13RS0017-01-2024-000756-31

Судья Аверина Т.В. № 2-5/2025

Докладчик Куманева О.А. Дело № 33-1131/2025

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Мордовия в составе:

председательствующего Пужаева В.А.,

судей Аитовой Ю.Р., Куманевой О.А.,

при секретаре Лебедевой Е.А.,

рассмотрела в открытом судебном заседании 9 декабря 2025 г. в г. Саранске гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о расторжении брака, признании утратившим право пользования жилым помещением, выселении и по встречному иску ФИО2 к ФИО1, ФИО3 о признании сделки недействительной, разделе совместно нажитого имущества, по апелляционному представлению исполняющего обязанности прокурора Лямбирского района Республики Мордовия Токаревой А.А. и апелляционной жалобе ответчика (истца по встречному иску) ФИО2 на решение Лямбирского районного суда Республики Мордовия от 26 февраля 2025 г.

Заслушав доклад судьи Куманевой О.А., судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Мордовия

установила:

ФИО4 обратилась к мировому судье судебного участка №2 Лямбирского района с исковым заявлением к ФИО2 о расторжении брака, указав, что 8 июля 2021 г. отделом ЗАГС администрации Лямбирского муниципального района Республики Мордовия был зарегистрирован брак между ней и ФИО2, 12 августа 2021 г. ФИО2 усыновил своего ребенка, рожденного ДД.ММ.ГГГГ г. Находясь с ответчиком в браке, они не могли найти ничего общего, считает сохранение семьи невозможным.

Просила брак, зарегистрированный 8 июля 2021 г. отделом ЗАГС администрации Лямбирского муниципального района Республики Мордовия между ней и ФИО2, расторгнуть.

ФИО1, действующая также в интересах несовершеннолетнего ФИО46 ДД.ММ.ГГГГ года рождения, обратилась в суд с иском к ФИО2 о признании утратившим его право пользования жилым помещением и выселении, указав, что 10 октября 2018 г. на основании договора купли-продажи приобрела жилой дом с кадастровым номером 13:15:0107006:449 с земельным участком с кадастровым номером 

<

№>, расположенные по адресу: 

<

адрес> Согласно пункту 1 договора стоимость жилого дома с земельным участком составила 2000 000 руб., из которых 500000 руб. были оплачены личными денежными средствами и 1500 000 руб. земными денежными средствами, представленными Банком «Возрождение», в котором был оформлен ипотечный кредит сроком на 20 лет. Она вселилась в указанный дом со своими детьми и проживала в нем до мая 2024 г.

8 июля 2021 г. она вступила в брак с ответчиком ФИО2, который также вселился в спорный дом в качестве члена семьи и стал проживать в нем, но всегда был зарегистрирован в квартире по адресу: 

<

адрес>, так как при его вселении между ними были достигнуты договоренности, что по первому ее требованию он освободит дом. Так как кредит на квартиру и земельный участок был получен ею до брака, ответчик не считал нужным участвовать в его оплате, он много лет нигде не работал, в связи с чем, ипотечный кредит оплачивала она за счет личных денежных средств. В настоящее время в спорном жилом помещении зарегистрированы: она, ее дочь ФИО3 и сын ФИО47

В связи с тем, что отношения с ответчиком испортись, в конце мая 2024 г. она выехала из дома с детьми и стала проживать в квартире своей мамы. В мае 2024 г. ею было подано заявление о расторжении брака. Так как они не проживают с ответчиком совместно, не ведут общее хозяйство, у них отсутствует общий бюджет, ответчик чинит ей препятствия в проживании в доме, утраивает скандалы и угрожает ей, считает, что семейные отношения с ответчиком прекращены, и он не является членом ее семьи. Проживание ответчика, который не является членом ее семьи в ее доме, нарушает ее права по пользованию и владению принадлежащей ей собственностью.

На основании изложенного просила суд признать ФИО2 утратившим право пользования жилым помещением, расположенным по адресу: 

<

адрес> и выселить его из данного жилого помещения.

ФИО2 обратился в суд со встречным исковым заявлением к ФИО1 о разделе совместного нажитого имущества, указав, что после наступления беременности ФИО1, в целях оптимальных и наиболее приемлемых условий для воспитания ребенка они совместно с ФИО1 приняли решение приобрести жилой дом с земельным участком, подбором подходящего дома и земельного участка занимался он. В результате было принято решение приобрести жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу: Республика Мордовия, 

<

...>. С разрешения продавца они с ФИО1 заселились в данный жилой дом до момента заключения договора купли-продажи, а именно 27 сентября 2018 г.

Поскольку на тот момент ФИО1 официально работала и банки были готовы предоставить ей необходимые денежные средства в кредит, ими было принято решение оформить приобретаемый дом и земельный участок на нее. Кредит был предоставлен ФИО1 Банком «Возрождение» в размере 1 500 000 руб. для покупки жилого дома и земельного участка со сроком возврата - 240 мес. В целях приобретения указанного жилого дома и земельного участка он передал ФИО1 150000 руб. наличными денежным средствами из личных накоплений для оплаты аванса, предусмотренного п. 2.6 договора купли-продажи жилого дома с земельным участком от 10 октября 2018 г. Оставшуюся сумму в размере 350000 руб. ФИО1 внесла из личных средств, полученных ею от продажи квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес> Оставшиеся денежные средства от продажи квартиры были направлены ФИО1 на погашение обязательств по кредитному договору, связанного с приобретением для нее транспортного средства марки «OPEL MOKKA», государственный регистрационный знак 

<

***>.

На момент приобретения указанных жилого дома и земельного участка они представляли из себя следующее: на земельном участке был расположен каркасный гараж и не застекленный одноэтажный небольшой жилой дом, около гаража на земельном участке была достаточно глубокая яма.

С момента покупки указанного жилого дома и земельного участка и до заключения брака с ФИО1 он все время проживал в данном доме, занимался благоустройством и улучшением данного жилого дома и земельного участка, а именно были построены навес у гаража, расположенного на земельном участке, предназначенный для стоянки транспортного средства; начато строительство беседки на земельном участке; начато строительство бани; поставлен забор и ворота, огораживающие земельный участок; произведены отсыпка земли на земельном участке (вместо ямы было сформировано место для парковки транспортного средства перед домом); сделаны оконные раны из ПВХ в жилом доме, вставлены стекла.

В результате указанных выполненных работ жилой дом и земельный участок были облагорожены и улучшены, следовательно, увеличилась их рыночная стоимость. Указанные работы производились им своими силами с привлечением к определенным видам работ коллег и друзей.

Для производства указанных работ им были потрачены свои личные денежные средства на сумму 82273 руб. Также им были оплачены услуги ПАО «Ростелеком» на общую сумму 3074 руб.

С момента заключения брака и до июля 2024 г. была построена терраса, построен второй этаж жилого дома, произведена частичная реконструкция комнат жилого дома и их отделка, окончено строительство беседки на земельном участке, окончено строительство бани на земельном участке.

Также в период брака в 2022 г. ими было приобретено транспортное средств марки «ВАЗ 21703», модель LADA PRIORA, идентификационный номер (VIN) 

<

№> 2007 года выпуска, цвет светло-серебристый металлик, государственный регистрационный знак 

<

№>. С момента покупки транспортного средства оно находилось в его пользовании. 10 октября 2018 г. между ФИО1 Банком «Возрождение» в лице Саранского филиала Банка «Возрождение» был заключен кредитный договор № 

<

№>. Ежемесячные платежи уплачивались ФИО1 до момента заключения брака из своих личных денежных средств, после заключения брака - из общих денежных средств.

Считает, что с ФИО1 в его пользу подлежит взысканию половина из оплаченных из общих денежных средств ежемесячных платежей на погашение указанного кредита за последние три года в размере 335250 руб.

На основании изложенного и с учетом заявления об уточнении исковых требований от 26 февраля 2025 г. ФИО2 просил суд признать договор купли-продажи транспортного средства от 10 сентября 2024 г., заключенный между ФИО1 и ФИО3 в отношении автомобиля марки «ВАЗ 21703», модель LADA PRIORA, идентификационный номер (VIN) 

<

№>, 2007 года выпуска, цвет светло-серебристый металлик, государственный регистрационный знак 

<

№> недействительным;

применить последствия недействительности сделки и прекратить право собственности ФИО3 в отношении указанного транспортного средства;

признать право совместной собственности ФИО2 и ФИО1 на автомобиль марки «ВАЗ 21703», модель LADA PRIORA, идентификационный номер (VIN) 

<

№>, 2007 года выпуска, цвет светло-серебристый металлик;

передать в личную его собственность автомобиль марки «ВАЗ 21703», модель LADA PRIORA, идентификационный номер (VIN) 

<

№> 2007 года выпуска, цвет светло-серебристый металлик;

обязать ФИО3 возвратить ему автомобиль марки «ВАЗ 21703», модель LADA PRIORA, идентификационный номер (VIN) 

<

№>, 2007 года выпуска, цвет светло-серебристый металлик,;

признать совместно нажитым ФИО2 и ФИО1 имуществом жилой дом, кадастровый номер 13:15:0107006:449, расположенный по адресу: 

<

адрес>;, земельный участок площадью 1034 кв.м., кадастровый номер 

<

№>, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: для ведения личного подсобного хозяйства, расположенный по адресу: 

<

адрес>

признать за ним право собственности на 1/3 долю в праве общей долевой собственности на жилой дом общей площадью 200,3 кв.м., кадастровый номер 

<

№> расположенный по адресу: Республика 

<

адрес> и на 1/3 долю в праве общей долевой собственности на земельный участок площадью 1034 кв.м., кадастровый номер 13:15:0107006:418, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: для ведения личного подсобного хозяйства, расположенный по адресу: 

<

адрес>

признать за ФИО1 право собственности на 2/3 доли жилого дома (в реконструированном виде) общей площадью 200,3 кв.м., кадастровый номер 

<

№> расположенный по адресу: 

<

адрес> и на 2/3 доли в праве общей долевой собственности на земельный участок площадью 1034 кв.м., кадастровый номер 

<

№>, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: для ведения личного подсобного хозяйства, расположенный по адресу: 

<

адрес>

взыскать с ФИО1 в его пользу неосновательное обогащение в размере 85437 руб.;

взыскать с ФИО1 в его пользу половину оплаченных ежемесячных платежей по погашению кредита по кредитному договору 

<

№> от 10 октября 2018 г. за последние три года в размере 163 951 руб.;

взыскать с него в пользу ФИО1 компенсацию стоимости совместно нажитого имущества в размере 100000 руб. и судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере 27595 руб.;

взыскать с ФИО1 и ФИО3 судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере 4000 руб. (т.5 л.д. 222-223).

Определением мирового судьи судебного участка №1 Лямбирского района Республики Мордовия от 19 августа 2024 г. принято встречное исковое заявление ФИО2 к ФИО1 о разделе совместно нажитого имущества супругов к производству суда и гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о расторжении брака и по встречному иску ФИО2 к ФИО1 о разделе совместно нажитого имущества супругов передано по подсудности для рассмотрения в Лямбирский районный суд Республики Мордовия (т.1 л.д. 190-192).

Определениями судьи Лямбирского районного суда Республики Мордовия от 8 ноября 2024 г. к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, на сторону истца привлечены ФИО3, ВТБ Банк (ПАО) (т.3 л.д. 1-4).

Определением судьи Лямбирского районного суда Республики Мордовия от 25 декабря 2024 г. принято к производству заявление истца ФИО2 к ФИО1, ФИО3 о признании сделки недействительной, ФИО3 привлечена к участию в деле в качестве ответчика (т.4 л.д. 50-52).

Определением Лямбирского районного суда Республики Мордовия от 26 февраля 2025 г. гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о признании утратившим право пользования жилым помещением и выселении, и гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о расторжении брака и по встречному иску ФИО2 к ФИО1, ФИО3 о признании сделки недействительной, разделе совместно нажитого имущества, объединены в одно производство (т.1 л.д. 196-198).

Решением Лямбирского районного суда Республики Мордовия от 26 февраля 2025 г. исковые требования ФИО1 к ФИО2 о расторжении брака, признании утратившим право пользования жилым помещением, выселении удовлетворены частично.

Брак между ФИО5 и ФИО1, зарегистрированный 8 июля 2021 г. отделом ЗАГС администрации Лямбирского муниципального района Республики Мордовия по актовой записи 

<

№>, расторгнут.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2 о признании утратившим право пользования жилым помещением, выселении отказано.

Встречные исковые требования ФИО2 к ФИО1, ФИО3 о признании сделки недействительной, разделе совместно нажитого имущества удовлетворены частично.

Признан недействительным договор купли-продажи транспортного средства от 10 сентября 2024 г., заключенный между ФИО1 и ФИО3 в отношении автомобиля марки «ВАЗ 21703», модель LADA PRIORA, идентификационный номер (VIN) 

<

№> 2007 года выпуска, цвет светло-серебристый металлик.

Прекращено право собственности ФИО3 в отношении автомобиля марки «ВАЗ 21703», модель LADA PRIORA, идентификационный номер (VIN) 

<

№> 2007 года выпуска, цвет светло-серебристый металлик.

Признано право совместной собственности ФИО2 и ФИО1 на автомобиль марки «ВАЗ 21703», модель LADA PRIORA, идентификационный номер (VIN) 

<

№>, 2007 года выпуска, цвет светло-серебристый металлик.

На ФИО3 возложена обязанность возвратить автомобиль марки «ВАЗ 21703», модель LADA PRIORA, идентификационный номер (VIN) 

<

№>, 2007 года выпуска, цвет светло-серебристый металлик, ФИО2

Автомобиль марки «ВАЗ 21703», модель LADA PRIORA, идентификационный номер (

<

№>, 2007 года выпуска, цвет светло-серебристый металлик передан в личную собственность ФИО2

С ФИО2 в пользу ФИО1 взыскана компенсация стоимости переданного ему имущества в размере 88850 руб.

С ФИО1 в пользу ФИО2 взысканы денежные средства по оплате ежемесячных платежей по кредитному договору 

<

№> от 10 октября 2018 г. в размере 163951 руб.

В удовлетворении исковых требований ФИО2 к ФИО1 о взыскании неосновательного обогащения, признании совместно нажитым имуществом жилого дома и земельного участка и признании права собственности на 1/3 долю в праве общей долевой собственности на жилой дом и земельный участок отказано.

Отменены меры по обеспечению иска, наложенные определением Лямбирского районного суда Республики Мордовия от 23.12.2024 в виде наложения ареста на жилой дом с кадастровым номером 

<

№> и земельный участок с кадастровым номером 

<

№> расположенные по адресу: 

<

адрес>

С ФИО3 в пользу ФИО2 взыскана государственная пошлина в размере 2000 руб.

С ФИО1 в пользу ФИО2 взыскана государственная пошлина в размере 7428 руб. (т.6 л.д. 1-17).

Не согласившись с указанным решением суда, исполняющий обязанности прокурора Лямбирского района Республики Мордовия Токарева А.А. подала представление, в котором просила решение Лямбирского районного суда Республики Мордовия от 26 февраля 2025 г. изменить.

Указала, что судом первой инстанции необоснованно отказано в удовлетворении исковых требований в части признания ФИО2 утратившим право пользования спорным жилым помещением, поскольку ответчик проживал в указанном жилом помещении до июня 2024 г., однако против удовлетворения исковых требований в ходе судебного разбирательства возражал.

Кроме того, прокурор указывает, что нельзя согласиться с выводом суда первой инстанции относительно того, что спорное имущество не может быть признано совместной собственностью супругов. ФИО2 в процессе рассмотрения спора представлено достаточно доказательств, подтверждающих его участие в осуществлении ремонта и проживании в спорном жилом помещении.

В апелляционной жалобе ответчик (истец по встречному иску) ФИО2 просит решение Лямбирского районного суда Республики Мордовия от 26 февраля 2025 г. отменить в части отказа в удовлетворении встречных исковых требований, принять по делу новое решение в этой части, удовлетворив заявленные требования в полном объеме.

Указывает, что судом первой инстанции при рассмотрении настоящего спора были допущены нарушения, так согласно информации, опубликованной на официальном сайте Лямбирского районного суда Республики Мордовия, 26 февраля 2025 г. гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о расторжении брака и по встречному иску ФИО2 к ФИО3 о признании сделки недействительной присоединено к гражданскому делу по иску ФИО1 к ФИО2 о признании утратившим право пользования жилым помещением и выселении, при этом стороной ответчика (истца по встречному иску) копия определения об объединении гражданских дел получена не была, после объединения гражданских дел в одно, судебных извещений ответчиком, его представителем, третьим лицом Банком ВТБ (ПАО) получено также не было, что привело к невозможности представлять интересы ответчика адвокатом Юрченковым Р.В. в ходе судебного заседания. При этом в ходе судебного разбирательства суд первой инстанции необоснованно отказал в удовлетворении ходатайства об отложении судебного заседания, в связи с неявкой адвоката Юрченкова Р.В.

Судом первой инстанции необоснованно не приняты в качестве доказательств, подтверждающих улучшения спорного имущества за счет средств ФИО2, а именно чеки, договора об оказании услуг связи и пояснения отдельных свидетелей, которые неоднократно подтверждали, что ФИО2 участвовал своим трудом в производстве практически всех проделанных видов работ в спорном жилом помещении и на земельном участке.

В возражениях на апелляционную жалобу ответчик ФИО1 просила решение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО2, апелляционное представления без удовлетворения.

22 июля 2025 г. прокурор Лямбирского района Республики Мордовия Кандин А.И. до вынесения апелляционного определения отказался от апелляционного представления, о чем представил заявление в письменной форме.

Определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Мордовия от 23 июля 2025 г. постановлено о переходе к рассмотрению гражданского дела по правилам производства в суде первой инстанции без учета особенностей, предусмотренных главой 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, поскольку гражданское дело рассмотрено судом первой инстанции в отсутствие надлежащего извещения о времени и месте рассмотрения дела представителя ФИО2 – Юрченкова Р.В.

В соответствии с пунктом 2 части 4 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основанием для отмены решения суда первой инстанции в любом случае является рассмотрение дела в отсутствие кого-либо из лиц, участвующих в деле и не извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания.

При таких обстоятельствах обжалуемое решение суда подлежит отмене.

1 декабря 2025 г. ответчиком (истцом по встречному иску) ФИО2 представлено заявление об изменении исковых требований, ФИО2 просил суд при применении последний недействительности сделки – договора купли-продажи транспортного средства от 10 сентября 2024 г., заключенного между ФИО1 и ФИО3 в отношении автомобиля марки ВАЗ 21703, прекратить право собственности ФИО3 в отношении указанного автомобиля и передать его в личную собственность ФИО1, взыскав с нее в его пользу компенсацию 1/2 доли стоимости указанного имущества в размере 88850 руб.

В судебное заседание ответчик (истец по встречному иску) ФИО2, ответчик ФИО3, представитель третьего лица ВТБ (Публичное акционерное общество), прокурор не явились, о времени и месте судебного заседания указанные лица извещены своевременно и надлежащим образом, о причинах неявки сведений суду не представили, отложить разбирательство по делу не просили.

При таких обстоятельствах и на основании части 3 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которой неявка лиц, участвующих в деле и извещенных о времени и месте рассмотрения дела, не является препятствием к разбирательству дела, судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело в отсутствие указанных лиц.

В судебном заседании истец (ответчик по встречному иску) ФИО1, ее представитель адвокат Фирсова Т.Н. представили заявление об отказе от части исковых требований, а именно о признании ФИО2 утратившим право пользования жилым помещением и выселении, просили производство по делу в указанной части прекратить. Исковые требования ФИО2 в части признания недействительным договора купли-продажи транспортного средства от 10 сентября 2024 г., заключенного между ФИО1 и ФИО3 и возмещения ему половины денежных средств, оплаченных по кредитному договору от 10 октября 2018 г., в размере 163951 руб., признали, при этом просили применить последствия недействительности сделки, передав транспортное средство ФИО2 со взысканием с него соответствующей денежной компенсации. В остальной части иска в удовлетворении исковых требований просили отказать.

В судебном заседании представители ответчика (истца по встречному иску) адвокат Юрченков Р.В. и Богомяков Л.А., участвующий посредством веб-конференции, относительно удовлетворения исковых требований ФИО1 о расторжении брака не возразили, встречные исковые требования поддержали, просили суд удовлетворить в полном объеме, по основаниям, представленным в письменных пояснениях.

Согласно положениям статьи 326 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации отказ от апелляционных жалобы, представления допускается до вынесения судом апелляционного определения. Заявление об отказе от апелляционных жалобы, представления подается в письменной форме в суд апелляционной инстанции. О принятии отказа от апелляционных жалобы, представления суд апелляционной инстанции выносит определение, которым прекращает производство по соответствующим апелляционным жалобе, представлению.

Пунктом 20 Постановления Пленума Верховного суда Российской федерации от 19 июня 2012 г. № 13 «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции» предусмотрено, что лицо, подавшее апелляционную жалобу, а также прокурор, принесший апелляционное представление, вправе отказаться от апелляционных жалобы, представления в любое время до вынесения судом апелляционной инстанции апелляционного определения.

Таким образом, отказ от апелляционной жалобы является процессуальным правом стороны.

Суд апелляционной инстанции принимает отказ от апелляционной жалобы, представления, если установит, что такой отказ носит добровольный и осознанный характер.

Учитывая, что отказ прокурора от апелляционного представления не противоречит нормам процессуального права и не ущемляет интересов других лиц, судебная коллегия не находит оснований для отклонения отказа от апелляционного представления и принимает отказ прокурора от апелляционного представления.

При таких обстоятельствах, а также в силу статьи 326 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации отказ от апелляционного представления подлежит принятию с прекращением апелляционного производства по апелляционному представлению прокурора.

Выслушав объяснения сторон и их представителей, рассматривая дело по правилам производства суда первой инстанции, судебная коллегия, исходит из следующего.

Из материалов дела следует, что 8 июля 2021 г. между ФИО1 и ФИО2 заключен брак, после заключения брака жене присвоена фамилия - Лебедева.

ФИО2 и ФИО1 являются родителями ФИО6, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (запись акта об установлении отцовства от 12 августа 2021 г.) (т. 2 л.д. 4,5).

Из пояснения сторон, данных в суде первой инстанции, следует, что с мая 2024 г. супруги проживают раздельно, брачные отношения между ними с указанного времени фактически прекращены, общее хозяйство не ведется, истец в ходе рассмотрения дела настаивала на расторжении брака.

Согласно статьям 21 - 24 Семейного кодекса Российской Федерации расторжение брака производится в судебном порядке при наличии у супругов общих несовершеннолетних детей, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 статьи 19 настоящего Кодекса, или при отсутствии согласия одного из супругов на расторжение брака.

В силу статьи 22 Семейного кодекса Российской Федерации расторжение брака производится, если судом установлено, что дальнейшая совместная жизнь супругов и сохранение семьи невозможны.

Учитывая установленный факт прекращения семейных отношений, который не оспаривался по существу ответчиком ФИО2 в ходе рассмотрения спора, суд приходит к выводу об удовлетворении заявленного иска о расторжении брака.

Из материалов дела также следует, что в период брака 10 сентября 2022 г. ФИО1 по договору купли-продажи приобретен автомобиль марки «ВАЗ 21703», государственный регистрационный знак 

<

№> стоимостью 100000 руб.

14 сентября 2022 г. на основании вышеуказанного договора купли-продажи право собственности ФИО1 на спорный автомобиль зарегистрировано в МРЭО ГИБДД МВД России по Республике Мордовия.

10 сентября 2024 г. между ФИО1 и ФИО3 заключен договор купли-продажи транспортного средства, согласно которому ФИО1 продала ФИО3 автомобиль марки «ВАЗ 21703», государственный регистрационный знак 

<

№> по цене 100 000 руб.

Заявляя исковые требования о признании договора купли-продажи транспортного средства недействительным, ФИО2 указывает, что ФИО3 является дочерью ФИО1, они зарегистрированы по одному адресу. Согласия на продажу спорного автомобиля он не давал, после прекращения семейных отношений в мае 2024 г. они с ФИО1 вместе уже не проживали, на момент заключения оспариваемой сделки в производстве суда находились дела по иску ФИО1 о расторжении брака, и о его выселении, а также по его иску о признании данного автомобиля совместно нажитым имуществом и передаче автомобиля в его в личную собственность, к участию в которых ФИО3 была привлечена в качестве третьего лица. Таким образом, ФИО3 была осведомлена о наличии конфликта между ФИО2 и ФИО1 и узнала или должна была узнать об отсутствии его согласия на отчуждение автомобиля. Также указывает, что сделка является мнимой, так как с момента совершения сделки автомобиль находился в его пользовании до 11 декабря 2024 г., когда в результате действий третьих лиц был эвакуирован в автосервис, то есть фактическая передача автомобиля со стороны ФИО1 ФИО3 не осуществлялась.

По ходатайству ответчика судом первой инстанции по делу с целью определения рыночной стоимости автомобиля назначена судебная экспертиза.

Согласно заключению судебной оценочной экспертизе ООО «Оценочные системы» от 31 января 2025 г. рыночная стоимость транспортного средства марки «ВАЗ 21703», модель Лада Приора, идентификационный номер (

<

№>, 2007 года выпуска с учетом его технического состояния на дату оценки составляет 177700 руб.

Указанное экспертное заключение в полной мере отвечает требованиям приведенных выше норм, является мотивированным, неясностей и разночтений не содержит, образование, специализация и стаж работы эксперта соответствуют требованиям для выполнения работ по даче представленного заключения.

Не вызывает никаких сомнений и компетентность эксперта, проводившего исследование, обладающего специальными познаниями для разрешения поставленных перед ним вопросов и имеющих достаточный стаж экспертной деятельности.

В этой связи судебная коллегия приходит к выводу о принятии экспертного заключения ООО «Оценочные системы» от 31 января 2025 г. в качестве достоверного доказательства рыночной стоимости транспортного средства марки «ВАЗ 21703», модель Лада Приора, идентификационный номер (

<

№>, 2007 года выпуска.

Указанную стоимость спорного автомобиля стороны в судебном заседании не оспаривали.

Согласно пункту 1 статьи 34 Семейного кодекса Российской Федерации имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью.

К имуществу, нажитому супругами во время брака (общему имуществу супругов), относятся доходы каждого из супругов от трудовой деятельности, предпринимательской деятельности и результатов интеллектуальной деятельности, полученные ими пенсии, пособия, а также иные денежные выплаты, не имеющие специального целевого назначения (суммы материальной помощи, суммы, выплаченные в возмещение ущерба в связи с утратой трудоспособности вследствие увечья либо иного повреждения здоровья, и другие). Общим имуществом супругов являются также приобретенные за счет общих доходов супругов движимые и недвижимые вещи, ценные бумаги, паи, вклады, доли в капитале, внесенные в кредитные учреждения или в иные коммерческие организации, и любое другое нажитое супругами в период брака имущество независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено либо на имя кого или кем из супругов внесены денежные средства (пункт 2 статьи 34 Семейного кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 1 статьи 38 Семейного кодекса Российской Федерации раздел общего имущества супругов может быть произведен как в период брака, так и после его расторжения по требованию любого из супругов.

В случае спора раздел общего имущества супругов, а также определение долей супругов в этом имуществе производятся в судебном порядке. При разделе общего имущества супругов суд по требованию супругов определяет, какое имущество подлежит передаче каждому из супругов. В случае, если одному из супругов передается имущество, стоимость которого превышает причитающуюся ему долю, другому супругу может быть присуждена соответствующая денежная или иная компенсация (пункт 3 статьи 38 Семейного кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 4 статьи 38 Семейного кодекса Российской Федерации суд может признать имущество, нажитое каждым из супругов в период их раздельного проживания при прекращении семейных отношений, собственностью каждого из них.

В пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 5 ноября 1998 г. № 15 «О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака» содержатся разъяснения о том, что общей совместной собственностью супругов, подлежащей разделу (пункты 1 и 2 статьи 34 Семейного кодекса Российской Федерации), является любое нажитое ими в период брака движимое и недвижимое имущество, которое в силу статей 128, 129, пунктов 1 и 2 статьи 213 Гражданского кодекса Российской Федерации может быть объектом права собственности граждан, независимо от того, на имя кого из супругов оно было приобретено или внесены денежные средства, если брачным договором между ними не установлен иной режим этого имущества. Раздел общего имущества супругов производится по правилам, установленным статьями 38, 39 Семейного кодекса Российской Федерации и статьей 254 Гражданского кодекса Российской Федерации. Стоимость имущества, подлежащего разделу, определяется на время рассмотрения дела. В состав имущества, подлежащего разделу, включается общее имущество супругов, имеющееся у них в наличии на время рассмотрения дела либо находящееся у третьих лиц. При разделе имущества учитываются также общие долги супругов (пункт 3 статьи 39 Семейного кодекса Российской Федерации) и право требования по обязательствам, возникшим в интересах семьи. Не является общим совместным имущество, приобретенное хотя и во время брака, но на личные средства одного из супругов, принадлежавшие ему до вступления в брак, полученное в дар или в порядке наследования, а также вещи индивидуального пользования, за исключением драгоценностей и других предметов роскоши (статья 36 Семейного кодекса Российской Федерации).

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 16 названного постановления Пленума Верховного Суда РФ, учитывая, что в соответствии с пунктом 1 статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации владение, пользование и распоряжение общим имуществом супругов должно осуществляться по их обоюдному согласию, в случае, когда при рассмотрении требования о разделе совместной собственности супругов будет установлено, что один из них произвел отчуждение общего имущества, или израсходовал его по своему усмотрению вопреки воле другого супруга и не в интересах семьи, либо скрыл имущество, при разделе учитывается это имущество или его стоимость.

Если после фактического прекращения семейных отношений и ведения общего хозяйства супруги совместно имущество не приобретали, суд в соответствии с пунктом 4 статьи 38 Семейного кодекса Российской Федерации может произвести раздел лишь того имущества, которое являлось их общей совместной собственностью ко времени прекращения ведения общего хозяйства.

Согласно пункту 1 статьи 39 Семейного кодекса Российской Федерации при разделе общего имущества супругов и определении долей в этом имуществе доли супругов признаются равными, если иное не предусмотрено договором между супругами.

При таких обстоятельствах, учитывая, что спорное транспортное средство приобретено сторонами в период брака, является общей совместной собственностью, а также принимая во внимание, что спорный автомобиль был отчужден ФИО1 после прекращения брачных отношений, при этом доказательств подтверждающих, что вырученные от продажи автомобиля денежные средства были потрачены на нужды семьи, переданы ФИО2, истцом не представлено, судебная коллегия приходит к выводу о разделе совместно нажитого имущества в виде автомобиля и взыскании с ФИО1 в пользу ФИО2 денежной компенсации в размере 1/2 доли стоимости автомобиля в размере 88850 руб.

Однако, принимая во внимание пояснения ФИО1 в подтверждения факта продажи автомобиля ФИО3, представленные письменные доказательства (свидетельство о регистрации ТС, согласно которым собственником автомобиля является ФИО3), а также то обстоятельство, что ФИО2 в спорном автомобиля на момент рассмотрения дела не нуждается, в связи с чем, им заявлены требования о признании за ФИО1 права собственности на указанный автомобиль, судебная коллегия полагает возможным в удовлетворении исковых требований последнего о признании спорного договора купли-продажи автомобиля недействительным и применении последствий недействительности сделки отказать.

При этом признание ФИО1 иска в части признания недействительным договора купли-продажи транспортного средства от 10 сентября 2024 г., не является безусловным основанием для удовлетворения иска в данной части, поскольку затрагивают права и законные интересы второй стороны сделки ФИО3, являющейся ответчиком по делу.

Из материалов дела также следует, что до регистрации брака с ФИО2, ФИО1 10 октября 2018 г. с ПАО Банк «Возрождение» заключен кредитный договор на сумму 1 500 000 руб. для приобретения жилого дома с кадастровым номером 

<

№> и земельного участка с кадастровым номером 

<

№> общей стоимостью 2 000 000 руб.

В соответствии с условиями указанного договора, ФИО1 предоставлен кредит в размере 1 500 000 руб., на 240 мес. под 9,9% годовых.

10 октября 2018 г. между ФИО1 и ФИО7, заключен договор купли-продажи о приобретении ФИО1 жилого дома общей площадью 102,8 кв.м., из них общей площадью жилых помещений 48,4 кв.м. с кадастровым номером 

<

№> и земельного участка площадью 1034 кв.м., с кадастровым номером 

<

№>, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: для ведения личного подсобного хозяйства, расположенных по адресу: 

<

адрес>

Право собственности ФИО1 на указанные дом и земельный участок зарегистрировано 23 октября 2018 г.

Согласно сведениям, представленным АО «МБ-Банк» от 06 сентября 2024 г., ФИО1 был предоставлен кредит по кредитному договору 

<

№> от 10 октября 2018 г. в сумме 1 500 000 руб. 5 апреля 2021 г. права по указанному кредитному договору переданы на основании договора уступки прав (требований) Банку ВТБ (ПАО).

28 марта 2019 г. ФИО1 ФИО1 выдан государственный сертификат на материнский (семейный) капитал в размере 456026 руб., средства которого направлены н погашение ипотечного кредита (т. 3 л.д. 159, 160).

Истцом ФИО2 заявлены требования о взыскании 1/2 доли денежных средств, внесенных ФИО1 в счет оплаты ипотечного кредита в период брака за счет общего имущества супругов в общем размере 335250 руб., начиная с 8 июля 2021 г.

Из материалов дела следует, что в период брака истца и ответчика осуществлялось погашение задолженности по кредитному договору, заключенному до брака ФИО1 с ПАО Банк «Возрождение» 10 октября 2018 г.

Закрепленный в пункте 1 статьи 39 Семейного кодекса Российской Федерации принцип равенства имущественных прав супругов во взаимосвязи с положениями статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации предполагает, что после погашения за счет совместных средств супругов личного обязательства одного из них (полностью или в части) другой супруг вправе потребовать от супруга (бывшего супруга) возмещения расходов по исполнению этого обязательства в размере доли, соответствующей доле другого супруга в общем имуществе супругов.

Исполнение за счет общих средств супругов добрачного обязательства одного из супругов не может нарушать права второго супруга на пользование и распоряжение общими денежными средствами.

Таким образом, расходы супругов на оплату добрачного кредита являются тратами на исполнение личных обязательств одного из супругов, и подлежат возмещению путем взыскания половины этих денежных средств в пользу лица, понесшего расходы на погашение чужого кредита.

Иное противоречило бы принципу равенства имущественных прав супругов. Исполнение за счет общих средств супругов добрачного обязательства одного из супругов не должно нарушать имущественных прав второго супруга на равное пользование и распоряжение общим имуществом супругов и в интересах семьи.

Согласно правовой позиции, изложенной в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 1 марта 2011 г. № 352-О-О, законодательство предусматривает способы защиты прав супруга, полагающего, что личные обязательства другого супруга исполнялись за счет их общего имущества, в частности, право требовать компенсацию соразмерно его доле в общем имуществе супругов (по правилам главы 60 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно сведениям, представленным банком, за период с 8 июля 2021 г. (дата заключения между сторонами брака) по апрель 2024 г. в счет оплаты по кредитному договору было выплачено 327901 руб.

С учетом выплаченных денежных средств за заявленный период времени, указанная сумма является общим имуществом супругов, из которых на долю ФИО2 приходится сумма в размере 163951 руб.

При таких обстоятельствах, поскольку совместные денежные средства супругов были потрачены на нужды одного из супругов в целях исполнения его личного обязательства, возникшего до заключения брака, судебная коллегия приходит к выводу о наличии правовых оснований для взыскания 1/2 доли от выплаченной в период брака в счет исполнения кредитного обязательства денежной суммы в пользу ФИО2

Рассматривая требования ФИО2 о взыскании с ФИО1 неосновательного обогащения в виде понесенных им до заключения брака расходов на оплату услуг связи и приобретение строительных материалов при проведении строительных работ по обустройству принадлежащего ей дома и земельного участка, расположенных по адресу: Республика Мордовия, 

<

...>, в общем размере 85 347 руб., судебная коллегия исходит из следующего.

В соответствии пунктом 1 статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение) за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса.

Согласно пункту 4 статьи 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации в качестве неосновательного обогащения не подлежат возврату денежные суммы и иное имущество, предоставленные во исполнение несуществующего обязательства, если приобретатель докажет, что лицо, требующее возврата имущества, знало об отсутствии обязательства либо предоставило имущество в целях благотворительности.

Пунктом 1 статьи 1104 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что имущество, составляющее неосновательное обогащение приобретателя, должно быть возвращено потерпевшему в натуре.

Пунктом 1 статьи 1105 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что в случае невозможности возвратить в натуре неосновательно полученное или сбереженное имущество приобретатель должен возместить потерпевшему действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, если приобретатель не возместил его стоимость немедленно после того, как узнал о неосновательности обогащения.

Таким образом, разрешая спор о возврате неосновательного обогащения, суду необходимо установить, была ли осуществлена передача денежных средств или иного имущества добровольно и намеренно при отсутствии какой-либо обязанности со стороны передающего либо с благотворительной целью, или передача денежных средств и имущества осуществлялась во исполнение договора сторон либо иной сделки.

Из встречного искового заявления ФИО2 следует, что с марта 2018 г. у них с ФИО1 сложили фактические барачные отношения, решение о приобретении спорных жилого дома и земельного участка было принято ими совместно. С 27 сентября 2018 г. они с ФИО1 вселились в указанный дом и до официального заключения брака (июль 2021 г.) он проживал в этом доме и занимался благоустройством дома и земельного участка, а именно: им был построен навес у гаража, расположенного на земельном участке, начато строительство беседки и бани, установлены забор и ворота, огораживающие земельный участок, произведена отсыпка земли на земельном участке, установлены оконные рамы из ПВХ в жилом доме, вставлены стекла.

В подтверждение понесенных расходов на приобретение строительных материалов до регистрации брака (июль 2021 г.) ФИО2 представлены: договор на приобретение конструкции ПВХ от 20 ноября 2018 г., товарные чеки, кассовые чеки, расходные накладные, всего на сумму 82273 руб., а также платежные документы, подтверждающие оплату услуг ПАО «Ростелеком» на общую сумму 3074 руб. (т. 2 л.д. 67-79).

Однако представленные ФИО2 товарные и кассовые чеки на сумму 447 руб., 1388 руб., 693 руб., 4736 руб., 589 руб. сведений о лице, приобретшем строительные материалы, не содержат; доказательств оплаты товара, указанного в накладной № 3 от 26 апреля 2020 г. на сумму 34500 руб. и в договоре от 20 ноября 2018 г. на сумму 40000 руб. не представлено; в связи с чем указанные документы не могут быть приняты в качестве доказательств, подтверждающих приобретение ФИО2 за счет собственных средств указанных в этих документах строительных материалов.

В договоре поставки товара от 20 ноября 2018 г., в котором покупателем указан ФИО2, конкретные характеристики товара не указаны, сведений об оплате покупателем товара в договоре не имеется. Договор оформлен на типовом бланке, содержащем сведения о сроках поставки. В связи с этим определить, какой конкретно товар был заказан, был ли фактически исполнен сторонами договор, не представляется возможным (т. 2 л.д. 67).

Кроме того, само по себе несение ФИО2 расходов на обустройство жилого дома и земельного участка, обуславливалось сложившимися между сторонами в указанный период фактическими брачными отношениями, при этом достоверных и убедительных доказательств, подтверждающих наличие договоренности между сторонами о возврате ответчиком истцу, оплаченных денежных сумм, в ходе рассмотрения дела представлено не было, само же по себе ведение совместного хозяйства с ответчицей достаточным основанием для возложения на ФИО1 обязанности по выплате истцу денежных средств не является.

Ссылка ФИО2 на совместное проживание сторон до заключения брака, несение расходов на обустройство принадлежащих ФИО1 жилого дома и земельного участка, наличие у него намерений совместно произвести улучшения указанного имущества и пользоваться в дальнейшем им, являются обстоятельствами, исключающими вывод о необоснованном приобретении ФИО1 спорного имущества.

При этом, последующее изменение обстоятельств, а именно прекращения брачных отношений не может служить основанием к возникновению у ФИО1 обязательств по возврату денежных средств, затраченных ФИО2 на строительные работы, произведенные до заключения брака. Требование о возврате денежных средств обусловлено ФИО2 лишь фактом прекращения брачных отношений и постоянного совместного проживания с ответчиком по встречному иску и отсутствием доступа в принадлежащее ФИО1 недвижимое имущество, а не неисполнением каких-либо обязательств.

Таким образом, судебная коллегия не находит правовых оснований для удовлетворения заявленного ФИО2 требования о взыскании с ФИО1 неосновательного обогащения, поскольку доказательств приобретения ответчиком за счет истца без каких-либо правовых оснований улучшений принадлежащих ей жилого дома, и земельного участка, или сохранения ею денежных средств, стороной истца не представлено.

Заявляя требование о признании жилого дома и земельного участка совместно нажитым имуществом и признании за ним права собственности на 1/3 долю в праве общей долей собственности на спорное недвижимое имущество, а именно жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу: Республика Мордовия, 

<

...>, ФИО2, ссылаясь на статью 37 Семейного кодекса Российской Федерации указывает, что в период брака за счет общего имущества супругов были произведены вложения, значительно увеличивающие стоимость спорного имущества, приобретенного ФИО1 до брака.

В качестве доказательств, подтверждающих вложения, значительно увеличивающие стоимость спорного имущества, истец ФИО2 ссылается на производство ремонтно-строительных работ, направленных на повышение благоустройства указанного жилого дома и земельного участка, в период совместного брака, произведенных его личным трудом на совместные денежные средства.

В соответствии с пунктом 1 статьи 36 Семейного кодекса Российской Федерации имущество, принадлежавшее каждому из супругов до вступления в брак, а также имущество, полученное одним из супругов во время брака в дар, в порядке наследования или по иным безвозмездным сделкам (имущество каждого из супругов), является его собственностью.

Из приведенных выше положений следует, что юридически значимым обстоятельством при решении вопроса об отнесении имущества к общей собственности супругов является то, на какие средства (личные или общие) и по каким сделкам (возмездным или безвозмездным) приобреталось имущество одним из супругов во время брака. Имущество, приобретенное одним из супругов в браке по безвозмездным гражданско-правовым сделкам (например, в порядке наследования, дарения, приватизации), не является общим имуществом супругов.

В силу статьи 37 Семейного кодекса Российской Федерации имущество каждого из супругов может быть признано судом их совместной собственностью, если будет установлено, что в период брака за счет общего имущества супругов или имущества каждого из супругов либо труда одного из супругов были произведены вложения, значительно увеличивающие стоимость этого имущества (капитальный ремонт, реконструкция, переоборудование и другие).

В рассматриваемом случае спорные земельный участок и жилой дом были приобретены ФИО1 в октябре 2018 г. до вступления в брак с ФИО2 (июль 2021 г.)

Брачный договор, либо иное соглашение (договор), изменяющие режим общей совместной собственности имущества, сторонами не заключались.

Таким образом, применительно к настоящему спору предметом доказывания является объем и стоимость произведенных в спорном домовладении улучшений, их соотношение со стоимостью жилого дома и земельного участка, и производство указанных улучшений за счет общего имущества супругов, имущества каждого из них, труда одного из супругов.

Абзацем 3 пункта 2 статьи 256 Гражданского кодекса Российской Федерации также установлено, что имущество каждого из супругов может быть признано судом их совместной собственностью, если будет установлено, что в течение брака за счет общего имущества супругов или личного имущества другого супруга были произведены вложения, значительно увеличивающие стоимость этого имущества (капитальный ремонт, реконструкция, переоборудование и т.п.). Настоящее правило не применяется, если брачным договором между супругами предусмотрено иное.

При этом, суд принимает во внимание, что в силу закона юридически значимым обстоятельством, подлежащим установлению в ходе рассмотрения настоящего спора, является установление не всякого факта вложений в спорное имущество, а произведение таких вложений, которые значительно увеличивали бы стоимость этого имущества.

Понятие «значительное увеличение стоимости за счет совместных вложений» возможно в случае совершения супругами капитального ремонта или других значительных переустройств строения, принадлежащего одному из них на праве собственности.

В данном случае определяющим является соотношение реальной стоимости личного имущества супруга до и после производства упомянутых вложений.

Из технического плана, составленного по состоянию на 18 декабря 2017 г., на спорный объект недвижимости (жилой дом), следует, что дом 2014 г. постройки, имел общую площадь 102,8 кв.м, основное строение состояло из 11 помещений (т.3 л.д. 67, 68, 73-79).

Согласно отчету № 

<

№>н об оценке, подготовленному ООО «Центр экспертизы и оценки», представленному ФИО1 в банк при заключении ипотечного кредитного договора, рыночная стоимость жилого дома общей площадью 102,8 кв.м., расположенного по адресу: Республика Мордовия, 

<

...> по состоянию на 28 сентября 2018 г. составляет 2083000 руб., рыночная стоимость земельного участка - 298000 руб. Общая рыночная стоимость жилого дома с земельным участком - 2380000 руб.

Из фотоматериалов, содержащихся в указанном отчете, следует, что жилой дом является одноэтажным, имеется мансардное помещение с рамами и остеклением.

Согласно содержащейся в отчете характеристике в доме имеются оконные проемы-стеклопакеты ПВХ, имеется простая отделка в хорошем состоянии, имеются отопление, водоснабжение, газоснабжение, электроснабжение, канализация.

Из пояснений истца ФИО1, данных в ходе рассмотрения дела, следует о том, что основные ремонтные работы в доме и обустройство земельного участка проводились в период с 2019 г. по 2020 г. за счет вырученных ею денежных средств от продажи принадлежащего ей имущества, а именно квартиры и жилого дома с земельным участком, находящихся в Ульяновской области.

Как следует из представленного ФИО1 договора купли-продажи от 28 августа 2018 г. ФИО1 продала ФИО8 квартиру, расположенную по адресу: 

<

...>, продажная стоимость квартиры установлена в размере 1 950 000 руб.

Из договора купли-продажи от 18 июля 2019 г. следует, что ФИО1 продала ФИО9 и ФИО10 в общую долевую собственность земельный участок и расположенный на нем жилой дом, расположенные по адресу: 

<

...>. Указанный жилой дом и земельный участок проданы за 200000 руб. (п. 4 договора).

В подтверждение указанных обстоятельств ФИО1 представлены также:

- договор об оказании услуги по установке натяжного потолка от 27 сентября 2019 г., заключенный с ИП ФИО11, из которого следует, что заказчик поручил, а подрядчик обязался установить своими силами натяжной потолок в помещении по адресу: Республика Мордовия, 

<

...>. Стоимость договора 24600 руб. Оплата по договору произведена ФИО1 на основании квитанций от 27 сентября 2024 г. и 2 октября 2019 г.;

- договор на выполнение монтажных работ перегородок по адресу: Республика Мордовия, 

<

...> от 5 августа 2019 г., заключенный ФИО1 с ООО «ВитаАгроСтрой» на сумму 230000 руб. Оплата услуг по договору подтверждена квитанциями от 5 августа 2019 г. на сумму 85000 руб., 4 сентября 2019 г. на сумму 20000 руб., от 6 августа 2019 г. на сумму 20000 руб., от 5 сентября 2019 г. на суму 95 000 руб.

Кроме того, ФИО1 представлены фотоматериалы с изображением принадлежащих ей жилого дома, земельного участка, внутренней отделки помещений, а также видеозапись, датированные периодом с 2018 г. по 2020 г. (т.7 л.д.108-130, 152).

По ходатайству сторон в подтверждение обстоятельств, на которые ссылались стороны, судом первой инстанции были допрошены свидетели.

Свидетель ФИО12 показала, что в 2018 г. ФИО1 продала свою квартиру на ул. Попова г. Саранска, взяла ипотеку и купила дом в п. Берсеневские Выселки. Впервые в данном доме она была зимой 2018 г. либо в начале 2019 г. Дом был двухэтажный, внутри дома была баня. В 2019 г. ФИО1 начала делать ремонт дома силами наемных работников. С ФИО2 она ранее знакома не была, впервые увидела его в данном доме в 2023 г. или 2024 г.

Свидетель ФИО13 показала, что ФИО1 в 2018 г. продала квартиру в г. Саранске, после чего купила дом. На тот момент ФИО1 встречалась с ФИО14, но вместе они не жили. На момент покупки дом был жилой, в нем был второй этаж, баня, ФИО1 сделала в доме ремонт. После регистрации брака, ФИО1 и ФИО2 стали проживать в данном доме вместе.

Свидетель ФИО15 показала, что знакома с ФИО1 с 2011 г. с ФИО2 - с 2018 г. Ей известно, что ФИО1 продала свою квартиру в г. Саранске, взяла ипотеку и купила дом. На момент покупки дома первый этаж был жилой, имелась лестница на второй этаж, функционировала баня. Позже была сделана беседка, установлены ворота. Когда Лебедевы заезжали в дом, ФИО2 с ними не жил, совместно с ФИО1 они стали проживать после регистрации брака. После заключения брака, каких-либо значительных улучшений в доме не производилось.

Свидетель ФИО16 показал, что ФИО1 и ФИО2 заехали в спорный дом в конце 2018 г. На тот момент забора возле дома не было, навеса у гаража также не было. Он неоднократно с 2019 г. видел, что ФИО17 выполнял работы по дому, сделал отмостку дома, установил забор.

Свидетель ФИО18 показала, что со второй половины 2018 г. ФИО2 и ФИО1 проживали в спорном доме вместе, после их заезда дом внешне сильно изменился, производились ли какие-либо работы внутри дома ей неизвестно.

Свидетель ФИО19 показал, что в 2018 г. ФИО2 и ФИО1 проживали вместе в спорном доме. Так как он является строителем, по просьбе ФИО2 в 2018 г. он помогал ему обустраивать баню, укладывал плитку, обкладывал печку, делал пропитку бани. В процессе работы необходимый материал в основном уже находился в бане, необходимые для работы мелочи покупал ФИО2 На тот момент в доме жили: бабушка, дочь ФИО1, ФИО2 также проживал в доме, там же находились его вещи.

Свидетель ФИО20 показал, что ФИО2 и ФИО1 проживали в спорном доме с 2018 г., он познакомился с ФИО2 в 2019 г., когда у них родился сын. На тот момент в доме находились две комнаты, кухня, душ, не был сделан второй этаж, забор, были сделаны гараж, навес, ворота. Также по просьбе ФИО2 он привозил ему трубы, цемент, кирпич, ФИО2 расплачивался с ним деньгами, чьи это были деньги ему не известно.

Свидетель ФИО21 показал, что в 2018 г. ФИО2 вместе с женой ФИО1 искали для покупки дом, после покупки стали в нем проживать, также с ними проживала бабушка. На момент покупки дома он представлял из себя пустую коробку, на 2 этаже ничего не было, баня не функционировала. Примерно в 2020 г. по просьбе ФИО2 он давал ему трубы, б/у кирпич, также неоднократно давал в долг деньги, которые тот своевременно возвращал. На какие средства был приобретен жилой дом ему не известно.

Свидетель ФИО22 показал, что спорный жилом дом он строил для своих родственников, однако впоследствии решил продать его. ФИО2 приезжал смотреть дом совместно с ФИО1, аванс за дом был внесен ФИО1 На момент продажи дома он был жилой, второй этаж представлял собой чердак. В 2023 г. он видел, что была застеклена веранда, обустроен 2 этаж, сделана баня, сделан новый забор.

Из искового заявления ФИО2 следует, что в период совместного брака с ФИО1 были произведены неотделимые улучшения жилого дома и земельного участка, а именно: построена терраса, построен второй этаж жилого дома, произведена частичная реконструкция комнат жилого дома и их отделки, окончено строительство беседки и бани на земельном участке.

В подтверждение доводов о приобретении строительных и отделочных материалов для реконструкции жилого дома и обустройства земельного участка ФИО2 представлены кассовые и товарные чеки, накладные, договор купли-продажи строительных и отделочных материалов, договор на поставку ПВХ конструкций от 20 июня 2023 г. за период времени с сентября 2021 г. по май 2024 г. (т.2 л.д.90-126), а также отчет о рыночной стоимости жилого дома и земельного участками по состоянию на 8 августа 2024 г.

Перечень строительно-ремонтных, монтажных и отделочных работ приведен подробно ФИО2 в письменном заявлении от 18 августа 2025 г.

Для проверки доводов сторон о стоимости неотделимых улучшений спорного имущества квартиры, а также о рыночной стоимости объектов недвижимости, заявленных к разделу, судебной коллегий по ходатайству стороны истца по встречному иску назначена судебная строительно-техническая экспертиза.

Согласно выводам, сделанным в заключении ООО «Ульяновская лаборатория строительно-технической экспертизы» 

<

№> от 30 октября 2025 г., и дополнении к нему, площадь объекта жилого дома, расположенного по адресу: 

<

адрес>, согласно данным правоустанавливающих документов составляет 102,8 кв.м., из них общая площадь жилых помещений – 48,4 кв.м. После произведенных в доме улучшений площадь жилого дома увеличилась и составляет на момент проведения экспертного осмотра 249,8 кв.м. Изменение площади объекта, в том числе первого этажа вызвано реконструкцией объекта, произведенной перепланировкой, а также изменением правил расчета общей площади жилого дома. Площадь первого этажа составляет 177,1 кв.м., площадь мансардного этажа – 72,7 кв.м.

В период с 2018 г. после приобретения жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу: 

<

адрес>, на дату проведения экспертного осмотра произведено увеличение площади за счет произведенной реконструкции объекта, перепланировки. Согласно сопоставления планов планировки помещения по состоянию на 17 февраля 2017 г. и на момент осмотра, выполнены следующие работы:

- устройство террасы, площадью 35,7 кв.м.,

- строительство пристроя, площадью 15,6 кв.м.,

- демонтаж перегородок в помещении коридора, площадью 12,8 кв.м., общей площадью 9,96 кв.м. (без учета проема), 8,32 кв.м. (с учетом проема);

- устройство лестницы в помещении коридора, площадью 12,8 кв.м.,

- строительство пристроя, площадью 5,7 кв.м.;

- обустройство мансардного этажа, общей площадью 72,7 кв.м.

- устройство перегородок, общей площадью 59,4 кв.м. (без учета проема), 52,8 кв.м. 9с учетом проема);

- устройство 4 дверных блоков.

Жилой дом представляет собой одноэтажное здание с мансардным этажом. При исследовании ортофотопланов из системы Гугл-Земля, а именно схемы организации земельного участка по состоянию на 26 мая 2018 г. (на момент продажи) и по состоянию на 3 августа 2025 г. установлено, что:

с момента приобретения указанного имущества (10 октября 2018 г.) до заключения брака (8 июля 2021 г.) выполнены следующие работы:

- в период с 2018 г. по 2019 г. – произошло увеличение бетонной площадки;

- в период с 2019 г. по 2020 г. – произошла реконструкция хозблока;

- в период с июня по август 2020 г. – произошло строительство пристроя с тыльной стороны жилого дома.

С момента заключения брака (8 июля 2021 г.) по 13 мая 2024 г. )дата прекращения брачных отношений между сторонами), а также на момент производства экспертизы:

- в период с 2022 г. по 2023 г. – строительство террасы;

- в период с 2022 г. по 2023 г. – появление колодца;

- в период с 2023 г. по 2025 г. – устройство бетонных дорожек.

- в период с 2018 г. по 2019 г. увеличение бетонной площадки.

Кроме того, в период с июня по август 2021 г. – выполнено строительство бетонной площадки под мангальную зону.

Рыночная стоимость жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу: Республика Мордовия, Лямбирский район, п. Берсеневскме выселки, ул. Полевая, д. 2в, составляет:

- на момент заключения между сторонами брака – 8 июля 2021 г. - 5848342 руб., при этом рыночная стоимость земельного участка – 1176844 руб., рыночная стоимость жилого дома – 4671498 руб.;

- по состоянию на 13 мая 2024 г. (дата прекращения брачных отношений между сторонами) - 14573825 руб., при этом рыночная стоимость земельного участка – 1507989 руб., рыночная стоимость жилого дома – 13065836 руб.;

- по состоянию на дату проведения исследования (сентябрь 2025 г.) – 16248 621 руб., при этом рыночная стоимость земельного участка – 1681 284 руб., рыночная стоимость жилого дома – 14567 337 руб.

На основании произведенных расчетов экспертами сделаны выводы, что увеличение рыночной стоимости имущества с момента его приобретения (10 октября 2018 г.) до момента заключения брака (8 июля 2021 г.) и по состоянию на 13 мая 2024 г. (дата прекращения брачных отношений) произошло из-за уровня инфляции в период с октября 2018 г. по июль 2021 г. – 14,91%, с июля 2021 г. по май 2024 г. на 29,09 %, а также производимых улучшений имущества, в частности увеличения площади жилого дома с 102,8 кв. до 249,8 кв.м.

В исследовательской части заключения экспертами установлен перечень строительных, ремонтных и отделочных работ, улучшений по реконструкции и перепланировки жилого дома, а также по обустройству земельного участка, который касается проведения ремонтных работ на первом этаже, установки лестницы с первого на второй этаж, монтажа чернового пола на втором этаже, черновой обшивки крыши, монтажа перегородок на втором этаже, отделочных работ комнат и санузла второго этажа, проведения инженерных систем на втором этаже, строительства и отделки террасы, монтажа навеса вокруг дома, постройки крыльца, а также обустройства придомовой территории, в результате которых экспертами установлена стоимость улучшений жилого дома по состоянию на дату проведения экспертного обследования, фактически произведенных:

- с момента приобретения спорного имущества (10 октября 2018 г.) до заключения брака (8 июля 2021 г.) – 1108568 руб. 93 коп.,

- с момента заключения брака (8 июля 2021 г.) до 13 мая 2024 г. (дата прекращения брачных отношений между сторонами) – 1104547 руб. 85 коп.;

- с момента приобретения спорного имущества (10 октября 2018 г.) до 13 мая 2024 г. (дата прекращения брачных отношений между сторонами) (точно установить период не представляется возможным) – 996877 руб. 28 коп.;

- с момента приобретения спорного имущества (10 октября 2018 г.) до момента проведения экспертизы (точно установить период не представляется возможным) – 201383 руб. 08 коп.

У судебной коллегии не имеется оснований не доверять выводам экспертов, обладающих необходимой квалификацией, поскольку данная экспертиза проведена в строгом соответствии с законом об экспертной деятельности, эксперты предупреждены судом об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации, указывает на применение методов исследований, основывается на исходных объективных данных; в заключении указаны данные о квалификации экспертов, их образовании, стаже работы.

Обоснованность экспертного заключения ООО «Ульяновская лаборатория строительно-технической экспертизы» № 2989С/2025 от 30 октября 2025 г. подтверждается показаниями экспертов ФИО23, ФИО24, допрошенных в ходе судебного заседания.

Исходя из выводов экспертов, стоимость работ по неотделимым улучшениям жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу: 

<

адрес> произведенных в период с момента заключения между сторонами брака (8 июля 2021 г.) до 13 мая 2024 г. (момента прекращения между сторонами брачных отношений), рассчитанная по состоянию на текущий момент, составляет 1104547 руб., при этом общая стоимость спорного имущества с момента заключения брака до даты проведения экспертного обследования увеличилась на 10400297 руб. (16248621 руб. – 5848342 руб.).

Однако, рыночная стоимость жилого дома, приобретенного ФИО1 на момент заключения брака, была определена экспертом в размере 4671498 руб., исходя из общей площади в 102,8 кв.м., а на момент производства экспертизы общая площадь жилого дома составляла 249,8 кв.м., исходя из которой и была определена рыночная стоимость на текущий момент. При этом, из материалов дела следует и установлено экспертами, что до заключения брака площадь первого этажа с момента приобретения дома в 2018 г. была увеличена до 177,1 кв.м. за счет: строительства до заключения брака пристроя, площадью 15,6 кв.м., а также строительства в период брака пристроя площадью 5,7 кв.м. и террасы площадью 35,7 кв.м. В общую площадь жилого дома (249,8 кв.м.) входит и площадь мансардного этажа (72,7 кв.м.), существовавшего на момент приобретения ФИО1 жилого дома, но обустройство которого, включая устройство перегородок, дверных блоков, проведение отделочных работ помещений второго этажа и инженерных коммуникаций, как установлено экспертами было произведено на протяжении периода времени с момента приобретения дома до мая 2024 г. Стоимость проведения указанных работ составляет 996877 руб. 28 коп., при этом экспертами точно установить период времени их проведения, за исключением монтажа перегородок второго этажа не представилось возможным.

При этом, обязанность по доказыванию факта таких вложений, значительно увеличивающих стоимость имущества, возлагается законом на супруга, требующего признать личное имущество другого супруга их общей собственностью (то есть в данном случае на истца по встречному иску).

Таким образом, супруг, требующий признания имущества, принадлежащего другому супругу, их общим имуществом, вправе претендовать лишь на половину той части имущества, которая создана за счет общих средств.

Между тем, вопреки требованиям статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации бесспорных доказательств проведения указанных работ на сумму 996877 руб. 28 коп. по улучшению домовладения именно в период брака за счет общих средств супругов ФИО2 не представлено.

Допрошенные в судебном заседании свидетели ФИО19, ФИО25, ФИО21, ФИО18 и ФИО16 подтвердили лишь факт выполнения ФИО2 отдельных работ в указанном жилом доме на протяжении периода времени с 2018 г. по 2024 г.

Однако, данных о том, какие конкретно работы были выполнены по обустройству жилого дома и земельного участка в конкретный период времени, указанные показания не содержат.

Экспертом также установлено, что стоимость работ по неотделимым улучшениям земельного участка, произведенных в период брака сторон, составляет всего 45060 руб. 73 коп. (заливка бетоном зоны барбекю – 23992 руб. 01 коп. и отделка колодца – 21168 руб. 71 коп.), при рыночной стоимости земельного участка 1176844 руб. (на момент заключения брака) и 1681284 руб. на момент проведения исследования.

В этой связи, исходя из определённой экспертами стоимости неотделимых улучшений жилого дома и земельного участка и рыночной стоимости указанных объектов, являющихся самостоятельными объектами права собственности, государственная регистрация на которые производится раздельно, судебная коллегия приходит к выводу, что произведенные улучшения, хотя и способствовали, в том числе, увеличению стоимости имущества, но не являлись существенными и не привели к значительному увеличению стоимости жилого помещения и земельного участка, что исключает необходимую совокупность обстоятельств, позволяющих отнести спорные объекты недвижимости к режиму совместно нажитого в соответствии с положениями статьи 37 Семейного кодекса Российской Федерации и определить доли супругов в таковом.

Кроме того, учитывая, что стоимость неотделимых улучшений, произведенных сторонами в период фактического ведения совместного хозяйства, предполагает вложение сторонами денежных средств в равных долях, следовательно, в процентном соотношении стоимость неотделимых улучшений, приходящихся на долю истца по встречному иску (1104547 руб. 85 коп./2), составляет 3,5% от стоимости жилого дома и земельного участка – 16248621 руб., что не может являться существенным, а незначительное вложение ФИО2 денежных средств (552273 руб. 93 коп.), в отсутствие соответствующего письменного соглашения между сторонами о возникновении общей собственности на имущество, само по себе, не приводит к возникновению права собственности у лица, совершившего эти вложения.

Сами по себе факт производства ремонтных работ личным трудом и приобретение в период брака строительных материалов, на что ссылается ФИО2, не свидетельствуют о существенном улучшении жилого дома и земельного участка.

Кроме того, вопреки доводам стороны истца по встречному иску, исходя из выводов заключения экспертов увеличение изначальной стоимости спорного домовладения, его стоимости на момент заключения брака помимо проведения реконструкции, перепланировки и внутренних отделочных работ вызвано, в том числе, инфляционными процессами и ценообразованием.

При этом, доводы ФИО2 и его представителей о том, что произведенная в период брака сторон реконструкция жилого дома способствовала значительному увеличению его стоимости, вследствие чего имеются общие основания для признания его совместно нажитым имуществом, судебной коллегией отклоняются, так как материалами дела (технической документацией, заключениями судебной экспертизы) бесспорно подтверждается, что уже в 2018 г., то есть за три года до заключения брака сторон, спорный жилой дом представлял собой одноэтажное строение площадью 102,8 кв.м., с мансардой, площадью 72,7 кв.м., в отношении которого до брака было произведено строительство пристроя площадью 15,6 кв.м. на первом этаже и начаты работы по оборудованию мансардного этажа, в период брака сторон и после него были произведены завершающие работы по реконструкции жилого дома, увеличившие площадь такового.

При этом доводы стороны истца по встречному иску о подложности и фальсификации представленных ФИО1 доказательств, а именно договора на монтажные работы 

<

№> от 5 августа 2019 г., заключенного с ООО «ВитаАгроСтрой» и договора об оказании услуг по установке натяжного потолка от 27 сентября 2019 г., заключённого с ИП ФИО11 а также платежных документов об оплате указанных работ, не могут служить основанием для удовлетворения заявленных ФИО2 исковых требований в указанной части.

Для проверки доводов истца по встречному иску ФИО2, оспаривающего давность составления представленного ФИО1 доказательства – договора на монтажные работы № 519 от 5 августа 2019 г., судом была назначена судебная техническая экспертиза документов.

Между тем ответчиком по встречному иску ФИО1 согласие на применение разрушающих методов исследования документа не дано.

С учетом того, что данный документ является для ФИО1 юридически значимым, ее отказ от применения разрушающих методов исследования при проведении экспертизы не может быть признан недобросовестным осуществлением своих процессуальных прав, злоупотреблением правом.

Следует учитывать, что указанное доказательство, в отношении которого судом была назначена экспертиза, согласуется с другими представленными ФИО1 доказательствами и не противоречат им, а именно с представленными фотоматериалами (т. 7 л.д. 114 – 116, 124, 125, 127), по состоянию на 2019 г., из которых следует, что на втором этаже спорного жилого дома ведутся работы по оборудованию раздельных помещений, а также заключением экспертов, которыми определено время проведения работ по монтажу перегородок второго этажа - в период с 2018 г. по 2020 г.

В связи с чем, само по себе отсутствие выводов эксперта по поставленному судом вопросу о давности составления оспариваемого документа не свидетельствует о том, что юридически значимые обстоятельства по делу не установлены.

Тогда как осуществление ФИО1 на основании заключенного с ООО «ВитаАгроСтрой» договора работ по монтажу перегородок второго этажа в период до заключения брака сторон, даже в отсутствие письменной формы договора, подтверждается совокупностью иных указанных выше доказательств.

Что касается договора об оказании услуг по установке натяжного потолка от 27 сентября 2019 г., то согласно экспертному заключению работы по установке натяжных потолков в помещениях второго этажа жилого дома отнесены экспертом к периоду выполнения работ в период с 2020 г. по 2023 г. Точный период времени установить не представилось возможным.

При таких обстоятельствах, в отсутствие обстоятельств, с которыми закон связывает возможность признания права собственности на долю недвижимого имущества, принадлежащего на праве личной собственности другому супругу (производство в доме работ по капитальному ремонту, реконструкции или переоборудованию, которые бы повлекли существенное удорожание спорного объекта недвижимости), при том, что стоимость ремонтных работ, являющихся средством приведения жилого помещения и земельного участка в пригодное и комфортное для проживания семьи состояние, не может рассматриваться как вложения, влекущие возникновение у стороны права собственности на долю жилого дома и земельного участка, оснований для признания спорных объектов недвижимости совместно нажитым имуществом сторон и определения долей супруга в них не имеется.

Судебной коллегией также отмечается, что положения статьи 37 Семейного кодекса Российской Федерации не регулируют порядок определения долей сторон при разделе имущества и не исключают возможность учета личных средств супруга, вложенных в создание объекта совместной собственности.

Между тем, положения статьи 38 Семейного кодекса Российской Федерации предусматривают возможности взыскания в порядке раздела совместно нажитого имущества денежных средств в счет супружеской доли в качестве компенсации за неотделимые улучшения в жилом доме, принадлежащем одному из супругов, однако данных требований стороной истца по встречному иску не заявлялось. ФИО2 заявлено исключительно требование о признании совместно нажитым имуществом именно спорных объектов недвижимости, а не вложений, произведенных в период брака.

При этом доводы ФИО1 о том, что экспертом необоснованно включено в стоимость неотделимых улучшений жилого дома и земельного участка, определенной в размере 1104547 руб., работы, связанные с обустройством террасы (название помещения согласно пояснениям ФИО2), монтаж навеса вокруг дома, установка панорамной пластиковой рамы с входной группой, заливка отмостки и постройка крыльца, подлежат отклонению, исходя из следующего.

Из экспертного заключения также следует, что с 2018 г. на дату осмотра жилого дома произошло увеличение площади дома, в том числе за счет устройства террасы площадью 35,7 кв.м., строительства пристроя площадью 15,6 кв.м., строительства пристроя, площадью 5,7 кв.м.

Анализируя данные при исследовании спутниковой съемки, эксперт делает вывод, что строительство пристроя с тыльной стороны жилого дома, площадью 15,6 кв.м. осуществлено в период с июня по август 2020 г. (рис № 16 (снизу) по состоянию на 22 августа 2020 г., а строительство террасы (навеса вокруг дома) произошло в период с 2022 г. по 2023 г. (рис. № 20 по состоянию на 25 мая 2023 г. (страница 78 экспертного заключения). На указанной схеме изображена терраса, представляющая собой навес около стены дома с тыльной стороны, рядом с пристроем. Вид на террасу также отображен экспертом на фото № 20-25, 132 приложения к экспертному заключению.

Из объяснений истца ФИО1 следует, что пристрой с тыльной стороны жилого дома, площадью 15,6 кв.м., представляет собой летнюю веранду, отображённую экспертом в представленном им фотоматериале как «летняя кухня» (фото 12, 13, 123 -131 приложения экспертного заключения).

На указанных фото изображена внутренняя и внешняя отделка указанного помещения, из которых следует, что оно представляет собой закрытое, остекленное помещение, стены которого частично отделаны декоративным горбылем.

На фото №26-32 изображена входная группа жилого дома, представляющая собой отмостку, крыльцо, холодную веранду, с напольным покрытием – линолеум.

Оспаривая заключение эксперта в указанной части, сторона ответчика по встречному иску, ссылается на то, что установка панорамной пластиковой рамы с входной группой, строительство и отделка летней кухни (террасы согласно заключению эксперта), монтаж навеса вокруг дома, строительство крыльца были произведены частично в период с 2018 г. по 2020 г.

Между тем, согласно представленным истцом фотоматериалам (т.7 л.д. 108-130) у жилого дома по состоянию на 26 сентября 2018 г. (фото № 1) имеется входная группа, представляющая собой не застекленное помещение. На фото № 2 изображен жилой дом с входной группой, застекленной панорамной пластиковой рамой, при этом сведений о том, в какой период времени сделано указанное фото, а также видеозапись, не имеется. Иных сведений, подтверждающих установление панорамной пластиковой рамы с входной группой, а также выполнение работ по заливке отмостки и постройки крыльца до брака (июль 2021 г.), ФИО1 не представлено.

Кроме того, допрошенные в судебном заседании эксперты показали, что установленное ими время производства отдельных работ по улучшению жилого дома ими определялись, в том числе, на основании дат производства оконных блоков в отдельных помещениях.

На представленном ФИО1 фото (т. 7 л.д. 113, сделанном со спутниковой съемки, следует, что по состоянию на 22 августа 2020 г. имеется летняя веранда, что соответствует данным и выводам, содержащимся в экспертном заключении о строительстве так называемого пристроя (летняя кухня) в 2020 г. Между тем, представленные стороной истца фото, сделанные на день рождения ее бабушки в сентябре 2020 г., не опровергают выводы экспертного заключения о том, что обустройство основания указанного помещения (металло-каркас), потолка (вагонка, имитация бруса), отделка стен, установка панорамных и пластиковых окон, монтаж напольных влагостойких панелей, отделка снаружи (металлический блок-хаус/имитация бревна), выполнены в период брака сторон. На представленных ФИО1 фотоматериалах имеется изображение только двух стен указанного помещения, на одной из которых имеется отделка «декоративный горбыль», и из которых кроме того усматривается, что внутренняя отделка потолка отсутствует и помещение находится в стадии ремонтных работ. При этом определить в полном объеме состояние указанного помещения на 2020 г. и сравнить с состоянием помещения на момент производства экспертизы, из представленного фото не представляется возможным. Кроме того, на фото 131 приложения экспертного заключения отображено, что дата производства оконного блока в данном помещении – 18 мая 2023 г., что также свидетельствует об установке панорамных окон помещения в период брака.

Иных доказательств вопреки выводам, сделанным экспертом о произведённых в период брака работах в указанном помещении, как и работ, связанных с монтажом навеса вокруг дома и перил террасы, в материалах дела не имеется.

В связи с указанным, доводы ФИО1 о том, что работы, связанные с обустройством террасы (название помещения согласно пояснениям ФИО2), монтажом навеса вокруг дома, установкой панорамной пластиковой рамы с входной группой, заливкой отмостки и постройкой крыльца, выполнены до заключения брака с ФИО2, не нашли своего объективного подтверждения в ходе рассмотрения дела.

При таких обстоятельствах, принимая во внимание представленные сторонами доказательства, судебная коллегия приходит к выводу об отказе ФИО2 в удовлетворении заявленного им требования о признании спорных объектов недвижимости, приобретенных ФИО1 до брака, совместно нажитым имуществом и определении его доли в нем.

Истцом ФИО1 в судебном заседании представлено заявление об отказе от исковых требований в части признания ФИО2 утратившим право пользования спорным жилым помещением и его выселении, в связи с добровольным удовлетворением заявленных ею требований ответчиком и его выездом после обращения в суд с указанным иском. Просила производство по делу в указанной части прекратить, указав, что последствия отказа от иска и прекращения производства по делу ей понятны.

В судебном заседании, представители ответчика ФИО2 – Юрченков Р.В. и Богомяков Л.А. против принятия отказа от искового требования и прекращения производства по делу в указанной части не возражали.

Согласно части первой статьи 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации истец вправе изменить основание или предмет иска, увеличить или уменьшить размер исковых требований либо отказаться от иска, ответчик вправе признать иск, стороны могут окончить дело мировым соглашением.

Порядок и последствия рассмотрения заявления об отказе истца от иска или заявления сторон о заключении мирового соглашения определяются по правилам, установленным частями второй и третьей статьи 173, главой 14.1 настоящего Кодекса. При принятии отказа истца от иска или при утверждении мирового соглашения сторон суд апелляционной инстанции отменяет принятое решение суда и прекращает производство по делу. В случае признания ответчиком иска и принятия его судом апелляционной инстанции принимается решение об удовлетворении заявленных истцом требований (часть вторая).

Учитывая, что отказ от части исковых требований не противоречит закону и не нарушает права и законные интересы других лиц, судебная коллегия принимает отказ истца от иска в части заявленного ею требования о признании ФИО2 утратившим право пользования жилым помещением и его выселении.

Как указано в заявлении, последствия отказа от иска и прекращения производства по делу в указанной части, предусмотренные статьями 220, 221 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, ФИО1 понятны.

В связи с отказом истца от части исковых требований, производство по делу в указанной части подлежит прекращению.

В силу части 1 статьи 144 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обеспечение иска может быть отменено тем же судьей или судом по заявлению лиц, участвующих в деле, либо по инициативе судьи или суда.

В соответствии с частью 3 статьи 144 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в случае отказа в иске принятые меры по обеспечению иска сохраняются до вступления в законную силу решения суда. Однако судья или суд одновременно с принятием решения суда или после его принятия может вынести определение суда об отмене мер по обеспечению иска. При удовлетворении иска принятые меры по его обеспечению сохраняют свое действие до исполнения решения суда.

По смыслу указанной нормы суд обязан отменить меры обеспечения иска, когда отпадает необходимость в таковой мере или обеспечении иска вообще. Это обусловлено целью ее применения и возможным изменением в процессе производства по делу обстоятельств, явившихся основанием к применению меры обеспечения иска. Из содержания указанных норм следует, что как при принятии мер обеспечения, так и при их отмене должна учитываться необходимость их применения либо продления их действия, обусловленная возможностью возникновения неблагоприятных последствий их непринятия либо отмены в виде затруднения исполнения решения суда.

Определением Лямбирского районного суда Республики Мордовия от 23 декабря 2024 г. приняты меры по обеспечению иска, наложен арест на жилой дом с кадастровым номером 

<

№> и земельный участок с кадастровым номером 

<

№> расположенные по адресу: 

<

адрес> наложен арест на транспортное средство марки «ВАЗ 21703» модель LADA PRIORA, идентификационный номер (VIN) 

<

№> 2007 года выпуска.

Поскольку в удовлетворении исковых требований ФИО2 о признании жилого дома и земельного участка совместно нажитым имуществом и признании за ним права собственности на 1/3 доли в праве общей долевой собственности отказано, у суда не имеется оснований для сохранения обеспечительных мер в дальнейшем в виде наложения ареста.

В соответствии со статьей 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В силу части 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в указанной статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Как видно из материалов дела истцом ФИО1 оплачена государственная пошлина в размере 950 руб., по заявленным ею требованию о расторжении брака – 650 руб. и по требованию признании утратившим право пользования жилым помещением и выселении – 300 руб.

Ответчиком (истцом по встречному иску) ФИО2 при подаче встречных исковых требований о признании сделки недействительной, разделе совместно нажитого имущества и взыскании компенсации в счет половины произведенных платежей по кредитному договору оплачена государственная пошлина в общем размере 27595 руб.

Согласно подпункту 3 части 1 статьи 333.40 Налогового кодекса Российской Федерации при заключении мирового соглашения (соглашения о примирении), отказе истца (административного истца) от иска (административного иска), признании ответчиком (административным ответчиком) иска (административного иска), в том числе по результатам проведения примирительных процедур, до принятия решения судом первой инстанции возврату истцу (административному истцу) подлежит 70 процентов суммы уплаченной им государственной пошлины, на стадии рассмотрения дела судом апелляционной инстанции - 50 процентов, на стадии рассмотрения дела судом кассационной инстанции, пересмотра судебных актов в порядке надзора - 30 процентов.

Учитывая, что ФИО1 отказалась от иска в части заявленного ею требования о признании ФИО2 утратившим право пользования жилым помещением и его выселении, исковое требование истца о расторжении брака удовлетворено судом, ФИО1 за счет ФИО14 подлежат возмещению судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 550 руб., согласно следующему расчету (400 руб. (по требованию о расторжении брака согласно пункту 5 части 1 статьи 333.19 НК РФ (в редакции, действующей на момент обращения истца с указанным иском) + 150 руб. (50 % от 300 руб. по требованию о признании утратившим право пользования жилым помещением и выселении). Государственная пошлина в размере 400 руб. подлежит возврату истцу из бюджета Лямбирского района Республики Мордовия (250 руб. как излишне уплаченная при подаче иска о расторжении брака) + 150 руб. ((50 % от 300 руб. по требованию о признании утратившим право пользования жилым помещением и выселении).

Поскольку встречные исковые требования ФИО2 удовлетворены судом частично, при этом исковое требование истца о взыскании компенсации в счет половины произведенных платежей по кредитному договору признано ФИО4 в полном объеме, то в его пользу с ФИО1 подлежат возмещению расходы по оплате государственной пошлины в размере 5106 руб., согласно следующему расчету:

2866 руб. (по требованию о взыскании компенсации при разделе совместно нажитого имущества - транспортного средства (88850 руб. – 20000 руб.) х 3% +800;

2240 руб. (163951 руб. (компенсация в счет половины произведенных платежей по кредитному договору) – 100000) х 2% + 3200 руб.) х 50 %.

С учетом произведенного взаимозачета взысканных со сторон судебных расходов по оплате государственной пошлины, с ФИО1 в пользу ФИО2 подлежат возмещению понесенные судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 4556 руб., согласно следующему расчету: 5106 руб. (2866 руб. +2240) – 550 руб.

В соответствии с подпунктом 3 части 1 статьи 333.40 Налогового кодекса Российской Федерации ФИО2 подлежит возврату из бюджета государственная пошлина в размере 2240 руб.

Руководствуясь статьями 173, 198, 220, 221, 326, 326.1, пунктом 2 статьи 328, пунктом 2 части четвертой статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Мордовия

определила:

принять отказ прокурора Лямбирского района Республики Мордовия Кандрина А.И. от апелляционного представления на решение Лямбирского районного суда Республики Мордовия от 26 февраля 2025 г. и прекратить апелляционное производство по соответствующему апелляционному представлению.

Решение Лямбирского районного суда Республики Мордовия от 26 февраля 2025 г. отменить.

Принять отказ ФИО1 от искового требования к ФИО2 о признании его утратившим права пользования жилым помещением, расположенным по адресу: 

<

адрес>, и выселении.

Производство по гражданскому делу в указанной части прекратить.

Разъяснить, что повторное обращение в суд по спору между теми же сторонами, о том же предмете и по тем же основаниям не допускается.

Исковое требование ФИО1 к ФИО2 о расторжении брака удовлетворить.

Расторгнуть брак, зарегистрированный 8 июля 2021 г. между ФИО5 и ФИО1, отделом ЗАГС администрации Лямбирского муниципального района Республики Мордовия (актовая запись 

<

№>).

Встречные исковые требования ФИО2 к ФИО1, ФИО3 о разделе совместно нажитого имущества удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ года рождения (паспортные данные 

<

№> № 

<

№> в пользу ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ года рождения (паспортные данные 

<

№> № 

<

№>) компенсацию при разделе совместно нажитого имущества в размере 88850 (восемьдесят восемь тысяч восемьсот пятьдесят) руб., компенсацию в счет оплаты половины произведенных ежемесячных платежей по кредитному договору 

<

№> от 10 октября 2018 г. в размере 163951 (сто шестьдесят три тысячи девятьсот пятьдесят один) руб.

В удовлетворении исковых требований ФИО2 к ФИО1, ФИО3 о признании сделки недействительной, применении последствий ее недействительности, взыскании неосновательного обогащения, признании совместно нажитым имуществом жилого дома и земельного участка и признании права собственности на 1/3 доли в праве общей долевой собственности на жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу: 

<

адрес>, отказать.

Отменить меры по обеспечению иска, принятые определением Лямбирского районного суда Республики Мордовия от 23 декабря 2024 г. в виде наложения ареста на жилой дом с кадастровым номером 

<

№> и земельный участок с кадастровым номером 

<

№>, расположенные по адресу: 

<

адрес>

Взыскать с ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ года рождения (паспортные данные 

<

№> № 

<

№> в пользу ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ года рождения (паспортные данные 

<

№> № 

<

№>) в счет возмещения расходов по оплате государственной пошлины 4556 руб. (четыре тысячи пятьсот пятьдесят шесть) руб.

Возвратить ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ года рождения (паспортные данные 

<

№> № 

<

№>) из бюджета Лямбирского муниципального района Республики Мордовия излишне оплаченную государственную пошлину в размере 250 (двести пятьдесят) руб., согласно чеку (операция от 16 мая 2024 г. время 11:17:47) и оплаченную государственную пошлину в размере 150 руб. (сто пятьдесят) руб., согласно чеку (операция от 15 июля 2024 г. время 17:36:52)

Возвратить ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ года рождения (паспортные данные 

<

№> № 

<

№>) из бюджета Лямбирского муниципального района Республики Мордовия оплаченную государственную пошлину в размере 2240 руб. (две тысячи двести сорок) руб., согласно чеку (операция от июня 2024 г.).

Определение суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в Первый кассационный суд общей юрисдикции (г. Саратов) через суд первой инстанции по правилам, установленным главой 41 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в течение трех месяцев.

Председательствующий В.А. Пужаев

Судьи Ю.Р. Аитова

О.А. Куманева

Мотивированное апелляционное определение составлено 15 декабря 2025 г.

Судья Верховного Суда

Республики Мордовия О.А. Куманева