РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

24 января 2020 г. г. Грозный

Грозненский гарнизонный военный суд в составе: председательствующего Терентьева О.Д., при помощнике судьи ФИО1, с участием административного истца ФИО4, его представителя ФИО2, прокурора – помощника военного прокурора № военной прокуратуры гарнизона 

<

данные изъяты> ФИО3, рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении военного суда административное дело № 2а-11/2020 по административному исковому заявлению бывшего военнослужащего войсковой части № 

<

данные изъяты> ФИО4 об оспаривании действий воинских должностных лиц, связанных с привлечением к дисциплинарной ответственности, увольнением с военной службы в запас и исключением из списков личного состава воинской части,

установил:

ФИО4 обратился в суд с административным исковым заявлением, в котором с учетом последующих уточнений просил: 

- признать незаконными приказы командира войсковой части № от 27 августа 2019 г. № 206 и от 31 августа 2019 г. № 210 в части привлечения его к дисциплинарной ответственности, а также обязать указанное воинское должностное лицо отменить названные приказы;

- признать незаконными приказы командира войсковой части № от 9 октября 2019 г. № 174 и командира войсковой части № от 3 декабря 2019 г. № 290 в части досрочного увольнения его с военной службы в запас и исключения из списков личного состава воинской части, а также обязать названных воинских должностных лиц отменить данные приказы и восстановить его на военной службе и в списках личного состава воинской части, обеспечить всеми видами довольствия, недополученного после необоснованного увольнения и исключения из списков личного состава воинской части;

- взыскать с войсковой части № в его пользу денежную компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей.

Определением судьи Грозненского гарнизонного военного суда от 16 января 2020 г. требование ФИО4 о взыскании с войсковой части № в его пользу денежной компенсации морального вреда в размере 100 000 рублей выделено в отдельное производство и по нему возбуждено гражданское дело № 2-22/2020.

Кроме того, определением суда от 24 января 2020 г. производство по данному административному делу в части требований административного истца о признании незаконным приказа командира войсковой части № от 27 августа 2019 г. № 206 в части применения к нему дисциплинарного взыскания прекращено, поскольку оспариваемый приказ добровольно отменен административным ответчиком, в связи с чем перестал затрагивать права, свободы и законные интересы административного истца.

В судебном заседании административный истец ФИО4 и его представитель ФИО2 оставшиеся требования административного искового заявления поддержали и просили их удовлетворить, пояснив, каждый в отдельности, что ранее ФИО4 проходил военную службу по контракту в войсковой части № в должности 

<

данные изъяты> и был досрочно уволен с военной службы в запас в связи с невыполнением условий контракта. Однако, по мнению ФИО4, оспариваемые им приказы командиров войсковых частей № и № о привлечении его к дисциплинарной ответственности, увольнении с военной службы в запас и исключении из списков личного состава воинской части являются незаконными, поскольку в период военной службы он воинскую дисциплину не нарушал и добросовестно исполнял все общие, должностные и специальные обязанности военнослужащего, а каких-либо дисциплинарных проступков, которые могли послужить основанием для его увольнения с военной службы, не совершал.

Надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного заседания административные ответчики – командиры войсковых частей № и №, а также заинтересованное лицо — руководитель ФКУ «Управление финансового обеспечения Министерства обороны Российской Федерации по Республике Северная Осетия — Алания» в суд не прибыли и о причинах своей неявки не сообщили, что не препятствует рассмотрению данного дела в их отсутствие.

Заслушав объяснения лиц, участвующих в деле, заключение прокурора, полагавшегося необходимым отказать в удовлетворении заявленных требований, исследовав представленные доказательства, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с ч. 1 и 8 ст. 219 КАС РФ административное исковое заявление может быть подано в суд в течение трех месяцев со дня, когда гражданину, организации, иному лицу стало известно о нарушении их прав, свобод и законных интересов. При этом пропуск срока обращения в суд является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении административного иска.

В соответствии с выпиской из приказа командира войсковой части № от 22 февраля 2018 г. № 34 административный истец с 21 февраля этого же года зачислен в списки личного состава указанной воинской части, полагается принявшим дела и должность и вступившим в исполнение служебных обязанностей.

Согласно выписке из приказа командира войсковой части № от 31 августа 2019 г. № 210 за совершение грубого дисциплинарного проступка, выразившегося в отсутствии в период с 8 часов 45 минут до 13 часов 30 минут 31 августа 2019 г. в воинской части без уважительных причин более четырех часов подряд в течение установленного ежедневного служебного времени, ФИО4 привлечен к дисциплинарной ответственности в виде досрочного увольнения с военной службы в связи с невыполнением условий контракта.

Учитывая, что досрочное увольнение ФИО4 с военной службы в запас произведено в порядке реализации соответствующего дисциплинарного взыскания, объявленного ему вышеуказанным приказом, суд приходит к выводу о том, что фактические обстоятельства, связанные привлечением ФИО4 к дисциплинарной ответственности, подлежат исследованию.

В силу п. 3 ст. 32 Федерального закона «О воинской обязанности и военной службе» условия контракта о прохождении военной службы включают в себя обязанность гражданина добросовестно исполнять все общие, должностные и специальные обязанности военнослужащих, установленные законодательными и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

При этом согласно подп. «в» п. 2 ст. 51 названного Федерального закона военнослужащий, проходящий военную службу по контракту, может быть досрочно уволен с военной службы в связи с невыполнением им условий контракта. 

В силу ст. 28.2 Федерального закона «О статусе военнослужащих» (далее – Федеральный закон), военнослужащий привлекается к дисциплинарной ответственности за дисциплинарный проступок, то есть за противоправное, виновное действие (бездействие), выражающееся в нарушении воинской дисциплины, которое в соответствии с законодательством Российской Федерации не влечет за собой уголовной или административной ответственности. Военнослужащий привлекается к дисциплинарной ответственности только за тот дисциплинарный проступок, в отношении которого установлена его вина.

Согласно ч. 2 ст. 28.5 Федерального закона и приложения № 7 к Дисциплинарному уставу Вооруженных сил Российской Федерации отсутствие в воинской части без уважительных причин более четырех часов подряд в течение установленного ежедневного служебного времени является грубым дисциплинарным проступком.

Статьей 28.8 Федерального закона определено, что по каждому факту совершения военнослужащим дисциплинарного проступка проводится разбирательство, порядок проведения которого, а также полномочия командира или иного лица, проводящего разбирательство, определяются общевоинскими уставами в соответствии с настоящим Федеральным законом.

Как установлено в судебном заседании, приказом командира войсковой части № от 31 августа 2019 г. № 210 за совершение грубого дисциплинарного проступка, выразившегося в отсутствии в период с 8 часов 45 минут до 13 часов 30 минут 31 августа 2019 г. в воинской части без уважительных причин более четырех часов подряд в течение установленного ежедневного служебного времени, ФИО4 привлечен к дисциплинарной ответственности в виде досрочного увольнения с военной службы в связи с невыполнением условий контракта.

В судебном заседании административный истец, оспаривая законность вышеуказанного приказа и последующего увольнения с военной службы в запас, отрицал факт отсутствия в период с 8 часов 45 минут до 13 часов 30 минут 31 августа 2019 г. на территории воинской части, при этом пояснив, что в указанный день он отсутствовал на утреннем построении личного состава, однако, с 9 до 14 часов он выполнял хозяйственные работы совместно с сослуживцами ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8 и ФИО9 , о необходимости выполнения которых ему стало известно от последних, что, по мнению ФИО4, исключает событие вменяемого дисциплинарного проступка, а, следовательно, основание для привлечения к дисциплинарной ответственности в виде досрочного увольнения с военной службы. 

Между тем совершение ФИО4 вышеуказанного грубого дисциплинарного проступка подтверждается совокупностью следующих исследованных в суде доказательств.

Так, из протокола о грубом дисциплинарном проступке от 31 августа 2019 г., следует, что в 8 часов 45 минут указанного дня в ходе утренней поверки личного состава выявлено отсутствие в строю ФИО4. Организованные поиски указанного военнослужащего на территории воинской части положительного результата не принесли. В тот же день около 13 часов 30 минут ФИО4 добровольно прибыл в воинскую часть, при этом от дачи объяснений отказался.

Данные обстоятельства также подтверждаются приложенными к протоколу о грубом дисциплинарном проступке рапортом 

<

данные изъяты> ФИО10, письменными объяснениями очевидца – старшего лейтенанта Кухмая, актом об отказе от дачи письменных объяснений, подписи в протоколе о грубом дисциплинарном проступке и в получении его копии, а также заключением по материалам служебного разбирательства. 

Также обстоятельства совершения ФИО4 грубого дисциплинарного проступка и проведения по данному факту служебного разбирательства подтвердили и допрошенные в судебном заседании, каждый в отдельности, свидетели 

<

данные изъяты> ФИО10 и 

<

данные изъяты> Кухмай, согласно показаниям которых в 8 часов 45 минут 31 августа 2019 г. в ходе утренней поверки наличия личного состава 

<

данные изъяты> ФИО10 выявлено отсутствие в строю ФИО4, о чем последний доложил врио командира войсковой части № 

<

данные изъяты> ФИО6. Однако организованные 

<

данные изъяты> ФИО6 поиски ФИО4 на территории воинской части и прилегающей территории положительного результата не принесли, на телефонные звонки последний не отвечал. Около 13 часов 30 минут указанного дня административный истец добровольно прибыл в воинскую часть, при этом от дачи объяснений отказался.

Из показаний допрошенного в судебном заседании свидетеля ФИО6 следует, что 31 августа 2019 г. в ходе утренней поверки наличия личного состава 

<

данные изъяты> ФИО10 было выявлено отсутствие в строю ФИО4, в связи с чем им были организованы поиски последнего на территории воинской части и прилегающей территории, которые положительного результата не принесли, на телефонные звонки ФИО4 не отвечал. 

Далее свидетель ФИО6 показал, что он позвонил 

<

данные изъяты> Коропец, в подчинении которого проходил военную службу ФИО4, и в ходе телефонного разговора поставил ему задачу установить местонахождение ФИО4, а также сообщить последнему о необходимости явиться в воинскую часть и доложить ему о себе, однако ФИО4 в указанный день к нему не прибыл, о себе не докладывал и появился на территории воинской части лишь после 13 часов. 

Допрошенный в судебном заседании свидетель 

<

данные изъяты> Коропец пояснил, что 31 августа 2019 г. ему позвонил 

<

данные изъяты> ФИО5 и поставил задачу установить местонахождение ФИО4, который, по его словам, отсутствовал в воинской части, а также сообщить последнему о необходимости явиться в воинскую часть и доложить ФИО5 о себе, в связи с чем он позвонил ФИО4 и в ходе телефонного разговора с последним указал ему о необходимости незамедлительно прибыть к 

<

данные изъяты> ФИО5.

Вместе с тем, как пояснил в судебном заседании сам административный истец, в указанный день ему действительно позвонил 

<

данные изъяты> Коропец с целью выяснить его местонахождение, однако ФИО4, несмотря на это, никому из командования воинской части о себе не докладывал.

Показания указанных свидетелей являются последовательными, непротиворечивыми, логичными и убедительными, взаимно дополняют друг друга и полностью согласуются как между собой в целом и в деталях, так и с иными исследованными в судебном заседании доказательствами. При этом каких-либо данных, свидетельствующих о наличии причин для оговора названными военнослужащими административного истца, судом не установлено.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что привлечение ФИО4 за совершение вышеуказанного грубого дисциплинарного проступка к дисциплинарной ответственности в виде досрочного увольнения с военной службы в связи с невыполнением им условий контракта является законным и обоснованным, поскольку принятию данного решения предшествовало разбирательство, проведенное в соответствии с требованиями действующего законодательства, в ходе которого было бесспорно установлено как событие грубого дисциплинарного проступка, так и лицо, его совершившее, и вина в таковом административного истца.

Таким образом, факт совершения ФИО4 31 августа 2019 г. грубого дисциплинарного проступка суд считает установленным.

При этом довод административного истца о том, что в период с 9 до 14 часов 31 августа 2019 г. он находился на территории воинской части, где выполнял хозяйственные работы суд находит несостоятельным, поскольку указанный довод опровергается показаниями допрошенных в судебном заседании свидетелей, а также исследованными в судебном заседании доказательствами, в том числе показаниями свидетелей ФИО10 и ФИО6, согласно которым в указанный день ФИО4 им о себе не докладывал, задачи по выполнению хозяйственных работ они ему лично не ставили, от исполнения обязанностей военной службы не освобождали, что не оспаривал в судебном заседании и сам административный истец.

В связи с этим, суд также критически относится и к показаниям допрошенных в судебном заседании свидетелей ФИО5, ФИО6 и ФИО7, каждого в отдельности, согласно которым 31 августа 2019 г. ФИО4 находился на территории воинской части и выполнял хозяйственные работы, поскольку они являются противоречивыми несогласующимися как между собой в целом и в деталях, так и с исследованными в судебном заседании доказательствами, и опровергаются вышеизложенными доказательствами, в связи с чем находит их надуманными и данными в целях помочь ФИО4 избежать наступления для него негативных последствий.

При этом, оценивая показания допрошенных в судебном заседании свидетелей ФИО8 и ФИО9, согласно которым 31 августа 2019 г. ФИО4 находился на территории воинской части и выполнял совместно с ними хозяйственные работы, суд исходит из следующего.

Как пояснил в судебном заседании свидетель ФИО6, 31 августа 2019 г. в ходе проведения служебного разбирательства в отношении ФИО4 по обстоятельствам совершения последним грубого дисциплинарного проступка им были опрошены очевидцы ФИО8 и ФИО9, которые дали соответствующие письменные объяснения.

Указанные обстоятельства подтверждаются исследованными в судебном заседании письменными объяснениями ФИО8 и ФИО9 от 31 августа 2019 г., согласно которым в этот же день в период с 8 часов 45 минут до 13 часов 30 минут ФИО4 отсутствовал в воинской части и обязанности военной службы не исполнял.

Как пояснили допрошенные в судебном заседании свидетели ФИО8 и ФИО9, каждый в отдельности, указанные письменные объяснения были даны ими под воздействием 

<

данные изъяты> ФИО6.

Вместе с тем, как показал в судебном заседании свидетель ФИО6, письменные объяснения были даны ФИО8 и ФИО9 добровольно, собственноручно и без давления со стороны должностных лиц воинской части, что подтвердили в судебном заседании свидетели ФИО8 и ФИО9.

Принимая во внимание вышеуказанные обстоятельства, а также учитывая наличие в показаниях свидетелей ФИО8 и ФИО9 существенных противоречий, выразившихся в изложении последними в ходе служебного разбирательства и в ходе судебного заседания по-разному одних и тех же обстоятельств, касающихся проведения в отношении ФИО4 служебного разбирательства, суд приходит к выводу о необходимости отнестись к показаниям данных свидетелей критически.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 41 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2014 г. № 8 «О практике применения судами законодательства о воинской обязанности, военной службе и статусе военнослужащих», невыполнением условий контракта как основанием для досрочного увольнения военнослужащего с военной службы следует считать лишь значительные (существенные) отступления от требований законодательства о воинской обязанности и военной службе, которые могут выражаться, в частности, в совершении виновных действий, свидетельствующих об отсутствии у военнослужащего необходимых качеств для надлежащего выполнения обязанностей военной службы, совершении одного из грубых дисциплинарных проступков либо совершении дисциплинарного проступка при наличии у него неснятых дисциплинарных взысканий.

Следовательно, в соответствии с действующим законодательством военнослужащий может быть уволен с военной службы в связи с невыполнением условий контракта даже в случае совершения им одного грубого дисциплинарного проступка.

В силу изложенного, совершение ФИО4 рассматриваемого грубого дисциплинарного проступка при вышеуказанных обстоятельствах свидетельствует о существенном отступлении последнего от взятых на себя обязательств в соответствии с контрактом о прохождении военной службы.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что командир войсковой части № обоснованно расценил совершение административным истцом грубого дисциплинарного проступка как существенное нарушение им условий контракта и правомерно, в пределах предоставленных ему полномочий, применил к нему дисциплинарное взыскание в виде досрочного увольнения с военной службы в связи с невыполнением им условий контракта.

При этом, вопреки доводам административного истца, до увольнения с военной службы в запас с ним была проведена беседа, что подтверждается исследованным в судебном заседании листом беседы от 30 сентября 2019 г., соответствующим актом об отказе от подписи в листе беседы, а также показаниями свидетеля ФИО10, согласно которым в указанный день командир войсковой части № 

<

данные изъяты> ФИО11 лично провел с ФИО4 беседу, однако последний отказался знакомиться с листом беседы и поставить в нем свою подпись.

Таким образом, поскольку оснований для признания незаконными действий командиров войсковых частей № и №, связанных с привлечением административного истца к дисциплинарной ответственности и его последующим увольнением с военной службы в запас в порядке реализации соответствующего дисциплинарного взыскания, не имеется и в судебном заседании таковых не установлено, суд считает, что требования административного истца в указанной части являются необоснованными и неподлежащими удовлетворению.

Рассматривая требования административного истца о признании незаконным приказа командира войсковой части № от 3 декабря 2019 г. № 290 в части исключения ФИО4 из списков личного состава воинской части, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с п. 16 ст. 34 Положения о порядке прохождения военной службы на день исключения из списков личного состава воинской части военнослужащий должен быть полностью обеспечен установленным денежным довольствием, продовольственным и вещевым обеспечением. До проведения с военнослужащим всех необходимых расчетов он из списков личного состава воинской части без его согласия не исключается.

Как усматривается из расчетных листов ФКУ «Единый расчетный центр Министерства обороны Российской Федерации», выписки из вещевого аттестата административного истца от 16 января 2019 г., сообщения начальника вещевой службы войсковой части №, а также выписок из приказов командира войсковой части № от 27 ноября 2018 г. № 231 и от 11 июня 2019 г. № 124 ФИО4 на момент исключения из списков личного состава воинской части обеспечен денежным довольствием, вещевым имуществом и ему предоставлены основной отпуск за 2018 г. продолжительностью 30 суток, а также часть основного отпуска за 2019 г. продолжительностью 15 суток, что не оспаривал в суде и сам административный истец.

Незаконность же оспариваемых действий командира войсковой части №, связанных с исключением из списков личного состава воинской части, ФИО4 обосновал производностью от приказов о привлечении его к дисциплинарной ответственности и увольнения с военной службы в запас, которые, по его мнению, являются незаконными, а также тем, что при исключении из списков личного состава ему не была предоставлена часть основного отпуска в количестве 15 суток.

Вместе с тем, как следует из выписки из приказа командира войсковой части № от 3 декабря 2019 г. № 290 административному истцу при исключении из списков личного состава воинской части предоставлена часть основного отпуска за 2019 г. продолжительностью 15 суток.

Кроме того, как пояснил в судебном заседании административный истец, в период с 3 по 19 декабря 2019 г. он, находясь в расположении войсковой части №, сдал в вещевую службу воинской части форменное обмундирование, обязанности военной службы не исполнял, в наряды и караулы не заступал и проводил время по своему усмотрению и в своих интересах.

При указанных обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что при исключении административного истца из списков личного состава воинской части право последнего на отдых командованием войсковой части № не нарушено.

С учетом изложенного, а также принимая во внимание, что в судебном заседании не установлено нарушений командованием войсковых частей № и № прав административного истца, а также порядка привлечения его к дисциплинарной ответственности и последующего увольнения с военной службы в запас в порядке реализации соответствующего дисциплинарного взыскания, то оснований для признания незаконными действий командира войсковой части №, связанных с исключением ФИО4 из списков личного состава воинской части, у суда не имеется, а потому в удовлетворении административного искового заявления в указанной части также надлежит отказать.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 175-180, 227 КАС РФ, военный суд

решил:

в удовлетворении административного искового заявления ФИО4 отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по административным делам Южного окружного военного суда через Грозненский гарнизонный военный суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Председательствующий О.Д. Терентьев