Дело №2-199/2018

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

15 июня 2018г. г.Волгореченск

Нерехтский районный суд Костромской области в составе: председательствующего судьи Синицыной О.Р., при секретаре Поляковой И.Ю., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к МУП «Волгореченское ПАТП» о возмещении ущерба, причинённого ДТП,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к МУП «Волгореченское ПАТП» о возмещении ущерба, причиненного ДТП, мотивируя следующим. У него в собственности имеется автомашина (данные изъяты), государственный регистрационный знак (данные изъяты). ДД.ММ.ГГГГ в 16 часов 06 минут по адресу: (,,,), ФАД Р-600 (данные изъяты) км произошло ДТП с участием его машины и транспортного средства (данные изъяты), государственный регистрационный знак (данные изъяты), принадлежащего МУП «Волгореченское ПАТП», под управлением водителя ФИО2 В результате ДТП его машина получила механическое повреждения. Гражданская ответственность ФИО2 не застрахована. По его инициативе была проведена независимая техническая экспертиза, согласно которой стоимость его транспортного средства до повреждения составляет (данные изъяты) руб., величина суммы годных остатков – (данные изъяты) руб., соответственно, сумма ущерба от ДТП составляет 113 412,65 руб. ((данные изъяты) руб. – (данные изъяты) руб.). ДД.ММ.ГГГГ он направил ответчику претензию, однако до настоящего времени ущерб ему не возмещен. За проведение экспертизы он заплатил 8 000 руб. Кроме того, он понес расходы, связанные с оплатой юридических услуг в размере 2 000 руб., изготовлением копий экспертного заключения – 2 250 руб., и оплатой госпошлины в размере 3 468 руб. 

Ссылаясь на указанные обстоятельства, положения ст.ст.15,1064 ГК РФ, истец просил взыскать с МУП «Волгореченское ПАТП» имущественный ущерб, причиненный в результате ДТП, в сумме 113 412,65 руб., а также судебные расходы по оплате услуг эксперта 8 000 руб., за изготовление копий экспертного заключения 2 250 руб., расходы на оплату юридических услуг 2000 руб., по оплате госпошлины 3 468 руб.

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования уточнил, дополнительно просил взыскать с ответчика в свою пользу судебные расходы в размере 28 000 руб., из которых 18 000 руб. за оплату услуг представителя и 10 000 руб. за составление рецензии к заключению эксперта. 

В ходе судебного разбирательства, истец давал объяснения, которые отличались между собой.

Так, первоначально, в судебном заседании 1 марта 2018 года, истец пояснял, что ДД.ММ.ГГГГ он двигался на своем автомобиле в Кострому из Приволжска, погодные условия были плохие шел снег, дорожное покрытие скользкое, он ехал со скоростью примерно 50 км/час, на данном участке ограничение 60 км/час. Впереди него шла машина минивэн «(данные изъяты)», которая стала объезжать снегоуборочную машину и выехала на встречную полосу движения. Дистанция между ним и автомашиной «(данные изъяты)» была примерно 70 метров. Он не смог выехать на встречную полосу, так как там уже двигался КАМАЗ. В итоге, он немного выехал на встречную полосу, но столкновения с машиной ответчика избежать не удалось, правой стороной своего автомобиля он въехал в ковш. Сильного удара не было, так как ковш отлетел. Когда он увидел снегоуборочную машину, она пятилась немного назад, водитель пытался уступить дорогу. Если бы он издалека увидел снегоуборочную машину, то затормозил бы раньше. Затем приехали сотрудники ГИБДД и составили схему. Со схемой он согласен. При определении суммы ущерба в сумме 113 412, 65 руб. он исходил из стоимости машины до ДТП ((данные изъяты) руб.) за вычетом годных остатков ((данные изъяты) руб.).

В судебном заседании 14 марта 2018 года истец уточнил свои объяснения и стал указывать на то, что когда автомашина «(данные изъяты)» объехала пескоразбрасывающую машину, то увидел ее. Но в тот момент эта машина не создавал ему помех, а помехи появились в тот момент, когда у пескоразбрасывающей машины при движении отвал сместился в сторону движения. Машину ответчика он увидел примерно за 35 метров. В ходе движения он увидел, что создается помеха в виде отвала, поэтому у него не было времени затормозить, и он въехал в отвал.

Также истец пояснил, что не согласен с заключением эксперта М. в той части, где он оценивает дорожную ситуацию, исходя из его объяснений, данных 1 марта 2018 года, учитывая, что у него не было технической возможности избежать столкновения. В результате ДТП наступила полная гибель его транспортного средства. В связи с чем при определении суммы ущерба просил учитывать заключение ФИО3 от ДД.ММ.ГГГГ. 

Представитель истца ФИО3, допущенный к участию в деле в порядке ст.53 ГПК РФ, позицию ФИО1 поддержал, просил исковые требования удовлетворить.

Представитель ответчика МУП «Волгореченское ПАТП» по доверенности ФИО4 (л.д.90) исковые требования не признала, пояснив следующее. ДД.ММ.ГГГГ водитель ФИО2 выполнял работы по содержанию объектов улично-дорожной сети городского округа г.Волгореченск. Перед началом движения задним ходом он убедился, что не создаёт препятствий участникам движения, так как транспортные средства находились на достаточном расстоянии для совершения маневра. Включенный проблесковый маячок и аварийная сигнализация предупреждали участников движения об опасности. На данном участке дороги ограничена скорость движения 60 км/ч, а также установлен запрещающий знак «Обгон запрещен». ФИО1, как участник дорожного движения в соответствии с требованиями ПДД обязан был предвидеть опасность и возникшее препятствие на дороге, не позволяющее продолжить движение по своей полосе. Он обязан был предпринять всевозможные меры по предотвращению ДТП, а именно снизить скорость и пропустить движущееся транспортное средство по встречной полосе. Однако он не обеспечил безопасность дорожного движения, нарушив требования ПДД. Также пояснила, что они согласны с заключением эксперта М. в части выводов относительно дорожной ситуации, которую описали стороны в судебном заседании 1 марта 2018 года, учитывая, что аналогичные пояснения истец давал сразу после ДТП. Показания водителя ФИО2 относительно обстоятельств ДТП не менялись ни при опросе после столкновения, ни в судебных заседаниях. Полагала, что истец ненадлежащим образом оценил дорожные условия. ФИО1 пояснял, что расстояние между его транспортным средством и автомобилем «(данные изъяты)» было 70 метров. Согласно представленной справке Росгидромета, видимость на дороге составляла 800-1000 метров. Данный участок дороги достаточно освещен. Истец видел препятствие, но не смог его объехать. Расчет стоимости ремонта, выполненный экспертом М., также считает верным, полной гибели транспортного средства истца не наступило. 

Третье лицо ФИО2 в суде с иском не согласился, указал, что работает водителем в МУП «Волгореченское ПАТП» на пескоразбрасывающей и снегоуборочной машине. В тот день он весь день убирал снег и посыпал дорожное покрытие песком. Он ехал по главной дороге, в ходе работы у него возникла помеха в механизме, возможно, попал камень. Для устранения помехи ему надо было немного сдать назад, чтобы то, что попало в транспортер, выскочило. Если бы он продолжил движение вперед, то цепь могла лопнуть. В связи с этим он решил прижаться к обочине ближе к перекрестку. Когда он сдавал назад и прижимался к обочине, у него ковш выдвинулся, но не более, чем на 30 см, в это время у него были включены аварийная сигнализация, габаритные огни и проблесковый маячок. Он двигался со скоростью примерно 1-2 км/час. Считает, что водитель ФИО1 должен был его видеть, учитывая габариты машины и ситуацию на дороге. Одна машина его объехала по встречной полосе, а машина истца не успела, так как по встречной полосе двигался КАМАЗ. В итоге, ФИО1 врезался ему в ковш, который отлетел, а сам он съехал к обочине. Он согласен со схемой ДТП, которую составили сотрудники ГИБДД. С заключением эксперта М. согласен в части оценки ситуации по первоначальным объяснениям и данным в суде 1 марта 2018 года. Истец видел, что идущая впереди машина «(данные изъяты)» объезжала его, поэтому мог остановиться и избежать столкновения. 

Выслушав истца ФИО1 и его представителя ФИО3, представителя ответчика ФИО4, третье лицо ФИО2, свидетелей М., З., Н., эксперта М., исследовав материалы дела, материал по факту дорожно-транспортного происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, суд приходит к следующим выводам. 

Согласно положениям ст.15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (пункты 1 и 2).

Статьей 1064 ГК РФ установлено, что вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. 

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (п.2 указанной статьи).

Согласно ч.1 ст.1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов и т.п.) обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством и т.п.).

Абзацем 2 п.3 ст.1079 ГК РФ предусмотрено, что вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (ст. 1064).

Таким образом, законом предусмотрено, что обязанность возмещения вреда наступает при наличии причинно-следственной связи между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом.

На момент дорожно-транспортного происшествия гражданская ответственность владельца транспортного средства (данные изъяты) не была застрахована. 

Как следует из материалов дела, ДД.ММ.ГГГГ в 16 часов 06 минут на (данные изъяты) км ФАД Р-600 произошло ДТП с участием автомобиля (данные изъяты), государственный регистрационный знак (данные изъяты), под управлением ФИО1 и автомобиля (данные изъяты), государственный регистрационный знак (данные изъяты), принадлежащим МУП «Волгореченское ПАТП» под управлением ФИО2

В результате столкновения транспортных средств у автомобиля ФИО1 повреждены капот, передний бампер, решетка радиатора, переднее правое крыло, передняя правая фара. У автомобиля (данные изъяты) поврежден гидропривод ножа слева. 

Указанные обстоятельства подтверждаются справкой о дорожно-транспортном происшествии (л.д.9), схемой места ДТП. 

В определении инспектора ДПС ОГИБДД ОМВД России по г.Волгореченску от ДД.ММ.ГГГГ об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении указано, что ДД.ММ.ГГГГ в 16 час. 06 мин. на (данные изъяты) км ФАД Р-600 водитель ФИО2, управляя автомобилем (данные изъяты), г/н (данные изъяты), осуществляя движение задним ходом, совершил столкновение с автомобилем (данные изъяты), г/н (данные изъяты) (л.д.8).

Согласно экспертному заключению № от ДД.ММ.ГГГГ, выполненному экспертом-техником ФИО3, размер затрат на проведение восстановительного ремонта с учетом износа составляет (данные изъяты) руб.. Стоимость транспортного средства (данные изъяты) до повреждения составляет (данные изъяты) руб. Величина суммы годных остатков составляет (данные изъяты) руб. (л.д.15-39). 

В связи с тем, что ответчик оспаривал свою вину в дорожно-транспортном происшествии, судом по ходатайству представителя ответчика была назначена комплексная судебная экспертиза для определения причин ДТП и оценки стоимости восстановительного ремонта автомобиля истца.

Согласно заключению эксперта №, исследование проводилось с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ экспертом-техником ООО «(данные изъяты)» М., по результатам которого экспертом сделаны выводы, исходя их двух версий, выдвинутых истцом.

Экспертом указано, что в рассматриваемой ситуации водитель (данные изъяты) должен был руководствоваться п.10.1 ПДД, водитель автомобиля (данные изъяты) (данные изъяты) в рассматриваемой ситуации должен был руководствоваться п.8.12 ПДД РФ.

При ответе на вопрос №2 соответствуют ли действия каждого из участников ДТП требованиям ПДД РФ, эксперт указал, что исходя из первоначальных объяснений водителей, данных в ходе судебного заседания от 1 марта 2018 года, в действиях водителя автомобиля (данные изъяты) ФИО1 усматривается несоответствие действий части 2 пункта 10.1 ПДД РФ, в действиях водителя автомобиля (данные изъяты) ФИО2 несоответствие пункту 8.12 ПДД не усматривается.

Исходя из объяснений, данных водителем ФИО1 от 14 марта 2018 года, в его действиях несоответствия п.10.1 ПДД РФ не усматривается. В действиях водителя автомобиля (данные изъяты) ФИО2 усматривается несоответствие п.8.12 ПДД РФ.

При ответе на вопрос №3 о наличии у истца возможности предотвратить ДТП путем торможения, эксперт указал, что исходя из первоначальных объяснений водителей, данных в ходе судебного заседания от 1 марта 2018 года, водитель автомобиля (данные изъяты) ФИО1 располагал технической возможностью избежать столкновения путём применения торможения. 

Рассматривая версию о дорожно-транспортной ситуации, изложенную ФИО1 в судебном заседании 14 марта 2018 года, водитель ФИО1 не располагал технической возможностью избежать столкновения путём применения торможения, так как остановочный путь его автомобиля (41,14-55.19 м) превышал расстояние, на котором возникла опасность для его движения.

При ответе на вопрос №9 действия кого из водителей послужили причиной ДТП, эксперт указал, что исходя из первоначальных объяснений водителей, причиной дорожно-транспортного происшествия послужили действия водителя автомобиля (данные изъяты) ФИО1, в результате несоответствия его действий части 2 пункта 10.1 ПДД РФ. 

Исходя из последующих объяснений водителя ФИО1, причиной ДТП послужили действия водителя автомобиля (данные изъяты) ФИО2, в результате несоответствия его действий пункту 8.12 ПДД РФ.

Оснований не доверять выводам эксперта, предупрежденного об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, у суда не имеется. Исследование проводилось экспертом, имеющим соответствующую квалификацию, включенным в государственный реестр экспертов-техников, стаж экспертной работы. Процессуальный порядок проведения экспертизы соблюден. Экспертное заключение соответствует требованиям ст.86 ГПК РФ, содержит подробное описание исследования, используемую литературу, выводы на поставленные вопросы, включая учет различных вариантов оценки, к заключению приложена схема ДТП, полностью соответствующая схеме в материалах ДТП, доказательств, указывающих на недостоверность проведенной экспертизы, либо ставящих под сомнение ее выводы, суду не представлено.

Рецензия на заключение эксперта Межрегионального экспертного центра, составленная негосударственным судебным экспертом Ш., которая приобщена к материалам дела по ходатайству представителя истца, содержащая критические выводы относительно проведённой экспертизы, не может быть учтена судом, поскольку указанный документ является лишь мнением лица, не привлеченного в качестве эксперта, специалиста к участию в деле, и доказательственной силы не имеет.

Кроме того, в судебном заседании эксперт М. свои выводы подтвердил и подробно разъяснил, в том числе с учетом вопросов, поставленных представителем истца, исходя из текста рецензии.

Так, в суде эксперт пояснил, что для установления обстоятельств ДТП он рассматривал две версии, изложенные водителями ФИО1 и ФИО2 Теоритически обе версии могли иметь место, однако вторая версия обстоятельств ДТП, изложенная ФИО1 в судебном заседании 14 марта 2018 года, противоречит первой. Объяснения водителей ФИО1 и ФИО2, данные в ходе судебного заседания 1 марта 2018 года, не противоречат друг другу и согласуются между собой. Противоречие в том, что изначально водитель ФИО1 не указывал на то, что автомобиль (данные изъяты) выехал неожиданно и не дал возможность остановиться. По первой версии автомобиль ответчика находился на обочине и частично на полосе движения транспортных средств. Об этом говорил и сам ФИО1, поясняя, что автомобиль «(данные изъяты)» объехал данный автомобиль по встречной полосе. Поскольку видимость на дороге была более 50 м, ФИО1 мог видеть препятствие и, соответственно, имел возможность избежать столкновения. Исходя из этого, ДТП произошло по вине водителя ФИО1. По второй версии автомобиль ФИО1 двигался по своей полосе, трасса была свободной, помех не было, но неожиданно выехал (данные изъяты), и истец не смог затормозить, чтобы избежать столкновения. Исходя из этих объяснений, ДТП произошло по вине водителя (данные изъяты). Но, если бы ситуация складывалась таким образом, то автомобиль «(данные изъяты)», движущийся впереди ФИО1, также мог свободно проехать данный участок дороги по своей полосе, не выезжая на встречную полосу. Между тем на совершение маневра впереди идущей машины указывал сам истец.

Аналогичное суждение эксперта указано и в его заключении, где он отметил, что последняя версия ФИО1 противоречит первоначальным объяснениям обоих водителей, в той части, что автомобиль (данные изъяты), двигавшийся впереди автомобиля истца, совершал маневр автомобиля (данные изъяты) с выездом на полосу встречного движения. То есть если бы автомобиль (данные изъяты) к моменту подъезда к нему автомобиля (данные изъяты) полностью находился на обочине и не создавал помехи для движения, то автомобиль (данные изъяты) мог проехать данный участок без каких либо маневров.

Как указано выше, из объяснений ФИО1, данных им в ходе судебного заседания 1 марта 2018 года, следует, что он двигался на своем автомобиле по дороге в сторону г.Кострома. Впереди него шла автомашина «(данные изъяты)». На перекрестке с прилегающей дороги выехала снегоуборочная машина, но он ее не видел из-за впереди идущего автомобиля. Указанный автомобиль объехал снегоуборочную машину по встречной полосе, а он не успел, так как по встречной полосе навстречу ехала большая машина «КАМАЗ». Он выехал немного на встречную полосу, но все равно правой стороной въехал в ковш снегоуборочной машины.

В своих первоначальных объяснениях по факту ДТП истец собственноручно указал, что ДД.ММ.ГГГГ он ехал на своем автомобиле по направлению к г.Кострома. Он двигался со скоростью около 60 км/час, на транспорте был включён ближний свет фар. Погода была очень сложная. Дорожное полотно скользкое. В районе поворота «Спецмонтаж» Волгореченск-Кострома он двигался за автомобилем, в это время автомобиль (данные изъяты) пятился задним ходом в поворот, не предоставив преимущество его автомобилю, а он имел такое право. В результате этого произошло боковое столкновение транспортных средств. Приняв вправо на ходу он остановился, включил аварийную сигнализацию.

Водитель ФИО2 в суде указывал, что одна машина его объехала, а истец не успел. В собственноручных объяснениях по факту ДТП пояснял, что согласно которым, он двигался на автомобиле (данные изъяты) задним ходом по обочине с включённой аварийной сигнализацией и проблесковым маячном оранжевого цвета. Его стал обгонять автомобиль (данные изъяты) и совершил удар в отвал снегоочистителя. ДТП произошло около 16.06 около поворота ОООО «Спецмонтаж». В этом месте сплошная полоса и знак обгон запрещён. Дорожное полотно было в снегу.

Оценивая выводы эксперта и материалы дела в совокупности с первоначальными объяснениями водителей и объяснениями, данными в ходе судебного разбирательства, суд учитывает анализ дорожной ситуации, которую дал эксперт М., исходя из первоначальных объяснений водителей и объяснений, которые стороны давали в судебном заседании 1 марта 2018 года, поскольку они согласуются между собой, схемой ДТП, другими материалами дела, и учитывает его при разрешении спора.

В суде установлено, и не оспаривалось сторонами, что участок дороги, где произошло столкновение транспортных средств, является Т-образным перекрестком, на котором в силу пункта 11.4 Правил дорожного движения РФ обгон запрещен. 

В соответствии с п.10.1 ПДД РФ водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил.

При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

В соответствии с п. 11.1 Правил дорожного движения Российской Федерации, прежде чем начать обгон, водитель обязан убедится в том, что полоса движения, на которую он собирается выехать, свободна на достаточном для обгона расстоянии и в процессе обгона он не создает опасности для движения и помех другим участникам дорожного движения.

Допрошенный в суде свидетель Н., главный механик МУП «Волгореченское ПАТП», показал, что выезжал на место ДТП ДД.ММ.ГГГГ и участвовал в осмотре транспортного средства ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ. Схема ДТП и фотографии соответствуют дорожной ситуации. В результате ДТП у снегоуборочной машины был поврежден ковш, в настоящее время они его отремонтировали. ФИО2 ему сказал, что он сдавал назад, чтобы из транспортёра вылетела помеха, скорее всего камень, если бы он стал двигаться вперед, транспортёр бы сломался. 

Свидетель М. относительно дорожной ситуации, в суде показал, что ДД.ММ.ГГГГ он нес службу совместно с инспектором ДПС З.. Вечером поступило сообщение, что на (данные изъяты) км на автодороге Приволжск-Кострома произошло ДТП без пострадавших. Они выехали на место ДТП, составили схему, было уже темно, шел снег, дорога была обработана песко-соляной смесью, но было искусственное освещение. На этом участке скорость движения должна быть 60 км/час. Когда они прибыли на место ДТП оба транспортных средства стояли в одном направлении. ФИО1 пояснил, что он двигался на своей автомашине по своей полосе в сторону Костромы, а пескоразбрасывающая машина сдавала по этой же полосе назад. Нож снегоуборочной машины выступал за габариты транспортного средства. Маячок оранжевого цвета был установлен на машине, но работал он или нет, не помнит, возможно, был включен. 

Свидетель З., инспектор ДПС ОМВД России по г.Волгореченску, в суде показал, что выезжал на ДТП совместно с М., была составлена схема. Водитель ФИО2 выполнял дорожные работы, стал сдавать назад, при этом ковш вышел за габариты, в этот момент его задела машина (данные изъяты) под управлением ФИО1, который не смог его объехать, так как по встречной полосе двигался КАМАЗ. Когда они подъехали к месту ДТП на снегоуборочной машине был включен и маячок, и авариная сигнализация. 

То, что на транспортном средстве ответчика был включен проблесковый маячок и аварийная сигнализация, подтверждают фотографии, имеющиеся в материале ДТП.

Согласно Справке о неблагоприятных метеорологических явлениях, днем, вечером в Костроме и по области ожидался мокрый снег, местами налипание мокрого снега, кратковременное ухудшение видимости в осадках 800-1000 м (л.д.111).

На данном участке дороги имеется искусственное освещение, что не отрицалось сторонами, зафиксировано на фотографиях в материале ДТП.

Таким образом, в суде установлено, что ДД.ММ.ГГГГ автомобиль (данные изъяты) под управлением водителя ФИО5 на указанном участке дороги выполнял работы по содержанию дороги в соответствии производственным заданием, путевым листом, при включенном проблесковом маячке и аварийной сигнализации в соответствии с п.3.4 ПДД с целью предупреждения участников дорожного движения об опасности. В таком случае водитель автомобиля (данные изъяты) ФИО1 должен был действовать, соблюдая требования пункта 10.1 ПДД, выбирая скоростной режим движения своего транспортного средства в зависимости от имевших место дорожных условий (заснеженность проезжей части) и видимости в направлении движения снегоуборочной техники. При этом истцу необходимо было иметь время для принятия возможных мер к снижению скорости движения своего автомобиля вплоть до остановки транспортного средства с целью предотвращения ДТП. Соблюдая требования ПДД РФ, приближающееся впереди препятствие, истец в состоянии был обнаружить и избежать ДТП. Указанные выше требования безопасности дорожного движения ФИО1 были нарушены, в его действиях отсутствовала предельная осторожность.

Таким образом, учитывая общие принципы ответственности за причиненный вред при взаимодействии источников повышенной опасности, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для взыскания денежных средств с ответчика, поскольку бесспорных доказательств вины водителя ФИО2 в произошедшем дорожно-транспортном происшествии и причинении ущерба, а также степени вины ответчика, имеющей значение для определения размера ущерба, подлежащего возмещению, суду не представлено.

При таких обстоятельствах требования истца о возмещении материального ущерба, причиненного ДТП, удовлетворению не подлежат.

Поскольку исковые требования о взыскании материального ущерба, причиненного ДТП, судом отклонены, то оснований для взыскания судебных расходов также не имеется.

Руководствуясь ст.194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В иске ФИО1 к МУП Волгореченское ПАТП отказать.

Решение может быть обжаловано в Костромской областной суд через Нерехтский районный суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья: О.Р.Синицына