Дело № 2-128/2017 

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Киселёвский городской суд Кемеровской области

в составе: председательствующего – судьи Улитиной Е.Ю.,

при секретаре – Селюковой Л.Г.,

с участием истца – ФИО1,

её представителя – ФИО2, действующей на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ., сроком на 

<

данные изъяты>,

представителя ответчика – Общества с ограниченной ответственностью «Объединенные машиностроительные технологии» – ФИО3, действующей на основании доверенности № от ДД.ММ.ГГГГ., сроком действия по ДД.ММ.ГГГГ.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в городе Киселёвске

«24» января 2017 года

гражданское дело по иску

ФИО4

к Обществу с ограниченной ответственностью «Объединенные машиностроительные технологии»

о признании недействительным в части акта о несчастном случае на производстве, определении вины работодателя в несчастном случае на производстве в размере 75%,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО1, действуя через представителя по доверенности ФИО2, обратилась в Киселёвский городской суд с иском к ответчику – Обществу с ограниченной ответственностью «Объединенные машиностроительные технологии» (далее по тексту – ООО «ОМТ») о признании недействительным в части акта о несчастном случае на производстве, изменении процента вины работника и работодателя в несчастном случае на производстве, ссылаясь на следующие обстоятельства.

Её супруг – Г. – с ДД.ММ.ГГГГ работал в ОАО «ОМТ», которое ДД.ММ.ГГГГ. было реорганизовано в ООО «ОМТ», ДД.ММ.ГГГГ был переведен электрослесарем 

<

данные изъяты>. ДД.ММ.ГГГГ. в 18 часов 15 минут с Г. произошел несчастный случай на производстве – он упал с высоты и получил тяжелую сочетанную травму – 

<

данные изъяты>. ДД.ММ.ГГГГ. Г. умер, не приходя в сознание от полученных травм, в больнице 

<

адрес>.

По факту данного несчастного случая на производстве работодателем было проведено расследование и составлен акт о несчастном случае на производстве № от ДД.ММ.ГГГГ. Работодатель пришел к выводу о том, что основными причинами несчастного случая явились: со стороны работодателя (мастера цеха № Ю.) – неудовлетворительная организация производства работ, отсутствие надлежащего контроля со стороны ИТР за соблюдением работниками правил и норм охраны труда, правил внутреннего трудового распорядка и дисциплины труда, распитие спиртных напитков в рабочее время и нахождение потерпевшего в состоянии алкогольного опьянения (алкоголь в крови - 2,66 г/л); со стороны работника (Г.) – грубейшее нарушение трудовой дисциплины, выразившееся в нахождении пострадавшего в состоянии сильного алкогольного опьянения при выполнении своих должностных обязанностей, которое привело к возникновению тяжелого несчастного случая. При этом комиссия по расследованию несчастного случая определила степень вины работника в размере 71,4%.

Истец не согласна с указанным в акте процентом вины работника. Ссылаясь на п.1 ст.14 Федерального закона от 24.07.1998г. №125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», считает, что вина пострадавшего не может превышать 25%. Полагает, что вина работодателя, не обеспечившего безопасность условий труда, в данном несчастном случае составляет 75%.

В связи с изложенным, просит признать п.10 акта о несчастном случае на производстве № от ДД.ММ.ГГГГ. незаконным; установить вину работодателя в данном несчастном случае в размере 75%.

В судебном заседании истец ФИО1 и её представитель ФИО2 поддержали заявленные исковые требования по изложенным в иске доводам. Истец пояснила, что её супруг официально был трудоустроен в ООО «ОМТ» 

<

данные изъяты>, а по факту работал ещё и 

<

данные изъяты>, работал сутками, был мастером своего дела, у работодателя он был на хорошем счету. ДД.ММ.ГГГГ. супруг ушел на работу к 8-00 часам утра, вернуться домой должен был через сутки, к 8-00 часам утра следующего дня. ДД.ММ.ГГГГ. в 20-00 часов ей позвонила сестра мужа и рассказала, что Г. травмировался на производстве и его увезли в больницу 

<

адрес>. Она тут же приехала в больницу, увидела супруга, которого уже везли на каталке на операцию. Супруг был в сознании. Она обратила внимание, что у мужа имеются признаки алкогольного опьянения, но он был адекватным, понимал происходящие события, разговаривал. Поскольку времени для общения с ним не имелось, она только успела спросить – как он сюда попал, на что супруг ответил, что он дозвонился до мастера и ему вызвали скорую. Больше с супругом она не разговаривала, так как после операции он не приходил в сознание и впоследствии умер. ДД.ММ.ГГГГ. ей звонил мужчина с работы супруга, который не представился, поинтересовался состоянием супруга и рассказал, что Г. упал с крана. Когда же ей выдали на руки акт о несчастном случае на производстве, там было указано, что супруг упал с вентилятора, куда якобы полез в нарушение своих должностных обязанностей. Считает, что обстоятельства несчастного случая достоверно не установлены. Просит установить вину работника в размере 25%, а работодателя – 75%, это нужно ей для обращения в последующем с иском к ООО «ОМТ» о взыскании компенсации морального вреда, которая в добровольном порядке работодателем супруга ей не выплачена.

Представитель ответчика ООО «ОМТ» ФИО3 в судебном заседании исковые требования не признала, ссылаясь на то, что расследование несчастного случая проводилось комиссией, каждый член комиссии высказывал свое мнение относительно вины работника, впоследствии выводилось среднеарифметическое значение. Полагает, что основной причиной несчастного случая явилось то, что Г. находился в состоянии алкогольного опьянения. Кроме того, он по своей инициативе, без получения соответствующего наряда, стал забираться на высоту в целях ремонта крана, избрал для этого небезопасный путь, а именно - короткий путь через вентилятор по воздуховодам, где ходить запрещено. Очевидцев несчастного случая не было, поэтому в акте они не указаны, обстоятельства несчастного случая установлены со слов самого пострадавшего и работников, которые его видели в тот день.

Суд, заслушав истца и её представителя, представителя ответчика, допросив свидетелей, исследовав материалы дела, находит исковые требования обоснованными и подлежащими частичному удовлетворению, исходя из следующего.

Согласно статье 46 Конституции Российской Федерации каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод.

В соответствии со статьями 12, 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Трудовое законодательство предусматривает в качестве основной обязанности работодателя обеспечивать безопасность труда и условия, отвечающие требованиям охраны и гигиены труда, то есть создавать такие условия труда, при которых исключалось бы причинение вреда жизни и здоровью работника. 

Согласно ст.212 Трудового кодекса Российской Федерации, обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя. В частности, работодатель обязан обеспечить:

- безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов;

- соответствующие требованиям охраны труда условия труда на каждом рабочем месте;

- обучение безопасным методам и приемам выполнения работ и оказанию первой помощи пострадавшим на производстве, проведение инструктажа по охране труда, стажировки на рабочем месте и проверки знания требований охраны труда;

- организацию контроля за состоянием условий труда на рабочих местах, а также за правильностью применения работниками средств индивидуальной и коллективной защиты;

- информирование работников об условиях и охране труда на рабочих местах, о риске повреждения здоровья и полагающихся им компенсациях и средствах индивидуальной защиты;

- расследование и учет в установленном настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации порядке несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний;

- ознакомление работников с требованиями охраны труда;

- разработку и утверждение правил и инструкций по охране труда для работников с учетом мнения выборного органа первичной профсоюзной организации или иного уполномоченного работниками органа в порядке, установленном ст.372 настоящего Кодекса для принятия локальных нормативных актов.

Согласно абз.2 ч.1 ст.76 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан отстранить от выполнения трудовых обязанностей работника, появившегося на работе в состоянии алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения.

В силу ст.228 Трудового кодекса Российской Федерации при несчастных случаях, указанных в статье 227 настоящего Кодекса, работодатель (его представитель) обязан, в том числе, немедленно организовать первую помощь пострадавшему и при необходимости доставку его в медицинскую организацию. 

Статьей 229.2 Трудового кодекса Российской Федерации регулируется порядок проведения расследования несчастных случаев. Установлено, что при расследовании каждого несчастного случая комиссия выявляет и опрашивает очевидцев происшествия, лиц, допустивших нарушения требований охраны труда, получает необходимую информацию от работодателя (его представителя) и по возможности объяснения от пострадавшего. 

При расследовании несчастного случая (в том числе группового), в результате которого один или несколько пострадавших получили тяжелые повреждения здоровья, либо несчастного случая (в том числе группового) со смертельным исходом в состав комиссии также включаются государственный инспектор труда, представители органа исполнительной власти субъекта Российской Федерации или органа местного самоуправления (по согласованию), представитель территориального объединения организаций профсоюзов, а при расследовании указанных несчастных случаев с застрахованными - представители исполнительного органа страховщика (по месту регистрации работодателя в качестве страхователя). Комиссию возглавляет, как правило, должностное лицо федерального органа исполнительной власти, уполномоченного на проведение федерального государственного надзора за соблюдением трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права (ч.2 ст.229 Трудового кодекса Российской Федерации).

Согласно части 4 статьи 230 Трудового кодекса Российской Федерации в акте о несчастном случае на производстве должны быть подробно изложены обстоятельства и причины несчастного случая, а также указаны лица, допустившие нарушения требований охраны труда. В случае установления факта грубой неосторожности застрахованного, содействовавшей возникновению вреда или увеличению вреда, причиненного его здоровью, в акте указывается степень вины застрахованного в процентах, установленная по результатам расследования несчастного случая на производстве.

В силу ст.231 Трудового кодекса Российской Федерации разногласия по вопросам расследования, оформления и учета несчастных случаев на производстве, непризнания работодателем (уполномоченным им представителем) несчастного случая, отказа в проведении расследования несчастного случая и составления соответствующего акта, несогласия пострадавшего или его доверенного лица с содержанием этого акта рассматриваются соответствующими органами государственной инспекции труда или судом. В этих случаях подача жалобы не является основанием для неисполнения работодателем (уполномоченным им представителем) решений государственного инспектора по охране труда.

В судебном заседании установлено и подтверждено письменными материалами дела, что Г. ДД.ММ.ГГГГ. был трудоустроен в ОАО «ОМТ» 

<

данные изъяты>. С ДД.ММ.ГГГГ. ОАО «ОМТ» реорганизовано в ООО «ОМТ», куда Г. был переведен 

<

данные изъяты> (л.д.13-14).

ДД.ММ.ГГГГ в 18 часов 15 минут с Г. произошел несчастный случай на производстве при следующих обстоятельствах: 

ДД.ММ.ГГГГ в 8-00 часов бригадир 

<

данные изъяты> В. после ночной смены выдал задание 

<

данные изъяты> Г. на обслуживание электроустановок предприятия, согласно должностной инструкции. С 8-00 часов до 16 часов 30 минут Г. выполнял свои обязанности по обслуживанию электроустановок в качестве оперативно-ремонтного персонала, находясь в трезвом состоянии. В 18 часов 05 минут в четвертом пролёте цеха № электросварщики цеха № Ж. и А. обнаружили неисправность мостового крана, инвентарный №, грузоподъёмностью 10 тонн. О неисправности мостового крана Ж. хотел сообщить мастеру цеха № Ю., но не застал его в комнате мастеров и направился в бойлерную (помещение, временно оборудованное как слесарная мастерская), к электрослесарю Г.. В 18 часов 10 минут в бойлерной Ж. сообщил о неисправности крана электрослесарю Г. и они вместе направились к неисправному крану. У пульта управления краном Ж. заметил, что речь у Г. несвязная, а поведение неадекватное, от него исходил сильный запах алкоголя. На вопрос Ж. Г. подтвердил, что употребил спиртное. Тогда Ж. сказал Г., чтобы тот к ремонту крана не приступал, а оставил ремонт до утра. При этом Ж. сообщил о случившемся мастеру цеха № Ю., после чего продолжил работать. С 18 часов 20 минут до 19-00 часов мастер цеха № Ю. пытался найти Г., чтобы отстранить его от работы, но безрезультатно.

В 19-00 часов электросварщик Ж. зашел в бойлерную, чтобы помыть руки, и увидел, что Г. сидит за столом и стонет. На вопрос Ж. о том, что случилось, Г. ответил, что упал с высоты. В 19 часов 05 минут электросварщик Ж. сообщил о случившемся мастеру цеха № Ю., тот сразу направился в бойлерную, чтобы убедиться в том, что случилось. Когда Ю. зашел в бойлерную, то увидел Г., сидящего за столом и имеющего признаки алкогольного опьянения: несвязная речь, сильный запах алкоголя. На вопрос Ю. о том, что случилось, Г. ответил, что упал с высоты. В 19 часов 10 минут Ю. вызвал бригаду скорой помощи. В 19 часов 30 минут на машине скорой помощи Г. был отправлен в травматологическое отделение ГБУЗ КО ОКОХБВЛ 

<

адрес>.

Комиссия по расследованию несчастного случая пришла к выводу, что в 18 часов 15 минут 

<

данные изъяты> Г., находясь в состоянии алкогольного опьянения, решил произвести осмотр электрооборудования неисправного мостового крана 4 пролёта цеха №. Не воспользовавшись стационарной площадкой для подъема людей на неисправный кран в 4 пролёте цеха №, он решил подняться через площадку над бойлерной, расположенной в 5 пролёте цеха №, где установлено оборудование приточно-вытяжной вентиляции. Поднявшись на площадку по стационарной лестнице, Г. залез на корпус вентилятора типа ВЦ16, находящегося на высоте 2,3 метра от уровня площадки, с тем, чтобы по воздуховодам приточно-вытяжной вентиляции шириной 3,5 метра пройти к неисправному крану в 4 пролёте. На верхней точке корпуса вентилятора Г. потерял равновесие и упал на пол площадки, ударившись о ребро железобетонного углубления в полу.

Указанные обстоятельства несчастного случая на производстве изложены в акте о несчастном случае на производстве № от ДД.ММ.ГГГГ. (л.д.15-16).

В судебном заседании были допрошены свидетели, в том числе все члены комиссии, проводившей расследование данного несчастного случая на производстве.

Свидетель Д., технический директор ООО «ОМТ», в судебном заседании пояснил, что Г. работал посменно 

<

данные изъяты>, подчинялся главному энергетику П., наряд выдавал бригадир В. ДД.ММ.ГГГГ. свидетель работал до 17 часов 30 минут, после этого уехал домой. Вечером ему по телефону сообщили, что Г. травмировался, упал с крана. Вместе с инженером по ОТ и ПБ Ш. он приехал на работу, Г. уже увезла скорая помощь. Сварщик Ж. и мастер цеха № Ю. рассказали, что в 18-00 часов вышел из строя мостовой кран. Ж. пошел доложить об этом мастеру цеха, но не нашел его, и сообщил о поломке крана Г.. Свидетель пояснил, что кран является электрооборудованием, а потому устранение всех возникших в нем неполадок по электрической части входило в круг должностных обязанностей электрослесаря Г.. Когда Ж. и Г. подошли к крану, Ж. заметил, что Г. пьян и не допустил его до ремонта крана. Ж. сообщил мастеру цеха Ю., что Г. пьян. Ю. пытался найти Г., чтобы отстранить от работы, но нигде его не нашел. Когда комиссия стала изучать территорию цеха в целях обнаружения места падения Г., то было установлено, что Г. поднялся на крышу бойлерной по лестнице, а оттуда пытался забраться на вентилятор, видимо, с целью добраться по воздуховоду до крана, но не удержался и упал с вентилятора на бетонную площадку, в которой имелось углубление, обрамленное металлическим уголком. В этом месте был нарушен слой пыли от падения и там же нашли мобильный телефон Г.. Затем Г. самостоятельно спустился по лестнице и зашел в бойлерную, сел за стол, где его и обнаружили Ж. и Ю.. Однако, эти обстоятельства несчастного случая были установлены предположительно, очевидцев этому не было. В момент травмирования Г. в цехе было около 10 работников, но никто ничего не видел и не слышал, так как территория цеха большая и стоит грохот. Для обслуживания крана имеется специальная площадка на высоте 8 метров, она огорожена, именно этой стационарной площадкой и следовало воспользоваться электрослесарю в целях устранения неполадок крана. Почему Г. пошел другим путем – установить не удалось.

Свидетель Ю., мастер цеха № ООО «ОМТ», в судебном заседании пояснил, что работает в этой должности с ДД.ММ.ГГГГ, выдает работникам наряд и контролирует его исполнение. ДД.ММ.ГГГГ. около 18-00 часов в цехе № сломался кран балки, сварщик Ж. искал его с целью сообщить о поломке, но на нашел его, и тогда сообщил о поломке крана 

<

данные изъяты> Г.. Однако, как выяснилось, Г. находился в состоянии алкогольного опьянения, чего раньше за ним не наблюдалось. Ж. сообщил ему о состоянии Г., он принялся искать его по территории цеха в целях отстранения от работы. В 19-00 часов Ж. обнаружил Г. в помещении бойлерной, тот сидел за столом и стонал, сказал, что упал с высоты. Он вызвал скорую помощь, сообщил о случившемся начальнику и главному механику. Откуда именно упал Г. и при каких обстоятельствах – ему не известно. 

Свидетель Ш., инженер по ОТ и ПБ ООО «ОМТ» в судебном заседании пояснила, что ДД.ММ.ГГГГ. в 19-00 часов, когда она находилась дома, ей позвонил Д., технический директор ООО «ОМТ», и сообщил, что 

<

данные изъяты> Г. упал с высоты и травмировался. Она и Д. приехали на завод, Г. там уже не было, его увезли в больницу. В помещении бойлерной они обнаружили 2 пустые бутылки из-под водки емкостью 0,5 литра. Со слов других работников было установлено, что Г. находился на рабочем месте в состоянии алкогольного опьянения. Также было установлено, хотя очевидцев этому не было, что Г. упал с вентилятора, поскольку там остался след от обуви, а в месте падения обнаружили его мобильный телефон. С какой целью Г. полез на вентилятор – не известно. Почему употребил спиртное на рабочем месте – тоже не известно. Возможно, у него были проблемы в семье. Полагает, что состояние Г. и явилось основной причиной несчастного случая.

Свидетель Ж. в судебном заседании пояснил, что работает в ООО «ОМТ» сварщиком. ДД.ММ.ГГГГ. около 18-00 часов он находился на рабочем месте, ему требовалось перевернуть груз и оказалось, что кран не работает. Он пошел доложить о поломке крана мастеру Ю., но не нашел его в комнате мастеров. Напротив этой комнаты располагается бойлерная, она же слесарная мастерская. Он зашел туда, увидел 

<

данные изъяты> Г. и сообщил ему о поломке крана. Он не заметил в этот момент, что Г. пьян. Он вернулся к крану и стоял там вместе с напарником А., к ним подошел Г., взял в руки пульт управления краном, посмотрел и сообщил, что причина не в нем, что нужно лезть наверх. В этот момент он заметил, что у Г. имеются признаки алкогольного опьянения. Он сказал Г., что не нужно ничего ремонтировать, и тот направился обратно в бойлерную. Он и А. стояли и наблюдали за Г., видели, что тот зашел в бойлерную и не выходил оттуда. Мимо них прошел мастер цеха Ю., он сообщил ему о случившемся, в том числе о состоянии Г.. После этого он и А. ушли на пост пить чай, а когда через 10 минут вернулись и он зашел в бойлерную, то увидел там Г. сидящим за столом, Г. стонал и пояснил, что упал с высоты. Откуда именно упал Г. – никто не видел, но позже обнаружили место падения – с вентилятора, с которого Г., видимо, хотел забраться наверх и по трапам у воздуховодов добраться до крана в целях его ремонта – таким путем электрослесари всегда добираются до крана, это более короткий путь. 

Свидетель Б., начальник Киселёвского отдела надзора и контроля государственной инспекции труда в Кемеровской области, в судебном заседании пояснил, что являлся председателем комиссии по расследованию несчастного случая, произошедшего ДД.ММ.ГГГГ. с 

<

данные изъяты> ООО «ОМТ» Г. Степень вины работника определялась каждым членом комиссии индивидуально, затем выводилось среднеарифметическое значение. Несмотря на установленный факт нахождения пострадавшего в состоянии алкогольного опьянения, он пришел к выводу об отсутствии вины Г. Считает, что в данной ситуации именно работодатель виновен в том, что работник остался без контроля. Главный механик, которому подчинялся Г., работает только в дневную смену, а вечером пострадавший был предоставлен сам себе. Комиссия не установила, где, когда и при каких обстоятельствах работник употребил спиртное. Что касается самих обстоятельств несчастного случая, они являются предположительными, так как очевидцев не было. Предположительно было установлено, что Г. упал с виброопор вентилятора, по которому хотел забраться наверх с целью ремонта крана, причем коллеги пострадавшего пояснили, что таким путем работники часто добираются до крана – так быстрее. В пункте 10 акта указаны лица, допустившие нарушение требований охраны труда, и причины несчастного случая на производстве. Других причин, кроме указанных, не установлено.

Свидетель Л., главный специалист ГУ КРОФСС филиала №5, в судебном заседании пояснила, что принимала участие в составе комиссии по расследованию данного несчастного случая на производстве. Полагает, что причиной несчастного случая на производстве явилась грубая неосторожность в действиях самого пострадавшего – нахождение в сильной степени алкогольного опьянения. Она определила вину работника в размере 100%.

Свидетель Х. в судебном заседании пояснил, что работает в ООО «ОМТ» термистом и принимал участие в составе комиссии по расследованию данного несчастного случая на производстве как представитель трудового коллектива. Г. хорошо знал по работе, пьяным его никогда не видел. Г. был очень хорошим специалистом, его ценили. Почему ДД.ММ.ГГГГ. Г. оказался на рабочем месте в состоянии опьянения – не известно, но, по мнению свидетеля, именно это обстоятельство явилось причиной несчастного случая, вину работника он усматривает в размере 100%.

Свидетель Т., начальник отдела персонала ООО «ОМТ», в судебном заседании пояснила, что комиссия по расследованию несчастного случая, членом которой она была, установила, что 

<

данные изъяты> Г. упал с вентилятора, расположенного на крыше бойлерной. С какой целью он там находился – не известно, возможно, прятался от мастера, так как был в состоянии алкогольного опьянения. Считает, что вина работника в данном случае составляет 100%. Был ли привлечен к дисциплинарной ответственности мастер цеха Ю., вина которого тоже указана в акте, - не помнит.

Свидетель Р., главный специалист экономического отдела Администрации Киселёвского городского округа, член комиссии по расследованию несчастного случая, в судебном заседании пояснила, что личного участия в расследовании не принимала, к выводам об отсутствии вины работника в несчастном случае (0%) пришла по результатам изучения всех материалов расследования. Полагает, что в данном случае имеется только вина работодателя, который допустил к работе Г., находившегося в состоянии алкогольного опьянения. Никаких доказательств того, что пострадавший был трезв в начале смены, не имеется. Кроме того, работодателем не были созданы для работника безопасные условия труда.

Свидетель П. в судебном заседании пояснил, что он работает заместителем технического директора ООО «ОМТ», в его обязанности входит общее руководство техническими и производственными службами. Кроме того, в рассматриваемый период времени он исполнял обязанности главного энергетика, в обязанности которого входит руководство ремонтными бригадами и оперативно-ремонтным персоналом в части ремонта и обслуживания электроустановок. Г. работал электрослесарем дежурным и по ремонту оборудования, имел 4-ю группу по электробезопасности, имел право ремонтировать только закрепленные за ним электроустановки по электрической части. Оборудование напряжением свыше 1000 В он мог ремонтировать только по распоряжению руководителя либо в составе бригады. В данном случае, касаемо поломки крана, Г. не имел права и не должен был производить ремонт крана, а должен был только осмотреть кран, обесточить и отогнать в ремонтную зону. Причем для осмотра крана ему требовалось подняться на стационарную площадку, а не добираться к крану по трапам воздуховода, как он хотел это сделать. Если отключить щиток внизу, тогда был бы обесточен весь пролет, поэтому требовалось подняться наверх и обесточить там, либо попробовать выключить и включить кран снова, поскольку иногда просто срабатывает защита и кран отключается. Для работы на высоте имеются стационарные заводские площадки с перилами, то есть безопасные условия для работы со стороны работодателя соблюдены. Однако, со слов работников той смены, Г. не пустили подниматься на стационарную площадку, в связи с его состоянием опьянения, вот он и пошел другим путем. Теоретически тем путем, каким он пошел, передвигаться можно, там имеются трапы, но забраться на них сложно, для этого нужно сначала забраться на вентиляционное оборудование, а это небезопасно. Поскольку Г. был очень хорошим специалистом и ответственным работником, он, видимо, все-таки решил довести дело до конца и разобраться с причиной поломки крана, поэтому и стал забираться на вентиляционное оборудование, откуда и упал. Полагает, что в данном несчастном случае вина работника составляет 100%.

Свидетели Н. - сын истца ФИО1, С. – коллега истца по работе, Ф. – сват ФИО1, в судебном заседании пояснили, что Г. всегда был жизнерадостным человеком, строил планы на жизнь, ждал наступления пенсии, после этого собирался рассчитаться с работы и заниматься домом и хозяйством, строительством, в семье у Г. всегда были спокойные, хорошие отношения.

Анализируя показания вышеуказанных свидетелей в совокупности с письменными доказательствами, представленными сторонами, суд приходит к следующим выводам.

Судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ. в 18-00 часов электрослесарь Г. находился на своем рабочем месте в состоянии алкогольного опьянения. При этом комиссия не установила, где, когда и при каких обстоятельствах Г. употребил спиртные напитки. В 18 часов 05 минут, обнаружив поломку крана, сварщик Ж., не найдя мастера цеха, сообщил о поломке крана Г., причем не заметил в помещении бойлерной ни признаков опьянения у Г., ни бутылки из-под водки, которые чуть позже в этот же день обнаружили члены комиссии. Когда Г. подошел к крану и посмотрел пульт, то определил, что для устранения неполадок нужно подниматься наверх. Только в этот момент Ж. заметил у Г. признаки алкогольного опьянения, запретил ему подниматься наверх и убедился в том, что Г. вернулся в бойлерную (слесарную мастерскую). Сразу же Ж. сообщил о состоянии Г. мастеру цеха Ю., который находился в комнате мастеров напротив бойлерной. Однако, как следует из показаний Ю., он не мог найти Г. на всей территории цеха в течение 40 минут, а в 19-00 часов Ж. вновь обнаружил Г. в помещении бойлерной, но уже травмированного. 

По мнению суда, показания тех лиц, кто работал ДД.ММ.ГГГГ. вместе с Г. (после 18-00 часов), являются крайне противоречивыми. Если исходить из того, что Г., которого Ж. не допустил до ремонта крана, зашел в бойлерную и там находился, а Ж. сообщил о его состоянии мастеру цеха Ю., находившемуся в помещении напротив бойлерной, то не представляется возможным установить, что препятствовало мастеру цеха тут же пойти в бойлерную и отстранить Г. от работы, вывести его из помещения цеха и отправить домой. Кроме того, не представляется возможным установить, что препятствовало Ж., который не пустил Г. подниматься наверх по стационарной лестнице (со слов свидетеля П.), проконтролировать, чтобы Г. не стал подниматься к крану и иным путем, которым часто пользовались электрики в этих целях – по трапам воздуховодов. Вместо этого Ж. вместе с А. пошли пить чай. Таким образом, никто из сотрудников ООО «ОМТ», знающих о наличии у Г. признаков алкогольного опьянения, не предпринял должных мер, направленных на отстранение Г. от работы.

Более того, следует согласиться с показаниями свидетеля Б., что в сложившейся ситуации работник Г. остался без контроля со стороны должностных лиц ИТР, поскольку главный механик работает только в дневную смену, а мастер цеха, которого никто не контролирует, в тот момент отсутствовал в цехе №. 

Из пояснений истца установлено, что последними словами пострадавшего в больнице были слова о том, что он дозвонился мастеру и тот вызвал скорую помощь. Исходя из этого, а также учитывая значительные противоречия между показаниями свидетелей Ж. и Ю. (в том числе между их собственными показаниями при опросе членами комиссии и при допросе в суде), возможно предположить, что мастер цеха Ю. действительно отсутствовал в ту смену на работе и прибыл только по звонку самого пострадавшего либо других работников.

Представителем ответчика в материалы дела представлен акт об отстранении работника, находящегося в состоянии алкогольного опьянения, от производства работ (л.д.128-129). В соответствии с указанным актом ДД.ММ.ГГГГ. комиссия в составе Ю., Ж. и А., обнаружив в 18 часов 05 минут Г. в состоянии опьянения, отстранили последнего от работы и отправили в мойку.

Указанный акт является недостоверным доказательством, поскольку изложенная в нем информация противоречит не только установленным судом обстоятельствам, но и тем письменным материалам расследования, включая акт о несчастном случае на производстве, которые были составлены работодателем.

Так, при опросе его членами комиссии мастер цеха Ю. пояснил, что не отстранял Г. от работы (протокол опроса Ю. от ДД.ММ.ГГГГ. на л.д.91-92). В судебном заседании свидетель Ю. тоже пояснил, что не отстранял Г. от работы, так как сразу, как обнаружил Г., вызвал ему скорую помощь и Г. отвезли в больницу.

ФИО5 сообщил о состоянии опьянения Г. мастеру цеха Ю. в 18 часов 25 минут (л.д.95). Из самого акта о несчастном случае на производстве и пояснений свидетеля Ж. в судебном заседании следует, что он обнаружил Г. в бойлерной в 19-00 часов, а до этого момента Ю. искал Г., но не нашел.

Таким образом, никто из указанных лиц (Ж., Ю.) не отстранял Г. от работы и не направлял его в мойку. К тому же, если бы Г. был отстранен от работы в 18 часов 05 минут, как изложено в упомянутом акте об отстранении, то несчастного случая, который произошел в 18 часов 15 минут (как указано в акте о несчастном случае на производстве), не должно было произойти.

Следует также отметить, что акт об отстранении Г. от работы представитель ответчика представила в суд лишь в последнем судебном заседании и на указанный документ ни разу не ссылалась, в том числе и в своих подробных выступлениях в прениях.

Более того, если бы факт отстранения Г. от работы имел место быть, то никакой вины работодателя в несчастном случае не имелось бы. Между тем, в акте о несчастном случае на производстве вина работодателя указана и она заключается как раз в отсутствии надлежащего контроля со стороны ИТР (мастера цеха Ю.) за соблюдением работниками правил и норм охраны труда, правил внутреннего трудового распорядка и дисциплины труда.

Исходя из вышеизложенного, суд приходит к выводу о фальсификации акта об отстранении работника, находящегося в состоянии алкогольного опьянения, от производства работ. По мнению суда, указанный документ составлен работодателем уже в ходе судебного разбирательства по настоящему делу, с целью избежать ответственности за произошедший с работником несчастный случай на производстве.

Доводы представителя ответчика о том, что одной из причин несчастного случая явилось выполнение Г. работ не по наряду, опровергаются содержанием акта о несчастном случае на производстве, из которого следует, что ДД.ММ.ГГГГ в 8-00 часов бригадир электрослесарей В. после ночной смены выдал задание 

<

данные изъяты> Г. на обслуживание электроустановок предприятия (л.д.15, оборот).

Следует отметить, что в первом судебном заседании представитель ответчика поясняла, что Г. не требовалось подниматься наверх для осмотра крана, впоследствии же представитель ответчика поясняла, что подниматься было нужно, но по стационарной лестнице и что нужно было воспользоваться площадкой для обслуживания крана, а не добираться до крана по воздуховоду. Показания свидетелей со стороны работодателя в этой части тоже крайне противоречивы. Так, свидетель Ш. пояснила, что Г. должен был – лишь констатировать факт поломки крана; свидетель П. – только осмотреть кран, в том числе поднявшись на высоту, но не ремонтировать его; свидетель Д. – устранить все имеющиеся неполадки крана.

Между тем, указанные показания свидетелей, как и доводы ответчика о том, что Г. выполнял работу не по наряду и выбрал небезопасный путь, не могут быть приняты за основу при принятии решения об установлении степени вины работника. Как установлено судом и не оспаривается участниками процесса, обстоятельства несчастного случая с Г. установлены предположительно, никто не видел, где и как упал Г., как он травмировался, как добрался с места падения до бойлерной. Из объяснительной мастера цеха № Ю. следует, например, что со слов самого пострадавшего ему стало известно, что Г. упал с крана (л.д.141).

Поскольку обстоятельства несчастного случая достоверно не установлены, постольку они не могут быть поставлены в вину работнику (выполнение не той работы и/или не тем способом).

Кроме того, в пункте 10 акта о несчастном случае на производстве указано, что Г. находился в состоянии алкогольного опьянения именно при выполнении своих должностных обязанностей (л.д.17).

Таким образом, как комиссией по расследованию несчастного случая на производстве, так и судом достоверно установлено, что вина работника Г. заключалась только в том, что он находился в состоянии алкогольного опьянения при выполнении своих должностных обязанностей. Других нарушений трудовой дисциплины со стороны работника не установлено.

В связи с изложенным, суд определяет степень вины работника и работодателя в несчастном случае на производстве, исходя именно из обозначенной причины – употребление работником алкоголя на рабочем месте.

Вина и степень вины – это оценочные категории. Наличие в действиях пострадавшего грубой неосторожности также должно определяться с учётом конкретных обстоятельств несчастного случая.

В соответствии с п.17 Постановления Пленума Верховного Суда РФ №1 от 26.01.2010г. «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина», вопрос о том, является ли допущенная потерпевшим неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться с учетом фактических обстоятельств дела (характера деятельности, обстановки причинения вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, его состояния и др.).

В соответствии с нормами трудового законодательства ответственность за правильность и обоснованность установления причины несчастного случая на производстве и установления вины лежит на работодателе.

Безусловно, употребление спиртных напитков на рабочем месте свидетельствуют о наличии в действиях работника грубой неосторожности, поскольку, употребляя спиртное в рабочее время и на рабочем месте, работник должен осознавать противоправность своего поведения и предвидеть возможность наступления тяжких последствий.

Однако, как установлено судом, Г. выполнял свои непосредственные трудовые обязанности и действовал, хотя и по своей инициативе, но в интересах предприятия, в интересах других работников.

Кроме того, как указано выше, работодатель не предпринял никаких мер к своевременному отстранению Г. от работы. Помимо этого, в нарушение абз.17 ч.2 ст.212 Трудового кодекса Российской Федерации, в соответствии с которым работодатель обязан обеспечить принятие мер по предотвращению аварийных ситуаций, сохранению жизни и здоровья работников при возникновении таких ситуаций, в том числе по оказанию пострадавшим первой помощи, ответчик не предпринял мер по скорейшей доставке Г. в медицинское учреждение, что, возможно, состоит в причинно-следственной связи со смертью пострадавшего, наступившей в результате развившегося 

<

данные изъяты>). 

Таким образом, проанализировав фактические обстоятельства по делу, оценив представленные доказательства в их совокупности по правилам ст.67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь нормами трудового законодательства, регулирующими спорные правоотношения сторон, суд приходит к выводу о том, что основной причиной несчастного случая на производстве послужило нахождение работника в состоянии алкогольного опьянения, что влечет признание виновным в несчастном случае не только самого работника, но и работодателя, не отстранившего Г. от работы, а также не организовавшего быструю, непосредственно после травмирования, доставку пострадавшего в больницу.

При определении степени вины сторон трудового договора в несчастном случае на производстве суд учитывает и конечную цель обращения истца с настоящим иском в суд. Поскольку супруг истца погиб в результате несчастного случая на производстве, то выплаты из Фонда социального страхования получены истцом в полном объёме, независимо от степени вины работника в несчастном случае. Целью обращения истца в суд является возможность в будущем обратиться к ответчику с требованием выплаты компенсации морального вреда. 

Исходя из конкретных обстоятельств, установленных судом, суд считает возможным удовлетворить требования истца частично и установить равную степень вины работодателя и работника в несчастном случае на производстве, по 50% каждой стороне.

При этом суд не усматривает оснований для удовлетворения иска в части признания незаконным пункта 10 акта № от ДД.ММ.ГГГГ. о несчастном случае на производстве (за исключением указания на процент вины пострадавшего), поскольку этим же пунктом установлена и вина работодателя, с чем суд согласен. 

Доводы истца и её представителя, со ссылкой на п.1 ст.14 Федерального закона от 24.07.1998г. №125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», о том, что вина пострадавшего не может превышать 25%, основаны на неверном толковании норм закона. Указанная правовая норма определяет размер ежемесячных страховых выплат в зависимости от факта наличия грубой неосторожности застрахованного, что к рассматриваемому случаю не относится.

В силу ч.1 ст.98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации взысканию с ответчика в пользу истца подлежат расходы по оплате государственной пошлины в размере 

<

данные изъяты> рублей, подтвержденные чеком-ордером от ДД.ММ.ГГГГ. на указанную сумму (л.д.2).

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.194-198, 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования удовлетворить частично.

Признать незаконным пункт 10 акта № от ДД.ММ.ГГГГ. о несчастном случае на производстве, произошедшем с Г., в части установления процента вины пострадавшего.

Установить вину работодателя - Общества с ограниченной ответственностью «Объединенные машиностроительные технологии» и вину работника Г., в несчастном случае на производстве, произошедшем с Г. ДД.ММ.ГГГГ в 18 часов 15 минут при исполнении им трудовых обязанностей 

<

данные изъяты> Общества с ограниченной ответственностью «Объединенные машиностроительные технологии» - в равном размере, то есть по 50% каждому.

В удовлетворении остальной части исковых требований – о признании незаконным пункта 10 акта № от ДД.ММ.ГГГГ. о несчастном случае на производстве (за исключением указания на процент вины пострадавшего), а также об установлении вины работодателя в несчастном случае в размере 75% – отказать.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Объединенные машиностроительные технологии» в пользу истца ФИО4 государственную пошлину в размере 

<

данные изъяты> (

<

данные изъяты>) рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Кемеровский областной суд, путем подачи апелляционной жалобы через суд, принявший решение, в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

В окончательной форме решение изготовлено 30 января 2017 года.

Председательствующий - Е.Ю.Улитина

Решение в законную силу не вступило.

В случае обжалования судебного решения сведения об обжаловании и о результатах обжалования будут размещены в сети «Интернет» в установленном порядке.