№ 2 – 80/2019

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 

п. Вейделевка 16 мая 2019 года 

Вейделевский районный суд Белгородской области в составе: председательствующего судьи Боженко И.А., 

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО2, 

с участием: истца ФИО3, его представителя ФИО4,

представителя ответчиков ФИО5 и ФИО6 – ФИО7,

представителя третьего лица администрации городского поселения «Поселок Вейделевка» – ФИО8,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к ФИО5, ФИО6 о признании недействительной сделки приватизации квартиры и применении последствий недействительности сделки, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 18.05.2001 по ордеру представлена в пользование квартира №, расположенная по адресу: 

<

адрес>, в которую он вселился совместно со своей сожительницей ФИО5, её сыном ФИО6, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, и совместным сыном ФИО1., ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

06.08.2001 года квартира приватизирована и была передана в общую долевую собственность ФИО5, ФИО6, ФИО1 При этом ФИО3 отказался от участия в приватизации.

Дело инициировано иском ФИО3 к ФИО5, ФИО6, о признании сделки приватизации недействительной и просил применить последствия недействительности сделки и расторгнуть договор на передачу и продажу квартир (домов) в собственность граждан в Белгородской области от 06.08.2001 года, ссылаясь на тот факт, что о состоявшейся в 2001 году сделке приватизации узнал после смерти сына ФИО1 в августе 2018 года, считает её незаконной поскольку он не отказывался от участия в приватизации и никакие заявления об отказе не подписывал. В заявлении об отказе от участия в приватизации стоит не его подпись.

В судебном заседании истец и его представитель поддержали иск и просили его удовлетворить.

Ответчики в судебное заседание не явились, направили в суд своего представителя ФИО7 с надлежаще оформленной доверенностью, которая иск не признала ввиду его необоснованности и просила суд применить последствия пропуска срока исковой давности.

Представитель третьего лица – ФИО8 возражал против удовлетворения иска, поскольку считает его необоснованным.

Исследовав представленные сторонами доказательства, суд приходит к следующему.

21.05.2001 истцу, в состав семьи которого входили сожительница ФИО5, и несовершеннолетние дети ФИО6, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ года рождения, выдан ордер № 4194 на предоставление в пользование жилого помещения – двухкомнатной квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>, что подтверждается корешком ордера и ордером (л.д. 17, 136).

Данный ордер выдан истцу и членам его семьи для последующей приватизации квартиры в собственность, что подтверждается архивной выпиской из постановления главы администрации поселка Вейделевка Белгородской области от 19 мая 2001 года (л.д. 12).

Истец и все вышеуказанные члены его семьи были зарегистрированы в предоставленной квартире и проживали в ней: ФИО3 в период с 24.12.1993 по настоящее время; ФИО5 в период с 24.12.1993 до 18.02.2005; ФИО6 с 17.11.2000 до 20.08.2004; ФИО1 с 27.10.2003 до 26.11.2009, что подтверждается копией домовой книги (л.д. 13-16).

Из заявления, поданного главе администрации п. Вейделевка Белгородской области (л.д. 55), следует, что истец и члены его семьи обратились с заявлением о передаче занимаемой ими квартиры в общую долевую собственность ответчиков и ФИО10 по 1/3 доле в праве каждому, а истец отказался от участия в её в приватизации. Данный факт подтверждается его отдельным заявлением, в котором он 20 июля 2001 года выразил свой отказ от участия в приватизации занимаемой им квартиры и поставил свою подпись (л.д. 54). 

Отказ он давал в присутствии должностного лица, наделенного полномочиями по осуществлению приватизации жилья в п. Вейделевка от имени муниципального органа (л.д. 131), которому он и члены его семьи также предъявили пакет документов, необходимых для приватизации жилья (л.д.132-137).

Таким образом, проживающими к квартире лицами, в том числе истцом, было достигнуто соглашение о том, что в результате приватизации квартиры она будет передана в собственность только трех членов семьи - супруги истца ФИО5, её сына ФИО6, совместного сына истца и ответчика ФИО5 - ФИО11.

Договором на передачу и продажу квартир (домов) в собственность граждан в Белгородской области (далее договор приватизации) от 06.08.2001 года (л.д. 7-8, 47) подтверждается, что ответчикам и ФИО1 была передана в общую долевую собственность по 1/3 доле в праве каждому на двухкомнатную квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>.

Штампом в договоре (л.д. 47 оборот) и выписками из ЕГРП на недвижимое имущество и сделок с ним от 10.09.2001 (л.д. 9-11) подтверждается, что право общей долевой собственности (по 1/3 доли в праве каждого) ответчиков и ФИО9 на спорную квартиру было зарегистрировано в установленном законом порядке регистрирующем органом.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 умер, его родители ФИО3 и ФИО5, унаследовали его 1/3 долю в праве на спорное жилое помещение, что подтверждается свидетельством о смерти (л.д. 28) и информацией нотариуса, копией наследственного дела (л.д. 76 – 85).

Доказательств того, что при заключении договора приватизации спорной квартиры нарушено право истца на приватизацию, выразившееся в умышленном введении его в заблуждение относительно правовых последствий отказа от приватизации либо его обмана, в результате чего он был лишен права на жилое помещение истцом и его представителем не представлено и судом не установлено.

Подписи в заявлениях главе администрации п. Вейделевка (л.д. 54,55), в которых истец отказался от участия в приватизации занимаемого им жилого помещения ставил именно истец, что подтверждается заключением эксперта № 3460/10-2 от 29.04.2019 (л.д. 114-130), что полностью опровергает в данном случае доводы истца о том, что он не расписывался в этих заявлениях и имеющаяся там подпись ему не принадлежит.

Выводы эксперта научно обоснованы, сделаны по результатам непосредственного обследования экспериментальных, условно – свободных и свободных образцов подписи ФИО3, на основе представленных материалов гражданского дела и подлинников документов с оспариваемыми истцом подписями. Эксперты предупреждались об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

Согласно ст. 2 Закона РФ от 04.07.1991 N 1541-1 (ред. от 20.12.2017) "О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации" (далее Закон) граждане Российской Федерации, имеющие право пользования жилыми помещениями государственного или муниципального жилищного фонда на условиях социального найма, вправе приобрести их на условиях, предусмотренных настоящим Законом, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации и нормативными правовыми актами субъектов Российской Федерации, в общую собственность либо в собственность одного лица, в том числе несовершеннолетнего, с согласия всех имеющих право на приватизацию данных жилых помещений совершеннолетних лиц и несовершеннолетних в возрасте от 14 до 18 лет.

Передача жилых помещений в собственность граждан оформляется договором передачи, заключаемым органами государственной власти или органами местного самоуправления поселений, предприятием, учреждением с гражданином, получающим жилое помещение в собственность в порядке, установленном законодательством. При этом нотариального удостоверения договора передачи не требуется и государственная пошлина не взимается (абз. 1 ст.7 Закона).

В договор передачи жилого помещения в собственность включаются несовершеннолетние, имеющие право пользования данным жилым помещением и проживающие совместно с лицами, которым это жилое помещение передается в общую с несовершеннолетними собственность, или несовершеннолетние, проживающие отдельно от указанных лиц, но не утратившие право пользования данным жилым помещением. Право собственности на приобретенное жилое помещение возникает с момента государственной регистрации права в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним (абз. 2 и 3 ст. 7 Закона).

В соответствии со ст. 11 Закона каждый гражданин имеет право на приобретение в собственность бесплатно, в порядке приватизации, жилого помещения в государственном и муниципальном жилищном фонде социального использования один раз.

В силу п. 1 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно п. 3 ч. 2 статьи 166 Гражданского кодекса РФ в случаях, когда в соответствии с законом сделка оспаривается в интересах третьих лиц, она может быть признана недействительной, если нарушает права или охраняемые законом интересы таких третьих лиц.

Из положений ч. 2 ст. 168 ГК РФ следует, что сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Представленными ответчиками доказательствами полностью опровергаются утверждения истца о том, что он незаконно не участвовал в сделке приватизации занимаемой им квартиры, которую он считает недействительной в силу её ничтожности, эти доказательства признаются судом относимыми, допустимыми и достоверными, поскольку ими подтверждается факт того, что истец, подписывая заявление об отказе от участия приватизации, в действительности не имел ввиду какую-либо иную сделку, а именно отказался от приватизации занимаемого им жилья, отказ ФИО3 от участия в приватизации жилого помещения изложен ясно, не допускает иного толкования существа сделки, чем в нем предусмотрено. 

Исходя из приведенных норм права и представленных сторонами доказательств следует, что нарушений закона при заключении договора приватизации допущено не было, а требования истца о признании сделки недействительной, как противоречащей закону, не подлежат удовлетворению.

Кроме того представитель ответчиков заявила о пропуске истцом срока исковой давности. 

В силу части 2 статьи199Гражданского кодекса Российской Федерацииисковаядавностьприменяетсясудом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

При этом суд считает не состоятельными суждения истца, согласно которым он полагал, что срок исковой давности им не пропущен, поскольку о нарушении своего права данным договором приватизации ему стало известно лишь в августе 2018 году, когда он оформлял у нотариуса наследство от сына ФИО1 по следующим основаниям. 

В соответствии со статьями195,196,197Гражданского кодекса Российской Федерацииисковойдавностьюпризнаетсясрок для защиты права поискулица, право которого нарушено, и общий срокисковойдавности устанавливается в три года, и для отдельных видов требований законом могут устанавливаться специальные срокиисковойдавности, сокращенные или более длительные по сравнению с общим сроком. 

Согласно части 1 статьи181Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

Судом установлено, что истец самостоятельно осуществил подачу заявлений об отказе от участия в приватизации занимаемого им жилого помещения, заявления им подписаны 20 июля 2001 года, соответственно, в этот день истец узнал или должен был узнать об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки приватизации квартиры недействительной.

Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, в данном случае с момента заключения договора приватизации. Следовательно, срокисковойдавности для признания даннойсделки ничтожной истек 20 июля 2004 года, при этом иск подан только 14.03.2019 г.

Самостоятельным основанием для отказа в иске согласно ст. 199 ГК РФ являлся факт пропуска срока исковой давности, предусмотренного п. 1 ст. 181 ГК РФ по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки.

Истец в нарушение положений ст. 56 ГПК РФ не представил доказательств в обоснование своих доводов о том, в чем заключались его заблуждение при заключении сделки и обман со стороны ответчиков. Не смог истец объяснить в судебном заседании наличие у него выписок из ЕГРП, полученных в регистрирующем органе 10.09.2001 (л.д. 9-11), с которыми он обратился в суд, что так же свидетельствует о его осведомленности о сделке приватизации занимаемой им квартиры, заключенной 06.08.2001.

Доказательств, уважительности причин пропуска срока исковой давности, истцом и его представителем не представлено.

Изложенное является основанием для отказа в удовлетворении требований искового заявления в полном объеме.

Руководствуясь ст. ст. 194 – 199 ГПК РФ, суд 

РЕШИЛ:

В удовлетворении иска ФИО3 к ФИО5, ФИО6 о признании недействительной сделки приватизации квартиры и применении последствий недействительности сделки отказать.

Решение может быть обжаловано в Белгородский областной суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме с подачей апелляционной жалобы через Вейделевский районный суд Белгородской области.

Судья: