Дело №2-1155/2021 

УИД №

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

21 июня 2021 года г. Магнитогорск 

Ленинский районный суд г.Магнитогорска Челябинской области в составе:

председательствующего судьи Панова Д.В.,

при секретаре Скляровой А.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Государственному учреждению - Управление пенсионного фонда РФ в г.Магнитогорске Челябинской области (межрайонное) о признании незаконным решений, возложении обязанности по включении периодов работы в страховой стаж и назначении пенсии по старости,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к Государственному учреждению - Управление пенсионного фонда РФ в г.Магнитогорске Челябинской области (межрайонное) (далее по тексту – УПФР в г.Магнитогорске), в котором, с учетом изменения заявленных требований в порядке ст.39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ГПК РФ), просила:

обязать УПФР в г.Магнитогорске включить в стаж ее работы периоды: с 11.03.1982 года по 12.07.1982 года, с 11.10.1985 года по 19.02.2010 года, с 01.04.2010 года по 28.02.2011 года, с 01.04.2012 года по 28.02.2013 года, с 01.05.2013 года по 31.04.2017 года;

признать незаконным решение УПФР в г.Магнитогорске от 11.05.2018 года об отказе в назначении трудовой пенсии ФИО1 в соответствии со ст.8 Федерального закона «О страховых пенсиях» от 28.12.2013 года №400-ФЗ «О страховых пенсиях»; 

признать незаконным решение УПФР в г.Магнитогорске от 27.02.2020 года об отказе в назначении трудовой пенсии ФИО1 в соответствии со ст.8 Федерального закона от 28.12.2013 года №400-ФЗ «О страховых пенсиях»;

признать незаконным решение УПФР в г.Магнитогорске № о прекращении выплаты пенсии ФИО1 с 01.03.2020 года в соответствии с п.3 ч.1 ст.25 Федерального закона от 28.12.2013 года №400-ФЗ «О страховых пенсиях»;

обязать УПФР в г.Магнитогорске назначить ФИО1 трудовую пенсию в соответствии со ст.8 Федерального закона от 28.12.2013 года №400-ФЗ «О страховых пенсиях» с 26.01.2018 года; 

взыскать с УПФР в г.Магнитогорске в пользу ФИО1 расходы на оплату услуг представителя в размере 15000 руб.

В обоснование заявленных требований истцом ФИО1 было указано на то, что 26.01.2018 года она обратилась в УПФР в г.Магнитогорске с заявлением о назначении страховой пенсии по старости в соответствии со ст.8 Федерального закона «О страховых пенсиях». Решением УПФР в г.Магнитогорске от 11.05.2018 года в страховой стаж истца засчитано 06 лет 05 месяцев 21 день. При этом ответчиком не были засчитаны в стаж истца периоды работы: с 11.03.1982 года по 12.07.1982 в Центральной сберкассе № в г.

<

данные изъяты> области (по причине отсутствия даты и номера приказа об увольнении), а также период с 11.10.1985 года по 19.02.2010 года в должности медсестры в 

<

данные изъяты> больнице, поскольку работа подтверждается записью в трудовой книжке (по причине не подтверждения начислений заработной платы). 26.06.2018 года ФИО1 обратилась в УПФР в г.Магнитогорске с заявлением о назначении страховой пенсии по старости. Решением УПФР в г.Магнитогорске от 27.02.2020 года истцу было отказано в назначении пенсии в связи с тем, что она не имеет регистрации по месту жительства на территории РФ, то на нее не распространяются нормы Соглашения от 13.03.1992 года «О гарантиях прав граждан государств-участников Содружества Независимых Государств в области пенсионного обеспечения». а также потому, что ею не были представлены документы, подтверждающие уплату страховых взносов в Пенсионный фонд РФ после 1991 года. Истец полагает отказы ответчика в назначении пенсии по старости по указанным причинам необоснованными, поскольку представленными ею документами подтверждается наличие необходимой продолжительности стажа для назначения ей пенсии по старости с даты обращения за ее назначением.

Истец ФИО1 и ее представитель ФИО2 в судебном заседании поддержали заявленные требования по изложенным в иске доводам.

Представители ответчика УПФР в г.Магнитогорске – ФИО3 и ФИО4 в судебном заседании возражали против удовлетворения заявленных истцом требований, указывая на то, что в назначении пенсии истцу 11.05.2018 года было отказано, так как не было постоянной регистрации по месту жительства и не поступили справки, подтверждающие достоверность сведений о стаже. Также указали на то, что после поступления сведений о наличии у истца постоянной регистрации по месту жительства в период рассмотрения спора в суде, истцу была назначена пенсия по старости, начиная с 03.06.2021 года. 

Заслушав стороны, исследовав представленные в материалы дела доказательства, суд приходит к выводу о частичном удовлетворении заявленных истцом требований.

В соответствии с ч.1 ст.8 Федерального закона от 28.12.2013 года N400-ФЗ «О страховых пенсиях» (в редакции, действовавшей на момент обращения истца с заявлением о назначении пенсии) право на страховую пенсию по старости имеют мужчины, достигшие возраста 60 лет, и женщины, достигшие возраста 55 лет.

Как следует из материалов дела, 26.01.2018 года ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в возрасте 55 лет, обратилась в УПФР в г.Магнитогорске с заявлением о назначении ей страховой пенсии по старости в соответствии со ст.8 Федерального закона от 28.12.2013 года N400-ФЗ «О страховых пенсиях». При этом территориальному органу ПФР были представлены (имелись в его распоряжении), в том числе, паспорт гражданина РФ, выданный 23.01.2018 года, трудовая книжка, справка о работе № от 02.03.2018 года, справка о работе № от 06.03.2018 года. справка о заработной плате № от 06.03.2018 года, выписка из индивидуального лицевого счета застрахованного лица, сформированная 01.02.2018 года. 

11.05.2018 года УПФР в г.Магнитогорске было принято решение об отказе ФИО1 в установлении пенсии по причине отсутствия: требуемой продолжительность стажа – 8 лет (продолжительность страхового стажа заявителя определена равной 6 годам 05 месяцам 21 дню); требуемой величины индивидуального пенсионного коэффициента (ИПК) не ниже – 11,4 (величина ИПК заявителя определена равной 6,908). Кроме того, ответчиком в решении было указано и на недостатки внесения записей в трудовую книжку. 

Из протокола заседания комиссии по рассмотрению вопросов реализации пенсионных прав граждан от 11.05.2018 года № следует, что УПФР в г.Магнитогорске в страховой (общий трудовой) стаж ФИО1 не были зачтены периоды работы с 11.03.1982 года по 12.07.1982 года, с 16.12.1990 года по 19.02.2010 года. При этом указано на то, что периоды работы с 11.03.1982 года по 12.07.1982 года был внесен в трудовую книжку с нарушением инструкции о порядке ведения и заполнения трудовых книжек, так как в графе «на основании чего внесена запись» не указаны даты и номер приказа об увольнении; также в трудовой книжке указан период работы в 

<

данные изъяты> больнице с 11.10.1985 года по 19.02.2010 года, тогда как согласно архивной справке № от 06.03.2018 года в ведомостях по начислению заработной платы детской консультации значится ФИО1, начисление заработной платы производилось по декабрь 1990 года (л.д.51-52).

Из данных о стаже следует, что ответчиком в страховой стаж истца были зачтены периоды с 28.09.1979 года по 01.12.1980 года, с 01.09.1984 года по 12.10.1984 года, с 11.10.1985 года по 15.12.1990 года (л.д.53).

26.06.2018 года ФИО1 повторной обратилась в УПФР в г.Магнитогорске с заявлением о назначении страховой пенсии по старости, представив также, помимо трудовой книжки, диплом и свидетельство о регистрации по месту пребывания от 21.12.2017 года №№

Решением УПФР в г.Магнитогорске от 25.07.2018 года ФИО1 была назначена страхования пенсия по старости в соответствии со ст.8 Федерального закона «О страховых пенсиях» с 26.06.2018 года (л.д.91).

При этом решением УПФР в г.Магнитогорске от 20.07.2018 года было отказано ФИО1 в реализации отдельных пенсионных прав – отказано в зачете в страховой (общий трудовой) стаж периода работы с 16.12.1990 года по 31.12.1992 года по причине не подтверждения факта работы в этот период документально (л.д.94-95).

Вместе с тем, 27.02.2020 года по заявлению от 26.06.2018 года УПФР в г.Магнитогорске было принято решение об отказе в установлении пенсии в соответствии со ст.8 Федерального закона о страховых пенсиях по причине отсутствия у ФИО1 регистрации по месту жительства на территории РФ, в связи с чем, как указано ответчиком, на нее не распространяются нормы Соглашения 1992 года и периоды работы после 1991 года на территории Республики Казахстан при отсутствии документального подтверждения уплаты страховых взносов в Пенсионный фонд РФ после 1991 года не могут быть учтены. Принято решение об отказе в зачете в страховой (общий трудовой) стаж ФИО1 периодов работы с 01.01.1991 года по 31.12.2001 года, с 01.01.2002 года по 19.02.2010 года, с 01.04.2010 года по 28.02.2011 года, с 01.04.2012 года по 28.02.2013 года, с 01.05.2013 года по 31.07.2017 года (л.д.119-120).

Кроме того, решением УПРФ в г.Магнитогорске за № прекращена выплата пенсии по старости ФИО1 с 01.03.2020 года (л.д.132).

Решением УПФР в г.Магнитогорске от 15.06.2021 года (л.д.114) истцу ФИО5 была назначена пенсия по старости в соответствии со ст.8 Федерального закона «О страховых пенсиях». При этом в страховой стаж истца зачтены следующие периоды: с 28.09.1979 по 01.12.1980 года, с 11.03.1982 года по 12.07.1982 года, с 01.09.1982 года по 04.07.1984 года, с 01.09.1984 года по 04.10.1985 года, с 05.10.1985 года по 30.04.2002 года, с 01.06.2002 года 03.09.2002 года, с 01.11.2002 года по 31.12.2002 года, 01.02.2003 года по 31.05.2003 года, с 01.07.2003 года по 31.10.2003 года, с 01.03.2004 года по 31.10.2004 года, 01.12.2004 года по 31.12.2004 года, с 01.02.2005 года по 31.12.2005 года, с 01.02.2006 года по 20.02.2010 года, с 01.04.2013 года по 12.08.2013 года, с 13.01.2014 года по 04.12.2017 года.

Согласно части 1 статьи 2 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. N400-ФЗ «О страховых пенсиях» законодательство Российской Федерации о страховых пенсиях состоит из названного федерального закона, Федерального закона от 16 июля 1999 года N165-ФЗ «Об основах обязательного социального страхования», Федерального закона от 15 декабря 2001 года N167-ФЗ «Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации», Федерального закона от 1 апреля 1996 года N27-ФЗ «Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования», других федеральных законов.

В сфере пенсионного обеспечения применяются общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации. В случае, если международным договором Российской Федерации установлены иные правила, чем предусмотрены Федеральным законом от 28 декабря 2013 года N400-ФЗ, применяются правила международного договора Российской Федерации (часть 3 статьи 2 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. N 400-ФЗ).

Согласно ч.2 ст.11 Федерального закона от 28 декабря 2013 года N400-ФЗ «О страховых пенсиях» периоды работы и (или) иной деятельности, которые выполнялись лицами, указанными в ч.1 ст.4 настоящего Федерального закона, за пределами территории Российской Федерации, включаются в страховой стаж в случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации или международными договорами Российской Федерации, либо в случае уплаты страховых взносов в Пенсионный фонд Российской Федерации в соответствии с Федеральным законом от 15 декабря 2001 года N167-ФЗ «Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации».

Аналогичные положения содержались в Федеральном законе от 17 декабря 2001 года N173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», действовавшего до 01 января 2015 года.

Вопросы в области пенсионного обеспечения граждан государств-участников Содружества Независимых Государств (Республика Армения, Республика Беларусь, Республика Казахстан, Республика Кыргызстан, Российская Федерация, Республика Таджикистан, Туркменистан, Республика Узбекистан, Украина) урегулированы Соглашением от 13 марта 1992 года «О гарантиях прав граждан государств-участников Содружества Независимых Государств в области пенсионного обеспечения», в статье 1 которого указано, что пенсионное обеспечение граждан государств-участников Соглашения и членов их семей осуществляется по законодательству государства, на территории которого они проживают.

В силу п.2 ст. 6 Соглашения от 13 марта 1992 года для установления права на пенсию, в том числе пенсий на льготных основаниях и за выслугу лет, гражданам государств-участников Соглашения учитывается трудовой стаж, приобретенный на территории любого из этих государств, а также на территории бывшего СССР за время до вступления в силу настоящего Соглашения. Данный документ подписан государствами-участниками СНГ, в том числе Российской Федерацией и Республикой Казахстан.

Статьей 11 Соглашения от 13 марта 1992 года предусмотрено, что необходимые для пенсионного обеспечения документы, выданные в надлежащем порядке на территории государств - участников Содружества Независимых Государств или государств, входивших в состав СССР до 01 декабря 1991 года, принимаются на территории государств - участников Содружества без легализации.

В соответствии с п.1 письма Министерства социальной защиты населения Российской Федерацией от 31 января 1994 года N1-369-18 при назначении пенсии гражданам, прибывшим в Россию из государств-участников Соглашения от 13 марта 1992 года, учитывается трудовой стаж, приобретенный на территории бывшего СССР за время до 13 марта 1992 года, а также после этой даты на территории государств-участников Соглашения от 13 марта 1992 года.

Согласно п.5 Рекомендаций по проверке правильности назначения пенсий лицам, прибывшим в Российскую Федерацию из государств-республик бывшего СССР, утвержденных распоряжением Правления Пенсионного фонда Российской Федерации от 22 июня 2004 года N99р «О некоторых вопросах осуществления пенсионного обеспечения лиц, прибывших на место жительства в Российскую Федерацию из государств-республик бывшего СССР» для определения права на трудовую пенсию по старости, в том числе досрочную трудовую пенсию по старости лицам, прибывшим из государств-участников Соглашения от 13 марта 1992 года, учитывается трудовой стаж, приобретенный на территории любого из этих государств, а также на территории бывшего СССР. При этом трудовой стаж, имевший место в государствах-участниках Соглашения от 13 марта 1992 года, приравнивается к страховому стажу и стажу на соответствующих видах работ (письмо Минтруда России от 29 января 2003 года N203-16). Периоды работы и иной деятельности, включаемые в страховой стаж и стаж на соответствующих видах работ, а также порядок исчисления и правила подсчета указанного стажа устанавливаются в соответствии с нормами пенсионного законодательства Российской Федерации.

При этом периоды работы по найму после 1 января 2002 года (после вступления в силу Федерального закона от 17 декабря 2001 года N173-ФЗ) могут быть включены в подсчет трудового (страхового) стажа при условии уплаты страховых взносов на пенсионное обеспечение в соответствующие органы той страны, на территории которой осуществлялась трудовая и (или) иная деятельность. Указанные периоды работы на территории государства - участника Соглашения от 13 марта 1992 года подтверждаются справкой компетентных органов названного государства об уплате страховых взносов на обязательное пенсионное обеспечение либо на социальное страхование.

В силу п.4 указанных Рекомендаций необходимые для пенсионного обеспечения документы, выданные в надлежащем порядке на территории государств-участников Соглашения, принимаются на территории Российской Федерации без легализации.

Таким образом, из изложенного выше следует, что: 

Соглашение от 13 марта 1992 года предусматривает территориальный принцип назначения пенсий, то есть по законодательству того государства, на территории которого производится назначение пенсии; 

периоды работы граждан, прибывших в Российскую Федерацию из государств - участников Соглашения от 13 марта 1992 года, имевших место за пределами Российской Федерации до 1 января 2002 года (даты вступления в силу Федерального закона от 17 декабря 2001 года N173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», в основу которого была положена концепция страховой природы пенсионного обеспечения, и в страховой стаж с 1 января 2002 года стали включаться периоды работы и (или) иной деятельности в случае уплаты страховых взносов), учитываются при исчислении страхового стажа в целях определения права на пенсию независимо от уплаты страховых взносов; 

периоды же работы, которые выполнялись гражданами, прибывшими в Российскую Федерацию из государств - участников Соглашения от 13 марта 1992 года, за пределами Российской Федерации после 01 января 2002 года (даты вступления в силу Федерального закона от 17 декабря 2001 г. N 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации») могут быть включены в подсчет страхового стажа при условии уплаты страховых взносов на пенсионное обеспечение в соответствующие органы той страны, на территории которой осуществлялась трудовая и (или) иная деятельность. 

Так в трудовой книжке истца ФИО1 имеются следующие записи о трудовой деятельности, относящиеся к спорным периодам: 

11.03.1982 года принята контролером в кассу №, откуда была уволена 12.07.1982 года по собственном желанию;

01.09.1982 года зачислена учащейся 

<

данные изъяты> медучилища, откуда 04.07.1984 года отчислена в связи с окончанием учебы; 

01.09.1984 года как выпускница 

<

данные изъяты> медучилища принята медсестрой в поликлинику №, где 03.09.1984 года временно переведена лаборантом реанимационного отделения, 10.10.1984 года переведена в распоряжение главного врача детской гор. больницы, 10.10.1984 года зачислена на должность медсестры в 

<

данные изъяты> детскую больницу, 04.10.1985 года освобождена в связи с переводом в 

<

данные изъяты>;

11.10.1985 года - принята по переводу на должность медсестры глазного кабинета детской консультации в 

<

данные изъяты> районную больницу, 01.03.1998 года переведена на должность медсестры офтальмологического кабинета поликлиники, с 16.11.1999 года – поликлиническом отделении, с 14.05.2002 года – медрегистратор архива, 04.11.2004 года переведена на должность медсестры офтальмологического кабинета поликлиники, 19.02.2010 года трудовой договор расторгнут;

28.03.2013 года принята по трудовому договору на должность медсестры офтальмологического кабинета поликлиники, 12.08.2013 года – трудовой договор расторгнут в связи с истечением срока действия трудового договора; 

13.01.2014 года принята по трудовому договору на должность медицинской сестры оперативного отдела на одну ставку на время перевода основного работника в 

<

данные изъяты>», 26.12.2016 года там же переведена на постоянное место работы в должности медицинской сестры оперативного отдела поликлиники на одну ставку, 04.12.2017 года трудовой договор расторгнут.

Факт уплаты страховых взносов за периоды работы, начиная с января 2002 года, подтверждается представленными из материалов пенсионного дела ответом НАО «

<

данные изъяты>» от 30.03.2018 года № и выпиской, содержащей сведения об оборотах по транзитным счетам вкладчика ФИО1 (л.д.79-87).

Кроме того, истцом в материалы дела были представлены:

архивная справка от 20.06.2018 года за № 

<

данные изъяты> государственного архива (л.д.31), подтверждающая наличие заработка с октября 1985 года по декабрь 1992 года;

справки о стаже из КГП «

<

данные изъяты> районная больница» от 03.07.2018 года за № и от 19.06.2018 года за №, согласно которой ФИО1 в период с 04.10.1985 года по 20.02.2010 года работала в должности медицинской сестры офтальмологического кабинета поликлиники, в период с 28.03.2013 года по 12.08.2013 года в должности медицинской сестры поликлиники, с 13.01.2014 года по 04.12.2017 года в должности медицинской сестры поликлиники (л.д.32-33, 34);

справки из КГП «

<

данные изъяты> районная больница» от 19.06.2018 года за № (л.д.36), за № (л.д.37), за № (л.д.38), за № (л.д.39), за № (л.д.40), за № (л.д.41) о размере получаемой заработной платы за периоды с января 1993 года по октябрь 1993 года, с ноября 1993 года по декабрь 1998 года, с января 1999 года по декабрь 2004 года, с января 2005 года по февраль 2010 года, с января 2014 года по декабрь 2017 года, с апреля 2013 года по август 2013 года соответственно; 

Учитывая, что при принятии ответчиком оспариваемых решений об отказе в установлении истцу страховой пенсии по старости, в его распоряжении имелась трудовая книжка истца, а также то, что для включения в страховой (общий трудовой) стаж периодов работы истца, протекавших на территории Республики Казахстан до 01.01.2002, не требуется подтверждение уплаты страховых взносов, а факт уплаты страховых взносов за периоды, начиная с января 2002 года, был подтвержден приведенной выше выпиской об оборотах по транзитным счетам вкладчика, суд приходит к выводу о необоснованности отказа ответчика во включении в страховой (общий трудовой) стаж спорных периодов работы, начиная с 01.01.1991 года, протекавших на территории Республика Казахстан, а также периода работы с 11.03.1982 года по 12.07.1982 года, который подтвержден записью в трудовой книжке истца. 

При этом ссылка ответчика на отсутствие в трудовой книжке истца даты и номера приказа об увольнении не может являться основанием к отказу в назначении страховой пенсии истцу с учетом периода работы истца с 11.03.1982 года по 12.07.1982 года, поскольку ненадлежащее оформление трудовой книжки истица является виной работодателя. Ответчиком, со своей стороны, каких-либо доказательств, опровергающих указанные сведения, содержащие в трудовой книжке истца, суду не представлено.

Вместе с тем, из оспариваемых решений и данных о стаже следует, что период работы истца с 11.10.1985 года по 15.12.1990 года изначально был зачтен ответчиком в страховой (общий трудовой) стаж истца, УПФР в г.Магнитогорске не отказывало истцу во включении данного периода в ее страховой (общий трудовой) стаж, соответственно, оснований для удовлетворения требований истца в данной части суд не усматривает. 

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что при оценке пенсионных прав истца и решении вопроса о назначении пенсии, в страховой (общий трудовой) стаж истца также подлежали включению следующие периоды ее работы: с 11.03.1982 года по 12.07.1982 года, с 16.12.1990 года по 19.02.2010 года, с 28.03.2013 года по 12.08.2013 года, с 13.01.2014 года по 04.12.2017 года, учитывая записи о трудовой деятельности истца в ее трудовой книжке, архивные справки о заработной плате, а также поступившие сведений об уплате страховых взносов. 

Кроме того, суд также полагает необоснованным требование ответчика об обязательном наличии регистрации по месту жительства на территории РФ при решении вопроса о назначении истцу страховой пенсии по старости, исходя из следующего.

Согласно пунктам 1-3 Указаний Минсоцзащиты РФ от 18.01.1996 года N1-1-У «О применении законодательства о пенсионном обеспечении в отношении лиц, прибывших на жительство в Россию из государств - бывших республик Союза ССР», пенсионное обеспечение лиц, прибывших на жительство в Россию из государств - бывших республик Союза ССР, за исключением беженцев и вынужденных переселенцев, осуществляется по месту жительства на территории России.

После назначения пенсии в России о данном факте ставятся в известность органы, осуществлявшие пенсионное обеспечение лица по прежнему месту жительства.

Лицам, обращающимся за назначением пенсии и имеющим наряду с регистрацией по месту жительства в России прописку по месту жительства на территории другого государства, назначение пенсии может быть произведено независимо от факта выписки с места жительства на территории другого государства. Однако при этом истребуются сведения о прекращении выплаты пенсии по прежнему месту жительства или о том, что пенсия не назначалась.

Вместе с тем, согласно Перечню документов, необходимых для установления страховой пенсии, установления и перерасчета размера фиксированной выплаты к страховой пенсии с учетом повышения фиксированной выплаты к страховой пенсии, назначения накопительной пенсии, установления пенсии по государственному пенсионному обеспечению, утвержденному Приказом Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации от 28 ноября 2014 года N 958н, для установления пенсии необходимы документы, удостоверяющие личность, возраст, место жительства, гражданство, регистрацию в системе обязательного пенсионного страхования гражданина, которому устанавливается пенсия, и другие документы в зависимости от вида устанавливаемой пенсии, предусмотренные настоящим перечнем, а также соответствующее заявление об установлении пенсии, за исключением случаев, предусмотренных Федеральным законом "О страховых пенсиях", Федеральным законом "О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации".

Согласно пункта 2 указанного выше Перечня, при отсутствии места жительства на территории Российской Федерации необходим документ, подтверждающий место пребывания на территории Российской Федерации, а при отсутствии места жительства и места пребывания на территории Российской Федерации - документ, подтверждающий место фактического проживания на территории Российской Федерации.

В случае, когда место фактического проживания не совпадает с местом жительства, местом пребывания на территории Российской Федерации, необходим документ, подтверждающий место фактического проживания гражданина на территории Российской Федерации.

При постоянном проживании гражданина Российской Федерации, которому устанавливается пенсия, за пределами территории Российской Федерации необходим документ, подтверждающий место постоянного жительства за пределами территории Российской Федерации.

Для установления пенсии иностранному гражданину, лицу без гражданства необходим документ, подтверждающий постоянное проживание в Российской Федерации.

Учитывая, что истец ФИО1 является гражданкой Российской Федерации, при обращении с заявлением о назначении пенсии 26.01.2018 года имела регистрацию по месту пребывания на территории РФ в г.Магнитогорске, суд приходит к выводу о необоснованности отказа ответчиком в назначении истцу страховой пенсии по старости по мотиву отсутствия постоянной регистрации на территории Российской Федерации, поскольку законом право на назначение пенсии не связывается с условием обязательной регистрации по месту жительства, а также тому, что пенсия по старости истцу должна была быть назначена с 26.01.2018 года, то есть с даты первого обращения истца за назначением пенсии по старости, поскольку на указанную дату у истца имелись необходимый возраст, продолжительность страхового стажа и ИПК, с учетом подлежащих зачету в страховой стаж истца периодов работы.

В соответствии с ч.1 ст.88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и из издержек, связанных с рассмотрением дела.

Статьей 94 ГПК РФ предусмотрено, что к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе, расходы на оплату услуг представителей.

В соответствии со ст.98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано (часть 1). 

Часть 1 статьи 100 ГПК РФ предусматривает, что стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Как разъяснено в п.п.12, 13 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 года №1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах (часть 1 статьи 100 ГПК РФ). При неполном (частичном) удовлетворении требований расходы на оплату услуг представителя присуждаются каждой из сторон в разумных пределах и распределяются в соответствии с правилом о пропорциональном распределении судебных расходов. Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

В подтверждение несения расходов на оплату услуг представителя заявителем в материалы дела были представлены: соглашение об оказании юридических услуг от 19.01.2021 года, заключенный между истцом и ФИО2, в котором также содержится расписка представителя истца – ФИО2 о получении ею от ФИО1 в счет оплаты по договору 15000 руб.

Учитывая требования ст.100 ГПК РФ, сложность дела, объем проделанной представителем истца работы, в том числе, по составлению искового заявления, участие представителя при подготовке дела к судебному разбирательству, в судебных заседаниях 14.05.2021 года, 02.06.2021 года, 17.06.2021 года и 21.06.2021 года, их продолжительность, частичное удовлетворение заявленных истцом требований, суд полагает, что разумному размеру судебных расходов на оплату услуг представителя при рассмотрении дела судом первой инстанции соответствует денежная сумма в размере 10000 руб.

Таким образом, с УПФР в г.Магнитогорске в пользу ФИО1 подлежат взысканию судебные расходы на оплату услуг представителя в размере 10 000 руб.

Также в силу ст.98 ГПК РФ с ответчика в пользу истца подлежит взысканию расходы по уплате государственной пошлины в размере 300 руб.

Руководствуясь ст.194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Требования искового заявления ФИО1 – удовлетворить частично.

Признать незаконным решение Государственного учреждения Управление пенсионного фонда РФ в г.Магнитогорске Челябинской области (межрайонное) № от 11.05.2018 года об отказе в установлении пенсии.

Обязать Государственное учреждение Управление пенсионного фонда РФ в г.Магнитогорске Челябинской области (межрайонное) назначить ФИО1 страховую пенсию по старости в соответствии со ст.8 Федерального закона от 28.12.2013 года №400-ФЗ «О страховых пенсиях» с 26.01.2018 года. 

Взыскать с Государственного учреждения - Управление пенсионного фонда РФ в г.Магнитогорске Челябинской области (межрайонное) в пользу ФИО1 расходы по уплате государственной пошлины в размере 300 рублей, расходы на оплату услуг представителя в размере 10000 рублей.

На решение суда может быть подана апелляционная жалоба в Челябинский областной суд в течение месяца со дня вынесения решения суда в окончательной форме через Ленинский районный суд г. Магнитогорска.

Председательствующий: Д.В. Панов 

Мотивированное решение изготовлено 05 июля 2021 года.

Председательствующий: Д.В. Панов