Копия

Дело №

УИД 63RS0№-30

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

19 августа 2019г. 

<

адрес> 

Промышленный районный суд в составе: 

председательствующего судьи Нуждиной Н.Г.,

при секретаре Кирилловой А.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-2218/19 по иску ФИО6 к ФИО15, ФИО18 о признании недействительным договора купли-продажи земельного участка, применении последствий недействительности сделки,

установил:

Истец обратился в суд с вышеназванным иском к ответчикам, указав, что с ДД.ММ.ГГГГ состоял в браке с ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ брак между ними расторгнут. Иска о разделе совместно нажитого имущества он не заявлял.

В период брака, а именно ДД.ММ.ГГГГ им был приобретен земельный участок на 6 просеке, площадью 658 кв.м, но по обоюдному согласию оформлен на его супругу.

В настоящее время у него возникла необходимость в приобретении собственного жилья, и он планировал обратиться в суд с иском о разделе имущества. Иного спорного имущества у них нет. 

Однако, заказав выписку из Росреестра, он обнаружил, что земельный участок был отчужден его супругой без его согласия, что нарушает его законные права. 

При данных обстоятельствах, имеются основания для признания договора купли-продажи земельного участка от ДД.ММ.ГГГГ недействительным. 

На основании изложенного истец просит суд признать сделку купли-продажи земельного участка, расположенного по адресу: 

<

адрес>, 6 просека, №, площадью 653 кв.м, заключенного между ФИО1 и ФИО3 недействительной.

Применить последствия недействительности сделки, вернув стороны в первоначальное положение, существовавшее до момента сделки, где собственник недвижимого имущества – земельного участка № по адресу: 

<

адрес>, 6 просека – ФИО1. 

В судебном заседании представитель истца – ФИО7, действующая на основании доверенности и ордера, заявленные исковые требования поддержала в полном объеме, просила их удовлетворить. 

Представитель ответчика ФИО1 – ФИО8, действующая на основании доверенности и ордера, в судебном заседании исковые требования ФИО2 не признала в полном объеме. Пояснила, что спорный земельный участок приобретался супругами ФИО17 в период брака. По устной договоренности между супругами, после расторжения брака земельный участок оставался ФИО1, а автомобиль Форд ФИО9, указанное имущество являлось одинаковым по стоимости. Заключить письменное соглашение о разделе совместно нажитого имущества возможным не представлялось, поскольку в отношении истца было возбуждено уголовное дело, и автомобиль Форд Фокус находился под арестом. После того, как между супругами была достигнута устная договоренность относительно раздела совместно-нажитого имущества, ФИО1 распорядилась земельным участком по своему усмотрению, и практически сразу после сделки, летом 2017 г., передала договор купли-продажи ФИО2, чтобы он был в курсе этого. Никаких претензий ФИО1 относительно продажи земельного участка, ФИО2 не заявлял, на него не претендовал до настоящего времени. В удовлетворении исковых требований просила отказать. 

Ответчик ФИО3 в судебном заседании требования ФИО2 признала в полном объеме и пояснила, что с ФИО1 знакома с декабря 2012 года. Поскольку она занималась риэлтерской деятельностью, в 2015 г. помогла ФИО4 приобрести спорный земельный участок, который продавал ее свекор ФИО10 Оплату за земельный участок внес ФИО2, он хорошо зарабатывал, занимался антиквариатом, ФИО4 никогда не работала, все имущество, нажитое ими в брака, приобреталась исключительно ФИО5. От ФИО4 она узнала о разводе ФИО17, и последняя попросила переоформить на нее земельный участок, поскольку хотела сохранить имущество за собой. В судебном порядке раздел имущества между ФИО17 не производился, было только достигнуто устное соглашение о том, что после развода квартира отходит ФИО4, земельный участок – ФИО5. Договоренности о том, что истцу остается после развода автомобиль Форд Фокус, не было, поскольку его стоимость явно несоразмерна стоимости земельного участка. Она согласилась переоформить на себя земельный участок, т.к. состояла в дружеских отношениях с ФИО4. Указанная сделки являлась безденежной, никаких денежных средств за спорный участок она ФИО4 не передавала, сделка совершалась для того, чтобы в случае раздела имущества между ФИО17 в судебном порядке, не включать земельный участок в состав имущества, подлежащего разделу. О данной сделке было также известно ее бывшему супругу ФИО16, который заявил его к разделу при рассмотрении дела о разделе между ними совместно нажитого имущества. После развода ФИО17, они с ФИО5 не общались, и тот не мог знать, что земельный участок переоформлен на нее. ФИО4 ждала, когда пройдет срок исковой давности применительно к разделу имущества, после чего, она должна была вернуть ФИО4 земельный участок по договору купли-продажи. 

Представитель ФИО16, привлеченного к участию в деле в качестве третьего лица на стороне ответчика – ФИО11, действующая на основании доверенности, в судебном заседании исковые требования ФИО2 не признала в полном объеме по основаниям, изложенным в письменной отзыве на иск. Кроме того, полагала, что ФИО2 пропущен срок исковой давности для обращения в суд с данным иском. 

Выслушав лиц, участвующих в деле, опросив свидетелей ФИО12, ФИО13, исследовав материалы гражданского дела, суд приходит к следующему.

В судебном заседании установлено, что стороны состояли в зарегистрированном браке с ДД.ММ.ГГГГ. На основании решения мирового судьи судебного участка № Кировского судебного района 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ брак между ФИО2 и ФИО1 расторгнут. 

Судом также установлено, что в период брака супругами был приобретен земельный участок с кадастровым номером №, расположенный по адресу: 

<

адрес>, 

<

адрес>, 

<

адрес>, участок 21, на основании договора купли-продажи, зарегистрированном в Управлении Росреестра по 

<

адрес>, регистрационная запись №.

Раздел имущества, нажитого в период брака, между супругами ФИО17 в судебном порядке не производился, соглашение о разделе имущества во внесудебном порядке, оформленное надлежащим образом, не заключалось. 

Из материалов дела следует, что ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 и ФИО3 был заключен договор купли-продажи с кадастровым номером №, расположенный по адресу: 

<

адрес>, 

<

адрес>, его стоимость, согласно договора, составила 400 000 руб., которые покупатель уплатил продавцу наличными денежными средствами до подписания настоящего договора полностью. 

Указанный договор купли-продажи зарегистрирован в установленном законом порядке в Управлении Росреестра по 

<

адрес> ДД.ММ.ГГГГ, регистрационная запись № 

В материалах регистрационного дела, при регистрации указанного договора, имеется примечание: ФИО1 в браке не состоит; ФИО3 в браке с ДД.ММ.ГГГГ 

В обоснование заявленных требований, сторона истца ссылается на то, что спорный земельный участок является общим имуществом супругов ФИО17, поскольку приобретено в период брака, однако ФИО1 произвела отчуждение общего имущества по оспариваемому договору купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ без получения на это нотариального согласия бывшего супруга ФИО2, т.е. с нарушением положений статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации, что является основанием для признания сделки недействительной.

Давая оценку собранным по делу доказательствам в их совокупности, суд не может согласиться с доводами иска по следующим основаниям. 

В соответствии со статьей 2 Семейного кодекса РФ семейное законодательство устанавливает условия и порядок вступления в брак, прекращения брака и признания его недействительным, регулирует личные неимущественные и имущественные отношения между членами семьи: супругами, родителями и детьми (усыновителями и усыновленными), а в случаях и в пределах, предусмотренных семейным законодательством, между другими родственниками и иными лицами, а также определяет формы и порядок устройства в семью детей, оставшихся без попечения родителей.

Таким образом, предметом регулирования семейного законодательства являются, в частности, имущественные отношения между членами семьи - супругами, другими родственниками и иными лицами. Семейное законодательство не регулирует отношения, возникающие между участниками гражданского оборота, не относящимися к членам семьи.

Как установлено судом, брак между ФИО2 и ФИО1 прекращен ДД.ММ.ГГГГ.

Оспариваемый ФИО2 договор дарения заключен ДД.ММ.ГГГГ, то есть тогда, когда ФИО2 и ФИО1 перестали быть супругами, владение, пользование и распоряжение общим имуществом которых определялось положениями статьи 35 Семейного кодекса РФ, и приобрели статус участников совместной собственности, регламентация которой осуществляется положениями Гражданского кодекса РФ.

Положения статьи 35 Семейного кодекса РФ в отношении получения нотариально удостоверенного согласия одного из супругов при совершении сделки по распоряжению недвижимости другим супругом распространяются на правоотношения, возникшие между супругами, и не регулируют отношения, возникшие между иными участниками гражданского оборота, к которым относятся бывшие супруги.

В данном случае на момент совершения сделок брак между ФИО17 был прекращен и, соответственно, получения нотариального согласия истца на отчуждение квартиры ее бывшим супругом не требовалось. Кроме того, при таком положении на правоотношения по поводу распоряжения имуществом бывших супругов распространяются общие нормы ГК РФ, регулирующие распоряжение имуществом, находящимся в общей совместной собственности.

Аналогичная правовая позиция изложена в Определении Верховного Суда РФ от 25.04.2017 N 16-КГ17-4.

Согласно пункту 2 статьи 253 ГК РФ распоряжение имуществом, находящимся в совместной собственности, осуществляется по согласию всех участников, которое предполагается независимо от того, кем из участников совершается сделка по распоряжению имуществом.

В соответствии с пунктом 3 статьи 253 ГК РФ каждый из участников совместной собственности вправе совершать сделки по распоряжению общим имуществом, если иное не вытекает из соглашения всех участников. Совершенная одним из участников совместной собственности сделка, связанная с распоряжением общим имуществом, может быть признана недействительной по требованию остальных участников по мотивам отсутствия у участника, совершившего сделку, необходимых полномочий только в случае, если доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать об этом.

Исходя из положений вышеприведенных правовых норм, юридически значимыми и подлежащими установлению для правильного разрешения дела при оспаривании сделок по отчуждению имущества, находящегося в совместной собственности, являются: наличие или отсутствие полномочий у другого участника совместной собственности на совершение сделки по распоряжению общим имуществом, которые возникают у этого участника в случае согласия остальных участников совместной собственности на совершение такой сделки, а также наличие или отсутствие осведомленности другой стороны по сделке об отсутствии у участника совместной собственности полномочий на совершение сделки по распоряжению общим имуществом и обстоятельства, с учетом которых другая сторона по сделке должна была знать о неправомерности действий участника совместной собственности.

Требование о признании такой сделки недействительной может быть удовлетворено только в случае, если доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать об отсутствии полномочий у другого участника совместной собственности на совершение сделки.

Таким образом, для разрешения настоящего спора правовое значение имеет осведомленность другой стороны по сделке – ФИО3 о неправомерности действий ФИО1

В силу ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

С учетом того, что истец оспаривает совершенную бывшей супругой ФИО1 сделку купли-продажи земельного участка, то именно истец должен доказать недобросовестность поведения ФИО3 на предмет ее осведомленности об отсутствии у ФИО1 полномочий на отчуждение земельного участка по договору купли-продажи.

Бесспорных доказательств, подтверждающих недобросовестность ФИО3 при совершении договора купли-продажи, стороной истца суду не представлено.

Пунктом 1 ст. 10 Гражданского кодекса РФ установлена недопустимость действий граждан и юридических лиц исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

В случаях, когда закон ставит защиту гражданских прав в зависимость от того, осуществлялись ли эти права разумно и добросовестно, разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагаются (п. 3 ст. 10 ГК РФ).

Давая оценку позиции ФИО3 при рассмотрении настоящего спора, в том числе признанию ею исковых требований ФИО2, суд принимает во внимание следующее. 

Решением Самарского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ (не вступило в законную силу на момент принятия настоящего решения) произведен раздел имущества супругов ФИО3 и ФИО16, в том числе спорного земельного участка с кадастровым номером №, расположенного по адресу: 

<

адрес>, ФИО19 поляна, Шестая просека, участок 21. За ФИО3 и ФИО16 признано право общей долевой собственности, по ? доле за каждым, на земельный участок кадастровый № вид разрешенного использования: земли населенных пунктов для ведения садоводства по адресу: 

<

адрес>, 

<

адрес>

Согласно протоколов состоявшихся по делу судебных заседаний по указанному делу, из позиции ФИО14 в ходе судебного разбирательства о разделе имущества с ФИО16 относительно спорного земельного участка следует, что земельный участок, расположенный по адресу: 

<

адрес>, ФИО19 поляна, Шестая просека, участок 21 ФИО14 приобрела в 2017 г., когда занималась риэлтерской деятельностью, приобрела его за 400 000 руб., это было очень выгодно, чтобы его потом перепродать. Деньги на его покупку ей дала ее мама, которая снимала деньги со своего счета. На участке был сарай, ценных построек нет. Согласилась с тем, что доля каждого из супругов (ФИО3 и ФИО16) в праве собственности на указанный земельный участок составляет по ? доле за каждым, и стоимость земельного участка в настоящее время составляет 3 000 000 руб. 

Таким образом, при наличии личного спора и заинтересованности ФИО3 в разделе спорного земельного участка, ее пояснения об обстоятельствах его приобретения при рассмотрении настоящего спора, с очевидностью свидетельствуют о злоупотреблении правом, и не могут быть приняты судом во внимание как объективные и достоверные. 

Иных доказательств, прямо, достоверно и неопровержимо свидетельствующих о несогласии ФИО2, являющегося бывшим супругом ФИО1, на отчуждение последней недвижимого имущества, отсутствии у нее правомочий на сделку, и осведомленности ФИО3 об этом, суду не представлено. 

Анализируя изложенное, суд полагает, что истцом выбран ненадлежащий способ защиты своего права, поскольку истец не заявляет требований о разделе общего имущества, а именно денежных средств, полученных его бывшей супругой в результате сделки по отчуждению спорного земельного участка, находящегося в их общей совместной собственности.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных исковых требований о признании недействительным договора купли-продажи земельного участка, что не препятствует ФИО2 обратиться с самостоятельным иском о взыскании с ФИО2 денежной компенсации отчужденного без его согласия общего имущества супругов.

Представителем третьего лица ФИО20 в ходе судебного разбирательства заявлено о пропуске исковой давности применительно к заявленным истцом ФИО2 требованиям. 

В соответствии с ч.2 ст. 181 ГК РФ, срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

В соответствии с п. 2 ст. 199 Гражданского кодекса Российской Федерации исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

Как разъяснил Пленум Верховного Суда РФ в абз. 5 п. 10 постановления от 29 сентября 2015 года N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности", поскольку исковая давность применяется только по заявлению стороны в споре (пункт 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации), соответствующее заявление, сделанное третьим лицом, по общему правилу не является основанием для применения судом исковой давности. Вместе с тем заявление о пропуске срока исковой давности может быть сделано третьим лицом, если в случае удовлетворения иска к ответчику возможно предъявление ответчиком к третьему лицу регрессного требования или требования о возмещении убытков.

По смыслу указанных разъяснений Верховного Суда Российской Федерации возможность заявления о пропуске срока исковой давности предоставляется лицу, не являющемуся стороной сделки, вызвана возможным наступлением негативных последствий для такого лица.

Поскольку разрешение настоящего спора затрагивает права и интересы третьего лица ФИО20, и может повлечь негативные для него последствия, в случае удовлетворения иска, в данном случае, заявление третьего лица о пропуске исковой давности не противоречит закону. 

Вместе с тем, разрешая указанное ходатайство, суд не усматривает законных оснований для его удовлетворения, по следующим основаниям. 

Из материалов дела следует, что ФИО2 обратился в Управление Росреестра по 

<

адрес> с запросом о предоставлении сведений о правах на объект недвижимого имущества – земельный участок с кадастровым номером № в ноябре ДД.ММ.ГГГГ года (л.д.74-75). Соответственно выписка о правах на указанный земельный участок получена им после указанной даты.

ФИО2 обратился с иском о признании договора купли-продажи земельного участка недействительным в самарский районный суд 

<

адрес>. Определением 

<

адрес> районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ иск возвращен ФИО2 в связи с неподсудностью, после чего в апреле ДД.ММ.ГГГГ. истец обратился с аналогичным иском в Промышленный районный суд 

<

адрес>.Из показаний свидетелей ФИО12, ФИО13 также следует, что о продаже спорного земельного участка ФИО2 узнал осенью ДД.ММ.ГГГГ 

<

адрес>, что в суд он обратился до истечения годичного срока с указанного времени, срок исковой давности им не пропущен. Иных, бесспорных доказательств того, что о переходе права собственности от ФИО1 к ФИО3 истец узнал ранее осени ДД.ММ.ГГГГ. суду не представлено. 

Доводы третьего лица в лице его представителя, что оспариваемый договор купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 передала ФИО2 после его заключения, летом ДД.ММ.ГГГГ голословны, и иными доказательствами не подтверждаются. Наличие у ФИО2 указанного договора при подаче иска в суд в 2019 году, не свидетельствует о его получении истцом летом ДД.ММ.ГГГГ 

Принимая во внимание, что суд не усматривает оснований для удовлетворения исковых требований ФИО2 по существу, по вышеизложенным основаниям, отсутствие пропуска исковой давности не влияет на принятое судом решение по настоящему делу.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд 

решил:

В удовлетворении исковых требований ФИО6 к ФИО15, ФИО18 о признании недействительным договора купли-продажи земельного участка, применении последствий недействительности сделки - отказать.

Решение может быть обжаловано в 

<

адрес> областной суд через 

<

адрес> районный суд 

<

адрес> в течение месяца со дня его принятии в окончательной форме.

Мотивированное решение суда изготовлено 26.08.2019г. 

Председательствующий: подпись Нуждина Н.Г.

Копия верна.

Судья:

Секретарь:

Подлинный документ подшит в материалах гражданского дела №

УИД 63RS0№-30 

<

адрес> районного суда 

<

адрес>