К делу № 2-1780/18

Р Е Ш Е Н И Е

именем Российской Федерации

09 июля 2018 года г. Таганрог

Таганрогский городской суд Ростовской области в составе:

председательствующего судьи Полиёвой О.М.,

при секретаре судебного заседания Чеченевой Т.О.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ИП ФИО2, ИП ФИО3 об изменении записей в трудовой книжке, взыскании упущенной выгоды, компенсации морального вреда,

при участии третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, ООО «Аситер»,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ИП ФИО2, ИП ФИО3 об изменении записей в трудовой книжке, взыскании упущенной выгоды, компенсации морального вреда. В обоснование иска указала, что 01.10.2012 между ООО «Аситер» (Заказчик) и ФИО1 (Эксперт) был заключен договор № на выполнение работ по оценке соответствия объектов туристской индустрии требованиям категории. Согласно п. 1.1 договора Заказчик поручает, а Эксперт принимает на себя обязательства по проведению экспертной оценки гостиниц и иных средств размещения в соответствии с порядком классификации объектов туриндустрии в составе экспертной комиссии, установленным Приказом Министерства культуры РФ от 11.07.2014 № 1215.

Согласно п. 2.3 договора Эксперт должен иметь государственный документ о повышении квалификации по программе «Классификация гостиниц и иных средств размещения» со сроком давности не более одного года, иметь свидетельство эксперта о соответствии требованиям, предъявляемым к экспертам в области классификации гостиниц и иных средств размещения, действительное в течение не менее 2-х последних лет, иметь возможность выезда для выполнения работы по экспертной оценке средств размещения в регионы РФ. Договор заключен на срок до 01.10.2015.

01.10.2015 между ООО «Аситер» (Заказчик) и ФИО1 (Эксперт) был заключен договор №, согласно которому Заказчик поручил, а Эксперт принял на себя обязательства по проведению экспертной оценки гостиниц и иных средств размещения в соответствии с порядком классификации объектов туриндустрии в составе экспертной комиссии, установленным Приказом Министерства культуры РФ от 11.07.2014 № 1215. Срок действия договора до 20.09.2018.

Взаимоотношения между ООО «Аситер» и ФИО1 в рамках исполнения взаимных обязательств по договору № 2 от 01.10.2015 были опосредованы через трудоустройство к ИП ФИО2, которой ФИО1 передала трудовую книжку.

В соответствии со справкой ООО «Аситер» от 15.05.2017 № ФИО1 работает по договору подряда в ООО «Аситер» действующим экспертом по классификации средств размещения.

В ходе исполнения обязанностей по договору № от 01.10.2015 ФИО1 в качестве эксперта в составе экспертных комиссий была проведена оценка соответствия категориям, установленным Системой классификации гостиниц и иных средств размещения. На основании проведенных с участием ФИО1 оценок были составлены акты оценки соответствия (категорийности) гостиниц в общем количестве не менее 200. Акты оценки соответствия гостиниц и иных средств размещения являлись основанием для выдачи ООО «Аситер» свидетельства о присвоении категории той или иной гостинице.

Проведение оценки гостиниц и иных средств размещения производилось ООО «Аситер» на возмездной основе. Выплаты эксперту ФИО1 производились ООО «Аситер» через работодателя ИП ФИО2 по окончании производства соответствующих работ.

В то же время ИП ФИО2, а впоследствии и ИП ФИО3 в трудовую книжку ФИО1 были внесены записи № 39 от 25.08.2015 и № 1 от 01.08.2016 о принятии ФИО1 на должность менеджера по продажам. Однако ФИО1 обязанности менеджера по продажам никогда не исполняла, о том, что 31.07.2016 она была уволена из ИП ФИО2 по собственному желанию и 01.08.2016 принята на работу в ИП ФИО3 на должность менеджера по продажам, она не знала, т.к. выполняла обязанности эксперта, работая на объектах ООО «Аситер».

О внесении в трудовую книжку записей № 39 о принятии на должность менеджера по продажам, записи № 40 от 31.07.2016 об увольнении по собственному желанию, № 41 от 01.08.2016 о принятии на должность менеджера по продажам, № 42 от 31.10.2017 об увольнении с должности менеджера по продажам ФИО1 узнала в ноябре 2017, когда ФИО2 выдала ей трудовую книжку.

Истица обратилась к ИП ФИО2 с требованием о внесении изменений в записи № 39 и № 42 в части указания занимаемой должности менеджера по продажам на должность эксперта оценки гостиниц и иных средств размещения, однако ФИО2 отказалась вносить изменения.

Незаконными действиями работодателей ИП ФИО2 и ИП ФИО3 истице причинен материальный вред в виде упущенной выгоды. Так, в соответствии со справкой от 01.03.2018 ООО «Новые технологии» имело намерение принять ФИО1 на должность эксперта по классификации гостиниц и иных средств размещения с 09.01.2018 с окладом 

<

данные изъяты> руб. при условии подтверждения опыта работы экспертом соответствующей записью в трудовой книжке. До настоящего времени ответчики изменения в трудовую книжку не внесли, в результате чего сумма материального вреда составляет 100 000 руб.

Истица просит суд:

- обязать работодателя ИП ФИО2 внести исправления в трудовую книжку истицы следующего содержания: запись № 39 от 25.08.2015 считать недействительной. Внести новую запись о занимаемой должности – эксперт в области классификации гостиниц и иных средств размещения,

- обязать работодателя ИП ФИО3 внести исправления в трудовую книжку истицы следующего содержания: запись № 41 от 01.08.2016 считать недействительной. Внести новую запись о занимаемой должности – эксперт в области классификации гостиниц и иных средств размещения,

- взыскать с ответчиков в ее пользу упущенную выгоду в сумме 100 000 руб., компенсацию морального вреда 100 000 руб.

В ходе судебного разбирательства истица в порядке ст. 39 ГПК РФ уточнила исковые требования, просила суд:

- обязать работодателя ИП ФИО2 внести исправления в трудовую книжку истицы следующего содержания: запись № 39 от 25.08.2015 считать недействительной. Внести новую запись о занимаемой должности – эксперт,

- обязать работодателя ИП ФИО3 внести исправления в трудовую книжку истицы следующего содержания: запись № 41 от 01.08.2016 считать недействительной. Внести новую запись о занимаемой должности – эксперт,

- взыскать с ответчиков в ее пользу упущенную выгоду в сумме 100 000 руб., компенсацию морального вреда 100 000 руб.

В ходе судебного разбирательства к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено ООО «Аситер».

Истец ФИО1, ответчики ФИО2 и ФИО3, представитель третьего лица ООО «Аситер» в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом о времени и месте судебного заседания. Дело рассмотрено в их отсутствие в порядке ст. 167 ГПК РФ.

Ранее в судебных заседаниях истица ФИО1 исковые требования поддержала в полном объеме, пояснила, что в 2012 году она работала в ООО «Аситер» 

<

данные изъяты>. Предприятие занималось классификацией объектов. Через год она уволилась. Спустя время ФИО2 пригласила ее на эту работу, пояснив, что из-за нежелания ООО «Аситер» платить налоги ее оформили на работу к ИП ФИО2 У ФИО2 с ООО «Аситер» был заключен договор на выполнение работ. Трудовую книжку она отдала ФИО2, записи в журнале движения трудовых книжек отметки об этом сделано не было, заявление о принятии на работу не писала, приказ о принятии на работу не подписывала. В ноябре 2017 года она собралась увольняться, но нужно было ехать в другой город на проект. Она отказалась от поездки, из-за чего она и ФИО2 поругались. Позднее ФИО2 написала, что трудовую книжку выдать ей не может, поскольку уехала на проект в другой город с ее трудовой книжкой. 26.12.2017, когда она забрала трудовую книжку, то узнала, что была уволена в октябре 2017 года и была оформлена на работу у ИП ФИО3 В 2016 году в Департамент спорта и туризма в г. Москва были сданы документы на аккредитацию. Среди них есть документы, которые подтверждают ее работу в качестве эксперта. 

В судебном заседании представитель истицы – ФИО4, действующая по доверенности от 22.02.2018 г. №, исковые требования поддержала, просила иск удовлетворить. В отзыве на возражения ответчика представитель истца указала, что генеральный директор ООО «Аситер» пояснил, что в период с 01.08.2015 по 31.10.2017 трудовых отношений с ФИО1 не имело, договоров на выполнение работ не заключало. Приложенные к исковому заявлению справка № от 15.05.2017 о месте работы, договор № на выполнение работ по оценке соответствия объектов туристической индустрии требованиям категории от 01.10.2015 генеральным директором не составлялся и не подписывался. Однако в сентябре 2016 г. ООО «Аситер» подавало заявку на аккредитацию в Департамент национальной политики, межрегиональных связей и туризма г. Москвы. На всех документах, включая справку и договор с экспертом ФИО1, стояла печать и подпись, аналогичная печати и подписи на справке и договоре с ФИО1 Соответственно, аттестат аккредитации № от 17.11.2016 при таких обстоятельствах должен быть признан недействительным. На документах (решение, свидетельство и приложение о присвоении категории), выданных отельерам по результатам классификации средств размещения, тоже стоит печать и подпись, аналогичная тем, что имеется в договоре с экспертом ФИО1 Генеральный директор ООО «Аситер» пояснил, что с ИП ФИО2 ООО «Аситер» имело договорные отношения аутсорсинга. При наличии договора аутсорсинга ИП ФИО2 должна была иметь в своем штате эксперта, который бы осуществлял деятельность по аккредитации гостиничных комплексов ООО «Аситер». Именно этим экспертом и была ФИО1 

Представитель ответчиков – ФИО5, действующая по доверенностям от 18.01.2018, против удовлетворения исковых требований возражала, в письменных возражениях на иск указала, что ФИО2 осуществляла предпринимательскую деятельность и до 01.08.2016 имела в ТЦ «

<

данные изъяты>» игровую комнату «

<

данные изъяты>». В августе 2016 игровая комната стала принадлежать ИП ФИО3 25.08.2015 ФИО1 обратилась с письменным заявлением в адрес ИП ФИО2 о принятии ее на работу на должность менеджера по продажам с 25.08.2015 г. В это же день был издан приказ о приеме работника на работу и заключен трудовой договор № от 25.08.2015, по условиям которого ФИО1 была принята на работу на должность менеджера по продажам с местом работы по адресу: 

<

адрес>. В ее основные обязанности входило выполнять работы по поиску и привлечению клиентов по согласованию с руководством. При этом ФИО1 могла выполнять работу дистанционно, используя сеть интернет и телефонную связь. Приказом № от 31.07.2016 с ФИО1 расторгнут трудовой договор по собственному желанию. В последний день работы работника 31.07.2016 с ФИО1 был произведен полный расчет, выдана трудовая книжка. 31.07.2016 ИП ФИО2 был вынесен приказ о прекращении трудового договора с работником. С приказом ФИО1 была ознакомлена в день увольнения 31.07.2016 г.

01.08.2016 ФИО1 обратилась с письменным заявлением в адрес ИП ФИО6 о принятии ее на работу на должность менеджера по продажам с 01 августа 2016 г., был издан приказ о приеме ее на работу и заключен трудовой договор № от 01.08.2016, по условиям которого ФИО1 была принята на работу на должность менеджера по продажам с местом работы по адресу: 

<

адрес> В ее основные обязанности входило выполнять работы по поиску и привлечению клиентов по согласованию с руководством. При этом ФИО1 также могла выполнять работу дистанционно, используя сеть интернет и телефонную связь. Приказом № от 21.10.2017 с ФИО1 расторгнут трудовой договор по собственному желанию. В последний день работы работника 31.10.2017 с ФИО1 был произведен полный расчет, выдана трудовая книжка. 

В досудебном порядке ФИО1 обращалась по указанным обстоятельствам в Государственную инспекцию труда в Ростовской области. В отношении ИП ФИО2 и ИП ФИО3 были проведены проверки. Изложенные в обращении ФИО1 доводы не нашли своего документального подтверждения. 

ФИО2 ведет деятельность не только как индивидуальный предприниматель, но является экспертом государственной системы классификации объектов туриндустрии, что подтверждается свидетельством №, выданным Ассоциацией вузов туризма и сервиса. ФИО2 был заключен договор с ООО «Аситер» на выполнение работ по классификации объектов туриндустрии от 20.03.2014. Именно наличие указанного свидетельства дает право осуществлять деятельность как эксперта государственной системы классификации объектов туриндустрии, а не запись в трудовой книжке. ФИО1 также имеет свидетельство №, выданное Ассоциацией вузов туризма и сервиса, а, значит, беспрепятственно может быть трудоустроена и осуществлять трудовую деятельность, связанную с классификацией гостиниц и иных средств размещения. Следовательно, требования о взыскании с ответчиков упущенной выгоды в размере 100 000 руб. необоснованные.

В иске ФИО1 указала, что узнала о нарушении своего права только в ноябре 2017, в то время, когда она обратилась с иском в суд только 13.03.2018, а, значит, пропустила срок исковой давности, который истек в январе 2018 г.

Представитель ответчиков просила отказать в удовлетворении исковых требований.

Выслушав участников процесса, изучив материалы дела, суд приходит к следующему.

Как следует из искового заявления, требования ФИО1 касаются порядка ведения трудовой книжки, соответствия внесенных в трудовую книжку записей о занимаемой истицей должности фактическому исполнению ею трудовых обязанностей.

В соответствии со статьей 66 ТК РФ, трудовая книжка установленного образца является основным документом о трудовой деятельности и трудовом стаже работника. Форма, порядок ведения и хранения трудовых книжек, а также порядок изготовления бланков трудовых книжек и обеспечения ими работодателей устанавливаются уполномоченным Правительством Российской Федерации федеральным органом исполнительной власти.

Постановлением Правительства РФ от 16.04.2003 № 225 «О трудовых книжках» утверждены Правила ведения и хранения трудовых книжек, изготовления бланков трудовой книжки и обеспечения ими работодателей. Так, в соответствии с пунктом 10 Правил все записи о выполняемой работе, переводе на другую постоянную работу, квалификации, увольнении, а также о награждении, произведенном работодателем, вносятся в трудовую книжку на основании соответствующего приказа (распоряжения) работодателя не позднее недельного срока, а при увольнении - в день увольнения и должны точно соответствовать тексту приказа (распоряжения).

Таким образом, записи о выполняемой работником работе, занимаемой работником должности должны соответствовать содержанию приказов, изданных работодателем.

Как установлено в судебном заседании в трудовой книжке на имя ФИО1 содержатся записи о периоде работы истицы у ИП ФИО2 с 25.08.2015 г. по 31.07.2016 г. менеджером по продажам и периоде работы у ИП ФИО3 с 01.08.2016 г. по 31.10.2017 г. менеджером по продажам.

В обоснование своих возражений относительно заявленных требований ответчиками представлены копии следующих документов:

- заявление ФИО1 индивидуальному предпринимателю ФИО2 о принятии ее на работу с 25.08.2015 на должность менеджера по продажам на условиях частичной занятости (л.д. 91),

- трудовой договор № от 25.08.2015, заключенный между ИП ФИО2 и ФИО1 о ее приеме на должность менеджера по продажам с 25.08.2015 по 31.12.2016 (л.д. 92-93),

- приказ ИП ФИО2 № от 25.08.2015 о приеме на работу ФИО1 на должность менеджера по продажам с 25.08.2015 по 31.12.2016, с которым работник ознакомлена под роспись (л.д. 90),

- заявление ФИО1 от 18.07.2016 об освобождении ее от занимаемой должности менеджера по продажам по собственному желанию с 31.07.2016 (л.д. 95), 

- приказ № от 31.07.2016 о расторжении трудового договора с ФИО1 с 31.07.2016 по п. 3 ст. 77 ТК РФ на основании заявления работника от 18.07.2016, с которым ФИО1 ознакомлена под роспись (л.д. 94),

- заявление ФИО1 индивидуальному предпринимателю ФИО3 о принятии ее на работу с 01.08.2016 на должность менеджера по продажам на условиях частичной занятости (л.д. 69),

- трудовой договор № от 01.08.2016, заключенный между ИП ФИО3 и ФИО1 о ее приеме на должность менеджера по продажам с 01.08.2016 по 31.12.2017 (л.д. 70-71),

- приказ ИП ФИО3 № от 01.08.2016 о приеме на работу ФИО1 на должность менеджера по продажам с 01.08.2016 по 31.12.2017, с которым работник ознакомлена под роспись (л.д. 68),

- заявление ФИО1 от 16.10.2017 об освобождении ее от занимаемой должности менеджера по продажам по собственному желанию с 31.10.2017 (л.д. 75), 

- приказ № от 31.10.2017 о расторжении трудового договора с ФИО1 с 31.10.2017 по п. 3 ч. 1 ст. 77 ТК РФ на основании заявления работника от 16.10.2017, с которым ФИО1 ознакомлена под роспись (л.д. 74).

Таким образом, указанная в трудовой книжке истицы должность менеджера по продажам соответствует представленным в суд документам. При этом отсутствие в штате ответчиков должности эксперта подтверждается штатными расписаниями от 12.01.2015, 12.01.2016, 01.08.2016, 11.01.2017 (л.д. 72, 73, 96, 97), а также сведениями о видах деятельности индивидуальных предпринимателей ФИО2 и ФИО3, содержащимися в Едином государственном реестре индивидуальных предпринимателей; сведения о таком виде деятельности, как проведении экспертной оценки гостиниц и иных средств размещения в ЕГРИП отсутствуют. 

Наличие порока воли при подписании заявлений о принятии на работу на должность менеджера по продажам, т.е. на иную должность, чем указывает истица, судом не установлено. 

Представленные истицей копии актов оценки соответствия гостиниц требованиям Системы классификации гостиниц и иных средств размещения, составленные в течение 2012 года, не являются доказательствами наличия трудовых отношений между истицей в должности эксперта и ИП ФИО2, поскольку не относятся к периоду работы ФИО1 у ИП ФИО2, указанному в трудовой книжке (л.д. 21,22). Акт оценки соответствия гостиницы «

<

данные изъяты>» от 25 сентября 2015 г. (л.д. 23) также не подтверждает факт работы истицы в должности эксперта у ИП ФИО2, поскольку, как установлено в судебном заседании, истица работала у ИП ФИО2 на условиях неполного рабочего времени, в связи с чем, имела возможность заниматься иными видами деятельности за пределами занятости у ИП ФИО2 Кроме того, свидетельство эксперта № выдано ей 28.09.2015 г., т.е. позднее, чем составлен данный акт, при этом акт не содержит подписи эксперта ФИО2, в связи с чем суд относится критически к представленному доказательству.

Акты оценки соответствия отеля «

<

данные изъяты>» от 20.12.2016 г., отеля «

<

данные изъяты>» от 15.05.2017, средств размещения «

<

данные изъяты>» от 15.03.2017 г., «

<

данные изъяты>» от 31.10.2017 г. не подтверждают трудовые отношения истицы с ИП ФИО3, поскольку в них в качестве председателя комиссии указан эксперт ФИО2 (л.д. 25, 27, 29, 31). 

При этом наличие у ФИО2 свидетельства эксперта № от 01.09.2015 г. никак не связано с осуществлением ею предпринимательской деятельности, в рамках которой она имела бы возможность заключить трудовой договор с ФИО1, что в равной степени относится и к ФИО1 с учетом имеющегося у нее свидетельства эксперта № от 28.09.2015 г.

Договор № от 01.10.2015 г. на выполнение работ по оценке соответствия объектов туристской индустрии требованиям категории, заключенный между ООО «Аситер» и ФИО1 и представленный суду Департаментом спорта и туризма г. Москвы в ответ на судебный запрос, подтверждает наличие гражданско-правовых отношений между указанными субъектами (л.д. 278-279).

Представленная в Департамент национальной политики, межрегиональных связей и туризма г. Москвы заявка ООО «Аситер» на аккредитацию с приложением выписки из реестра Министерства культуры классифицированных объектов экспертами компании «Аситер» ФИО7, ФИО2, ФИО1 также свидетельствуют о наличии правоотношений между ФИО1 и ООО «Аситер», что подтверждается и согласием ФИО1 от 02.11.2016 г. на предоставление ее персональных данных и документов компанией «Аситер» в Департамент национальной политики, межрегиональных связей и туризма г. Москвы (л.д. 276). 

Таким образом, доводы истицы о наличии между ней и ИП ФИО2 и ИП ФИО3 трудовых отношений по должности эксперта не нашли подтверждения в судебном заседании.

В соответствии со ст. 84.1 ТК РФ запись в трудовую книжку об основании и о причине прекращения трудового договора должна производиться в точном соответствии с формулировками настоящего Кодекса или иного федерального закона и со ссылкой на соответствующие статью, часть статьи, пункт статьи настоящего Кодекса или иного федерального закона.

В качестве основания увольнения истицы указан п. 3 ч. 1 ст. 77 ТК РФ, в соответствии с которой основанием прекращения трудового договора является расторжение трудового договора по инициативе работника. 

Истица указывает на то, что заявление об увольнении по собственному желанию она не писала. Однако такие доводы опровергаются представленными стороной ответчиков доказательствами – заявлениями ФИО1 от 18.07.2016 и от 16.10.2017 (л.д. 75, 95). 

В период времени с 07.02.2018 по 15.02.2018 Государственной инспекцией труда в Ростовской области на основании обращения ФИО1 проведены внеплановые документарные проверки индивидуальных предпринимателей ФИО2 и ФИО3 Изложенные в обращении ФИО1 доводы не нашли своего документарного подтверждения, основания для выдачи ответчикам предписаний и привлечения их к административной ответственности отсутствовали.

Частью 1 статьи 392 ТК РФ установлено, что работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки.

Согласно представленным ответчиками книгам учета движения трудовых книжек и вкладышей в них трудовая книжка при увольнении из ИП ФИО2 получена ФИО1 31.07.2016, что подтверждается ее подписью, а при увольнении из ИП ФИО3 – 31.10.2017 г., при этом от подписи в получении трудовой книжки истица отказалась. 

Истица указывает на то, что трудовую книжку она фактически получила 26.12.2017, после чего и узнала о нарушении своего права.

Между тем, принимая во внимание имеющиеся в трудовых договорах ФИО1 подписи работника, а также ее подписи в приказах о приеме на работу в должности менеджера по продажам, равно как и собственноручно поставленные подписи на заявлениях о принятии ее на работу на должность менеджера по продажам, что не оспаривалось ею в ходе судебного разбирательства, суд приходит к выводу о том, что о принятии ее на работу на должность менеджера по продажам, а не на должность эксперта, т.е. о нарушении своего права истица, несомненно, знала в дни заключения трудовых договоров, т.е. 25.08.2015 г. и 01.08.2016 г., следовательно, с требованием об изменении в трудовой книжке содержания записи о приеме на работу к ИП ФИО2 (запись № 39 от 25.08.2015) истица должна была обратиться не позднее 25 ноября 2015 г., а с требованиями об изменении в трудовой книжке содержания записи о приеме на работу к ИП ФИО3 (запись № 41 от 01.08.2016) – не позднее 01 ноября 2016 г. 

Исковое заявление ФИО1 поступило в Таганрогский городской суд 13 марта 2018 года, т.е. со значительным пропуском установленного законом процессуального срока.

Признав причины пропуска срока уважительными, судья вправе восстановить этот срок (ч. 3 ст. 390 и ч. 3 ст. 392 ТК РФ). Установив, что срок обращения в суд пропущен без уважительных причин, судья принимает решение об отказе в иске именно по этому основанию без исследования иных фактических обстоятельств по делу (абз. 2 ч. 6 ст. 152 ГПК РФ) (абз. 3 п. 5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации»).

В качестве уважительных причин пропуска срока обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, препятствовавшие данному работнику своевременно обратиться с иском в суд за разрешением индивидуального трудового спора (например, болезнь истца, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимость осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи).

Истицей уважительных причин пропуска срока обращения в суд не указано. При таком положении суд считает установленным факт пропуска ФИО1 без уважительных причин срока на обращение в суд с требованиями об изменении записей в трудовой книжке, основания для восстановления ФИО1 срока для обращения в суд с указанными требованиями отсутствуют, в связи с чем, в удовлетворении исковых требований об изменении записей в трудовой книжке следует отказать также и по причине пропуска истцом срока на обращение в суд.

В силу ст.237 ТК РФ суд вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя.

Между тем, нарушений трудовых прав работника действиями либо бездействием работодателей судом не установлено. Таким образом, в ходе судебного разбирательства истицей не представлено доказательств причинения ей ответчиками морального вреда, что свидетельствует об отсутствии оснований для взыскания компенсации морального вреда в судебном порядке.

Разрешая требование о взыскании с ответчиков упущенной выгоды, суд исходит из следующего.

Исходя из содержания ч. 2 ст. 15 ГК РФ, упущенная выгода представляет собой неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено. Истица указывает на то, что ООО «Новые технологии» имело намерение принять ее на должность эксперта по классификации гостиниц и иных средств размещения с 09.01.2018 с окладом 

<

данные изъяты> руб. при условии подтверждения опыта работы экспертом соответствующей записью в трудовой книжке. Между тем, как установлено судом, оснований для внесения в трудовую книжку истицы записей о приеме ее на работу в качестве эксперта не имелось, истица работала у ИП ФИО2 и ИП ФИО3 в иных должностях. В связи с этим отсутствие стажа работы истицы в должности эксперта не является основанием для взыскания с ответчиков неполученных истицей денежных средств по причине нетрудоустройства в ООО «Новые технологии».

По изложенным основаниям исковые требования ФИО1 удовлетворению не подлежат в полном объеме.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 167, 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ИП ФИО2, ИП ФИО3 об изменении записей в трудовой книжке, взыскании упущенной выгоды, компенсации морального вреда, – отказать в полном объеме.

Решение может быть обжаловано в Ростовский областной суд через Таганрогский городской суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий 

Решение в окончательной форме изготовлено 16.07.2018 г.