Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

15 ноября 2018 года село Курсавка

Андроповский районный суд Ставропольского края в составе:

председательствующего судьи Куцурова П.О. 

при секретаре Сафоновой И.А., 

с участием прокурора – помощника прокурора Андроповского района Масленникова Д.А., рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Андроповского суда гражданское дело по иску ФИО1 к ООО "Бурение Ремонт Испытание Скважин" о признании события несчастным случаем на производстве, взыскании компенсации суммы морального вреда, признании увольнения незаконным и восстановлении на работе. 

У С Т А Н О В И Л:

08 августа 2016 года ФИО4 обратилась в Андроповский районный суд с исковым заявлением к ООО "Бурение Ремонт Испытание Скважин" /далее ООО "БРИС"/ о признании увольнения незаконным, восстановлении на работе и компенсации морального вреда. 

Впоследствии истец в порядке статьи 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации уточил предмет иска указав при этом, что 15 сентября 2017 года на основании трудового договора № он был принят на работу в ООО "БРИС" на должность бурильщика капитального ремонта скважин 7-раздяра вахтовым методом в район Крайнего Севера. В этот же день, с ним был заключен договор о полной индивидуальной ответственности. 01 декабря 2017 года находясь на территории жилого городка, во время междусменного отдыха спускаясь по самодельной лестнице жилого вагончика он оступился и упал, ударившись ногой и плечом. О данном падении он сразу же сообщил инженеру по технике безопасности и попросил принять меры к его госпитализации. Однако, на указанную просьбу инженер не отреагировал. Более того, в нарушении закона, акт о несчастном случае на производстве оформлен не был и расследование не проведено. Несмотря на наличие травмы он на следующий день приступил к исполнению своих обязанностей. В связи с тем, что у него имелась травма выполнять работу ему было тяжело. Он снова попросил инженера по безопасности принять меры к его госпитализации, однако эта просьба также была оставлена без внимания. Только на третий день после падения и его неоднократных обращений, он был доставлен в медицинский пункт, где ему было рекомендовано сделать рентгеновской снимок и направиться в больницу города Багучаны, однако в виду отсутствия такого оборудования в медпункте, его отвезли обратно в поселок к месту жительства и в больницу не доставили. 05 декабря 2017 года несмотря на боли в ноге он приступил к работе. 06 декабря 2017 года он позвонил в МЧС и рассказал о произошедшим с ним несчастном случае не производстве. В связи с его телефонным звонком, сотрудниками ответчика был составлен протокол осмотра места несчастного случая, опрошены свидетели, а он доставлен в больницу 

<

адрес> где после осмотра ему выдали больничный лист. 10 декабря 2017 года он улетел домой в 

<

адрес>. 14 декабря 2017 года ему на телефон поступило SMS-сообщение о перечислении денежных средств. Учитывая, что сумма заработной платы была начислена не в полном объеме он позвонил в бухгалтерию ответчика, где ему пояснили, что в связи с ненадлежащим исполнением им своих трудовых обязанностей он был лишен персональных надбавок и уволен. Считает, что его увольнение является незаконным, поскольку он не был ознакомлен ни с приказом о привлечении его к дисциплинарной ответственности ни с приказом об увольнении. До вынесения указанных приказов никакие объяснения у него не отбирались. Также считает, что работодатель необоснованно отказал в признании его падения несчастным случаем на производстве, чем существенно нарушил его права и законные интересы. 

С учетом невозможности разрешения данного спора во внесудебном порядке он обратилась в суд с настоящим иском, в котором просил признать его увольнение по приказу № от 06 декабря 2017 года незаконным, восстановить в ООО "БРИС" в должности бурильщика капитального ремонта скважин 7-раздяра вахтовым методом, признать несчастным случаем на производстве его падение 01 декабря 2017 года с лестницы, а также взыскать с ответчика компенсацию суммы морального вреда в размере 500.000 рублей.

В ходе судебного заседания представитель истца ФИО2 – адвокат Данелян Н.А. поддержала заявленные исковые требования в окончательной редакции и просила суд удовлетворить их в полном объеме.

В судебное заседание представитель ответчика ООО "БРИС" ФИО3 не явился, представив при этом письменные возражения, в котором указал, что действительно 15 сентября 2017 года на основании трудового договора № ФИО1 был принят на работу в ООО "БРИС" на должность бурильщика капитального ремонта скважин 7-раздяра вахтовым методом. 30 ноября 2017 года на основании служебной записки исполнительного директора ООО "БРИС" о несоблюдении истцом требований о добросовестном исполнении своих трудовых обязанностей, что выразилось в систематическом непроведении технического состояния подъемного агрегата, оборудования, приспособлений инструмента и подготовки их к работе, отсутствие контроля за уровнем жидкости в скважине во время проведения спуско-подъемных операций, а также невыполнение распоряжений мастера КРС и технического руководства предприятия, приказом от 30 ноября 2017 года № истец был привлечен к дисциплинарной ответственности в виде выговора. При этом вопреки его утверждениям до привлечения к ответственности у него были затребованы соответствующие объяснения, однако дать какие-либо объяснения он отказался, в связи с чем был составлен акт. Также ему было предложено ознакомится с приказом о наложении на него дисциплинарного наказания, однако от ознакомления с ним он отказался, о чем также был составлен акт. Далее, 04 декабря 2017 года при выполнении трудовых функций ФИО1 были допущены нарушения, которые привели к аварии на предприятии. В целях расследования причин аварии ответчиком была создана комиссия которой было установлено, что авария произошла из-за невнимательности бурильщика КРС ФИО1 и нарушения им пунктов 2.3 и 3.1 Инструкции №.8 по охране труда при спуско-подъемных операциях, в результате чего было утрачено и повреждено оборудование. Приказом от 06 декабря 2017 года № в связи с неоднократным неисполнением без уважительных причин трудовых обязанностей, истец был уволен. При этом, вопреки его утверждениям ему было предложено ознакомиться с приказом об увольнении, однако ознакомиться он отказался в связи с чем был составлен соответствующий акт. Считает, что никаких нарушений трудового законодательства при увольнении истца допущено не было. Относительно признания падения истца несчастным случаем и взыскании с ответчика морального вреда, указал, что истцом не доказана причинно-следственная связи между получением им травмы и действиями ответчика. Напротив, комиссией работодателя, а после и государственным инспектором труда было установлено, что несчастный случай, произошедший с истцом /падение с лестницы/ не связан с производством, является следствием его собственных неосторожных действий, а потому соответственно ответчик не должен нести никакой ответственности перед ним. Также указал, что истец без уважительных причин пропустил срок за разрешением настоящего трудового спора установленный статьей 392 Трудового кодекса Российской Федерации, что также является основанием к отказу в иске. Просил суд применить к требованиям истца последствия пропуска срока для обращения в суд с настоящим иском и отказать в его удовлетворении в полном объеме. 

Представитель третьего лица государственной инспекции труда в Красноярском крае, в судебное заседание не явился, о месте и времени, рассмотрения настоящего дела извещен надлежащим образом, причины неявки не известны, ходатайства о рассмотрении дела в его отсутствие в суд также не поступало.

В соответствии со статьей 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено в отсутствие неявившихся лиц.

Выслушав представителя истца, заключение помощника прокурора, полагавшего возможным удовлетворить требования о признании события несчастным случаем и частично взыскать компенсацию суммы морального вреда, а в удовлетворении иных требований отказать, исследовав представленные материалы дела, проверив и оценив собранные по делу доказательства в их совокупности, суд пришел к убеждению о том, что исковые требования подлежат удовлетворению в части последующим основаниям. 

В соответствии с частью 2 статьи 45 Конституции Российской Федерации каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом. 

Вместе с тем, из права каждого на судебную защиту его прав и свобод, как оно сформулировано в Конституции Российской Федерации, не следует возможность выбора гражданином по своему усмотрению любых способов и процедур судебной защиты, а также способов доказывания тех или иных обстоятельств, особенности которых применительно к отдельным видам судопроизводства и категориям дел определяются, исходя из Конституции Российской Федерации и федеральных законов.

В судебном заседании установлено и следует из материалов дела, что 15 сентября 2017 года на основании приказа № и трудового договора от этого же числа №, ФИО1 принят на работу в ООО "БРИС" на должность бурильщика капитального ремонта скважин 7-раздяра вахтовым методом.

В соответствии с условиями трудового договора, ФИО1 был застрахован ответчиком ООО "БРИС" в порядке обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний.

06 декабря 2017 года приказом № генерального директора ООО "БРИС" истец ФИО1 был уволен на основании пункта 5 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации за неоднократное неисполнение работником без уважительных причин трудовых обязанностей. 

Проверяя основания и порядок расторжения с истцом трудового договора, суд вопреки утверждениям истца и его представителя не находит оснований для признания его увольнения незаконным и соответственно о его восстановлении на работе.

Так, согласно статьям 15 и 16 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения это отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции /работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы/, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором. Трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании заключенного трудового договора. Трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.

Статьей 21 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что работник обязан добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка и соблюдать трудовую дисциплину.

В соответствии с пунктами 1.6 и 2.2 трудового договора, работник во время осуществления своей деятельности должен подчинятся непосредственно старшему мастеру КРС/мастеру КРС; добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором в частности; проверку технического состояния подъемного агрегата, оборудования, приспособлений, инструмента и подготовка их к работе; спуск и подъем обсадных, бурильных и насосно-компрессорных труб и штангу; сборку и разборку бурильного и ловильного инструментов. Обследование скважин торцовыми и конусовыми печатями или шаблонами; контроль за уровнем жидкости в скважине в процессе спуско-подъемных операций; осуществление мер по предотвращению аварий и осложнений в скважине; при отсутствии подготовленных бригад выполнение всех работ, связанных с установкой подъемных сооружений и подготовкой скважин к ремонту /подсобно-вспомогательные работы, глушение и т.д./. Герметизацию устья скважин при обнаружении прямых газонефтеводопроявлевий, оперативность и правильность действий по тревоге "Выброс" и ликвидации ГНВП; поддержание в постоянной готовности противовыбросового оборудования и приспособлений. Проведение работ по определению приемистости пласта методом пробной закачки; обслуживание и ремонт арматуры обвязки устья скважин.

Частью 1 статьи 192 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить к нему дисциплинарное взыскание в виде выговора.

При этом в целях соблюдения работодателем при применении к работнику дисциплинарного взыскания вытекающих из статьей 1, 2, 15, 17, 18, 19, 54 и 55 Конституции Российской Федерации и признаваемых Российской Федерацией как правовым государством общих принципов юридической, а следовательно и дисциплинарной, ответственности, таких, как справедливость, равенство, соразмерность, законность, вина, гуманизм, Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пункте 53 своего Постановления от 17 марта 2004 года № 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" разъяснил, что работодатель обязан представить доказательства, свидетельствующие не только о том, что работник совершил дисциплинарный проступок, но и о том, что при наложении взыскания учитывались тяжесть этого проступка и обстоятельства, при которых он был совершен /часть 5 статьи 192 Трудового кодекса Российской Федерации/, а также предшествующее поведение работника, его отношение к труду.

В соответствии с требованиями статьи 193 Трудового кодекса Российской Федерации до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. 

Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт. Непредоставление работником объяснения не является препятствием для применения дисциплинарного взыскания.

Приказ /распоряжение/ работодателя о применении дисциплинарного взыскания объявляется работнику под роспись в течение трех рабочих дней со дня его издания, не считая времени отсутствия работника на работе. Если работник отказывается ознакомиться с указанным приказом /распоряжением/ под роспись, то составляется соответствующий акт.

Судом установлено и подтверждается журналом инструктажа по охране труда от 01 октября 2016 года, что истец ФИО1 ознакомлен с инструкциями по бурению, обязательными инструкциями по ОТ по профессиям и видам работ пожарной безучастности действующих в ООО "БРИС", а 25 сентября 2017 года на основании заключения комиссии ООО "БРИС" по проверки знаний по безопасности труда, подтвердил знание программы № "Контроль скважины. Управление скважиной при ГНВП".

В судебном заседании установлено, что 30 ноября 2017 года на имя генерального директора ООО "БРИС" ФИО3 исполнительным директором ФИО9 была направлена служебная записка, согласно которой ФИО1 халатно относится к выполнению своих служебных обязанностей, не выполняет задания мастера КРС и технического руководства предприятия. 

В связи с поступившей служебной запиской у ФИО1 были затребованы письменные объяснения по поводу неисполнения им своих должностных обязанностей. 

Между тем, какие-либо письменные объяснения по этому поводу истец дать отказался, о чем 30 ноября 2017 года, комиссией ООО "БРИС" в составе главного технолога ООО "БРИС" ФИО10, инженера ОТ и ПБ ООО "БРИС" ФИО11 и старшего технолога ООО "БРИС" ФИО12, был составлен соответствующий акт.

30 ноября 2017 года приказом генерального директора ООО "БРИС" № ФИО1 был привлечен к дисциплинарной ответственности в виде выговора.

Из акта от 01 декабря 2017 года составленного комиссией ООО "БРИС" в составе главного технолога ООО "БРИС" ФИО10, инженера ОТ и ПБ ООО "БРИС" ФИО11 и старшего технолога ООО "БРИС" ФИО12, следует, что ФИО1 отказался ознакомиться с приказом о наложении на него дисциплинарного наказания в виде выговора.

Далее судом установлено и подтверждается актом от 04 декабря 2017 года, составленным комиссий ООО "БРИС" в составе, мастера бригады ТКРС ООО "БРИС" № 1 ФИО5, ведущего инженера ОСТКРС "СН-КНГ" ФИО6, представителя "Новомет Сервис" мастера ФИО23 ведущего технолога ЦДНГ "СН-КНГ" ФИО24 что 04 декабря 2017 года в 23:11 на скважине №, куст № месторождение Куюмбинское, произошла авария, а именно: при спуске 210-ок НКТ /2137м от ловильной головки ЭЦН/ бурильщиком был допущен удар ручкой элеватора ЭТА-60П о корпус слайдера СПГ-80, в результате чего произошла деформация корпуса элеватора и разрушение захвата элеватора. Произошел полет ЭЦН4-80-2200 подвеской НКТ73 в количестве 210 шт., на забой. КПБП обрублен отсекателем кабельного ролика на высоте 5-6м от муфты. Ловильная голова представлена муфтой НКТ 73 диаметром 92мм на глубине 2016м. На ловильной голове, с учетом сложения по колонне, примерно 0-3м КПБП. 

Из акта расследования аварии при ТКРС составленного в составе комиссии: ведущего инженера супервайзинга ТКРС ООО "Слафнефть-Красноярскнефтегаз" ФИО14, ведущего технолога ЦБНГ ООО "Славнефть-Красноярскнефтегаз" ФИО16, старшего мастера бригады КРС № ООО "БРИС" ФИО17, представителя ООО "Новомест-Сервис" ФИО18, следует, что причиной аварии послужила невнимательность бурильщика КРС в нарушении пунктов 2.3 и 3.1 Инструкции №.8 по охране труда при спуско-подъемных операциях ООО "БРИС" от 10 октября 2016 года. Виновником аварии признано ООО "БРИС". В целях предотвращения подобных ситуаций и рисков в будущем провести внеплановый инструктаж сотрудников бригад КРС "ООО "БРИС" по охране труда и безопасному ведению спуско-подъемных операций, а также проверку знаний и закрепление навыков безопасного ведения работ при спуско-подъемных операциях на рабочей площадке с дневными и ночными сменами в обеих вахтах бригад ООО "БРИС" работающих на Куюмбинском месторождении.

04 декабря 2017 года ФИО1 были даны письменные объяснения, в которых он частично признал свою вину в аварии.

На основании приказа генерального директора ООО "БРИС" от 06 декабря 2017 года № на основании пункта 5 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации истец ФИО1 был уволен за неоднократное неисполнение работником без уважительных причин трудовых обязанностей. 

Из акта от 06 декабря 2017 года составленного ООО "БРИС" в составе инженера ОТ Ии ПБ ООО "БРИС" ФИО19, машиниста подъемного агрегата ООО "БРИС" ФИО20 и моториста ЦА ООО "БРИС" ФИО21 следует, что ФИО1 отказался от ознакомления с приказом об увольнении.

Судом установлено и следует из материалов дела, что в связи с увольнением, ООО "БРИС" произведен расчет задолженности и истцу выплачены денежные средства в размере 

<

данные изъяты> рублей 60 копеек /платежные поручения от 07 и 14 декабря 2017 года №№, 926/, а также компенсация за нарушение срока выплаты заработной платы в размере 247 рублей /платежное поручение от 27 февраля 2018 года №/.

Пунктом 35 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" разъяснено, что при рассмотрении дела об оспаривании дисциплинарного взыскания следует учитывать, что неисполнением работником без уважительных причин трудовых обязанностей является неисполнение или ненадлежащее исполнение по вине работника возложенных на него трудовых обязанностей /нарушение требований законодательства, обязательств по трудовому договору, правил внутреннего трудового распорядка, должностных инструкций, положений, приказов работодателя, технических правил и т.п./.

В пункте 23 указанного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации указано, что при рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, трудовой договор с которым расторгнут по инициативе работодателя, обязанность доказать наличие законного основания увольнения и соблюдение установленного порядка увольнения возлагается на работодателя.

Согласно пункту 33 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2, при разрешении споров лиц, уволенных по пункту 5 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации за неоднократное неисполнение без уважительных причин трудовых обязанностей, следует учитывать, что работодатель вправе расторгнуть трудовой договор по данному основанию при условии, что к работнику ранее было применено дисциплинарное взыскание и на момент повторного неисполнения им без уважительных причин трудовых обязанностей оно не снято и не погашено. Применение к работнику нового дисциплинарного взыскания, в том числе и увольнение по пункту 5 части 1 статьи 81 Кодекса, допустимо также, если неисполнение или ненадлежащее исполнение по вине работника возложенных на него трудовых обязанностей продолжалось, несмотря на наложение дисциплинарного взыскания.

По делам о восстановлении на работе лиц, уволенных по пункту 5 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации, на ответчике лежит обязанность представить доказательства, свидетельствующие о том, что: совершенное работником нарушение, явившееся поводом к увольнению, в действительности имело место и могло являться основанием для расторжения трудового договора; работодателем были соблюдены предусмотренные частями 3 и 4 статьи 193 Трудового кодекса Российской Федерации сроки для применения дисциплинарного взыскания /подпункты 1, 2 пункта 34 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года №/.

С учетом указанных разъяснений и принимая во внимание причины аварии указанные в акте расследовании /невнимательность бурильщика ФИО1/, а также в объяснениях поэтому поводу истца, в которых он признал частично признал свою вину, наличие ранее наложенного дисциплинарного взыскания в виде выговора причиной которого послужило халатное отношение истца к исполнению своих трудовых обязанностей, суд полагает, что вменяемое ФИО1 неоднократное неисполнение без уважительных причин трудовых обязанностей действительно имело место и образует состав дисциплинарного проступка. 

Требования частей 3 и 4 статьи 193 Трудового кодекса Российской Федерации, а также сроки для применения данного дисциплинарного взыскания ответчиком соблюдены, как и требования об учете тяжести проступка и обстоятельств, при которых он был совершен.

В этой связи суд не находит оснований для удовлетворения требований истца о признании увольнения незаконным и восстановлении на работе.

Кроме того, суд считает возможным удовлетворить ходатайство ответчика о применении к требованиям истца последствия пропуска срока для обращения в суд с требованием о восстановлении на работе. 

Так, согласно части 1 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации и развивающего ее содержание пункта 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" заявление работника о восстановлении на работе подается в районный суд в месячный срок со дня вручения ему копии приказа об увольнении или со дня выдачи трудовой книжки, либо со дня, когда работник отказался от получения приказа об увольнении или трудовой книжки, а о разрешении иного индивидуального трудового спора - в трехмесячный срок со дня, когда работник узнал или должен был узнать о нарушении своего права.

В судебном заседании установлено и подтверждается актом от 06 декабря 2017 года, что ФИО1 отказался от получения и ознакомления с приказом об увольнении. Таким образом, начиная с 06 декабря 2017 года началось течение срока, установленного частью 1 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации, а потому он вправе был предъявить настоящий иск не позднее 08 января 2018 года /с учетом нерабочих праздничных дней/, однако такое требования предъявил только 08 августа 2018 года, то есть по истечение установленном законом срока. 

Кроме того, суд отмечает, что даже если исчислять срок обращения истца в суд с настоящим иском с момента получения им трудовой книжки то и в этом случае он им был пропущен, поскольку как установлено судом и следует из материалов дела, в связи с неявкой истца за получением трудовой книжки, она ему была направлена по почте заказным письмом с уведомлением и получена согласно почтового идентификатора 22 марта 2018 года, что в судебном заседании не отрицал представитель истца адвокат Данелян Н.А. Следовательно, последним днем подачи иска о восстановлении на работе при таком исчислении начала его течения являлось 23 апреля 2018 года.

Согласно части 3 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации при пропуске по уважительным причинам сроков, установленных частями первой, второй и третьей настоящей статьи, они могут быть восстановлены судом.

Как следует из абзаца 5 пункта 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" в качестве уважительных причин пропуска срока обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, препятствовавшие данному работнику своевременно обратиться с иском в суд за разрешением индивидуального трудового спора /например, болезнь истца, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимость осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи и др./.

Учитывая, что пропуск срока для обращения в суд является самостоятельным и достаточным основанием для отказа в защите нарушенного права и принимая во внимание отсутствие у истца уважительных причин позволяющих его восстановить суд отказывает в удовлетворении требований истца о признании увольнения незаконным и восстановлении на работе.

Вместе с тем, суд считает возможным удовлетворить требования ФИО1 о признании его падения несчастным случаем на производстве и частично его требование о взыскании компенсации суммы морального вреда.

Так, в соответствии со статьями 22, 212 Трудового кодекса Российской Федерации обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя. В случае, если все же работнику был причинен вред жизни или здоровью, работодатель обязан возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, федеральными законами и иными правовыми актами.

В судебном заседании установлено и подтверждается актом расследования несчастного случая утвержденным исполнительным директором ООО "БРИС" от 06 декабря 2017 года, что 01 декабря 2017 года в 12 часов во время междусменного отдыха бурильщик капитального ремонта ООО "БРИС" ФИО1 находясь на территории жилого городка скважины № кустовой площадки № ФИО7, при спуске по металлической лестнице жилого вагончика /балка/, поскользнулся и упал в результате чего получил травму левой стопы и левого плеча. 

Комиссией по расследованию были опрошены истец, сотрудники ООО "БРИС", собраны материалы, после чего, указанный случай не был признан связанным с производством, в связи с чем акт по форме Н-1 не оформлялся.

Между тем, на основании акта проверки государственной инспекцией труда в Красноярском крае ООО "БРИС" от 15 февраля 2018 года, ответчику было выдано предписание от 15 февраля 2018 года №-ОБ/343/6/3 о необходимости составления акта о расследовании несчастного случая происшедшего 01 декабря 2017 года с истцом ФИО1 в соответствии с требованиями закона.

Во исполнение указанного предписания, ООО "БРИС" в составе комиссии: главного технолога ООО "БРИС" ФИО10, инженера по ОТ и ПБ ООО "БРИС" ФИО19, и старшего технолога ООО "БРИС" ФИО12 был составлен акт расследования несчастного случая согласно которому, 01 декабря 2017 года в 12 часов во время междусменного отдыха бурильщик капитального ремонта ООО "БРИС" ФИО1 находясь на территории жилого городка бригады КРС №, скважины № кустовой площадки № ФИО7, при спуске по металлической лестнице жилого вагончика /балка/, поскользнулся и упал в результате чего получил травму левой стопы и левого плеча. ФИО1 было предложено поехать в мед пункт или если он в хорошем самочувствии выйти на смену. От поездки он отказался и вышел на работу. При этом ему сообщили, что, если его состояние ухудшится он должен об этом сообщить.

04 декабря 2017 года по вине ФИО1 произошла авария. В письменных объяснениях по поводу ее причин он пояснил, что плохо себя чувствовал. 05 декабря 2017 года он был доставлен в мед пункт на вахтовой машине, где после осмотра его отпустили так как никаких повреждений обнаружено не было. 07 декабря 2017 года истец повторно был доставлен в мед пункт, где после смотра было выдано медицинское заключение, о наличии у него легкой травмы /ушиб левого плечевого сустава; ссадины средней трети голени S40.0, S80.8/. Указанный случай квалифицирован как несчастный случай несвязанный с производством /причина несчастного случая личная неосторожности истца/.

В заключении главный государственный инспектор труда в Красноярском крае от 15 февраля 2018 года также пришел к выводу о том, что несчастный случай, произошедший 01 декабря 2017 года с ФИО1 не связан с производством /личная неосторожность потерпевшего/. 

Однако, суд не может согласится с подобной квалификацией несчастного случая произошедшего с ФИО1 последующим основаниям.

Так, в соответствии со статьей 297 Трудового кодекса Российской Федерации вахтовый метод - особая форма осуществления трудового процесса вне места постоянного проживания работников, когда не может быть обеспечено ежедневное их возвращение к месту постоянного проживания. Вахтовый метод применяется при значительном удалении места работы от места постоянного проживания работников или места нахождения работодателя в целях сокращения сроков строительства, ремонта или реконструкции объектов производственного, социального и иного назначения в необжитых, отдаленных районах или районах с особыми природными условиями, а также в целях осуществления иной производственной деятельности.

Как правило работники, привлекаемые к работам вахтовым методом, в период нахождения на объекте производства работ проживают в специально создаваемых работодателем вахтовых поселках, представляющих собой комплекс зданий и сооружений, предназначенных для обеспечения жизнедеятельности указанных работников во время выполнения ими работ и междусменного отдыха, либо в приспособленных для этих целей и оплачиваемых за счет работодателя общежитиях, иных жилых помещениях.

Порядок применения вахтового метода утверждается работодателем с учетом мнения выборного органа первичной профсоюзной организации в порядке, установленном статьей 372 настоящего Кодекса для принятия локальных нормативных актов.

Согласно статье 299 Трудового кодекса Российской Федерации вахтой считается общий период, включающий время выполнения работ на объекте и время междусменного отдыха.

Специфика производства работ вахтовым методом на любом нефтяном месторождении, относящемся к опасным производственным объектам, обусловливает наличие строгих правил поведения на объекте производства работ как во время выполнения работником своих трудовых обязанностей, так и во время междусменного отдыха.

Как установлено судом выше, истец ФИО1 принят на работу в структурное подразделение ООО "БРИС" бурильщиком капитального ремонта скважины 7 разряда вахтовым методом.

Из представленных материалов дела следует, что ФИО1 в период нахождения на объекте, проживал во время выполнения им работы и междусменного отдыха в специально созданном работодателем ООО "БРИС", вахтовом поселке – жилой городок бригады КРС №, скважина № кустовая площадка № ФИО7.

В соответствии с частью 1 статьи 227 Трудового кодекса Российской Федерации расследованию и учету в соответствии с настоящей главой подлежат несчастные случаи, происшедшие с работниками и другими лицами, участвующими в производственной деятельности работодателя /в том числе с лицами, подлежащими обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний/, при исполнении ими трудовых обязанностей или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя /его представителя/, а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах.

Согласно абзацу 2 части 3 указанной статьи расследованию в установленном порядке как несчастные случаи подлежат события, в результате которых пострадавшими были получены: телесные повреждения /травмы/, в том числе нанесенные другим лицом; тепловой удар; ожог; обморожение; утопление; поражение электрическим током, молнией, излучением; укусы и другие телесные повреждения, нанесенные животными и насекомыми; повреждения вследствие взрывов, аварий, разрушения зданий, сооружений и конструкций, стихийных бедствий и других чрезвычайных обстоятельств, иные повреждения здоровья, обусловленные воздействием внешних факторов, повлекшие за собой необходимость перевода пострадавших на другую работу, временную или стойкую утрату ими трудоспособности либо смерть пострадавших, если указанные события произошли: при работе вахтовым методом во время междусменного отдыха, а также при нахождении на судне /воздушном, морском, речном/ в свободное от вахты и судовых работ время.

В соответствии с подпунктом "ж" пункта 3 Положения об особенностях расследования несчастных случаев на производстве в отдельных отраслях экономики и организациях, утвержденного Постановлением Правительства Российской Федерации от 24 октября 2002 года № 73, расследованию в установленном порядке подлежат события, в результате которых работниками или другими лицами, участвующими в производственной деятельности работодателя, были получены увечья или иные телесные повреждения /травмы/, происшедшие во время междусменного отдыха при работе вахтовым методом.

Как было установлено судом выше и подтверждается актом проверки государственной инспекции труда в Красноярском крае ООО "БРИС" от 15 февраля 2018 года, что 01 декабря 2017 года в 12 часов во время междусменного отдых бурильщик капитального ремонта ООО "БРИС" ФИО1 находясь на территории жилого городка скважины № кустовой площадки № ФИО7, при спуске по металлической лестнице жилого вагончика /балка/, поскользнулся и упал в результате чего получил травму левой стопы и левого плеча. 

Согласно статье 3 Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ страховой случай - подтвержденный в установленном порядке факт повреждения здоровья застрахованного вследствие несчастного случая на производстве или профессионального заболевания, который влечет возникновение обязательства страховщика осуществлять обеспечение по страхованию; несчастным случаем на производстве является событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении им обязанностей по трудовому договору и в иных установленных настоящим Федеральным законом случаях как на территории страхователя, так и за ее пределами либо во время следования к месту работы или возвращения с места работы на транспорте, предоставленном страхователем, и которое повлекло необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть.

В соответствии с пунктом 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 марта 2011 года № 2 "О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" в силу положений статьи 3 Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ и статьи 227 Трудового кодекса Российской Федерации несчастным случаем на производстве признается событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении обязанностей по трудовому договору или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя /его представителя/, а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем или совершаемых в его интересах как на территории страхователя, так и за ее пределами либо во время следования к месту работы или возвращения с места работы на транспорте, предоставленном страхователем /или на личном транспортном средстве в случае его использования в производственных /служебных/ целях по распоряжению работодателя /его представителя/ либо по соглашению сторон трудового договора/, и которое повлекло необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть.

При этом следует учитывать, что событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при следовании к месту служебной командировки и обратно, во время служебных поездок на общественном или служебном транспорте, а также при следовании по распоряжению работодателя /его представителя/ к месту выполнения работы /поручения/ и обратно, в том числе пешком, также может быть отнесено к несчастным случаям на производстве.

В связи с этим для правильной квалификации события, в результате которого причинен вред жизни или здоровью пострадавшего, необходимо в каждом случае исследовать следующие юридически значимые обстоятельства:

O относится ли пострадавший к лицам, участвующим в производственной деятельности работодателя /часть 2 статьи 227 Трудового кодекса Российской Федерации/;

O указано ли происшедшее событие в перечне событий, квалифицируемых в качестве несчастных случаев /часть 3 статьи 227 Трудового кодекса Российской Федерации/;

O соответствуют ли обстоятельства /время, место и другие/, сопутствующие происшедшему событию, обстоятельствам, указанным в части 3 статьи 227 Трудового кодекса Российской Федерации;

O произошел ли несчастный случай на производстве с лицом, подлежащим обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний /статья 5 Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ/;

O имели ли место обстоятельства, при наличии которых несчастные случаи могут квалифицироваться как не связанные с производством /исчерпывающий перечень таких обстоятельств содержится в части 6 статьи 229.2 Трудового кодекса Российской Федерации/, и иные обстоятельства.

Частью 6 статьи 229.2 Трудового кодекса Российской Федерации установлен "numerus clausus – закрытый перечень/ обстоятельств, при наличии которых несчастные случаи могут квалифицироваться как не связанные с производством:

O смерть вследствие общего заболевания или самоубийства, подтвержденная в установленном порядке соответственно медицинской организацией, органами следствия или судом;

O смерть или повреждение здоровья, единственной причиной которых явилось по заключению медицинской организации алкогольное, наркотическое или иное токсическое опьянение /отравление/ пострадавшего, не связанное с нарушениями технологического процесса, в котором используются технические спирты, ароматические, наркотические и иные токсические вещества;

O несчастный случай, происшедший при совершении пострадавшим действий /бездействия/, квалифицированных правоохранительными органами как уголовно наказуемое деяние.

Несчастный случай на производстве является страховым случаем, если он произошел с застрахованным или иным лицом, подлежащим обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний.

Таким образом, учитывая, что истец ФИО1 находился в вахтовом поселке в жилом вагончике предоставленным ему работодателем ООО "БРИС" в период работы и междусменного отдыха, то данное обстоятельство "ipso jure – в силу закона" следует признать исполнением им иных трудовых обязанностей, обусловленных трудовым договором.

С учетом изложенного и принимая во внимание, что истец ФИО1, относился к лицам, участвующим в производственной деятельности работодателя; являлся лицом, застрахованным в порядке обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний в соответствии с Федеральным законом от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ; сопутствующие происшедшему событию /падению/ обстоятельства /время, место и другие/ соответствуют обстоятельствам указанным в части 3 статьи 227 Трудового кодекса Российской Федерации; обстоятельств, при наличии которых несчастные случаи могут квалифицироваться как не связанные с производством не имеется, а также учитывая, что случай произошедший с истцом 01 декабря 2017 года /падение/ произошел в период междусменного отдыха, что относится к перечню событий, квалифицируемых в качестве несчастных случаев на производстве /часть 3 статьи 227 Трудового кодекса Российской Федерации/, то полученную истцом при падении травму, следует квалифицировать как полученную в результате несчастного случая на производстве, а потому его требования в этой части подлежат удовлетворению. 

В соответствии с пунктом 3 статьи 8 Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

Согласно статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации если гражданину причинен моральный вред /физические или нравственные страдания/ действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимание обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Статьей 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Как разъяснено в пункте 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года № 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями /бездействием/, посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага /жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п./, или нарушающими его личные неимущественные права /право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности/ либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред, в частности, может заключаться в физической боли, связанной с причинением увечья, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др. /пункт 2 Постановления/.

При этом, компенсация морального вреда должна отвечать цели, для достижения которой она установлена законом, - компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания, и не должна при этом служить средством обогащения.

В силу положений статьи 2 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации", здоровье - состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.

Из этого определения следует, что здоровье человека - это состояние его полного физического и психического благополучия. Соответственно, повреждением здоровья должно признаваться действие или бездействие, влекущее утрату человеком полного физического или психического благополучия. Право человека на здоровье конструируется как личное неимущественное право человека находиться в состоянии полного физического и психического благополучия. Это право имеет абсолютный характер, так как ему соответствует обязанность всех остальных членов общества воздерживаться от действий, нарушающих это право.

В этой связи суд констатирует действительное причинение ответчиком истцу физических и нравственных страданий, связанных с получением травмы на производстве. 

Между тем, в ходе судебного заседания истец в достаточной степени не убедил суд в том, что его страдания, были столь глубокими, значительным и продолжительными, что бы суд мог взыскать требуемую им сумму в полном объеме.

В этой связи суд, руководствуясь при определении размера "справедливой компенсации" морального вреда принципами разумности, справедливости и соразмерности, учитывает степень вины ответчика, его имущественное положение, а также тяжесть, характер и обстоятельства получения истцом травмы, считает достаточным взыскать с ответчика в его пользу компенсацию суммы морального вреда в размере 5.000 рублей, а в остальной части заявленного требования отказать, поскольку именно эту сумму суд находит справедливой, разумной и соразмерной допущенному ответчиком нарушению. 

На основании изложенного и руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 к ООО "Бурение Ремонт Испытание Скважин" о признании события несчастным случаем на производстве, взыскании компенсации морального вреда и признании увольнения незаконным, восстановлении на работе и компенсации морального вреда – удовлетворить в части. 

Признать падение 01 декабря 2017 года в 12 часов на территории жилого городка в бригаде КРС-1, расположенного по адресу: 

<

адрес>, 

<

адрес> бурильщика капитального ремонта скважин 7 разряда ООО "Бурение Ремонт Испытание Скважин" ФИО1 во время междусменного отдыха при его спуске по металлической лестнице жилого вагончика и получением им травмы /ушиб левого плечевого сустава; ссадины средней трети голени S40.0, S80.8/ несчастным случаем на производстве.

Взыскать с ООО "Бурение Ремонт Испытание Скважин" в пользу ФИО1 компенсацию суммы морального вреда в размере 5.000 рублей.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ООО "Бурение Ремонт Испытание Скважин" о взыскании компенсации суммы морального вреда в размере 495.000 рублей, то есть в размере большем чем взыскано по настоящему решению, а также о признании увольнения незаконным и восстановлении на работе – отказать. 

Решение может быть обжаловано в Ставропольский краевой суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Андроповский районный суд.

Судья П.О. Куцуров