Дело № 2-4401/19

16RS0050-01-2019-005001-39

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

26 сентября 2019 года г. Казань

Приволжский районный суд г. Казани Республики Татарстан в составе председательствующего судьи Чибисовой В.В. при участии старшего помощника прокурора Приволжского района г. Казани Гараева Б.З., при секретаре судебного заседания Удияровой А.С., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к индивидуальному предпринимателю ФИО3 о признании увольнения незаконным, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, 

установил:

ФИО2 обратилась с иском к индивидуальному предпринимателю ФИО3 о восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда. В обоснование своих требований указала, что с 01 августа 2018 года работала у ответчика в должности администратора гостиницы, заработная плата истца составляла 12 000 рублей в месяц. 30 апреля 2019 года собственник здания гостиницы, где работала истец, попросил ее написать заявление об увольнении по собственному желанию, требования истца о выплате денежной компенсации за неиспользованный отпуск были оставлены без удовлетворения, в связи с чем, истец отказалась писать заявление об увольнении по собственному желанию. 02 мая 2019 года истец, согласно графику, вышла на работу, однако к работе не была допущена, звонила по телефону горячей линии Государственной инспекции труда в Республике Татарстан, обращалась в юридическую компанию. В результате длительного ожидания на улице, истец заболела и находилась на больничном с 05 мая 2019 года по 17 мая 2019 года. В связи с обращением истца в Государственную инспекцию труда в Республике Татарстан, 05 июня 2019 года поступил ответ, согласно которому из объяснений индивидуального предпринимателя ФИО3 следовало, что истец от работы не отстранялась, на время проведения проверки числилась работником индивидуального предпринимателя ФИО3, согласно табелю учета рабочего времени за период май 2019 года в графе с фамилией ФИО2 стоит «невыход на работу по невыясненным причинам» с 06.05.2019 по 05.06.2019. Однако, 20 мая 2019 года в трудовую книжку истца была внесена запись об увольнении по подпункту «а» пункта 6 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации. При этом, письмо работодателя о необходимости явиться за трудовой книжкой в адрес истца было направлено 03 июня 2019 года. 10 июня 2019 года истцу был выдан дубликат трудовой книжки, в то время как подлинник трудовой книжки находился у работодателя, однако был утерян либо уничтожен. Считая увольнение незаконным, указывая, что прогула со стороны истца не было, она фактически не была допущена к работе, с 05 мая 2019 года по 17 мая 2019 года находилась на больничном, истец просила суд восстановить ее в ранее занимаемой должности администратора гостиницы индивидуального предпринимателя ФИО3, отменить приказ от 20 мая 2019 года № о расторжении трудового договора по подпункту «а» пункта 6 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации, аннулировать запись об увольнении в трудовой книжке, взыскать с ответчика в пользу истца среднюю заработную плату за время вынужденного прогула с 02 мая 2019 года по дату вынесения решения суда, денежную компенсацию причиненного истцу морального вреда в размере 15 000 рублей, расходы по оплате юридических услуг в размере 25 500 рублей. 

В судебном заседании истец ФИО2 и ее представитель ФИО4 заявленные исковые требования уточнили, просили суд признать увольнение истца незаконным, отменить приказ об увольнении, обязать ответчика изменить формулировку основания увольнения на увольнение по собственному желанию, взыскать с ответчика заработную плату за время вынужденного прогула с 02 мая 2019 года по дату вынесения решения суда, компенсацию морального вреда в заявленном размере, расходы по оплате юридических услуг. 

Ответчик индивидуальный предприниматель ФИО3 и ее представитель ФИО5 иск не признали.

Суд, выслушав пояснения участников процесса, изучив письменные материалы дела, заслушав заключение прокурора, приходит к следующему.

В силу положений статьи 391 Трудового кодекса Российской Федерации, непосредственно в судах рассматриваются индивидуальные трудовые споры по заявлениям работника - о восстановлении на работе независимо от оснований прекращения трудового договора, об изменении даты и формулировки причины увольнения, о переводе на другую работу, об оплате за время вынужденного прогула либо о выплате разницы в заработной плате за время выполнения нижеоплачиваемой работы, о неправомерных действиях (бездействии) работодателя при обработке и защите персональных данных работника.

Согласно статье 394 Трудового кодекса Российской Федерации в случае признания увольнения или перевода на другую работу незаконными работник должен быть восстановлен на прежней работе органом, рассматривающим индивидуальный трудовой спор.

В статье 22 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено право работодателя на привлечение работников к дисциплинарной и материальной ответственности в порядке, установленном настоящим Кодексом, иными федеральными законами.

В соответствии с положениями статьи 192 Трудового кодекса Российской Федерации за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить следующие дисциплинарные взыскания:

1) замечание;

2) выговор;

3) увольнение по соответствующим основаниям.

Федеральными законами, уставами и положениями о дисциплине (часть пятая статьи 189 настоящего Кодекса) для отдельных категорий работников могут быть предусмотрены также и другие дисциплинарные взыскания.

К дисциплинарным взысканиям, в частности, относится увольнение работника по основаниям, предусмотренным пунктами 5, 6, 9 или 10 части первой статьи 81, пунктом 1 статьи 336 или статьей 348.11 настоящего Кодекса, а также пунктом 7, 7.1 или 8 части первой статьи 81 настоящего Кодекса в случаях, когда виновные действия, дающие основания для утраты доверия, либо соответственно аморальный проступок совершены работником по месту работы и в связи с исполнением им трудовых обязанностей.

В силу положений, закрепленных в статье 193 Трудового кодекса Российской Федерации, до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт.

Непредоставление работником объяснения не является препятствием для применения дисциплинарного взыскания.

Приказ (распоряжение) работодателя о применении дисциплинарного взыскания объявляется работнику под роспись в течение трех рабочих дней со дня его издания, не считая времени отсутствия работника на работе. Если работник отказывается ознакомиться с указанным приказом (распоряжением) под роспись, то составляется соответствующий акт.

В соответствии с пунктом "а" части 6 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случае однократного грубого нарушения работником трудовых обязанностей: прогула, то есть отсутствия на рабочем месте без уважительных причин в течение всего рабочего дня (смены), независимо от его (ее) продолжительности, а также в случае отсутствия на рабочем месте без уважительных причин более четырех часов подряд в течение рабочего дня (смены). 

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" при рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, трудовой договор с которым расторгнут по инициативе работодателя, обязанность доказать наличие законного основания увольнения и соблюдение установленного порядка увольнения возлагается на работодателя. 

При этом необходимо иметь в виду, что не допускается увольнение работника (за исключением случая ликвидации организации либо прекращения деятельности индивидуальным предпринимателем) в период его временной нетрудоспособности. 

Из материалов дела следует, что в соответствии с трудовым договором № от 01 августа 2018 года, заключенным между индивидуальным предпринимателем ФИО3 и ФИО2, истец была принята на работу на должность администратора 

<

данные изъяты>, расположенного по адресу: 

<

адрес>. (л.д. 98-103)

Согласно пункту 1.2 трудового договора, трудовой договор заключен с 01 августа 2018 года по 31 декабря 2018 года. 

При этом, в соответствии с частью 4 статьи 58 Трудового кодекса Российской Федерации в случае, когда ни одна из сторон не потребовала расторжения срочного трудового договора в связи с истечением срока его действия и работник продолжает работу после истечения срока действия трудового договора, условие о срочном характере трудового договора утрачивает силу и трудовой договор считается заключенным на неопределенный срок. 

Прием на работу истца оформлен приказом от 01 августа 2018 года (л.д. 105).

Приказом индивидуального предпринимателя ФИО3 от 20 мая 2019 года № трудовой договор с ФИО2 расторгнут за неоднократный невыход на работу без уважительных причин (прогул), отсутствие на работе 6,7,8,13,14,15,16,17 мая 2019 года в течение всего рабочего дня (л.д. 117).

Из представленной суду копии дубликата трудовой книжки истца следует, что 20 мая 2019 года истец уволена за прогул по подпункту «а» пункта 6 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации (л.д. 14).

При этом, как следует из материалов дела, до применения дисциплинарного взыскания работодатель от работника письменное объяснение не затребовал, согласно акту об отказе от дачи объяснений от 13 июня 2019 года, подписанном индивидуальным предпринимателем ФИО3, ФИО5 10 июня 2019 года ФИО2 приехала по месту работы для получения трудовой книжки и санитарной книжки от работодателя, индивидуальный предприниматель ФИО3 предложила ФИО2 дать письменные пояснения по поводу отсутствия на рабочем месте с 6 по 17 мая 2019 года, однако ФИО2 отказалась от дачи письменных объяснений (л.д. 115).

Таким образом, работодатель затребовал от работника письменное объяснение уже после применения дисциплинарного взыскания в виде увольнения. 

Кроме того, из акта проверки Государственной инспекции труда в Республике Татарстан от 05 июня 2019 года следует, что согласно письменному объяснению ФИО3 ФИО2 на день проверки числится работником индивидуального предпринимателя ФИО3, согласно табелю учета рабочего времени за период май 2019 года в графе с фамилией ФИО2 стоит код «невыход на работу по невыясненным причинам» с 06.05.2019 по 05.06.2019, приказ о прекращении трудового договора с ФИО2 не издавался (л.д. 70-72).

Однако, согласно материалам дела, ФИО2 уволена 20 мая 2019 года на основании приказа индивидуального предпринимателя ФИО3 от 20 мая 2019 года №. 

Из материалов дела также следует, что с 05.05.2019 по 17.05.2019 ФИО2 находилась на больничном (л.д. 26), при этом из приказа об увольнении следует, что трудовой договор с ФИО2 расторгнут за неоднократный невыход на работу без уважительных причин (прогул), отсутствие на работе 6,7,8,13,14,15,16,17 мая 2019 года. Однако, указанный период невыхода на работу истца являлся периодом ее нетрудоспособности. 

С учетом того, что установленный статьей 193 Трудового кодекса Российской Федерации порядок применения дисциплинарного взыскания работодателем был нарушен, приказ о применении дисциплинарного взыскания в виде увольнения ответчиком был издан в нарушение трудового законодательства, суд приходит к выводу о наличии правовых оснований для удовлетворения требований истца о признании увольнения на основании приказа № от 20 мая 2019 года по подпункту «а» пункта 6 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации незаконным, отмене данного приказа. 

В судебном заседании представителем ответчика суду было представлено уведомление о снятии с учета физического лица в налоговом органе от 09 сентября 2019 года №, согласно которому ФИО3 снята с учета 06.09.2019 в соответствии с пунктом 3 статьи 346.28 Налогового кодекса Российской Федерации в межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № по Республике Татарстан на основании заявления о снятии с учета индивидуального предпринимателя в качестве налогоплательщика ЕНВД для отдельных видов деятельности (л.д. 170).

Из выписки из Единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей от 24 июля 2019 года в отношении ФИО3, представленной по запросу суда следует, в перечне сведений о видах экономической деятельности по Общероссийскому классификатору видов экономической деятельности основным видом деятельности указана деятельность гостиниц и прочих мест для временного проживания (л.д. 86). 

При этом, согласно общедоступным сведениям, содержащимся в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» на сайте https://egrul.nalog.ru/, на момент рассмотрения дела судом по существу указанный вид деятельности ФИО3 в выписке из Единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей отсутствует. 

Согласно трудовому договору от 01 августа 2018 года истец была принята на должность администратора 

<

данные изъяты> 

В связи с указанными обстоятельствами, истец и ее представитель требования о восстановлении не работе не поддержали, при этом заявили требования о возложении на ответчика обязанности изменить формулировку основания увольнения на увольнение по собственному желанию. 

Согласно положениям статьи 394 Трудового кодекса Российской Федерации в случае признания увольнения незаконным орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, может по заявлению работника принять решение об изменении формулировки основания увольнения на увольнение по собственному желанию.

Если в случаях, предусмотренных настоящей статьей, после признания увольнения незаконным суд выносит решение не о восстановлении работника, а об изменении формулировки основания увольнения, то дата увольнения должна быть изменена на дату вынесения решения судом. 

С учетом вышеприведенных положений, требования истца об обязании ответчика изменить формулировку основания увольнения подлежат удовлетворению, в связи с чем, суд приходит к выводу о необходимости возложения на индивидуального предпринимателя ФИО3 обязанности изменить формулировку основания увольнения ФИО2 с подпункта «а» пункта 6 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации на увольнение по пункту 3 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации (расторжение трудового договора по инициативе работника) с 26 сентября 2019 года. 

Что касается требований истца о взыскании с ответчика заработной платы за время вынужденного прогула, то суд приходит к следующему. 

Согласно статье 394 Трудового кодекса Российской Федерации в случае признания увольнения или перевода на другую работу незаконными работник должен быть восстановлен на прежней работе органом, рассматривающим индивидуальный трудовой спор.

Орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, принимает решение о выплате работнику среднего заработка за все время вынужденного прогула или разницы в заработке за все время выполнения нижеоплачиваемой работы.

По заявлению работника орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, может ограничиться вынесением решения о взыскании в пользу работника указанных в части второй настоящей статьи компенсаций.

Если неправильная формулировка основания и (или) причины увольнения в трудовой книжке препятствовала поступлению работника на другую работу, то суд принимает решение о выплате работнику среднего заработка за все время вынужденного прогула.

В случаях увольнения без законного основания или с нарушением установленного порядка увольнения либо незаконного перевода на другую работу суд может по требованию работника вынести решение о взыскании в пользу работника денежной компенсации морального вреда, причиненного ему указанными действиями. Размер этой компенсации определяется судом.

В соответствии со статьей 139 Трудового кодекса Российской Федерации, для всех случаев определения размера средней заработной платы (среднего заработка), предусмотренных настоящим Кодексом, устанавливается единый порядок ее исчисления.

Для расчета средней заработной платы учитываются все предусмотренные системой оплаты труда виды выплат, применяемые у соответствующего работодателя независимо от источников этих выплат.

При любом режиме работы расчет средней заработной платы работника производится исходя из фактически начисленной ему заработной платы и фактически отработанного им времени за 12 календарных месяцев, предшествующих периоду, в течение которого за работником сохраняется средняя заработная плата. При этом календарным месяцем считается период с 1-го по 30-е (31-е) число соответствующего месяца включительно (в феврале - по 28-е (29-е) число включительно).

Согласно пункту 2 Положения об особенностях порядка исчисления средней заработной платы, утвержденного Постановлением Правительства Российской Федерации от 24.12.2007 N 922 для расчета среднего заработка учитываются все предусмотренные системой оплаты труда виды выплат, применяемые у соответствующего работодателя, независимо от источников этих выплат.

Пунктом 5 названного Положения предусмотрены периоды, которые исключаются при исчислении среднего заработка из расчетного периода, в том числе периоды, когда за работником сохранялся средний заработок в соответствии с законодательством Российской Федерации.

В соответствии с пунктами 6,7 Положения в случае если работник не имел фактически начисленной заработной платы или фактически отработанных дней за расчетный период или за период, превышающий расчетный период, либо этот период состоял из времени, исключаемого из расчетного периода в соответствии с пунктом 5 настоящего Положения, средний заработок определяется исходя из суммы заработной платы, фактически начисленной за предшествующий период, равный расчетному.

В случае если работник не имел фактически начисленной заработной платы или фактически отработанных дней за расчетный период и до начала расчетного периода, средний заработок определяется исходя из размера заработной платы, фактически начисленной за фактически отработанные работником дни в месяце наступления случая, с которым связано сохранение среднего заработка.

В силу части 3 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд принимает решение по заявленным истцом требованиям. Однако суд может выйти за пределы заявленных требований в случаях, предусмотренных федеральным законом.

Как указано выше в соответствии со статьей 394 Трудового кодекса Российской Федерации орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, принимает решение о выплате работнику среднего заработка за все время вынужденного прогула или разницы в заработке за все время выполнения нижеоплачиваемой работы.

Таким образом, суд на основании указанных норм закона обязан определить размер заработной платы за время вынужденного прогула в соответствии с требованиями законодательства и вправе по своей инициативе выйти за пределы заявленных истом требований с учетом соблюдения трудовых прав истца.

Согласно справкам о доходах и суммах налога физического лица за 2018 год, 2019 год истцу с августа 2018 года по апрель 2019 года выплачено 108 000 рублей, по 12 000 рублей ежемесячно (л.д. 106,104).

С учетом изложенного, принимая за основу размер среднедневного заработка истца в сумме 577 рублей 54 копеек (исходя расчета: 108 000 рублей/187 рабочих дней в расчетном периоде = 577,54) суд приходит к выводу, что с ответчика в пользу истца подлежит взысканию заработная плата за время вынужденного прогула за период с 21 мая 2019 года (даты последующей после увольнения истца) по дату вынесения решения суда – 26 сентября 2019 года (90 рабочих дней при 40 часовой рабочей неделе согласно условиям трудового договора) в размере 51 978 рублей 60 копеек.

При этом, требования истца о взыскании заработной платы за время вынужденного прогула с 02 мая 2019 года суд не находит обоснованными, поскольку, согласно материалам дела истец уволена 20 мая 2019 года, в связи с чем, взыскание заработной платы за время вынуждено прогула производится с 21 мая 2019 года. 

В силу статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на предоставление ему работы, обусловленной трудовым договором, рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором.

В соответствии со статьей 157 Трудового кодекса Российской Федерации время простоя (статья 72.2 настоящего Кодекса) по вине работодателя оплачивается в размере не менее двух третей средней заработной платы работника.

Время простоя по причинам, не зависящим от работодателя и работника, оплачивается в размере не менее двух третей тарифной ставки, оклада (должностного оклада), рассчитанных пропорционально времени простоя.

Время простоя по вине работника не оплачивается.

С учетом установленных обстоятельств, оценивая представленные доказательства в соответствии со статьей 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к выводу, что обстоятельства чинения препятствий осуществления трудовой деятельности работнику со стороны работодателя с 02 мая 2019 года по дату увольнения истца, ФИО2 не доказаны, также не установлено обстоятельств, объективно препятствующих истцу выполнять ее должностные обязанности.

Представленные истцом суду видеозапись, детализация звонков, а также показания допрошенного судом свидетеля ФИО1, вышеуказанные обстоятельства не подтверждают, доказательств обращения истца к ответчику с письменным требованием о допуске к рабочему месту суду не представлено, напротив, из письменной претензии истца, направленной в адрес ответчика (л.д. 107-109) усматривается, что истец обратилась к работодателю с предложением произвести с ней полный расчет, выплатить денежную компенсацию за неиспользованный отпуск, компенсацию морального вреда, произвести увольнение по соглашению сторон. 

Таким образом, заявленные истцом требования в названной части удовлетворению не подлежат. 

В соответствии со статьей 21 Трудового кодекса Российской Федерации, работник имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном настоящим Кодексом, иными федеральными законами. 

В силу положений статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации, моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Учитывая, что нарушены трудовые права истца, в ее пользу подлежит взысканию компенсация морального вреда.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд учитывает степень и характер причиненных истцу нравственных страданий, степень вины ответчика, требования разумности и справедливости и полагает необходимым взыскать 3 000 рублей.

Согласно части 1 статьи 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Истец предъявила суду соглашение об оказании юридической помощи № от 17 июня 2019 года, заключенного между нею и адвокатом адвокатского кабинета ФИО4, предметом которого является составление искового заявления по трудовому спору о восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда (л.д. 28-30), приходный ордер № на сумму 2 500 рублей (л.д. 51) и просила взыскать с ответчика в пользу истца, в том числе, указанные расходы по оплате юридических услуг. 

Суд полагает заявление о возмещении расходов по оплате юридических услуг в данной части обоснованным, при определении суммы, подлежащей взысканию в пользу истца в возмещение расходов по оплате юридических услуг, суд учитывает характер и сложность данного спора, объем оказанных услуг, время, необходимое на подготовку процессуальных документов, требования разумности и справедливости и полагает возможным взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО3 в пользу истца в счет возмещения расходов по оплате юридических услуг 2 500 рублей.

Что касается заявленных истцом требований о взыскании расходов по оплате юридических услуг по договору от 02 мая 2019 года, заключенному между истцом и юридическим центром «Империал» в размере 23 000 рублей, то суд оснований для взыскания указанных расходов не находит, при этом исходит из следующего. 

Согласно пункту 1.1 договора раздела 1 (предмет договора), исполнитель обязуется по поручению заказчика оказать юридические услуги, указанные в пункте 1.2 договора, для чего обязуется совершать юридические и иные связанные с ними действия в объеме, оговоренном в договоре.

Согласно пункту 1.2 договора характер юридической услуги -представительство, правовой анализ ситуации, выезд представителя на переговоры с работодателем в интересах заказчика. 

Как следует из содержания данного договора, в его предмет не входит оказание истцу услуг, связанных с подготовкой искового заявления в суд, ходатайств и консультаций, связанных с рассмотрением дела в суде, предметом данного договора является правовой анализ ситуации, выезд представителя на переговоры с работодателем в интересах заказчика, что с судебным разбирательством не связано. Оказание юридических услуг в этой части не является издержками истца, которые подлежат возмещению в порядке статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

На основании статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, с учетом частичного удовлетворения требований истца, с ответчика индивидуального предпринимателя ФИО3 в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации подлежит взысканию государственная пошлина в размере 2 059 рублей, от уплаты которой истец освобожден в силу закона. 

Руководствуясь ст.ст. 56, 67, 68, 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

р е ш и л:

Исковое заявление ФИО2 к индивидуальному предпринимателю ФИО3 о признании увольнения незаконным, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, удовлетворить частично. 

Признать увольнение ФИО2 на основании приказа № от 20 мая 2019 года по подпункту «а» пункта 6 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации незаконным, отменив приказ об увольнении ФИО2 № от 20 мая 2019.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО3 в пользу ФИО2 заработную плату за время вынужденного прогула за период с 21 мая 2019 года по 26 сентября 2019 года в размере 51 978 рублей 60 копеек, компенсацию морального вреда в размере 3 000 рублей, расходы по оплате услуг представителя в размере 2 500 рублей.

Возложить на индивидуального предпринимателя ФИО3 изменить формулировку основания увольнения ФИО2 с подпункта «а» пункта 6 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации на увольнение по пункту 3 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации (расторжение трудового договора по инициативе работника) с 26 сентября 2019 года. 

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО3 государственную пошлину в размере 2 059 рублей в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Татарстан через Приволжский районный суд г. Казани в течение одного месяца со дня принятия мотивированного решения.

Мотивированное решение изготовлено 30 сентября 2019 года.

Судья Чибисова В.В.