Дело № 1-118/2017

Именем Российской Федерации

ПРИГОВОР

18 июля 2017 года / город Усть-Илимск

Усть-Илимский городской суд Иркутской области в составе председательствующего судьи Кузьмина А.В., при секретаре Выголовой Я.В.,

- с участием: государственного обвинителя, старшего помощника Усть-Илимского межрайонного прокурора Мироновой Т.Г.; потерпевшего Е.С. защитника, адвоката Пелиховой Р.Р.; подсудимого ФИО1, 

- рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело по обвинению:

ФИО1, судимого:

- ** Усть-Илимским городским судом Иркутской обл. по ч. 1 ст. 111 УК РФ к лишению свободы на срок 2 года с применением ст. 73 УК РФ условно с испытательным сроком 2 года (наказание не отбыто),

- в совершении преступлений, предусмотренных пунктами «в», «г» части 2 статьи 163, пунктами «в», «г» части 2 статьи 127 Уголовного кодекса Российской Федерации,

установил:

ФИО1 совершил преступление - вымогательство, то есть требование передачи чужого имущества под угрозой применения насилия, совершенное с применением насилия и в крупном размере при следующих обстоятельствах. 

** в районе 09 часов ФИО1 зашел в 

<

адрес>, расположенную по 

<

адрес> городе Усть-

<

адрес>, к Е.С., жителю данной квартиры. Руководствуясь корыстным мотивом и преследуя цель незаконного получения имущественных выгод, ФИО1 предъявил Е.С. незаконное требование - передать ему деньги в сумме пять тысяч рублей, при отсутствии у него на это права. Чтобы вынудить Е.С. передать ему требуемые деньги, ФИО1 применил к нему физическое насилие, он нанес Е.С. удары кулаками по телу, причиняя физическую боль, а затем установил ему время, к которому следует выполнить его требование. К вечеру за невыполнение Е.С. данного требования, ФИО1 в его квартире вновь нанес удары ремнем и кулаками по телу Е.С., причинив физическую боль, и принуждая передать ему деньги, выразил угрозу применения к нему физического насилия, которая воспринималась Е.С. реально. После чего ФИО1, применяя физическое насилие с умыслом на получение требуемых денег, пристегнул Е.С. наручниками к водопроводной трубе, лишив его свободы, воды и пищи, выдвинул Е.С. условие изыскать требуемую им сумму денег и ушел из квартиры. На следующий день ФИО1 вернулся в квартиру Е.С., где продолжил принуждать Е.С. передать ему требуемые деньги и, не достигнув желаемого, решил получить от Е.С. денежные средства от продажи принадлежащей ему квартиры рыночной стоимостью 950 000 рублей, совершая вымогательство в крупном размере. Во исполнение умысла на получение материальной выгоды, ФИО1 в 

<

адрес>, удерживая в ней пристегнутого наручниками к водопроводной трубе Е.С., с ** ежедневно предъявлял Е.С. требование продать эту квартиру с завладением в последующем деньгами от продажи, сопровождая свои требования угрозой применения физического насилия, возможность исполнения которой для Е.С. была очевидной. Подкрепляя угрозу, ФИО1 также ежедневно наносил Е.С. удары кулаками и ремнем по телу по ** года, когда Е.С. был обнаружен и освобожден сотрудниками полиции. В результате примененного ФИО1 при вымогательстве физического насилия, Е.С. получил повреждения в виде ** не причинившие вреда здоровью, а также повреждения, причинившие легкий вред здоровью ** 

В судебном разбирательстве подсудимый ФИО1 в вымогательстве, совершенном с угрозой применения насилия и с применением насилия, виновным себя не признал, заявил, что такого преступления не совершал, утверждая об оговоре его Е.С. 

В своих показаниях ФИО1 приводит, что в квартире Е.С. в указанные дни не был, в основном находился дома, когда отдыхал в свободное от работы время, были случаи, находился со знакомыми. 

Исследовав представленные доказательства, суд считает вину ФИО1 в совершении преступления при вышеуказанных обстоятельствах установленной, и такой вывод основан на анализе и оценке следующих доказательств.

Как показал суду потерпевший Е.С., указывая на подсудимого, с ФИО2 он знаком около 5 лет, никаких отношений между ними не было, избегал с ним встреч, поскольку он вымогал у него и других деньги, у тех, которые не могут за себя постоять. 

Объясняя это, потерпевший указал, что ФИО2 крупного телосложения, физически развитый и значительно превосходит его, занимался спортом, боксом, психически не уравновешенный и агрессивен в отношении людей. При каждой встрече ФИО2 требовал у него деньги, были случаи, когда он после угроз и избиений отдавал ФИО2 по его требованию деньги, приходилось от него скрываться, а по его обнаружению ФИО2 снова требовал у него деньги. В полицию не обращался, испытывая страх быть подвергнутым истязанию и исполнению его угроз сделать его инвалидом или быть забитым. Угрозы воспринимал реально, учитывая личность ФИО2, его не адекватное поведение и побои.

Об обстоятельствах вымогательства с ** года Е.С. показал, что в районе 9 часов на телефон стали поступать звонки от ФИО2, но не отвечал. Потом в дверь его квартиры раздался стук, когда открыл не подозревая, зашел ФИО2 и предъявил претензии, почему он от него прячется и потребовал от него 5 тысяч рублей. Ответил, что денег нет, после чего ФИО2 стал его избивать, бил не сильно, удары наносил кулаками обеих рук по телу. Сопротивление не оказывал, поскольку опасался получения серьезных травм. После чего ФИО1 из шкафа забрал его паспорт, документы на квартиру и ключи от нее, выпустил его из квартиры и отправил искать ему деньги до 17-ти часов. Пошел к знакомому А.А., попросил у него денег, но у него их не было. В обеденное время 2 или 3 раза ему на телефон вновь звонил ФИО2, выясняя, нашел ли ему деньги. Просидел у А.А. до указанного времени и пошел обратно. А.А. ничего говорить не стал, было за себя стыдно. Возвращаясь, думал, что ФИО2 от него отстанет, но тот стоял у подъезда. Прошли в квартиру, где сообщил ФИО2, что деньги не нашел. Тогда ФИО2 взбесился, забрал с его брюк ремень и стал его им избивать, наносил удары по телу и кулаками, угрожая при этом физической расправой. Затем ФИО2 заставил его раздеться, достал наручники, пристегнул его к трубе отопления, забрал у него сотовый телефон и выключил его, поставил рядом ведро, чтобы справлять в него нужду и сказал подумать ему до завтра, где найти для него деньги, после чего ушел, оставив его без воды и пищи. На следующий день зашел ФИО2, спросил, что он надумал насчет денег, ответил, ничего, и тот стал его избивать кулаками и ремнем, угрожать физической расправой. Далее ФИО2 стал выдвигать ему варианты как поступить с его квартирой, сдать в аренду, как то присвоить, а затем решил продать, а вырученные деньги ФИО2 заберет себе. Испытывая под различными угрозами физического насилия от ФИО2 страх, терпеть истязания не мог и согласился, но не знал, что делать. ФИО2 сказал, что поможет вступить в наследство на квартиру, поскольку после смерти матери он этого не сделал, и продать квартиру, затем ушел, закрыв дверь на ключ, оставив ему только воду.

Далее потерпевший Е.С. показал следующее: 

- на другой день пришел ФИО2, также развлекаясь, стал его избивать, угрожать физической расправой, сказал, что уже нашел юристов для оформления квартиры. Тогда попросил у ФИО2 телефон позвонить Д.Л., у кого работал, чтобы забрать у него долг за работу и отдать ФИО2 в надежде, что отпустит, но ФИО3 по телефону ответил, что денег нет. ФИО2 продолжил его избивать и, оставил его пристегнутым к трубе, ушел, сообщив, что пошел искать арендаторов на его квартиру; 

- на следующий день ФИО2 пришел с двумя парнями, стал им показывать квартиру и вскоре все ушли; 

- на другой день ФИО2 принес ему из еды лапшу, потом нанес ему несколько ударов по телу и ушел; 

- на следующий день ФИО2 также его избил и пригрозил физической расправой, если люди не согласятся арендовать его квартиру с последующим выкупом; 

- на следующий день ФИО2 принес ему еще лапши, уточнил о наличии документов на квартиру, чтобы вступить ему в наследство для продажи и ушел. К вечеру 29 ** в квартиру пришел его знакомый А.И., у которого были ключи от его квартиры, рассказал ему, что произошло, тот позвонил по телефону в полицию и сотрудники по прибытию освободили его. 

По словам потерпевшего Е.С., будучи пристегнутым в квартире к трубе отопления наручниками, он ближе к ночи пытался привлечь внимание соседей стуками по трубе наручниками, но при этом не быть застигнутым ФИО2 во избежание применения к нему физического насилия. Приходил к нему ФИО2 в основном в дневное время. 

На этих же обстоятельствах дела потерпевший Е.С. настаивал в ходе очной ставки с ФИО1 от ** года, изобличая его в совершении вымогательства, в ходе которой ФИО1 показал, что этого преступления не совершал, а Е.С. его оговаривает, причину оговора не знает. При этом ФИО1 отказался отвечать на вопрос, где он находился с ** года и приходил ли в этот период в квартиру Е.С. (т. 1 л. д. 125-132).

Оснований усомниться в достоверности показаний потерпевшего Е.С. об имевшем месте событии преступления не имеется. Проверка всех собранных по делу доказательств подтверждает изложенные потерпевшим сведения. 

Так из показаний свидетеля А.А. следует, что ФИО2 ему знаком, отношений с ним никаких нет, был случай в 2014 году, когда вернувшись с заработков, ФИО2 пытался вымогать с него деньги, но у того не получилось, смог ему отказать и ФИО2 по этому поводу к нему не подходил. Кто не мог за себя постоять, боялись ФИО2, который проявлял неадекватность, агрессивность, в силу своего превосходства вымогает у них деньги. Такой же случай произошел с его знакомым Е.С.. 

А.А. суду показал, что ** года до обеда к нему на квартиру пришел Е.С., проживающий по 

<

адрес>, попросил денег, но у него их не было, посидел у него примерно до 17 часов и ушел, сказав домой. Тогда Е.С. про ФИО2 промолчал, но кто-то звонил ему на телефон и Е.С. был чем-то недоволен. Через день он неоднократно звонил на телефон Е.С., но тот не отвечал. В конце сентября или в начале октября Е.С. пришел к нему и с его слов узнал, что все эти дни ФИО2 удерживал Е.С. в его же квартире пристегнутого наручниками к трубе и избивал его, требуя у него деньги и сдать или продать квартиру Е.С., до тех пор, пока в квартире не появились сотрудники полиции. При этом Е.С. показывал свое тело, на руках, спине и нижней части у Е.С. он увидел кровоподтеки, как предположил по ним, били палкой. 

Последнее обстоятельство объективно подтверждается заключением судебно-медицинской экспертизой, из выводов которой следует, что у Е.С. обнаружены 

<

данные изъяты>

Относительно механизма образования у Е.С. телесных повреждений, экспертизой установлено, что они могли сформироваться с ** года при нанесении ударов кулаками и кожаным ремнем.

<

данные изъяты> как причинившие легкий вред здоровью.

Усомниться в выводах эксперта, оснований нет. 

Осмотру в качестве вещественных доказательств подлежала карта травматика на имя Е.С., который обратился в городскую поликлинику с жалобами на 

<

данные изъяты>, с его слов был избит известным ему мужчиной (т. 2 л. д. 77-83).

При производстве предварительного расследования показания потерпевшего Е.С., медицинские документы при обращении его в больницу также были предметом экспертного исследования. Из выводов судебно-медицинского эксперта следует, что выявленные у Е.С. повреждения могли образоваться при обстоятельствах, указанных им в своих показаниях, включая при нанесении ударов ремнем (т. 3 л. д. 111-112).

Об объективности показаний потерпевшего Е.С. свидетельствует также предоставленная по решению суда информация о входящих и исходящих соединениях абонентских номеров телефонов ФИО4 (т. 2 л. д. 4-34).

Как показал Е.С., перед своим приходом ФИО2 вызывал его по телефону сотовой связи несколько раз, но он не отвечал. Затем ФИО2 вызывал его по телефону, когда он находился у А.А., выясняя, нашел ли он деньги. Вечером в его квартире ФИО2 отобрал у него телефон, который впоследствии был найден в углу комнаты. В надежде найти Замащикову деньги он в последующем с телефона ФИО2 разговаривал с Легковым, у которого работал.

Указанные обстоятельства подтверждаются детализацией телефонных соединений, согласно которым: 

- ** г. с 08:16 до 08:56 часов ФИО1 осуществляются попытки вызова Е.С. шесть раз; 

- ** г. с 14:00 до 16:30 часов ФИО1 осуществлялись звонки Е.С. три раза; 

- ** с 08:02 до 19:49 часов А.А. осуществляются попытки вызова Е.С. три раза (причем в подтверждении показаний Е.С. осуществляются попытки его вызова другими абонентами, вплоть до ** г.);

- ** г. в 15:00 часов осуществляется звонок с телефона ФИО1 на телефон А.А. 

В судебном заседании А.А. в качестве свидетеля подтвердил, что Е.С. с ** года работал у него по направлению уголовно-исполнительной инспекции, а в августе прекратил работать. Остался ли долг по зарплате Е.С., не помнит. Указал, что звонки от Е.С. по телефону действительно исходили, просился на работу, в том числе звонил он и в конце ** года, но тему разговора не помнит.

В подтверждение показаний потерпевшего в том, что телефон у него был изъят ФИО1, из представленной детализации телефонных соединений Е.С. в период времени с ** года усматривается, что Е.С. сотовой связью не пользовался, звонки не осуществлял, смс-сообщения не отправлял.

Свидетель В.А., проживающий по 

<

адрес>, суду показал, что в конце ** года в вечернее время он с семьей стали слышать из 

<

адрес>, расположенной над ними, из спальной комнаты (где как указывает потерпевший он был пристегнут наручниками к трубе) стуки по батареи металлическим предметом. Эти стуки продолжались несколько дней, до того, как к ним пришли сотрудники полиции.

Свидетель Е.В., проживающая по 

<

адрес>, суду показала также, что в конце ** года на протяжении двух ночей она слышала стуки по батареи, доносившийся из 

<

адрес>, где проживает Е.С., и чей-то негромкий голос «Помогите».

Как показал суду свидетель А.И. в конце ** года он не мог найти знакомого Е.С., пытался дозвониться ему на телефон, но безуспешно. ** он встретил знакомую Е.В., которая сообщила, что несколько вечеров слышит из квартиры Е.С. стуки по батареи. Стало подозрительно, у него были ключи от квартиры Е.С., тут же пришел к нему. Открыв дверь, он застал Е.С. испуганного в спальной комнате, пристегнутого наручниками к батареи. На вопросы Е.С. сообщил, что его пристегнул ФИО2. Е.С. сообщил, что уже несколько дней стучит по батареи, попросил его вызвать полицию и быстро уходить, поскольку ФИО2 в любой момент мог их застать. Он знал ФИО2, не хотел с ним связываться и давать против него показания, поэтому, закрыв дверь квартиры на ключ, ушел и с сотового телефона позвонил в полицию, представившись ФИО5. Вскоре на него вышли сотрудники полиции и попросили ключ от квартиры Е.С., пояснив, что об этом им сообщил Е.С., после чего открыл им квартиру. Е.С. был в одних трусах, на руках и спине у него были следы от побоев, лежал он на матраце, был пристегнут наручниками к трубе за правую руку, рядом стоял табурет, кастрюля, банка, работал телевизор. Ключей от наручников не было, сходил к себе домой, принес ножовку по металлу и освободили Е.С.. Со слов Е.С., сидит пристегнутый шестой день, на протяжении которых ФИО2 его избивал, требуя от него оформить право собственности на свою квартиру, чтобы потом ей завладеть ФИО2. Когда Е.С. изменили наказание на лишение свободы, по его просьбе он сдал его квартиру Замарацких, которая в ** года сообщила ему, что при уборке квартиры под ковром в зале обнаружила полиэтиленовый пакет, в котором находились документы Е.С., паспорт, СНИЛС, медицинский полис, свидетельство регистрации права на квартиру, договор передачи квартиры в собственность. Он забрал эти документы, а потом их изъяли у него сотрудники полиции. 

Последнее обстоятельство подтверждается показаниями свидетелей Б.Б. и С.В., а также протоколом выемки от ** г., согласно которому у А.И. были изъяты, затем осмотрены и приобщены к уголовному делу в качестве вещественных доказательств документы на имя Е.С. - паспорт, СНИЛС, полис медицинского страхования, свидетельство о государственной регистрации права на квартиру по 

<

адрес>, и договор передачи данной квартиры в собственность граждан в двух экземплярах, ставшими предметом их исследования в судебном заседании (т. 1 л. д. 198-208).

Как следует из показаний потерпевшего Е.С., данные документы из шкафа забрал ФИО2.

Свидетель Б.Б. суду показала, что ** года знакомый А.И. сдал ей квартиру по 

<

адрес>50, принадлежащую Е.С., в которой стала проживать с С.В.. В квартире стала производить уборку и в зале под ковром обнаружила прозрачный пакет. С.В. достал из него паспорт, и какие то документы на имя Е.С., после чего она об этом сообщила А.И. и он их забрал.

По обнаружению под ковром документов свидетель С.В. сообщил суду о тех же событиях, показал, что помимо паспорта на имя Е.С. были еще и какие-то документы на квартиру по 

<

адрес> 

При этом показания А.И. соотносятся и с другими доказательствами.

Обозревая в судебном заседании вещественное доказательство СД-диск с аудиозаписью вызова полиции по телефону, поступившего ** г. в дежурную часть полиции, в нем содержится информация об обращении мужчины, представившись П.П., в котором указывается на то, что по 

<

адрес> издаются крики о помощи, и кто-то пристегнут к батареи (как установлено, телефонное сообщение А.И.).

Прибывшие на место вызова сотрудники полиции З.А. и Л.К. в качестве свидетелей суду показали:

- З.А., обратившись вечером ** г. к ФИО5, тот заявил, что полицию не вызывал. Тогда постучались в дверь 

<

адрес>. Никто не открыл и, прислушавшись к двери, услышал голос «не могу открыть дверь, прицеплен к батареи наручниками, подойдите к окну». Он и Л.К. прошли на улицу к окну. Через него мужчина сообщил, что он живет в этой квартире и его насильно удерживают, а ключ от квартиры имеется у его знакомого А.И., сказав, как его найти. По обнаружению А.И. у того действительно оказался ключ и открыв двери квартиры они увидели в спальней комнате на полу матрац, на нем в одних трусах Е.С. пристегнутого наручниками к трубе отопления. Рядом с Е.С. стояло ведро, табуретка с водой, работал телевизор. Со слов Е.С. еще ** его наручниками к трубе пристегнул ФИО2 с целью выдачи ему денег, но у него их не было, тогда ФИО2 стал требовать от него продать квартиру Е.С., при этом ежедневно его избивал. Отстегнуть наручники не смогли, тогда А.И. принес ножовку по металлу, перерезали цепь наручников и освободили Е.С.;

- Л.К., получив ** г. сообщение, он и З.А. проследовали к 

<

адрес>. З.А. вначале обратился к заявителю ФИО5, но тот сказал, что в полицию не звонил. Дверь квартиры никто не открывал. В какой-то момент услышали через дверь мужской голос о том, что не может открыть дверь, поскольку прицеплен наручниками к батарее. По просьбе мужчины подошли к окну квартиры и откуда им сообщил номер телефона А.И., у которого имеются ключи от квартиры. Вскоре пришел А.И., открыли дверь квартиры, где увидели в комнате на матраце в одних трусах с повреждениями на теле Е.С., пристегнутого за правую руку наручниками к трубе. Рядом стоял табурет с водой и ведро, был включен телевизор. Со слов Е.С., его таким образом удерживал ФИО2, пристегнув к трубе наручниками, избивал при этом с ** ежедневно и требовал от него передачу ему денег, а затем продать квартиру Е.С. с завладением Замащиковым деньгами от продажи.

Указанные потерпевшим Е.С. обстоятельства совершенного в отношении него преступления также нашли свое подтверждение при осмотре его квартиры (т. 1 л. д. 6-20).

Согласно протоколу осмотра места происшествия, 

<

адрес> при участии Е.С., объект осмотра расположен на втором этаже, что соответствует показаниям свидетеля В.А. 

В одной из комнат в правом углу на пакете был обнаружен сотовый телефон «Нокиа», где Е.С. заявлено, что телефон принадлежит ему, его ФИО2 у него отнял и очевидно забросил в угол. 

В шкафу стенки на полке был обнаружен кожаный ремень красного цвета, которым по словам Е.С. был избит ФИО2. 

На другой полке шкафа в тарелке была обнаружена шелуха от семечек, в пепельнице окурки, со слов Е.С. семечки и сигареты употреблял ФИО2.

В спальней комнате были обнаружены на полу матрац, радом журнальный столик с телевизором, между матрацем и радиатором отопления ведро с жидкостью желтого цвета, табурет с посудой, в нижней части на трубе отопления в застегнутом состоянии часть от наручников с кольцом соединения со следами пропила, и у присутствующего Е.С. на запястье правой руки однотипная часть наручников в застегнутом состоянии. Е.С. заявлено, что лежал на этом матраце, мочился в ведро, из посуды пил воду, ел лапшу «Роллтон» и «Доширак», которую приносил ФИО2, части наручников составляли ранее одно целое, был ими пристегнут к трубе ФИО2.

На кухне квартиры были обнаружены четыре упаковки от быстрорастворимой лапши «Роллтон» и «Доширак».

Согласно приложенной к протоколу осмотра места происшествия фототаблицы, 

<

данные изъяты> у Е.С. отчетливо просматриваются 

<

данные изъяты>, что соответствует схеме повреждений к заключению эксперта (т. 3 л. д. 37).

В процессуальных рамках следователем осмотрены фрагменты наручников, ремень, окурки и шелуха от семечек с приобщением их к делу в качестве вещественных доказательств (т. 1 л. д. 169-172).

Указанные вещественные доказательства наряду с образцами крови, слюны и генетического материала, полученные от ФИО7, подвергались экспертному исследованию (т. 2 л. 

<

...> т. 3 л. д. 78-104).

Эксперт, врач судебно-биологического отделения, пришел к выводам, что на окурке от сигарет марки «MarIboro» (которые по словам ФИО1 он предпочитает), шелухе от семечек обнаружена слюна ФИО1 с вероятностью не менее 99,9(24)%. На ремне и наручниках обнаружен пот двух индивидуальных ДНК - ФИО7 

Выводы эксперта соотносятся с показаниями потерпевшего Е.С., пояснявшего, что ФИО1 курил сигареты, употреблял семечки, периодически избивал его ремнем, потом вновь пристегивал наручниками к трубе и уходил.

Согласно заключению комиссии судебно-психиатрических экспертов, ФИО1 обнаруживает эмоционально 

<

данные изъяты> (т. 3 л. д. 44-47).

Данное заключение подтверждает сведения, изложенные в показаниях потерпевшего Е.С., свидетеля А.А., в бытовой характеристике на ФИО1 (ведет себя неадекватно, проявляет агрессию). 

Таким образом, выводы о виновности подсудимого ФИО1 суд основывает на совокупности перечисленных доказательств, которые получены в точном соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и бесспорен с точки зрения доказанности факт вымогательства, совершенного ФИО1 в отношении потерпевшего Е.С., с угрозой применения насилия и с применением насилия.

В ходе досудебного производства ФИО1 по существу предъявленного обвинения отказался дать показания, уклонился от ответов на очной ставке с потерпевшим, и по делу усматривается, что изначально ФИО1 придерживался позиции оговора его Е.С. с целью избежать последним лишения его свободы.

Так, постановлением Усть-Илимского городского суда от ** г. Е.С. в виду его уклонения от отбывания исправительных работ они были заменены лишением свободы на срок 5 месяцев (т. 4 л. д. 154).

** г. из изолятора временного содержания лиц МВД России «Усть-Илимский» на имя следователя направляется заявление Е.С., в котором он доводит о ложности своих показаний в отношении ФИО1, вынужден был его оговорить, так как хотел остаться на свободе (т. 1 л. д. 227-228).

На допросе Е.С. заявил, что он решил инициировать дело, где выступить в роли потерпевшего и в этой связи ему не заменили бы исправительные работы на лишение свободы. Осуществляя задуманное, он продемонстрировал с наручниками свое удержание в квартире, затем вызвал полицию и обвинил ФИО2 в вымогательстве, а телесные повреждения он получил до этого в подъезде при падении (т. 1 л. д. 229-239).

После обращения Е.С., на следующий день к следователю с заявлением обращается и ФИО1, с просьбой допросить его (т. 2 л. д. 52).

На допросе ФИО1 сообщил, что при перемещении его в следственный изолятор 

<

адрес>, Е.С. в вагоне крикнул ему, что извиняется перед ним за его оговор в совершении преступления, поскольку уклонялся от исправительных работ, а будучи потерпевшим по делу его могли оставить на свободе. Вместе с тем, сообщить, где он находился с ** **, ФИО1 вновь уклонился (т. 2 л. д. 56-58). 

По сообщению изолятора МВД России «Усть-Илимский» ФИО7 содержались в изоляторе в период с ** г. 

Потерпевший Е.С. объяснил это тем, что оказавшись в изоляторах 

<

адрес> и 

<

адрес>, содержащиеся под стражей лица оказывали на него давление с целью сообщить о ложности показаний в отношении ФИО2, по существующим порядкам отказать было невозможно, и он сообщил об этом следователю.

Такое объяснение Е.С. заслуживает внимание с учетом содержания его под стражей наряду с ФИО1, и который после обращения Е.С. к следователю предусмотрительно вызвался для подкрепления такого обращения на допрос.

О надуманности заявления Е.С. об оговоре ФИО1 свидетельствуют и другие фактические обстоятельства. 

Статус потерпевшего по другому уголовному делу по обвинению ФИО1 ни как не мог повлиять на представление уголовно-исполнительной инспекции и на решение суда о замене Е.С. исправительных работ на лишение свободы. И чем оговор именно ФИО1 мог смягчить учесть Е.С. при замене наказания в рамках других событий, не установлено.

Проверка показаний Е.С. об оговоре ФИО1, наряду с сопоставлением их с другими собранными по уголовному делу доказательствами, также показала, что Е.С., содержась под стражей совместно с ФИО1, был вынужден обратиться с таким заявлением. 

При этом заявление Е.С. о том, что телесные повреждения он получил при падении с лестницы в подъезде, прямо опровергается заключением судебно-медицинской экспертизы, согласно которой полностью исключается возможность формирования выявленных у Е.С. повреждений при падении на ступени лестницы. Наоборот обнаруженные у него кровоподтеки сформированы от прямых воздействий тупым твердым предметом (предметами) (т. 2 л. д. 155-160, т. 3 л. д. 56-57).

В судебном заседании ФИО1 привел другой мотив оговора его Е.С.

В частности, ФИО1 заявил, что ранее мать Е.С. торговала самогоном, был случай, когда он его употребил, однако отравился и высказал об этом матери Е.С. в грубой форме. ** года Е.С. стал ему звонить по телефону, настойчиво просил у него деньги на приобретение наркотиков, помочь получить микрозайм. Ему было отказано, и за все случаи Е.С. решил ему таким образом отомстить. При этом привел, что в тот день курил у Е.С., брал в руки его ремень и наручники, которые он ему показывал, употреблял семечки, в связи с чем и объясняет наличие на вещественных доказательствах следов его биологических объектов.

Под совокупностью улик ФИО1 только в конце судебного следствия заявил о том, что приходил к Е.С. ** г., о чем не указывал последний, где оставил свои следы на ремне, наручниках и других предметах, в чем следует усомниться.

Таким образом, ФИО1 пытался убедить суд в том, что Е.С. оговорил его по мотивам стать потерпевшим и избежать лишения свободы и из мести за мать, а также за отказ дать ему деньги.

Вместе с тем такое заявление ничем не подтвердилось и суд расценивает его как стремление ФИО1 опорочить показания Е.С. с тем, чтобы избежать ответственности за содеянное.

Пытался ФИО1 опорочить показания Е.С. и при этом создать себе алиби сведениями, предоставленными свидетелями Р.Б., Б.Д., Л.Б., Е.Е., А.Р., В.Г., В.В., явившихся в суд по собственной инициативе.

Так, Р.Б. показал, что в 2013 году по просьбе ФИО2 он купил у матери Е.С. самогон, которым ФИО2 отравился, и он указал адрес, где его приобрел, после чего у Е.С. появилась неприязнь к ФИО2.

Б.Д. и Л.Б. показали, что ** г. около 12 часов встретились с ФИО2, находились с ним весь день и ночь, затем разошлись.

Е.Е. показал, что, работая водителем, с ** г. он возил ФИО2 и других работников лесозаготовительного комплекса в ночную смену на работу, а утром забирал с работы и развозил по домам, ФИО2 всегда выходил на смену.

А.Р. заявил, что ** г. он встретился с Е.С., они купили наркотики и употребили их в квартире Е.С., где последний сообщил ему о неприязненных отношениях к ФИО2 из-за конфликта с самогоном.

В.Г. показал, что ** г. вечером он встретился с ФИО2, который шел к автобусу, ехать на работу, поговорив, разошлись.

В.В. показала, что последние два года сожительствует с ФИО2. В конце **. ФИО2 стал работать посменно с 20 до 08 часов и с 08 до 20 часов, два дня работал, два отдыхал. Когда отдыхал, видела его дома, кроме тех дней, когда работала сутки через сутки. 

Определяя достоверность сведений, изложенных данными свидетелями, суд отмечает следующее.

Сомневаться в том, что ФИО1 мог находиться в ООО «Бизнес Лес» с ** г. оснований нет.

Однако, как показал суду свидетель Г.Г., начальник службы обслуживания ООО «Бизнес Лес», при появлении вакантной должности охранника на работу действительно обратился ФИО2. Ему предложил пройти стажировку и выходить в ночную смену с 20 до 08 часов, два по два. ФИО2 согласился и выходил на стажировку в ночь на **, два дня отдыхал, затем в ночь на ** г., после чего пропал, по телефону не отвечал и больше его не видел.

Как видно, данные сведения, как и показания Е.Е. и В.Г., связанные со стажировкой ФИО1, не дают оснований не доверять показаниям потерпевшего Е.С., события в отношении которого происходили в другое время суток. В том числе и показания Р.Б. о появлении у Е.С. неприязни к ФИО1 не порождают таких сомнений. 

Показания В.В. в части режима работы ФИО1 не соотносятся с показаниями работодателя Г.Г., при этом В.В., помимо ее заинтересованности, не может утверждать, что с ** г. на протяжении всех дней не связанных с ООО «Бизнес Лес» ФИО1 из квартиры не выходил. 

Показания же свидетелей Б.Д., Л.Б. и А.Р. суд оценивает критически.

По сообщению начальника изолятора МВД России «Усть-Илимский», Д.Д. и ФИО1 содержались совместно в одной камере с 10 по ** г. 

До появления в суде данных свидетелей, работниками изолятора МВД России «Усть-Илимский» при освобождении Д.Д. у него обнаружили и изъяли три тетрадных листа с записями, содержащих информацию по данному уголовному делу. 

В частности, в письме приводится инструкция (что требуется выполнить), кому конкретно необходимо явиться в суд для дачи показаний в качестве свидетелей, включая Л.Б., Б.Д. и А.Р., какие именно следует дать им показания в пользу ФИО1, обеспечивающие его алиби. 

Так, Б.Д. и Л.Б. следовало сообщить в суде, что находились с ФИО1 ** г., провели весь день вместе до 2-3 часов ночи, затем ФИО2 ушел к ФИО6 и был там до 5 часов утра. 

А.Р. следовало сообщить в суде, что ** г. тот находился с потерпевшим и употреблял с ним наркотики, что ранее Е.С. показывал и спрашивал, кому продать наручники. 

При этом будущим свидетелям разъясняется как себя вести на допросе (т. 4 л. д. 129-132).

ФИО1 при обозрении в судебном заседании данного письма не отрицал, что является его автором.

Б.Д., Л.Б., А.Р. и другие лица явились в суд по собственной инициативе ** г. и сообщили сведения, как и требовалось в письме. 

При таких обстоятельствах нет оснований признать их показания объективными и достоверными.

Анализируя обстоятельства дела и оценив все имеющиеся по делу доказательства, на доказанность вины ФИО1 не влияют выраженные стороной защиты сомнения в суде относительно правдивости показаний потерпевшего в связи с его не существенными противоречиями в изначальных показаниях на предварительном следствии. Указанные защитой обстоятельства вполне объяснимы исходя из событий происходящего и способа совершения преступления в отношении потерпевшего.

Личная неприязнь между потерпевшим, свидетелями и подсудимым, ставшей причиной для оговора ФИО1 со стороны этих лиц, вопреки доводам подсудимого, не установлена. Какая либо заинтересованность в обвинении ФИО1 именно в таком преступлении со стороны потерпевшего, свидетелей, и в чем она выразилась, не усматривается. Доказательств надуманности показаний потерпевшего и свидетелей, а также данных об оговоре подсудимого в материалах дела не имеется и суду не представлено.

Какие-либо не устраненные существенные противоречия по обстоятельствам дела и сомнения в виновности ФИО1, требующие истолкования в его пользу, по делу отсутствуют.

Исходя из совокупности собранных доказательств, по делу установлены фактические обстоятельства совершенного ФИО1 преступления, и суд пришел к твердому убеждению о его виновности.

Материалами дела с достоверностью установлено, что угроза применения физического насилия и примененное в отношении Е.С. физическое насилие со стороны ФИО1 служило средством выполнения его требований о передачи имущества потерпевшего с обращением его в свою пользу. Угроза для потерпевшего была очевидной и воспринималась им как опасной для его жизни или здоровья.

Несмотря на то, что по делу не оговаривалась фиксированная сумма от продажи квартиры при выдвижении такого требования, данное обстоятельство не ставит под сомнение наличие в действиях подсудимого квалифицирующего признака вымогательства как «в крупном размере». Умыслом ФИО1 охватывалось получение всех денежных средств от продажи квартиры по среднерыночной цене, о чем свидетельствуют конкретные действия подсудимого с попыткой оформления необходимых для этого документов.

Согласно выводам эксперта от ** г. на ** года стоимость двухкомнатной квартиры, расположенной на втором этаже по 

<

адрес> составляет 950 000 рублей (т. 3 л. д. 5).

Требования ФИО1 о продажи квартиры и завладения деньгами были реально выполнимы, подсудимый заведомо знал, что Е.С. являлся единственным наследником квартиры и препятствий для вступления последнего в наследство и оформления права собственности на квартиру не имелось.

Органами предварительного расследования действия ФИО1 дополнительно квалифицированы по пунктам «в», «г» части 2 статьи 127 УК РФ, предусматривающей ответственность за незаконное лишение человека свободы с применением насилия и предметов, используемых в качестве оружия.

Между тем из обстоятельств дела следует, что лишение потерпевшего свободы в данном случае являлось одной из форм насилия, применяемого к нему в ходе вымогательства для завладения имуществом. 

Поскольку умысел ФИО1 при этом был направлен не на лишение потерпевшего свободы, а на завладение чужим имуществом, что охватывается статьей 163 УК РФ, то дополнительная квалификация его преступных действий по статье 127 УК РФ является излишней, в связи с чем обвинение ФИО1 по данной статье подлежит исключению.

На этом основании государственный обвинитель обоснованно исключил из предъявленного ФИО1 обвинения ссылку на статью 127 УК РФ. 

При установленных обстоятельствах суд квалифицирует действия ФИО1, совершившего вымогательство, то есть требование передачи чужого имущества под угрозой применения насилия, с применением насилия и в крупном размере, по пунктам «в», «г» части 2 статьи 163 УК РФ.

Поведение ФИО1 не вызвало у суда, как и при проведении судебно-психиатрической экспертизы, сомнений в его психической полноценности и в этой связи ему следует назначить наказание за совершенное им преступление 

Разрешая вопрос какое наказание должно быть назначено подсудимому, учитываются характер и степень общественной опасности преступления, сведения о личности ФИО1, влияние назначенного наказания на его исправление, принцип справедливости и соразмерности, соответствие назначенного наказания обстоятельствам совершения преступления.

Санкция части 2 статьи 163 УК РФ предусматривает один вид наказания в качестве основного, лишение свободы на срок до 7 лет, и в ее пределах ФИО1 должно быть назначено такое наказание.

Исключительные обстоятельства, существенно снижающие степень общественной опасности преступления и обосновывающие назначение более мягкого вида наказания в соответствии со статьей 64 УК РФ не установлены. 

Дополнительный вид наказания в виде штрафа, или ограничение свободы, суд считает не назначать, полагая, что цели исправления могут быть достигнуты при отбывании основного вида наказания.

Данное преступление корыстной направленности, посягает на чужую собственность, на личную неприкосновенность и ставит в опасность здоровье человека, относится к категории тяжких, по способу и последствиям может причинить существенный вред, и в данном случае степень его общественной опасности ничем не уменьшается. Условий, позволяющих изменить категорию преступления на менее тяжкую на основании части 6 статьи 15 УК РФ, не имеется.

Из установленного в части 1 статьи 61 УК РФ перечня, смягчающим наказание обстоятельством признается наличие у ФИО1 малолетнего ребенка.

Обстоятельства, отягчающие наказание в соответствии со статьей 63 УК РФ, отсутствуют.

Социальных достоинств у ФИО1 не усматриваются, , сведений о трудовой деятельности ФИО1 в материалах дела не имеется, за исключением характеристики 

Из бытовой характеристики следует, что ФИО1 

Согласно приговору Усть-Илимского городского суда от ** г. ФИО1 осужден за насильственное тяжкое преступление к лишению свободы условно с установлением ему испытательного срока.

Возложенные судом обязанности ФИО1 исполнял, однако контрольный период времени показал, что ФИО1 условия испытания не выдержал и вновь совершил тяжкое преступление, что обуславливает суд в соответствии с требованиями части 5 статьи 74 УК РФ назначить ему адекватное наказание по совокупности приговоров. 

Для отбывания ФИО1 лишения свободы как лицу, совершившему тяжкое преступление, на основании пункта «б» части 1 статьи 58 УК РФ назначается исправительная колония общего режима.

Для обеспечения исполнения приговора суда в части отбывания подсудимым лишения свободы, меру пресечения ему следует оставить прежнюю заключение под стражу. 

Судьбу вещественных доказательств суд разрешает в порядке части 3 статьи 81 УПК РФ.

Руководствуясь статьями 307-309 УПК РФ, суд - 

приговорил:

- ФИО1 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного пунктами «в», «г» части 2 статьи 163 УК РФ, и назначить ФИО1 наказание - лишение свободы на срок пять лет;

- в соответствии с частью 5 статьи 74 УК РФ условное исполнение отбывания ФИО1 лишения свободы по приговору Усть-Илимского городского суда от 10.06.2016 г. отменить;

- на основании статьи 70 УК РФ по совокупности приговоров, к наказанию, назначенному ФИО1 по настоящему приговору суда, частично присоединить неотбытое лишение свободы по приговору Усть-Илимского городского суда от 10.06.2016 г. и окончательно ФИО1 назначить - лишение свободы на срок 6 (шесть) лет с отбыванием в исправительной колонии общего режима;

- ФИО1 для обеспечения исполнения приговора суда меру пресечения оставить прежнюю заключение под стражу;

- начало исчисления срока отбывания ФИО1 лишения свободы определить с 18 июля 2017 года и зачесть в срок лишения свободы время содержания его под стражей с 1 октября 2016 года по 17 июля 2017 года включительно;

- вещественные доказательства: ремень, наручники, шелуху, отрезок дактопленки, СД-диск с аудиозаписью уничтожить; карту травматику и рентген снимки вернуть в лечебное учреждение; паспорт, страховое свидетельство, свидетельство о государственной регистрации права, договор передачи квартиры в собственность возвратить потерпевшему Е.С. 

Приговор может быть обжалован сторонами в судебную коллегию по уголовным делам Иркутского областного суда в течение 10 суток со дня его постановления, а осужденным в тот же срок со дня вручения приговора с правом при наличии ходатайства участвовать в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

Председательствующий

судья Кузьмин А.В.