39RS0004-01-2019-001972-28

Дело №2-1830/2019

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

25 сентября 2019 года г.Калининград

Московский районный суд г.Калининграда в составе

председательствующего судьи Медведевой Е.Ю.

при секретаре Безруковой Н.П.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2, ФИО3, ФИО4 об устранении препятствий в пользовании общим имуществом, взыскании убытков, компенсации морального вреда, судебных расходов,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском, указавая, что является собственником 

<

данные изъяты> доли в праве общей долевой собственности на квартиру 

<

адрес> с площадью жилого помещения 

<

данные изъяты>, где проживает вместе со своими несовершеннолетними детьми: В.А., ДД.ММ.ГГГГ, А.А. ДД.ММ.ГГГГ В.А., ДД.ММ.ГГГГ, О.А., ДД.ММ.ГГГГ Иными долевыми собственниками квартиры являются ФИО3, ФИО5, ФИО6, ФИО7 С момента заселения с проживающей также в квартире Т.Г. и не зарегистрированным там сожителем последней ФИО2 сложились конфликтные отношения, выражающиеся в угрозах выселения и оскорблениях по отношению к ней. По указанному факту участковым уполномоченным полиции проводилась профилактическая беседа с ФИО2, а также выносилось официальное предостережение о недопустимости продолжения антиобщественного поведения, что находит отражение в постановлении об отказе в возбуждении уголовного дела от 08.03.2019 года. Вместе с тем, ответчик препятствует ей в пользовании общим имуществом, а именно с 01.01.2019 года снял с газовой плиты все конфорки, из-за чего она лишена возможности готовить еду. Кроме ответчика газовой плитой пользуются Т.Г. и ФИО4, которые на время готовки еды приносят конфорки с собой, после чего забирают их обратно. Кухня вместе с установленной на ней газовой плитой относится к общему имуществу, в связи с чем она имеет право пользоваться этим помещением и иным общим имуществом, в чем ей ответчиком оказываются препятствия путем снятия конфорок с газовой плиты. Так как она с 01.01.2019 года не имеет возможности пользоваться газом, но ей выставляются счета за газопотребление, которые она оплачивает, то, соответственно, она несет убытки в виде оплаченных коммунальных услуг за газ в январе-апреле 2019 года на общую сумму в размере 

<

данные изъяты>. Кроме того, действиями ответчика ей причинены нравственные страдания. На основании изложенного, ФИО1 просит обязать ФИО2 устранить препятствия в пользовании общим имуществом квартиры 

<

адрес>, а именно не препятствовать в полноценном пользовании газовой плитой, а также взыскать с ФИО2 убытки в размере 5 012 рублей, компенсацию морального вреда в размере 20 000 рублей, в счет возмещения расходов на оплату услуг представителя в размере 8 350 рублей и на оплату государственной пошлины в размере 1 000 рублей.

В процессе рассмотрения гражданского дела по заявлению истца в качестве соответчиков были привлечены ФИО3 и ФИО4 с предъявлением к ним изначально заявленных требований с уточнением в части взыскания денежных средств в солидарном порядке. 

В судебном заседании истец ФИО1 заявленные требования поддержала по изложенным в иске обстоятельствам, дополнительно пояснив, что в квартире 

<

адрес> занимает вместе с детьми жилую комнату площадью 

<

данные изъяты>, что составляет 

<

данные изъяты> доли в праве общей долевой собственности, приобрела комнату в январе 2018 года. С соседями по квартире имеется спор относительно права пользования газовой плитой. На момент приобретения комнаты газовая плита уже имелась в помещении кухни. А с 01.01.2019 года ФИО2 снял с газовой плиты все конфорки, чем сделал невозможным для нее приготовление еды, была вынуждена готовить исключительно в мультиварке. Свои действия ответчик мотивировал тем, что на его средства в квартире делался ремонт и приобреталась газовая плита, за право пользования которой необходимо заплатить. Со слов соседей, они частично выплачивали ответчику стоимость газовой плиты. Одну конфорку ФИО2 убрал к себе в кухонный шкаф, вторую себе в комнату забрала ФИО4, две оставшиеся на газовой плите отсутствуют, являясь нерабочими. Писала расписку, чтобы ей разрешили пользоваться плитой, но поскольку условием было приготовление пищи только для ее семьи, а не для семьи сестры, то отказалась пользоваться плитой на таких условиях, но расписку ей не вернули. Расписку писала, потому что была в безвыходной ситуации. С 30.07.2019 года конфорки возвращены на место, что подтверждается представленными фотографиями, препятствий в пользовании не чинится, права не нарушаются, но это не означает, что таких препятствий не будет создаваться в будущем. Считает, что ответчики имеют договоренность друг с другом на то, чтобы не давать ей пользоваться газовой плитой в виду личных неприязненных отношений. С января по июль 2019 года включительно она оплатила за газопотребление в суммарном размере 

<

данные изъяты>, исходя из сумм, выставляемых к оплате в квитанциях за пользование газовой плитой и водонагревателем. Расчет платы за газ осуществляется по тарифу, который включает плату за плиту и водонагреватель. В спорный период она пользовалась водонагревателем. Рассчитать конкретный размер убытков в виде платы за плиту не представляется возможным, т.к. тариф единый на оплату. Пояснила, что на представленной аудиозаписи разговора с ФИО2, последний указывает на то, что она, а также ФИО6 и ФИО11 должны ему денежные средства за пользование газовой плитой, при этом разрешая ей пользоваться газовой плитой, но с условием возврата конфорки после каждого приготовления еды. Запись велась ФИО11 Просила иск удовлетворить. 

В судебном заседании представитель истца ФИО1 по устному ходатайству ФИО8 заявленные требования и пояснения доверителя поддержала, дополнительно пояснив, что несмотря на то, что конфорки на момент рассмотрения дела возвращены и истцу не чинится препятствий в пользовании газовой плитой, имеются опасения, что такие препятствия будут чиниться в будущем. На момент подачи искового заявления конфорок не было, и права истца были нарушены. Истец обращалась в газовую службу по вопросу раздела выставляемых к оплате квитанций отдельно за газовую плиту и отдельно за водонагреватель, но это сделать невозможно. Поэтому размер убытков за отсутствие возможности пользоваться газовой плитой оставляют на усмотрение суда. А поскольку действиями ответчиков истцу причинены нравственные страдания, вызванные невозможностью приготовить еду себе и детям, чем нарушены личные неимущественные права, то подлежит взысканию и моральный вред. В большей степени права истца нарушены действиями ФИО2, но в целом препятствия в пользовании газовой плитой создают все ответчики. Размер убытков и компенсации морального вреда, причиненных каждым из ответчиков, рассчитать не представляется возможным, в связи с чем требования в указанной части подлежат взысканию в солидарном порядке. Просила иск удовлетворить. 

В судебном заседании ответчик ФИО2 относительно заявленных требований возражал, пояснив, что с 30.05.2016 года проживает в квартире 

<

адрес>, занимая жилую комнату площадью 

<

данные изъяты>, сожительствует вместе с Т.Г. в комнате дочери последней – ФИО3, в жилом помещении не зарегистрирован. На момент вселения квартира была оборудована газовой плитой с одной конфоркой, которой пользовались все соседи, конфликтов не возникало. Тогда он предложил сделать ремонт и купить новую газовую плиту. Делалось все за его счет с последующим разделом расходов по количеству проживающих в квартире лиц и обошлось в 

<

данные изъяты>, по 

<

данные изъяты> с каждого. Бывший собственник доли истца И.Г. платить за ремонт и газовую плиту не стал, продав свою комнату. До 2018 года газовой плитой пользовались все и без препятствий. В 2018 году в квартиру заселилась истец. 01.01.2019 года муж сестры истца ФИО11 обрезал газовый шланг и снял газовую панель, в результате чего пришлось вызывать сотрудников управляющей компании и вновь подключать газовую плиту. Из опасений за работоспособность газовой плиты и безопасность детей он снимал конфорки и убирал в шкаф. На газовой плите только две работоспособные конфорки, две другие не работают по причине неисправности. Две конфорки пропали после того, как ФИО11 срезал газовую плиту. С 30.07.2019 года конфорки возвращены на газовую плиту. Пользоваться газовой плитой он никому не запрещает, предполагает, что и истец это делает. Квартира счетчиком на газ не оборудована, оплата производится по тарифу, каждому собственнику приходит отдельная квитанция, каждый собственник имеет свой лицевой счет. С 01.01.2019 года по 07.01.2019 года в квартиру газ не поставлялся. Кроме того, у истца имеется задолженность по оплате за газ за 2018г. и представленная квитанция подтверждает оплату задолженности за 2018г. Считает, что истец настоящим иском хочет взыскать с ответчиков свою задолженность, несмотря на то, что сама пользовалась газом. О проведении аудиозаписи разговора с истцом его никто не уведомлял, более того, на ней слышно, что препятствий в пользовании газовой плитой истцу никто не чинит. Просил в удовлетворении иска отказать. 

В судебном заседании представитель ответчика ФИО2 по устному ходатайству ФИО9 относительно заявленных требований возражал, дополнив пояснения своего доверителя тем, что конфликта как такового не имеется, истцу не запрещают пользоваться газовой плитой. Более того, она может отремонтировать неработающую конфорку и пользоваться ей. Доступ к помещению кухни свободный, выключатели на газовой плите сняты, чтобы дети не могли по неосторожности включить газ. Ранее конфорки убирались ответчиками, поскольку ФИО11 срезал газовую плиту, что привело к поломке двух конфорок. Покупать новые конфорки, ремонтировать старые либо ставить новую газовую плиту ни истец, ни ФИО11 не собираются, хотя имели такое намерение. Сейчас две конфорки на месте, истцу препятствий в пользовании газовой плитой никто не чинит. Газом истец пользовалась посредством водонагревателя, что входит в стоимость ежемесячно выставляемых к оплате услуг за газопотребление. Спор носит имущественный характер, вытекает из требования об устранении препятствий в пользовании газовой плитой, в то время как компенсация морального вреда подразумевает нарушение личных неимущественных прав. Заявленные к взысканию судебные расходы имеют завышенный размер, их сумма не соответствует одному лишь составленному иску в суд. 

Также представителем ответчика ФИО2 по устному ходатайству ФИО9 представлены письменные возражения на иск, содержание которых соответствует изложенной в судебном заседании позиции стороны ответчика. 

В судебном заседании ответчик ФИО3 относительно заявленных требований возражала, пояснив, что является собственником комнаты в квартире 

<

адрес> с ДД.ММ.ГГГГ. Ранее проживала там с 1991 года по 2015 год, после съехала, оставив комнату матери Т.Г. с сожителем ФИО2 В период ее там проживания споров по пользованию газовой плитой не возникало. По поводу заселения в квартиру ФИО2 никто из других собственников не возражал. ФИО2 после заселения на свои средства сделал в помещении кухни ремонт и купил новую газовую плиту. О конфликте относительно права пользования газовой плитой узнала в январе 2019 года, когда ФИО11 сломал газовую плиту, с чего и начался спор, перешедший в настоящее судебное разбирательство. К ней ни истец, ни кто-либо другой по данному вопросу не обращались. Она никому не запрещает пользоваться газовой плитой. Просила в удовлетворении иска отказать. 

В судебном заседании ответчик ФИО4 относительно заявленных требований возражала, пояснив, что является долевым собственником в квартире 

<

адрес> с сентября 2011 года. При заселении в квартиру Т.Г. и ФИО2 последний предложил сделать в помещении кухни ремонт и купить газовую плиту, что и было сделано. Сколько она тогда заплатила, не помнит. 01.01.2019 года обнаружила, что плита снята, с тех пор не работают две конфорки, из оставшихся одна находится у ФИО2 в кухонном шкафчике, а для себя она приобретала за свой счет другую и ею пользуется. Сейчас она свою конфорку оставляет на плите. Две нерабочие конфорки отремонтировать никто не пытался. Считает, что имеет право пользоваться газовой плитой, так как оплачивала ее стоимость, а истец платить отказывается, в связи с чем и обратилась в суд с настоящим иском. Если бы она знала, что газовой плитой будут пользоваться все желающие, независимо от оплаты ее стоимости, то не вкладывала денежные средства в покупку. Истец к ней по вопросу устранения препятствий в пользовании газовой плитой не обращалась. Знает, что истец пользуется газовой колонкой для нагревания воды. Просила в удовлетворении иска отказать. 

Третьи лица ФИО6, ФИО11 в судебное заседание не явились, надлежаще извещены о месте и времени проведения судебного заседания. С учетом положений ст.167 Гражданского процессуального кодекса РФ суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Ранее третье лицо ФИО6 заявленные требования поддержала, пояснив, что их доля в квартире 

<

адрес> приобреталась ими в январе 2018 года у В.А., тогда в квартире все было установлено, никто не говорил, что необходимо заплатить ФИО2 за ремонт помещения кухни и газовую плиту. Первое время газовой плитой пользовались все, потом ответчик ФИО2 потребовал 

<

данные изъяты>, впоследствии со ссылкой на рост курса доллара США сумма выросла до 

<

данные изъяты>. С 01.01.2019 года после конфликта конфорки с газовой плиты исчезли, ответчик пояснил, что газовая плита принадлежит ему, никто более ей пользоваться не будет. Ее супругом в ответ была снята плита для установки своей, что возможно только с согласия остальных собственников, а для этого необходимо время. Считает, что как ответчик снял конфорки, так и она с мужем, имели право на снятие газовой плиты. Только после 10.06.2019 года ответчик и Т.Г. заявили, что она и истец могут пользоваться газовой плитой наравне со всеми, указав на нахождение одной из конфорок в кухонном шкафу. Просила иск удовлетворить. 

Ранее третье лицо ФИО11 заявленные требования и пояснения третьего лица ФИО6 поддержал, дополнительно пояснив, что 01.01.2019 года на газовой плите отсутствовали все четыре конфорки и регуляторы. За три месяца до того ФИО2 пояснил, что раньше на газовой плите было две конфорки и теперь так будет. Снимал газовую плиту, чтобы установить новую. Ответчик запрещает открывать его кухонный шкаф. По условию, предложенному Т.Г., ФИО1 писала расписку, что в случае предоставления ей конфорки будет готовить еду только для своих детей, однако, через пару дней перестала брать конфорку у ответчика. Отметил, что он, супруга и истец пользуются водонагревателем. Просил иск удовлетворить. 

Опрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО10 пояснила, что проживает в квартире 

<

адрес> с 1991 года. Ранее конфликтов относительно пользования газовой плитой не возникало, все пользовались. У истца и ее сестры семеро детей, вечером они готовят еду на всех, из-за чего невозможно приготовить еду себе. Однажды, она попросила истца и ее сестру освободить помещение кухни, чтобы иметь возможность приготовить еду, на что на нее накричали. 31.12.2018 года ФИО11 избил ФИО2, а 01.01.2019 года срезал газовую плиту, в результате чего на праздничные дни все остались без возможности приготовить еду. 08.01.2019 года газовую плиту снова установили, но работали там только две конфорки, которые она сняла и убрала в шкаф, боясь, что ФИО11 снова что-то сделает с газовой плитой. Истцу газовой плитой никто пользоваться не запрещает, она даже писала расписку, что взамен будет готовить еду только на своих детей. До 10.07.2019 года конфорка лежала в кухонном шкафу, предполагает, что истец ей пользовалась. Почему истец перестала пользоваться конфоркой, не знает. Поскольку ФИО6 и ФИО11 в покупке газовой плиты участия не принимали, им предложили купить себе новые конфорки взамен тех, что пропали после того, как они газовую плиту срезали. Одна конфорка находится у ФИО4, другая у ФИО2 в кухонном шкафу. Отметила, что при вселении в квартиру риэлтор предупреждала истца и ее сестру о наличии задолженности перед ФИО2 за ремонт в помещении кухни. 

Заслушав участников процесса, прослушав аудиозапись, исследовав письменные материалы гражданского дела, оценив представленные по делу доказательства в их совокупности в соответствии со ст.67 ГПК РФ, суд приходит к следующему.

В соответствии с положениями ст.17 Конституции РФ недопустимо нарушение прав и свобод одних лиц осуществлением прав и свобод других. 

Частью 2 ст.1 Жилищного кодекса РФ предусмотрено, что граждане, осуществляя жилищные права и исполняя вытекающие из жилищных отношений обязанности, не должны нарушать права, свободы и законные интересы других граждан.

Согласно п.п.1-2 ст.209 Гражданского кодекса РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

По ч.1 ст.30 ЖК РФ собственник жилого помещения осуществляет права владения, пользования и распоряжения принадлежащим ему на праве собственности жилым помещением в соответствии с его назначением и пределами его использования, которые установлены настоящим Кодексом.

В силу п.п.1 и 2 ст.244 ГК РФ имущество, находящееся в собственности двух или нескольких лиц, принадлежит им на праве общей собственности. Имущество может находиться в общей собственности с определением доли каждого из собственников в праве собственности (долевая собственность) или без определения таких долей (совместная собственность).

Совокупность ст.17, ч.1 ст.41, ч.1 ст.42 ЖК РФ предусматривает, что собственникам комнат в коммунальной квартире принадлежат на праве общей долевой собственности помещения в данной квартире, используемые для обслуживания более одной комнаты (далее - общее имущество в коммунальной квартире). Доля в праве общей собственности на общее имущество в коммунальной квартире собственника комнаты в данной квартире пропорциональна размеру общей площади указанной комнаты. Пользование жилым помещением осуществляется с учетом соблюдения прав и законных интересов проживающих в этом жилом помещении граждан, соседей, требований пожарной безопасности, санитарно-гигиенических, экологических и иных требований законодательства, а также в соответствии с правилами пользования жилыми помещениями, утвержденными уполномоченным Правительством Российской Федерации федеральным органом исполнительной власти.

Как указано в п.1 ст.246, п.1 ст.247 ГК РФ, владение, пользование и распоряжение имуществом, находящимся в долевой собственности, осуществляется по соглашению всех ее участников, а при недостижении согласия - в порядке, устанавливаемом судом.

Участник долевой собственности имеет право на предоставление в его владение и пользование части общего имущества, соразмерной его доле, а при невозможности этого вправе требовать от других участников, владеющих и пользующихся имуществом, приходящимся на его долю, соответствующей компенсации (п.2 ст.247 ГК РФ).

Таким образом, каждый из собственников жилых помещений в коммунальной квартире одновременно является сособственником имущества и как лицо, обладающее полномочиями собственника, установленными ст.209 ГК РФ, вправе пользоваться им. Право пользования не может быть ограничено другим собственником по своему усмотрению.

Из положения ст.304 ГК РФ усматривается, что собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.

Аналогичные положения закреплены в ст.11 ЖК РФ, где сказано, что лицо, право которого нарушено, вправе требовать устранения любого нарушения его прав, в том числе восстановления положения, существовавшего до нарушения жилищного права, и пресечения действий, нарушающих это право или создающих угрозу его нарушения.

По ч.1 ст.56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В судебном заседании установлено, что квартира 

<

адрес> находится в общей долевой собственности, собственниками являются: ФИО11 – 

<

данные изъяты> доли, ФИО6 – 

<

данные изъяты> доли, их несовершеннолетние дети В.В., В.В., Т.В. – все по 

<

данные изъяты> доли; ФИО1 – 

<

данные изъяты> доли; ФИО4 – 

<

данные изъяты> доли; ФИО3 – 

<

данные изъяты> доли. 

Таким образом, квартира 

<

адрес> является коммунальной квартирой. Нежилые помещения, в том числе кухня, относятся к общему имуществу, стороны в равной мере вправе беспрепятственно пользоваться указанным имуществом. Порядок пользования общим имуществом в названном жилом помещении не определен, таких требований не заявлено. 

Копией лицевого счета указано на проживание в квартире 

<

адрес> ФИО1 вместе с несовершеннолетними детьми – А.А., В.А., О.А., В.А.

Также судом установлено, что в квартире 

<

адрес> с согласия собственника доли ФИО3 проживает сожитель ее матери- ответчик ФИО2, который не является сособственником жилого помещения, равно как не является лицом, зарегистрированным в жилом помещении.

При этом в силу положений ст. 678 ГК РФ, ст. 31 ЖК РФ как наниматели жилых помещений, так и члены семьи собственника жилого помещения, обязаны использовать жилое помещение по назначению, обеспечивать его сохранность. Однако такая обязанность у нанимателей, членов семьи собственника жилого помещения сама по себе не может являться основанием для освобождения собственников квартиры от выполнения возложенных на них законом (ст. 210 ГК РФ и ст. 30 ЖК РФ) обязанностей по содержанию принадлежащего им имущества в надлежащем состоянии и соблюдению прав и законных интересов соседей, а в случае причинения ущерба третьим лицам не может являться основанием для освобождения собственников от ответственности за необеспечение такого содержания.

Истец указывает, что ей чинятся препятствия в пользованию имуществом, находящимся в долевой собственности, а именно газовой плитой, в обоснование своих требований представляя: исковое заявление мировому судье от 15.01.2019 года с аналогичными рассматриваемым требованиями; постановление об отказе в возбуждении уголовного дела от 08.03.2019 года по обращению истца на воспрепятствование ответчиком в пользовании общим имуществом квартиры; квитанцию на оплату услуг газификации и газоснабжения и акт обследования внутреннего газопровода и газоиспользующего оборудования, находящегося в квартире 

<

адрес>, составленного 15.04.2019 года сотрудниками ОАО «Калининградгазификация», где указано, что на газовой плите отсутствуют конфорки и ручки регулятора пламени; фотографии с фиксацией отсутствия конфорок на газовой плите, приобщенные к материалам гражданского дела в судебном заседании от 30.07.2019 года. 

Из представленного ОМВД России по Московскому району г.Калининграда материала проверки (КУСП №, № от ДД.ММ.ГГГГ) усматривается, что между ФИО1, ФИО6, ФИО11 с одной стороны и ФИО2 с другой стороны сложились конфликтные отношения в процессе совместного проживания в квартире 

<

адрес>, что подтверждается обоюдными обращениями с заявлениями в полицию друг против друга по факту противоправного поведения. 

Кроме того, материалы проверки содержат объяснения указанных выше лиц, которые в краткости пересказывают пояснения, данные ими в судебном заседании. ФИО2, представлены квитанция на оплату услуг газификации и газоснабжения и акт-наряд на подключение газоиспользующего оборудования жилых зданий от 06.01.2019 года. ФИО1 представлена расписка от 08.02.2019 года, которой она гарантирует сохранность конфорки и ручки регулятора, обязуясь содержать газовую плиту в чистоте. Участковым уполномоченным полиции 07.03.2019 года ФИО2 вынесено официальное предупреждение о недопустимости антиобщественного поведения в быту. 

Ответом на запрос управляющей компанией ООО «УКБР 1» в адрес суда сообщено, что письменных обращений по вопросу воспрепятствования в пользовании общим имуществом в квартире 

<

адрес> от собственников жилого помещения не поступало, имело место устное обращение к директору компании с разъяснением ситуации от него. 

Представленные суду доказательства в их совокупности свидетельствуют о том, что имело место нарушение прав ФИО1, как долевого собственника жилого помещения, в части пользования общим имуществом квартиры – газовой плитой. Данные обстоятельства, в том числе, подтверждаются пояснениями ФИО2, а также других участвующих в деле лиц, пояснивших, что конфорки находились не на газовой плите, а убирались в шкаф, уносились в комнату. 

Данные обстоятельства также подтверждаются написанием истцом расписки о согласии обеспечить сохранность конфорок, пояснениями истца в процессе рассмотрения гражданского дела, а также пояснениями третьих лиц Зиберт, пояснивших, что ответчики пользоваться газовой плитой разрешали истцу, но с некоторыми оговорками. 

Вместе с тем, в судебном заседании (на дату рассмотрения гражданского дела) стороной истца представлены фотографии, выполненные истцом и датированные 30.07.2019 года, на которых зафиксировано наличие конфорок на газовой плите, а также истцом даны пояснения, что конфорки на газовой плите установлены, а препятствий в пользовании газовой плитой ей не чинится с 30.07.2019г.

В силу ст.3 ГПК РФ судебной защите подлежит нарушенное право истца, а по смыслу ст.11 ГК РФ исковые требования предъявляются к лицам, нарушившим либо оспорившим какие-либо права, свободы или законные интересы истца.

Как указано в ст.12 ГК РФ, защите подлежит нарушенное право путем восстановления положения, существовавшего до нарушения права, то есть законодательством не предусмотрена защита права на будущее, в связи с чем доводы стороны истца о возможном нарушении ее прав ответчиками в будущем не могут являться основанием для удовлетворения исковых требований. 

На момент принятия судом решения самим истцом подтверждено, что каких-либо ограничений в пользовании газовой плитой не имеется, то есть отсутствует нарушение права истца, подлежащее судебной защите. 

При таких обстоятельствах, требование ФИО1 об устранении препятствий в пользовании газовой плитой удовлетворению не подлежит. 

Из п.1 ст.15 ГК РФ усматривается, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

При обращении с иском о взыскании убытков истец обязан доказать сам факт причинения убытков, размер причиненных убытков и наличие причинной связи между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими последствиями.

Кроме того, частью 1 статьи 322 Гражданского кодекса РФ установлено, что солидарная обязанность (ответственность) или солидарное требование возникает, если солидарность обязанности или требования предусмотрена договором или установлена законом, в частности при неделимости предмета обязательства.

Как усматривается из ответа на запрос из ОАО «Калининградгазификация», жилой дом 

<

адрес> газифицирован на основании проекта, предусматривающего размещение газовых плит и газовых проточных водонагревателей (газовых колонок) в помещениях кухонь квартир. 

Истцом и другими участниками процесса не отрицается факт того, что истец в период с 01.01.2019 года по 30.04.2019 года включительно пользовалась газом посредством использования водонагревателя (газовой колонки). 

Также истцом представлена квитанция-счет на газ от 01.07.2019 года с датой оплаты до 10.08.2019 года, где указано, что ФИО1 по состоянию на 01.07.2019 года имеет задолженность в размере 

<

данные изъяты>, а представленный чек-ордер от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 

<

данные изъяты> с наименованием получателя ООО «Газпром межрегионгаз Санкт-Петербург» не содержит указание назначения платежа и периода, за который производится оплата.

В связи с этим, перечисленные документы бесспорно не подтверждают несение ФИО1 убытков в заявленном размере 

<

данные изъяты> за период с января по апрель 2019г., размер убытков в размере 

<

данные изъяты> истцом также не подтвержден. 

Поскольку истцом не доказан факт несения убытков, а также не представлено доказательств наличия причинной связи между заявленными к взысканию убытками и конкретными действиями каждого из ответчиков и размер убытков, подлежащий взысканию с каждого из ответчиков, ввиду отсутствия предусмотренных законом или договором случаев солидарной ответственности, суд не находит оснований для удовлетворения требования ФИО1 о взыскании в солидарном порядке с ответчиков убытков.

В силу ст.151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии со ст.ст.151, 1099 ГК РФ возможность возмещения морального вреда в связи с нарушением имущественных прав граждан допускается только в случаях, специально предусмотренных федеральным законом.

Действующим законодательством не предусмотрено взыскание компенсации морального вреда в связи с нарушением имущественных прав сособственника, связанных с воспрепятствованием ему в пользовании общим имуществом. Достаточных доказательств нарушения ответчиками личных неимущественных прав, повлекших причинение истцу нравственных или физических страданий, не представлено, в связи с чем суд не находит оснований для взыскания в солидарном порядке с ответчиков компенсации морального вреда.

В соответствии со ст.ст.88 и 94 ГПК РФ расходы по оплате услуг представителя и государственной пошлины относятся к издержкам, связанным с рассмотрением дела. 

Вместе с тем, согласно ч.1 ст.98 ГПК РФ Стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных ч.2 ст.96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Поскольку истцу отказано в удовлетворении заявленных требований в полном объеме, требования истца о взыскании судебных расходов подлежат оставлению без удовлетворения. 

Руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

исковые требования ФИО1 оставить без удовлетворения. 

Решение может быть обжаловано в Калининградский областной суд через Московский районный суд г.Калининграда в апелляционном порядке в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Мотивированное решение суда изготовлено 30 сентября 2019 года.

Судья

Е.Ю. Медведева