4Г-915/2017

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

 

г. Красноярск 19 апреля 2017 года

Судья Красноярского краевого суда Соснин Ю.А., рассмотрев кассационную жалобу ФИО1 на решение Краснотуранского районного суда Красноярского края от 26 октября 2016 года, апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Красноярского краевого суда от 16 января 2017 года по гражданскому делу по иску ФИО1 к ФИО1, Граф И.В., ФИО4, ФИО5, ФИО6 о признании сделки недействительной,

УСТАНОВИЛ:

Решением Краснотуранского районного суда Красноярского края от 26 октября 2016 года, оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Красноярского краевого суда от 16 января 2017 года, отказано в удовлетворении иска ФИО1 о признании сделки, заключенной между ФИО1 и ФИО1, Граф И.В., ФИО4, 

<

дата> года рождения, ФИО5, 

<

дата> года рождения, ФИО6, 

<

дата> года рождения, от имени которых действовал законный представитель мать - Граф И.В., недействительной, совершенной под влиянием обмана, применении последствий недействительности сделки. По вступлению в законную силу решения суда отменены меры по обеспечению иска в виде: наложения ареста на жилой дом площадью 

<

данные изъяты> кв.м, с кадастровым номером 

<

данные изъяты> и земельный участок площадью 

<

данные изъяты> кв.м, с кадастровым номером 

<

данные изъяты>, расположенные по адресу: 

<

адрес>; запрета ответчикам ФИО1, Граф И.В., ФИО4, ФИО5, ФИО6 совершать действия по отчуждению данного жилого дома и земельного участка.

В кассационной жалобе, поступившей в Красноярский краевой суд 20 марта 2017 года, ФИО1 просит отменить постановленные судебные акты, ссылаясь на нарушение судами норм материального и процессуального права, неверную оценку юридически значимых обстоятельств по делу. 

В соответствии со ст. 387 ГПК РФ основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального права или норм процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов. 

Таких нарушений при рассмотрении дела судами не допущено. 

Как следует из обжалуемых судебных актов, 

<

дата> между продавцом ФИО1 и покупателями ФИО1, Граф И.В., несовершеннолетними ФИО4, ФИО5 и ФИО6 в лице законного представителя – матери Граф И.В., заключен договор купли-продажи квартиры и земельного участка, по условиям которого покупатели приобрели в общую долевую собственность в равных долях по 1/5 доле каждому жилой дом и земельный участок, находящиеся по адресу: 

<

адрес>. Стоимость дома определена сторонами в сумме 

<

данные изъяты> рублей, земельного участка - 

<

данные изъяты> рублей. На момент заключения договора купли-продажи на регистрационном учете состоят: Граф И.В., ФИО1, Граф А.В., ФИО1, ФИО5, ФИО4, ФИО6

В соответствии с п.4 договора, расчет между сторонами производится в следующем порядке: денежные средства за земельный участок в сумме 

<

данные изъяты> рублей переданы покупателями продавцу до подписания договора; денежная сумма в размере 

<

данные изъяты> рублей подлежит перечислению на расчетный счет продавца в срок до 

<

дата> на основании Государственного сертификата на материнский (семейный) капитал, выданного на имя Граф И.В.

<

дата> переход права собственности по указанному договору зарегистрирован Минусинским отделом Управления Росреестра по Красноярскому краю.

ФИО1, обращаясь в суд с вышеуказанными требованиями, полагал, что оспариваемый договор купли-продажи жилого дома и земельного участка совершен под влиянием обмана, поскольку Граф И.В. должна была довести до него и его супруги последствия совершения спорной сделки о том, что в момент ее подписания они продавали не долю, а весь дом с земельным участком, утрачивая все права на указанные объекты, переставая быть их собственниками. При этом стоимость дома и земельного участка является заниженной. Поскольку указанная сделка была необходима ответчику Граф И.В. для обналичивания материнского капитала, то до ее совершения ответчик обязана была сообщить истцу и его супруге, что приобретение доли жилого дома и земельного участка за счет средств материнского капитала невозможно было в силу закона. Перечисленные средства материнского капитала находятся у него и его супруги. В связи с данными обстоятельствами, просил признать данную сделку недействительной, совершенной под влиянием обмана, применить последствия недействительности сделки.

В силу п. 2 ст. 179 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.

В силу положений ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Таким образом, оспаривая сделку по мотиву недействительности, доказать наличие оснований для признания ее таковой, должен истец. В рассматриваемом споре истец обязан доказать факт заключения оспариваемой сделки под влиянием обмана или заблуждения.

Суд, первой инстанции, анализируя по правилам ст. 67 ГПК РФ представленные сторонами доказательства, в том числе пояснения сторон, в частности пояснения супруги истца Граф А.Ф. о добровольности дачи нотариального согласия на отчуждение дома и земельного участка и понимании смысла и содержания данной сделки, оспариваемый договор от 

<

дата>, пришел к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения заявленных исковых требований, ввиду не предоставления истцом доказательств заключения сделки купли-продажи дома и земельного участка между сторонами спора под влиянием обмана со стороны ответчика Граф И.В.

При таких обстоятельства, суд, руководствуясь ст.ст.153,166,167,179 ГК РФ, правомерно исходил из того, что истцом не представлено доказательств противоправности действий Граф И.В. при заключении оспариваемого договора купли-продажи, выраженных в преднамеренном создании у ФИО1 не соответствующего действительности представления о характере сделки, ее условиях, предмете, других обстоятельствах, влияющих на его решение.

При этом судом учтено, что при заключении договора купли-продажи воля ФИО1 была направлена именно на продажу жилого дома и земельного участка в соответствии с условиями данного договора, с которым он был ознакомлен и согласен, в оплату жилого дома и земельного участка истцом были получены денежные средства, обстоятельств заключения названного договора ввиду принуждения или обмана не установлено.

Судом при рассмотрении дела были правильно определены обстоятельства, имеющие значение для разрешения спора, оценка представленным доказательствам дана по правилам ст. 67 ГПК РФ, нарушений норм материального и процессуального права не допущено, в связи с чем суд апелляционной инстанции правомерно с учетом требований ст. 328 ГПК РФ оставил решение без изменения. 

Доводы жалобы о заниженной цене спорного имущества, за которую ответчик приобрел его у истца, обоснованно отклонены нижестоящими судами, поскольку согласно положениям ст. 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора, в том числе свободны в определении цены приобретаемых объектов недвижимости, в связи с чем сам по себе факт приобретения дома и земельного участка по цене ниже рыночной стоимости основанием для признания договора купли-продажи недействительным не является.

Подлежит отклонению ссылка в кассационной жалобе на нарушение ответчиком Граф И.В. ст. 37 ГК РФ, поскольку исходя из наименования и содержания данной статьи, она регулирует условия распоряжения имуществом подопечного, не допуская отчуждение родителями несовершеннолетних имущества детей в свою пользу, а также в пользу своих близких родственников. Поэтому факт того, что стороны по договору являются близкими родственниками, также не свидетельствует о недействительности сделки, поскольку действующим законодательством не запрещено совершение сделок между близкими родственниками, направленные на приобретения имущества в пользу несовершеннолетнего.

Как показал анализ кассационной жалобы, доводы заявителя жалобы о том, что при даче нотариального согласия на отчуждение недвижимого имущества супруга истца была введена ответчиком Граф И.В. в заблуждение, о не разъяснении нотариусом Граф А.В. последствий подписанного ею согласия на совершение сделки по отчуждению дома и земельного участка, об обязанности Граф И.В. до заключения договора купли-продажи сообщить истцу о том, что при совершении спорной сделки он и его супруга продавали не долю, а весь дом и земельный участок, утрачивая при этом на них права собственности, повторяют позицию заявителя жалобы, выраженную в судах первой и апелляционной инстанций, тщательно исследованную судами и нашедшую верное отражение и правильную оценку в судебных постановлениях. По сути данные доводы сводятся к выражению несогласия с произведенной судом оценкой обстоятельств дела и представленных по делу доказательств, правом на которую суд кассационной инстанции в силу своей компетенции, установленной положениями ч.ч.1 и 2 ст.390 ГПК РФ, а также применительно к ст. 387 ГПК РФ, не наделен.

Вместе с тем, выраженное несогласие с выводами суда в части оценки доказательств и установленных обстоятельств в соответствии со ст. 387 ГПК РФ не может являться основанием для пересмотра вступивших в законную силу судебных постановлений, поскольку отмена или изменение судебного постановления в кассационном порядке возможна лишь в случае допущения судебными инстанциями существенных (фундаментальных) нарушений норм материального или процессуального права, имевших место в ходе предшествующего разбирательства и повлиявших на исход дела, без устранения которых невозможны восстановление и защита существенно нарушенных прав, свобод и законных интересов. 

Таких обстоятельств судом кассационной инстанции не установлено.

Руководствуясь ст. 383 ГПК РФ, 

ОПРЕДЕЛИЛ:

отказать в передаче кассационной жалобы ФИО1 для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции. 

Судья Красноярского краевого суда Ю.А. Соснин