение эксперта не вызывает. Каких-либо противоречий и неясностей в заключении эксперта не содержится. Экспертиза содержит описание традиционной методики судебно-почерковедческой экспертизы, изложенной в методических пособиях, поименованных в заключении, на основании выявленного совпадения общих и частных признаков подписи ФИО2 В исследовательской части описан ход проведенных исследований, выводы эксперта изложены в ясной и понятной форме. 

Таким образом, исходя из совокупности представленных доказательств, суд приходит к выводу о том, что при рассмотрении гражданского дела нашел свое подтверждение факт того, что ФИО2 договор от № от ДД.ММ.ГГГГ не заключала и не подписывала, т.е. указанный договор об обязательном пенсионном страховании заключен ненадлежащими сторонами.

При таких обстоятельствах, исковые требования о признании недействительным договора № от ДД.ММ.ГГГГ являются обоснованными и, учитывая, что иного механизма восстановления нарушенных прав истца при наличии решения ПФР о внесении изменений в реестр, кроме признания сделки недействительной, Федеральный закон № 75-ФЗ не предусматривает, суд приходит к выводу о наличии правовых оснований для удовлетворения исковых требований в части признания сделки недействительной. 

Разрешая исковые требования о применении последствий недействительности сделки, суд исходит из следующего.

На основании абз.7 п.2 ст.36.5 Федерального закона «О негосударственных пенсионных фондах» договор об обязательном пенсионном страховании прекращается в случае признания судом договора об обязательном пенсионном страховании недействительным.

В соответствии с п.5.3 ст.36.6 Федерального закона «О негосударственных пенсионных фондах» при наступлении обстоятельства, указанного в абз. 7 п. 1 настоящей статьи, фонд обязан передать предыдущему страховщику по обязательному пенсионному страхованию средства пенсионных накоплений, определенные в порядке, установленном п. 2 ст. 36.6-1 настоящего Федерального закона, а также проценты за неправомерное пользование средствами пенсионных накоплений, определяемые в соответствии со ст. 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, и средства, направленные на формирование собственных средств фонда, сформированные за счет дохода от инвестирования средств пенсионных накоплений соответствующего застрахованного лица, в срок не позднее 30 дней со дня получения фондом соответствующего решения суда и в этот же срок известить об этом Пенсионный фонд Российской Федерации, который на основании указанного извещения фонда вносит соответствующие изменения в единый реестр застрахованных лиц и уведомляет об этом застрахованное лицо при личном обращении застрахованного лица в территориальный орган Пенсионного фонда Российской Федерации, а также путем направления застрахованному лицу уведомления в форме электронного документа с использованием единого портала государственных и муниципальных услуг.

При этом проценты за неправомерное пользование средствами пенсионных накоплений и средства, направленные на формирование собственных средств фонда, уплачиваются за счет собственных средств фонда, и направляются в резерв фонда по обязательному пенсионному страхованию предыдущего страховщика.

Между тем из материалов дела следует, что в связи с заключением спорного договора № от ДД.ММ.ГГГГ средства пенсионных накоплений ФИО4 были переданы в ОАО НПФ «ЛУКОЙЛ-ГАРАНТ» не из ПФР, как утверждает истец, а из ОАО «НПФ «РГС», с которым ранее, 20 августа 2013 г., ФИО4 был заключен договор об обязательном пенсионном страховании между негосударственным пенсионным фондом и застрахованным лицом.

Данные обстоятельства помимо предоставленной в материалы дела копии договора от ДД.ММ.ГГГГ № подтверждаются выпиской из уведомления о внесении изменений в Единый реестр застрахованных лиц от 4 марта 2016 г. № 17 (том 089), составленной ПФР. 

Как следует из п. 1.1 Устава АО «НПФ «Открытие», общество создано в результате реорганизации НО Негосударственный пенсионный фонд «ЛУКОЙЛ-ГАРАНТ» в форме выделения из него некоммерческого пенсионного фонда с одновременным преобразованием выделяемого фонда в акционерный пенсионный фонд с наименованием Открытое акционерное общество «Негосударственный пенсионный фонд «ЛУКОЙЛ-ГАРАНТ» (ОАО «НПФ «ЛУКОЙЛ-ГАРАНТ»). 

В соответствии с решением единственного акционера Фонда Публичного акционерного общества «Банк «Финансовая Корпорация Открытие» от 6 марта 2018 г. решением внеочередного Общего собрания акционеров Акционерного общества «Негосударственный пенсионный фонд электроэнергетики» от 2 марта 2018 г. (протокол от 5 марта 2018 г. № 2) и решением единственного акционера Акционерного общества «Негосударственный Пенсионный фонд «РГС» Публичного акционерного общества Банк «Финансовая Корпорация Открытие» от 5 марта 2018 г. № 2 Фонд реорганизован в форме присоединения к нему Акционерного общества «Негосударственный пенсионный фонд электроэнергетики» и Акционерного общества «Негосударственный Пенсионный фонд «РГС». Фонд является правопреемником всех прав и обязанностей Акционерного общества «Негосударственный пенсионный фонд электроэнергетики» и Акционерного общества «Негосударственный Пенсионный фонд «РГС».

Согласно выписке из ЕГРЮЛ 17 августа 2018 г. АО «Негосударственный пенсионный фонд «РГС» прекратило свою деятельность путем реорганизация в форме присоединения к АО «Негосударственный пенсионный фонд «ЛУКОЙЛ-ГАРАНТ».

В соответствии с п.2 ст. 58 ГК РФ при присоединении юридического лица к другому юридическому лицу к последнему переходят права и обязанности присоединенного юридического лица.

По смыслу приведенной нормы, в случае реорганизации юридического лица в форме присоединения происходит универсальное правопреемство, в силу которого к вновь возникшему юридическому лицу в полном объеме переходит весь комплекс прав и обязанностей присоединенного в полном объеме в том виде и состоянии, в каком они принадлежали юридическому лицу - правопредшественнику на момент его реорганизации. Переходят также и те права и обязанности, которые не признаются или оспариваются сторонами, и те, которые на момент реорганизации не выявлены.

Из объяснений истца ФИО2 в судебном заседании следует, что договор от ДД.ММ.ГГГГ № ею не подписывался, о его существовании ей стало известно в ходе судебного разбирательства. 

Договор от ДД.ММ.ГГГГ № ранее оспорен не был, недействительным не признавался.

Таким образом, установленные обстоятельства подтверждают доводы представителя ответчика о том, что в настоящее время АО «НПФ «Открытие» является правопреемником АО «Негосударственный пенсионный фонд «РГС», вследствие чего факт признания судом недействительным договора № от ДД.ММ.ГГГГ не может повлечь за собой оснований для применения последствий недействительности сделки, предусмотренных п.5.3 ст.36.6 Федерального закона «О негосударственных пенсионных фондах», поскольку, как верно указано ответчиком, в силу ст. 413 ГК РФ обязательство прекращается совпадением должника и кредитора в одном лице, если иное не установлено законом или не вытекает из существа обязательства.

При этом изложенные в иске, а также в отзывах третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчика доводы о том, что деятельность страховщика по обязательному пенсионному обеспечению ФИО2 осуществлялась ПФР, опровергаются как содержанием представленного ответчиком договора от ДД.ММ.ГГГГ №, не признанного недействительным в установленном законом порядке, так и выпиской из уведомления о внесении изменений в Единый реестр застрахованных лиц от 4 марта 2016 г. № 17 (том 089), составленной ПФР. 

Принимая во внимание, что средства пенсионных накоплений ФИО4 на основании договора об обязательном пенсионном страховании между негосударственным пенсионным фондом и застрахованным лицом № от ДД.ММ.ГГГГ были переданы в ОАО НПФ «ЛУКОЙЛ-ГАРАНТ» не из ПФР, оснований для возложения на ответчика обязанности по передаче в государственное учреждение – Пенсионный фонд Российской Федерации в срок не позднее 30 дней со дня получения фондом решения суда денежных средств пенсионных накоплений ФИО2 в размере 34 189 рублей 18 копеек, процентов за неправомерное пользование средствами пенсионных накоплений за время их нахождения с 25 апреля 2016 г. по 15 января 2021 г. в АО «Негосударственный пенсионный фонд «Открытие» в размере 12 393 рубля 12 копеек не имеется. 

Разрешая требования истца о признании незаконным использования ответчиком персональных данных истца и взыскании денежной компенсации морального вреда в размере 5 000 рублей, суд приходит к следующему. 

Персональные данные - любая информация, относящаяся к прямо или косвенно определенному или определяемому физическому лицу (субъекту персональных данных); обработка персональных данных - любое действие (операция) или совокупность действий (операций), совершаемых с использованием средств автоматизации или без использования таких средств с персональными данными, включая сбор, запись, систематизацию, накопление, хранение, уточнение (обновление, изменение), извлечение, использование, передачу (распространение, предоставление, доступ), обезличивание, блокирование, удаление, уничтожение персональных данных (ст.3 Федерального закона от 27 июля 2006 г. № 152-ФЗ «О персональных данных»). 

В силу п.1 ч.1 ст.6 Федерального закона от 27 июля 2006 г. № 152-ФЗ «О персональных данных» (далее – Федеральный закон № 152-ФЗ) обработка персональных данных должна осуществляться с соблюдением принципов и правил, предусмотренных указанным законом. В частности, обработка персональных данных осуществляется с согласия субъекта персональных данных на обработку его персональных данных. 

Согласно ст. 9 Федерального закона № 152-ФЗ субъект персональных данных принимает решение о предоставлении его персональных данных и дает согласие на их обработку свободно, своей волей и в своем интересе. Согласие на обработку персональных данных должно быть конкретным, информированным и сознательным. Согласие на обработку персональных данных может быть дано субъектом персональных данных или его представителем в любой позволяющей подтвердить факт его получения форме, если иное не установлено федеральным законом (ч. 1).

В соответствии с ч.3 ст.21 Федерального закона № 152-ФЗ в случае выявления неправомерной обработки персональных данных, осуществляемой оператором или лицом, действующим по поручению оператора, оператор в срок, не превышающий трех рабочих дней с даты этого выявления, обязан прекратить неправомерную обработку персональных данных или обеспечить прекращение неправомерной обработки персональных данных лицом, действующим по поручению оператора. В случае, если обеспечить правомерность обработки персональных данных невозможно, оператор в срок, не превышающий десяти рабочих дней с даты выявления неправомерной обработки персональных данных, обязан уничтожить такие персональные данные или обеспечить их уничтожение. Об устранении допущенных нарушений или об уничтожении персональных данных оператор обязан уведомить субъекта персональных данных или его представителя, а в случае, если обращение субъекта персональных данных или его представителя либо запрос уполномоченного органа по защите прав субъектов персональных данных были направлены уполномоченным органом по защите прав субъектов персональных данных, также указанный орган. 

В силу ст.151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Согласно разъяснениям, данным в п.2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Установленные судом обстоятельства, в том числе, наличие договора от ДД.ММ.ГГГГ №, заключенного между АО «Негосударственный пенсионный фонд «РГС» (правопреемником которого является ответчик) и ФИО4, который на момент рассмотрения дела по существу не признан недействительным, свидетельствуют об отсутствии оснований для вывода о том, что получение ответчиком персональных данных истца и их дальнейшее использование имело место вследствие незаконных действий АО «НПФ «Открытие».

Таким образом, исковые требования о признании незаконной обработки ответчиком персональных данных истца удовлетворению не подлежат. 

Принимая во внимание, что исковые требования о взыскании компенсации морального вреда основаны на доводах о незаконном использовании ответчиком персональных данных истца, а также о незаконном переводе средств пенсионных накоплений ФИО2, ставшем возможным в результате незаконного использования персональных данных истца, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований и в этой части. 

Разрешая вопрос о судебных расходах, понесенных истцом в связи с рассмотрением настоящего гражданского дела, суд приходит к следующему.

В соответствии с ч.1 ст.88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Согласно ч.1 ст.98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных ч.2 ст.96 ГПК РФ, а именно: в случае, если вызов свидетелей, назначение экспертов, привлечение специалистов и другие действия, подлежащие оплате, осуществляются по инициативе суда, соответствующие расходы возмещаются за счет средств федерального бюджета.

Из материалов дела следует, что истцом ФИО2 за счет собственных средств была оплачена стоимость судебной почерковедческой экспертизы в размере 16 000 рублей, что подтверждается чеком-ордером от 17 июня 2021 г. 

Принимая во внимание необходимость проведения экспертизы и факт несения истцом расходов, связанных с ее проведением, с учетом положений ч.1 ст. 98 ГПК РФ суд приходит к выводу о том, что указанные расходы подлежат взысканию с ответчика в пользу истца; оснований для освобождения ответчика от уплаты указанных расходов не имеется.

В силу ч.1 ст.103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

Поскольку прокурор освобожден от уплаты государственной пошлины при обращении в суд с исковыми заявлениями в защиту прав и законных интересов физического лица в силу п.9 ч.1 ст.333.36 Налогового кодекса Российской Федерации, то с ответчика в пользу бюджета муниципального образования «Город Магадан» подлежит взысканию государственная пошлина в размере 300 рублей (по числу требований (1) неимущественного характера). 

Руководствуясь ст.ст.194, 197-199 ГПК РФ, суд

р е ш и л :

Признать недействительным договор № от ДД.ММ.ГГГГ об обязательном пенсионном страховании, заключенный между акционерным обществом «Негосударственный пенсионный фонд «Открытие» и ФИО7.

В удовлетворении исковых требований прокурора города Магадана в интересах ФИО2 к акционерному обществу «Негосударственный пенсионный фонд «Открытие» о применении последствий недействительности сделки путем обязания акционерного общества «Негосударственный пенсионный фонд «Открытие» не позднее 30 дней со дня получения фондом решения суда передать в государственное учреждение – Пенсионный фонд Российской Федерации денежные средства пенсионных накоплений ФИО2 в размере 34 189 дублей 18 копеек, процентов за неправомерное пользование средствами пенсионных накоплений за время их нахождения с 25 апреля 2016 г. по 15 января 2021 г. в акционерном обществе «Негосударственный пенсионный фонд «Открытие» в размере 12 393 рубля 12 копеек – отказать. 

В удовлетворении исковых требований прокурора города Магадана в интересах ФИО2 к акционерному обществу «Негосударственный пенсионный фонд «Открытие» о признании незаконным использования акционерным обществом «Негосударственный пенсионный фонд «Открытие» персональных данных ФИО2 отказать.

В удовлетворении исковых требований прокурора города Магадана в интересах ФИО2 к акционерному обществу «Негосударственный пенсионный фонд «Открытие» о взыскании компенсации морального вреда в размере 5 000 рублей отказать.

Взыскать с акционерного общества «Негосударственный пенсионный фонд «Открытие» в пользу ФИО2 судебные расходы, связанные с оплатой услуг эксперта, в размере 16 000 (шестнадцать тысяч) рублей.

Взыскать с акционерного общества «Негосударственный пенсионный фонд «Открытие» в доход бюджета муниципального образования «Город Магадан» государственную пошлину в размере 300 (триста) рублей. 

Срок изготовления мотивированного решения установить 14 июля 2021 г.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Магаданский областной суд через Магаданский городской суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья В.Г. Малая