Дело№2-93/2024

УИД № 23RS0003-01-2023-004289-93

Р Е Ш Е Н И Е

 

Именем Российской Федерации

08 мая 2024 года город-курорт Анапа

Анапский городской суд Краснодарского края в составе:

председательствующего Грошковой В.В.,

при секретаре Фетисове В.В.,

с участием истца ФИО1

представителя истца ФИО5.

ответчика ФИО2,

представителя ответчика ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2 о признании договора дарения недействительным,

у с т а н о в и л :

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2 о признании договора дарения недействительным,

В обоснование заявленных требований указал, что истец ФИО1 является наследником первой очереди после смерти матери – ФИО4, умершей ДД.ММ.ГГГГ. Кроме того, наследником первой очереди является сестра истца – ответчик ФИО2, которая совместно проживала с их матерью. 

После смерти своей матери истцу стало известно, что ФИО4 при жизни на основании договора дарения подарила ответчику ФИО2 

<

адрес> в г.-к. Анапа. 

Истец ФИО1 считает, что указанный договор дарения является недействительным, так как на момент свершения сделки даритель – ФИО4 не была способна понимать значение своих действий или руководить ими в силу своего возраста, поскольку она перенесла тяжелое заболевание, а именно в 2021 году она перенесла тяжелый инсульт, кроме того, у ФИО4 был установлен рак IV степени. 

Помимо этого на момент заключения спорного договора сотрудниками Управления Росреестра по 

<

адрес> не проверялось дееспособность ФИО4. При этом истец считает, что подпись в вышеуказанном договоре была произведена третьим лицом, а не самой ФИО4

На основании изложенного истец ФИО1 просит суд признать договор дарения недвижимого имущества, заключенный между ФИО4 и ФИО2, недействительным; отменить договор дарения недвижимого имущества от ДД.ММ.ГГГГ; аннулировать запись в ЕГРН от ДД.ММ.ГГГГ № о праве собственности ФИО2 на квартиру общей площадью 43,9 кв.м., с кадастровым номером №, расположенную по адресу: 

<

адрес>; внести сведения в ЕГРН о праве собственности ФИО4 на вышеуказанную квартиру.

В судебном заседании истец ФИО1 и представитель истца ФИО5, действующий на основании доверенности, поддержали заявленные требования по изложенным в иске основаниям, просили их удовлетворить. Одновременно суду пояснили, что между истцом и ответчиком сложились неприязненные отношения. При этом и истец и ответчик ухаживали за мамой до ее смерти, истец последний раз видел маму за 10 дней до ее смерти. До этого он на протяжении 2-х месяцев проживал с мамой. В силу своих заболеваний бывали случаи, когда мама его не узнавала. О сделке дарения ему известно не было. Против заявленного ответчиком ходатайства о применении срока исковой давности возражает, так как он узнал о сделке дарения после смерти мамы от своей сестры ДД.ММ.ГГГГ, в связи с чем срок должен исчисляться с указанной даты.

Ответчик ФИО2 и ее представитель ФИО3, действующая на основании доверенности, возражали против заявленных требований по основаниям, изложенным в письменных возражениях на иск, одновременно заявили ходатайство о применении срока исковой давности, который должен исчисляться с даты совершения сделки дарения (с 27.04.20220 и который истцом пропущен. Также пояснили, что действительно между истцом и ответчиком имеются неприязненные отношения. Договор дарения был оформлен умершей ФИО4 в пользу ответчика по желанию самой ФИО4, которая изменила отношение к истцу после того, как узнала, что он снял с ее банковского счета крупные суммы денег и потратил их на свои нужды, после чего она отозвала доверенность на имя истца и выдала такую доверенность на имя ответчика. Также указали, что ФИО4 не страдала никакими психическими или иными заболеваниями, не жаловалась на память, те лекарственные препараты, прием которых по мнению экспертов, проводивших судебную экспертизу, мог вляить на сознание ФИО4 были ей прописаны и принимались не на дату составления договора дарения (апрель 2022), а в сентябре 2022 года, то есть после заключения договора дарения. При этом экспертами сделан ошибочный вывод в заключении относительно приема медицинских препаратов, так как дата назначения препаратов (апрель) неверно определена (по медицинской карте препараты назначены в сентябре). В связи с чем просили суд не принимать заключение судебной экспертизы в качестве достоверного и допустимого доказательства и назначить по делу повторную экспертизу.

Трете лицо Управление Росреестра по 

<

адрес>, надлежащим образом извещенное о времени и месте слушания дела, в судебное заседание не явилось, о причинах неявки суду не сообщило, о рассмотрении дела в свое отсутствие не просило, что не препятствует суду рассмотреть дело в отсутствие последнего.

Изучив доводы искового заявления и возражений на иск, выслушав участвующих в деле лиц, допросив свидетеля, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

Как следует из материалов дела истец ФИО1 и ответчик ФИО2 являются детьми ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умершей ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается свидетельствами о рождении и свидетельством о смерти.

В судебном заседании установлено, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО4, заключила договор дарения недвижимости, по которому подарила принадлежащую ей на праве собственности квартиру с кадастровым номером 23:37:0108001:4445, площадью 43,9 кв.м.. расположенную по адресу: 

<

адрес>, кВ. 26, своей дочери ФИО2 (ответчику по делу).

Переход права собственности был зарегистрирован в ЕГРН ДД.ММ.ГГГГ.

Материалами дела подтверждается, что после смерти ФИО4 в рамках наследственных правоотношений нотариусом Анапского нотариального округа ФИО6, был направлен в адрес нотариуса Анапского нотариального округа ФИО7 ответ о том, что при жизни ФИО4 нотариусом было удостоверено завещание от ДД.ММ.ГГГГ реестровый №, на все принадлежащее ФИО4 имущество в равных долях в пользу двух наследников: истца ФИО1 и ответчика ФИО2 Данное завещание на дату смерти ФИО4 завещателем не отменялось и не изменялось. Копия завещания от ДД.ММ.ГГГГ представлена в материалы настоящего дела.

Оспаривая договор дарения недвижимого имущества от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между ответчиком и умершей ФИО4, истец указывает на то, что данный договор является недействительным по основаниям, предусмотренным ст.ст. 177, 179 ГК РФ, указывая, что на момент заключения данного договора ФИО4 находилась в инвалидном кресле в силу заболевания, кроме того сотрудниками Росреестра не была проверена ее дееспособность, не выяснилось была ли ее воля на совершение сделки доброй волей, договор умершая подписать не могла, так как в силу возраста и имеющихся у нее заболеваний не могла четки писать. А также осознавать суть подписываемого документа, то есть не могла осознавать значение своих действий и руководить ими.

В соответствии со ст. 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Согласно ст. 574 ГК РФ договор дарения недвижимого имущества должен быть совершен в письменной форме, такой договор подлежит государственной регистрации.

В соответствии со ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В силу ст. 168 ГК РФ за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Статьей 177 ГК РФ предусмотрено, что сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Юридически значимыми обстоятельствами в таком случае являются наличие или отсутствие психического расстройства у дарителя в момент составления договора дарения, степень его тяжести, степень имеющихся нарушений его интеллектуального и (или) волевого уровня.

Согласно заключению проведенной по делу судебной экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, выполненной ГБУЗ «Специализированная клиническая психиатрическая больница №» Министерства здравоохранения 

<

адрес>, комиссия экспертов пришла к выводу о том, что умершая ФИО4 по состоянию на дату заключения договора дарения (ДД.ММ.ГГГГ) обнаруживала признаки органического психического неуточненного расстройства в связи с сосудистым заболеванием головного мозга (F09.01 по МКБ-10), о чем свидетельствуют данные из представленной медицинской документации о прохождении стационарного лечения с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ с диагнозом: ишемический инсульт (от ДД.ММ.ГГГГ) кардиоэмболический подтип в б. ПСМА с формированием очага ишемии в теменной области справа, дизартрия, а также фоновое заболевание: ИБС, хроническая форма фибрилляции предсердий брадиформа, гипертоническая болезнь 3 стадии 3 степени достигнутая 1 степени осложненная форма, хроническая ишемия головного мозга 3 степени по смешанному типу (гипертоническая, атеросклеротическая) с мультиинфарктным поражением головного мозга, выраженные когнитивно-мнестические нарушения, ДОА крупных суставов с нарушением функции ходьбы и т.д. Также экспертами установлено, что согласно представленной медицинской документации неврологом при выписке ФИО4 после стационарного лечения с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ отмечены выраженные когнитивно-мнестические нарушения. При этом на вопрос суда о том, понимала ли ФИО4 в момент заключения сделки дарения значение своих действий и могла ли ими руководить комиссия экспертов однозначного ответа не дала со ссылкой на то, что достоверно оценить выраженность имевшегося у ФИО4 психического расстройства не представилось возможным.

Указанное выше заключение судебной экспертизы судом принимается в качестве достоверного и допустимого доказательства, так как оно выполнено комиссией экспертов, имеющих высшее медицинское образование, большой опыт и стаж работы, оно обоснованно, логично и мотивированно, основано на исследовании всей медицинской документации, представленной в отношении ФИО4 Кроме того эксперты были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Также судом принимается во внимание, что указанное заключение судебной экспертизы не опровергнуто доказательствами, отвечающими требованиям допустимых и достоверных.

Доводы ответчика и ее представителя о том, что данное заключение не может быть принято в качестве доказательства, так как экспертами ошибочно приняты во внимание неверные даты назначения умершей ФИО4, лекарственного препарата «Трамадол» ДД.ММ.ГГГГ, то есть непосредственно перед заключением договора дарения, в то время как такой препарат был выписан ей ДД.ММ.ГГГГ, в связи с чем полагали, что указанное обстоятельство повлияло на выводы экспертов, суд находит необоснованными в силу того, что комиссия экспертов пришла к выводу о наличии у ФИО4 психического расстройства не в связи с назначением ей в 2022 году лекарственного препарата «Трамадол», а в связи с перенесенным ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ инсультом, характеризующимся как сосудистое заболевание головного мозга, и сопутствующим заболеванием, имевшимся уже по состоянию на 2019 год, таким как выраженные когнитивно-мнестические нарушения. В связи с чем дата назначения препарата «трамадол» не повлияла на выводы комиссии экспертов.

Давая оценку тому обстоятельству, могла ли ФИО4 осознавать значение заключаемого ею договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ и руководить своими действиями, суд исходит из того, что заключением судебной экспертизы однозначно подтвержден факт наличии у ФИО4 с 2019 года выраженных когнитивно-мнестических нарушений, то есть нарушений памяти, умственной работоспособности, иных функций головного мозга, с помощью которых осуществляется процесс восприятия и оценки информации, ее обработка и анализ, запоминание хранение (когнитивные нарушения), а также наличие мнестических нарушений (нарушений памяти), которые к дате заключения договора дарения (ДД.ММ.ГГГГ) устранены (излечены) не были. Доказательств обратного суду не предоставлено.

Наличие у ФИО4 на дату заключения оспариваемого договора дарения вышеуказанных сосудистых заболеваний головного мозга и соответственно органического психического неуточненного расстройства (в связи с сосудистым заболеванием головного мозга) позволяет суду прийти к выводу том, что ФИО4 в момент заключения договора дарения ДД.ММ.ГГГГ в связи с состоянием ее сосудов головного мозга, изменения в которых происходили с 2019 года и на дату совершения сделки прекращены (остановлены) не были, не в полной мере могла понимать существо совершаемой сделки, в том числе то обстоятельство, что на дату заключения указанной сделки она лишается своего жилья (утрачивает на него право собственности). В связи с чем суд приходит к выводу о том, что сделка дарения от ДД.ММ.ГГГГ подлежит признанию недействительной по основанию, предусмотренному ст. 177 ГК РФ.

Доводы ответчика и его представителя о том, что умершая ФИО4 не состояла на учете у врача-психиатра и что она осознавала характер всех совершаемых ею действий, со ссылкой на показания допрошенной в ходе судебного заседания свидетеля ФИО8, суд находит необоснованными, потому как указный свидетель медицинского образования не имеет, кроме того данный свидетель видел умершую ФИО4, 3 раза в год (на праздники Новый год, 8 марта и 9 мая), соответственно сделать какие-либо выводы относительно психического состояния умершей, а также состояния ее головного мозга (когнитивных функций) свидетель не может.

Рассматривая ходатайство ответчика о пропуске срока исковой давности, суд находит его не подлежащим удовлетворению в силу следующего.

Как следует из разъяснений, содержащихся в п. 73 постановления Пленума Верховного суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О судебной практике по делам о наследовании» наследники вправе обратиться в суд после смерти наследодателя с иском о признании недействительной совершенной им сделки, в том числе по основаниям, предусмотренным статьями 177, 178 и 179 ГК РФ, если наследодатель эту сделку при жизни не оспаривал, что не влечет изменения сроков исковой давности, а также порядка их исчисления.

Вопрос о начале течения срока исковой давности по требованиям об оспоримости сделки разрешается судом исходя из конкретных обстоятельств дела (например, обстоятельств, касающихся прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых наследодателем была совершена сделка) и с учетом того, когда наследодатель узнал или должен был узнать об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

В п. 2 ст. 181 ГК РФ установлено, что срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (п. 1 ст. 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

В соответствии с положениями ст. 200 ГК РФ течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права. Изъятия из этого правила устанавливаются названным кодексом и иными законами.

В судебном заседании достоверно установлено, что о совершенной ФИО4 сделке – дарению недвижимости от ДД.ММ.ГГГГ истец ФИО1 узнал после смети своей матери ФИО4, умершей ДД.ММ.ГГГГ), до указанной даты о дарении имущества ему известно не было, стороной оспариваемой сделки он не являлся, доказательств иной даты, с которой закон связывает начало течения срока исковой давности, ответчиком суду не предоставлено.

В связи с чем настоящий иск подан в пределах срока исковой давности, соответственно оснований для применения последствий пропуска срока исковой давности не имеется и в удовлетворении ходатайства ответчика в данной части следует отказать.

Доводы истца о недействительности сделки – договора дарения по основанию, предусмотренному ст. 179 ГК РФ ( недействительность сделки, совершенной под влиянием обмана, насилия, угрозы или неблагоприятных обстоятельств), суд находит необоснованными, потому как указанные обстоятельства не нашли своего подтверждения в ходе судебного заседания.

Вместе с тем при установлении обстоятельств недействительности сделки по основанию, предусмотренному ст. 177 ГК РФ, требования истца о признании договора недействительным и применении последствий недействительности сделки, подлежат удовлетворению вне зависимости от ссылок последнего на ст. 179 ГК РФ.

При этом суд находит не подлежащим удовлетворению требования истца об отмене договора дарения недвижимости от ДД.ММ.ГГГГ, так как основания для отмены дарения предусмотрены ст. 578 ГК РФ, в число которых входят такие как: совершение одаряемым покушения на жизнь дарителя, жизнь кого-либо из членов его семьи или близких родственников либо умышленное причинение дарителю телесных повреждений; умышленное лишение жизни дарителя одаряемы; если обращение одаряемого с подаренной вещью, представляющей для дарителя большую неимущественную ценность, создает угрозу ее безвозвратной утраты.

Однако доказательств наличия вышеуказанных обстоятельств истцом суду не предоставлено.

Кроме того при признании договора дарения недействительным, договор не влечет никаких юридических последствий, соответственно не может быть расторгнут или отменен.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

р е ш и л :

Исковое заявление ФИО1 (

<

данные изъяты> к ФИО2 (

<

данные изъяты>) о признании договора дарения недействительным, - удовлетворить частично.

Признать недействительным договор дарения недвижимого имущества от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между ФИО4 и ФИО2 в отношении квартиры с кадастровым номером № по адресу: 

<

адрес>

Применить последствия недействительности сделки в виде возврата сторон в первоначальное положение, существовавшее до заключения сделки, а именно: аннулировать в ЕГРН запись о праве собственности на вышеуказанную квартиру за ФИО2 и восстановить в ЕГРН запись о праве собственности на квартиру за ФИО4.

В остальной части заявленных требований отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционную инстанцию Краснодарского краевого суда в течение месяца с даты изготовления мотивированного решения суда через Анапский городской суд.

Судья В.В. Грошкова

Мотивированное решение изготовлено 13.05.2024 года.

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>