РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

19 февраля 2019 года г.Волгодонск

Волгодонской районный суд Ростовской области в составе:

председательствующего судьи - Кантовой Т.В.,

при секретаре судебного заседания – Тамазян Р.Э.,

с участием:

представителя истца – ФИО1, действующего на основании доверенности от 01.01.2018 года,

с извещением лиц, участвующих в деле, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску непубличного акционерного общества «Первое коллекторское бюро» к ФИО2, о взыскании задолженности по кредитному договору и обращении взыскания на залог,

установил:

Непубличное акционерное общество «Первое коллекторское бюро» (далее – НАО «ПКБ», истец) обратилось в суд с иском о взыскании с ФИО2 задолженности в размере 740 609,8 рублей, образовавшейся вследствие ненадлежащего исполнения ответчиком обязательств по кредитному договору 

<

***>, заключенному 27.09.2015 года с ОАО «Плюс Банк». Истец просит также взыскать с ФИО2 расходы по оплате государственной пошлины – 16 606,1 рублей и обратить взыскание на заложенное имущество – автомобиль «KIA RIO» VIN №, путем продажи с публичных торгов. 

В обоснование заявленных требований истец указал, что на основании договора уступки прав (цессии) № 3 от 14 марта 2018 года к нему от ОАО «Плюс Банк» (далее по тексту – Банк) в полном объеме перешли права требования по кредитному договору, заключенному 27.09.2015 года с ФИО2 По условиям указанного кредитного договора ответчику был предоставлен кредит в сумме 888 789,64 рублей. В обеспечение надлежащего исполнения своих обязательств ФИО2 предоставил Банку залог принадлежащего ему транспортного средства «KIA RIO». По состоянию на дату перехода прав – 14.03.2018 года задолженность ответчика составила: по основному долгу – 740 609,8 рублей, по процентам – 174 942,11 рублей, а всего – 915 551,91 рублей. С момента перехода прав к истцу, ФИО2 не производил погашения задолженности по кредитному договору. Со ссылкой на ст.ст.309, 310, 348, 382, 384, 809-811, 819 ГК РФ просил удовлетворить вышеуказанные исковые требования в полном объеме.

В судебном заседании представитель НАО «ПКБ» наставал на удовлетворении требований доверителя по доводам, изложенным в иске. 

ФИО2 в судебное заседание не явился, извещался по правилам ст.113 ГПК РФ. Судебные извещения, неоднократно направляемые в адрес ответчика (по месту регистрации, согласно данным кредитного договора и сведениям УФМС) возвращены в суд по причине истечения срока хранения. Руководствуясь ст.165.1 ГК РФ, суд признает ФИО2 уведомленным о времени и месте судебного разбирательства, а неявку ответчика расценивает как его волеизъявление, свидетельствующее об отказе от реализации своего права на непосредственное участие в разбирательстве, что не является преградой для рассмотрения дела. 

С учетом изложенного, суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие ответчика, в соответствии с ч.4 ст.167 ГПК РФ.

Выслушав пояснения представителя истца, изучив письменные материалы дела, суд дал оценку представленным доказательствам по правилам ст.67 ГПК РФ и пришел к следующему.

В соответствии с п. 2 ст. 1 ГК РФ субъекты гражданского права приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своём интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

Согласно ч.2 ст.421 ГК РФ стороны могут заключить договор (в том числе и займа), как предусмотренный, так и не предусмотренный законом или иным правовым актом. При этом, согласно ч.1 ст.422 ГК РФ, договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент его заключения. 

В соответствии со ст.432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. 

Договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

Согласно ст.819 ГК РФ по кредитному договору банк или другая кредитная организация (кредитор) обязуется предоставить денежные средства (кредит) заемщику в размере и на условиях, предусмотренных договором, а заемщик обязуется возвратить полученную денежную сумму и уплатить проценты на нее.

Как следует из материалов дела, 27.09.2015 года между ОАО «Плюс Банк» и ФИО2 (далее – Заемщик) был заключен кредитный договор 

<

***>, по условиям которого ответчику был предоставлен потребительский кредит в сумме 888 789,64 рублей на срок 36 месяцев, то есть по 17 сентября 2018 года, с условием уплаты процентов за пользование кредитом по ставке 12,67% годовых (далее – кредитный договор). Согласно индивидуальным условиям договора потребительского кредита, кредит предоставлен Банком на следующие цели: 796 000 рублей – на покупку транспортного средства, 92 789,64 рублей – на оплату страховой премии по договору личного страхования (л.д.139-145).

Кредит предоставлен путем зачисления на банковский вклад ФИО2 - №, открытый в ОАО «Плюс Банк», с дальнейшим перечислением денежных средств: 796 000 рублей – на счет ООО «Оптима Трейд», 92 789,64 рублей – на счет ООО «СК «РГС-Жизнь» по письменному заявлению ответчика (л.д.18-19). 

По условиям договора, погашение кредита и уплата процентов производится ежемесячными аннуитетными платежами в размере 30 506,71 рублей, последний платеж – 30 746,35 рублей, 16-го числа каждого месяца (график платежей л.д.144).

Согласно ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принципы состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

Доводы истца о том, что Банк надлежащим образом исполнил свои обязательства по указанному договору в части предоставления кредита в сумме 888 789,64 рублей, ФИО2 не оспариваются, а также подтверждаются копией выписки по счету № (л.д.20-77).

Согласно п.2 Индивидуальных условий кредитного договора от 27.09.2015 года, обязательства заемщика обеспечены залогом транспортного средства: «KIA RIO» VIN №, 2015 года выпуска. Сторонами согласована залоговая стоимость автомобиля – 796 000 рублей (л.д.175). 

Из материалов дела также следует, что 14.03.2018 года между ПАО (ранее – ОАО) «Плюс Банк» и НАО «ПКБ» был заключен договор цессии № 3, в соответствии с которым Банк уступил, а истец принял права требований к должникам ПАО «Плюс Банк», в том числе к заемщику ФИО2 по кредитному договору 

<

***> от 27.09.2015 года на условиях, которые существовали к моменту перехода прав: задолженность в сумме 915 551,91 рублей, в том числе сумма основного долга – 740 609,8 рублей. Права по договору, заключенному в обеспечение исполнения обязательств должника по кредитному договору, также перешли к НАО «ПКБ», на что указывает п.4.1 договора цессии (л.д. 87-96, 152-154). 

Согласно ст.ст.382, 388 ГК РФ право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона. Уступка требования кредитором (цедентом) другому лицу (цессионарию) допускается, если она не противоречит закону.

В соответствии со ст.384 ГК РФ если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на проценты. Право требования по денежному обязательству может перейти к другому лицу в части, если иное не предусмотрено законом. 

По общему правилу, требование переходит к цессионарию в момент заключения договора, на основании которого производится уступка, например договора продажи имущественного права (пункт 2 статьи 389.1 ГК РФ). Однако законом или таким договором может быть установлен более поздний момент перехода требования. Стороны вправе установить, что переход требования произойдет по истечении определенного срока или при наступлении согласованного сторонами отлагательного условия. Например, стороны договора продажи имущественного права вправе установить, что право переходит к покупателю после его полной оплаты без необходимости иных соглашений об этом (пункт 4 статьи 454, статья 491 ГК РФ).

В договоре, на основании которого производится уступка, может быть также предусмотрено, что требование перейдет в момент совершения отдельного соглашения, непосредственно оформляющего уступку (отдельного двустороннего документа о переходе требования) (Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 54 "О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки").

В соответствии с п.4 вышеуказанного договора цессии, датой перехода права требования от Цедента к Цессионарию является день зачисления денежных средств в счет оплаты уступаемых прав на счет Цедента в размере, указанном в п.16 договора.

Надлежащее исполнение НАО «ПКБ» своих обязательств по договору цессии подтверждается платежным поручением № 5597 от 14.03.2018 года, а также Приложением № 1 к договору цессии с перечнем и описанием переданных прав, копии которых были предоставлены истцом в материалы дела (л.д.151, 152-154). 

В соответствии с п.51 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28.06.2012 N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей", разрешая дела по спорам об уступке требований, вытекающих из кредитных договоров с потребителями (физическими лицами), суд должен иметь в виду, что Законом о защите прав потребителей не предусмотрено право банка, иной кредитной организации передавать право требования по кредитному договору с потребителем (физическим лицом) лицам, не имеющим лицензии на право осуществления банковской деятельности, если иное не установлено законом или договором, содержащим данное условие, которое было согласовано сторонами при его заключении.

Пункт 13 Индивидуальных условий кредитного договора 

<

***> от 27.09.2015 года предусматривает право Банка переуступить свои права по договору третьим лицам.

Кроме того, согласно п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки» отсутствие у цессионария лицензии на осуществление страховой либо банковской деятельности не является основанием недействительности уступки требования, полученного страховщиком в порядке суброгации или возникшего у банка из кредитного договора.

Требование о возврате кредита, выданного физическому лицу по кредитному договору, не относится к числу требований, неразрывно связанных с личностью кредитора. Согласно ст.382 ГК РФ для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором, при этом в законодательстве Российской Федерации отсутствует норма, которая бы устанавливала необходимость получения согласия заемщика-гражданина на уступку кредитной организации требований, вытекающих из кредитного договора. При уступке требования по возврату кредита (в том числе и тогда, когда цессионарий не обладает статусом кредитной организации) условия кредитного договора, заключенного с гражданином, не изменяются, соответственно его положение при этом не ухудшается (статьи 384 и 386 ГК РФ), гарантии, предоставленные гражданину-заемщику законодательством о защите прав потребителей, сохраняются. 

В этой связи, суд приходит к выводу, что уступка требований, вытекающих из кредитного договора, заключенного между ОАО «Плюс Банк» и ФИО2 не нарушает нормативных положений о банковской тайне (статья 26 Закона о банках), так как в соответствии с частью 7 данной статьи цессионарий, его должностные лица и работники обязаны хранить ставшую им известной информацию, составляющую банковскую тайну, и эти лица несут установленную законом ответственность за ее разглашение (в том числе и в виде обязанности возместить заемщику причиненный разглашением банковской тайны). Аналогичная правовая позиция отражена в Информационном письме Президиума ВАС РФ от 13.09.2011 N 146 «Обзор судебной практики по некоторым вопросам, связанным с применением к банкам административной ответственности за нарушение законодательства о защите прав потребителей при заключении кредитных договоров».

Доказательства нарушения каких-либо прав ФИО2 вследствие заключения 14.03.2018 года между ПАО «Плюс Банк» и НАО «ПКБ» договора цессии, в материалах дела отсутствуют. 

Договор цессии в установленном законом порядке никем не оспорен и недействительным не признан.

Доказательства, подтверждающие своевременное выполнение заемщиком своих обязательств по кредитному договору, суду не предоставлены. Как следует из выписки по счету №, последний платеж в погашение задолженности по кредиту ФИО2 произвел в октябре 2016 года. Расчет задолженности, произведенный истцом, ФИО2 не оспаривает.

В силу ст.384 ГК РФ и договора цессии от 14.03.2018 года, право первоначального кредитора перешло к истцу в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права: 915 551,91 рублей, в том числе сумма основного долга – 740 609,8 рублей, проценты – 174 942,11 рублей.

С учетом вышеуказанных законоположений, применительно к установленным судом обстоятельствам, кредитором ФИО2 по договору 

<

***> от 27.09.2015 года, в настоящее время является НАО «ПКБ».

В соответствии со ст.ст.309-310 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются.

Какие-либо доказательства отсутствия вины в нарушении обязательств по возврату долга по кредитному договору ФИО2 суду не предоставил. 

В случае если сторона, обязанная доказывать свои требования или возражения, удерживает находящиеся у нее доказательства и не представляет их суду, в силу ч.1 ст.68 ГПК РФ, суд вправе обосновать свои выводы объяснениями другой стороны.

При указанных обстоятельствах исковые требования НАО «ПКБ» о взыскании с ответчика задолженности по кредитному договору являются обоснованными и подлежат удовлетворению в размере 740 609,8 рублей (ч.3 ст.196 ГПК РФ).

Разрешая требование НАО «ПКБ» об обращении взыскания на заложенное имущество, суд находит его обоснованным и подлежащим удовлетворению.

В силу ст. 329 ГК РФ исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием имущества должника, поручительством, банковской гарантией, задатком и другими способами.

Согласно ч. 1 ст. 334 ГК РФ в силу залога кредитор по обеспеченному залогом обязательству (залогодержатель) имеет право в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения должником этого обязательства получить удовлетворение из стоимости заложенного имущества (предмета залога) преимущественно перед другими кредиторами лица, которому принадлежит заложенное имущество (залогодателя).

В соответствии со ст. 348 ГК РФ взыскание на заложенное имущество для удовлетворения требований залогодержателя может быть обращено в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения должником обеспеченного залогом обязательства.

Если иное не предусмотрено законом или договором, залог обеспечивает требование в том объеме, какой оно имеет к моменту удовлетворения, в частности проценты, неустойку, возмещение убытков, причиненных просрочкой исполнения, а также возмещение необходимых расходов залогодержателя на содержание предмета залога и связанных с обращением взыскания на предмет залога и его реализацией расходов (ст.337 ГК РФ).

Условия кредитного договора в части обеспечения исполнения обязательств залогом автомобиля ответчик не оспаривает.

По информации, предоставленной МРЭО ГИБДД ГУ МВД России по Ростовской области, спорный автомобиль «KIA RIO» VIN № 2015 года выпуска, государственный регистрационный знак №, поставлен на учет в отделении № 3 МРЭО ГИБДД ГУ МВД России по Ростовской области г.Волгодонска на основании договора от 27.09.2015 года и с этой же даты принадлежит на праве собственности ФИО2 (л.д.131).

Действующая в настоящее время редакция пункта 1 статьи 350 ГК РФ предусматривает, что реализация заложенного имущества, на которое взыскание обращено на основании решения суда, осуществляется путем продажи с публичных торгов в порядке, установленном настоящим Кодексом и процессуальным законодательством, если законом или соглашением между залогодержателем и залогодателем не установлено, что реализация предмета залога осуществляется в порядке, установленном абзацами вторым и третьим пункта 2 статьи 350.1 настоящего Кодекса.

В соответствии с ч. 1 ст. 85 ФЗ РФ «Об исполнительном производстве» оценка имущества должника, на которое обращается взыскание, производится судебным приставом-исполнителем по рыночным ценам, если иное не установлено законодательством Российской Федерации.

В соответствии с ч. 2 ст. 89 ФЗ РФ «Об исполнительном производстве» начальная цена имущества, выставляемого на торги, не может быть меньше стоимости, указанной в постановлении об оценке имущества.

Таким образом, вопрос об установлении начальной продажной цены заложенного имущества не является материально-правовым требованием, а определяет лишь способ исполнения судебного решения.

С учетом изложенного, принимая во внимание размер задолженности ответчика перед кредитором, а также то, что в установленный кредитным договором срок – 17.09.2018 года ФИО2 не исполнил свои обязательства по возврату кредита, требование НАО «ПКБ» об обращении взыскания на заложенное транспортное средство, принадлежащие ответчику, подлежит удовлетворению.

Разрешая вопрос о распределении судебных расходов по настоящему делу, суд руководствуется ст.ст.88, 94, 98 ГПК РФ и ст.333.19 Налогового кодекса РФ.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Иск непубличного акционерного общества «Первое коллекторское бюро» к ФИО2, о взыскании задолженности по кредитному договору и обращении взыскания на залог, удовлетворить.

Взыскать с ФИО3 в пользу непубличного акционерного общества «Первое коллекторское бюро»:

- задолженность по кредитному договору 

<

***> от 27.09.2015 года – 740 609,8 рублей,

- государственную пошлину – 16 606,1 рублей,

Всего – 757 215,9 рублей.

Обратить взыскание на принадлежащее ФИО2 транспортное средство:

- автомобиль «KIA RIO» VIN №, 2015 года выпуска, государственный регистрационный знак №, путем продажи с публичных торгов. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Ростовский областной суд через Волгодонской районный суд в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме.

Решение в окончательной форме принято 25.02.2019 года.