Дело № 2-538/2017

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

23 июня 2017 года г. Троицк

Троицкий городской суд Челябинской области в составе:

председательствующего Сойко Ю.Н., 

при секретаре Николаевой Е.В.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о признании договора дарения недействительным, применении последствий недействительности сделки,

УСТАНОВИЛ

ФИО1 обратилась в суд с иском (с учетом уточненных требований) к ФИО2 о признании недействительным договора дарения квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес> заключенного 14 мая 2015 года, отмене государственной регистрации права собственности на квартиру за ФИО2, передаче квартиры в собственность истца.

В обосновании иска указано, что истец с 31 января 1995 года зарегистрирована и проживает в квартире, расположенной по адресу: 

<

адрес>. Данное жилое помещение принадлежало истцу на праве собственности 2/3 доли в праве общей долевой собственности на основании решения Троицкого городского суда от 12 марта 2015 года и 1/3 доли по договору мены.

В настоящий период данная квартира принадлежит ответчику на основании договора дарения от 14 мая 2015 года. Истец не имела намерений отчуждать квартиру. 

Полагает, что ответчик, являющаяся внучкой истца, ввела ее в заблуждение в отношении природы сделки, т.к. при подписании документов, их не читала, полагала, что выражает свою волю на наследование квартиры. 

В судебном заседании истец ФИО1, ее представители ФИО3, ФИО4 исковые требования поддержали. 

Ответчик ФИО2 в судебном заседании не участвовала, представив заявление о рассмотрении дела в ее отсутствие (л.д.78).

Представитель ответчика ФИО5 в судебном заседании возражал против удовлетворения исковых требований.

На основании ст.167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд признал возможным рассмотреть дело в отсутствие ответчика.

Выслушав стороны, показания свидетелей, исследовав представленные доказательства, суд считает, что в удовлетворении исковых требований следует отказать по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 153 Гражданского кодекса Российской Федерации сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

В силу ст.421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в заключении договора.

Согласно ст.572 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

На основании ст.131 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности и другие вещные права на недвижимые вещи, ограничения этих прав, их возникновение, переход и прекращение подлежат государственной регистрации в едином государственном реестре органами, осуществляющими государственную регистрацию прав на недвижимость и сделок с ней.

В соответствии со статьей 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

В силу ст.178 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

Пунктом 2 указанной статьи предусмотрено, что при наличии условий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если:

1) сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.;

2) сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные;

3) сторона заблуждается в отношении природы сделки;

4) сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой;

5) сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку.

Судом установлено, что ФИО1 являлась собственником квартиры, площадью 33,6 кв.м., расположенной по адресу: 

<

адрес> 

Данное жилое помещение принадлежало истцу на праве собственности, 2/3 доли в праве общей долевой собственности на основании решения Троицкого городского суда Челябинской области от 12 марта 2015 года и 1/3 доли по договору мены от 12 апреля 1994 года.

Истец с 31 января 1995 года зарегистрирована в вышеуказанной квартире и проживает по настоящее время.

14 мая 2015 года между ФИО1 и ФИО2 заключен договор дарения, в соответствии с которым истец подарила ФИО2 квартиру, расположенную, по адресу: 

<

адрес>, а одаряемая приняла в дар указанную квартиру.

В силу п.7 данного договора ФИО1 зарегистрирована в квартире и сохраняет право проживания на неопределенный срок.

25 мая 2015 года право собственности на спорную квартиру зарегистрировано в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Челябинской области за ФИО2.

Данные обстоятельства подтверждаются выпиской из Единого государственного реестра недвижимости о переходе прав от 03 апреля 2017г. (л.д.23), решением Троицкого городского суда от 12 марта 2015 г. (л.д.28-30), договором дарения от 14 мая 2015г. (л.д.31), свидетельством о регистрации права собственности от 25 мая 2015г. (л.д.32), реестровым делом по объекту: 

<

адрес> (л.д.36-59), справкой МАУ Многофункциональный центр предоставления государственных и муниципальных услуг г.Троицка (л.д.63)

Пунктом 6 договора дарения предусмотрено, что одаряемый несет бремя содержания квартиры, а также бремя содержания общего имущества собственников помещений в многоквартирном доме.

На основании условий договора дарения ФИО2 с сентября 2016 года осуществляет оплату за водоснабжение и водоотведение квартиры, с июля 2016 года производит оплату за содержание жилого помещения, с августа 2016 года оплачивает взносы на капитальный ремонт многоквартирного дома.

В августе 2016 года ответчиком произведена установка водосчетчиков для холодного и горячего водоснабжения в спорной квартире.

Истцом после заключения договора дарения осуществляется оплата за электроснабжение и теплоснабжение квартиры, за горячее водоснабжение. 

Изложенное подтверждается извещениями ПАО «Челябэнергосбыт» по электроснабжению за январь 2016г., январь 2017г. (л.д.68,70), платежным документом ЗАО «ТЭС-Консалтинг» за теплоэнергию за январь 2016г. (л.д.69), счетом ИП ФИО8 на продажу водосчетчиков от 23 мая 2016г. (л.д.87), свидетельством о поверке счетчиков (л.д.88-89), актом приемки водомерных узлов от 27 сентября 2016г. (л.д.90), платежным документом ООО «Соверен-Сервис» за июль2016г, сентябрь 2016г., октябрь 2016г. (л.д.100-102).

Предъявляя требования о признании договора дарения квартиры недействительным, истец ссылается на то, что ответчик ввела ее в заблуждение в отношении природы сделки, полагала, что находясь в Управлении Росреестра, она подписывала документы для регистрации права собственности, выражала свою волю на наследование квартиры, при подписании документов в силу состояния зрения их не читала. 

Согласно ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

При рассмотрении спора установлено, что 28 апреля 2015 года истец обращалась в Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Челябинской области для регистрации права собственности на 2\3 доли в праве общей долевой собственности на спорную квартиру на основании решения Троицкого городского суда от 12 марта 2015 г. (л.д.49-50).

12 мая 2015 года истцом получены документы после проведения государственной регистрации (л.д.48).

14 мая 2015 года истец и ответчик обратились в Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Челябинской области для регистрации перехода права собственности на квартиру на основании договора дарения (л.д.37). Из объяснения представителя ответчика следует, что договор дарения квартиры был подписан сторонами в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Челябинской области.

Из показаний свидетеля ФИО6 следует, что когда он сопровождал ФИО1 для сбора документов, ФИО1 говорила, что желает подарить квартиру, с сохранением за ней права проживания в квартире. При подписании договора дарения, ФИО1 договор прочитала. 

Оснований не доверять показаниям указанного свидетеля не имеется. Он давал показания после того, как был предупреждены судом об уголовной ответственности по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации. Его показания последовательны, соответствуют исследованным судом доказательствам.

Таким образом, исследованные доказательства не подтверждают доводы истца о том, что при заключении договора дарения она полагала, что производит регистрацию за собой права собственности квартиры, поскольку документы, подтверждающие право собственности истца на квартиру получены ею 12 мая 2015 года, договор дарения был заключен 14 мая 2015 года. 

Исходя из содержания договора, истец подтвердила, что на момент заключения договора она находится в здравом уме и твердой памяти, действует добровольно.

Вопреки требованиям ст.56 ГПК РФ истцом не представлено доказательств, подтверждающих, что она заблуждалась относительно природы сделки, а именно: относительно совокупности свойств сделки, характеризующих ее сущность; а также доказательств отсутствия ее воли на совершение сделки дарения квартиры либо того, что воля сформировалась под влиянием факторов, нарушающих нормальный процесс такого формирования. Также не представлено доказательств того, что стороны, заключая оспариваемый договор, преследовали иные цели, чем предусматривает договор дарения.

Также не представлено доказательств, подтверждающих, что состояние зрения истца не позволяло ей прочитать текст договора, где название документа «договор дарения квартиры» выделен крупным, жирным шрифтом, наименование сторон «Даритель, Одаряемый» также выделено жирным шрифтом. 

Договор дарения жилого помещения от 14 мая 2015 года совершен в установленной законом форме, с согласованием всех существенных условий, подписан сторонами, условия договора изложены прямо, возможности трактовать его двусмысленно не имеется.

Доводы истца о том, что при подписании договора дарения она полагала, что оформляла наследство, суд признает несостоятельными, поскольку истец является дееспособной, умеет читать, писать, имеет среднее образование, ранее неоднократно в судебном порядке осуществляла защиту своих жилищных прав. 

Суд также учитывает, что договор содержит наименование, позволяющее однозначно воспринимать существо сделки, подпись на договоре выполнена истцом непосредственно рядом с указанием на дарителя.

Таким образом, заключая спорный договор, истец по своему усмотрению реализовала свое право собственника по распоряжению принадлежащим ей имуществом в соответствии со ст. 421 ГК РФ, данных о том, что истец не понимала сущность сделки дарения не представлено.

Ссылка на то, что спорная квартира является единственным жильем истца, юридического значения при рассмотрении спора о недействительности сделки не имеет. В силу статьи 209 ГК РФ собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам, в том числе отчуждать свое имущество в собственность других лиц.

Кроме того, в силу п.7 договора дарения ФИО1 сохраняет право проживания в спорной квартире на неопределенный срок.

Учитывая, что истцом не представлено доказательств, подтверждающих, что она заблуждалась относительно природы сделки и ее предмета, оснований для признания недействительным договора от 14 мая 2015 года дарения квартиры расположенной по адресу: 

<

адрес> заключенного между ФИО1 и ФИО2, в соответствии со ст. 179 Гражданского кодекса Российской Федерации не имеется.

При рассмотрении спора, представителем ответчика ФИО5 заявлено ходатайство о применении срока исковой давности. 

В соответствии с п. 2 ст. 199 Гражданского кодекса Российской Федерации исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В соответствии со ст.181 Гражданского кодекса Российской Федерации 

срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Истцу о заключении договора дарения стало известно в тот же день 14 мая 2015 года, поскольку 14 мая 2015 года она лично подписывала договор дарения, представляла договор дарения в Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Челябинской области для регистрации перехода права собственности на квартиру.

Однако за защитой нарушенных прав по оспариванию данной сделки ФИО1 обратилась в суд лишь 21 февраля 2017 года, то есть с пропуском срока исковой давности, установленного ст. 181 Гражданского кодекса Российской Федерации, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении исковых требований. 

Показания свидетеля ФИО7 о том, что ФИО1 в зимний период 2016 года сообщила ей, что внучка ФИО2 оформила квартиру в собственность, вышеуказанные обстоятельства не опровергают.

Истец просит восстановить срок исковой давности для обращения в суд, ссылаясь на то, что она является 

<

данные изъяты>, с трудом передвигается в пределах квартиры.

В подтверждение заявленного ходатайства истцом представлена выписка из амбулаторной карты больного (л.д.66). 

Согласно ст.205 Гражданского кодекса Российской Федерации в исключительных случаях, когда суд признает уважительной причину пропуска срока исковой давности по обстоятельствам, связанным с личностью истца (тяжелая болезнь, беспомощное состояние, неграмотность и т.п.), нарушенное право гражданина подлежит защите. Причины пропуска срока исковой давности могут признаваться уважительными, если они имели место в последние шесть месяцев срока давности, а если этот срок равен шести месяцам или менее шести месяцев - в течение срока давности.

Суд не может признать состояние здоровья ФИО1 уважительной причиной пропуска срока для обращения суд, поскольку при наличии заболеваний, указанных в выписке амбулаторной карты, истец в феврале 2015 года обращалась в Троицкий городской суд с иском о признании права собственности на квартиру, участвовала в судебном заседании. Из показаний свидетеля ФИО6 следует, что истец в его сопровождении обращалась в отдел ЗАГС и другие учреждения для получения необходимых документов для подготовки иска.

Других доказательств уважительности пропуска срока не представлено.

Поскольку в ходе судебного разбирательства не нашли своего подтверждения обстоятельства, предусмотренные Гражданским кодексом Российской Федерации, позволяющие признать договор дарения квартиры недействительным, суд приходит к выводу, что в удовлетворении исковых требований ФИО1 о признании договора дарения от 14 мая 2015 года недействительным следует отказать, в том числе и в связи с пропуском срока давности. 

В связи с отказом истцу в удовлетворении требований о признании сделки недействительной, оснований для применения последствий недействительности сделки, отмене государственной регистрации права собственности на квартиру за ФИО2, передачи квартиры в собственность истца не имеется.

Согласно статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд принимает решение по заявленным истцом требованиям.

Руководствуясь ст.ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации,

РЕШИЛ:

ФИО1 в удовлетворении исковых требований к ФИО2 о признании договора дарения квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес> заключенного 14 мая 2015 года, недействительным, применении последствий недействительности сделки отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Челябинский областной суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме через Троицкий городской суд.

Председательствующий: